Архив автора: admin

В 1918‑м

Кто опубликовал: | 03.04.2020

Вскоре после переезда Советского правительства из Петрограда в Москву я получил записку с приглашением прийти к В. И. Ленину. На небольшом плотном листе бумаги, который и поныне хранится мною как драгоценная реликвия, рукой Владимира Ильича был написан адрес бывшей городской думы на площади Революции 1 и час, назначенный мне для беседы. Ильич указал также номер кабинета, по-видимому, для того, чтобы избавить от необходимости долго разыскивать его.

К тому времени в Москве для руководства городским строительством были созданы необходимые органы — законодательный отдел, отделы подземного и наземного строительства. Была организована архитектурная мастерская для разработки плана строительства в Москве.

Владимир Ильич сразу же стал расспрашивать, как подвигается наша работа над этим планом. Я доложил Владимиру Ильичу основную идею плана, с которой он полностью согласился.

В Москве, как известно, господствуют юго-западные ветры. Учитывая это, было предложено развивать новое жилищное строительство в юго-западном направлении, в районе Воробьёвых гор 2, Новодевичьего монастыря. Ленин горячо поддержал эту мысль.

Во время беседы Владимир Ильич уделил большое внимание вопросам озеленения города. По его мнению, насаждения должны серьёзно учитываться при новой планировке Москвы. Он рекомендовал нам, архитекторам, учесть опыт европейских столиц: Лондона — с зелёным массивом Гайд-парка, Парижа — c его Елисейскими полями, Вены — с её живописным Рингом. Владимир Ильич заботился о создании для жителей Москвы здорового, насыщенного кислородом резервуара воздуха и для этой цели советовал предусмотреть озеленение берегов Москвы-реки.

Большая теплота, чуткое внимание и терпение, с которыми Ленин выслушивал мнение собеседника, живое остроумие делали встречи с ним такими яркими и радостными событиями моей жизни! Он любил садиться совсем рядом со своим собеседником, и самый деловой разговор с ним приобретал характер задушевной беседы.

Слушая Ленина, я отчётливо представлял себе, каким прекрасным городом должна стать будущая Москва. По совету Владимира Ильича была благоустроена Театральная площадь 3, Охотный ряд был освобождён от уродливых лабазов.

При обсуждении проекта городского хозяйства и транспорта, разработанного нами вплоть до метрополитена, Владимир Ильич просил учитывать необходимость устройства глубокого ввода для транзитных поездов.

Одной из работ по осуществлению плана строительства в Москве, одобренного Лениным, явилось сооружение в 1923 году сельскохозяйственной выставки, спроектированной на месте свалки на берегу Москвы-реки,— ныне там находится Центральный парк культуры и отдыха имени Горького. Создание зелёных массивов выставки в этом районе мыслилось как звено в зелёной цепи, которая должна была протянуться от Воробьёвых гор до Кремля.

Ленин часто говорил о необходимости при реконструкции столицы сохранить памятники древнего зодчества, всё ценное, что создано художественным гением русского народа. В этой связи он подчёркивал значение культурного наследия, говорил, что нужно использовать достижения науки, техники, искусства.

Говоря о пути развития советской культуры, Ленин во время одной из бесед горячо отстаивал подлинную красоту в искусстве. Надо, сказал он, исходить от прекрасного, беря его как образец для формирования художественной культуры социалистического общества.

В то же время он предупреждал об опасности проникновения в наше искусство мещанства. На всю жизнь запомнились мне слова, которые однажды сказал при прощании Владимир Ильич: «Делайте красиво, но только помните, без мещанства!»

Мне довелось неоднократно бывать у Владимира Ильича в Кремле. Его советы, проникнутые заботой о нуждах простых людей, помогли нам, архитекторам, в решении многих и многих проблем.

Вспоминается такой пример. Москва ощущала в те годы серьёзные продовольственные затруднения. К тому же доставка продовольствия в столицу осложнялась из-за транспортных неполадок. Развивая мысль о новой, рациональной планировке города, Ильич предложил создать на берегу Москвы-реки, у Симонова монастыря, второй ярус набережной по примеру одной из набережных Лондона, с тем чтобы овощи, поступающие в Москву водным путём, можно было выгружать в вагоны трамвая и ночью развозить их по рабочим районам.

О глубокой человечности Ленина, об отзывчивости и теплоте его можно судить и по такому случаю. Однажды меня пригласили к Владимиру Ильичу для того, чтобы ознакомиться с книгами по искусству, поступившими из Берлина. По прибытии в Кремль я извинился за то, что не могу в этот день выполнить поручение, так как мне предложено немедля освободить квартиру.

Ленин стал расспрашивать: на каком основании, чьё это распоряжение? Я объяснил. Возмущённый Ленин тотчас же продиктовал своему секретарю текст отношения (оно хранится у меня поныне) с просьбой приостановить выселение. В этом документе, между прочим, сказано: «Если это потребуется, просьба будет поддержана тов. Лениным».

В этих будничных на первый взгляд деталях, в этих штрихах, запомнившихся на всю жизнь,— бесконечно дорогой и любимый образ мудрого, великого Ленина.

Примечания:

  1. Москва, пл. Революции, д. 2/3. Здание построено в 1890–1892 гг. После революции в здании размещались отделы Московского совета, в 1936 г. в здании открылся Центральный музей В. И. Ленина, с 1993 г.— филиал Государственного Исторического музея.— Маоизм.ру.
  2. Теперь Ленинские горы, где сооружено высотное здание Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова. Ред. (С 1999 г.— опять Воробьёвы горы.— Маоизм.ру.)
  3. Теперь площадь Свердова. Ред. (С 1990 г. опять Театральная пл.— Маоизм.ру.)

Ленин на трибуне

Кто опубликовал: | 02.04.2020

Это было 29 апреля 1918 года. Заседание ВЦИК в помещении Политехнического музея. На повестке: «Очередные задачи Советской власти». Докладчик — Владимир Ильич Ленин. Большая и хорошо освещённая аудитория быстро заполнялась делегатами. А балкон давно уже был переполнен публикой, среди которой преобладали серые солдатские гимнастёрки и черные рабочие куртки. Но и в гимнастёрках нетрудно было угадать рабочих, вернувшихся с фронта. Кое-где мелькали шляпки и белоснежные сорочки.

И внизу и на балконе сплошной гул.

Шляпки на балконе озираются и молчат. Гудят гимнастёрки и куртки:

— Папаша сегодня!.. Слышь… Папаша!

— Ильич?

— Ну да… а как же!

— Покажет соглашателям!

В проходах между рядами суетливо бегают делегаты. Наклоняются к сиденьям, жестикулируют.

Мой сосед, сибиряк, глядя в президиум, перечисляет мне несколько лиц:

— Вот эта… смуглая, кутается в воротник… Спиридонова… А этот… в расстёгнутой тужурке — Свердлов. А тот вон… беленький… юркий…

Сосед не успел окончить фразу: внизу неожиданно раздались аплодисменты, сначала жидко, потом сильней и сильней.

Аплодисменты быстро перекинулись к нам на балкон, а через минуту аудитория снизу доверху дрожала от рукоплесканий.

В первый момент я не понял, в чём дело. Видел, что из боковой двери на кафедру быстро вошёл человек: небольшого роста, в потёртом демисезонном пальто, в приплюснутом картузе, не то с папкой, не то с портфелем в руках.

