Архив автора: admin

Марксизм и война на Донбассе

Кто опубликовал: | 16.05.2019

«Боротьбу» часто критикуют за поддержку народных республик, за то, что мои товарищи сражаются в составе ополчения, помогают мирному государственному строительству в ЛНР и ДНР. Критика эта раздаётся не только от тех бывших левых, кто поддался националистическому угару и поддержал сначала Майдан, а потом и захватническую войну Киева на Донбассе. Критикуют нас и с позиций «марксистского пацифизма», называя себя «новым Циммервальдом».

1914 = 2014?

«Циммервальдисты» всерьёз сравнивают войну на Донбассе с Первой мировой войной. Исторические параллели всегда рискованны. Эта же параллель и вовсе бессмысленна. 1 В Первой мировой войне 1914—1918 годов столкнулись примерно равные по силе блоки империалистических стран, которые боролись за рынки сбыта, источники сырья, колонии. Победа англо-французского блока, легко угадывающаяся сегодня задним числом, была вовсе не так очевидна для современников войны, даже марксистов. Лев Каменев, один из лидеров большевиков, предсказывал, например, победу Германии в войне.

В 1914 году в смертельной схватке столкнулись два центра накопления капитала, две системы капиталистического разделения труда с центрами в Лондоне и Берлине. Эти системы достигли пределов географического расширения в 70‑е годы ⅩⅨ века, натолкнувшись на границы друг друга. Последним актом этого расширения стал стремительный раздел Африканского континента между великими державами.

Столкновение этих систем разделения труда (германско-среднеевропейской, англо-французской, американской и японской) составляет экономические причины Первой и Второй мировых войн. После Второй мировой такая система осталась лишь одна — во главе с США. В конце 1940‑х она присоединила европейскую и японскую системы, в 1970‑е она поглотила освободившиеся колонии, в 1980‑е — Китай и восточноевропейские народные демократии, в 1990‑е — Советский Союз.

Правая неолиберальная реакция Рейгана — Тэтчер придала этой системе её законченный сегодняшний вид. В центре этой системы стоит Федеральная резервная система как орган, эмитирующий всемирную резервную валюту, МВФ, ВТО, Всемирный банк.

После 2008 года эта система вошла в период системного кризиса, причины которого я разбирал в другом месте 2, и постепенного распада. В рамках этого распада капиталистические элиты некоторых стран могут пытаться оспорить «правила игры», задаваемые Вашингтоном, так как система, устраивавшая всех до кризиса, стала уже не такой привлекательной.

Таким образом, мы имеем не два блока, схватившиеся в смертельной схватке (как в 1914 году), а совершенно новую, не имеющую исторических аналогов ситуацию, когда система распадается, от неё начинают отваливаться куски, некоторые капиталистические группы (как организованные в национальные государства, так и транснациональные) пытаются пересмотреть сложившиеся основы этой системы, другие группы (условный «Вашингтонский обком»), наоборот держатся за статус-кво и пытаются «дать по шапке» тем, кто покушается на святые принципы системы.

Конфликты в этой системе связаны с её внутренними противоречиями, а не со столкновением отдельных центров накопления капитала и их систем разделения труда, как это было в 1914‑м и 1939‑м.

Современный империализм — мировая система

Те, кто представляет конфликт в Украине как схватку империализмов России и США а‑ля 1914 год, обладает аналитическими способностями на уровне пропагандиста Дмитрия Киселёва, угрожающего превратить Америку в «ядерный пепел» 3. Россия и США несравнимы по своей экономической мощи, они бьются в разных весовых категориях. Более того, нет никакого «российского империализма», и даже «американского империализма» в понимании 1914 года не существует. Есть империалистическая иерархически организованная всемирная система с США во главе. Есть российский капиталистический класс, находящийся в этой системе не на первом и даже не на втором «этаже», он попытался поднять свой «статус» в этой иерархии и испугался собственной наглости, встретив отпор объединённого Запада.

В ситуации с украинским кризисом российские капиталистические элиты не проводили какой-то сознательной империалистической стратегии, они лишь реагировали на вызовы, которые бросала стремительно развивающаяся ситуация. Реагировали половинчато, противоречиво, непоследовательно, демонстрируя внимательному наблюдателю как раз отсутствие стратегии.

Ситуация складывалась таким образом, что после государственного переворота в Украине и начала восстания в Крыму и на Юге и Востоке страны, руководство России встало перед сложной дилеммой. Не вмешаться и не поддержать население Крыма и Юго-Востока означало потерять в глазах собственного населения легитимность, что в условиях ухудшающейся экономической ситуации чревато политическим кризисом, гораздо более сильным, чем в 2011 году. Вмешаться же — означает пойти на разрыв с Западом с непредсказуемым результатом. В итоге выбрали средний вариант — вмешательство в Крыму и невмешательство на Юго-Востоке. Однако, когда восстание на Донбассе перешло из мирного в вооружённое, помощь пришлось оказать. Пришлось, потому что картина военного подавления восставших при молчаливом согласии России стала бы катастрофическим ударом по имиджу российской власти внутри страны. Но поддержка была оказана нехотя. Путин публично призывал не проводить референдума о независимости ДНР и ЛНР, а о военных поставках можно говорить только после оставления Славянска и реальной угрозы сдачи Донецка украинской армии.

