Внутрипартийная директива ЦК КПК, написанная товарищем Мао Цзэдуном.

В обстановке нарастающей в настоящее время антикоммунистической кампании наша политика приобретает решающее значение. Однако многие из наших кадровых работников ещё не понимают, что политика партии в нынешний период должна значительно отличаться от политики периода аграрной революции. Нужно понять, что на протяжении всей войны Сопротивления японским захватчикам проводимая нашей партией политика единого антияпонского национального фронта не изменится ни при каких обстоятельствах и что многие политические установки, действовавшие в прошлом, в период десятилетней аграрной революции, нельзя механически применять в нынешних условиях. Особенно это относится к левацкой политике последнего периода аграрной революции, политике, которая была порождена непониманием двух основных особенностей китайской революции: того, что она является революцией буржуазно-демократической, происходящей в полуколониальной стране, и того, что она носит длительный характер, и для которой были характерны, например, оценка пятого «карательного похода» и борьбы против пятого «карательного похода» как решающего сражения между двумя путями, между революцией и контрреволюцией, экономическое уничтожение буржуазии (левацкая трудовая и налоговая политика) и кулачества (наделение кулаков худшей землёй), физическое уничтожение помещиков (лишение их права на земельный надел), притеснения интеллигенции, «левый» уклон в деле искоренения контрреволюционеров, безраздельная монополия коммунистов в органах власти, установка на коммунистическое народное просвещение, левацкая военная политика (наступление на крупные города и отказ от партизанской войны), путчизм в работе в белых районах, установка на суровые оргвыводы во внутрипартийной жизни и т. д. Такая политика не только вообще непригодна теперь, в период войны Сопротивления японским захватчикам, но и являлась ошибочной в прошлом. Эта левацкая политика, прямо противоположная правооппортунистической политике Чэнь Дусю последнего периода первой великой революции, была проявлением ошибки «левого» оппортунизма. В последний период первой великой революции только объединение и отказ от борьбы, а в последний период аграрной революции только борьба и отказ от объединения (за исключением объединения с основными массами крестьянства) — вот ярчайшее выражение двух крайних политических линий. Обе эти крайние политические линии нанесли партии и революции огромный урон.

Теперешняя политика единого антияпонского национального фронта не предполагает одного только объединения и отказа от борьбы и вместе с тем не предполагает одной только борьбы и отказа от объединения, а сочетает и объединение, и борьбу. Конкретно это означает:

1. Объединение в единый антияпонский национальный фронт всех тех, кто стоит за сопротивление японским захватчикам (т. е. всех рабочих, крестьян, солдат, интеллигенции и деловых кругов, борющихся против захватчиков).

2. Политика независимости и самостоятельности в едином фронте, то есть необходимы как единство, так и независимость.

3. В военно-стратегической области это значит независимая и самостоятельная партизанская война при едином стратегическом руководстве; в основном вести партизанскую войну, но не отказываться и от ведения манёвренной войны при наличии благоприятных условий.

4. В борьбе с антикоммунистической кликой твердолобых это значит использовать противоречия, завоёвывать большинство, бороться против меньшинства, разбивать противников поодиночке; это значит правота, польза и мера.

5. В политике, проводимой в районах, занятых противником, и в районах гоминьдановского господства, это значит, с одной стороны, всемерное развёртывание работы по строительству единого фронта, с другой — линия на конспирацию и оперативность; это значит в организационной работе и в борьбе необходимы конспирация и оперативность, длительная работа в подполье, накопление сил и выжидание благоприятного момента.

6. Во взаимоотношениях с различными классами в стране основная линия — развёртывание прогрессивных сил, завоевание промежуточных сил и изоляция антикоммунистической клики твердолобых.

7. В отношении антикоммунистической клики твердолобых это значит проводить революционную двойственную политику, а именно: поскольку они ещё способны к борьбе против японских захватчиков, проводить политику объединения с ними, а поскольку твердолобые упорно борются против коммунистов, проводить политику их изоляции. В борьбе против японских захватчиков твердолобым тоже присуща двойственность. Поскольку они ещё борются против японских захватчиков, мы проводим политику объединения с ними, а поскольку они колеблются (например, тайно якшаются с захватчиками и не ведут активной борьбы против Ван Цзинвэя и национальных предателей), проводим политику борьбы с ними и их изоляции. В борьбе с коммунистами твердолобым опять-таки присуща двойственность. Поэтому и наша политика тоже носит двойственный характер: поскольку они пока ещё не склонны окончательно разорвать сотрудничество между гоминьданом и Компартией, мы проводим политику объединения с ними, а поскольку они осуществляют политику репрессий и организуют вооружённые нападения на нашу партию и народ, мы проводим политику борьбы с ними и их изоляции. Таких людей, занимающих двойственную позицию, следует отличать от национальных предателей и прояпонских элементов.

