Настоящая статья товарища Мао Цзэдуна представляет собой ответ на те упрёки и нападки на революционную борьбу крестьянства, которые раздавались тогда внутри самой партии и вне её. Чтобы дать отпор этим упрёкам и нападкам, товарищ Мао Цзэдун посетил провинцию Хунань, проводил там в течение 32 дней обследование и написал данный доклад. В тот период правые оппортунисты в рядах партии, возглавляемые Чэнь Дусю, не пожелали принять точку зрения товарища Мао Цзэдуна и упорствовали в своих ошибочных взглядах. Их ошибка заключалась главным образом в том, что, напуганные волной гоминьдановской реакции, они не осмеливались поддерживать как уже начавшиеся, так и начинавшиеся выступления крестьянства в его великой революционной борьбе. В угоду гоминьдану они предпочли оттолкнуть от себя главного союзника — крестьянство и таким образом поставили рабочий класс и Коммунистическую партию в изолированное положение. Если летом 1927 года гоминьдан решился совершить предательство, начать «чистку партии» и развернуть антинародную войну, то объясняется это прежде всего тем, что ему удалось использовать именно это слабое место Коммунистической партии.

Серьёзность крестьянского вопроса

Во время недавней поездки в провинцию Хунань¹ я обследовал на месте положение в пяти уездах Сянтань, Гянсян, Хэншань, Лилин и Чанша. В течение 32 дней с 4 января по 5 февраля включительно — в деревнях и уездных центрах я собирал на обследовательские собеседования-крестьян, имеющих большой жизненный опыт, и работников крестьянского движения и внимательно прислушивался к их сообщениям; это позволило мне собрать немало материала. Многое в крестьянском движении здесь оказалось полной противоположностью тому, что мне приходилось слышать от шэньши² в Ханькоу и Чанша. Я увидел и услышал много удивительного — такого, чего прежде мне не приходилось ни видеть, ни слышать. Думаю, что подобные явления наблюдаются в очень многих местах. Необходимо как можно скорее пресечь всяческие рассуждения, направленные против крестьянского движения, как можно скорее исправить все ошибочные мероприятия революционных властей в отношении этого движения. Только так можно содействовать дальнейшему развёртыванию революции. Ибо в настоящий момент подъём крестьянского движения приобретает величайшее значение. Пройдёт очень немного времени и во всех центральных, южных и северных провинциях Китая поднимутся сотни миллионов крестьян; они будут стремительны и неодолимы, как ураган, и никакой силе их не сдержать. Они разорвут все связывающие их путы и устремятся к освобождению. Они выроют могилу всем и всяким империалистам, милитаристам, продажным чиновникам, тухао и лешэнь. Они проверят все революционные партии и группы, всех революционеров с тем, чтобы либо принять, либо отвергнуть их. Стать ли впереди крестьян, чтобы руководить ими? Стать ли позади, чтобы, размахивая руками, критиковать их? Или же встать на их пути, чтобы бороться против них? Каждый китаец волен выбрать один из этих трёх путей, но ход событий заставит каждого поспешить с выбором.

Организуются

Развитие крестьянского движения в Хунани, если говорить о центральных и южных уездах провинции, где оно уже развернулось, можно разделить в основном на два периода. Первый — с января по сентябрь прошлого года — был периодом организационным. Этот период делится на этап нелегальной деятельности — с января по июнь — и этап открытой деятельности — с июля по сентябрь,— когда революционная армия изгнала Чжао Хэнти³. В то время крестьянские союзы насчитывали всего 300—400 тысяч членов, а масса, находившаяся под их непосредственным руководством, составляла всего миллион с небольшим человек; борьба в деревне ещё не начиналась, и поэтому крестьянские союзы ещё не подвергались критике со стороны различных слоёв общества. Поскольку члены крестьянских союзов помогали армии Северного похода, действуя в качестве проводников, разведчиков и носильщиков, то подчас офицеры армии отзывались о них даже одобрительно. Октябрь прошлого года январь нынешнего года представляют собой второй период в развитии крестьянского движения, период революционных действий. Количество членов крестьянских союзов стремительно возросло до 2 миллионов, а численность непосредственно руководимых ими масс — до 10 миллионов человек. Так как при вступлении в крестьянские союзы в большинстве случаев регистрировался лишь один человек из семьи, то при наличии 2 миллионов членов союзов общая масса, охваченная союзами, составляла около 10 миллионов человек. В союзы была организована почти половина всех крестьян провинции Хунань, а в таких уездах, как Сянтань, Сянсян, Люян, Чанша, Лилин, Нинсян, Пинцзян, Сянъинь, Хэншань, Хэнъян, Лэйян, Чэньсянь и Аньхуа, почти все крестьяне вошли в крестьянские союзы и находятся под их руководством. Будучи охвачены широкой сетью организаций, крестьяне сразу перешли к действиям, и вот за четыре месяца в Хунани развернулась великая, небывалая по своему размаху революция в деревне.

Низвержение тухао и лешэнь, переход всей власти к крестьянским союзам

Удар крестьян направлен прежде всего против тухао и лешэнь, против бесчинствующих помещиков, а попутно под него попадают и всякого рода патриархальная идеология и патриархальные порядки, продажные чиновники в городе и дурные обычаи в деревне. Этот удар по силе своей подобен урагану, перед которым все должно либо склониться, либо погибнуть. В результате тысячелетние привилегии феодалов-помещиков разбиваются вдребезги. Их былой престиж и могущество повергаются в прах. Со свержением власти помещиков крестьянские союзы стали единственными органами власти; они осуществляют на деле лозунг: «Вся власть крестьянским союзам!» Теперь в крестьянские союзы идут даже с такими мелочами, как ссора между мужем и женой. Ни одно дело не решается без представителей крестьянского союза. Крестьянские союзы в деревне властвуют буквально над всем, у них поистине, как говорится, «сказано — сделано». И посторонним остается только говорить, что союзы хороши, ничего дурного сказать о союзах им нельзя. Тухао, лешэнь и бесчинствующие помещики полностью лишены права голоса, никто из них и пикнуть не смеет. В страхе перед крестьянскими союзами самые крупные тухао и лешэнь удрали в Шанхай, менее крупные в Ханькоу, помельче в Чанша, ещё мельче в уездные центры, а самая мелюзга из этой породы, оставшись в деревне, сдалась на милость крестьянских союзов.

Мелкий лешэнь просит: «Я готов уплатить 10 юаней, только разрешите мне вступить в союз!»

«Да кому нужны твои паршивые деньги!» — отвечают ему на это крестьяне.

Многие средние и мелкие помещики, кулаки и даже середняки, выступавшие прежде против крестьянских союзов, теперь счастливы были бы попасть в союз. В разных местах мне часто приходилось встречаться с такими людьми, и они обращались ко мне с просьбой: «Просим вас как уполномоченного из центра провинции поручиться за нас».

При Цинской династии во время переписей населения на местах составлялось по два списка — основной и особый. Благонадёжные люди вносились в основной список, а бандиты и всякие сомнительные элементы — в особый. И вот теперь по примеру тех времен крестьяне в некоторых местностях припугивают тех, кто выступал прежде против крестьянских союзов: «Занести их в особый список!»

Те, кто боится оказаться в «особом списке», всячески пытаются попасть в крестьянский союз и успокаиваются лишь тогда, когда их вносят в списки членов союза. Однако нередко крестьянские союзы сурово отказывают им в этом, и они живут в постоянном страхе; оставшись за дверьми крестьянских союзов, они чувствуют себя бездомными отщепенцами; в деревнях их прозвали за это «неприкаянными». Словом, так называемые «крестьянские общества», которыми всего четыре месяца назад пренебрегали, пользуются теперь величайшим почётом. Все те, кто прежде низко склонялся перед властью шэньши, теперь склоняются перед властью крестьян. Нет ни одного человека, который бы не признавал, что октябрь прошлого года стал рубежом двух миров.

«Очень скверно» и «очень хорошо»

Крестьянские бунты в деревне нарушили сладкий сон шэньши. Как только известия из деревни докатились до города, городские шэньши переполошились. Приехав в Чанша, я встретился там с различными людьми и услышал множество различных толков. Начиная от представителей средних слоёв общества и кончая правыми гоминьдановцами, все в один голос характеризовали положение словами: «Очень скверно!» Под влиянием той угнетающей атмосферы, которую создали в городе своими толками те, кто говорит «очень скверно», даже весьма революционно настроенные люди, закрыв глаза и представив себе положение в деревне, падали духом и не считали возможным отрицать, что дело обстоит «скверно». И даже весьма передовые люди не шли дальше утверждения: «Во время революции это неизбежно, хотя и скверно». В общем, никто не считал возможным полностью отрицать это «скверно». В действительности же дело заключается в том, что, как уже говорилось выше, широкие крестьянские массы поднялись, чтобы выполнить свою историческую миссию; поднялись демократические силы деревни, чтобы свергнуть её феодальные силы. Феодально-патриархальные тухао и лешэнь, бесчинствующие помещики — это основа абсолютизма, существовавшего на протяжении тысячелетий, опора империалистов, милитаристов и продажных чиновников. Ниспровержение этих феодальных сил и является подлинной целью национальной революции. Д‑р Сунь Ятсен в течение сорока лет отдавал все свои силы национальной революции; но то, к чему он стремился и чего не смог совершить, крестьяне осуществили за несколько месяцев. Это беспримерный подвиг, какого раньше не удавалось совершить ни за сорок лет, ни даже за тысячелетия. Это очень хорошо. И в этом нет ничего «скверного», нет решительно ничего «очень скверного». Совершенно очевидно, что «очень скверно» — это теория людей, борющихся за интересы помещиков против поднявших голову крестьян; совершенно очевидно, что это — теория помещичьего класса, пытающегося сохранить старые, феодальные порядки и помешать установлению новых, демократических порядков; совершенно очевидно, что это контрреволюционная теория. Ни один революционный товарищ не должен повторять этот вздор. Если вы обладаете установившимися революционными взглядами и вам к тому же довелось хоть раз побывать в деревне и увидеть, что там происходит, вы, конечно, должны испытывать необычайную радость: многомиллионная масса порабощённых крестьян расправляется там со своими злыми врагами-кровопийцами. Крестьяне действуют совершенно правильно, они поступают очень хорошо! «Очень хорошо» — это теория крестьян и других сторонников революции. Все революционные товарищи должны понять, что национальная революция требует великого переворота в деревне. Этот переворот не был совершён во время революции 1911 года⁴, и потому она потерпела поражение. Сейчас такой переворот происходит, и это является важным фактором, необходимым для успешного завершения революции. Каждый революционный товарищ должен поддерживать этот переворот, в противном случае он окажется на позициях контрреволюции.

Так называемые «крайности»

Иные заявляют: «Крестьянские союзы создавать следует; но сейчас они, пожалуй, хватают через край». Так рассуждают сторонники «средней» линии. Что же происходит в действительности? Крестьяне в деревнях и на самом деле действуют довольно-таки «бесцеремонно». Став высшей властью, крестьянские союзы не дают помещикам и рта раскрыть; они развеяли в прах былой престиж помещиков всё равно, как если бы они свалили помещика наземь да вдобавок ещё придавили его ногой. Крестьяне грозят тухао и лешэнь: «Мы внесём вас в особый список!» Они штрафуют их, облагают сборами, ломают их паланкины. В дома тухао и лешэнь, выступающих против крестьянских союзов, врываются толпы людей: режут свиней, перетряхивают запасы риса. Подчас крестьяне приходят к тухао или лешэнь и разваливаются на роскошных постелях их дочерей и невесток. Сплошь и рядом они хватают тухао и лешэнь, надевают на них высокие колпаки и водят по деревням, приговаривая: «Вот теперь ты нас узнаешь, лешэнь!» Словом, крестьяне делают всё, что хотят. Всё теперь перевернулось вверх дном. Так в деревне создаётся атмосфера террора. Вот это и есть то, что некоторые называют «крайностями», «перегибами», «безобразиями». Внешне их рассуждения кажутся резонными, но в действительности они тоже ошибочны. Во-первых, до подобных поступков крестьян довели сами же тухао, лешэнь и бесчинствующие помещики. Решительный отпор крестьяне стали оказывать лишь потому, что тухао, лешэнь и бесчинствующие помещики искони, опираясь на силу, владычествовали в деревне и терзали крестьян. Крестьянские выступления приобретают наиболее решительный характер и волнения принимают наибольший размах именно там, где тухао, лешэнь и бесчинствующие помещики проявляли наибольшую жестокость. Крестьянский глаз не ошибается. Крестьяне чрезвычайно ясно отдают себе отчёт в том, кто вреден, а кто не вреден, кто был особенно жесток, а кто — чуть помягче, кого надо наказать сурово, а кого полегче; редко случается, чтобы наказание не соответствовало вине. Во-вторых, революция — это не званый обед, не литературное творчество, не рисование или вышивание; она не может совершаться так изящно, так спокойно и деликатно, так чинно и учтиво. Революция — это восстание, это насильственный акт одного класса, свергающего власть другого класса. Революция в деревне — это свержение крестьянством феодально-помещичьей власти. Не проявив свою величайшую силу, крестьянство не сможет свергнуть помещичью власть, прочно укоренившуюся на протяжении тысячелетий. Только могучий революционный порыв в деревне в состоянии всколыхнуть миллионные массы крестьян и вызвать к жизни эту величайшую силу. «Крайности», о которых говорилось выше, и порождены силой крестьян, пробуждённой могучим революционным порывом в деревне. Во второй период крестьянского движения (период революционных действий) они совершенно необходимы. В этот период нужно установить безраздельную власть крестьян, не допускать злостных нападок на крестьянские союзы, полностью свергнуть власть шэньши, а самих шэньши повалить наземь и даже придавить ногой. Во второй период все «крайности» имеют революционное значение. Попросту говоря, в каждой деревне необходим кратковременный период террора. В противном случае будет совершенно невозможно подавить деятельность контрреволюционных элементов в деревне, свергнуть власть шэньши. Чтобы выпрямить, надо перегнуть; не перегнёшь — не выпрямишь⁵. Хотя рассуждения тех, кто критикует «крайности», по видимости и отличаются от рассуждений первой группы, по существу они исходят из одной и той же точки зрения: это та же помещичья теория, стоящая на страже интересов привилегированных классов. С этой теорией, препятствующей подъёму крестьянского движения и в конечном итоге подрывающей революцию, мы должны повести решительную борьбу.

Так называемое «движение босяков»

Правые гоминьдановцы твердят: «Крестьянское движение является босяцким движением, движением лодырей». Подобные разговоры имеют довольно широкое хождение в Чанша. В деревнях мне приходилось слышать от шэньши: «Крестьянские союзы можно создавать, но люди, работающие в них сейчас, не годятся; людей надо сменить!» Эти рассуждения ничем не отличаются от нападок со стороны правых гоминьдановцев; и правые гоминьдановцы и шэньши говорят, что крестьянское движение, мол, организовывать можно (поскольку оно уже началось, никто не решается говорить, что организовывать его не следует), но люди, возглавляющие сейчас крестьянское движение, не годятся; с особой ненавистью относятся они к работникам низовых крестьянских союзов, называя их всех «босяками». Итак, все те, кого шэньши прежде презирали, кого втаптывали в грязь, кому не находилось места в обществе, кто не имел права слово сказать, ныне вдруг подняли голову — и не только подняли голову, но взяли власть в свои руки. В волостных крестьянских союзах (низшем звене) они господа положения. В их руках союзы превратились в грозную силу. Они занесли свои загрубелые от работы руки над головами шэньши. Они связывают лешэнь веревками, надевают на них высокие колпаки и водят по волости (в Сянтане и Сянсяне это называется «водить по деревням», а в Лилине — «водить по межам»). Громкие беспощадные обвинения, предъявляемые крестьянами, каждодневно доносятся до ушей шэньши. Крестьяне распоряжаются и командуют всем. Раньше они были ниже всех, а теперь стали выше всех. Отсюда и разговоры, что всё перевернулось вверх дном.

Революционный авангард

Из противоположных взглядов на какое-нибудь явление или на человека соответственно вытекают и противоположные его оценки. Примером этому могут служить такие оценки, как «очень скверно» и «очень хорошо», «босяки» и «революционный авангард».

Выше уже говорилось, что крестьяне свершили революционное дело, которого долгие годы осуществить не удавалось, что крестьяне проделали важную работу по осуществлению национальной революции. Однако всё ли крестьянство принимало участие в этом великом революционном деле, в этой важной революционной работе? Нет. Крестьяне делятся на кулаков, середняков и бедняков. Отличаясь друг от друга по своему положению, эти три группы по-разному относятся и к революции. В первый период кулаки прислушивались только к разговорам о том, что армия Северного похода якобы потерпела в Цзянси полный разгром, что Чан Кайши якобы ранен в ногу⁶ и улетел обратно в провинцию Гуандун⁷, что У Пэйфу⁸ якобы снова завладел городом Юечжоу, что крестьянские союзы, несомненно, долго не продержатся и что с тремя народными принципами⁹ тоже ничего не выйдет, потому что ничего подобного никогда не бывало. И когда работники волостных крестьянских союзов (в большинстве своём так называемые «босяки») приходили со списком членов союза к кулаку во двор и говорили ему: «Приглашаем вас вступить в крестьянский союз»,— что им на это отвечал кулак? «Крестьянский союз? Я прожил здесь уже не один десяток лет, десятки лет обрабатываю землю, никаких крестьянских союзов не видывал и ведь кормлюсь же. Я бы и вам посоветовал не возиться с этим делом». Так отвечали кулаки, настроенные несколько более терпимо. А кулаки, настроенные враждебно, заявляли: «Какой там ещё крестьянский союз! Союз тех, кому головы рубить будут! Не губите людей!» Но странное дело крестьянские союзы всё же просуществовали уже много месяцев и даже осмеливаются выступать против шэньши. За отказ от сдачи трубок для опиума крестьянские союзы арестовывают местных шэньши и водят их на посмешище по деревням; в уездных центрах крупных шэньши даже казнили, как, например, шэньши Янь Жунцю в Сянтане и Ян Чжицзэ в Нинсяне. В каждой волости до десятка тысяч крестьян с флагами, коромыслами и мотыгами организованно шли непрерывным и шумным потоком на массовые демонстрации в годовщину Октябрьской революции, участвовали в антианглийских митингах и в торжествах по случаю успехов Северного похода. Только тогда кулаки встревожились. На торжествах по случаю успехов Северного похода они услышали, что и Цзюцзян взят, и Чан Кайши не ранен, и У Пэйфу в конце концов разбит. Больше того, они видели чётко написанные на красной и зеленой бумаге лозунги: «Три народных принципа ваньсуй!», «Крестьянские союзы ваньсуй!», «Крестьяне ваньсуй!» и т. д. Тут кулаками овладело страшное беспокойство: «Крестьяне ваньсуй? И эти тоже стали теперь ваньсуй?»¹⁰ И вот крестьянские союзы почувствовали себя хозяевами положения. Работники крестьянских союзов стали заявлять кулакам: «Мы вас внесём в особый список!» или «Пройдёт ещё месяц, и за вступление в союз будете платить по 10 юаней!» Только тогда кулаки стали мало-помалу вступать в крестьянские союзы¹¹, некоторые из них вносили в качестве вступительного взноса по пол-юаня и даже по 1 юаню (тогда как требовалось лишь 100 вэней), другие же добивались разрешения на вступление в союз через своих знакомых. Много есть и твердолобых кулаков, которые до сих пор не вступили в союз. Кулаки, вступающие в крестьянский союз, как правило, посылают от своих семей записываться в союз 60—70‑летних стариков, ибо боятся «рекрутского набора». Вступив в союз, кулаки не проявляют желания участвовать в его работе и всегда держатся пассивно.

А середняки? Они проявляют нерешительность, считая, что революция не принесёт им особой пользы. В котлах у них всегда есть рис, никто не стучится к ним по ночам в дверь за долгами. Они тоже размышляют над тем, бывало ли раньше что-либо подобное, и наедине с собой, хмуря брови, гадают: «А удержится ли, действительно, этот крестьянский союз?» и «Будет ли толк от трёх народных принципов?» «Вряд ли!» — решают они. Считая, что всё зависит от воли неба, они думают: «Создаются крестьянские союзы… но, кто знает, угодно ли это небу?» В первый период, когда работники крестьянских союзов приходили к середнякам со списками и говорили: «Приглашаем вас вступить в крестьянский союз», те отвечали: «Не спешите!» Вступать в крестьянские союзы они начали только во второй период, когда союзы уже превратились в большую силу. В союзах они держат себя лучше кулаков, но пока не очень активны и всё ещё осматриваются. Совершенно необходимо, чтобы крестьянские союзы боролись за вовлечение середняков и усилили разъяснительную работу в их среде.

Главной силой в той жестокой и упорной борьбе, какая ведётся в деревне, неизменно являются бедняки. Как на этапе нелегальной деятельности, так и на этапе открытой деятельности они вели активную борьбу. Они охотнее всех идут за Коммунистической партией. Они смертельные враги тухао и лешэнь и без малейших колебаний штурмуют их лагерь. Они заявляют кулакам: «Мы уже давно вступили в крестьянский союз, почему же вы ещё медлите?» А те насмешливо отвечают: «Ещё бы вам не вступать в крестьянский союз! Ведь у вас над головой — ни куска черепицы, а под ногами нет клочка земли, чтобы иголку воткнуть!» И действительно, беднякам терять нечего. Многие из них на самом деле не имеют над головой ни куска черепицы, а под ногами клочка земли, чтобы иголку воткнуть. Почему бы им и не вступать в крестьянские союзы? По данным обследования, в уезде Чанша бедняки составляют 70 процентов сельского населения, середняки — 20, помещики и кулаки — 10, Бедняки, составляющие 70 процентов, делятся на две группы — голытьбу¹² и бедноту¹³. Голытьба, составляющая 20 процентов сельского населения, это люди абсолютно неимущие, то есть не имеющие ни земли, ни денег, ни каких бы то ни было средств к существованию и вынужденные поступать в солдаты, или уходить на заработки, или побираться. К бедноте, составляющей 50 процентов сельского населения, относятся ремесленные рабочие, крестьяне-арендаторы (за исключением богатых арендаторов) и крестьяне-полусобственники. Это люди наполовину неимущие, другими словами, у них есть немного земли или небольшие средства, но плодов их труда не хватает им на пропитание: они проводят весь год в тягостных заботах. Огромная масса бедняков, составляющая 70 процентов сельского населения, является основным костяком крестьянских союзов, авангардом в борьбе за свержение феодальных сил и славным пионером великого революционного дела, которое долгие годы оставалось незавершённым. Без бедняков («босяков», как их называют шэньши) революция в деревне никогда не могла бы получить нынешнего размаха; без них невозможно свергнуть тухао и лешэнь и завершить демократическую революцию. Являясь самым революционным элементом, бедняки заняли руководящее положение в крестьянских союзах. В первый и второй периоды почти все посты председателей и членов правлений низовых крестьянских союзов были заняты бедняками (в уезде Хэншань среди работников волостных крестьянских союзов 50 процентов составляет голытьба, 40 — беднота и 10 — нуждающаяся интеллигенция). Такая руководящая роль бедняков в крестьянских союзах совершенно необходима. Без крестьян-бедняков не было бы и революции. Не признавать бедняков — значит не признавать революцию, бить по беднякам — значит бить по революции. Их общий революционный курс был неизменно правильным. Они подорвали престиж тухао и лешэнь, свалили наземь больших и малых тухао и лешэнь и придавили их ногой. Целый ряд их так называемых «крайностей» в период революционных действий был по существу прямой революционной необходимостью. Уездные правительства, партийные комитеты¹⁴ и крестьянские союзы в некоторых уездах провинции Хунань уже допустили ряд ошибок; некоторые из них дошли до того, что по просьбе помещиков посылали солдат арестовывать работников низовых крестьянских союзов. В уездах Хэншань и Сянсян брошены в тюрьмы многие председатели и члены правлений волостных крестьянских союзов. Это чрезвычайно серьёзная ошибка, она на руку реакционерам. Чтобы убедиться в том, что это ошибка, стоит только посмотреть, в какой восторг приходят местные бесчинствующие помещики и как сгущается атмосфера реакции, когда арестовывают председателя или члена правления крестьянского союза. Мы должны бороться против контрреволюционных рассуждений о «босяцком движении», о «движении лодырей» и особенно следить за тем, чтобы не совершать таких ошибочных действий, которые помогали бы тухао и лешэнь в их борьбе против крестьян-бедняков. Правда, среди руководителей из числа крестьян-бедняков действительно бывали люди с недостатками, но теперь большинство их исправилось. Они сами энергично борются с азартными играми и ликвидируют бандитизм. Усиление мощи крестьянских союзов привело на местах к ликвидации азартных игр и искоренению бандитизма. Есть места, где уже, как говорится, «на дороге не возьмут потерянного, по ночам не запирают дверей». По данным обследования уезда Хэншань, там 85 процентов руководителей из числа крестьян-бедняков совершенно преобразились и показали себя способными и энергичными вожаками, и только 15 процентов из них ещё не совсем избавились от некоторых дурных привычек. Последних нужно отнести к категории «немногочисленных нездоровых элементов», но совершенно непозволительно вслед за тухао и лешэнь огульно обзывать всех «босяками». Для разрешения вопроса об этих «немногочисленных нездоровых элементах» существует только один путь: под лозунгом укрепления дисциплины в крестьянских союзах вести пропагандистскую работу среди масс, воспитывать таких людей, наладить дисциплину в крестьянских союзах, но ни в коем случае не посылать по собственному усмотрению солдат для ареста этих людей, не подрывать авторитета крестьян-бедняков, не лить этим воду на мельницу тухао и лешэнь. На это следует обратить особое внимание.