Такая поддержка вызвала неудовольствие и сопротивление большей части российской олигархии, которая мечтает вовсе не о восстановлении Российской Империи, а о взаимовыгодном партнёрстве с Западом.

Исторические параллели

Можно ли поддерживать республики, если российский буржуазный режим пытается инструментализировать восстание и использовать его в своих геополитических интересах?

Испания-1936

Позволим себе провести историческую аналогию. Как мне кажется, она куда более уместна, чем аналогия с ситуацией Первой мировой.

1936 год. Идёт гражданская война в Испании. Представим себе, что Советский Союз по тем или иным причинам отказался или не смог оказать помощь Испанской Республике, а буржуазные Британия и Франция, напротив — оказали поддержку, отправили военные материалы и гуманитарную помощь, дали кредиты и даже отправили военных специалистов для помощи республиканской армии и милиции. Естественно, капиталистические элиты Британии и Франции преследовали бы при этом собственные цели — втягивание Испании в собственную систему инвестиций и торговли в условиях намечающегося противостояния с германским блоком.

Отказались бы левые на этом основании от поддержки антифашистской борьбы испанских республиканцев? Конечно, нет.

Ирландия-1916

Другой пример. Пасхальное восстание ирландских республиканцев против Британской Империи в 1916 году. Этот героический эпизод антиимпериалистической борьбы ирландского народа помнят и чтят, наверное, все, кто называет себя левым.

А между тем одна из важнейших фракций восстания — Ирландское Республиканское Братство — ещё в 1914 году, с началом войны, приняла решение поднять восстание и принять любую немецкую помощь какая будет предложена. Представитель Братства ездил в Германию и получил согласие на такую помощь. Она не была оказана только потому, что немецкий корабль с оружием и подводная лодка были перехвачены англичанами в море.

Ленин безоговорочно поддержал ирландское восстание, несмотря на то, что оно было в гораздо меньшей степени «пролетарским», чем восстание на Донбассе. И в те времена находились левые, которые называли Ирландское восстание «путчем», «чисто городским, мелкобуржуазным движением, за которым, несмотря на большой шум, который оно производило, социально стояло не многое». Ленин отвечал им: «Кто называет такое восстание путчем, тот либо злейший реакционер, либо доктринёр, безнадёжно неспособный представить себе социальную революцию как живое явление» 4.

Несмотря на очевидную поддержку немцев, не говоря уже о том, что восстание в тылу Британской Империи «играет на руку» германскому империализму, настоящие левые поддержали ирландских республиканцев. Поддержали, несмотря на то, что рука об руку с социалистом Джеймсом Коннолли и его сторонниками сражались буржуазные и мелкобуржуазные ирландские националисты. Конечно, Коннолли говорил, что объявление независимости без образования социалистической республики будет напрасным. Но ведь то же говорят левые Донбасса.

Почему по отношению к Донбассу не применить этот ирландский пример, пример как раз из эпохи Первой мировой, которую так любят самозваные «циммервальдисты»?

Рожава-2015

Или современный пример. Ни для кого не секрет, что курдское ополчение в Сирии, воюющее против исламских фашистов из ИГ, поддерживается США. Будет ли на основании этого кто-то из левых отказывать в поддержке курдам Рожавы? Конечно, нет.

Палестинское сопротивление израильской оккупации также в разные годы опиралось на поддержку подчас не левых и не демократических режимов Ближнего Востока, а соотношение прогрессивных и передовых элементов в палестинском руководстве обычно было куда менее выгодным для сил прогресса, чем на Донбассе. Однако левые всегда поддерживали палестинское освободительное движение.

Но по Донбассу у некоторых левых почему-то действуют двойные стандарты, они старательно ищут «соломинку в глазу» у ДНР и ЛНР, которая позволит им занять позицию отстранённого пацифизма. Подлинные левые никогда не занимали такой позиции. «Равнодушие к борьбе отнюдь не является, поэтому, на деле отстранением от борьбы, воздержанием от неё или нейтралитетом. Равнодушие есть молчаливая поддержка того, кто силён, того, кто господствует» 5,— писал Ленин. Вставая в отстранённую позу, самозваные «циммервальдисты» на деле встают на сторону киевской власти, ведущей карательную операцию против восставших.

Война — продолжение политики другими средствами

«Война есть ничто иное, как продолжение политики, с привлечением иных средств»,— писал теоретик войны Карл фон Клаузевиц. Справедливость этого утверждения признаётся и классиками марксизма 6.

Какие же политики продолжают Киев и Донбасс? Чтобы занять «нейтральную» позицию, мнимые «циммервальдисты» пытаются доказать, что эти политики одинаковые. «Все кошки — серые» — вот верх их «марксистской» мудрости.

Мировая война 1914—1918 годов действительно была продолжением одинаковой политики Британии, Франции, Германии, Австро-Венгрии, России — это политика колониального грабежа, борьбы за колонии и рынки, борьба за уничтожение империалистических конкурентов. Также продолжением одинаковой политики была, например, Русско-Японская война 1904—1905 годов.