Аудитория бурно и несмолкаемо гремела аплодисментами. А вошедший, не обращая внимания на эту бурю аплодисментов, быстро снял с себя и бросил куда-то за стол картуз, пальто, портфель, в то же время шутливо о чём-то говоря со Свердловым.

Мой сосед пояснил:

— Ленину аплодируют, любят его…

Сотни восторженных, искрящихся глаз впились в одну точку в президиуме. Аплодировали долго, ожесточённо.

Я тоже впился глазами в фигуру Ленина. Я искал на сцене сказочного героя.

А там, около небольшой группы, стоял внешне самый обыкновенный человек со смеющимся лицом, маленький, коренастый, в поношенной пиджачной паре, в белой мягкой манишке, с тёмным галстучком. Движения головы и рук его были быстрые, часто меняющиеся.

Свердлов подошёл к своему столу в центре президиума, позвонил и, громко объявив об открытии заседания, прочёл повестку.

Потом сказал:

— Слово предоставляется Председателю Совета Народных Комиссаров — товарищу Ленину.

Опять бурный взрыв аплодисментов.

Владимир Ильич с бумажкой в руках быстро обошёл длинный стол президиума и стал сбоку, около кафедры.

Наступила тишина…

Много приходилось мне слышать докладов и многих общепризнанных ораторов. Но тут… все мои понятия о докладах и все представления об ораторских приёмах перевернулись. Поражала необычайная простота оборотов речи Ленина, глубина и меткость определений, которые гвоздями входили в сознание слушателя. Эти мысли долго сверлили мозг — спустя месяцы и годы.

Поражало, что Владимир Ильич как будто не докладывал, а просто интимно беседовал с одними, журил других и бичевал третьих…

Обращала внимание и ещё одна особенность речи Владимира Ильича, которой я не замечал ни у одного из известных мне ораторов ни до, ни после товарища Ленина: его речь была отточенной до мельчайших подробностей, несмотря на всю остроту и непосредственность тех чувств, которые вкладывал Владимир Ильич в доклад и подчёркивал интонацией своего голоса.

Этот голос вызывал напряжённое деловое внимание аудитории.

Вот ленинский голос зазвучал тревогой и ненавистью к тем, кто разрушал и саботировал великое дело освобождения трудящихся.

И ненависть загоралась огнём во взглядах людей, одетых в серые гимнастёрки и чёрные куртки.

Деловое напряжение слушателей сменялось ощущением огромной ответственности, которую взваливал на свои плечи пролетариат и его классовая власть.

Конец доклада был насыщен такой уничтожающей иронией к врагам рабочего класса, что тишина аудитории то и дело прерывалась взрывами заразительного смеха.

Казалось, что Ленин стёр, уничтожил, похоронил своих противников до их выступлений.

Аудитория откликнулась долгими, оглушительными аплодисментами.

Ленин не только говорит и бросает в аудиторию свои пламенные мысли — нужные, государственные. Нет, он ещё впитывает в себя и переводит на свой раскалённый язык то невидимое и неуловимое, что несётся к нему напряжённым электрическим током от тысячной аудитории, что струится из глаз этой чёрно-серой громады внизу и на балконе.

Годы и перемежающиеся события стёрли в моей памяти многое из того, что говорил Ильич. Но навсегда врезалась в память огненная мысль, пронизывающая доклад:

Советской России придётся пережить период гражданской войны и строительства социализма, прежде чем она приступит к коммунистическому переустройству общества.

Ленин знал глубочайшие тайники человеческой души и находил в ней отклик тому, что наболело у него, что веками копилось в измученных, истерзанных сердцах миллионов простых людей.

В его словах, в его голосе звучала неоспоримая большевистская правда.

Но вот затихла буря аплодисментов. Начались прения.

Крикливо и малоубедительно прозвучало выступление эсера Камкова.

Точно осенний шорох листьев, прошуршал шипящий голос меньшевика Мартова.

Что-то прокричал седовласый и костлявый анархист Ге, размахивающий руками.

Владимир Ильич сидел около стола на углу, писал на листке бумаги и часто, поднимая одну бровь, смотрел на оппонентов. Иногда он улыбался и крутил головой, как бы говоря: «Ну и городит!» И тотчас же склонялся к листку бумаги и быстро-быстро записывал.

Когда говорил и размахивал длинными руками седовласый старик анархист, Владимир Ильич несколько раз откидывал назад голову и беззвучно смеялся.

Наконец кончились и речи.

Владимир Ильич снова впереди стола с бумажкой в руках.

Казалось, в этой огромной, переполненной людьми аудитории рассыпаются огненные искры, бороздят аудиторию воспламеняющие молнии.

И опять обращало внимание необычайное умение Ильича строить речь. Слушатель не утомлялся, а громко и добродушно хохотал, когда Ленин жестоко высмеивал левых эсеров и анархистов, а когда Ленин гневно бичевал меньшевиков и правых эсеров, а они отбивались репликами с мест, аудитория отвечала им криками, стуком ног и грозным рёвом голосов. Особенно бушевал балкон. Он бушевал, как море в непогоду.

По временам казалось, что вся эта чёрно-серая громада людей сорвётся с балкона, ухнет через барьер на голову своих врагов и разорвёт их в клочья.

Но звонок и громкий властный голос тов. Свердлова вовремя останавливают гневно бушующую стихию.

А Владимир Ильич по-прежнему спокойно стоит с бумажкой в руках и как-то по-особому добродушно иронически улыбается. Глаза его весело искрятся, точно говорят: «Не сердитесь, товарищи рабочие! Пусть эсеры пошумят! Нам это не страшно…»

Но вот закончилось и заключительное слово Владимира Ильича.

Охваченный бурей неповторимых переживаний и ощущений от выступления Ильича, медленно спускался я с балкона и шёл к выходу.

Помню густую, тесную толпу, выносившую меня в стихийном потоке на улицу. Вокруг меня горели энтузиазмом глаза. То там, то здесь звучали короткие фразы:

— Не выдал Папаша!..

— Поддержал!..

— Долго не забудут меньшевики и эсеры…

— Ещё бы!.. Ильич-то?! Он, брат, покажет!

— С ним всё будет наше!..

— Всё возьмём! Весь мир завоюем!

Толпа медленно растекалась по тротуарам.


Мне вспомнился ещё случай.

На Ⅷ съезде Советов, кажется в заключительном слове по докладу Совета Народных Комиссаров, Владимир Ильич бичевал международный капитал и, обращаясь к ложам иностранных представителей, ядовито их высмеивал.

Делегаты съезда хохотали и шумно аплодировали Ленину.

Взглянув на дипломатическую и журналистскую ложи, я был поражён.

Обнажив золотые зубы до ушей, иностранцы тоже долго и шумно аплодировали Ленину.

Незабываемые встречи. 4

Кто опубликовал: | 01.04.2020

В последний раз я видел Ленина на пленуме Московского Совета 20 ноября 1922 года. Зал Большого театра, ложи, балконы — всё было заполнено депутатами и гостями. Я сидел на сцене, в президиуме, близко к трибуне. Вот Владимир Ильич поднялся на трибуну. Трудящиеся Москвы давно уже не видели своего любимого вождя. Мы знали, что Ленин болен… и поэтому с особым вниманием вглядывались в его лицо. Ленин начинает речь, и внимание депутатов сосредоточивается на проблемах сегодняшнего дня, на задачах, стоящих перед партией и Советской властью.