8. Даже среди национальных предателей и прояпонских элементов имеются люди, занимающие двойственную позицию. По отношению к ним мы тоже должны проводить революционную двойственную политику. А именно: поскольку они занимают прояпонскую позицию, вести политику нанесения ударов по ним и изоляции их, а поскольку они колеблются, вести политику перетягивания и привлечения их на свою сторону. Таких людей, занимающих двойственную позицию, следует отличать от закоренелых национальных предателей вроде Ван Цзинвэя, Ван Итана¹ и Ши Юсаня².

9. Подобно тому как нужно проводить различие между прояпонски настроенными крупными помещиками и крупной буржуазией, выступающими против борьбы с японскими захватчиками, и крупными помещиками и крупной буржуазией англо-американской ориентации, выступающими за борьбу с японскими захватчиками, нужно также проводить различие между крупными помещиками и крупной буржуазией, которые занимают двойственную позицию, то есть выступают за борьбу против японских захватчиков, но вместе с тем проявляют колебания, выступают за сплочение, но вместе с тем борются против коммунистов, и национальной буржуазией, средними и мелкими помещиками и прогрессивно настроенными шэньши, которые занимают менее двойственную позицию. На этих различиях строится наша политика. Охарактеризованные выше различия в нашей политике вытекают из учёта этих различий в классовых отношениях.

10. Точно так же нужно подходить и к империалистам. Хотя Коммунистическая партия борется против всех империалистов, однако нужно проводить различие между японскими империалистами, предпринявшими агрессию против Китая, и империалистами других стран, в настоящее время не осуществляющими агрессии; нужно также проводить различие между германскими и итальянскими империалистами, заключившими союз с Японией и признавшими «Маньчжоуго», и английскими и американскими империалистами, противостоящими Японии; нужно также проводить различие между Англией и Америкой того периода, когда они осуществляли политику дальневосточного Мюнхена и вредили делу борьбы Китая против японских захватчиков, и Англией и Америкой настоящего времени, когда они отказались от этой политики и заняли позицию поддержки этой борьбы Китая. Наши тактические принципы по-прежнему заключаются в том, чтобы использовать противоречия, завоёвывать большинство, бороться против меньшинства, разбивать противников поодиночке. Наша позиция в вопросах внешней политики отличается от гоминьдановской. По словам гоминьдана, «враг только один, все прочие друзья»; формально он относится одинаково ко всем государствам, за исключением Японии, а на деле ориентируется на Англию и Америку. Мы же должны проводить различия. Первое — различие между Советским Союзом и капиталистическими странами, второе различие между Англией и Америкой, с одной стороны, и Германией и Италией — с другой, третье — различие между народами Англии и Америки, с одной стороны, и империалистическими правительствами Англии и Америки — с другой, четвёртое — различие между политикой Англии и Америки в период дальневосточного Мюнхена и их политикой в настоящее время. На этих различиях мы и строим нашу политику. Наш основной курс противоположен гоминьдановскому: он заключается в том, чтобы, твёрдо придерживаясь принципов самостоятельного ведения войны и опоры на собственные силы, максимально использовать помощь извне, а не в том, чтобы подобно гоминьдану, отказавшись от самостоятельного ведения войны и опоры на собственные силы, положиться на помощь извне или пристроиться к какому-нибудь империалистическому блоку.

Одностороннее понимание многими партийными работниками вопросов тактики и вытекающее отсюда шарахание влево и вправо можно преодолеть только при условии, что они будут изучать изменения и развитие политики партии в прошлом и настоящем и таким образом придут к всестороннему и целостному пониманию этой политики. В настоящее время главную опасность внутри партии по-прежнему составляют тенденции, порождаемые левацкими взглядами. В районах гоминьдановского господства многие партийные работники неспособны как следует проводить политику конспирации и оперативности, длительной работы в подполье, накопления сил и выжидания благоприятного момента, так как они не придают серьёзного значения антикоммунистической политике гоминьдана. Вместе с тем многие другие партийные работники неспособны проводить политику развёртывания единого фронта, так как они упрощённо рассматривают весь гоминьдан как одно сплошное чёрное пятно и проявляют полнейшую беспомощность. Аналогичные явления наблюдаются и в районах, оккупированных японцами.