Однако, глупо было бы утверждать, что могут существовать гражданские войны, где стороны продолжают одинаковую политику. Суть гражданской войны в том, чтобы навязать противнику свою политику, сломить его политическую силу, подавить те социальные классы или слои, которые проводят эту политику. Северный и Южный Вьетнам проводили разную политику, в результате чего столкнулись в гражданской войне. Также разную политику проводят, например, режим Башара Асада и Исламское Государство, Аль-Каеда и другие исламисты в Сирии. Разную политику проводили Испанская Республика и франкисты в 1936—1939 годах. Разную политику проводил Муаммар Каддафи и его оппоненты в гражданской войне в Ливии в 2011 году.

Также и гражданская война в Украине является продолжением не одинаковой политики. Какие же политики проводит условные Киев и Донбасс?

Политика Киева

Политика Киева в гражданской войне является логическим продолжением политики Майдана. У этой политики есть несколько составляющих:

  1. «Евроинтеграция» и подчинение империализму. Первым лозунгом Майдана была так называемая «евроинтеграция», которая в экономическом плане означает сдачу украинских рынков европейским корпорациям, превращение Украины в сырьевую колонию Евросоюза и источник бесправных рабов-гастарбайтеров. Сегодня, спустя более года после победы Майдана, эти экономические результаты уже дают о себе знать настолько, что не замечать их не может даже самый упёртый «еврооптимист» 7.

    Новый киевский режим также окончательно потерял суверенитет и превратился в марионеточное государство. Решение внутреннего конфликта киевского режима между президентом-олигархом Петром Порошенко и губернатором-олигархом Игорем Коломойским через обращение в посольство США, а также сдача стратегического в логистическом и военном отношении Одесского региона в управление прямому ставленнику США, бывшему президенту Грузии Михаилу Саакашвили ярко свидетельствует об этом.

  2. Ультралиберализм. Постмайданная власть последовательно проводит в жизнь политику, диктуемую МВФ. И это не «обман» ожиданий Майдана. Всё это открыто декларировалось с трибуны Майдана, а политические силы, которые осуществляли политическое руководство движением, давно и последовательно выступают за неолиберализм в экономике. Движение к тотальной приватизации и планомерное уничтожение остатков социального государства — вот квинтэссенция экономической политики режима Порошенко — Яценюка. Наверное, для читателей левых взглядов не нужно объяснять пагубности такой политики для рабочего класса и других народных слоёв.

  3. Национализм и фашизм. Националистам и откровенным фашистам удалось навязать Майдану свою повестку дня. Наша организация писала зимой 2014 года:

    «Несомненным успехом националистов стало то, что им, благодаря высокой активности, удалось навязать Евромайдану своё идейное лидерство. Об этом свидетельствуют лозунги, ставшие своеобразным „паролем“ для собирающихся на Майдане масс и активистов. Это и „Слава Украине — героям слава!“, которое вместе с поднятием правой руки с распрямлённой ладонью стало партийным приветствием Организации Украинских Националистов в апреле 1941 года. Это и „Слава нации — смерть врагам!“, и „Украина превыше всего“ (калька с печально известного немецкого Deutchland uber alles), и „Кто не скачет — тот москаль“. У остальных оппозиционных партий просто не оказалось внятной идеологической линии и набора лозунгов, в результате чего либеральная часть оппозиции приняла националистические лозунги и националистическую повестку» 8.

    Таким образом, союз неолибералов и нацистов состоялся. При этом неолибералы приняли политическую программу украинских фашистов, а фашисты согласились с проведением неолиберальной линии в экономике. Сам такой союз был «освящён» представителями империализма, такими как Кэтрин Эштон, Виктория Нуланд, Джон Маккейн.

    Также важным моментом фашизации общества после Майдана стала легализация парамилитарных нацистских групп и интеграция нацистов в силовые органы государства.

  4. Силовое подавление политических оппонентов, репрессии, цензура в СМИ, запрет коммунистической идеологии. Тут можно и не приводить примеры за общеизвестностью.

  5. Презрение к рабочему классу, «классовый расизм». Сложившийся на Майдане под руководством олигархии социальный блок националистической интеллигенции, «среднего класса» и заражённого мелкособственнической идеологией западноукраинского обывателя чётко определяет своего классового врага: это «донецкое быдло». Этот «классовый расизм» в отношении трудового большинства юго-востока страны, сплачивает вокруг олигархии довольно широкие социальные слои симпатизантов, заставляет небогатого киевского обывателя поддерживать политику в интересах миллиардеров Коломойского и Порошенко.

Таковы основные элементы политики нового киевского режима. Это классовая политика транснационального империалистического капитала и украинской капиталистической олигархии, которая пытается спастись в условиях кризиса за счёт рабочего класса. Эта политика опирается на мелкую буржуазию и т. н. «средний класс» как свою ударную силу. В 1930‑е такая конструкция политической диктатуры в интересах крупного капитала называлась фашизмом.

Политика Донбасса

Поскольку государственность на освобождённых восставшими территориях Донецкой и Луганской областей только устанавливается, вероятно, рано ещё делать окончательные выводы относительно той политики, которая проводится ДНР и ЛНР. Но некоторые тенденции выделить можно.

  1. Антифашизм. Восставшие всех политических направлений определённо характеризуют установившуюся после Майдана власть как фашистскую. Зачастую не имея чёткого научного представления о фашизме, они, тем не менее выделяют следующие черты киевского режима: крайний национализм, шовинистическую языковую политику, антикоммунизм и антисоветизм, репрессии по отношению к политическим оппонентам, оправдание нацистских преступников и коллаборационистов.