«Социализм уже теперь не есть вопрос отдалённого будущего, или какой-либо отвлечённой картины, или какой-либо иконы. Насчёт икон мы остались мнения старого, весьма плохого. Мы социализм протащили в повседневную жизнь и тут должны разобраться. Вот что составляет задачу нашего дня, вот что составляет задачу нашей эпохи. Позвольте мне закончить выражением уверенности, что, как эта задача ни трудна, как она ни нова по сравнению с прежней нашей задачей и как много трудностей она нам ни причиняет,— все мы вместе, не завтра, а в несколько лет, все мы вместе решим эту задачу во что бы то ни стало, так что из России нэповской будет Россия социалистическая» 1 — так закончил свою речь В. И. Ленин.

Никто из нас и не думал даже, что в тот день Ленин выступает в последний раз.

Примечания:

  1. См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 45, с. 309. Ред.

Незабываемые встречи. 3

Кто опубликовал: | 01.04.2020

19 июля 1920 года в Петрограде, в Таврическом дворце (бывшая Государственная дума), состоялось торжественное открытие Второго конгресса Коминтерна. Я был избран делегатом на этот конгресс и в одном поезде с Лениным и Крупской выехал в Петроград. В дороге всем делегатам был роздан проект тезисов по национальному и колониальному вопросам, написанный В. И. Лениным 1. В этих тезисах был обобщён опыт молодого Советского государства по подлинно марксистскому разрешению национального вопроса и определена позиция коммунистических и рабочих партий, объединённых в Коминтерн, в национальном и колониальном вопросах. Ленинские тезисы были проникнуты духом истинного пролетарского интернационализма. В записке, предпосланной тезисам и обращённой к делегатам конгресса, Ленин просил нас дать свой отзыв, исправления, дополнения или конкретные предложения. Уже в поезде разгорелись жаркие прения. Мы горячо обсуждали сложность разрешения национального вопроса на Кавказе, говорили об опыте национальной работы в Туркестане и Киргизии.

В день открытия конгресса делегаты собрались в зале заседаний задолго до начала: одни разыскивали знакомых, друзей о революционной работе, другие спешили занять место поближе. Владимир Ильич тоже пришёл пораньше. Он внимательно разглядывал сидящих в креслах делегатов. Вот он узнал кого-то, закрыл блокнот, в котором что-то записывал карандашом, и пошёл по залу. Делегаты провожали его взглядами, все хотели видеть, к кому он направился. Навстречу ему в конце зала поднялся один из товарищей, седобородый, с высоким лбом, с радостно сияющими из-под густых бровей глазами,— Миха Цхакая. Вот они сошлись, обнялись и поцеловались. Собравшиеся делегаты приветствовали эту встречу долго не смолкавшими аплодисментами.

На конгрессе Ленин выступил по различным вопросам шесть раз. Особенно мне запомнились яркий доклад В. И. Ленина о международном положении и основных задачах Коммунистического Интернационала, речь о роли Коммунистической партии и доклад комиссии по национальному и колониальному вопросам. В этом, последнем, докладе Ленин сообщил конгрессу о работе комиссии и остановился на некоторых самых важных и принципиальных вопросах национальной политики коммунистических партий.

По словам Владимира Ильича, основной идеей тезисов комиссии явилась идея различия, разделения народов на угнетающих и угнетённых. «Мы подчёркиваем это различие,— говорил Ленин,— в противоположность Ⅱ Интернационалу и буржуазной демократии».

Примечания:

  1. См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 41, с. 161—168. Ред.

Незабываемые встречи. 2

Кто опубликовал: | 01.04.2020

Осенью 1919 года я был переброшен из 1‑й революционной армии в Казань и назначен заместителем политического комиссара Мусульманских пехотных курсов. Прошло немного времени, и коммунисты — татары Казани избрали меня в организационную комиссию по созыву Ⅱ Всероссийского съезда коммунистических организаций народов Востока. В начале ноября я прибыл в Москву и включился в работу. Ещё до открытия съезда делегаты попросили Ленина выступить на съезде с докладом 1.

Съезд открылся в помещении гостиницы «Метрополь» 2 22 ноября и продолжался до 3 декабря 1919 года. Делегатами съезда были азербайджанские, башкирские, казахские, татарские, узбекские коммунисты и коммунисты других восточных национальностей. А когда стало известно, что на съезде будет выступать Ленин, прибыли ещё гости.

Ленин приехал, его встретили приветственными возгласами, восторженной овацией. Он говорил об отношении народов Востока к империализму, о революционном движении среди этих народов.

Слова Ильича были восторженно встречены делегатами съезда. Далее Ленин обрисовал товарищам положение на фронтах гражданской войны, отметив, что наши победы обусловлены крепостью нашего тыла, сплочённостью и самоотверженностью рабочих и крестьян, на каждый удар отвечающих «увеличением сцепления сил и экономической мощи…».

Со всей серьёзностью и ответственностью восприняли мы, делегаты съезда, задачи, которые поставил Ленин перед коммунистическими организациями народов Востока: применить общекоммунистическую теорию и практику (опираясь на опыт русской революции) в особых, своеобразных условиях, привлечь к борьбе против международного империализма крестьянские массы, вести коммунистическую пропаганду внутри каждой страны на понятном для народа языке, пробудить революционную активность трудящихся масс Востока.

На съезде были заслушаны отчёт Центрального бюро, доклад Центральной мусульманской военной коллегии, сообщение о Татаро-Башкирской республике. По некоторым вопросам обнаружились разногласия. Ленин решил лично разобраться в них. И вот в конце 1919 года, когда я работал секретарём избранного на съезде Центрального бюро коммунистических организаций народов Востока, меня и ряд других товарищей — коммунистов восточных национальностей вызвали в Кремль к Владимиру Ильичу Ленину. В приёмной я встретил тт. Шамигулова, Наримана Нариманова, Бисерова, своего однофамильца, председателя делегации Туркестанской республики Ибрагимова, и других знакомых и незнакомых мне товарищей. Должно было состояться совещание по делам народов Востока.

Нас пригласили в кабинет Владимира Ильича. За столом в кресле сидел Ленин и приветливо улыбался входящим. Кроме него в кабинете были секретари и члены Политбюро ЦК.

По предложению Ильича мы снова обсудили те вопросы, по которым на съезде выявились разногласия. Многие товарищи спорили о том, следует ли создавать Татаро-Башкирскую Советскую Социалистическую Республику или две автономные республики: Татарию и Башкирию 3. На съезде большинство делегатов высказалось за объединённую Татаро-Башкирскую республику, но всё же многие из нас не были с этим согласны.

В кабинете Ильича создалась дружеская, непринуждённая обстановка, и коммунисты, не стесняясь, свободно, откровенно излагали перед присутствующими свои взгляды.

Я тоже выступил на этом совещании. Мне шёл тогда только двадцатый год, и я очень волновался сначала, зная, что меня слушает Ленин. Но Владимир Ильич так ободряюще, так тепло улыбался мне, что я вскоре перестал смущаться и вступил в полемику с выступавшим передо мной председателем туркестанской делегации, который в слишком радужных красках обрисовал положение в туркестанской партийной организации. Я говорил о том, что многие коммунисты ещё соблюдают религиозные обряды, ходят в мечеть, держат взаперти женщин, что нужно повышать их культурный и политический уровень.

Владимир Ильич, облокотившись на стол, внимательно слушал выступления. Время от времени он писал и посылал записки кому-нибудь из присутствующих. Видимо, во время выступлений и в связи с ними у него возникали вопросы, требующие немедленного ответа, но он не задавал их вслух, не желая прерывать выступавших. Получив ответ, он кивком головы сообщал об этом написавшему.