Четырнадцать крупных завоеваний

Люди, осуждающие крестьянские союзы, как правило, говорят, что эти союзы сделали много худого. Выше я уже указывал, что когда крестьяне бьют по тухао и лешэнь, они творят подлинно революционное дело, и ничего предосудительного в этом нет. Крестьяне сделали очень много, и, чтобы ответить тем, кто их осуждает, нам нужно как следует разобрать каждое их действие в отдельности, посмотреть, что за работу они проделали. Подведу итог деятельности крестьян в различных областях за последние несколько месяцев; под руководством крестьянских союзов крестьяне добились следующих четырнадцати крупных завоеваний.

Организация крестьян в крестьянские союзы

Это — первое крупное завоевание крестьян. На первом месте в этом отношении стоят такие уезды, как Сянтань, Сянсян и Хэншань, где почти все крестьяне организованы и где, пожалуй, нет таких «глухих углов», в которых крестьяне ещё не поднялись. Второе место занимают такие уезды, как Иян и Хуажун, где организовано большинство крестьян, но есть ещё и небольшое число неорганизованных. На третьем месте стоят такие уезды, как Чэнбу и Линлин, где организовано меньшинство крестьян, а большинство пока ещё не организовано. Четвёртое место занимает находящийся под властью Юань Цзумина¹⁵ район в западной Хунани, куда агитация крестьянских союзов ещё не проникла и где крестьянство во многих уездах ещё совсем не организовано. В общем, впереди всех по организованности стоят уезды центральной Хунани с центром в Чанша, затем идут уезды южной Хунани; в западной же части провинции организация только начинается. По данным провинциального крестьянского союза, относящимся к ноябрю прошлого года, из 75 уездов провинции Хунань в 37 уездах организованы крестьянские союзы, общее число членов которых составляет 1 367 727 человек. Из них около миллиона человек вступило в союзы в октябре и ноябре прошлого года, во время бурного роста мощи крестьянских союзов, а в сентябре организованных крестьян насчитывалось всего 300—400 тысяч. С тех пор прошло ещё два месяца — декабрь и январь, но крестьянское движение продолжало бурно нарастать. К концу января количество членов крестьянских союзов увеличилось по меньшей мере до 2 миллионов. Так как в большинстве случаев при вступлении в союз из каждой крестьянской семьи регистрируется только один человек, то при среднем составе семьи 5 человек охваченная союзами масса составляет около 10 миллионов человек. Именно этот поразительный, всё более быстрый рост крестьянских союзов явился причиной того, что тухао, лешэнь и продажные чиновники оказались изолированными, что общество потрясено появлением нового мира, пришедшего на смену старому, и что в деревне началась великая революция. Это — первое крупное завоевание крестьян под руководством крестьянских союзов.

Политический удар по помещикам

Создав свои организации, крестьяне направляют первые свои действия на подрыв политического престижа класса помещиков, в особенности тухао и лешэнь, то есть на свержение власти помещиков и установление крестьянской власти в сельском обществе. Это самая серьёзная и самая важная борьба. Она занимает основное место во второй период, то есть в период революционных действий. Без победы в ней невозможна и победа в экономической борьбе — борьбе за снижение арендной платы и ссудного процента, за землю, за другие средства производства и т. д. Для многих частей провинции Хунань, например для уездов Сянсян, Хэншань и Сянтань, победа в политической борьбе не составляет проблемы, поскольку там полностью свергнута помещичья власть и установлена безраздельная власть крестьян. Но в уезде Лилин и некоторых других уездах есть ещё места (например, в западных и южных районах уезда Лилин), где власть помещиков хотя по видимости и уступает крестьянской, в действительности скрыто противостоит власти крестьян вследствие того, что политическая борьба там ещё не достигла достаточной остроты. Нельзя сказать, что крестьяне в этих местах уже одержали политическую победу; здесь политическую борьбу необходимо вести с удвоенной энергией до тех пор, пока крестьяне не свергнут помещичью власть окончательно. Методы, при помощи которых крестьяне наносят помещикам политические удары, в общем сводятся к следующему:

• Ревизии. Ведая местными общественными средствами, тухао и лешэнь чаще всего втихомолку расхищали их и запутывали отчётность. И вот крестьяне использовали ревизии, чтобы низвергнуть многих тухао и лешэнь. В ряде мест созданы ревизионные комиссии специально для привлечения к ответу тухао и лешэнь. Стоит только тухао и лешэнь увидеть такую комиссию, как их сразу охватывает дрожь. Кампания ревизий приобрела широкий размах во всех уездах, где развернулось крестьянское движение; её смысл заключается не столько во взыскании недостающих сумм, сколько в предании гласности преступлений тухао и лешэнь, чтобы таким путём лишить их политического и общественного влияния.

• Штрафы. В результате ревизий были вскрыты факты злоупотреблений, зверского обращения с крестьянами в прошлом, подрывной деятельности против крестьянских союзов в настоящем, нарушений запрета азартных игр и распоряжения о сдаче трубок для опиума. Изобличённым в этих преступлениях крестьяне объявляют свой приговор: такого-то тухао оштрафовать на столько-то, такого-то лешэнь на столько-то. Штрафуют на суммы от нескольких десятков до нескольких тысяч юаней. Разумеется, оштрафованные крестьянами тухао и лешэнь окончательно дискредитированы в деревне.

• Денежное обложение. По отношению к алчным и жестоким помещикам применяется денежное обложение; собранные таким образом деньги идут на оказание помощи бедным, на организацию кооперативов, крестьянских ссудных касс и на другие нужды. Денежное обложение — тоже своего рода мера наказания, лишь несколько более мягкая, чем штраф. Немало находится и таких помещиков, которые во избежание неприятностей добровольно вносят деньги в крестьянские союзы.

• Допросы. Что касается лиц, не столь серьёзно провинившихся в подрыве крестьянских союзов словом или делом, то крестьяне группами вваливаются в их дома и учиняют допросы в не слишком строгой форме. В результате большинство таких лиц пишет «повинную», в которой даёт обязательство ни словом ни действием не подрывать больше авторитета крестьянских союзов.

• Демонстрации силы. Довольно часто массы крестьян в организованном порядке являются в дома тухао и лешэнь, проявляющих враждебное отношение к крестьянским союзам, организуют там демонстрацию силы и устраивают пиршества. В этих случаях дело не обходится без убоя свиней и перетряхивания запасов риса. Недавно в Мацзяхэ (уезд Сянтань) толпа численностью до 15 тысяч человек призвала к ответу шестерых лешэнь. Демонстрация силы продолжалась четыре дня, и за это время было зарезано более 130 свиней. Подобные демонстрации в большинстве случаев кончаются ещё и наложением штрафа.

• Вождение в высоких колпаках. Эта мера применяется повсюду очень часто. На тухао или лешэнь надевают высокий бумажный колпак с надписью: тухао такой-то или лешэнь такой-то и водят его на веревке в сопровождении большой толпы народа. Чтобы привлечь внимание к такой процессии, иногда бьют в гонги и несут флаги. Подобное наказание устрашает тухао и лешэнь больше всего. Тот, на кого хоть раз надели высокий колпак, окончательно теряет всякое уважение, ему стыдно показываться на людях. Поэтому богачи обычно предпочитают уплатить штраф, чем надеть колпак. Но когда крестьяне отказывают им в такой замене, им волей-неволей приходится надевать колпак. Очень остроумно поступил один волостной крестьянский союз. Он задержал некоего лешэнь и заявил ему, что на него сегодня наденут колпак. Лешэнь почернел от страха. Но затем крестьянский союз решил не надевать на него колпак в тот день, полагая, если надеть на него сегодня, то он махнет на всё рукой и перестанет бояться наказания, и что поэтому лучше отпустить его домой, отложив наказание. Не зная, когда именно на него наденут колпак, этот лешэнь не мог успокоиться ни на один день и не находил себе места.

• Заключение в уездные тюрьмы. Эта мера наказания является ещё более тяжёлой, чем надевание колпака. Крестьяне арестовывают тухао и лешэнь, отправляют их в тюрьмы при уездных управлениях и обязывают начальников уездов судить их и наказать. Теперь с заключением в тюрьму дело обстоит не так, как раньше: раньше шэньши отправляли в тюрьму крестьян, а теперь крестьяне отправляют шэньши.

• Изгнание. Тухао и лешэнь, совершивших вопиющие преступления, крестьяне не изгоняют, а стремятся арестовать или казнить. Опасаясь ареста или казни, такие тухао и лешэнь спасаются бегством. Из уездов, где развернулось крестьянское движение, почти все крупные тухао и лешэнь сбежали, что равносильно изгнанию. Самые крупные тухао и лешэнь сбежали в Шанхай, менее крупные — в Ханькоу, помельче — в Чанша и ещё мельче — в уездные центры. В наибольшей безопасности оказались сбежавшие в Шанхай. Из сбежавших в Ханькоу были арестованы и отправлены обратно, например, трое лешэнь из уезда Хуажун. Бежавшим в Чанша приходится ещё труднее: они всё время живут под угрозой быть пойманными студентами из своих уездов, обучающимися в Чанша. Будучи в Чанша, я своими глазами видел, как поймали двух лешэнь. В уездных центрах укрылись более мелкие тухао и лешэнь. Обнаружить их совсем легко, так как там крестьянских ушей и глаз очень много. О том, что крестьяне не выносят пребывания тухао и лешэнь в деревне, свидетельствуют также жалобы финансовых органов провинции Хунань на затруднения в изыскании средств, которые они объясняют изгнанием крестьянами богачей из деревни.

• Расстрел. Эта мера применяется крестьянами совместно с остальным населением только в отношении очень крупных тухао и лешэнь. Так, например, под давлением крестьян и других кругов населения властями были расстреляны Ян Чжицзэ (уезд Нинсян), Чжоу Цзягань (уезд Юеян), Фу Даонань и Сунь Бочжу (уезд Хуажун). В уезде Сянтань начальник уезда под нажимом крестьян и других слоёв населения выдал сидевшего в тюрьме Янь Жунцю, и крестьяне расстреляли его сами. В уезде Нинсян сами крестьяне убили Лю Чжао. Пэн Чжифань (уезд Лилин), Чжоу Тяньцзюе, Цао Юнь (уезд Иян) сейчас ожидают смертного приговора «особого суда по делам тухао и лешэнь». Расстрел одного такого крупного лешэнь или тухао взбудораживает весь уезд и существенно способствует искоренению феодальной погани. В каждом уезде насчитывается несколько таких тухао и лешэнь, а кое-где и по нескольку десятков. Нужно в каждом уезде расстрелять хотя бы нескольких тухао и лешэнь, наиболее жестоких и преступных. Только это является действенным средством подавления реакции. Когда сила была на стороне тухао и лешэнь, они убивали крестьян, не моргнув глазом. В посёлке Синькан (уезд Чанша) Хэ Майцюань был десять лет начальником местной охраны. От его руки погибло около тысячи беднейших крестьян, причём убивали их под благовидным предлогом «истребления бандитов». Начальники местной охраны в поселке Иньтянь моего родного уезда Сянтань Тан Цзюньянь и Ло Шулинь за четырнадцать лет, с 1913 года, убили более 50 человек и ещё четверых закопали живьём. Первыми были убиты двое ни в чём не повинных нищих. Тан Цзюньянь сказал: «Этими двумя оборванцами откроем счёт!» Так два человека расстались с жизнью. И если тухао и лешэнь в прошлом проявляли такую жестокость, если они осуществляли в деревне белый террор, то как же можно порицать крестьян за то, что они теперь расстреляли нескольких тухао и лешэнь и осуществляют в очень небольшом масштабе террор в целях подавления контрреволюции?

Экономический удар по помещикам

• Запрещение вывоза риса и взвинчивания цен на рис, запрещение припрятывания риса с целью спекуляции. Это — одно из крупных завоеваний крестьян Хунани в ходе экономической борьбы за последние месяцы. Начиная с октября прошлого года крестьяне-бедняки не дают помещикам и кулакам вывозить рис, запрещают повышать на него цены и припрятывать рис с целью спекуляции. В результате бедняки полностью достигли своей цели: утечка риса из деревни совершенно прекратилась, цены значительно снизились, припрятыванию риса положен конец.

• Запрещение повышения арендной платы и залога за землю и агитация за их снижение. В июле августе прошлого года, когда крестьянские союзы были ещё слабы, помещики, действуя старым методом жестокой эксплуатации, один за другим предупреждали арендаторов о том, что они обязательно повысят арендную плату и залог за землю. Однако уже с октября, когда влияние крестьянских союзов значительно возросло и когда крестьяне стали единодушно выступать против повышения арендной платы и залога, помещики не смеют больше заикаться об этом. А начиная с ноября крестьяне, ставшие сильнее помещиков, пошли ещё дальше и начали агитацию за снижение арендной платы и залога. Крестьяне говорят: как жаль, что прошлой осенью, когда вносилась арендная плата, крестьянские союзы ещё не были так сильны, а то она уже тогда была бы снижена. Сейчас они ведут широкую агитацию за снижение арендной платы, которая должна вноситься осенью нынешнего года; помещики, в свою очередь, пытаются разузнать, как будет проводиться снижение арендной платы. Что касается снижения залога за землю, то в уезде Хэншань и некоторых других уездах оно в настоящее время уже проводится.

• Запрещение отнимать арендуемую землю у арендаторов. В июле августе прошлого года помещики ещё нередко отнимали землю у одних арендаторов и передавали её другим. После октября никто из них уже не смеет так поступать. Сейчас об отнятии земли и передаче её другим арендаторам не может быть и речи. Кое-какие затруднения возникают лишь в тех случаях, когда помещик отказывает арендатору, с тем чтобы обрабатывать землю своими силами. В некоторых местах крестьяне запрещают помещику отнимать у арендатора землю, даже если помещик намерен обрабатывать её сам. В других местах крестьяне разрешают это, если помещик действительно сам обрабатывает свою землю, но тогда возникает угроза безработицы среди арендаторов. Этот вопрос пока ещё не получил единого разрешения.

• Снижение ссудного процента. В уезде Аньхуа ссудный процент уже повсюду снижен, снижение проводится и в других уездах. Однако там, где крестьянские союзы очень сильны, помещики, опасаясь «обобществления имущества», вовсе отказывают крестьянам в ссудах, и в деревнях почти нет случаев предоставления ссуд. Стало быть, снижение ссудного процента распространяется лишь на старые долги. По ним не только снижен процент, но кредиторам даже запрещается принуждать должников возвращать долги. Бедняк говорит: «Обижаться нечего, год уж на исходе, возвращу в будущем году».

Свержение феодального господства тухао и лешэнь — ликвидация старых органов власти «ду» и «туань»¹⁶

Старые органы власти в «ду» (районе) и «туань» (волости), особенно в «ду» — административной единице, следующей по величине после уезда, почти полностью находились в руках тухао и лешэнь. Под управлением районных органов власти состояло от 10 тысяч до 50—60 тысяч жителей. Районы имели свои вооружённые силы — отряды местной охраны, пользовались правом самостоятельно облагать население налогами, например поземельным сбором¹⁷ и т. п., имели свою собственную юстицию — они могли, например, по своему усмотрению арестовывать крестьян, заключать их в тюрьму, допрашивать, наказывать. Лешэнь, сидевшие в этих органах власти, были буквально царьками в деревне. Крестьяне меньше считались с президентом республики, дуцзюнями¹⁸ и начальниками уездов, чем с этими местными владыками; только они были подлинным «начальством»; стоило такому «начальству» кашлянуть, и крестьяне уже знали, что им нужно быть начеку. Теперь же в результате бунта в деревне могуществу помещиков всюду положен конец. Разумеется, пали и все административные органы в деревне, находившиеся в руках тухао и лешэнь. Начальники «ду» и «туань» попрятались и не осмеливаются высунуть нос. Людей, обращающихся к ним по любому местному делу, такие начальники отсылают к крестьянскому союзу, заявляя: «Это меня не касается».

Когда об этих начальниках заходит речь в беседах, крестьяне с гневом говорят: «Эти-то прохвосты? Их песенка уже спета!»

Это выражение «их песенка уже спета» точнее всего характеризует положение старых административных органов в тех сельских местностях, через которые прокатилась волна революции.

Ликвидация помещичьих вооружённых сил и создание крестьянских вооружённых сил

Помещичьи вооружённые силы в центральной части провинции Хунань сравнительно малочисленны, в западной же и южной частях их больше. Считая в среднем по 600 винтовок на уезд, в 75 уездах их наберётся 45 тысяч. Однако в действительности их, быть может, ещё больше. В центральной и южной частях провинции Хунань, то есть в районах развитого крестьянского движения, как, например, в уездах Нинсян, Пинцзян, Люян, Чанша, Лилин, Сянтань, Сянсян, Аньхуа, Хэншань, Хэнъян, крестьянство поднялось с такой огромной силой, что помещики оказались не в состоянии справиться с ним, а помещичьи вооружённые отряды в большинстве своём сдались крестьянским союзам, встали на защиту интересов крестьян. Небольшая часть помещичьих отрядов сохраняет нейтралитет, но склоняется к капитуляции перед крестьянами, например в уезде Баоцин  и др. Другая небольшая часть этих отрядов занимает по отношению к крестьянским союзам враждебную позицию (уезды Ичжан, Линьу, Цзяхэ), но в данное время терпит чувствительные удары со стороны крестьян и, по всей вероятности, в ближайшее время будет уничтожена. Вооружённые силы, вырванные из рук реакционных помещиков, будут реорганизованы в «постоянные дружины подворного ополчения»¹⁹, которые будут находиться в ведении новых органов самоуправления в деревне сельских органов самоуправления, осуществляющих власть крестьянства. Привлечение старых вооружённых сил на сторону крестьян представляет собой одну сторону работы по созданию крестьянских вооружённых сил. Другой, новой стороной этой работы является организация «собяодуй» — вооружённых пиками отрядов при крестьянских союзах. Пика «собяо» представляет собой длинный шест, к концу которого прикреплён обоюдоострый нож. В одном только уезде Сянсян имеется 100 тысяч таких пик. В других уездах (Сянтань, Хэншань, Лилин, Чанша) их количество колеблется от 30—40 тысяч до 70—80 тысяч на уезд. Во всех уездах, охваченных крестьянским движением, число отрядов «собяодуй» быстро растёт. Крестьянские отряды, вооружённые пиками, превратятся в «непостоянные дружины подворного ополчения». Эти огромные отряды, вооружённые пиками, сильнее упоминавшихся выше старых вооружённых отрядов. Они являются новыми, нарождающимися вооружёнными силами, которые приводят в трепет всех тухао и лешэнь. Революционным властям провинции Хунань следует по-настоящему распространить такую форму организации вооружённых сил на более чем 20‑миллионное крестьянство всех 75 уездов; нужно, чтобы вся молодёжь и взрослые крестьяне имели пику. Не следует делать каких-либо ограничений из-за опасения, что пики могут кого-то напугать. Надо быть слишком большим трусом, чтобы падать от ужаса при виде таких отрядов. Их боятся только тухао и лешэнь, а революционерам нечего их страшиться.

Свержение власти господина начальника уезда и его прислужников

Очистить уездную администрацию можно лишь при условии, если поднимутся сами крестьяне. Это уже доказал пример уезда Хайфэн в провинции Гуандун и ещё нагляднее доказывает нынешний пример Хунани. В уездах, где власть узурпировали тухао и лешэнь, всякий, кто становится начальником уезда, почти всегда оказывается казнокрадом и взяточником; в уездах, где крестьяне уже поднялись, органы власти, кто бы их ни возглавлял, работают честно. В нескольких уездах, где я побывал, начальники уездов по любому вопросу прежде всего обращаются за советом к крестьянским союзам. В тех уездах, где крестьянское движение особенно сильно, слово крестьянского союза обладает прямо-таки волшебной силой. Если союз потребует утром арестовать тухао или лешэнь — начальник уезда не решится отложить это до полудня; если союз потребует арестовать в полдень — начальник не посмеет отложить арест до вечера. На начальной стадии установления крестьянской власти в деревне начальники уездов были в сговоре с тухао и лешэнь и вместе выступали против крестьян. Когда крестьянская власть сравнялась по силе с помещичьей, начальники уездов заняли двойственную позицию: кое-что из решений крестьянских союзов они принимали, а кое-что и отвергали. То, что я говорил выше о волшебной силе слова крестьянского союза, относится уже к периоду, когда помещичья власть была полностью свергнута властью крестьян. Сейчас положение с органами власти в уездах Сянсян, Сянтань, Лилин и Хэншань таково:

1. Все дела решаются на совещаниях начальника уезда с представителями революционных массовых организаций. Эти совещания, созываемые начальником уезда, проводятся в уездном управлении. В некоторых уездах они называются «объединёнными совещаниями общественных организаций и уездной администрации», в других — «совещаниями по делам уезда». На таких совещаниях кроме начальника уезда присутствуют представители крестьянского союза, совета профсоюзов, ассоциации торговцев, союза женщин, объединения учителей и служащих учебных заведений, союза учащихся и комитета гоминьдана данного уезда²⁰. В ходе этих совещаний представители массовых общественных организаций, высказывая свои суждения, оказывают воздействие на начальника уезда, и тот неизменно подчиняется их воле. Таким образом, не подлежит сомнению, что в провинции Хунань в уездных органах власти может быть осуществлена демократическая система управления коллегиального типа. И по форме и по существу нынешние уездные органы власти уже значительно демократизированы. Такое положение установилось в последние два-три месяца, то есть после того, как поднявшееся повсюду в деревнях крестьянство свергло власть тухао и лешэнь. Только увидев, что старая опора выбита у них из-под ног и что они не удержатся на постах, если не найдут новой опоры, начальники уездов стали заискивать перед массовыми организациями, в результате чего и создалась охарактеризованная выше обстановка.

2. Судьи оказались не у дел. Судебная система в провинции Хунань по-прежнему остаётся такой, что юстицией всё ещё ведает по совместительству начальник уезда, которому судья помогает вести судебные дела. Начальники уездов и их помощники наживались путём злоупотреблений при взимании налогов и сборов, путём различных махинаций при привлечении населения к повинностям для нужд армии, а также путём подлогов и вымогательства при разборе гражданских и уголовных дел. Последняя статья была для них самым постоянным и надежным источником наживы. В последние месяцы, с падением тухао и лешэнь, исчезли и профессиональные ходатаи по судебным делам. А так как все дела крестьян — и большие и малые — решаются крестьянскими союзами, то судьи уездного управления оказались буквально не у дел. Судья уезда Сянсян сказал мне: «Когда крестьянских союзов не было, в канцелярию уездного управления поступало в среднем до 60 гражданских и уголовных дел в день, а с появлением союзов — всего четыре-пять дел». Начальникам уездов и их помощникам приходится мириться с тем, что кошельки у них пустеют.