  2. Антиолигархизм. Роль украинской олигархии, как основного заказчика и спонсора Майдана и правого националистического государственного переворота, стала важнейшим элементом самосознания движения сопротивления на юго-востоке страны. Также в ходе событий зимы и весны 2014 года массам стала очевидна полная зависимость и подчинение украинской олигархии империализму во главе с США. Показательным примером является поведение «хозяина Донбасса» и одного из главных спонсоров Партии Регионов Рината Ахметова. Этот «свой» для дончан олигарх, после разговора с представителем Госдепартамента США Викторией Нуланд открыто поддержал Майдан, сделав специальное заявление от имени своей основной корпорации «СКМ». Затем земляки могли видеть Рината Ахметова на инаугурации «майданного президента» Петра Порошенко.

    Антиолигархические лозунги для восставших Донбасса и масс, участвовавших в движении сопротивления на юго-востоке, антиолигархические лозунги не являются простым «популизмом». Эти массы на собственном политическом опыте поняли роль верхушки правящего класса — украинской политической олигархии.

    Это отличает массовое прогрессивное движение юго-востока от массового реакционного движения Майдана. На Майдане также присутствовали некоторые умеренные антиолигархические лозунги, однако, они как раз не выходили за пределы присущей крайне правым движения социальной демагогии и популизма — прямым доказательством этому служит избрание майданными массами президента-олигарха Петра Порошенко, а также одобрение назначения на ключевые посты таких олигархов как Игорь Коломойский и Сергей Тарута.

  3. Антинеолиберальная политика. Важной особенностью внутренней жизни республик Донбасса стало движение к социал-демократической, кейнсианской модели экономического развития, к социально-ориентированному госкапитализму. Конечно, пока это лишь тенденция, но тенденция важная, прямо противоположная экономической политики киевской власти. Робкие шаги по национализации стратегических объектов собственности (таких как торговые сети, шахты и др.) с восторгом воспринимаются населением республик. Из руководства ДНР ушёл Александр Бородай, отличившийся заявлением о том, что мы не будем проводить национализацию, потому что мы не коммунисты. Напротив, руководство республик не только проводит меры по возвращению в государственную собственность ряда объектов промышленности, торговли и инфраструктуры, но и активно рекламирует эти меры среди населения.

  4. Дружба народов, интернационализм и русский национализм. Все, кто был на Донбассе, отмечают интернациональный характер этого региона. Опасные тенденции развития русского национализма в ответ на украинский шовинизм новой киевской власти не получили серьёзного развития (хотя эта опасность активно раздувается противниками народных республик в пропагандистских целях). Напротив, официальное закрепление украинского языка как второго государственного в практически полностью русскоязычном регионе демонстрирует намерения народных республик проводить демократическую национальную и языковую политику. Также важным сигналом стало официальное празднование дня рождения украинского национального поэта Тараса Шевченко в Донецке и Луганске. Это показывает, что руководство республик понимает важность продемонстрировать альтернативу шовинистической и репрессивной языковой и культурной политике Киева.

    Также не получила серьёзного развития и другая опасность — клерикализация движения сопротивления. Несмотря на то, что православие упоминается в ряде документов народных республик, в реальной общественной жизни Донбасса клерикальные силы не играют определяющей или серьёзной роли. Движение сопротивления по преимуществу носит светский характер, а влияние религии и церкви не выходит за пределы того, какое они имели в довоенный период в Украине. Это выгодно отличает силы сопротивления от майданных сил, где реакционная греко-католическая церковь играла существенную роль (с официальной трибуны Майдана каждый день читались молитвы, пелись церковные псалмы и т. п.).

Таковы основные элементы политики народных республик Донбасса. Конечно, эта политика не является социалистической. Но она оставляет для левых, для коммунистов возможность участвовать в таком движении под собственным знаменем, с собственными идеями и лозунгами, не отказываясь от собственных взглядов и программы. Движение Майдана и постмайданная власть, изначально ориентированная на воинствующий антикоммунизм, таких возможностей не оставляет.

Рассмотрев подробно, продолжением какой именно политики является гражданская война для обеих сторон, нельзя не прийти к однозначному выводу, что эта политика не является одинаковой с точки зрения левых, антикапиталистических сил. Самозваные циммервальдисты либо неспособны провести анализ политики Киева и политики Донбасса, либо (что более вероятно) просто кривят душой, заявляя, что «обе стороны одинаковые».

Войны справедливые и несправедливые

Отношение марксистов к войне не сводится к отдельному случаю Первой мировой. Марксисты всегда поддерживали войны угнетённых против угнетателей, считая в случае справедливой войны пацифизм и самоустранение буржуазным лицемерием и скрытой поддержкой господ.

Да и в Первую мировую те социалисты, которые не опозорили себя предательством и переходом на службу к империалистическим правительствам, выступали не просто за прекращение братоубийственной войны, где рабочие одной страны убивают рабочих другой страны за чуждые интересы капиталистических элит; социалисты выступали за превращение империалистической войны в гражданскую. За то, чтобы угнетённые повернули оружие против собственных угнетателей, используя массовое вооружение народа как инструмент социальной революции.