Когда совещание закончилось, Ленин каждого из нас поблагодарил и с каждым попрощался.

Я до сих пор горжусь тем, что принимал участие в совещании, на котором председательствовал родной Ильич, до сих пор помню его энергичное рукопожатие.

Примечания:

  1. См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 39, с. 318—331. Ред.
  2. Съезд заседал в Доме союзов. Ред.
  3. Положение Народного комиссариата по делам национальностей о создании Татаро-Башкирской республики, опубликованное 22 марта 1918 г., не осуществилось ввиду начавшейся гражданской войны. Оно было подтверждено Ⅱ Всероссийским съездом коммунистических организаций народов Востока. Однако в 1920 г. в связи с изменившейся обстановкой внутри страны по желанию трудящихся масс Татарии и Башкирии было принято решение о создании отдельных автономных республик Татарии и Башкирии. Ред.

Незабываемые встречи. 1

Кто опубликовал: | 01.04.2020

Всю свою жизнь я буду помнить о первой встрече с Владимиром Ильичом Лениным. Это произошло в начале 1918 года, вскоре после переезда Советского правительства из Петрограда Москву.

Тяжело было трудящимся в первые месяцы становления Советской власти: не хватало хлеба, дров, было много безработных. Трудящиеся нашего Благуше-Лефортовского района самоотверженно боролись с трудностями. Но, конечно, не все понимали сложность обстановки. И вот В. И. Ленин дал согласие выступить перед трудящимися района на митинге 1, посвящённом протесту против расстрела меньшевистским грузинским правительством рабочего митинга в Тифлисе.

Желающих увидеть и послушать Ильича было так много, что районный комитет партии решил организовать митинг в самом вместительном помещении Москвы — в Алексеевском манеже в Лефортове.

Пригласительные билеты на митинг заранее распределили по заводам, фабрикам, учреждениям, воинским частям. Но даже это огромное помещение — Алексеевский манеж — не могло вместить всех желающих.

7 апреля 1918 года задолго до открытия митинга Алексеевский манеж до отказа заполнили рабочие, кустари, солдатки, служащие. Ни скамеек, ни стульев не было, собравшиеся стояли плотную друг к другу и с нетерпением ждали появления Ленина. Но вот у входа в манеж публика заволновалась, послышались возгласы:

— Ленин идёт!

— Ильич! Ура Ильичу!

Под тысячеголосые приветствия Ленин идёт к трибуне. Овации не стихают, наоборот, усиливаются. Лица присутствующих возбуждённые, радостные.

Ленин машет рукой, пытаясь остановить приветствия и начать речь, но собравшиеся отвечают ему ещё более бурной овацией. Так народ выражал свою преданность партии большевиков, свою безграничную любовь к Ильичу.

…Ленин на трибуне. Хорошо знакомая всем фигура Владимира Ильича, чуть наклонившегося вперёд. Скупой, короткий жест руки, быстрая, но спокойная речь…

Он говорит о том, что глубоко волнует всех нас:

«И чтобы дальше успешно идти вперёд, нам необходимо сбросить с себя невежество и халатность, а сделать это гораздо труднее, нежели свергнуть идиота Романова или дурачка Керенского».

Когда Ленин пробирался в толпе к трибуне, все мы видели, что он совсем простой, невысокого роста человек. Сейчас он казался нам выше и строже, но всё таким же близким, своим. Тысячи взоров были обращены к нему. Он говорил горячо, просто, понятно, убедительно, и слова его проникали в душу каждого, кто его слушал. Я стоял около трибуны, рядом со мной — пожилой рабочий. Пальцы его сжались в большие, тяжёлые кулаки. Когда Ильич оканчивал фразу, мой сосед как бы про себя повторял:

— Верно! Верно!..

Ленин откровенно рассказал трудящимся о трудностях, которые ожидают страну в первые годы революции, о голоде, белом терроре, дезорганизации в хозяйстве. Он объяснил необходимость суровых мер по отношению к врагам революции, необходимость насилия над эксплуататорами. Разоблачив лицемерие и ханжество меньшевиков и правых эсеров, проливающих крокодиловы слезы по поводу «жестокости» большевиков, Ильич призвал нас учиться на деле, на опыте, вырабатывать товарищескую дисциплину, укреплять Советы, проводя в них коммунистов-большевиков.

«Когда же мы победим дезорганизацию и апатию,— сказал Владимир Ильич,— то в непрестанной работе мы достигнем великой победы социализма» 2.

Примечания:

  1. См.: Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 36, с. 214—215. Ред.
  2. Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 36, с. 215. Ред.

Встречи с Ильичом

Кто опубликовал: | 31.03.2020

Мне выпало большое счастье встречаться и беседовать с В. И. Лениным. И каждая такая встреча являлась предметным уроком революционного подхода к делу, уроком на всю жизнь. После Декабрьского вооружённого восстания 1905 года В. И. Ленин поставил перед большевиками задачу: подвести итоги первого года революции, изучить опыт вооружённой борьбы. С этой целью в ряде городов проводились партийные совещания. Состоялось такое совещание и в Москве. На нём присутствовал Ленин.

Мы, участники Декабрьского вооружённого восстания, собрались в одном из домов на Новинском бульваре 1. Ленин интересовался ходом восстания. Он подробно расспрашивал нас о том, как началась забастовка, дружно ли вышли рабочие на улицу.

Один из нас рассказал, что рабочие некоторых предприятий под влиянием меньшевиков сначала не хотели участвовать в забастовке, но большевики пришли в цехи, провели митинги и увлекли всех рабочих за собой.

— Как же это получилось, что вы солдат не привлекли на свою сторону? — спросил нас Ленин.

Мы рассказали Владимиру Ильичу, что среди солдат Серпуховских и Хамовнических казарм велась агитационная работа: там выступал Иннокентий Дубровинский и другие большевики. Солдаты обещали не стрелять по забастовавшим рабочим.

— И на этом вы успокоились,— сказал Владимир Ильич. Ленин говорил далее о том, что мы правильно поступили, когда пошли к рабочим, чтобы поднять их на борьбу, и неправильно, когда не привлекли на свою сторону, не сумели мобилизовать на вооружённое восстание солдат, вооружённых людей.

— Никто нам не подсказал,— оправдывались мы.

— Это большая ошибка,— сказал Ленин и затем подробно развил мысль о том, что в революции рабочий класс должен бороться за войско, привлекать военные гарнизоны на свою сторону, выступать вместе со всеми трудящимися, в том числе и крестьянами в шинелях — солдатами.

Отряд красногвардейцев. Петроград. 1917 г.

Отряд красногвардейцев. Петроград. 1917 г.

Вторая встреча с Лениным произошла уже после победы Великой Октябрьской социалистической революции и была связана с вопросами обороны молодого Советского государства.

На Ⅶ съезде партии Ленин выдвинул задачу «всестороннего, систематического, всеобщего обучения взрослого населения, без различия пола, военным знаниям и военным операциям». Нужно добиться, говорил Ильич, чтобы рабочие и крестьяне каждый день «учились сражаться».

Ленин призывал полностью использовать передышку, полученную в результате Брестского мира, для создания крепкой армии и крепкого тыла.

Фронт требовал новых частей. По указанию Ленина их формировали военкоматы республики. Как военкому Замоскворецкого района города Москвы мне и моим товарищам также предстояло сформировать несколько новых частей.