3. Все охранники, полицейские, служители уездных управлений притаились и не решаются больше ездить по деревням и заниматься вымогательством. Раньше жители деревни боялись горожан, а теперь городские жители боятся деревенских. Это особенно относится к отвратительной своре подкармливаемых уездными властями полицейских, охранников и служителей, которые боятся ездить по деревням, а если и бывают там, то не осмеливаются уже заниматься вымогательством. Они трясутся от страха при виде крестьянских пик.

Свержение родовой власти — власти храма предков и старейшин рода; свержение власти религии — власти духа-хранителя города и местных духов; свержение власти мужа

Мужчины в Китае обычно находятся под властью трёх сил, представляющих целые иерархические системы, а именно: 1) государственной системы общегосударственных, провинциальных, уездных и волостных органов власти (политическая власть); 2) родовой системы — общеродового храма предков, храма предков ответвления рода, главы семьи (родовая власть); 3) религиозной системы, представляемой: а) подземными силами верховным владыкой ада, духами-хранителями городов и местными духами и б) небесными силами — богами и святыми, от верховного владыки неба до всевозможных духов. Все они вместе составляют систему потусторонних сил (власть религии). Женщина же наряду со всем этим находится ещё и под властью мужчины (власть мужа). Эти четыре вида власти — политическая, родовая, власть религии и власть мужа — отражают феодально-патриархальную идеологию и порядки во всей их совокупности и являются самыми страшными узами, опутывающими китайский народ, в особенности крестьянство. Выше уже описывалось, как крестьяне свергают в деревне власть помещиков. Помещичья власть является тем стержнем, на котором держатся все перечисленные силы. Со свержением власти помещиков расшатываются и власть рода, и власть религии, и власть мужа. Там, где сильно влияние крестьянских союзов, старейшины рода и распорядители средств храма предков не смеют больше угнетать младших членов рода и расхищать средства храма предков. Самые злостные из них уже свергнуты как тухао и лешэнь. Никто в храме уже не осмеливается применять существовавшие раньше жестокие телесные наказания и казни пороть людей, топить их, погребать заживо. Уничтожен и старый обычай, по которому женщины и бедняки не имели права участвовать в трапезах в родовом храме. В местности Байго уезда Хэншань женщины толпой явились в храм, бесцеремонно расселись там и приняли участие в трапезе, а почтенным старейшинам рода не оставалось ничего другого, как предоставить им полную волю. В другом месте в виде протеста против этого же запрета бедняки группой ворвались в храм и устроили там такое пиршество, что тухао и лешэнь — все степенные господа в длинных халатах от страха разбежались. С развитием крестьянского движения власть религии также повсюду расшатывается. В целом ряде мест крестьянские союзы захватывают храмы и используют их в качестве помещений для союзов. Повсюду крестьянские союзы выступают за изъятие имущества храмов для организации крестьянских школ и для покрытия расходов крестьянских союзов, именуя эти средства «доходами от суеверий». В уезде Лилин довольно широко распространилось движение за запрещение суеверных обрядов и за уничтожение изображений божеств. В северных районах этого уезда крестьяне запрещают шествия с благовонными свечами в честь домашних духов (духов заразы). В районе Лукоу в храме местечка Фуболин из-за недостатка места для помещения районного комитета гоминьдана все изображения божеств были свалены кучей в угол храма, и это не вызвало никаких возражений со стороны крестьян. После этого заметно сократилось число людей, которые в связи со смертью родных устраивали жертвоприношения божествам, приглашали монахов для чтения молитв, приносили святые фонари в дар местному подземному духу. Инициатором в этом деле был председатель крестьянского союза Сунь Сяошань, которого теперь страшно возненавидели местные даосские монахи. В 3‑м Северном районе крестьяне и учителя начальной школы местечка Лунфэнъань порубили деревянные фигуры божеств на дрова. В Южном районе в храме Дунфусы учащиеся вместе с крестьянами сожгли больше тридцати деревянных статуй. Уцелели только две маленькие фигурки «почтенного Бао-гуна» — их схватил старик-крестьянин. «Не кощунствуйте!» — сказал он. В местах, где крестьяне взяли верх, верующими остаются только старики и женщины; молодёжь и крестьяне средних лет перестали верить. А так как крестьянские союзы находятся именно в руках последних, то они и ведут повсюду работу по ликвидации власти религии и суеверий. Что касается власти мужа, то в бедняцких семьях она всегда была слабее, поскольку женщины в таких семьях в силу экономического положения бедноты вынуждены принимать большее участие в труде, чем женщины состоятельных классов, и поэтому они чаще получают право голоса и даже решающего у себя в семье. В последние годы в связи с нарастающим разорением сельского хозяйства оказалась подорванной самая основа подчинения женщины мужчине. В последнее время, с возникновением крестьянского движения, женщины во многих местах создали сельские союзы женщин; настала и для них пора поднять голову, и власть мужа расшатывается с каждым днём. Словом, с ростом власти крестьян оказались поколебленными вся феодально-патриархальная идеология и порядки. Но теперь основные усилия крестьян направлены на разгром политической власти помещиков. Там, где эта задача уже решена, крестьяне начали наступление и на родовую систему, и на религию, и на существующие отношения между мужчиной и женщиной в семье. Однако их наступление находится пока ещё в начальной стадии, так как покончить с этими тремя видами зла можно будет лишь после полной победы крестьян в экономической борьбе. Поэтому сейчас нам необходимо направить крестьян на решительную политическую борьбу за окончательное свержение помещичьей власти. Вслед за этим необходимо немедленно начать экономическую борьбу, чтобы коренным образом разрешить вопрос о земле и другие экономические проблемы крестьян-бедняков. Что касается родовой системы, религиозных суеверий и неправильных отношений между мужчиной и женщиной в семье, то их ликвидация станет неизбежным результатом победы в политической и экономической борьбе. Если мы будем вкладывать слишком много сил в их разрушение, действовать грубо и напористо, то тухао и лешэнь, не преминув воспользоваться нашими действиями, развернут контрреволюционную агитацию в целях подрыва крестьянского движения, станут кричать, что «крестьянские союзы не почитают предков», «крестьянские союзы глумятся над богами и уничтожают религию», «крестьянские союзы хотят обобществить жён». Доказательством этому может служить использование помещиками недовольства крестьян, вызванного уничтожением фигур божеств в уезде Сянсян провинции Хунань и в уезде Янсинь провинции Хубэй. Эти статуи воздвигли сами крестьяне, и наступит такое время, когда они своими же руками их сбросят,— преждевременное вмешательство со стороны тут ни к чему. В своей агитации по этому вопросу коммунисты должны держаться такой линии: «Натянуть тетиву, но стрелу не пускать»²¹. Надо, чтобы крестьяне сами выбросили фигуры божеств и разрушили храмы верных вдов, последовавших в могилу за мужем, и арки, воздвигнутые в честь целомудренных и почтительных жён, а подменять крестьян в этом деле неправильно.

Мне тоже доводилось агитировать в деревне против суеверий. Я говорил:

«Веря в гороскопы, люди надеются на лучшую судьбу; веря в геомантию, люди надеются на счастье, которое им принесут могилы предков. В нынешнем году крестьяне за несколько месяцев свалили власть тухао, лешэнь и продажных чиновников. Разве в последние несколько месяцев всем тухао, лешэнь и продажным чиновникам вдруг изменила судьба и могилы предков внезапно перестали приносить им счастье, если до этого судьба им покровительствовала, а могилы приносили счастье? О ваших крестьянских союзах тухао и лешэнь выражаются так: „Удивительное дело! Нынче мир стал миром комитетчиков. Подумать только, куда ни плюнь попадёшь в комитетчика“. И действительно, в городе, в деревне, в профсоюзах, в крестьянских союзах, в гоминьдане, в Коммунистической партии — всюду есть свои члены исполнительных комитетов. Поистине мир стал миром комитетчиков. Но разве всё это тоже от гороскопа и от могил предков? Удивительное дело! Гороскоп вдруг стал покровительствовать деревенским голодранцам, и могилы предков тоже вдруг стали приносить им счастье! Боги что же, можете почитать их. Но разве можно было свергнуть тухао и лешэнь без крестьянских союзов, только с богом воинской доблести и богиней милосердия? Жалкие это боги и жалкие богини. Вы почитали их сотни лет, а они не свергли ради вас ни одного тухао, ни одного лешэнь! Теперь вы хотите провести снижение арендной платы. Но разрешите узнать, как вы собираетесь добиться этого — верой в богов или верой в крестьянские союзы?»

Эти слова заставляли крестьян смеяться.

Распространение политической агитации

Разве можно было бы, даже создав 10 тысяч политико-юридических школ, за такой короткий срок политически просветить всех мужчин и женщин, от мала до велика, в самых затерянных деревнях, в самых глухих углах, как это сделали сейчас крестьянские союзы? Думаю, что нет. Политические лозунги «Долой империализм!», «Долой милитаристов!», «Долой продажных чиновников!», «Долой тухао и лешэнь!» поистине летают без крыльев; они облетают бесчисленные массы деревенской молодёжи, взрослых, стариков, детей и женщин, врезаются в их сознание, а затем появляются на их устах. Если вы видите группу играющих детей и один из них, вытаращив глаза, топая ногами и размахивая руками, сердито наступает на другого, вы непременно услышите пронзительный крик: «Долой империализм!»

Однажды в районе Сянтаня дети, пасшие коров, начали играть в войну. Один из них изображал Тан Шэнчжи, другой — Е Кайсиня²². И вот один потерпел поражение, а другой стал его преследовать. Преследовавшим был Тан Шэнчжи, а преследуемым — Е Кайсинь. Песню «Долой империалистические державы!», которую, как известно, знают почти все городские дети, сейчас распевают и очень многие дети в деревне.

В деревне есть крестьяне, которые знают почти наизусть завещание д‑ра Сунь Ятсена. Они кстати и некстати применяют в повседневной жизни такие выражения из завещания, как «свобода», «равноправие», «три народных принципа», «неравноправные договоры». Как-то один человек, по виду шэньши, встретился на тропе с крестьянином и, напустив на себя важность, не захотел уступить ему дорогу. Крестьянин сердито сказал: «Ты, тухао, лешэнь! О трёх народных принципах слыхал?» Привозя овощи на продажу в город Чанша, окрестные огородники всегда терпели обиды от полиции. А теперь они нашли средство защиты: это средство — три народных принципа. Когда полицейские принимаются бить и ругать огородников, те сразу же пускают в ход для своей защиты три народных принципа и полицейским нечего возразить. В уезде Сянтань один районный крестьянский союз не поладил из-за чего-то с волостным крестьянским союзом, и тогда председатель последнего заявил: «Мы против неравноправных договоров, которые навязывает нам районный крестьянский союз!»

Распространение политической агитации в деревнях является исключительно заслугой Коммунистической партии и крестьянских союзов. Доходчивые и простые лозунги, рисунки, а также устные выступления так быстро воздействуют на широкие массы крестьян, словно те прошли курс обучения в политической школе. По сообщениям товарищей, работающих в деревне, широкая политическая агитация велась в ходе трёх массовых кампаний — антианглийских демонстраций, празднования годовщины Октябрьской революции и торжеств по случаю успехов Северного похода. В этих кампаниях политическая агитация, проводившаяся повсюду, где существуют крестьянские союзы, приводила в движение целые деревни и дала большие результаты. В дальнейшем необходимо обратить внимание на использование любого повода для того, чтобы наполнять простые лозунги, о которых я говорил выше, всё более и более конкретным содержанием, делать их более ясными и доходчивыми.

Запреты, налагаемые крестьянами

Как только крестьянские союзы, руководимые Коммунистической партией, установили в деревне свою власть, крестьяне стали накладывать запреты и ограничения на всё то, чего они не одобряют. Строжайшим образом запрещаются карты и другие азартные игры, а также курение опиума.

• Карты. В тех местах, где крестьянские союзы приобрели большую силу, игра в карты, а также в мацзян и кости совершенно запрещена.

  В 14‑м районе уезда Сянсян один районный крестьянский союз сжёг две корзины костей для мацзяна.

  В деревнях в карты уже не играют, а нарушители этого запрета наказываются немедленно и без всякого снисхождения.

• Другие азартные игры. Бывшие заядлые игроки теперь сами запрещают азартные игры; там, где сильна власть крестьянских союзов, всякие азартные игры, как и карты, искоренены полностью.

• Курение опиума. Запрещено строжайшим образом. Когда крестьянские союзы издали приказ о сдаче трубок для опиума, никто и не посмел ослушаться. В уезде Лилин за несдачу трубки был арестован один лешэнь, и в наказание его водили по деревням.

  Проводимая крестьянами кампания по «разоружению» курильщиков опиума по своей решительности не уступает разоружению войск У Пэйфу и Сунь Чуаньфана²³ армией Северного похода. «Ваньсуй» (так лешэнь в насмешку называют крестьян) «разоружили» в семьях офицеров революционной армии многих почтенных старцев, неисправимых курильщиков опиума, всю жизнь не расстававшихся с трубкой. «Ваньсуй» запрещают не только сеять мак и курить опиум, но и провозить его. В уездах Баоцин, Сянсян, Юсянь, Лилин провинции Хунань задержано и сожжено немало опиума, провозившегося из провинции Гуйчжоу в провинцию Цзянси. Это идёт вразрез с интересами финансовых органов правительства. Кончилось тем, что провинциальный крестьянский союз, учитывая необходимость обеспечения армии Северного похода довольствием, отдал низовым крестьянским союзам распоряжение «временно отсрочить проведение запрета перевозок опиума». Однако крестьяне остались этим очень недовольны.

Наряду с указанными существует ещё много других запретов и ограничений. Приведём хотя бы некоторые из них.

• «Xуагу» — непристойные театральные представления. Они запрещены во многих местах.

• Паланкины. Во многих уездах отмечаются случаи нападения на паланкины; это особенно относится к уезду Сянсян. Крестьяне глубоко ненавидят людей, пользующихся паланкинами, и всегда готовы сломать паланкины, но крестьянские союзы это запрещают. Работники крестьянских союзов разъясняют крестьянам: «Нападая на паланкины, вы только помогаете богачам экономить деньги, а носильщиков лишаете работы. Кому же вы вредите, как не самим себе?» Крестьяне это очень хорошо поняли и придумали другой способ наказания богачей — значительно повысили оплату труда носильщиков паланкинов.

• Изготовление водки и патоки. Гнать из риса водку и варить патоку повсюду запрещено. Это вызвало бесконечные жалобы владельцев винокурен и предприятий по изготовлению патоки. А в местечке Футяньпу (уезд Хэншань) гнать водку не было запрещено, но на неё была установлена такая низкая цена, что винокурни, не получая прибыли, вынуждены были прекратить работу.

• Разведение свиней. Количество свиней в хозяйстве ограничено, так как на их корм нужно расходовать зерно.

• Разведение птицы. В уезде Сянсян запрещено разводить кур и уток, но это вызвало возражения со стороны женщин. В Янтане (уезд Хэншань) разрешается иметь только трёх кур на хозяйство, а в Футяньпу пять. Во многих местах совершенно запрещено разводить уток, так как от них ещё больше убытка, чем от кур: они не только поедают зерно, но и губят всходы риса.

• Пиршества. Богатые пиршества запрещены повсюду. В местечке Шаошань (уезд Сянтань) постановили подавать гостям только блюда, приготовленные из кур, рыбы и свинины. Запрещено приготовление блюд из бамбуковых побегов, морской капусты и «южной» вермишели. В уезде Хэншань обед должен состоять не более чем из восьми блюд. В 3‑м Восточном районе уезда Лилин разрешается подавать на стол только пять блюд; во 2‑м Северном районе три мясных блюда и три растительных; в 3‑м Западном районе запрещено устраивать угощения в дни праздника Весны. В уезде Сянсян запрещено подавать гостям блюда, приготовленные из яиц, хотя такое угощение не является слишком роскошным. Когда во 2‑м районе этого же уезда на одной свадьбе устроили такое угощение, толпа крестьян ввалилась в дом нарушителя запрета и расстроила всё торжество. В Цзямочжэне (уезд Сянсян) воздерживаются от изысканных блюд и для жертвоприношений предкам используют только фрукты.

• Рабочий скот. Буйвол или корова — сокровище крестьянина. Изречение «убивший корову сам в будущей жизни станет коровой» стало буквально религиозной заповедью, поэтому рабочий скот убивать нельзя. Пока крестьяне не пришли к власти, они могли действовать лишь религиозными доводами и были не в силах запретить убой рабочего скота. Когда крестьянские союзы выросли, они взяли под свой контроль также и рабочий скот, запретив его убой и в городе. В городе Сянтань, где раньше было шесть лавок, торговавших говядиной, теперь пять закрылись, а в оставшейся одной лавке продаётся только мясо прирезанных ослабевших или негодных для работы буйволов и коров. Во всём уезде Хэншань убой рабочего скота категорически запрещён. Когда у одного крестьянина корова сломала себе ногу, этот крестьянин не осмеливался прирезать её, пока не получил разрешение крестьянского союза. Когда в городе Чжучжоу торговая палата, не задумавшись о последствиях, зарезала корову, крестьяне пришли в город и потребовали наказания виновных. Торговой палате пришлось уплатить штраф и в порядке извинения устроить сожжение хлопушек.

• Бродяжничество. В уезде Лилин запрещено ходить по домам славить весну, славить местных духов, распевать песни под аккомпанемент бамбуковых кастаньет, выпрашивая подаяние. В различных уездах эти виды нищенства либо запрещены, либо исчезли сами собой, так как никто больше ими не занимается. Раньше существовали ещё так называемые «нищие-вымогатели», или «бродяги», люди обычно очень злобные, но теперь и им пришлось подчиниться крестьянским союзам. В Шаошане (уезд Сянтань) есть храм бога дождя, в котором издавна собирались бродяги, не признававшие никакой власти, но с возникновением крестьянских союзов все они куда-то скрылись. В этом же районе крестьянский союз волости Хути задержал трёх бродяг и заставил их таскать глину и обжигать кирпичи. Запрещены также дурные обычаи, связанные с новогодними визитами.

Наряду с этим в различных местах введено очень много мелких запретов: например, в уезде Лилин запрещено устраивать шествия с благовонными свечами в честь духов заразы, преподносить дорогие продукты и сласти, сжигать бумажные одежды в День поминовения умерших и наклеивать у себя в доме под Новый год надписи с символами счастья. В местности Гушуй уезда Сянсян запрещено курение кальяна; во 2‑м районе этого уезда запрещено сжигать хлопушки и стрелять из трёхзарядных церемониальных ружей: за первое взыскивается штраф в размере 1,2 юаня, а за второе — 2,4 юаня. В 7‑м и 20‑м районах запрещено приглашать монахов для чтения молитв, в 18‑м районе запрещено подносить подарки на похоронах. Подобных запретов так много, что перечесть невозможно, и все они именуются крестьянскими запретами.

Эти запреты по своему значению важны в двух аспектах. Во-первых, они означают противодействие вредным социальным привычкам таким, как игра в карты и другие азартные игры, курение опиума, возникшим в условиях гнусного политического господства помещиков и исчезающим с падением помещичьей власти. Во-вторых, они являются мерой защиты от эксплуатации со стороны городских купцов, осуществляемой, например, путём запрещения устраивать пиршества, покупать дорогие продукты и сласти и т. д. В условиях дороговизны промышленных товаров и низких цен на сельскохозяйственные продукты крестьяне терпят крайние лишения и подвергаются жестокой эксплуатации со стороны купцов. В целях самозащиты крестьяне вынуждены ограничивать себя во всём. Что же касается упомянутого выше запрещения вывозить рис, то оно вызвано тем, что у бедняков своего риса недостаточно, они вынуждены прикупать его на рынке и поэтому не допускают взвинчивания цен на продовольствие. Всё это вызвано обнищанием крестьян и противоречиями между городом и деревней, а отнюдь не означает бойкота крестьянами промышленных товаров или отказа торговать с городом из приверженности к теории «исключительности культуры Востока»²⁴. В целях защиты своих экономических интересов крестьянам необходимо создавать потребительские кооперативы для организации совместных закупок товаров. Необходима также помощь правительства в деле создания крестьянскими союзами кредитной (ссудной) кооперации. Тогда крестьянам, конечно, не придётся прибегать к запрещениям вывоза риса для ограничения цен на продовольствие, не придётся бороться в порядке защиты своих экономических интересов против проникновения в деревню некоторых промышленных товаров.

Ликвидация бандитизма

Я думаю, что начиная с Юя и Тана, Вэнь-вана и У-вана²⁵ и кончая императорами Цинской династии и президентами Китайской республики в Китае не было ни одного правителя, который обладал бы такой могучей силой, какую проявляют сейчас крестьянские союзы в деле ликвидации бандитизма. Там, где сильны крестьянские союзы, бандитов нет и в помине. Просто удивительно, что во многих местах не осталось даже мелких воришек, промышлявших кражей овощей с огородов. Кое-где мелкие воры ещё существуют, но бандитизм ликвидирован во всех уездах, в которых мне пришлось побывать, даже там, где раньше было очень много бандитов. Это объясняется следующими причинами. Во-первых, бандитам стало негде скрываться, так как повсюду имеются члены крестьянских союзов, и «длинные пики» и «короткие дубинки» собираются сотнями по первому зову. Во-вторых, с развитием крестьянского движения цены на рис резко снизились: весной прошлого года 1 дань риса (неочищенного) стоил 6 юаней, а зимой уже всего 2 юаня; положение с питанием населения стало значительно легче. В-третьих, члены тайных обществ²⁶ вошли в крестьянские союзы и там открыто и законными путями проявляют свою смелость и выражают накопившееся у них недовольство; таким образом, исчезла надобность в существовании тайных организаций «гор, храмов, фимиамов и вод»²⁷. Крестьяне уже достаточно излили свой гнев на угнетавших их тухао и лешэнь, обложив их тяжёлыми сборами и штрафами и прирезав их свиней и овец. В-четвёртых, во время вербовки в армию многие «забубённые головушки» ушли в солдаты. В результате всего этого с возникновением крестьянского движения бандитизм совершенно исчез. Эту сторону деятельности крестьянских союзов одобряют даже шэньши и богачи. Они говорят: «Крестьянские союзы? По совести говоря, и от них есть кое-какая польза».

Запрещение крестьянскими союзами карт и других азартных игр, курения опиума, а также ликвидация бандитизма вызвали общее одобрение.

Отмена тяжёлых поборов

Пока страна ещё не объединена, пока не свергнуты силы империализма и милитаристов, невозможно избавить крестьян от тяжёлого бремени государственных налогов, или, другими словами, от бремени военных расходов революционной армии. Однако с подъёмом крестьянского движения и падением власти тухао и лешэнь тяжёлые поборы — как, например, поземельный сбор, которыми крестьяне облагались, когда сельская администрация находилась в руках тухао и лешэнь, ликвидированы или по меньшей мере снижены. Это тоже следует считать одной из заслуг крестьянских союзов.