«Бывали в истории в прошлом (и наверное будут, должны быть в будущем) войны (демократические и революционные войны), которые, заменяя на время войны всякое „право“, всякую демократию насилием, служили по своему социальному содержанию, по своим последствиям, делу демократии и, следовательно, социализма» 9,— писал Ленин. Именно случай такой войны мы имеем сейчас на Донбассе.

Такова была позиция подлинных левых циммервальдистов. Мнимые же «циммервальдисты» из Киева призывают к разоружению обеих сторон конфликта, ставя знак равенства между восставшими, с одной стороны, и регулярными войсками, пригнанными на фронт силой, и добровольными неонацистскими батальонами — с другой.

Требование разоружения по отношению к восставшим против Киева ополченцам равно требованию капитуляции, вряд ли самозваные циммервальдисты этого не понимают.

Конечно, любая война — это кровь и страдание людей, но если прекратить эту войну путём полного отказа от результатов восстания, то значит кровь была пролита зря. Более того, это означает месть и репрессии со стороны националистических сил в отношении населения Донбасса.

Примечания:

  1. Аллюзия на ответ Сталина в беседе с Эмилем Людвигом на вопрос «Допускаете ли Вы параллель между собой и Петром Великим? Считаете ли Вы себя продолжателем дела Петра Великого?»: «Ни в каком роде. Исторические параллели всегда рискованны. Данная параллель бессмысленна».— Маоизм.ру.
  2. Статья «Бунт потребителей. Глобальный кризис и формирование социальной базы Майдана».
  3. Фраза Киселёва «Россия — единственная в мире страна, которая реально способна превратить США в радиоактивный пепел» прозвучала 16 марта 2014 года в телепрограмме «Вести недели».— Маоизм.ру.
  4. Дальше Ленин пишет: «Ибо думать, что мыслима социальная революция без восстаний маленьких наций в колониях и в Европе, без революционных взрывов части мелкой буржуазии со всеми её предрассудками, без движения несознательных пролетарских и полупролетарских масс против помещичьего, церковного, монархического, национального и т. п. гнёта,— думать так значит отрекаться от социальной революции. Должно быть, выстроится в одном месте одно войско и скажет: „мы за социализм“, а в другом другое и скажет: „мы за империализм“ и это будет социальная революция! Только с подобной педантски-смешной точки зрения мыслимо было обругать ирландское восстание „путчем“.
    Кто ждёт „чистой“ социальной революции, тот никогда её не дождётся. Тот революционер на словах, не понимающий действительной революции.
    Русская революция 1905 г. была буржуазно-демократической. Она состояла из ряда битв всех недовольных классов, групп, элементов населения. Из них были массы с самыми дикими предрассудками, с самыми неясными и фантастическими целями борьбы, были группки, бравшие японские деньги, были спекулянты и авантюристы и т. д. Объективно, движение масс ломало царизм и расчищало дорогу для демократии, поэтому сознательные рабочие руководили им.
    Социалистическая революция в Европе не может быть ничем иным, как взрывом массовой борьбы всех и всяческих угнетённых и недовольных. Части мелкой буржуазии и отсталых рабочих неизбежно будут участвовать в ней — без такого участия не возможна массовая борьба, не возможна никакая революция — и столь же неизбежно будут вносить в движение свои предрассудки, свои реакционные фантазии, свои слабости и ошибки. Но объективно они будут нападать на капитал, и сознательный авангард революции, передовой пролетариат, выражая эту объективную истину разношёрстной и разноголосой, пёстрой и внешне-раздробленной массовой борьбы, сможет объединить и направить её, завоевать власть, захватить банки, экспроприировать ненавистные всем (хотя по разным причинам!) тресты и осуществить другие диктаторские меры, дающие в сумме ниспровержение буржуазии и победу социализма, которая далеко не сразу „очистится“ от мелкобуржуазных шлаков
    » (Итоги дискуссии о самоопределении).
  5. В. И. Ленин. Социалистическая партия и беспартийная революционность.
  6. Например: «В применении к войнам, основное положение диалектики… состоит в том, что „война есть просто продолжение политики другими“ (именно насильственными) „средствами“. Такова формулировка Клаузевица… И именно такова была всегда точка зрения Маркса и Энгельса, каждую войну рассматривавших как продолжение политики данных, заинтересованных держав — и разных классов внутри них — в данное время» (Полн. собр. соч., 5 изд., т. 26, с. 224 («Крах Ⅱ Интернационала».— Маоизм.ру.)).
  7. Напомним, что те левые, которые сегодня пытаются выдать себя за циммервальдистов, во время Майдана полностью поддерживали ту самую политику, продолжением которой стала война против Донбасса. Вот, что писали мнимые Либкнехты из Киева: «Мы требуем подписания Соглашения об ассоциации с Европейским Союзом и уверены, что оно будет способствовать расширению демократии, увеличению прозрачности власти, развитию справедливого судопроизводства и ограничению коррупции» (статья «За асоціацію без митних союзів та зон вільної торгівлі!» с более не существующего сайта «Лівої опозиції» «Гасло» — по иронии, у них сохранились группы в запрещённом в Украине «Вконтакте» — Маоизм.ру).
    Уже тогда мы писали: «Евроистерия захлестнула политический сектор „левее КПУ“. Анархистская группа выпускает листовку, где нет ни слова о том, что европейские анархисты активно выступают против Евросоюза — а лишь дежурные мантры про „самоорганизацию“. Небольшая троцкистская группа фотографируется с краешку майданной толпы, орущей „Слава нации! Смерть врагам!» и выпускает заявление, которое украсило бы сайт любой либеральной НКО: „Мы требуем подписания соглашения об ассоциации с Европейским союзом и уверены, что она будет способствовать расширению демократии… бла-бла-бла“.
    Товарищи левые, пора вспомнить, что такое оппортунизм. Это не обязательно участие в выборах (парламентаризм может быть и революционным). Оппортунизм — это, в том числе, и приспособление собственной политики к настроению толпы, к мейнстриму, и в конечном счёте — к чуждому классовому интересу.
    Именно по пути оппортунизма,— то есть приспособления,— пошли те украинские левые, которые убрали из своих заявлений общие для всех европейских левых лозунги против Евросоюза. Сняли, чтобы их пустили постоять на обочине „Евромайдана“. Победа которого не только не помогла бы распространению пресловутых европейских ценностей, а, напротив, гарантировано привела бы во власть тех самых националистов, которые нападают на нас сегодня. ‹…›
    Участвуют ли эти левые в реальной политике — или всего лишь подыгрывают праволиберальному блоку? Способны ли они всерьёз сагитировать кого-то в евромайданной толпе?  Нет, наоборот — они приспособили свою линию к евроинтеграционной истерии, охватившей мелкобуржуазную массу в Киеве, где двадцать лет правой пропаганды всегда заставят толпу „демократов“ плясать под „демократическую“ кричалку „кто не скачет, тот москаль“. Они сняли все лозунги против империалистического ЕС, чтобы казаться „своими“ в либерально-националистической толпе — хотя только левые могут донести до украинцев те аргументы против Евросоюза, которые доносят до своих сограждан европейские левые и профсоюзные активисты. Они поддались настроению своих не‑левых друзей. И потом им будет также стыдно за свои действия, как было стыдно сторонникам „народного президента“ Ющенко через несколько лет после предыдущего „Майдана“ — где тоже, и с тем же успехом, агитировали несколько левых.
    Но истерия схлынет, а память останется, товарищи
    » (Виктор Шапинов. «Евролевый» оппортунизм // Лiва, 27.11.2013.— Маоизм.ру).
  8. Статья Сергея Киричука «Активное участие националистов — ключевой фактор падения популярности Майдана» была на сайте «Боротьбы», теперь отсутствует.— Маоизм.ру.
  9. В. И. Ленин. Ответ П. Киевскому.