Однажды во время выполнения этой задачи нас вызвал в Кремль Я. М. Свердлов. Вместе с ним мы пошли к Ильичу.

Владимир Ильич принял нас как обычно дружески, поздоровался, усадил и затем попросил рассказать, как идёт организация новых частей Красной Армии.

Мы подробно начали докладывать. Рассказали, что из отрядов Красной гвардии созданы и размещены в казармах регулярные воинские части и подразделения. Формируем новые полки — Варшавский красный, Лодзинский красный, Краковский красный и Добровольческий китайский полк.

Владимир Ильич интересовался, много ли частей и подразделений отправлено на фронт, откуда будем брать оружие и обмундирование для новых полков. Мы сказали, что в районе имеется военно-вещевая фабрика, в которой достаточно запасов. Оружие отремонтируем на механических заводах. Внимательно выслушав нас, Владимир Ильич сказал:

— А вы, товарищи, не чувствуете, что к формированию новых частей подходите не с государственной, а с местнической точки зрения?

Ленин указал, что мы неправильно расходуем государственные запасы (он имел в виду прежде всего запасы на военно-вещевой фабрике), используя их на нужды своего района, что эти нужды можно удовлетворить с помощью мелких предприятий районного значения.

Нужно ли говорить, какое большое значение имели для нас эти беседы, в которых Ленин учил нас по-государственному подходить ко всякому делу, всегда опираться на массы, поддерживая с ними тесную связь.

По совету Владимира Ильича мы обратились непосредственно к рабочим мелких частных предприятий, не имевших оборонного значения. В нашем районе, например, была частная макаронная фабрика. Мы пошли туда, поговорили с рабочими, и они охотно откликнулись на нашу просьбу. Через несколько дней они отремонтировали броневик, предназначенный для частей, уходивших на фронт.

Многому научила меня ещё одна беседа с Ильичом. Это было в период перехода от Красной гвардии к регулярной армии. Вызвана она была следующим случаем.

По Окружной железной дороге к Канатчиковой даче подошёл эшелон с красногвардейцами. Я получил из горвоенкомата распоряжение принять отряд и, как все другие, в связи с переходом к регулярной армии расформировать его по частям. Но отряд был пропитан духом партизанщины и не хотел выполнять приказ. Подойдя к эшелону, мы увидели выставленные против нас пулеметы. Тогда я приказал выкатить орудия. Только после этого отряд выстроился для приёма.

Об этом случае я и рассказал Владимиру Ильичу.

Владимир Ильич сказал, что мы поступили неправильно, что нужно не артиллерией и пулемётами убеждать своих людей, а большевистским, правдивым словом терпеливо разъяснять им. что революция требует новой организации армии, что директивы партии и правительства надо выполнять беспрекословно.

— Мы должны,— говорил он,— всеми силами и средствами защищать революцию. Но, защищая её, разобраться, где друзья, а где враги. Надо учиться правдиво и ясно разговаривать с народом, убеждать его в нашей правоте.

Организуя формирование Рабоче-Крестьянской Красной Армии, Владимир Ильич неоднократно говорил о том, что наша армия должна иметь высокую сознательную дисциплину, что военкомы должны показывать пример в дисциплине, насаждать её твёрдо и решительно.

Помню, после обследования нашего района поступило распоряжение о передаче части запасов обмундирования и снаряжения в Лефортовский район.

Мы своевременно не выполнили этот приказ и тем самым нарушили воинскую дисциплину. По этому поводу нас вызвали к Владимиру Ильичу.

Ленин говорил о необходимости чрезвычайной исполнительности, без которой нельзя победить врага и поднять обороноспособность нашего государства.

— На первый раз,— сказал он нам,— мы вас простим. Но помните, что защитники революции должны иметь строжайшую дисциплину и сами везде и во всём твёрдо насаждать её.

Эти замечания Владимира Ильича я всегда помню, ими руководствуюсь в своей практической работе и сейчас.

Примечания:

  1. Совещание состоялось в первой половине марта 1906 г. в доме по Б. Девятинскому пер. Ред.

У колыбели комсомола

Кто опубликовал: | 30.03.2020

Первые массовые организации рабочей молодёжи в России возникли в 1917 году. Большевистская партия пристально следила с первых же шагов за возникшим пролетарским юношеским движением, помогая молодёжи занять правильную политическую позицию, строить свою организацию как самодеятельную, классовую революционную организацию.

В мае — июне 1917 года в «Правде» печатается ряд статей Н. К. Крупской и других деятелей партии о задачах союзов молодёжи, печатается проект устава союза. Партия посылает своих виднейших представителей для политического просвещения молодёжи и для помощи в строительстве её организации. Главное, указывал Ленин, состоит в том, чтобы в своей организации рабочая молодёжь научилась сознавать себя частью великого революционного класса, призванного преобразовать мир, и практически приобщалась бы к борьбе за осуществление социалистических идеалов.

Исключительное значение для чёткого политического оформления и строительства союзов рабочей молодёжи имел Ⅵ съезд партии, проходивший в Петрограде в августе 1917 года. Нацеливая партию и рабочий класс на подготовку и проведение вооружённого восстания за власть Советов, Ⅵ съезд партии в специальной резолюции подчеркнул то значение, которое партия придаёт участию рабочей молодёжи в борьбе за диктатуру пролетариата, и чётко определил характер и направление союзов молодёжи, их задачи.

В дни Октябрьской революции союзы рабочей молодёжи целыми организациями вливались в красногвардейские отряды. Рабочая молодёжь беззаветно сражалась за власть Советов на самых опасных участках, проявляя чудеса героизма, самоотверженности и несокрушимой юношеской отваги.

После победы Великой Октябрьской социалистической революции союзы молодёжи явились активными и надёжными помощниками Коммунистической партии в строительстве новых органов государственной власти пролетариата, в осуществлении контроля над производством, в проведении ленинского декрета о земле, в пропаганде и утверждении в жизнь идей Октября и в вооружённой защите Советской власти.

В начале гражданской войны пролетарская молодёжь ещё не была объединена в масштабе всей страны. Между тем потребность во всероссийском объединении союзов молодёжи назрела. По совету ЦК партии петроградская, московская и уральская организации союзов рабочей молодёжи в июле 1918 года выделили Организационное бюро для подготовки созыва Всероссийского съезда рабочей и крестьянской молодёжи.

Вечером 29 октября 1918 года состоялось открытие съезда. Какой восторг охватил делегатов и многочисленных гостей, когда в торжественной тишине прозвучали слова: «Первый Всероссийский съезд союзов рабочей и крестьянской молодёжи объявляется открытым!»

Приступили к выборам президиума. Встал юноша. Взволнованным голосом он крикнул: «Предлагаю избрать почётным председателем съезда Владимира Ильича Ленина!..» Буря оваций, приветственные возгласы в честь вождя, мощное пение «Интернационала» были ему ответом.


Занятый гигантской работой по руководству Советским государством, Владимир Ильич не мог прийти на съезд. Но он внимательно следил за его работой. По приглашению В. И. Ленина делегация Ⅰ съезда комсомола, в лице его президиума, пришла к нему в Кремль, чтобы рассказать о работе съезда и получить совет и указания любимого вождя. Автору этой статьи выпало на долю великое счастье быть в составе делегации, посетившей Владимира Ильича.