В районах гоминьдановского господства, а также на территории опорных баз сопротивления японским захватчикам в прошлом в серьёзной степени проявлялись правоуклонистские взгляды, сторонники которых, стремясь только к объединению и забывая о необходимости борьбы, переоценивая способность гоминьдана бороться против захватчиков, стирали принципиальное различие между гоминьданом и Коммунистической партией, отказывались от политики независимости и самостоятельности в едином фронте, приспосабливались к крупным помещикам и крупной буржуазии, приспосабливались к гоминьдану, добровольно связывали себя по рукам и ногам, не решались смело развёртывать революционные силы, борющиеся против японских захватчиков, не смели решительно выступать против гоминьдановской политики борьбы с коммунизмом и ограничения коммунизма. Такие взгляды теперь в основном уже преодолены. Однако с конца 1939 года повсюду стал проявляться другой, «левый» уклон, возникновение которого вызвано антикоммунистическими провокациями гоминьдана и нашей борьбой в целях самозащиты. Положение уже несколько выправлено, но ещё не полностью; «левый» уклон всё ещё проявляется во многих местах, по многим конкретным вопросам политики. Поэтому в настоящее время изучение и правильное разрешение на местах конкретных вопросов политики становится совершенно необходимым.

По ряду конкретных вопросов политики Центральный Комитет в своё время уже давал указания. Здесь же мы лишь укажем в обобщённом виде на несколько моментов.

О составе органов власти. Необходимо решительно проводить «систему трёх третей». В органах власти коммунисты должны занимать только одну треть мест, привлекая к участию в управлении широкие круги некоммунистов.

На севере провинции Цзянсу и в других местах, где начинается создание антияпонских демократических органов власти, коммунисты могут иметь даже меньше трети мест. Как в административные учреждения, так и в представительные органы нужно включать не ведущих активной антикоммунистической деятельности представителей мелкой буржуазии, национальной буржуазии и прогрессивно настроенных шэньши; необходимо допускать к участию в этих органах и учреждениях также и гоминьдановцев, не ведущих антикоммунистической деятельности. К участию в представительных органах можно также допускать в небольшом числе правые элементы. Следует всячески избегать монополии коммунистов. Мы лишь ликвидируем диктатуру компрадорской крупной буржуазии и крупных помещиков, но отнюдь не заменяем её однопартийной диктатурой Коммунистической партии.

О трудовой политике. Условия жизни рабочих нужно улучшать, и только тогда появится возможность поднять их активность в борьбе против японских захватчиков. Однако левацких перегибов следует всячески избегать. В деле увеличения заработной платы и сокращения рабочего дня не следует хватать через край. В Китае в теперешних условиях ещё трудно установить повсюду восьмичасовой рабочий день, и в некоторых отраслях производства пока ещё следует допускать десятичасовой день. В остальных отраслях продолжительность рабочего дня нужно устанавливать, сообразуясь с условиями. Необходимо, чтобы после заключения договоров между рабочими и капиталистами рабочие соблюдали трудовую дисциплину и чтобы капиталисты получали известную выгоду. В противном случае фабрики и заводы будут закрываться; это повредит делу сопротивления японским захватчикам, а также причинит ущерб самим рабочим. Тем более не следует переходить границ возможного при повышении уровня жизни и зарплаты рабочих в сельских районах, так как это может вызвать возражения со стороны крестьян, безработицу среди рабочих и сокращение производства.

Об аграрной политике. Нужно разъяснить членам партии и крестьянам, что сейчас не время осуществлять коренную аграрную революцию, что те мероприятия, которые применялись в период аграрной революции, в настоящее время применяться не могут. В настоящее время политика должна заключаться, с одной стороны, в том, чтобы заставить помещиков снижать арендную плату и ссудный процент; только в этом случае можно будет поднять активность основной массы крестьян в войне Сопротивления японским захватчикам. Однако и здесь не следует заходить слишком далеко. В принципе арендную плату следует снижать на 25 процентов. В тех случаях, когда крестьянские массы требуют большего снижения, можно вводить при разделе урожая соотношение 4 : 6 или 3 : 7 в пользу арендатора, но не превышать эту норму. Ссудный процент не следует снижать больше того, что допускается кредитными отношениями, существующими в экономике страны. С другой стороны, нужно установить, что крестьяне вносят арендную плату и проценты по ссудам, право же собственности на землю и имущество сохраняется за помещиками. Нельзя допускать, чтобы снижение ссудного процента лишало крестьян возможности получать ссуды; нельзя допускать, чтобы при расчётах по старым долгам земля, прежде отданная в залог помещику, отбиралась у него без компенсации.