Уголовно-правовая борьба с контрреволюционными преступлениями в Китайской Народной Республике

Кто опубликовал: | 14.05.2019

Издание подготовлено кандидатом юридических наук И. А. Бушуевым под редакцией доктора юридических наук А. Е. Лунева.

§ 1. Общая характеристика уголовного законодательства Китайской Народной Республики о борьбе с контрреволюционными преступлениями

1 октября 1949 года было создано новое народно-демократическое государство Азии — Китайская Народная Республика, государство рабочих и крестьян, успешно строящее социализм.

Победа китайской революции подтвердила правильность ленинского положения о том, что «Все нации придут к социализму, это неизбежно, но все придут не совсем одинаково, каждая внесёт своеобразие в ту или иную форму демократии, в ту или иную разновидность диктатуры пролетариата, в тот или иной темп социалистических преобразований разных сторон общественной жизни» 1.

Переходный период китайского общества от капитализма к социализму характеризуется классовой борьбой в различных её формах.

«До завершения социалистических преобразований,— говорил в своём докладе на Ⅷ съезде Коммунистической партии Китая товарищ Лю Шаоци,— по-прежнему продолжает существовать классовая борьба» 2.

Классовые враги — помещики, компрадоры и другие представители эксплуататорских классов — оказывали отчаянное противодействие строительству нового социалистического общества. Это сопротивление нередко выражалось в тягчайших контрреволюционных преступлениях: измене родине, шпионаже, подстрекательстве к вооружённому восстанию и других враждебных действиях. Антинародная подрывная деятельность классовых врагов всемерно поддерживается международным империализмом, засылавшим и засылающим в Китайскую Народную Республику своих агентов; шпионов, террористов, вредителей и диверсантов. Классовое сопротивление свергнутых помещиков и капиталистов переплетается с прямым вмешательством во внутренние дела Китая иностранных империалистов, стремящихся сорвать или хотя бы затормозить социалистическое строительство в Китайской Народной Республике.

Государство демократической диктатуры народа в целях охраны социалистического строительства вынуждено подавлять врагов революции, пресекать всякие попытки к подрыву народно-демократического строя.

«Первой функцией диктатуры,— указывает тов. Мао Цзэдун,— является подавление внутри страны реакционных классов, реакционеров и эксплуататоров, сопротивляющихся социалистической революции, подавление тех, кто подрывает социалистическое строительство… Диктатура имеет и вторую функцию, а именно: защиту государства от подрывной деятельности и возможной агрессии со стороны внешних врагов» 3.

Борьба с враждебной деятельностью свергнутых эксплуататорских классов и иностранных лазутчиков первое время после возникновения КНР осуществлялась самим революционным народом, накопившим определённый опыт борьбы с классовыми врагами.