В хмурый ноябрьский день, когда мы направились в Кремль, в хозяйственной части общежития иссякли все запасы продовольствия и делегатам не выдали обычной голодной нормы ржаных сухарей. Попив горячего кипяточку с «таком», мы отправились в путь. Должна признаться: несмотря на то что мы были проникнуты самыми чистыми и возвышенными чувствами в ожидании предстоящей встречи с В. И. Лениным, мы всё же сильно хотели есть. Не совладав с человеческой слабостью, мы совершили финансовый анализ карманов и, сложив все свои богатства, на углу Лубянки (теперь площадь Дзержинского) купили у торговки почти целую буханку хлеба.

Бережно уминая хлеб, мы шли, горячо обсуждая всё, о чём обязательно надо будет рассказать Владимиру Ильичу. Решили, что говорить от имени делегации будет один, иначе упустим сказать главное.

Увлёкшись разговорами, мы не заметили, как подошли к Кремлю. Через несколько минут мы уже были в приёмной у Владимира Ильича. Но Ленин был занят. Время вождя было строго рассчитано, а мы опоздали, и он принял кого-то другого. Надо было ждать. Пристыжённые тов. Фотиевой (которая работала секретарём Ленина) за опоздание, мы отошли в уголок и, сгрудившись тесной кучкой, шёпотом делали последние наставления своему «уполномоченному».

Неожиданно открылась дверь кабинета, и Ленин, кого-то выпуская, улыбаясь, глянул в нашу сторону: «А, молодёжь пришла» — и пригласил нас зайти 1. Приветливо и ласково он с каждым поздоровался и удобно рассадил нас вокруг стола.

И вот мы с Лениным. Перед нами с виду обыкновенный, простой человек и такой близкий, родной. И в то же время гигант — вождь революции, глава Советского государства, учитель трудящихся всего мира. И тут надо признаться, что все мы растерялись, позабыли все хорошие слова, которые хотели ему сказать. В груди бушевала радость, а выразить свои чувства мы не могли. Несмело наш «уполномоченный» одёрнул куртку и дрогнувшим голосом, заикаясь, произнёс: «Дорогой, многоуважаемый товарищ Ленин!..— Пауза. Чувствуя наши пронизывающие взгляды, он откашлялся и снова начал: — Дорогой, многоуважаемый Владимир Ильич…» — и безнадёжно, окончательно смолк.

Ленин понял наше состояние, шутками и вопросами помог нам прийти в себя и незаметно вовлёк в непринуждённую, оживлённую беседу о целях и задачах рождавшейся всероссийской юношеской коммунистической организации, о роли трудящейся молодёжи в борьбе за упрочение Советской власти, за новый, социалистический строй, создававшийся в нашей стране. Ленин интересовался, все ли губернии представлены на съезде, много ли представителей крестьянской молодёжи, в чём выражается конкретная деятельность существующих союзов, знакомы ли мы с союзами и борьбой пролетарской молодёжи зарубежных стран. Когда Ленин спросил, много ли девушек среди делегатов съезда, Саша Безыменский вскочил и отрапортовал: «Так точно, 9 штук…»

Все засмеялись, а громче и заразительнее всех смеялся Ленин. Когда наступила тишина, я поправила Безыменского: «Не штук, а человек…» Ленин мягко улыбнулся и серьёзно сказал: «И ещё какие человеки — женщины! Чем шире мы приобщим работниц и крестьянок к борьбе пролетариата, тем быстрее и надёжнее будет победа нового строя». Ленин посоветовал нам специально подумать о вовлечении в союз женской трудящейся молодёжи.

Беседа подходила к концу. Вдруг ожил наш «уполномоченный» и попытался произнести торжественную речь. Но Ленин перебил его, спросив рабочего-уральца Сорвина, учится ли рабочая молодёжь стрелять и вообще военному делу. «Уполномоченный» выждал и опять начал говорить: «Союз принял коммунистическое название… мы…»

Ленин испытующе посмотрел на нас и сказал: «Дело не в названии, товарищи. Суть дела,— подчеркнул он,— состоит в том, чтобы члены Коммунистического союза молодёжи своей жизнью и работой оправдывали своё название. Вы видите, какая идёт жестокая борьба, сколько страданий и крови она стоит. Против Советской власти, против трудящихся ополчились не только русские белогвардейцы и мировая буржуазия. Нас мучает голод, хозяйственная разруха. Тяжёлым наследством прошлого является неграмотность и бескультурье. Всё это враги, и всех их надо одолеть. В Советской власти, в социалистическом обществе, которое мы обязательно построим,— ваше будущее,— закончил Ленин.— Задача коммунистической молодёжи — быть в первых рядах борцов за новую жизнь».

Прощаясь с нами, Владимир Ильич дал нам несколько номеров журнала «Интернационал молодёжи» и посоветовал побыстрее связаться с самим Интернационалом молодёжи. Вспомнив что-то, Ленин вдруг спросил: «А как у вас обстоят финансовые дела?» Мы скромно ответили: денег пока нет. Владимир Ильич присел и написал записку председателю ВЦИК Якову Михайловичу Свердлову с предложением выдать будущему ЦК комсомола 10 тысяч рублей для организации работы.

Вошла тов. Фотиева и что-то тихо сказала В. И. Ленину. Он утвердительно кивнул головой и попросил: «Скажите ему, что через пять минут я его приму…» Мы поняли, что пора уходить, и встали. Ленин тоже встал, внимательно осмотрел нас и, улыбнувшись одними уголками глаз, просто и задушевно спросил: «А кушать, ребятки, хотите?» Мы хором ответили: «Нет!» Но наши лица говорили другое. Ленин написал ещё одну записку Якову Михайловичу Свердлову: «Накормить обедом 11 (одиннадцать) членов президиума первого Всероссийского съезда союза молодёжи».

Эта задушевность Ленина, его трогательная забота о людях взволновала нас несказанно. Окрылённые, радостные, мы шли от Ленина, чтобы передать через съезд всей рабоче-крестьянской молодёжи страны программное ленинское напутствие на самоотверженный труд и подвиги во имя победы коммунизма.

В 1919 год комсомол вступал уже как руководящая, представительная организация всей рабочей и крестьянской молодёжи; этой организации партия, Ленин доверили идейное воспитание пролетарской смены и привлекли её к участию в государственном разрешении нужд молодёжи в области труда и образования.

Восьмой съезд партии, состоявшийся в марте 1919 года, в специальной резолюции «О работе среди молодёжи» подчеркнул значение комсомола как резерва партии. Съезд призвал партию оказывать самую деятельную идейную и материальную поддержку Российскому Коммунистическому Союзу Молодёжи.

Мы знаем, как сверхчеловечески был загружен Ленин, но он находил время, чтобы вникнуть в конкретные нужды жизни комсомола, дать совет, подсказать путь решения тех или иных вопросов.

В апреле 1919 года состоялся Ⅰ Всероссийский съезд коммунистов-учащихся. Между комсомолом и коммунистами-учащимися не было достаточного контакта. Многие местные комсомольские организации вопросами строительства новой трудовой школы не занимались, полагая, что это дело интеллигенции. Владимир Ильич помог выправить это положение. Он выступил на съезде коммунистов-учащихся с приветствием и указал на огромное значение участия самой коммунистической молодёжи в строительстве новой, советской школы. После съезда учащиеся-коммунисты организованно вошли в комсомол.