О налоговой политике. Размеры налогов нужно определять в зависимости от дохода. Все лица, получающие доход (за исключением только самых бедных, которых следует от налогов освобождать), то есть свыше 80 процентов населения, включая рабочих и крестьян, должны нести бремя государственных налогов; налоговое бремя не следует возлагать целиком на помещиков и капиталистов. Необходимо запретить такой способ изыскания средств на содержание армии, как задержание частных лиц и обложение их контрибуцией. Что же касается техники сбора налогов, то до выработки нами нового, более целесообразного порядка можно применять старый, гоминьдановский порядок, внося в него соответствующие улучшения.

О политике искоренения предателей. Нужно решительно подавлять закоренелых национальных предателей и закоренелых антикоммунистов. Без этого нельзя защитить революционные силы, ведущие борьбу против японских захватчиков. Однако ни в коем случае нельзя казнить слишком много людей; никоим образом нельзя допускать, чтобы страдали невиновные. К колеблющимся элементам и невольным соучастникам в среде реакционеров нужно подходить снисходительно. Нужно решительно отказаться от телесных наказаний и пыток заключённых; надо придавать больше значения уликам и не слишком доверяться словесным показаниям. Всех пленных военнослужащих японской армии, марионеточных и антикоммунистических войск нужно освобождать, за исключением тех, кто заслужил ненависть народа и безусловно подлежит казни, которая при этом должна утверждаться вышестоящей инстанцией. Пленных, которые были вынуждены уйти в солдаты и настроены более или менее революционно, нужно широко вовлекать в нашу армию, всех же прочих отпускать; и если они снова попадут в плен отпускать их снова. Не следует подвергать их оскорблениям, отнимать деньги и вещи, требовать раскаяния, а нужно относиться к каждому из них сердечно и дружелюбно. Проводить такую политику надо по отношению ко всем пленным, как бы реакционно они ни были настроены. Эта политика чрезвычайно эффективна для изоляции реакционного лагеря. Ренегатам, за исключением тех, кто совершил тяжкие преступления, при условии прекращения ими антикоммунистической деятельности, предоставлять возможность исправиться. Если они способны вернуться к революции, то их можно принимать к себе, однако нельзя разрешать им вновь вступать в партию. Рядовых гоминьдановских осведомителей нельзя ставить на одну доску с японскими шпионами и национальными предателями, а следует проводить между ними чёткое различие, подходить к ним дифференцированно. Нужно покончить с хаотическим положением, при котором аресты производят любые учреждения и организации. Для того чтобы ввести революционный порядок, необходимый в борьбе против японских захватчиков, нужно установить, что, помимо войск во время боевых действий, правом арестовывать преступников пользуются только судебные органы и органы общественной безопасности.

Оправах народа. Нужно установить, что все помещики и капиталисты, не выступающие против сопротивления японским захватчикам, пользуются наравне с рабочими и крестьянами личными и имущественными правами, избирательным правом, свободой слова, собраний, союзов, убеждений и верований. Органы власти принимают меры лишь против тех лиц, которые организуют подрывную работу и поднимают мятежи на территории наших опорных баз. Все остальные пользуются защитой органов власти, и вмешательство в их деятельность не допускается.

Об экономической политике. Нужно энергично развивать промышленность, сельское хозяйство и торговлю. Нужно привлекать из других районов капиталистов, желающих открыть предприятия на территории наших опорных баз сопротивления японским захватчикам. Нужно поощрять частные предприятия и рассматривать находящиеся в ведении органов власти государственные предприятия лишь как часть общего числа предприятий. Всё это необходимо для того, чтобы обеспечить удовлетворение наших нужд собственными ресурсами. Следует избегать нарушения деятельности каких бы то ни было полезных предприятий. Таможенная и валютная политика должны соответствовать, а не противоречить основной установке на развитие сельского хозяйства, промышленности и торговли. Добросовестно и тщательно, а не кое-как организовывать хозяйство на территории опорных баз, для того чтобы обеспечить удовлетворение наших нужд собственными ресурсами,— таково основное условие длительного существования опорных баз.