Движение за культуру

В Китае культура испокон веков была достоянием помещиков; крестьянам она была недоступна. Но вся эта помещичья культура обязана своим существованием крестьянам, так как всё то, из чего она складывается, создано кровью и по́том крестьян. Процентов 90 населения Китая ещё не приобщилось к культуре, не получило никакого образования. Подавляющее большинство этих людей составляют крестьяне. С падением власти помещиков в деревне началось движение крестьян за культуру. Посмотрите, с каким энтузиазмом крестьяне, всегда ненавидевшие школы, открывают теперь вечерние школы. Раньше крестьяне никак не могли свыкнуться с «заморскими школами». Ещё когда я учился и приезжал в родные места, мне приходилось наблюдать выступления крестьян против «заморских школ», но тогда я дул в одну дудку со всеми «заморскими» учащимися и «заморскими» преподавателями и тоже защищал эти школы; мне казалось, что крестьяне несколько неправы. Только в 1925 году, прожив полгода в деревне, будучи уже коммунистом, обретя марксистские взгляды, я понял, что ошибался и что крестьяне были правы. Учебники, применявшиеся в сельских начальных школах, были построены полностью на городской тематике и не отвечали нуждам деревни. К тому же, учителя начальных школ относились к крестьянам очень плохо: они не только не помогали крестьянам, а, напротив, своим поведением восстанавливали крестьян против себя. Поэтому крестьяне предпочитали казённым школам (которые они называли «заморскими») частные школы старого типа (эти школы они называли «китайскими»), а преподавателям казенных начальных школ предпочитали частных учителей. Теперь крестьяне повсюду создают свои вечерние школы, называя их крестьянскими школами. В одних местах такие школы уже открыты, в других ведётся подготовка к их открытию. В среднем на каждую волость приходится одна школа. Крестьяне создают их с огромным энтузиазмом, и только такие школы они считают своими. Средства на содержание вечерних школ берутся из «доходов от суеверий», из средств храмов предков и из свободных доходов от других общественных земель и имуществ. Уездные отделы просвещения рассчитывали обратить эти средства на казённые, то есть на «заморские» школы, не отвечающие потребностям крестьян; крестьяне же хотели использовать их для крестьянских школ. В результате споров средства делились между сторонами, а в некоторых местах целиком передавались крестьянам. С развитием крестьянского движения быстро поднялся культурный уровень крестьян. Недалеко то время, когда повсюду в провинции возникнут десятки тысяч сельских школ. Это уже не болтовня интеллигентов и так называемых «деятелей просвещения» о «всеобщем обучении», которое, сколько они ни шумели, оставалось пустым звуком.

Кооперативное движение

Крестьяне испытывают подлинную нужду в организации кооперативов, особенно потребительских, сбытовых и кредитных. Когда крестьянин покупает товары, его эксплуатирует купец, когда он продаёт продукцию своего хозяйства, его прижимает тот же купец, а когда он берёт ссуду рисом или деньгами, его жестоко эксплуатирует ростовщик. Поэтому крестьянин кровно заинтересован в разрешении проблем закупки, сбыта и кредита. Минувшей зимой, когда из-за военных действий на реке Янцзы торговые связи были прерваны и в провинции Хунань вздорожала соль, крестьяне организовали много кооперативов для удовлетворения своей нужды в соли. В связи с тем, что помещики отказывают крестьянам в ссудах, во многих местах делаются попытки организовать ссудные кассы. Главное затруднение сейчас заключается в отсутствии подробного нормального устава таких организаций. Организации, созданные на местах по инициативе самих крестьян, зачастую не соответствуют принципам кооперации, поэтому работники крестьянского движения всё время настойчиво требуют устава. При соответствующем руководстве кооперативное движение может по мере роста крестьянских союзов развиваться повсюду.

Ремонт дорог и дамб

Эта работа тоже составляет заслугу крестьянских союзов. До возникновения крестьянских союзов дороги в сельских местностях были чрезвычайно запущены. Не имея средств, ремонтировать дороги было невозможно, а богачи денег не давали, и дороги обрекались на разрушение. Если где-нибудь и проводился некоторый ремонт, это делалось в порядке благотворительности: у людей, «желающих совершить благодеяние, которое зачтётся на том свете», выпрашивались гроши, и на эти гроши прокладывались узкие и плохие дороги. С появлением крестьянских союзов был издан приказ, обязывающий каждого помещика, владения которого прилегают к дороге, отремонтировать свой участок дороги, причём в зависимости от местных потребностей в каждом случае устанавливалась ширина дороги 3, 5, 7 чи или 1 чжан. Раз приказ издан, кто посмеет ему не подчиниться? Вскоре появилось много удобных дорог. Это уже не благотворительность, а принуждение, но с этим небольшим принуждением получилось, право же, совсем неплохо. Точно так же обстояло дело и с дамбами. Беспощадный помещик думал только о том, как бы содрать с арендатора побольше, и не хотел истратить нескольких грошей на ремонт дамбы, обрекая таким образом пруды на высыхание, а арендаторов — на голодную смерть. Ему бы только собрать арендную плату. Но вот появились крестьянские союзы и стали, не церемонясь, издавать приказы, принуждающие помещиков производить ремонт дамб. Если помещик отказывается, крестьянский союз невозмутимо заявляет ему: «Хорошо! Раз вы не хотите сами ремонтировать, то вносите рис, по одному доу за каждый рабочий день одного человека!» Но так как помещику это невыгодно, он спешит отремонтировать дамбу сам. Так многие прежде запущенные дамбы приведены в исправное состояние.

---

Таковы четырнадцать завоеваний, которых добились крестьяне под руководством крестьянских союзов. Подумайте сами, читатель, есть ли хоть в одном из них что-нибудь плохое по духу, по революционному значению? Я думаю, что отрицательно отнесутся к ним только тухао и лешэнь! Весьма странно выглядит сообщение из Наньчана²⁸, гласящее, что гг. Чан Кайши и Чжан Цзинцзян²⁹ относятся к действиям крестьян провинции Хунань очень неодобрительно. А лидер правых в провинции Хунань Лю Юечжи³⁰ и его компания, солидаризируясь с ними, заявляют: «Ведь это настоящая красная зараза!» А я считаю так: разве можно было бы говорить о национальной революции, если бы не было минимальной доли этой так называемой красной заразы? Не напоминают ли каждодневные словесные призывы к «пробуждению народных масс» и смертельный испуг, когда эти массы действительно поднимаются, известную историю о любви Е-гуна к драконам?³¹

Примечания

1. Провинция Хунань была в тот период главным очагом крестьянского движения в стране.↩
2. Шэньши — своеобразное сословие, сложившееся в феодальном Китае. В него входили состоятельные люди, которые владели землями, нередко обладали «учёными» званиями, занимали чиновничьи должности или находились в отставке и обладали фактической властью на местах.↩
3. Чжао Хэнти был агентом северных милитаристов и правил провинцией Хунань. В 1926 году власть его была свергнута в результате действий армии Северного похода.↩
4. Революция 1911 года свергла деспотическую Цинскую династию. 10 октября 1911 года часть Новой армии Цинской династии, находившаяся под воздействием буржуазных и мелкобуржуазных революционных организаций, подняла восстание в г. Учане. Восстание распространялось из одной провинции в другую, и вскоре династия Цин пала. 1 января 1912 года в г. Нанкине было создано Временное правительство Китайской республики; временным президентом республики был избран Сунь Ятсен. Революция 1911 года одержала побегу благодаря союзу буржуазии с крестьянством, рабочими и городской мелкой буржуазией. Однако в результате того, что стоявшая во главе революции руководящая группа была по своему характеру соглашательской, не дала крестьянам ничего реального и уступила давлению империализма и феодальных сил, власть оказалась в руках северного милитариста Юань Шикая, и революция в конечном счёте потерпела поражение.↩
5. Выражение «выпрямляя, перегнуть…» означает, что люди при исправлении ошибок заходят слишком далеко. В прежнее время это выражение часто использовалось, чтобы связывать людей по рукам и ногам, позволяя им только исправлять старые порядки, а отнюдь не ломать их. Действия в пределах исправления старых порядков назывались правильными, «прямыми», действия же, полностью ломающие старые порядки, назывались «перегибами». Это — теория реформистов и находящихся в революционных рядах оппортунистов. Товарищ Мао Цзэдун осуждает здесь реформистские теории подобного рода. «Чтобы выпрямить, надо перегнуть; не перегнёшь — не выпрямишь» имеет в данном тексте следующее значение: для того чтобы покончить со старыми, феодальными порядками, необходимо применять методы революционного действия масс, а не реформистские методы поправок.↩
6. В период зимы 1926 года и весны 1927 года, когда армия Северного похода вышла в долину реки Янцзы, контрреволюционное лицо Чан Кайши ещё полностью не раскрылось и крестьянские массы всё ещё считали его революционером; помещики же и кулаки были им недовольны и распространяли слухи, будто армия Северного похода терпит поражения, а Чан Кайши ранен в ногу. Как контрреволюционер Чан Кайши полностью разоблачил себя лишь после того, как, совершив 12 апреля 1927 года контрреволюционный переворот в Шанхае и других местах, он учинил расправу над рабочими, стал подавлять крестьянское движение и преследовать Коммунистическую партию. С этого момента помещики и кулаки начали поддерживать Чан Кайши.↩
7. Провинция Гуандун была первой базой революции в период Первой гражданской революционной войны.↩
8. У Пэйфу — один из известных представителей северных милитаристов. Как и Цао Кунь, который в 1923 году путём подкупа и взяток добился избрания в президенты, У Пэйфу принадлежал к чжилийской клике северных милитаристов; он выдвигал Цао Куня как лидера этой клики. Современники называли их общим именем «Цао У». Нанеся в 1920 году поражение Дуань Цижую, принадлежавшему к аньхойской клике милитаристов, У Пэйфу занял руководящее положение в правительстве северных милитаристов, действуя в качестве агента англо-американского империализма. 7 февраля 1923 года он учинил жестокую расправу над бастовавшими рабочими Пекин-Ханькоуской железной дороги. В 1924 году он потерпел поражение в чжили-мукденской междоусобной войне с Чжан Цзолинем и лишился власти в Пекине. Однако в 1926 году по указке японских и английских империалистов он вступил в союз с Чжан Цзолинем, что позволило ему снова появиться на сцене. У Пэйфу был первым врагом, которого разгромила армия Северного похода после выступления из провинции Гуандун в 1926 году.↩
9. Три народных принципа — национализм, народовластие, народное благоденствие основные принципы выдвинутой Сунь Ятсеном программы китайской буржуазно-демократической революции. В 1924 году в Манифесте Ⅰ Всекитайского съезда гоминьдана Сунь Ятсен, давая новое толкование трём народным принципам, разъяснил, что национализм — это борьба против империализма, и заявил об активной поддержке движения рабочих и крестьян. Таким образом, старые три народных принципа превратились в новые три народных принципа, предполагающие три основные политические установки — союз с Россией, союз с Коммунистической партией и поддержку крестьян и рабочих. Эти новые три народных принципа стали политической основой сотрудничества Коммунистической партии Китая с гоминьданом в период Первой гражданской революционной войны. См. также работу «О новой демократии», раздел 10, помещённую во Ⅱ томе настоящего издания.↩
10. «Ваньсуй» дословно означает «10 тысяч лет», или пожелание долгих лет жизни. Употребляется как возглас «да здравствует!» Это же слово ранее употреблялось как обращение к императору; отсюда игра слов: «крестьяне ваньсуй?», то есть «и крестьяне уже стали императорами?»↩
11. Допускать кулаков в крестьянские союзы не следовало. В период 1927 года крестьянские массы этого ещё не знали.↩
12. В категорию «голытьбы», о которой говорит товарищ Мао Цзэдун, входят батраки (сельские пролетарии) и люмпен-пролетариат деревни.↩
13. Здесь имеются в виду сельские полупролетарии.↩
14. Речь идёт об уездных комитетах гоминьдана того времени.↩
15. Юань Цзумин — гуйчжоуский милитарист, хозяйничавший в то время в западной части провинции Хунань.↩
16. «Ду» и «туань» в провинции Хунань означают соответственно «район» и «волость». Старые административные органы в «ду» и «туань» служили тем орудием, с помощью которого помещики осуществляли своё господство над крестьянами.↩
17. Речь идёт о том, что органы власти, находившиеся в руках тухао и лешэнь, жестоко эксплуатируя крестьян, не ограничивались взиманием установленных налогов на землю и дополнительно облагали каждый му земли поземельным сбором.↩
18. «Дуцзюнями» назывались военачальники, поставленные господствующей кликой северных милитаристов в каждой провинции. Дуцзюнь обладал всей полнотой военной и политической власти в провинции и фактически был диктатором провинции. Действуя в сговоре с империалистами, дуцзюни поддерживали в своих вотчинах военно-феодальные порядки.↩
19. Постоянные дружины подворного ополчения — одна из разновидностей сельских вооружённых организаций того времени. Слово «подворного» означает, что почти каждый двор был обязан принимать участие в ополчении. После поражения революции в 1927 году подворное ополчение во многих местах оказалось в руках помещиков и превратилось в контрреволюционные вооружённые организации.↩
20. Во многих местах уездные комитеты гоминьдана действовали в то время под руководством ЦИК гоминьдана, находившегося в Ухане; многие из них представляли собой организации, проводившие в жизнь три основные политические установки Сунь Ятсена — союз с Россией, союз с Коммунистической партией и поддержка крестьян и рабочих и были органами революционного блока коммунистов, левых гоминьдановцев и других революционных элементов.↩
21. Это изречение взято из книги «Мэн-цзы». Общий смысл его заключается в следующем: опытный стрелок из лука, обучая других, только натягивает тетиву, но не пускает стрелу, хотя и делает вид, будто вот-вот пустит её. Этой цитатой автор говорит, что коммунисты не должны действовать методами приказов и директив, подменять собой крестьян, а должны пробуждать их политическое сознание с тем, чтобы крестьяне сами, добровольно и по собственной инициативе, отбросили религиозные суеверия и другие вредные обычаи и предрассудки.↩
22. Тан Шэнчжи — генерал, в период Северного похода сражавшийся на стороне революционеров; Е Кайсинь — генерал из клики северных милитаристов, боровшийся против революции.↩
23. Сунь Чуаньфан — милитарист, управлявший в то время провинциями Цзянсу, Чжэцзян, Аньхой, Фуцзянь и Цзянси, палач, подавивший восстание шанхайских рабочих. Основные его силы были в конце 1926 года разгромлены армией Северного похода в районе Наньчан — Цзюцзян (провинция Цзянси).↩
24. Теория «исключительности культуры Востока» — реакционная теория, сторонники которой настаивают на сохранении отсталой системы сельскохозяйственного производства и феодальной культуры Востока и противятся использованию достижений современной науки.↩
25. Юй и Тан — легендарные правители Китая в Ⅲ и Ⅱ тысячелетиях до нашей эры. Вэнь-ван был правителем княжества Чжоу, а его сын У-ван завоевал государство Инь и стал первым государем Чжоуской династии (1122—255 гг. до н. э.).↩
26. См. примечание 17 к работе «Анализ классов китайского общества» в настоящем томе.↩
27. Слова «гора», «храм», «фимиам» и «вода» фигурировали в названиях некоторых сект, входивших в тайные общества старого Китая.↩
28. Город Наньчан был занят армией Северного похода в ноябре 1926 года. В Наньчане Чан Кайши, использовав благоприятный момент, учредил свой главный штаб. Собрав правых гоминьдановцев и некоторых политиканов из клики северных милитаристов, он вместе с ними вступил в сговор с империалистами и подготовлял в Наньчане контрреволюционный заговор для выступления против революционного тогда Уханя. В конце концов Чан Кайши 12 апреля 1927 года произвёл в Шанхае контрреволюционный переворот, сопровождавшийся волной репрессий, и таким образом предал революцию.↩
29. Чжан Цзинцзян — один из главарей правых гоминьдановцев и советник Чан Кайши.↩
30. Лю Юечжи — лидер общества «Цзошэ», главной антикоммунистической организации того времени в провинции Хунань.↩
31. В книге Лю Сяна «Синьсюй», написанной в эпоху Ханьской династии, есть рассказ о Е-гуне, любившем драконов: «Е-гун любил драконов. Его оружие, инструменты и резьба в доме — всё было сделано в виде драконов. Об этом узнал настоящий дракон. Он спустился с небес и заглянул в окно к Е-гуну, а хвост просунул в дверь. Увидев дракона, Е-гун побросал всё и пустился бежать, не помня себя от страха, в глазах у него потемнело. Оказалось, что Е-гун вовсе не любил драконов, а любил только всё то, что походило на дракона». Товарищ Мао Цзэдун уподобляет здесь Е-гуну чанкайшистов, которые болтали о революции, а в действительности страшились революции, были против революции.↩

Для детального обсуждения проблемы народного благосостояния с точки зрения научно-теоретической нам не хватило бы 10 и даже 20 дней. К тому же эта теория ещё недостаточно разработана, и обсуждение её с чисто теоретической стороны повлекло бы не только ненужную трату времени, но и опасение, что чисто теоретические рассуждения будут трудны для понимания. Поэтому сегодня мы оставим на время теорию и займёмся исключительно методами.

Методы осуществления народного благосостояния уже давно определены в программе гоминьдана. Гоминьдан установил два метода претворения в жизнь этого принципа: уравнение права на землю и ограничение капитала. Уже проведение в жизнь этих двух мероприятий даст возможность решить проблему народного благосостояния в Китае.

Что же касается других стран, то в результате различных условий и неодинаковой степени развития капитала методы разрешения там проблемы народного благосостояния могут быть другими. Наши китайские учёные, учившиеся в последнее время в Европе и США, в большинстве своём считают, что для решения проблемы народного благосостояния в Китае необходимо подражать методам Европы и США. Однако они не ведают, что социалистические партии Европы и США, дискутируя методы решения социального вопроса, до сих пор не пришли к общему мнению. Марксисты считают, что для решения социального вопроса необходима диктатура народа и производителей, а также решение революционными методами всех политико-экономических проблем. Это радикалы. Другая группировка социалистических партий отстаивает мирные методы политического движения и соглашательства. В Европе и США каждое из этих двух течений стремится действовать по-своему, и поэтому между ними постоянно происходят конфликты.

Революционные методы решения политико-экономических вопросов были уже применены во время русской революции. Однако, как мы видим, за прошедшие шесть лет после русской революции революционным путём были успешно разрешены только политические вопросы. В России это увенчалось полным успехом. Но нельзя сказать так относительно решения экономических вопросов. За последнее время в России введена новая экономическая политика, которая всё ещё находится в стадии эксперимента. Отсюда очевидно, что нельзя полностью решить экономические проблемы только революционным путём. Поэтому очень многие учёные в Европе и США не одобряют революционного метода, который применён в России для решения экономических проблем, и отстаивают использование политического движения. Однако политическое движение не может сразу решить политико-экономические вопросы. Поэтому они являются сторонниками постепенности, т. е. соглашателями и примиренцами. Они считают, что в таких развитых странах капитала, как Англия и США, марксистские методы не могут быть применены для немедленного решения социального вопроса и полного его решения можно добиться только мирным путём.

Об их четырёх методах я уже говорил в предыдущей лекции; во-первых, социальные и промышленные реформы; во-вторых, национализация путей сообщения и средств связи; в-третьих, прямое налогообложение, то есть взимание подоходного налога, и, в-четвёртых, социализация распределения, то есть организация кооперативов. Эти четыре способа отличаются от марксистских методов. Быть сторонником проведения этих мер для реформы экономики — значит быть против решения экономических проблем революционным путём Маркса. Государства Европы и Соединённые Штаты Америки постоянно осуществляют эти четыре мероприятия, однако они ещё не полностью достигли поставленных целей. Тем не менее все считают, что в результате проведения этих мероприятии может быть решён социальный вопрос, поэтому и в Англии и в США социалистические партии горячо их одобряют. Эти мероприятия проводятся мирным путём. Таким образом, социалистические партии решительно выступают против революционного метода Маркса.

В начале русской революции прежде всего было желание решить социальный вопрос и только затем — политические проблемы. Однако после революции получилось как раз наоборот: разрешёнными оказались политические проблемы, а социальный вопрос не смогли решить. На основании этого факта представители антимарксистских группировок говорят: «Марксистские методы на опыте России уже доказали свою несостоятельность и потерпели поражение». На это марксисты отвечают: «Решение социального вопроса в России революционным путём не потерпело поражения. Марксистские методы пока не могут быть претворены в жизнь потому, что промышленность и торговля России ещё не достигли английского или американского уровня развития и экономическая структура России ещё не созрела для этого. В экономически развитых государствах, где имеется мощная промышленность и развита торговля, марксистские методы, бесспорно, могут быть осуществлены. Поэтому марксистские методы определённо могли бы быть с успехом применены в таких государствах, как Англия и США, и социальный вопрос мог бы быть решён».

Если сравнить эти концепции двух течений, то увидим, что метод Маркса решителен и радикален: разрубить спутанный пук конопли острым ножом. Методы антимарксистов — это мирный путь. Каким же путём следует в конце концов нам решать социальный вопрос: должны ли мы применять острый нож и рубить спутанный пук, или же лучше идти мирным путём, применяя те четыре метода, о которых мы уже говорили выше? Ведь методы обоих течений являются социалистическими и встречают противодействие капиталистов.

В настоящее время при необычайно быстром прогрессе торговли и промышленности и при необычайно высоком развитии капитала в Европе и США диктатура капиталистов достигла своего апогея, и простой народ не может терпеть её. Социалисты хотят освободить народ от мук этой диктатуры, чтобы решить социальный вопрос, и встречают со стороны капиталистов отпор, какие бы методы они ни применяли — мирные или радикальные. В настоящее время ещё нельзя предвидеть и предопределить, какой именно метод будет в будущем применён в Европе и США для решения социального вопроса. Однако сторонники мирного пути, получая яростные удары от капиталистов, приходят к выводу, что, хотя реформа общества мирным путём принесёт максимальную пользу человечеству и ни малейшего ущерба капиталистам, она пока неосуществима. Поэтому многие из них постепенно изменяют свою прежнюю позицию, начинают одобрять радикальные методы и тоже непременно хотят решить социальный вопрос революционным путём. Марксисты утверждают, что если бы английские рабочие действительно смогли бы стать сознательными, сплотиться и применить для решения социального вопроса марксистские методы, то они, несомненно, победили бы. Так как в США капитал развит так же, как и в Англии, то, если бы американские рабочие смогли применить марксистские методы, они также достигли бы цели. Однако диктатура капиталистов в странах Европы и в США за последнее время стала всеобъемлющей, и, стремясь сохранить свою власть, они постоянно находят средства препятствовать решению социального вопроса. Сейчас капиталисты защищают свою власть так же, как в своё время абсолютные монархи защищали свой трон. Опасаясь, что оппозиционные партии поколеблют их трон, монархи использовали абсолютную власть с исключительной жестокостью для подавления оппозиции. В настоящее время капиталисты, стремясь обеспечить свои корыстные интересы, также прибегают к деспотизму и беззаконию против социалистических партий. Вполне возможно, что социалистические партии Европы и США в будущем вынуждены будут для решения экономических проблем применить метод Маркса.

Коммунистическая система уже существовала в первобытную эпоху. Когда же она была разрушена? На мой взгляд, это произошло после появления денег. После того как у людей появились деньги, появилась возможность вести свободную торговлю и исчезла необходимость в товарном обмене, обмен был заменён торговлей. В это время и стал постепенно гибнуть коммунистический строй. С появлением денег и возможности вести свободную торговлю стали постепенно нарождаться крупные торговцы. В то время промышленность ещё не была развита, торговцы и были тогда капиталистами. В дальнейшем, с развитием промышленности, основанной на машинном производстве, капиталистами становились владельцы машин. Таким образом, прежде капиталистом был тот, кто имел деньги, в настоящее время капиталистом является тот, кто владеет машинами. Отсюда очевидно, что в древности происходил товарный обмен: «В полдень устраивали рынок», «обменивались и расходились, каждый получал, что хотел»¹. В то время денег ещё не было, всё обменивалось без торговли на необходимое, это был ещё коммунистический период.

Но вот появляются деньги, и при помощи денег стали производить обмен товаров, возникает система торговли. В то время капиталистом был торговец, обладатель денег. В позднейшее время, когда были изобретены машины и все товары стало давать промышленное производство, владельцы машин стали важнее владельцев денег. Таким образом, появление денег разрушило коммунистический строй, а изобретение машин нанесло удар по купцам. В настоящее время капиталисты владеют машинами, но продукцию производят при помощи рабочих и грабят их кровные деньги, что и породило два непримиримо антагонистических класса — бедных и богатых. Между этими двумя классами постоянно возникают взаимные конфликты, что и приводит к классовой борьбе.