Октябрь 1919 года был наиболее критическим в ходе гражданской войны. С юга к Москве подходила белогвардейская армия Деникина, с севера на Петроград устремилась банда генерала Юденича. Когти врага готовы были вцепиться в самое сердце революции, чтобы остановить его биение. В тяжёлое, грозное время гражданской войны, в октябре 1919 года, в Москве собрался Ⅱ Всероссийский съезд комсомола. Делегаты съезда внесли предложение объявить мобилизацию всех комсомольцев на фронт. Центральный Комитет партии поправляет съезд и предлагает мобилизовать, но только 80—100 процентов комсомольцев в прифронтовых районах и 30 процентов — повсеместно. Ленин присылает письменное приветствие съезду. Он желает успеха молодёжи в работе и строительстве новой жизни и выражает твёрдую уверенность в победе. Силы молодёжи нужны не только на фронте, но и в тылу, на фабрике, в деревне.


…Незабываемый, исторический для жизни комсомола 1920 год. Ⅲ съезд комсомола. Большой зал в доме № 6 на Малой Дмитровке в Москве (теперь Театр имени Ленинского комсомола 2) набит до отказа. В нём представлен цвет пролетарского юношества страны — отважные воины и самоотверженные строители, творцы новой жизни, мечтатели и герои. Возраст делегатов — от 17 до 20 лет. В анкетной графе «образование» преобладает краткая запись: «низшее», но есть и такие ответы: «умею читать», «не учился в школе», «грамотный».

П. П. Белоусов. «Ленин среди делегатов Ⅲ съезда РКСМ»

П. П. Белоусов. «Ленин среди делегатов Ⅲ съезда РКСМ»

Ждём Ленина. А пока поём, спорим… И вдруг в зал ворвался радостный клич — Ленин! Владимир Ильич как-то неожиданно появился на сцене в кепи и осеннем пальто, и его даже не узнали сразу. Ленин! Вот он стоит улыбающийся, совсем близко, рядом с тобой, и сердце переполнено счастьем. Несколько минут не смолкает волнующая овация. Но Ленин показывает на часы и просит нас унять свои чувства. Водворяется тишина.

Ленин приближается к краю сцены, внимательно вглядывается в напряжённые лица и негромко говорит: «Товарищи, мне хотелось бы сегодня побеседовать на тему о том, каковы основные задачи Союза коммунистической молодёжи и в связи с этим — каковы должны быть организации молодёжи в социалистической республике вообще».

Стало ещё тише, а Ленин, как бы беседуя с нами и со всей молодёжью страны, продолжал:

— И вот, подходя с этой точки зрения к вопросу о задачах молодёжи и союзов коммунистической молодёжи, их можно было бы выразить одним словом: задача состоит в том, чтобы учиться.

Скажу правдиво — не все мы сразу поняли глубокий смысл ленинских слов… Многие делегаты приехали на съезд прямо с фронта, другие — с заводов, фабрик, третьи — из деревни. Все вместе мы дрались с врагами, работали, агитировали, ежедневно вершили уйму дел, самоотверженно вкладывая все свои силы и чувства в строительство нового мира. Этим, казалось, и исчерпываются наши задачи. И вдруг — учиться!

Ленин видел наше удивление. В простых и понятных словах, иногда возвращаясь к сказанному, подчёркивая содержание глубочайших теоретических положений примерами из наших же будней, из борьбы трудящихся, он объяснял, что такое коммунизм и почему коммунистическое общество можно строить, только опираясь на науку, на знания, накопленные человечеством.

— Но это общество могут строить только рабочие, крестьяне,— говорил он.— Старшее поколение завоевало Советскую власть. Этим уже обеспечены условия для строительства и победы коммунизма. А строить коммунистическое общество и жить в нём будет то поколение, которому сейчас 15—20 лет.

В сердце и мозг глубоко проникали ленинские слова: учиться коммунизму; упорно и настойчиво учиться математике и химии, истории и строительной технике, и эти знания сочетать с производительным трудом на предприятии, применять их в земледелии, быть образованными людьми и тружениками отдавать все силы во имя победы коммунизма.

Мы слушали Ленина, и коммунизм из мечты, из далёкого, туманного будущего становился ощутимым, живым делом, которое мы можем строить, создавать.


Много лет прошло с тех пор, а в памяти — живой образ Ленина, величайшего человека, который всю силу своего гения отдал народу. Читая и перечитывая произведения Ленина, не только получаешь новые силы и знания, но и проникаешься к нему чувством глубочайшей благодарности за то великое богатство, которое он нам оставил.

Примечания:

  1. Встреча состоялась 4 ноября 1918 г. после закрытия съезда. Ред.
  2. С 1990 года — театр «Ленком», с 2019 года — Московский государственный театр «Ленком Марка Захарова», в честь М. А. Захарова, художественного руководителя театра с 1973 года. — Маоизм.ру.

Незабываемая встреча

Кто опубликовал: | 29.03.2020

Суровые годы гражданской войны… Республика была скована огненным кольцом. Самые захолустные уголки страны напоминали тогда растревоженный муравейник. В первые годы Советской власти напряжённой была и жизнь большинства деревень Удмуртии.

Наша Арзамасцевская волость, как и многие другие районы Удмуртии, с августа по ноябрь 1918 года находилась под властью белых. С разгромом ижевского мятежа угроза вторжения белых в наши места не миновала: с востока надвигались контрреволюционные полчища Колчака.

Приближение фронта к границам уезда усилило напряжённость в деревне. В этих условиях значительно возросла роль и ответственность комитетов деревенской бедноты.

Находясь в первых рядах революционной армии борцов, мы делали всё возможное, всё зависящее от нас. Недостаток опыта и знаний мы стремились восполнить коллективным решением всех вопросов, добросовестной работой каждого. Решающую роль в этом деле играли волостные и уездные съезды Советов и комбедов. На съездах шёл порой шумный, по-мужицки откровенный разговор о делах и жизни деревни, в основе которого лежали интересы защиты великого дела революции.

Съезды были своеобразными университетами, школой коллективных творческих усилий в решении больших, трудных вопросов, выдвинутых жизнью. Таким был и Ⅱ Сарапульский уездный съезд комитетов деревенской бедноты.

Съезд принял постановление: организовать по сёлам и деревням для рабочих Москвы и Петрограда сбор 80 тысяч пудов хлеба. 40 тысяч пудов, предназначенных для Москвы, было решено послать на имя нашего вождя и друга — В. И. Ленина.

Для сопровождения эшелонов с хлебом съезд избрал делегацию из представителей волостей. В её состав был включён и я как представитель Арзамасцевской волости. Поездка в Москву, к В. И. Ленину, для меня была неожиданной. Ведь я был рядовым работником, беспартийным и притом малограмотным.

Оказанная мне великая честь окрылила меня. Подумать только — направлен делегатом к В. И. Ленину!

Вместе с активом волости энергично включился я в работу по выполнению обязательства, принятого съездом. Крестьяне — бедняки и середняки — горячо откликнулись на призыв съезда. Они все в основном выражали готовность поделиться последним куском хлеба.

Такое настроение широких масс деревни, особенно середняцкой её части, создавала сама жизнь. Крестьяне на себе испытали, сами видели, к чему ведёт хозяйничанье контрреволюции в нашем крае. После всего пережитого под властью белых повысилось сознание и политическая активность крестьянских масс.

Как и следовало ожидать, во всех волостях сбор хлеба прошёл успешно.

Вот хлеб собран, готов к отправке по назначению. Наш эшелон отбыл со станции Сарапул 17 февраля 1919 года.

Ехать пришлось очень долго. То и дело стояли в тупиках, уступая дорогу воинским эшелонам, идущим на восток. Все мы думали, как бы поскорее доставить хлеб в Москву и доложить Ленину о том, что слово своё беднота сдержала. Всем нам хотелось скорее увидеть родного Ильича, услышать его голос, передать ему сердечный привет и благодарность от трудового крестьянства.