В то время ещё не успела сложиться система нового, народно-демократического уголовного законодательства. Реакционное же гоминдановское законодательство после уничтожения и слома враждебного народу режима было отброшено, как непригодное и чуждое, национальному духу китайского народа 4.

Отсутствие на первых порах уголовно-правовых актов в масштабе всей страны, разумеется, не означало, что борьба с контрреволюционными и другими общественно-опасными действиями была лишена всякого правового основания.

Роль правовых актов в первые годы существования КНР играли партийные и государственные политические установки и программы, регулировавшие различные стороны общественной и государственной жизни страны.

На Ⅷ съезде Коммунистической партии Китая в связи с этим специально отмечалось, что «выдвинутые в прошлом нашей партией и государством различные политические установки и программы, выражающие интересы и требования подавляющего большинства народа, из-за объективных условий хотя и не могли быть сразу же закреплены в виде конкретных и совершенных законов, но фактически все они сыграли роль законов» 5.

В ходе революции была уничтожена старая и создана новая, социалистическая законность.

«Наша народно-демократическая законность,— говорил тов. Дун Биу на Ⅷ Всекитайском съезде Коммунистической партии Китая,— сильна именно тем, что она родилась в борьбе за разрушение старых законов» 6.

Статья 17 Общей программы Народного политического консультативного совета Китая гласила:

«Ликвидируются все угнетающие-народ законы, указы и судебная система гоминдановского реакционного правительства и будут выработаны законы и изданы указы, защищающие интересы народа, а также установлена система народного правосудия» 7.

Новая законность явилась важным средством в борьбе за утверждение демократической диктатуры народа, за искоренение контрреволюции, за укрепление и развитие социализма в Китае. Она была мощным оружием народной власти в подавлении сопротивления свергнутых эксплуататорских классов и поддерживавших их агентов иностранных разведок.

Правовым основанием борьбы с контрреволюционерами в первые годы существования КНР служила норма права, содержавшаяся в ст. 7 Общей программы Народного политического консультативного совета Китая.

«Китайская Народная Республика,— говорилось в этой статье,— должна подавлять всякую контрреволюционную деятельность, строго наказывать всех гоминдановских контрреволюционных военных преступников и других закоренелых контрреволюционных главарей за связь с империалистами, измену Родине и борьбу против народной демократии. Рядовые же реакционные элементы, феодалы и помещики, представители бюрократического капитала, после их разоружения и ликвидации их особого влияния должны быть по закону лишены политических прав в течение периода, который будет сочтён необходимым» 8.

В соответствии с предписаниями Общей программы 23 июля 1950 года Государственный административный совет и Верховный народный суд Китайской Народной Республики дали совместные указания по вопросу о подавлении контрреволюционной деятельности, в которых говорилось:

  1. «Необходимо решительно подавлять и истреблять всех чанкайшистских бандитов, располагающих оружием и толкающих массы на мятежи. Зачинщики, руководители подобных заговоров, а также их активные участники, приговариваются в соответствии с законом к смертной казни.

  2. Лица, которые в контрреволюционных целях убивают государственных должностных лиц и отдельных граждан, разрушают заводы, шахты, склады, пути сообщения и другую общественную собственность, расхищают государственное и народное имущество, добывают для внешних и внутренних врагов сведения, составляющие государственную тайну, а также провоцируют отсталые элементы на всякую деятельность, направленную против народных правительств, должны задерживаться и подвергаться аресту. Организаторы подобной деятельности, а также её активные участники приговариваются в соответствии с законом к смертной казни или длительному тюремному заключению.

  3. Закоренелые агенты чанкайшистской разведки приговариваются в соответствии с законом к длительному тюремному заключению или смертной казни.

  4. Лица связанные с контрреволюционными элементами, указанными в трёх предыдущих пунктах, а также укрывающие эти контрреволюционные элементы, приговариваются в соответствии с законом, при наличии отягчающих обстоятельств, к длительному тюремному заключению или смертной казни» 9.

Эти указания легли в основу начавшегося в 1950 году массового социально-политического движения народа по борьбе с контрреволюцией. В эту кампанию включились миллионы трудящихся города и деревни, разоблачившие и передавшие в руки органов государства много контрреволюционных группировок, а также отдельных контрреволюционеров, выполнявших задания гоминдановской и иностранных капиталистических разведок 10.

По мере накопления опыта в борьбе с контрреволюционными преступлениями правительство Китайской Народной Республики издало ряд законодательных актов, регламентирующих деятельность государственных органов в области борьбы с контрреволюционерами.

20 февраля 1951 года Центральный правительственный совет КНР утвердил Положение о наказаниях за контрреволюционную деятельность 11, являющееся и поныне основным законодательным актом по борьбе с контрреволюционными преступлениями.

Сформулировав основные составы контрреволюционных преступлений, Положение предусматривает суровую ответственность за враждебную подрывную деятельность.

Большую роль в искоренении контрреволюционных элементов в Китайской Народной Республике играют также Временные правила надзора над контрреволюционными элементами, принятые Государственным административным советом 27 июня 1952 года 12. Эти правила были выработаны в целях подавления контрреволюции, укрепления демократической диктатуры народа, трудового и политического перевоспитания контрреволюционеров.