О политике в области культуры и просвещения. В центре внимания нужно поставить широкое распространение и повышение уровня знаний и навыков, необходимых народным массам для сопротивления японским захватчикам, а также воспитание чувства национального достоинства. Нужно разрешать либеральным буржуазным педагогам, деятелям культуры, журналистам, учёным, инженерно-техническим работникам приезжать на территорию опорных баз для того, чтобы сотрудничать с нами в деле народного образования, в издании газет и в других делах. В наши учебные заведения следует вовлекать тех представителей интеллигенции, которые проявляют сравнительно большую активность в борьбе против японских захватчиков, с тем чтобы после кратковременной подготовки использовать их на работе в войсках, правительственных учреждениях и общественных организациях. Их следует смело привлекать, смело использовать и смело выдвигать. Не нужно бояться всех и вся на том основании, что к нам могут пролезть реакционные элементы. Некоторое число реакционеров неизбежно к нам пролезет, но их будет не поздно вычистить и в ходе учёбы и работы. На территории каждой опорной базы нужно создавать типографии, издавать книги и газеты, организовывать учреждения по распространению и доставке печатных изданий. На территории каждой опорной базы нужно, используя все возможности, открывать большие школы для подготовки кадровых работников, и чем они будут крупнее, чем больше их будет, тем лучше.

О военной политике. Нужно всемерно расширять ряды 8‑й армии и Нового 4‑го корпуса, потому что это наиболее надёжная вооружённая сила, с помощью которой китайский народ стойко ведёт национальную войну Сопротивления. По отношению к гоминьдановским войскам следует и впредь придерживаться политики: «Пусть нас не трогают, и мы не тронем», всемерно развёртывая работу по установлению дружеских связей. В 8‑ю армию и Новый 4‑й корпус следует всячески привлекать сочувствующих нам офицеров — как членов гоминьдана, так и беспартийных — для содействия строительству нашей армии. Положение, при котором коммунисты численно доминируют над всем в нашей армии, сейчас тоже следует изменить. Конечно, в войсках, составляющих главные силы нашей армии, не следует вводить «систему трёх третей», однако при условии обеспечения руководства войсками за нашей партией (совершенно необходимое и незыблемое требование) не надо бояться привлекать в большом числе сочувствующих для участия в строительстве армии как в военном, так и в техническом отношении. В настоящее время, когда наша партия и наша армия уже утвердились на прочном идеологическом и организационном фундаменте, привлечение большого числа сочувствующих (только, конечно, не подрывных элементов) не только не опасно, но и совершенно необходимо для завоевания симпатий всего народа и развёртывания сил революции. Вот почему нужна такая политика.

Изложенные выше принципы тактики партии в едином фронте и выработанные на их основе конкретные политические установки вся партия должна решительно проводить в жизнь. В момент, когда японские бандиты усиливают агрессию против Китая, а внутри страны крупные помещики и крупная буржуазия проводят политику репрессий против Коммунистической партии и против народа и осуществляют вооружённые нападения на них, упорно вести борьбу против японских захватчиков, расширять единый фронт, завоёвывать симпатии всего народа и добиваться поворота к лучшему в современной обстановке можно только при условии претворения в жизнь изложенных выше тактических принципов и конкретных политических установок. Однако, исправляя ошибки, надо действовать постепенно, не проявляя излишней поспешности, так как она может вызвать недовольство наших кадров, недоверие масс, контрнаступление помещиков и другие отрицательные явления.

1. Ван Итан — крупный бюрократ периода господства северных милитаристов, японофил и национальный предатель. После событий 1935 года в Северном Китае Чан Кайши взял его к себе на службу. В 1938 году он, в качестве японской марионетки, был назначен председателем марионеточного «Северо-Китайского административного совета».↩
2. Ши Юсань — один из самых вероломных гоминьдановских милитаристов. После возникновения войны Сопротивления японским захватчикам он, командуя 10‑й армейской группой гоминьдановских войск, в сговоре с японскими войсками систематически предпринимал нападения на 8‑ю армию на юге провинции Хэбэй, громил там антияпонские демократические органы власти, совершал массовые убийства коммунистов и прогрессивных деятелей.↩