Какие же способы для прекращения этой борьбы и для облегчения мук рабочих придумывали сострадательные и добросердечные моралисты, которые не могли оставаться равнодушными? Они хотели возродить древний коммунистический строй, так как самым радостным и лёгким периодом в истории человечества было время, когда люди только что обособились от животных и образовали коммунистическое общество. В то время человечество боролось только со стихией и с дикими зверями. В дальнейшем, с развитием промышленности и изобретением машин, человек стал бороться с человеком. Вскоре после того как человек одолел стихию и диких зверей, появились деньги. В недавнем прошлом к тому же были изобретены машины. Наиболее сообразительные люди монополизировали все материальные ценности мира и, гонясь только за собственной наживой, захотели превратить рядовых людей в своих рабов.

Таким образом, борьба человека с человеком достигла наивысшего ожесточения. Спрашивается, когда же она сможет прекратиться. Чтобы она прекратилась, надо создать новое коммунистическое общество. Из-за чего же происходит борьба человека с человеком? Эта борьба за хлеб, борьба за чашку риса. Когда же наступит коммунистическая эпоха, тогда все будут иметь хлеб и рис, и тогда незачем будет бороться, тогда уже можно будет избежать борьбы человека с человеком. Поэтому коммунизм — наивысший идеал решения социального вопроса. Народное благосостояние, которое выдвинул наш гоминьдан, является не только самым высшим идеалом, но и основной движущей силой общества, центром тяжести всего исторического движения. Только при осуществлении принципа народного благосостояния будет возможно решение социального вопроса, и тогда человечество действительно обретёт великое счастье. Проводя сегодня различие между коммунизмом и народным благосостоянием, я могу сказать, что коммунизм является идеалом народного благосостояния, а народное благосостояние — это осуществление коммунизма. Поэтому между этими принципами нет никакого различия, различаются только методы их осуществления.

Какими же методами в Китае с учётом момента и существующего положения наш гоминьдан должен решать проблему народного благосостояния? Этот метод не есть что-то сокровенное, идеальное или абстрактное, а есть нечто реальное, существующее не только за границей, но и в Китае. Мы должны черпать материал из действительности, только тогда мы сможем выработать метод. Метод же, разработанный исключительно теоретически, ненадёжен, потому что теории бывают и правильные и ложные, и только проверка на опыте помогает распознать их. Например, когда создастся какая-нибудь новая теория в науке, то, чтобы узнать, верна она или нет, безусловно, необходимо, чтобы она была применена на практике, и только в случае успеха она может считаться верной. Из множества теорий, появившихся с самого начала развития науки, 99 процентов оказались на практике неосуществимыми, и только 1 процент из них можно было провести в жизнь.

Выбор метода, основанного только на теории, является совершенно неприемлемым. Поэтому и мы при решении социального вопроса непременно должны исходить из действительности, а не только из одной теории. Какова же действительность в Китае? В Китае всё население страдает от бедности и нищеты, все китайцы бедны; у нас нет привилегированного класса, крупных богачей, царит общее обнищание. То, что китайцы называют неравенством между бедными и богатыми, это различие среди класса бедных, который подразделяют на очень бедных и не очень бедных. В действительности самые крупные китайские капиталисты по сравнению с иностранными просто бедняки, всех же других бедных можно назвать нищими. Поскольку китайские капиталисты в мировом масштабе оказываются бедняками, то очевидно, что китайцы все бедны, что в Китае нет больше богатства, а есть различие между бедностью и нищетой.

Какие же мы должны использовать методы для уничтожения этого различия, чтобы совершенно не осталось нищеты?

Если представить в общих чертах, то процесс эволюции общества и развития капитала начинается с помещика, от помещика идёт к купцу и только от купца наконец приводит к капиталисту. Помещик появляется в результате существования феодального строя. Европа в настоящее время всё ещё не освободилась от феодального строя, а в Китае феодализм был уже уничтожен в период династии Цинь. В эпоху феодализма землевладельцы-аристократы были богачами, а безземельные люди — бедняками. Хотя Китай и сбросил феодальную систему уже более 2 тысяч лет назад, но вследствие того, что там не развивались промышленность и торговля, сегодня социальное положение в стране такое же, каким оно было более 2 тысяч лет назад. В Китае в настоящее время крупных помещиков нет, однако есть мелкие. Когда имеются только мелкие помещики, в большинстве местностей спокойно, против этих помещиков никто не борется.

Однако в связи с непрерывно растущим экономическим давлением Европы и США все порядки изменились, и это прежде всего очень сильно отразилось на земельном вопросе. Интересно, например, сопоставить, какова разница между теперешней ценой на землю на набережной в Гуанчжоу после прокладки широких улиц и ценой, которая была двадцать лет назад. Или какова разница между теперешней ценой на землю на набережной реки Хуанпу в Шанхае и ценой на неё восемьдесят лег назад. Разница между этими ценами будет примерно в 10 тысяч раз. Если прежде можно было купить 1 квадратный чжан земли приблизительно за 1 юань, то теперь этот квадратный чжан продаётся уже за 10 тысяч юаней. Так, каждое му земли на набережной Шанхая стоит в настоящее время несколько сотен тысяч юаней, на набережной Гуанчжоу — 100 тысяч юаней. Вследствие того, что в Китае цена на землю прежде других категорий подверглась влиянию европейской и американской экономики, землевладельцы превратились в богачей, подобных европейским и американским капиталистам. Такая трансформация, вызванная влиянием экономического развития на цены на землю, наблюдалась не только в Китае. Раньше аналогичные явления происходили во всех странах. Однако в тех странах в первое время не обращали на это особого внимания и ничего не предпринимали; потом же, когда трансформация зашла слишком далеко и её заметили, было уже трудно что-нибудь изменить: запущенное трудно исправить. Наш гоминьдан должен, опасаясь беды, заранее принять меры и найти способы решения проблемы определения цены на землю.

В европейской и американской социалистической литературе по земельному вопросу очень много интересного. Например, в одном районе Австралии до открытия там рынка цена на землю была очень низкой. Однажды власти решили продать с аукциона участок пустоши, который использовался исключительно для свалки мусора. Никто не хотел давать за этот участок высокую цену. Когда чиновник, ведущий аукцион, объявил продажную цену, из публики предложили 100 долларов, затем 200 долларов и, наконец, дошли до 250 долларов, больше этой цены уже никто не предлагал. Чиновник спросил: «Есть ли желающий заплатить 300 долларов?» В этот момент в помещение аукциона ввалился пьяный, который, ничего не соображая, согласился дать 300 долларов. Чиновник закрепил этот участок земли за ним, записав его имя и фамилию. Аукцион закончился, все разошлись, ушёл и пьяный. На следующий день аукционист предъявил ему счёт, требуя уплатить причитающиеся за землю деньги. Тот не помнил, что он натворил в пьяном виде, и стал отказываться платить по счёту. Но в конце концов он вспомнил и очень раскаивался в своём поступке, но просрочить уплату по казённому счёту было невозможно, и ему ничего не оставалось делать, как, с великим трудом и комбинациями собрав всё, что у него было, наскрести 300 долларов и отдать их аукционисту. Получив этот участок земли, он долгое время не занимался им. Через десять с лишним лет вокруг этого участка было построено много высоких зданий, цена же на землю возросла необычайно. Владельцу этого участка предлагали за него несколько миллионов, но он отказался выпускать его из рук. Он ограничился тем, что стал сдавать участок в аренду по частям и получать ренту; в дальнейшем цена участка возросла до нескольких десятков миллионов, и этот пьяница превратился в первого богача Австралии.

Источником состояния австралийского богача, составляющего несколько десятков миллионов долларов, был участок земли ценой 300 долларов. Разбогатевшему землевладельцу это очень приятно, однако когда знаешь, что в данном случае он затратил вначале лишь 300 долларов на покупку участка земли и после без всяких трудов, не занимаясь этой землёй, отсыпаясь да посиживая сложа руки, он всё же пожал богатый урожай и получил несколько десятков миллионов долларов, то невольно возникает вопрос: чьи же это несколько десятков миллионов? По-моему, они принадлежат всем, так как всё общество работало над превращением этого района в торгово-промышленный центр, что улучшало качество участка и вызвало постепенное повышение цены на него.

Так же обстоит дело, и в Шанхае, который является сейчас торгово-промышленным центром Центрального Китая, а поэтому и цена на землю в Шанхае по сравнению с прежней повысилась в несколько десятков тысяч раз. Равным образом и в Гуанчжоу мы создали торгово-промышленный центр Южного Китая, и цена на землю в Гуанчжоу по сравнению с прежней также поднялась в несколько десятков тысяч раз. Население Шанхая составляем всего-навсего более миллиона человек, население Гуанчжоу — также более миллиона человек. Если бы все шанхайцы и гуанчжоусцы покинули эти города или если бы какое-либо стихийное бедствие уничтожило всё население Шанхая и Гуанчжоу, то спрашивается, остались бы цены на землю в Шанхае и Гуанчжоу такими же высокими. Отсюда очевидно, что причины возможного роста цен на землю объясняются трудом масс, их силами, а землевладельцы не имеют никакого отношения к росту цены на землю. Поэтому иностранные учёные считают, что получаемую землевладельцами вследствие повышения цены на землю прибыль следует именовать нетрудовым доходом. Этот доход совершенно отличается от прибылей торгово-промышленных предпринимателей, которые для получения прибыли должны затратить немало сил, должны умело торговать, производить сложные расчёты и вести сложное хозяйство. Мы уже знаем, что торговцы и промышленники несправедливо монополизировал и материальные ценности с целью наживы, однако торговцы и промышленники всё же должны трудиться, а землевладельцы получают огромные прибыли, не ударяя палец о палец. Каким же образом повышаются цены на землю? Это повышение цен происходит потому, что массы улучшают состояние земли и конкурируют за право пользования ею. С повышением цены на землю в данном районе начинает повышаться цена на все товары. Следовательно, можно сказать, что заработанные всеми на данной земле деньги незаметно и опосредованно похищаются землевладельцами.

В каком же положении находится сейчас в Китае социальный вопрос? Те, кто занимается изучением социального вопроса и пропагандирует разные методы его решения, заимствовали свои идеи из Европы и США. Поэтому, когда речь идёт о методах решения социального вопроса, то, кроме мирных методов, которых придерживаются во всех странах Европы и в США, и радикального метода Маркса, пока нет никаких новых открытий. В настоящий момент, когда говорят о социализме, можно одобрять метод Маркса, и большая часть молодёжи в социальном вопросе сочувствует Коммунистической партии и стремится осуществить марксизм в Китае. Но каковы же в конечном счёте стремления этих молодых интеллигентов, сочувствующих марксизму? Их цели прекрасны. Они настаивают на коренном решении политических проблем и социального вопроса, полагая, что такое решение без выяснения их существа и истоков и без применения радикальных мер невозможно. И поэтому они прилагают все усилия к организации компартии и расширению её деятельности в Китае. В настоящее время у наших старых товарищей из гоминьдана возникли недоразумения в связи с созданием компартии, так как они полагают, что выдвинутые гоминьданом три народных принципа несовместимы с коммунизмом.

Они не знают, что двадцать лет назад все наши товарищи были объединены на базе трёх народных принципов, а до революции, в представлении большинства товарищей, был только один принцип — национализм. Так, целью всех товарищей, входивших в Объединённый союз², было изгнание манчжуров. При вступлении в Союз по моему настоянию они давали клятву, что действительно согласны с тремя народными принципами, однако в глубине души они в большинстве случаев придерживались только национализма и хотели свергнуть династию Цин. Они полагали, что после свержения маньчжурской династии Цин императором станет китаец и они тоже будут приветствовать это. Цель клятвы, на верность которой они присягали, заключалась в осуществлении трёх народных принципов, и вместе с тем были готовы приветствовать китайца-императора. Разве это не противоречит принципу народовластия? Даже наиболее идейные товарищи, поддерживавшие три народных принципа, понимавшие, что все эти принципы совершенно различны, и желавшие революционным путём осуществить их, даже они считали, что в тот момент нужно было только изгнать маньчжуров — и национализм будет осуществлён, а народовластие и народное благосостояние осуществятся следом за ним сами собой без особых осложнений. Таким образом, они в то время не изучали ни принципа народовластия, ни принципа народного благосостояния, поэтому, конечно, не понимали значения народовластия и тем более не имели никакого представления о народном благосостоянии. После победы революции была учреждена Республика и принята республиканская система правления, но большинство даже и не задумывалось над тем, почему необходимо учреждать Республику. Даже и сейчас чрезвычайно мало таких товарищей, которые искренне и убеждённо принимают народовластие и Республику.

Почему же тогда большинство с самого начала всё-таки соглашалось с Республикой, а не выступало против? Главным образом потому, что после изгнания маньчжуров товарищи в разных провинциях, представители новой революционной армии или же выходцы из старых войск династии Цин, перешедших на сторону революционной партии, все захватили власть на местах, стали милитаристами, маленькими местными царьками. Они думали использовать занятую ими территорию как исходную базу для дальнейшей экспансии. Так, об экспансии мечтают военные, занявшие территорию провинции Гуандун, а также военные из провинций Юньнань, Хунань, Шаньдун, Чжили. Когда они в экспансии достигнут предела и окрепнут, то будут собственными силами объединять Китай и только после этого отважатся открыто свергнуть Республику. В то время такие замыслы вынашивали как милитаристы, созданные революцией, так и милитаристы, перешедшие от маньчжурской династии Цин на сторону Республики. Они знали, что своими силами они пока не могут объединить Китай, но не желали, чтобы он был объединён другими. Большинство выжидало, уповая на случай. Поэтому такие милитаристы, не понимая в то время сущности республиканского строя, всё же поддерживали Республику, фактически же каждый из них сам мечтал стать императором. Их слова о поддержке Республики были вывеской в ожидании максимальной экспансии и подходящего момента, чтобы свергнуть Республику и решить вопрос о государстве. Вот поэтому вначале всё же была создана Республика, но в течение тринадцати лет её существования очень многие стремились свергнуть её. Однако сил у них не хватило, и поэтому Республика смогла номинально сохраниться до настоящего времени. Из всего этого видно, что в то время отношение у многих членов Объединённого союза к принципу народовластия было двойственным, а принципа народного благосостояния они попросту не понимали.

Произведём ещё более детальный анализ. После успеха революции великая Цинская империя превратилась в Китайскую Республику, и до настоящего времени наш гоминьдан всё ещё уважает её. Как же в настоящее время наши революционные товарищи относятся к трём народным принципам гоминьдана? Теперь, после политических событий в Республике, все наши товарищи, имея тринадцатилетний опыт, великолепно понимают принцип национализма и народовластия. Что же касается понимания принципа народного благосостояния, то его сейчас понимают примерно так же, как члены революционной партии, обладавшие военной властью, после революции понимали принцип народовластия: возражать нечего, потому что ничего не понятно. На каком же основании я решаюсь утверждать, что наши революционные товарищи до сих пор не поняли принципа народного благосостояния? Да потому, что при настоящей реорганизации гоминьдана многие товарищи, настроенные против Коммунистической партии, упорно твердят, что коммунизм отличается от трёх народных принципов, что в Китае достаточно будет осуществить три народных принципа, а коммунизм ни в коем случае нельзя допускать.

Однако спрашивается, что же такое тогда принцип народного благосостояния. В моей предыдущей лекции я упоминал об одном небольшом открытии, когда говорил о том, что же является центром тяжести развития цивилизации, социальных реформ экономической структуры и морального прогресса общества. Центр тяжести — народное благосостояние, движущая сила всей общественной деятельности. Без народного благосостояния не может развиваться цивилизация, нельзя реформировать социально-экономическую структуру, регрессирует общественная мораль. Нерешённость вопроса ведёт к несправедливости: классовой борьбе, лишениям для рабочих, разного рода притеснениям. Поэтому всевозможные социальные явления — это следствие, а проблема народного благосостояния — причина. Так что же такое в конце концов принцип народного благосостояния, если рассматривать его таким образом? Принцип народного благосостояния есть не что иное, как коммунизм, не что иное, как социализм. Поэтому нельзя сказать, что коммунизм противоречит принципу народного благосостояния, наоборот, он является лучшим его другом. Это положение сторонники принципа народного благосостояния должны изучить со всем вниманием.

Но поскольку коммунизм является хорошим другом принципа народного благосостояния, так почему же члены гоминьдана выступают против Коммунистической партии? Причина этого, возможно, в том, что некоторые коммунисты тоже не понимают, что такое коммунизм, и часто высказываются против трёх народных принципов, что и вызывает неприязнь членов гоминьдана. Однако вину за поступки этих отдельных безграмотных и недалеких членов партии ни в коем случае нельзя переносить на всю партию или её принципы; можно говорить только о поступках отдельных лиц. Поэтому мы ни в коем случае не можем рассматривать плохие поступки отдельных коммунистов как критерий для борьбы против Коммунистической партии. Если же нельзя на основании поступков отдельных лиц выступать против принципа в целом, то тогда каким же образом среди наших товарищей мог возникнуть такой вопрос? Причина в том, что они не понимают, что такое принцип народного благосостояния, не осознают, что принцип народного благосостояния есть не что иное, как коммунизм. Коммунистический строй не изобретён Марксом; в первобытную эпоху человечества был такой строй, была общая собственность. Эволюционисты учат, что человек произошёл из животного мира путём эволюции. Сначала после выделения человека из животного мира постепенно образовались племена, и тогда жизнь человека уже стала отличной от жизни животных. Общество, которое было создано людьми первоначально, было обществом общей собственности. Таким образом, первобытная эпоха человечества была эпохой общей собственности. Какова была жизнь первобытных людей? Для этого мы можем исследовать общественный строй, существующий в настоящее время у туземцев и диких племен Африки и Малайского архипелага, общество которых совершенно ещё не подвергалось влиянию цивилизации. Общественный строй всех этих туземцев и дикарей — везде коммуна. Поскольку общества, которые не подверглись ещё в настоящее время влиянию цивилизации, представляют собой коммуну, ясно, что и общество у наших предков также, несомненно, было коммуной.

Проникшее за последнее время в Китай экономическое влияние Европы и США прежде всего отразилось на земельном вопросе. Многие превращают землю в объект азартной игры и спекулятивных афер, что называется «выжигают землю». Многие земли, которые абсолютно ничего не стоят и поднимутся в цене очень высоко только через десять-двадцать лет, в результате жульнических манипуляций спекулянтов подорожали преждевременно. Искусственное повышение цен на землю создало большую неустойчивость цен.

В Европе и в Америке ещё и до сих пор не изжиты пороки, порождаемые земельным вопросом. Если мы хотим решить этот вопрос, мы должны воспользоваться настоящим моментом, не дожидаясь развития промышленности и торговли, ибо тогда уже будет поздно решать его. В настоящее время, когда промышленность и торговля Китая под влиянием Европы и США резко трансформируются, неравенство китайцев существует не только между богатыми и бедными, но проявляется даже между землевладельцами с одинаковыми земельными владениями. Например, А имеет 1 му земли на набережной Шанхая, а Б — столько же земли в деревне под Шанхаем. Земля Б, если он её обрабатывает сам, может в год дать примерно 10—20 юаней дохода, если же он её отдаст в аренду, то она принесёт ему, самое большее, 5—10 юаней. Земля А в Шанхае может быть сдана в аренду и дать более 10 тысяч юаней дохода. Огромная разница — в несколько тысяч раз — в доходах с 1 му в Шанхае и в деревне. Таково неравенство даже при наличии 1 му земли.

Цель принципа народного благосостояния нашего гоминьдана — уравнивание источников богатства в обществе. Принцип народного благосостояния — это социализм, или, что одно и то же, коммунизм. Разница между ними только в методах. Наш главный метод — это решение аграрной проблемы. Методы разрешения аграрной проблемы во всех государствах различны, и к тому же в каждой стране есть свои сложности и трудности. Применяемый нами в настоящее время метод чрезвычайно прост и лёгок. Это равное право на владение землёй. Когда говорят о решении земельного вопроса и равном праве на владение землёй, то помещики, естественно, пугаются и становятся врагами, точно так же и капиталисты боятся социализма. Если бы наши помещики были такими же крупными, как в Европе, и обладали бы большой силой, то тогда решение земельного вопроса было бы делом нелёгким. Однако сейчас в Китае нет таких крупных помещиков, а мелкие землевладельцы ещё не обладают большой властью, поэтому решить земельный вопрос сейчас пока ещё легко. Если же мы упустим этот момент, то решить в будущем этот вопрос будет уже невозможно.

Хотя обсуждение этого вопроса и может вызвать страх у землевладельцев, однако нужно разъяснить, что методы нашего гоминьдана таковы, что современные землевладельцы по-прежнему могут быть спокойны. Что же это за методы? Это правительственный поземельный налог согласно цене земли и выкуп земли правительством согласно её стоимости. Каким же образом устанавливать цену земли? На мой взгляд, цена земли должна устанавливаться самими землевладельцами. Например, в Гуанчжоу цена земли на набережной колеблется от 10 тысяч до 100 тысяч юаней за 1 му, и вот цену своей земли землевладельцы должны сами объявить правительству. Размер обложения земли налогом в большинстве государств составляет 1 процент цены земли. Если земля стоит 100 юаней, то взимается налог в 1 юань, если же 100 тысяч юаней — взимается тысяча юаней. Это обычный поземельный налог во всех государствах. Принятый нами метод также заключается во взимании налога в таком же размере. Сами землевладельцы сообщают правительству цену на землю, а правительство взимает налог с объявленной цены земли. Многие думают, что землевладельцы могут произвольно занизить цену на земли и правительство потерпит убыток. Так, землевладелец может заявить правительству, что его земля стоит не 100 тысяч юаней, а лишь 10 тысяч юаней. С земли, оценённой землевладельцем в 100 тысяч юаней, правительство должно было бы взимать налог в сумме тысячи юаней, а с оценённой в 10 тысяч юаней налог составит только 100 юаней. Налоговое управление, естественно, потеряет 900 юаней. Однако если будут установлены два закона, из которых один предусматривает взимание налога с объявленной цены земли, а другой предоставит правительству право выкупа земли по объявленной цене, то сообщивший правительству цену своей земли в 10 тысяч юаней вместо её действительной цены — 100 тысяч юаней,— обманув правительство на 900 юаней при уплате налога, может прогадать и понести убыток, который составит 90 тысяч юаней, так как правительство может выкупить у него землю по объявленной цене. Таким образом, этот обман обойдётся землевладельцу очень дорого. При моём методе, если землевладелец захочет занизить цену на землю, то он, несомненно, будет бояться, что правительство выкупит у него землю по объявленной им цене и он потерпит при этом убыток. Если же землевладелец объявит правительству завышенную цену, то он будет платить налог с объявленной стоимости земли и понесёт убыток от высокого налога. При этих двух опасностях землевладелец, несомненно, не захочет объявлять правительству ни заниженную, ни завышенную цену своей земли, а объявит среднюю рыночную цену, и в таком случае ни правительство, ни землевладелец не понесут убытков.

После фиксации цены на землю мы введём ещё один закон. В случае повышения цены на землю мы не будем увеличивать налог, как это делается в других странах, а вся разница при продаже будет поступать в общественную собственность, поскольку рост цен на землю есть результат социальных реформ и прогресса в промышленности и торговле. Китайская промышленность и торговля в течение нескольких тысяч лет не знали прогресса, поэтому и цена на землю часто в течение многих лет не претерпевала больших изменений. Прогресс и реформы, подобно развитию промышленности и торговли в крупных современных городах, приведут всё в движение, изменится и цена на землю, которая может подняться в несколько тысяч и даже несколько десятков тысяч раз. Такой прогресс и качественный рост являются результатом затраты сил масс, а поэтому и вся прибыль от повышения цен на землю должна принадлежать всем, а не частным лицам. Например, какой-нибудь землевладелец объявит сейчас цену своего участка земли в 10 тысяч юаней, а через несколько десятков лет цена этого участка земли повысится до 1 миллиона юаней; разница в 990 тысяч юаней согласно моим методам должна перейти в общественную собственность в качестве компенсации за общественный труд по реформам окружающего общества и развитию промышленности и торговли вокруг этого участка земли.