Наконец после двадцатиоднодневного пути, 11 марта, прибыли мы в Москву. Благополучно сдали коменданту станции представителю Народного комиссариата по продовольствию доставленный нами эшелон. После этого всей делегацией направились в Кремль, к Ленину.

В Кремль шли пешком. Шли занятые думой о встрече с Владимиром Ильичом. Пришли в комендатуру, предъявили свои документы и очень скоро, без всякой задержки, получили пропуска в приёмную В. И. Ленина. Это нас удивило, но мы объяснили такую быстроту тем, что о нашем приезде в Кремле, видимо, уже знали.

И. Э. Грабарь. «В. И. Ленин и И. В. Сталин в раб. кабинете в Кремле беседуют с крестьянами» (1938).

В приёмной встретила нас приветливая девушка-секретарь. Она сказала, что Владимир Ильич занят, и попросила пройти в соседнюю комнату и там подождать. Комната, в которую мы вошли, была просторной, с простой обстановкой. Не успели осмотреться, вошёл Владимир Ильич. Он уважительно с каждым из нас поздоровался за руку и попросил садиться. Ленин заметил, видимо, наше смущение и с улыбкой спросил, долго ли мы ехали и когда прибыли в Москву. Он поинтересовался также, каков был нынче урожай, каково настроение крестьян.

Простота, доступность, приветливость Ленина как рукой сняли наше смущение. Перед нами сидел близкий, родной человек, и каждому из нас хотелось высказать ему всё, что было на душе.

Мы рассказали Ленину всё от чистого сердца: и о том, как было задумано преподнести подарок Москве и Петрограду, и как собирали хлеб, и как живёт деревня, и в чём нуждается крестьянство. Владимир Ильич внимательно слушал. Иногда он делал какие-то пометки карандашом в блокноте, задавал много вопросов. В конце беседы он поинтересовался, долго ли мы намерены пробыть в Москве. Один из нас сказал, что хотелось бы нам поближе познакомиться с жизнью рабочих. Эта просьба оказалась по душе Ленину. Улыбаясь, Владимир Ильич быстро написал записку в Моссовет и передал нам.

Прощаясь с нами, Ленин просил передать его привет трудовому крестьянству, а от имени правительства и рабочих — поблагодарить за подарок.

Беседа с Лениным, длившаяся около часа, осталась памятной на всю жизнь!

Уходя из Кремля, каждый из нас уносил в своём сердце частицу ленинского тепла. После беседы с Владимиром Ильичом мы ещё больше осознали, что дело Ленина — наше рабоче-крестьянское дело, дело всех трудящихся во имя счастья и мира на земле.

Встреча с Лениным

Кто опубликовал: | 28.03.2020

Тяжёлый 1919 год. К сердцу молодой Советской республики — Москве со всех сторон рвутся вражеские полчища интервентов и белогвардейцев. Советская власть в Баку пала. Астрахань окружена белобандитами.

Обороной Астрахани руководит верный ленинец С. М. Киров. Мы, группа большевиков, эвакуировавшись из Баку, принимаем участие в обороне Астрахани. Напрягаем все усилия. Киров ходит нахмурившийся: пустить бы в дело самолёты, да нет горючего.

Вдруг прошёл слух, что бакинские рабочие доставили морем транспорт бензина. Радости не было конца. С. М. Киров распорядился немедленно пригласить к нему прибывших из Баку товарищей.

Разузнав подробно о положении в Баку, о нуждах бакинских рабочих, С. М. Киров распорядился послать в Москву представителя с письмом к В. И. Ленину. Выбор пал на меня.

Вызвав меня, С. М. Киров сказал, что нужно во что бы то ни стало доставить В. И. Ленину письмо с просьбой бакинцев и словесно изложить подробности о положении в Баку. Вручая пакет, С. М. Киров попросил отвезти лично Владимиру Ильичу подарок: две банки паюсной икры и сливочное масло. Предварительно он взял с меня слово нигде и никому не говорить об этом подарке. На прощание С. М. Киров сказал: «Будьте осторожны. Дороги опасные».

По прибытии в Москву я связался с находившимися там бакинскими большевиками и сообщил им о цели моего приезда. Некоторые из бакинцев предлагали послать к Ильичу не меня, а другого человека. Против этого возражала Вера Павловна Нанейшвили. Но наш спор разрешил сам Ленин. Когда ему позвонили по телефону, что имеется нарочный из Баку, он распорядился послать к нему именно прибывшего.

В гостиницу «Националь», где я остановился, явился посланец Ленина и попросил следовать за ним, в Кремль.

Трудно выразить те чувства, которые переживал я по пути в Кремль…

И вот я в Кремле, у двери, за которой работает гениальный мыслитель и великий вождь революции. Меня охватило какое-то оцепенение… Но вдруг дверь открылась, и я увидел поднявшегося навстречу с протянутыми вперёд руками Владимира Ильича. Энергичный и улыбающийся, он сказал: «Здравствуйте, товарищ!» Пожал руку, усадил на стул.

Первым вопросом его был: «Вы, товарищ, кушали что-либо сегодня?» Я ответил, что кушал. «Может быть, стакан чаю?» — предложил Ильич. Я поблагодарил его за внимание и вручил пакет.

Пока Ленин читал письмо, я невольно следил за выражением его лица: глаза то суживаются, то расширяются, появилась улыбка, наконец он засмеялся и сказал: «Хорошо».

— Расскажите, пожалуйста, где вы работали до революции? — попросил Ильич.

— Я бакинский рабочий-нефтяник.

— С какого года работаете на промыслах?

— С 1900 года.

— Откуда родом?

— Из Саратовской губернии, Камышинского уезда, селения Бурлук.

— Значит, из крестьян?

— Да.

— Знаете ли товарищей, погибших в степях за Каспием?

— Хорошо знаю. Они наши учители.

— Жаль-жаль, но что поделаешь? Революция требует жертв.

Затем Владимир Ильич спросил:

— Что слышно о бакинских рабочих, как они чувствуют себя, как у них дела идут?

— Бакинские рабочие и не прекращали своей революционной борьбы. Они требуют всю накопившуюся в Баку нефть отправить нуждающейся Советской России,— ответил я.

— Это хорошо. Это даже прекрасно. Море и расстояние не действуют на них,— значит они с нами! Передайте бакинским рабочим, пусть не унывают. Мы поможем им установить Советскую власть.

Ильич берёт телефонную трубку и горячо говорит, что нужно во что бы то ни стало оказать помощь бакинским рабочим.

— До свидания, товарищ,— обратился ко мне Ильич.

Я поднялся.

— Владимир Ильич, у меня кое-что привезено для вас.

Ильич насторожился.

— Слушаю вас,— сказал он.

— Я привёз икры и сливочного масла.

— Так вот почему вы говорили, что сыты,— засмеялся он.— Давайте, давайте.

Здесь же Ильич приказал все продукты немедленно отправить в детский сад.

Вспомнив наказ С. М. Кирова, я растерялся. Ленин, заметив моё смущение, сказал:

— Не беспокойтесь. Я выдам расписку, что всё скушал я. Благодарю.

Крепко пожав руку, он объяснил мне, где получить просимое в письме.

Эта встреча с дорогим Ильичом навсегда запечатлелась в моей памяти как самое выдающееся событие в моей жизни.