Этот принцип, по которому вся разница от повышения цены на землю после фиксации цен передаётся в общественную собственность, и является равным правом на владение землёй, которое выдвигает гоминьдан. Это и есть принцип народного благосостояния, а такой принцип народного благосостояния есть коммунизм. Поэтому, коль скоро члены гоминьдана поддерживают три народных принципа, то они не должны выступать против коммунизма, потому что великой целью принципа народного благосостояния, одного из трёх народных принципов, является дать общую собственность массам. Однако общая собственность, за которую мы стоим, будет общей в будущем, а не в настоящем. Такого рода общая собственность в будущем есть самый справедливый принцип, собственники средств производства не понесут ущерба. Это будет совсем не похоже на так называемую национализацию в Европе и США, когда у народа собственность на средства производства захватывается правительством. Землевладельцы, уяснив сущность нашего принципа равного права на владение землёй, уже не будут бояться его, потому что согласно нашим методам устанавливаемая ныне стоимость земли по-прежнему будет принадлежать землевладельцу, являться его частной собственностью. Когда будет разрешён аграрный вопрос, то принцип народного благосостояния наполовину будет осуществлён. При взимании налога с объявленной цены на землю в современных цивилизованных городах можно будет не только облегчить бремя рядового населения, но дать ему выгоду. Так, если бы в современном Гуанчжоу приступить к взиманию налогов со стоимости земли, то правительство имело бы очень большой доход, что дало бы возможность покрывать административные расходы, упорядочить дела на местах, и, несомненно, была бы возможность отменить ряд других сборов. Правительство смогло бы принять на себя те расходы, которые несёт население по оплате водопровода, электрического освещения, по ремонту дорог, содержанию полиции и прочее; не было бы надобности облагать население особыми сборами на полицию и ремонт дорог. Однако в настоящее время все доходы от увеличения цены на землю в Гуанчжоу переходят в частную собственность землевладельцев, а не становятся общественной собственностью, и правительство лишается больших доходов. Поэтому и средства, необходимые на покрытие различных расходов, правительство вынуждено изыскивать в виде всевозможных поборов с простого народа. Налоги и сборы, взимаемые с народа, чрезвычайно тяжелы. Народ постоянно платит налоги, нищает, и потому бедняков в Китае очень много. Бедняки несут бремя непосильно тяжёлых налогов, потому что правительство несправедливо взимает налоги, право на землю неравное, земельный вопрос не решён. Если осуществить взимание налога с цены на землю, то земельный вопрос можно будет разрешить и простой народ избавится от этих тягот. Хотя за границей цена на землю и поднялась очень высоко и землевладельцы получают чрезвычайно большие доходы, но благодаря прогрессу науки и развитию индустрии капиталисты, владеющие машинами, завладели и крупным производством, и потому доходы крупных капиталистов от производства во много раз выше доходов землевладельцев. В Китае же капиталистами, получающими большой доход, являются землевладельцы, а не капиталисты-промышленники. Поэтому, если мы сейчас установим равное право на землю и ограничим капитал, то решить земельную проблему будет очень легко.

Говоря о взимании налогов и о выкупе земли по объявленной цене, необходимо чётко уяснить себе один важный момент. Под ценой земли следует понимать цену только на землю, не считая затрат, произведённых владельцами на постройки и тому подобное.

Так, на участке земли, оценённом в 10 тысяч юаней, имеются здания стоимостью 1 миллион юаней. При взимании налога, составляющего 1 процент, взимается только 100 юаней. При выкупе земли по объявленной цене кроме 10 тысяч юаней за землю следует возместить стоимость строений, то есть уплатить ещё миллион юаней. То же самое в отношении земельных участков, на которых имеются насаждения, возведены плотины, проложены каналы и построены прочие искусственные сооружения.

Если мы хотим решить в Китае проблему народного благосостояния раз и навсегда, то одного ограничения капитала будет недостаточно. Взимаемый в иностранных государствах подоходный налог есть один из видов ограничения капитала, но разве там решена проблема народного благосостояния? Китай нельзя сравнивать с иностранными государствами, и здесь недостаточно только ограничить капитал, потому что Китай беден, а иностранные государства богаты, у них перепроизводство товаров, а в Китае производство недостаточное. Поэтому Китаю необходимо не только ограничить частный капитал, но и развивать государственный.

Сейчас наше государство раздроблено. Какой же путь нам следует избрать для развития нашего капитала? Вероятно, на этот вопрос нельзя ответить и выхода нет. Но раздробленность — временное явление, и в будущем Китай, безусловно, будет объединён. Чтобы решить проблему народного благосостояния после объединения страны, необходимо развивать капитал и промышленность. Для развития промышленности существует много путей. Во-первых, необходимо в широком масштабе развивать строительство путей сообщения — железные дороги, каналы и тому подобное. Во-вторых, мы должны обязательно развивать горнодобывающую промышленность и приступить к разработке недр. Недра Китая необычайно богаты, и действительно можно только пожалеть, что богатства лежат нетронутыми под землей. В-третьих, следует развивать индустрию. Нельзя не принять меры к быстрейшему подъёму индустрии Китая. Хотя в Китае и много рабочих, но нет машин, и поэтому Китай не может конкурировать с иностранными державами. Все необходимые Китаю товары производятся и транспортируются иностранными державами, вот почему наши богатства утекают за границу. Чтобы возвратить их, мы должны побыстрее использовать всю мощь государства для подъёма промышленности, оснащения производства машинами и обеспечения работой всех рабочих Китая. Когда все рабочие Китая будут заняты в машинном производстве, это будет новый громадный источник богатства. Если не использовать мощь государства и полагаться только на китайских дельцов и иностранных бизнесменов, то в будущем будет развиваться только частный капитал, что породит неравенство, появится класс крупных богачей.

Говоря о принципе народного благосостояния, мы не можем применять в Китае марксистские методы, хотя мы и очень почитаем учение Маркса. Причина вполне понятна. В России после победы революции и до сего дня проводятся в жизнь марксистские методы, и всё-таки в области экономики там перешли к новой экономической политике. Россия ввела новую экономическую политику потому, что её уровень социально-экономического развития несравним с Англией и США и недостаточен для применения марксистских методов. Если уровень социально-экономического развития России несравним с Англией и США, то как же можно сравнивать с ними уровень социально-экономического развития Китая? И как можно применять марксистские методы? Поэтому марксистскими методами невозможно решить социальный вопрос в Китае, как предлагают последователи Маркса.

Я помню, как в Гуанчжоу более тридцати лет назад, когда я ещё был студентом, дети богачей из Сигуаня с наступлением зимы одевались в меха. Зима в Гуанчжоу обычно бывает не особенно холодной, и вполне можно обойтись без меховой одежды, но отпрыски богачей одевались в меха, чтобы выставить напоказ своё богатство. Как только становилось прохладно, они надевали лёгкие меха, а когда становилось чуть холоднее, они кутались в тяжёлые меха. В середине зимы независимо от погоды все они носили только тяжёлые меха. Однажды, когда они, разодетые в меха, явились на собрание, погода неожиданно переменилась и стало тепло. Тогда они говорили: «Если не подует северный ветер, то такая погода может нанести вред народу». По их словам, без северного ветра пострадает народ. Они полагали, что меха в обществе есть у всех и поэтому, если погода не переменится и не подует северный ветер, то всем будет жарко, что вредно для здоровья. На деле разве у всех есть меха? Народ в Гуанчжоу носит зимой либо подбитую ватой одежду, либо одежду на подкладке, либо даже только летнюю одежду. Чего же ему бояться, если не подует северный ветер?

Все современные молодые учёные, уверовавшие в марксизм, как только заходит речь о социализме, настаивают на применении марксистских методов для разрешения социально-экономических проблем в Китае. Это ничем не отличается от болтовни о том, что народ пострадает, если не подует северный ветер. Они не знают, что Китай в настоящее время страдает от обнищания, а не от неравенства. В обществе, где существует неравенство, конечно, можно применять марксистские методы и агитировать за классовую борьбу, чтобы добиться равенства. Однако в Китае, где промышленность ещё не развита, теория Маркса о классовой борьбе и диктатуре пролетариата пока неприемлема. Поэтому мы сейчас можем руководствоваться идеями марксизма, но не можем применить его методы. Мы считаем, что для решения проблемы народного благосостояния не надо сначала проповедовать неприменимые в настоящее время радикальные методы, а потом ждать, когда развитие промышленности позволит применить их. Необходимо провести профилактические меры, воспрепятствовать развитию крупного частного капитала и уберечь будущее общество от большой социальной болезни — неравенства бедных и богатых. Такие меры как раз и будут правильным методом решения социального вопроса сегодняшнего Китая. Не надо сначала надевать меховую шубу, а потом ждать, когда подует северный ветер.

Я уже говорил, что в Китае только ограничения капитала для решения проблемы народного благосостояния сейчас недостаточно, кроме этого нужно развивать ещё государственный капитал. Что такое развитие государственного капитала? Это — развитие государственной промышленности, об этом подробно изложено мною в «Программе строительства государства», в разделе «Материальное строительство», который ещё называют «Промышленный план». В этой книге я привёл основные мысли по созданию государственного капитала. Я в ней отмечал, что капиталом в торговую эпоху были деньги, а в промышленную эпоху стали машины. Поэтому необходимо, чтобы государство руководило предприятиями и ему принадлежало производство промышленного оборудования, как это было при политике военного времени в других странах во время европейской войны, когда были национализированы все крупные предприятия и заводы. Однако от такого эксперимента они скоро отказались. В Китае, как известно, нет крупных капиталистов. Если государство будет управлять капиталом, развивать капитал и получаемую прибыль передавать в общенародную собственность, то это легко осуществимо, потому что не будет конфликта с капиталистами.

Развитие капитала в США шло по трём направлениям: 1) железные дороги, 2) индустрия и 3) горнодобывающая промышленность. Для развития по этим трём направлениям у нашего китайского капитала недостаёт знаний и опыта, придётся опираться на уже достигнутое иностранным капиталом. Используя достижения иностранного капитала, мы сумеем построить в Китае в будущем коммунистический мир. И в этом случае мы с малой затратой сил добьёмся двойного эффекта. Ожидать, пока у нас будет собственный капитал, чтобы приступить к развитию промышленности, слишком долго. В Китае сейчас, по существу, нет машин, а протяжённость железных дорог лишь 6—7 тысяч миль. Чтобы удовлетворить свои потребности, нам нужно увеличить железнодорожную сеть в десять раз — до 60—70 тысяч миль. Для этого мы вынуждены занять иностранный капитал. Мы также не можем не использовать опытных иностранных специалистов для управления промышленностью. К развитию горнодобывающей промышленности мы ещё не приступали, а в США ежегодно добывается 600 миллионов тонн каменного угля и производится 90 миллионов тонн стали, в то время как добыча угля и производство железа в Китае не достигают и тысячной доли американского, несмотря на то что китайский народ многочисленнее и территория у нас больше. Поэтому, чтобы как можно скорее приступить к разработке недр, необходимо также прибегнуть к иностранному капиталу. Без иностранного капитала невозможно развитие в широких масштабах судостроительной промышленности, судоходства и промышленного фабрично-заводского строительства.

Ежегодные доходы от трёх крупнейших отраслей хозяйства — транспорта, разработки недр и промышленности — будут чрезвычайно велики. Если все промышленные предприятия будут находиться в ведении государства и получаемая от них прибыль будет поступать в общее пользование, тогда весь народ сможет пользоваться прибылями на капитал, а не страдать от него, как ныне в иностранных государствах. За границей крупный капитал, находящийся в частной собственности, приносит подавляющему большинству народа только несчастья, ради ликвидации которых и возникает классовая борьба. Цели, которые мы ставим себе при решении социального вопроса в Китае, те же, что ставят и за границей. Они заключаются в том, чтобы весь народ мог благоденствовать, а не страдал от имущественного неравенства. Для избавления от таких страданий необходим коммунизм. Поэтому мы не можем говорить, что коммунизм отличается от народного благосостояния. Смысл наших трёх народных принципов заключается в том, чтобы «народ владел, народ управлял и народ пользовался», то есть чтобы народ сообща владел государством, чтобы народ сообща руководил политикой и чтобы народ сообща пользовался благами. Согласно этому принципу всё в государстве будет принадлежать народу и народ будет сообща пользоваться всеми благами. В этом случае народ и государство не только будут связаны общественной собственностью, но и все дела станут общими. Когда народ всё в государстве будет считать общим, то истинная цель принципа народного благосостояния будет действительно достигнута. Это и будет мир Великого единения, о котором мечтал Конфуций.

Примечания

1. Приведена цитата из китайской классической книги «И цзин» («Книга перемен»), раздел «Великий трактат», цзюань 2.↩
2. Объединённый союз (Тунмэнхуэй) — революционная организация, созданная в 1905 г. Сунь Ятсеном, в 1912 г., после свержения маньчжурской монархии, прекратила своё существование.↩

Господа, сегодня начнём лекции о принципе народного благосостояния. Что означает принцип «народное благосостояние»? Народное благосостояние издавна является одним из наиболее привычных терминов в Китае. Мы часто говорим о благополучии государства и народном благосостоянии. Мы лишь употребляем этот термин, но не вникаем в смысл и не понимаем его глубокого содержания. Однако теперь, в эпоху расцвета науки, применяя этот термин в социально-экономической сфере, мы ощущаем неисчерпаемость его значения. Я сегодня предлагаю дать этому термину такое определение: можно сказать, что значение термина «народное благосостояние» включает народную жизнь, существование общества и процветание нации, то есть выживание народных масс.

Я сейчас пользуюсь термином «народное благосостояние» для того, чтобы поговорить об одной из крупнейших проблем, возникшей за последние сто с лишним лег за границей,— о социальном вопросе. Принцип «народное благосостояние» и есть социализм или, иначе, коммунизм, то есть принцип Великого единения (Датун)¹. Для полного уяснения этого принципа совершенно недостаточно ограничиться несколькими словами определения, необходимо внимательно прослушать с начала до конца лекции, посвящённые этому вопросу.

Проблема народного благосостояния стала в настоящее время актуальнейшим вопросом во всех странах мира. Обращаясь к истории её возникновения, мы видим, что она появилась всего сто с лишним лет назад. Почему же эта проблема возникла в последнее время? Коротко говоря, эта проблема возникла вследствие необычайно быстрого развития материальной культуры во всех странах, огромного роста промышленности и увеличения производительных сил человечества за последние десятилетия. По существу, это объясняется изобретением машин и постепенным отказом более прогрессивной в смысле материальной культуры части человечества от использования для работы мускульной человеческой силы и заменой её работой естественных сил пара, огня, воды и электричества; металлы — железо и медь — заменили человеческие мускулы и кости. После изобретения машин один человек, управляя машиной, может выполнять работу сотни или даже тысячи людей. Поэтому между производительной силой машины и производительной силой человеческого труда существует огромная дистанция.

До появления машин самый прилежный работник в лучшем случае мог выполнить работу двух-трёх человек, и уже ни в коем случае он не в состоянии был выполнять работы десяти и более человек. Отсюда следует, что даже человек с исключительно большой физической силой, исключительно выносливый и прилежный не может сделать больше десяти обыкновенных людей. Производительная сила обыкновенных людей примерно одинакова. Однако если сравнивать производительную силу машины с производительной силой человека, то получается огромная разница. Производительность человека, даже чрезвычайно работоспособного и исключительно прилежного, может быть увеличена только в десять раз, а при использовании машины, если даже этой машиной управляет ленивый и самый заурядный человек, его производительная сила будет в несколько сотен или даже в тысячу раз выше. Таким образом, в течение нескольких десятков лет после изобретения машин производительные силы значительно выросли. Для доказательства этого приведём несколько очевидных фактов. Так, на улицах Гуанчжоу чаще всего встречаются кули, занятые транспортировкой грузов. Кули составляют большинство рабочих этого города. Наиболее физически сильные и выносливые из них могут нести груз не более 200 цзиней и пройти в день расстояние не больше чем несколько десятков ли. Однако таких носильщиков нелегко найти. Обыкновенный носильщик, пронеся груз в несколько десятков цзиней на расстояние в несколько десятков ли, уже сильно устаёт. Что же получится, если сравнить носильщика с современным механическим транспортом? Возьмём, например, товарный поезд на станции Хуанша в Гуанчжоу. Один паровоз может везти свыше двадцати товарных вагонов, каждый из которых вмещает несколько сотен даней товара. Таким образом, если один товарный вагон вмещает несколько сотен даней, то двадцать с лишним товарных вагонов могут вместить 10 тысяч даней. И эти 10 тысяч даней везёт один паровоз. Для управления паровозом требуется всего один-два человека да несколько человек для наблюдения за товарными вагонами. Поезд в один день может пройти несколько сотен ли. Протяжение линии Гуанчжоу-Ханькоуской железной дороги на участке от Хуанша до Шаогуаня равняется приблизительно 500 ли. Раньше, когда для переправки товаров пользовались исключительно людьми, один человек мог нести 1 дань, сто человек — 100 даней, а для 10 тысяч даней товара потребовалось бы 10 тысяч рабочих. Расстояние, которое может пройти человек в один день, в среднем составляет 50 ли. Для того чтобы пройти расстояние в 500 ли, потребовалось бы десять дней. Следовательно, в прежнее время для переброски 10 тысяч даней товара при использовании исключительно человеческого труда надо было занять 10 тысяч рабочих, которые шли бы десять дней. Теперь же для транспортировки поездом прямым путём из Хуанша до Шаогуаня нужно только восемь часов, причём в этом случае занято, самое большее, десять человек.

Отсюда ясно, что работа десяти человек может заменить работу 10 тысяч человек, причём то, на что требовалось десять дней, может быть сделано за восемь часов. Какая огромная разница между человеческой силой и силой машины. При перевозке товаров по железной дороге дело не ограничивается только тем, что один человек может заменить тысячу человек и что в один час можно преодолеть такое же расстояние, на которое раньше требовался целый день, а следовательно, такая перевозка является и более удобной, и более быстрой. Кроме этого, если говорить о транспортных расходах, то получается, что один носильщик за переноску 1 даня товара при переходе в течение одного дня расстояния в 50 ли получал за свой труд примерно 1 юань в день. Для переноски 10 тысяч даней товара надо было нанять 10 тысяч рабочих, и переноска товара за десять дней пути обошлась бы в 100 тысяч юаней. Перевозка того же товара по железной дороге обойдётся, самое большее, в несколько тысяч юаней. Такова огромная разница между работой машины и человека, если сравнивать эту работу только с работой носильщика.

В сельском хозяйстве, ткацком деле, в жилищном строительстве и на многих других работах работа машины в сотни и тысячи раз эффективнее работы человека. Поэтому после изобретения машин в производительных силах мира произошёл грандиозный переворот. Машина вытеснила человеческий труд, и владельцы машин нажили деньги за счёт тех, у кого машин не было.

Ещё один пример. До «опиумной» войны Гуанчжоу был единственным открытым портом в Китае. Товары из всех районов Китая привозились сначала в Гуанчжоу, а потом из Гуанчжоу отправлялись за границу. Иностранные товары также привозились сначала в Гуанчжоу, а затем переправлялись в разные провинции. Таким образом, все импортные и экспортные товары Китая из Гуанчжоу шли через провинции Хунань и Цзянси, через Наньсюн и Лэчан. Вследствие этого по дороге через Наньсюн и Лэчан до Шаогуаня в то время проходило очень много носильщиков, и вдоль этих дорог процветали чайные и харчевни. Впоследствии, когда запрет на морскую торговлю был снят, товары из других провинций либо перевозились в Гуанчжоу уже на судах, либо отправлялись за границу непосредственно через Шанхай и Тяньцзинь. Эти товары при перевозке их в Шаогуань не проходили уже через Наньсюн и Лэчан, а потому и численность носильщиков на этих дорогах значительно уменьшилась. Былое процветание чайных и харчевен вдоль этих дорог к настоящему времени сменилось запустением их. С проведением Гуанчжоу-Ханькоуской железной дороги, давшей возможность заменить труд носильщиков, последние на дороге Гуанчжоу — Шаогуань совершенно исчезли. Такое положение было и во всех других странах. После изобретения машин громадное количество людей сразу же потеряло работу, лишилось заработков и средств к существованию. Этот грандиозный переворот за границей называют промышленной революцией. В результате промышленной революции рабочие сильно пострадали. Стремление избавиться от этих страданий и послужило причиной возникновения в течение последних десятилетий социального вопроса. Этот социальный вопрос и есть народное благосостояние, о котором мы говорим сегодня.

Почему же я сегодня не привожу в пример иностранные государства и не говорю о социализме непосредственно, а вместо слова «социализм» употребляю такой старый китайский термин, как «народное благосостояние»? Это имеет свои очень веские основания, на исследовании которых нам необходимо остановиться. Так как изобретение машин и промышленная революция вызвали социальные проблемы, которые, в свою очередь, послужили причиной возникновения социализма, то, следовательно, социализм возник уже несколько десятилетий назад. Однако за это время ни в одной из стран Европы и Америки всё ещё не найден способ решения проблемы социализма, и в настоящее время вокруг этого вопроса всё ещё кипит ожесточённая борьба. Теории и идеи социализма в последнее время проникли в Китай, стали предметом изучения современных китайских учёных. Среди социалистических учений есть учение, которое называют ещё коммунизмом. Поскольку в Китае социализм в настоящее время чрезвычайно популярен, популярен также и коммунизм. Для китайских учёных изучение социализма и коммунизма и поиски метода разрешения этой проблемы также оказались чрезвычайно трудными. Поскольку эти теории появились за границей уже несколько десятков лет назад, но до сих пор методы их решения не найдены, то само собой разумеется, что сейчас, когда они проникли в Китай, наши попытки решить эту проблему будут нелёгким делом. Для изучения этой проблемы мы должны сначала уяснить её происхождение, её сущность и её определение. Эти два термина — «коммунизм» и «социализм» — в настоящее время за границей применяются параллельно, и, хотя методы их различны, тем не менее общим названием обычно служит социализм. В настоящее время в Китае кое-кто отождествляет социализм с социологией; это, безусловно, путаница. И такая путаница наблюдается не только у китайцев, но и в равной степени у иностранцев. У многих людей такая путаница происходит оттого, что первая половина трёх следующих слов на английском языке одинакова: слово «общество» по-английски «society», «социология» — «sociology» и «социализм» — «socialism». Фактически английское слово «socialism» произошло от изменения заимствованного греческого слова, первоначальное значение которого в греческом языке соответствовало слову «товарищ», а в китайском разговорном языке оно соответствует слову «приятель». Социология изучает состояние и эволюцию общества и массовых объединений. Социализм изучает общественную экономику и жизнь человечества, то есть народное благосостояние. Я применяю термин «народное благосостояние» вместо термина «социализм» только потому, что хочу ясно показать его сущность и происхождение, с тем чтобы самый обыкновенный человек мог с предельной ясностью понимать, в чём дело, едва услышит это слово.

Социализм появился уже несколько десятков лет назад, и за это время несчётное число учёных изучало его; ими написано по этому вопросу несчётное количество книг. Большинство теорий, предлагаемых для разрешения социального вопроса, противоречат друг другу, поэтому за границей появилась даже поговорка о том, что существует 57 видов социализма и неизвестно, какой из них в конце концов является правильным. Из этого ясно, что среди обыкновенных людей сложилось представление, что социализм слишком неопределёнен и никуда не ведёт. После начала европейской войны общественный прогресс пошёл чрезвычайно быстрыми темпами, и в ходе его мир уже подошёл вплотную к решению социального вопроса. Тот, кто прежде не обращал внимания на социализм, тогда тоже пошёл по пути социализма. Казалось, что благодаря таким благоприятным обстоятельствам социалистические партии должны были добиться многого и могли бы окончательно разрешить социальный вопрос. Однако внутри социалистических партий возникли раздоры. Среди социалистических партий во всех странах разгорелись страсти, появились всевозможные течения и группировки, среди которых самыми известными являются так называемые коммунистические, национал-социалистские и социал-демократические партии. Разнообразие всех этих социалистических течений и группировок вряд ли ограничивалось 57 видами. Поэтому критика прежних наблюдателей в адрес социалистических партий за их раздробленность, к сожалению, и до сих пор остаётся совершенно правильной. До европейской войны во всех странах в этом смысле были только две категории людей: одна — сочувствовавшая социализму и другая — выступавшая против него. Против социализма в основном выступали капиталисты.

Таким образом, прежде с социалистическими партиями боролись только капиталисты, выступавшие против социализма. После начала европейской войны противники социализма как будто капитулировали, и было похоже на то, что социалистические партии получили возможность использовать удобный случай для решения социального вопроса, однако, вследствие того, что сторонники социализма не продумали заранее свои методы, в тот момент внутри социалистических партии возникло много раздоров, которые были ещё ожесточённее тех, что происходили раньше между сторонниками социализма и его противниками. Поэтому-то социальный вопрос не разрешён и по сей день. В настоящее время мы по-прежнему должны продолжать изучать его. В прежнее время, когда капиталисты, рабочие и учёные выступали против социализма, все сторонники социализма считали друг друга товарищами независимо от гражданства. За последнее же время борьба идёт не только между социалистами разных стран, когда германская социалистическая партия борется, например, с русской социалистической партией или русская социалистическая партия выступает против английской и американской социалистических партий, но и внутри социалистических партий одной и той же страны также происходят всевозможные распри. Поэтому, чем больше о социальном вопросе говорить, тем больше он запутывается, и, таким образом, до сих пор ещё не найдено хорошего метода для его решения.

Имеется ли в конце концов различие между народным благосостоянием, о котором я сегодня говорю, и социализмом? Самая большая проблема при социализме — это проблема общественной экономики, это вопрос самой жизни для простого человека. После изобретения машин значительная часть людей осталась без работы, которая была отнята у них машинами, рабочие лишились средств к существованию, а отсюда и возник социальный вопрос. Таким образом, социальный вопрос возник потому, что необходимо было разрешить проблему народной жизни. Поэтому, если говорить только об этом принципе, то социальная проблема и есть проблема народного благосостояния. Следовательно, можно сказать, что народное благосостояние составляет основное содержание социализма.

В настоящее время во всех странах социализм понимают по-своему, а потому и методы разрешения социального вопроса также предлагаются различные. Однако спрашивается, является ли социализм частью народного благосостояния, или же народное благосостояние составляет часть социализма. После промышленной революции изучавшие социальный вопрос исчислялись тысячами. Наиболее глубоким исследователем среди них, достигшим ценных результатов, был вам всем известный Маркс. Маркс в социальном вопросе подобен Руссо в вопросе о демократии. Сто с лишним лет назад в Европе и США среди людей, изучавших проблему демократии, не было таких, кто не почитал бы Руссо как мудреца демократии, точно так же как в Китае почитался Конфуций. В настоящее время среди людей, изучающих социальный вопрос, также нет таких, кто не чтил бы Маркса как мудреца социалистического движения. До появления учения Маркса все теоретики социализма создавали в высшей степени отвлечённые и чрезвычайно далекие от действительности теории. Маркс же в своей работе исходил исключительно из фактов и истории и дал чрезвычайно ясное и исчерпывающее толкование существа экономических изменений в социальной области. Вследствие этого в дальнейшем учёные стали разделять социалистов на два течения: так называемых сторонников утопического социализма (утопия по своей идее может быть приравнена к китайскому государству Хуасюн, о котором говорили даосы²) и сторонников научного социализма, который ищет решения социального вопроса научными методами. Что касается утопистов, то их реформы общества и создание спокойного и счастливого государства исходят из идеала и потому являются плодом пустых и несбыточных фантазий. Эти фантазии созданы людьми, обладавшими исключительно высокой моралью и состраданием к людям. Они не могли выносить человеческие страдания, но были не в силах исправить положение, им оставалось только рассуждать об идеалах и фантазировать. Китайская поговорка гласит: «Если небо родит червяка, то земля произведёт лист; если же в небе родится птица, то на земле — червяк». Смысл этой поговорки заключается в том, что для червей в пищу предназначаются листья, а для птиц пищей будут служить черви. Однако тело человека по своему естеству несовершенно: он рождается без перьев и шерсти, нуждается в одежде для защиты от холода и в пище для поддержания своего существования. В глубокой древности, когда люди питались плодами, земли были обширны и людей было мало. Тогда люди легко могли найти себе пропитание и человек мог существовать без особого труда. С наступлением рыболовно-охотничьего периода, для того чтобы получить пищу в виде рыбы и мяса, народ уже должен был либо охотиться, либо заниматься рыболовством; только труд приносил пищу. После наступления скотоводческого периода люди поддерживали своё существование скотоводством и вели кочевой образ жизни, постоянно переселялись с места на место в поисках воды и пастбищ. Труд в этот период был чрезвычайно тяжёлым и утомительным. С наступлением земледельческого периода люди для поддержания своего существования занялись выращиванием хлебных злаков. В этот период жизнь людей стала ещё более сложной, а труд — ещё более утомительным и тяжёлым. После наступления торгово-промышленного периода все работы стали выполняться машинами, а человеческая сила стала не нужна. Сильные люди не находили себе применения. Желающие продать свой труд не могли найти работодателя. В этот период многим стало нечего есть, люди умирали от голода. Человеческие страдания не описать словами.

Некоторые моралисты, наблюдая, как дикие звери и птицы без мук и страданий могут добывать себе пищу, а люди, несмотря на муки, с трудом изыскивают для себя одежду и пищу, сочли такое положение очень прискорбным; желая облегчить страдания и сделать так, чтобы каждый мог быть сыт и одет, они создали социалистическое учение. Таким образом, проповедниками социализма раньше были по большей части моралисты. Сторонниками социализма также были люди совестливые и высоконравственные.

Только капиталисты, преуспевшие в экономике, преследовавшие корыстные, личные выгоды и не интересующиеся жизнью масс, выступали против социализма и не желали замечать социального вопроса. Но поскольку это вопрос обеспечения существования громадного большинства во всём мире, то естественно, что люди, способные к предвидению, открыватели этого принципа, смогли завоевать симпатии и поддержку большинства. Поэтому, как только появилось это учение, стали организовываться социалистические партии, которые непрерывно росли, развивались и получили распространение во всех странах мира.

Однако первыми глашатаями социализма были утописты. Они только мечтали о ликвидации человеческих страданий и уповали на идеальный мир покоя и радости, но не думали о конкретных методах реализации этих мечтаний. Когда в мире явился Маркс, то он весь свой ум, способности, знания и научный опыт посвятил доскональному изучению этих проблем. Он разъяснил вопросы, которых его предшественники не ставили или не могли разрешить. Все его открытия целиком базировались на экономических законах. После того как он самым тщательным образом изучил эти проблемы на основе экономических законов, он подверг критике прежних социалистов за то, что они базировались только на индивидуальных моральных качествах людей и на эмоциях масс. Ведь на самом деле экономические проблемы не могут быть разрешены, исходя из морали и эмоций; для их решения необходимо глубокое и внимательное изучение социальных условий и социального прогресса. Можно сказать, что принцип такого разрешения социального вопроса полностью основан на фактах, а не на идеале. Книги, написанные Марксом, и созданное им учение представляют собой, можно сказать, квинтэссенцию всех великих достижений человеческой мысли за несколько тысяч лет. Поэтому, как только появилось его учение, оно распространилось по всему миру; учёные всего мира уверовали в его теорию и последовали за ним, подобно тому как все занимавшиеся вопросами демократии уверовали в своё время в Руссо, когда он создал свою теорию демократизма.

После Маркса социалистическое движение раскололось на два течения — на утопический и научный социализм. Об утопистах мы только что говорили. Что же касается научных социалистов, то они считают, что социальный вопрос должен быть разрешён на основе научных методов. Огромные достижения материальной цивилизации и расцвет науки в течение последних десятилетий достигнуты на основе научных принципов. Точно так же и социальный вопрос может быть разрешён только после тщательного научного исследования.

Но, говоря об этом, необходимо вернуться к моей теории о том, что «познать трудно, действовать легко». Любое дело в мире может быть легко совершено, если оно предварительно истинно познано. Например, сейчас в аудитории очень жарко, но мы можем уменьшить жару, не применяя для этого человеческой силы, а пользуясь лишь электрическим вентилятором. Если бы это увидел древний человек или невежественный сельский житель, то он, конечно, решил бы, что внутри вентилятора сидит чёрт, который его и вертит, хитростью овладев силами небесными. Они обязательно стали бы молиться и класть поклоны перед этим удивительным вентилятором. В настоящее же время хотя мы и не понимаем устройства вентилятора в деталях, но нам ясен принцип электромагнетизма и то, что вентилятор приводится в движение электричеством, а потому для нас этот вентилятор уже не представляет какого-то чуда. Но разве древние люди по своим умственным способностям были ниже нас? О причинах этого следует сказать, что в древности люди не могли изобрести вентилятора потому, что тогда не было науки, а не потому, что у них не было способностей и умения пользоваться вентилятором. Учёные смогли изобрести вентилятор благодаря появлению современной науки. В результате все мы можем теперь пользоваться такими вентиляторами и наслаждаться прохладой. Если бы древние звали науку, то с их умом и способностями они, может быть, смогли бы сделать больше удивительного, чем мы.

Относительно социального вопроса можно сказать, что до Маркса его решение считалось совершенной утопией. Да и сам Маркс считал также, что опора только на социалистический идеал ведёт к разновидности мистики, которая осталась бы неосуществимой, если бы даже люди всего мира поддержали её. Только основываясь на фактах, используя научные методы для детального изучения этой проблемы, можно рассчитывать на её решение. Поэтому он посвятил всю свою жизнь исследованию социализма и трудился над научной методологией. Его работа по изучению социализма была чрезвычайно тяжёлой. Маркс эмигрировал в Англию, которая тогда была наиболее цивилизованным государством в мире, и никакая другая страна не могла равняться с ней. Поэтому уже тогда в Англии имелись вполне совершенные культурные учреждения. Там в библиотеке хранилось несколько миллионов томов и по любому вопросу была богатая литература. Маркс работал в этой библиотеке ежедневно. Проработав, таким образом, двадцать-тридцать лет и потратив на это лучшие годы своей жизни, он собрал воедино всё, что было написано о социализме как древними, так и его современниками, подробно изучил и сопоставил материал и сделал свои выводы. Такой метод изучения социального вопроса является научным методом, поэтому и выработанный Марксом метод его решения является научным социализмом. Исходя из глубокого и детального анализа, Маркс сделал вывод о том, что вся человеческая деятельность в мире, зафиксированная в письменных памятниках для последующих поколений, может рассматриваться как история. Важнейшее открытие Маркса в истории состоит в том, что вся мировая история зиждется на материи и что мир изменяется соответственно с изменениями, происходящими в материи. Он сказал, что все действия людей определяются материальной средой и потому история человеческой цивилизации есть история эволюции материальной среды. Это открытие Маркса по его значимости некоторые сравнивают с законом всемирного тяготения, открытым Ньютоном в астрономии. Поскольку открытие Маркса, что материя является центром тяжести в истории, было результатом глубокого исследования и было хорошо обосновано, то очень многие из тех, кто прежде выступал против социализма, стали его сторонниками. Люди, которые детально изучали учение Маркса, ещё более проникались верой в него.

После европейской войны во всём мире почти никто не выступал против социализма. Социалистические партии могли бы сделать всё, что хотели, и прежде всего могли бы решить социальный вопрос в своих странах. В то время самым сильным течением среди социалистических партий был марксизм, или, другими словами, научный социализм, между тем как до этого большим влиянием пользовался утопический социализм. В этот период общественный порядок во всех странах пришёл в состояние хаоса, и естественно, что внутри социалистических партий между утопистами и научными социалистами возник конфликт. Разногласия появились даже среди социалистических партий, примыкавших к научному социализму. Вследствие этой внутренней борьбы после европейской войны социальный вопрос ещё и до сих пор не получил решения.

А как обстоит дело с материей как центром тяжести истории у самого мудреца социалистической партии — Маркса? В 1818 году в Бельгии последователями Маркса был созван международный конгресс социалистических партий, на котором были определены методы их деятельности. Программа, выработанная на этом конгрессе, и до настоящего времени всё ещё в значительной степени применяется многими марксистскими социалистическими партиями в различных странах. После начала европейской войны эти принципы стали проводиться в жизнь в России, но в настоящее время они уже изменены. Чем вызваны эти изменения, мы судить не берёмся, потому что недостаточно изучили положение в России. Однако, по словам самих русских, революционные методы, применявшиеся раньше в России, отнюдь не были марксистскими, а представляли собой своего рода политику военного времени. Такая политика проводилась не только в России, но и в Англии, в Германии и в США во время европейской войны. Там также были национализированы крупные предприятия: железные дороги, пароходы и машиностроительные заводы. Почему же то, что осуществлено в Англии и США, называлось политикой военного времени, а то, что в России, все называют марксизмом? Причина в том, чти русская революционная партия верит в марксизм и стремится претворить его в жизнь. Но, по словам русских, современная промышленность и экономика России ещё недостаточно развиты и непригодны для реализации марксизма. К проведению марксизма в жизнь можно будет приступить только тогда, когда экономика и промышленность будут развиты так же, как в Англии и США. Таким образом, после европейской войны между всеми последователями Маркса возникла теоретическая полемика. Германская, французская и русская социалистические партии, прежде принимавшие марксизм, образовали Интернационал. Однако, когда начались споры, они стали критиковать и поносить друг друга, причём критики обычно всегда обвиняли других в неверности марксизму. В результате взаимных обвинений и нападок различных группировок и социалистической партии одной страны на социалистическую партию другой учение Маркса было поставлено под вопрос. Является ли в конце концов материя основой исторического развития? Ньютон на основании своих исследований установил, что солнце является центром притяжения для нас во вселенной. Исследования астрономии и других наук подтвердили, что этот принцип, бесспорно, верен. Маркс же открыл, что материя является основой исторического процесса. Правилен этот принцип или нет? Основываясь на опыте нескольких лет после европейской войны, многие говорят, что этот принцип не верен. Что же тогда является центром тяжести в истории? Наш гоминьдан уже более двадцати лет пропагандирует принцип народного благосостояния. Мы никогда не агитировали за социализм, а говорили только о принципе народного благосостояния. Какое же существует соотношение между социализмом и принципом народного благосостояния? Недавно один последователь Маркса в Америке — Уильям, глубоко изучивший учение Маркса, пришёл к выводу, что взаимные раздоры среди его единомышленников свидетельствуют о неполноте учения Маркса. Поэтому он высказал своё мнение, что положение Маркса о том, что материя является центром тяжести истории, неправильно, таким центром является социальный вопрос, в котором тоже есть центр — средства к существованию. По его мнению, только это соответствует истине. Проблема народного благосостояния является проблемой средств к существованию. Это новое открытие американского учёного точь-в-точь совпадает с принципом нашей партии. Это открытие заключается в том, что народное благосостояние является центром тяжести социального прогресса, который, в свою очередь, есть центр тяжести истории. В конечном счёте центром тяжести истории является народное благосостояние, а не материя. Мы пропагандируем принцип народного благосостояния более двадцати лет. В самом начале, детально изучая и продумывая эту проблему, мы поняли, что термин «народное благосостояние» включает социальный вопрос и является в данном случае более подходящим и понятным, чем термины «социализм» или «коммунизм», поэтому мы и остановились на нём. Мы не могли предполагать, что после европейской войны в результате ещё большего уточнения принципов и дальнейшего развития науки последователи Маркса также придут к сходному с нашим открытию. Это достаточное доказательство того, что пропагандируемый нашей партией принцип народного благосостояния полностью соответствует основным законам социального прогресса, а отнюдь не является перепевом высказываний модных учёных.

По мнению упомянутого выше американского учёного, все старания человечества как в древности, так и ныне были направлены на обеспечение собственного существования. Это стремление является законом социального прогресса и центром тяжести истории. Материализм Маркса не открывает закона социального прогресса и не является центром тяжести истории. Для того чтобы понять обе эти теории и установить, кто из учёных прав, мы должны тщательно изучить их принципы и решить, соответствуют ли эти принципы фактам современного социального прогресса. Маркс, изучая социальный вопрос, всё своё внимание сосредоточил исключительно на материи. Когда же речь заходит о материи, естественно, что прежде всего приходится говорить о производстве. Без перепроизводства, само собой разумеется, не могло бы быть и промышленной революции. В экономике современного мира важнейшим элементом является производство. Для того чтобы знать состояние его экономики, необходимо прежде всего знать положение в производстве.

В каком же состоянии находится в современном мире производство? Во всяком производстве используются машины и рабочие. Через посредство капиталистов машины при помощи рабочих создают возможность в широких масштабах развивать современное производство. Большая часть прибыли от него присваивается капиталистами, на долю же рабочих приходится немного. Поэтому интересы рабочих и капиталистов постоянно сталкиваются. Когда же эти столкновения не могут быть разрешены, возникает классовая борьба. По мнению Маркса, классовая борьба появилась не после промышленной революции, а вся прошлая история является историей классовой борьбы. Такова, например, борьба в древние времена между рабами и рабовладельцами, борьба между помещиками и крепостными, борьба аристократии с простым народом, то есть, коротко говоря, существовала борьба разных угнетателей с угнетёнными. Эти два борющихся класса исчезнут только после окончательной победы социальной революции. Отсюда очевидно, что Маркс считал, что социальный прогресс возможен только при наличии классовой борьбы, что классовая борьба является его движущей силой. Таким образом, классовая борьба является причиной, а социальный прогресс — следствием. Если мы хотим знать, является ли это положение законом социального прогресса, то мы должны изучить фактический прогресс современного общества. За последние десятилетия в обществе произошёл огромный прогресс. Проявления этого социального прогресса в различных областях необычайно сложны. Если даже говорить только о фактах из области экономики, то и их не исчерпать несколькими словами.

Однако, говоря в общем, современный экономический прогресс Европы и США можно подразделить на четыре вида: 1) социальные и промышленные реформы; 2) национализация путей сообщения и средств связи; 3) прямое налогообложение и 4) социализация распределения. Все эти четыре вида социально-экономических мероприятий были введены путём реформ, которые в дальнейшем, конечно, будут постоянно совершенствоваться и прогрессировать.

В чём же заключается детальное содержание этих четырёх социально-экономических мероприятий?

Например, первое из них требует вмешательства правительства в дело образования рабочих, охраны их здоровья, совершенствования фабрик и оборудования, чтобы обеспечить максимальную безопасность труда и здоровые условия для работы. Осуществление подобных реформ значительно повысит работоспособность рабочих, стимулирует их желание работать и значительно увеличит производительность их труда. Германия первая стала проводить эти прогрессивные социальные мероприятия, и притом чрезвычайно успешно. За последнее время по этому пути пошли также Англия и США, и они также получили хорошие результаты.

Второе мероприятие заключается в том, чтобы все крупные отрасли путей сообщения и средств связи, как-то: трамваи, железные дороги, пароходства, почта и телеграф — находились в ведении правительства. Только когда эти крупные предприятия будут находиться в ведении правительства и оно сможет использовать всю свою мощь в управлении ими, будет получена возможность быстро передвигаться, а связь станет удобной. В таком случае сырьё из разных мест будет легко доставлять на фабрики для обработки и, в свою очередь, фабричную продукцию будет легко перевозить на рынки для продажи. Тогда не придется тратить много времени на перевозки и не будет огромных убытков, вызываемых задержками при транспортировке сырья и фабрикатов. Если же управление этими отраслями хозяйства будет находиться не в руках государства, а у частных лиц, то либо эти частные лица не будут обладать достаточной финансовой мощью, либо же они приобретут огромное могущество благодаря своей монополии. В результате транспортировка будет, несомненно, производиться медленно и связь будет неудобной, что повлечёт за собой неосязаемые, но чрезвычайно большие потери во всех отраслях экономики страны. Вред и преимущества такого рода мероприятий раньше всех поняли в Германии, где все крупнейшие пути сообщения и средства связи уже давно находятся в руках государства. В США крупнейшие пути сообщения и средства связи, находившиеся в частном владении, во время европейской войны также были переданы в ведение государства.

Третье мероприятие — прямое налогообложение — также начало применяться только в самое последнее время и порождено прогрессом экономики общества. Проведение в жизнь этого метода заключается в применении принципа прогрессивного обложения капиталистов подоходным налогом и налогом на наследство. Такое налогообложение даёт возможность обеспечить поступление государственных средств в значительной мере непосредственно от капиталистов. Когда государство непосредственно облагает огромные доходы капиталистов, оно получает больше и не выглядит свирепым. При старом налогообложении существовали денежные и продовольственные налоги и таможенные сборы. Государственные средства целиком черпались от бедноты, а капиталисты пользовались правами без обязанностей, что было чрезвычайно несправедливым. В Германии и Англии уже давно осознали подобную несправедливость, и потому там уже давно введено прямое налогообложение. В Германии государственные поступления от подоходного и наследственного налогов составляют от 60 до 80 процентов общегосударственных доходов. Эти же поступления в Англии ко времени начала европейской войны достигли 58 процентов всего дохода. США в этом сравнительно отстали, и соответствующий закон там был принят всего десять лег назад, но с тех пор государственный доход возрастает с каждым годом. Так, в 1918 году только один подоходный налог составлял приблизительно 4 миллиарда американских долларов. После того как все государства Европы и США ввели в последнее время прямое налогообложение, они в значительной степени увеличили свои финансы и получили, таким образом, ещё большие финансовые возможности для проведения различных реформ.

Четвёртое мероприятие — социализация распределения — является новейшим прогрессивным социальным мероприятием в Европе и США. После открытия человечеством денег и установления торговой системы приобретение всех товаров первой необходимости производилось главным образом через посредство торговцев. Торговец, покупая товар у производителя по чрезвычайно низким ценам, перепродавал этот товар потребителю и, таким образом, одним мановением руки получал большие прибыли. Такую систему распределения товаров можно назвать торговой системой или, что то же, системой распределения через посредство торговцев. При такой системе потребитель незаметно для себя несёт чрезвычайно большие убытки. Проведённые за последнее время исследования показали, что такую систему можно реформировать и что распределение необязательно производить через торговцев. Оно может производиться либо общественными организациями, либо правительством. Так, созданная недавно в Англии потребительская кооперация как раз и является общественной организацией распределения товаров. Снабжение населения водой, электричеством, газом и даже хлебом, молоком, маслом и другими продуктами, производимое муниципалитетами в странах Европы и США, уже представляет собой распределение товаров правительством. Пользуясь этим новым способом распределения, можно сэкономить те суммы, которые раньше составляли прибыль торговцев, и избежать убытков, которые нёс потребитель. О принципе, положенном в основу нового способа распределения, можно сказать, что это социализация распределения, то есть осуществление социализма в распределении товаров.

Выше говорилось о социально-экономических реформах, обобществлении путей сообщения и средств связи, прямом налогообложении и социализации распределения. Такой социально-экономический прогресс разрушает старые системы и ведёт к созданию новых систем. Благодаря постоянному возникновению в обществе новых систем наблюдается непрерывный прогресс. Что же является причиной социального прогресса? И почему в обществе должны возникать подобные перемены? Если ответить на эти вопросы с точки зрения учения Маркса, то, само собой разумеется, придётся сказать, что это происходит в результате классовой борьбы; причины же возникновения в обществе классовой борьбы, естественно, придётся объяснить как результат угнетения капиталистами рабочих, ибо поскольку интересы капиталистов и рабочих всегда взаимно противоположны и не могут быть гармонизированы, то это и влечёт за собой борьбу. Благодаря такой борьбе в обществе наблюдается прогресс. Однако, рассматривая факты социального прогресса Европы и США за последние несколько десятилетий, следует признать наилучшими социализацию распределения, уничтожившую монополию торговцев, и рост подоходного и наследственного налогов с капиталистов, обогативший государственную казну, что даёт возможность использовать эти доходы для национализации путей сообщения и средств связи, а также для развития образования и охраны здоровья рабочих и усовершенствования оборудования фабрик. Всё это увеличивает производительные силы общества. Огромное увеличение общественного производства обеспечивает изобилие всевозможной продукции, в результате капиталисты, несомненно, сильно богатеют, но и рабочие также получают возможность больше заработать. Если так рассматривать вопрос, то капиталист улучшает жизнь рабочих и повышает их производительность, а при высокой производительности труда рабочих последние больше производят для капиталистов. Таким образом, с одной стороны, капиталист может получить больше продукции, а с другой стороны, рабочий может увеличить свой заработок, то есть интересы рабочих и капиталистов взаимно гармонизируются, а не конфликтуют.

Поэтому причина социального прогресса заключается во взаимной гармонии экономических интересов большей части общества, а не в конфликте. Взаимная гармония экономических интересов подавляющего большинства общества требует заботы о его интересах, когда же подавляющее большинство получает выгоду, тогда общество прогрессирует. Взаимная гармония экономических интересов большей части общества необходима для обеспечения существования человечества. Человечество с древних времен и до настоящего времени стремилось обеспечить своё существование, а так как люди всегда хотят жить, поэтому в обществе и происходит непрерывный прогресс. Таким образом, закон социального прогресса состоит в стремлении человечества обеспечить своё существование, что и является причиной социального прогресса.

Классовая борьба не является причиной социального прогресса. Классовая борьба является своего рода болезнью, возникающей при социальном прогрессе. Причина этой болезни в том, что человечество не может существовать, и тогда в результате этой болезни возникает борьба. Открытие Маркса, сделанное им в результате изучения социального вопроса, сводится к установлению болезни социального прогресса; он не увидел закона социального прогресса. Поэтому про Маркса можно сказать, что он является только социальным патологом, но его нельзя назвать социальным физиологом.

Остановимся ещё на учении Маркса о классовой борьбе. Он говорит, что прибавочная стоимость капиталистов целиком идёт за счёт ограбления труда рабочих. Все заслуги в производстве он относит исключительно на счёт труда рабочих, пренебрегая трудом всех других полезных элементов в обществе. Так, в Китае самая новая промышленность — прядильные и ткацкие фабрики в Шанхае, Наньтунчжоу, Тяньцзине и Ханькоу. Во время европейской войны все эти фабрики получили от пряжи и тканей огромные прибыли. Прибавочная стоимость каждой из этих фабрик составляла сумму от нескольких сотен тысяч до нескольких миллионов юаней в год. Кому же принадлежит заслуга создания такой колоссальной прибавочной стоимости? Получена ли она только благодаря труду ткачей и прядильщиков на этих ткацких и прядильных фабриках? Если говорить о прядении и ткачестве, то мы должны подумать также и о сырье, что приведёт нас к хлопку. Изучая источники поступления хлопка, мы должны будем коснуться целого ряда вопросов сельского хозяйства. И тут мы должны будем вспомнить об агрономах, изучающих качество семян и методы культивирования хлопчатника. Ещё до посева хлопчатника нельзя обойтись без применения всевозможных орудий и машин для возделывания почвы. После посева опять же нельзя обойтись без удобрений, чтобы вырастить хлопчатник.

Однако когда речь заходит об орудиях и удобрениях, то мы не можем не воздать должное изобретателям и изготовителям этих орудии и удобрений. После того как урожай хлопка собран, его надо перевезти на фабрику для переработки, а когда пряжа и материя выработаны, их необходимо переправить для продажи на рынки. Здесь мы уже сталкиваемся с транспортными средствами — поездами и пароходами. Желая изучить причину, движущую эти пароходы и поезда, мы не можем не воздать должное прежде всего изобретателям, открывшим силу пара и электричества.

Переходя к изучению вопроса о том, из чего построены эти поезда и пароходы, само собой разумеется, мы не можем не отдать должное рудокопам, машиностроителям и лесоводам. Если бы после выработки материи и пряжи весь народ, кроме рабочих, не стал бы носить из этой материи одежду и пользоваться этой пряжей, то, само собой разумеется, они не могли бы найти сбыта. А если бы пряжа и материя не имели широкого сбыта, то каким бы образом капиталисты, владельцы прядильных и ткацких фабрик, могли бы получать большую прибыль и извлекать большую прибавочную стоимость? И вот если учесть все эти обстоятельства, то спрашивается: кому же в конце концов принадлежит извлекаемая капиталистом на этих ткацких и прядильных фабриках прибавочная стоимость? Как могут рабочие этих ткацких и прядильных фабрик говорить, что прибавочная стоимость на этих фабриках создана исключительно их трудом?

Подобное положение с прибавочной стоимостью существует не только на ткацких и прядильных фабриках, но таково же положение и во всех других отраслях промышленности. Отсюда очевидно, что получаемая в промышленном производстве прибавочная стоимость является результатом не только труда фабричных рабочих. Все полезные и работоспособные элементы общества также вносят в дело создания этой ценности ту или иную лепту независимо от того, делают они это непосредственно или опосредствованно, в области производства или в области потребления. Эти полезные и работоспособные элементы составляют в обществе громадное большинство. Если же говорить только о рабочих, то даже в таком исключительно сильно развитом в промышленном отношении государстве, как США, численность рабочих составляет более 20 миллионов человек, то есть лишь пятую часть всего населения США. Что же касается государств с неразвитой промышленностью вроде нашего Китая, то в них численность рабочих ещё незначительнее. И вот если говорить с этой точки зрения, то, если бы даже в каком-нибудь высокоразвитом промышленном государстве экономические интересы всей страны оказались во взаимной дисгармонии, которая повлекла бы за собой конфликт и борьбу, эта борьба не была бы борьбой только одного рабочего класса, а была бы борьбой всего громадного большинства полезных и работоспособных элементов общества против класса капиталистов. Так как всё это громадное большинство полезных и работоспособных элементов общества, стремясь к обеспечению своего существования, старается избежать экономической борьбы, поэтому-то там проводят общественное распределение товаров и увеличивают подоходный и наследственный налоги с капиталистов, чтобы развивать пути сообщения и средства связи по стране, а также улучшать жизнь рабочих и условия работы на фабриках, и вообще проводят целый ряд мероприятий в целях гармонизации экономических интересов громадного большинства. После того как такие мероприятия получили распространение во всех странах Европы и США, общество достигло большого прогресса и большинство людей живёт счастливо.

Поэтому Маркс, изучая социальный вопрос, нашёл лишь частный порок в обществе и не открыл закона социального прогресса. Стремление человечества к поддержанию своего существования, как это установил американский учёный, есть закон социального прогресса и центр тяжести истории. Что же представляет собой проблема стремления человечества к поддержанию своего существования? Это и есть проблема народного благосостояния. Поэтому можно сказать, что проблема народного благосостояния является основной движущей силой социального прогресса. Когда мы поймём, в чём заключается основная движущая сила социального прогресса, тогда нам уже легко будет решить социальный вопрос.

Маркс, определив классовую борьбу как причину социального прогресса, тем самым поставил следствие на место причины. Социальные явления, после того как появилось на свет учение Маркса, не согласуются с его учением, а иногда даже прямо противоречат ему, потому что основы учения неясны из-за смешения причины и следствия. Так, последователи Маркса созвали в 1848 году Ⅰ международный конгресс Союза коммунистов и обнародовали свои позиции по целому ряду вопросов. Организованный тогда Интернационал прекратил своё существование во время франко-прусской войны³. Впоследствии был организован Ⅱ Интернационал. Разница между Ⅰ и Ⅱ Интернационалами заключается в том, что Первый Интернационал целиком базировался на принципе классовой борьбы и революционном решении социального вопроса, считая невозможным примирение с капиталистами, так называемое «соглашательство». Его членам не разрешалось входить в состав парламента и принимать участие в его деятельности, так как это не признавалось научным методом действий. Однако впоследствии Коммунистическая партия Германии стала принимать участие в работе парламента и принимает по сей день, а английская лейбористская партия, например, при существующем в Англии конституционно-монархическом строе сформировала свой кабинет. Эти факты указывают на то, что многие политико-экономические события в мире не укладываются в те установки, которые были выработаны Ⅰ Интернационалом.

Вследствие большой разницы между принципами Ⅰ и Ⅱ Интернационалов впоследствии раздоры среди последователей Маркса стали ещё более ожесточёнными, чего Маркс в своё время не смог предвидеть. Это обстоятельство подтверждает правильность моей теории: «познать трудно, а действовать легко». Маркс стоял на точке зрения необходимости решения социального вопроса научным путём. Работа, на которую он потратил больше всего энергии и времени до образования Ⅰ Интернационала, состояла в глубоком изучении истории прошлого и фактов современности. В результате этого изучения Маркс пришёл к выводу, что в будущем капиталистическая система будет неизбежно уничтожена. Он считал, что с развитием капитализма в результате конкуренции среди капиталистов мелкие будут неизбежно поглощены крупными и в обществе останутся только две категории людей: с одной стороны, очень богатые капиталисты, с другой — чрезвычайно обнищавшие рабочие. Когда же капитализм достигнет в своём развитии кульминационного пункта, то капиталистическое государство развалится само собой и на его место естественным путём придёт социализм, и тогда образуется свободное государство социалистического типа. Согласно выводам Маркса, в государствах, в которых капитал достиг апогея своего развития, теперь уже наступил период распада и там надо подниматься на революцию. Однако с тех пор прошло уже более семидесяти лет, и факты, которые мы наблюдаем во всех государствах Европы и США, прямо противоположны его выводу. При Марксе английские рабочие, добиваясь у капиталистов восьмичасового рабочего дня, прибегали к забастовкам. Маркс критиковал эти действия, считая их мечтами, потому что капиталисты, конечно, никогда не допустят этого. По его мнению, для того чтобы добиться восьмичасового рабочего дня, необходимо было прибегнуть к революционным методам. Впоследствии требования английских рабочих о восьмичасовом рабочем дне не только претворились в жизнь, но, более того, английское государство придало им силу закона. Рабочие крупных заводов, банков и железных дорог по всей Англии работают восемь часов. Многое, что, как в своё время казалось Марксу, он предвидел, последующей историей не подтвердилось. Сам Маркс вынужден был признать, что он этого не учёл. Это доказывает научную принципиальность Маркса. Не говоря о другом, скажем только о капитале. С точки зрения Маркса, развитие капитализма ведёт к взаимному поглощению и самоликвидации. Однако до сих пор капиталисты во всех странах не только не исчезли, но ещё более процветают, и этому не видно предела.

Поговорим ещё о социальном вопросе в Германии. В Германии при правлении Бисмарка государственная власть была использована для облегчения тяжёлого положения рабочих. Государство установило восьмичасовой рабочий день, для женщин и молодёжи ввело ограничения рабочего времени и возраста, государство также издало целый ряд постановлений в отношении пенсий и страхования рабочих. Всё бремя этих мероприятий было возложено на капиталистов страны. Тогда многие капиталисты сопротивлялись, но Бисмарк, «железный канцлер», железной рукой насильственно проводил эти мероприятия в жизнь. При их осуществлении многие полагали, что эти реформы защищают интересы рабочих, так как несомненно, что сокращение рабочего времени выгодно рабочим и убыточно для капиталистов. Если подойти к этому вопросу чисто теоретически, то, разумеется, производительность за прежние шестнадцать часов должна бы быть значительно выше производительности за восемь часов. Однако каков же в действительности оказался результат? На деле восьмичасовой рабочий день оказался значительно производительнее, чем шестнадцатичасовой. Причина в том, что рабочий за восьмичасовой рабочий день не исчерпывает своей физической силы и энергии, что. естественно, весьма благотворно отражается на состоянии его здоровья. Хорошее же настроение и состояние здоровья рабочего обеспечивают внимательное отношение его к фабричным машинам, что, в свою очередь, значительно сокращает поломки оборудования и простои для ремонта, а при непрерывном процессе производительность, разумеется, будет возрастать. И, наоборот, при шестнадцатичасовом рабочем дне силы и энергия рабочих падают, они не могут быть внимательными в управлении машинами. Машины будут постоянно портиться, нужно будет останавливать их для ремонта, производство будет прерываться, и производительность, несомненно, будет снижаться. Если вы не верите, то я могу доказать это на примере. Каждый из нас может сам проверить это на опыте. Вы сами можете попробовать читать пятнадцать-шестнадцать часов в день. В таком случае вы утомитесь до такой степени, что, если бы даже насильно заставляли себя читать дальше, вам уже трудно будет запомнить прочитанное. Если же читать только в течение восьми часов в день, а остальное время посвятить отдыху и развлечениям, то это сохранит энергию, и я думаю, что в таком случае, несомненно, будет очень легко запомнить и усвоить прочитанное.

Если говорить о рабочем времени, то в своё время Маркс считал, что в результате сокращения рабочего дня до восьми часов производительность обязательно должна уменьшиться. Однако, когда в Германии стали проводить политику сокращения рабочего времени, производительность стала, напротив, значительно повышаться и превзошла производительность всех других стран. Это вызвало большое удивление в Англии и США. Там считали, что сокращение рабочего времени и увеличение расходов по охране труда должны понизить производительность, и потому им было непонятно, почему в Германии при такой политике производительность, наоборот, значительно повысилась. Это удивление повлекло за собой стремление изучить положение в Германии, в результате чего в Англии и США также поняли этот принцип и стали подражать Германии. Маркс же в своё время, конечно, не понял этого принципа, а потому сделал ошибочные выводы. Согласно исследованиям Маркса, капиталист может увеличить прибавочную стоимость при следующих трёх обязательных условиях: сокращение заработной платы рабочих, увеличение продолжительности их рабочего дня и повышение цен на продукцию производства.

Насколько это правильно? Мы можем это выяснить на примере наиболее прибыльной современной отрасли промышленности. Все вы знаете, что в США имеются автомобильные заводы Форда. Эти заводы огромны, на них производится колоссальное число автомобилей, которые имеют очень хороший сбыт во всех странах мира. Ежегодная прибыль этих заводов превышает 100 миллионов долларов. Как же ведётся коммерческая деятельность и как поставлено производство на этих заводах? И заводское производство, и заводоуправление оснащены чрезвычайно совершенным оборудованием, всё благоустроено, красиво и вполне соответствует требованиям охраны труда. Самая трудоёмкая работа на заводе не превышает по продолжительности восьми часов, заработная плата за самую обыкновенную работу составляет 5 американских долларов в день, в переводе на китайскую валюту это составит 10 юаней; жалованье более квалифицированных служащих значительно выше. В добавление к этому на заводе для рабочих устроены различного рода площадки и помещения для развлечения и отдыха, пункты здравоохранения для лечения рабочих, школы, где обучаются вновь поступающие рабочие и их дети. Кроме того, все рабочие завода застрахованы от несчастных случаев и по старости. После смерти рабочего семья получает страховку, а также пенсию. Что же касается цены производимых на этом заводе автомобилей, то всем, кто покупал автомобили, хорошо известно, что если обыкновенный автомобиль в среднем стоит 5 тысяч долларов, то фордовский — не более 1,5 тысячи долларов. Несмотря на низкую стоимость этих автомобилей, их моторы очень надёжны и хорошо приспособлены для езды по горным дорогам, они могут долго служить без поломок. Благодаря высоким качествам и дешевизне автомобили Форда получили огромное распространение на всём земном шаре, и как следствие завод получает большие барыши. Если мы возьмём индустриально-экономические принципы, применяемые на этом весьма преуспевающем автомобильном заводе, и сравним их с тремя необходимыми условиями теории прибавочной стоимости Маркса, то мы увидим, что они противоречат друг другу. В самом деле, Маркс говорил, что капиталисты стремятся удлинить рабочий день, а на заводах Форда проводится сокращение рабочего дня. Маркс говорил, что капиталисты будут уменьшать зарплату, на заводах Форда проводится увеличение зарплаты. Маркс говорил, что капиталисты будут поднимать цену на свою продукцию, а заводы Форда проводят снижение её. Эти противоположные принципы совсем не были поняты Марксом, поэтому в его прежних высказываниях содержатся крупные и специфические для него ошибки. Маркс на изучение социального вопроса потратил несколько десятков лет, и всё, что он изучал, относилось к прошлому. Что же касается будущего, то он ни в коей мере не предвидел его. Поэтому-то последователи Маркса и хотят переработать его учение и для достижения цели марксистского социализма считают основным необходимость свержения капиталистов. Однако, для того чтобы выяснить вопрос о том, нужно ли в конце концов свергать капиталистов или нет, мы позднее проведём подробное исследование и разберёмся в этом. Из всего сказанного сейчас видно, что «познать очень трудно, а действовать очень легко».

Суть теории Маркса о прибавочной стоимости состоит в том, что получаемые капиталистами деньги представляют ограбление прибавочной стоимости, вырабатываемой рабочими. Отсюда следует, что капиталистическое производство базируется на труде рабочих, производственный процесс рабочих зависит от материалов, а торговля материалами зависит от купцов. В любом производстве капиталисты и купцы всегда забирают себе прибыль, грабят у рабочих их кровью и потом заработанные деньги. Отсюда очевидно, что капиталисты и купцы приносят вред рабочим, приносят вред всему миру и что они должны быть уничтожены. Однако Маркс считал, что сначала должны быть уничтожены капиталисты, после этого будут уничтожены и торговцы.

В настоящее время прогресс в мире с каждым днём приносит какие-нибудь улучшения. В частности, новым открытием стала социализация распределения, которую мы разбирали выше и один из видов которой называется «кооператив». Кооператив создается путём объединения рабочих. Если необходимые одежду и продукты питания рабочие будут покупать при посредстве купцов, то последние сильно от этого наживутся, а рабочие за приобретённые товары, конечно, переплатят немало денег. Для того чтобы покупать добротные вещи по дешёвой цене, рабочие решили организоваться и открыть свой собственный магазин, в котором продавались бы только необходимые для рабочих вещи. Поэтому рабочий повседневно необходимые ему товары покупает в собственной лавке; снабжение дёшево, и цена более дешёвая. В конце года полученная от торговли прибыль делится между кооператорами соответственно той сумме, на которую каждый из них закупил в течение года товаров. Так как распределение прибыли в этих лавках производится пропорционально потреблению, они и называются потребительской кооперацией. Сейчас в Англии много банков и заводов находится в ведении таких потребительских кооперативов. В результате возникновения подобного рода кооперативов закрылось много магазинов. Поэтому, если прежде такие кооперативы считались чем-то незначительным, то теперь их рассматривают как чрезвычайно эффективные организации Вследствие большого развития таких организаций в Англии все крупные торговые фирмы там к настоящему времени уже превратились в производственные, подобно американской «Стандарт ойл компани», которая хотя и является в Китае торговой фирмой, но в США это производственная фирма, вырабатывающая бензин и керосин. Другие крупные торговые фирмы в Англии тоже постепенно превращаются в производственные. Для решения социального вопроса такие кооперативы являются побочным делом, по Марксом прежде был сделан вывод, что сначала будут уничтожены капиталисты и только после этого могут быть уничтожены купцы; теперь же с возникновением кооперации купцы уничтожаются прежде капиталистов. Поскольку вывод Маркса не соответствует такого рода фактам и оказывается неверным, следовательно, моя теория о том, что «познать трудно, а действовать легко», действительно не может быть сокрушена.

Далее, согласно учению Маркса, крупная промышленность во всём мире базируется на производстве, а последнее — на капиталисте. Это значит, что крупный капиталист при хорошем производстве может развивать промышленность и получать большую прибыль. Как выглядит это положение на примере нашей китайской промышленности? Самым большим промышленным предприятием Китая является Ханьепинская компания, которая изготовляет сталь на крупном заводе. Крупнейшим капиталистом в этой компании раньше был Шэнь Сюаньхуай. Производимая этим заводом сталь обычно вывозилась для продажи либо в Сиэтл, в США, либо в Австралию; во время же европейской войны вся сталь вывозилась в Японию. Тем не менее в Китае сталь является одной из важнейших статей импорта. Спрашивается: поскольку Китай имеет Ханьепинский завод, который может производить сталь, зачем же ему покупать иностранную сталь? Да потому, что китайскому рынку необходима сталь высокого качества; строительная, оружейная и инструментальная. Ханьепинские же заводы производят только рельсовую сталь и чугун, которые не соответствуют потребностям китайского рынка. Поэтому рынок предпочитает не продукцию Ханьепинского завода, а импортную сталь. В США ежегодно производится 40 миллионов тонн стали и 40—50 миллионов тони чугуна, в Китае же Ханьепинский завод ежегодно производит 200 тысяч тонн чугуна и более 100 тысяч тонн стали. Почему же Китай, вырабатывая так мало стали, всё же вывозит её для продажи в США? И почему, с другой стороны, США потребляют к тому же и китайскую сталь? Потому что Ханьепинская компания не имеет сталелитейных заводов и выпускаемый ею чугун должен пройти ещё целый ряд производственных процессов, прежде чем может быть использован, поэтому она не находит ему применения в Китае и вывозит для продажи за границу. В США же чрезвычайно много сталелитейных заводов, и там нуждаются в дешёвом чугуне независимо от того, откуда он привезён, чтобы вырабатывать из него хорошие сорта стали, что приносит большую прибыль. Поэтому-то промышленность США, производя много стали, всё же может потреблять и ввозимый из Китая дешёвый чугун. Благодаря тому, что Ханьепинская компания экспортирует свою продукцию за границу, она, несмотря на сокращение рабочего времени и повышение зарплаты во время европейской войны, всё же получала большие прибыли. В настоящее время эта компания терпит убытки, и многие рабочие оказались без работы. Поскольку Ханьепинская компания имеет хорошо налаженное производство стали и чугуна и обладает крупным капиталом, то, согласно учению Маркса, она должна получать прибыль и быстро расти. Почему же тогда, спрашивается, она постоянно терпит убытки? Если мы возьмём положение в одной только Ханьепинской компании, чтобы узнать, где находится центр тяжести промышленности, то увидим, что им является потребляющее общество, а не исключительно производственный капитал. Несмотря на то что Ханьепинская компания имеет большой капитал, она не может развиваться и получать большую прибыль, так как в Китае нет рынка сбыта для её продукции. Поскольку для промышленности центром тяжести является потребительский рынок, вся мировая крупная промышленность производит продукцию, сообразуясь со спросом потребителей. За последнее время образованные рабочие являются также помощниками потребителя. Что же представляет собой потребление? Это проблема обеспечения существования масс, то есть проблема народного благосостояния. Поэтому промышленность в действительности базируется на народном благосостоянии, народное благосостояние является центром политики, центром экономики и центром всего исторического процесса, являясь как бы центром всей вселенной. Социализм в прошлом ошибочно признал центром исторического процесса материю, что привело к различного рода путанице. Это можно сравнить с заблуждением прежней астрономии, которая ошибочно приняла земной шар за центр вселенной, из-за чего в летосчислении и получалась громадная ошибка на целый месяц в каждые три года. Впоследствии, когда ошибку исправили и установили, что центром вселенной является солнце, то ошибка в летосчислении уже получалась только в один день на каждые три года. Чтобы избежать путаницы в решении социального вопроса, мы должны исправить такого рода ошибки и больше не говорить, что материя является центром всей истории, а рассматривать народное благосостояние как центр политический и социально-экономический, как центр социальной истории. Только чётко уяснив центральную проблему народного благосостояния, мы сможем решить социальный вопрос.

Примечания

1. О Великом единении см. высказывание Конфуция на с. 317 настоящего издания.↩
2. «Страна рода Хуасюй находится к западу от Яньчжоу, к северу от Тайчжоу и отстоит от царства Ци бог весть на сколько миллионов ли; туда не добраться ни на лодке, ни на колеснице, ни пешком, можно лишь устремиться мечтой. В том государстве нет начальников и старших, всё подчинено естественности: люди там не имеют дурных наклонностей и живут по законам природы. Они не радуются жизни и не страшатся смерти, поэтому там нет умирающих преждевременно; они ничего не хотят для себя и ничего не раздают другим, поэтому не знают любви и ненависти: они никому не изменяют и ни к кому не склоняются, а потому никому не вредят и не приносят пользы. Никто ни о чём не жалеет, ничего не опасается, в воде они не тонут и огонь их не обжигает, меч и плеть их не ранят, щекотка не заставляет их чесаться, по воздуху они ходят как по твёрдой земле, в пустоте спят как в лесной чаще, туча и туман не застилают их взоры, гром не тревожит их уши, прекрасное и уродливое не оставляют следа в их сердцах, горы и долы не задерживают их шагов — они движутся как небожители» («Ле-цзы», гл. «Хуанди», цит. по: Юань Кэ. Мифы древнего Китая. М., 1965, с. 328).↩
3. Автором допущена неточность. Ⅰ конгресс Союза коммунистов проходил в 1847 году. Ⅰ Интернационал был создан в 1864 году, а распущен в 1876 году.↩