Среди законодательных актов, изданных в целях борьбы за искоренение контрреволюции в КНР, должны быть также названы постановления Государственного административного совета «О конфискации имущества военных преступников, предателей, представителей бюрократического капитала и контрреволюционеров» от 4 февраля 1951 года 13 и «О конфискации имущества лиц, совершивших контрреволюционные преступления» от 22 июня 1951 года 14.

Эти постановления Государственною административного совета КНР внесли единообразие в судебную практику применения конфискации имущества у лиц, совершивших контрреволюционные преступления.

19 апреля 1951 года Государственный административный совет принял Временное положение о наказаниях за подрыв государственной денежной системы 15. Этот акт был издан, как указывается в ст. 1 Положения, «в целях защиты государственных денежных знаков и укрепления государственного денежного обращения». Подрыв государственной денежной системы в контрреволюционных целях рассматривается в соответствии с этим Положением как контрреволюционное преступление.

Большую роль в борьбе со шпионажем, с подрывной деятельностью врага играет также Временное положение об охране государственной тайны от 1 июня 1951 года 16, призванное содействовать строгой охране государственной тайны в Китайской Народной Республике и препятствовать «внутренним и внешним шпионам, контрреволюционерам и подрывным элементам разведывать, выкрадывать или покупать материалы, содержащие государственную тайну» 17.

18 апреля 1952 года Центральный народный правительственный совет принял Положение о наказаниях за коррупцию в Китайской Народной Республике 18, играющее важную роль в борьбе с экономической контрреволюцией.

Названные законодательные акты имеют большое мобилизующее и воспитательное значение. Они направлены на повышение сознательности и политической бдительности китайского народа, на искоренение контрреволюции в стране 19.

Обобщив опыт борьбы с контрреволюционными элементами и определяя задачи этой борьбы в новых условиях социалистического строительства, Конституция Китайской Народной Республики, принятая в сентябре 1954 года, законодательно закрепляет необходимость суровой и решительной борьбы с врагами социалистического государства. В статье 19 Конституции КНР устанавливается, что «Китайская Народная Республика защищает строй народной демократии, подавляет всякую предательскую и контрреволюционную деятельность, наказывает всех предателей и контрреволюционеров».

Новая социалистическая законность в Китайской Народной Республике, направленная на укрепление и развитие новых общественных отношений, основывается на опыте борьбы трудящихся, приобретённом в ходе социалистической революции, она проникнута духом «линии масс».

«Линия масс» в борьбе с контрреволюцией предполагает активную поддержку и помощь со стороны трудящихся органам общественной безопасности КНР в борьбе с контрреволюционными преступлениями 20. «Линия масс», с другой стороны, означает контроль трудящихся масс над деятельностью органов государства, в частности над деятельностью органов общественной безопасности.

Товарищ Мао Цзэдун говорит:

«Нашей линией в работе по искоренению контрреволюционеров является линия масс. Но даже если применять линию масс, в работе также могут иметь место изъяны, однако этих изъянов будет сравнительно меньше, а ошибки можно будет исправлять значительно легче. Массы приобретают опыт в борьбе. Если мы поступаем правильно, то приобретаем опыт правильных действий, если совершаем ошибки, то извлекаем урок из совершенных ошибок» 21.

Эта «линия масс» закреплена в ряде законодательных актов, и прежде всего в Конституции КНР, статья 17 которой предусматривает, что «все государственные органы должны опираться на народные массы, постоянно поддерживать с ними тесные связи, прислушиваться к их мнению и находиться под их контролем».

Развивая творческую инициативу трудящихся масс в борьбе с контрреволюционными преступлениями, Положение о наказаниях за контрреволюционную деятельность предоставляет право любому лицу раскрыть контрреволюционное преступление и тайно сообщить о нём народному правительству 22. Однако при этом недопустимы ложные обвинения и клевета.

Опыт борьбы с контрреволюцией в Китайской Народной Республике свидетельствует об активном участии трудящихся в искоренении контрреволюционных элементов, об их большой помощи органам общественной безопасности в разоблачении враждебных лиц.

Так, по данным Бюро общественной безопасности Шанхая, 50 % всех дел за 1954—1955 годы было возбуждено по инициативе трудящихся. Только за 1955—1956 годы (период второго массового движения по подавлению контрреволюции) органами безопасности Шанхая получено 110 тысяч писем трудящихся, на основе которых было разоблачено 30 тысяч контрреволюционеров 23.

В целях мобилизации трудящихся масс на помощь народным правительствам для борьбы с предателями, шпионами, бандитами, для предотвращения пожаров и для подавления контрреволюционной деятельности в Китайской Народной Республике учреждены специальные комиссии по охране общественного порядка. Временное положение об организации комиссий по охране общественного порядка 24, утверждённое 27 июля 1952 года Государственным административным советом Центрального народного правительства, устанавливает, что эти комиссии являются массовыми организациями, работающими под руководством низовых органов власти и низовых органов общественной безопасности. В комиссию могут быть избраны лишь честные и стойкие представители трудящегося народа, умеющие держать связь с массами и являющиеся активными борцами за сохранение и укрепление общественного порядка.

В нашей литературе справедливо отмечается, что «в работе комиссий по охране общественного порядка проявляется проводимая КПК политика „линии масс“ применительно к работе органов общественной безопасности. „Линия масс“ в данном случае — это связь органов общественной безопасности с народом, опора в работе на народные массы, контроль народных масс над этими органами» 25.

Для успешного завершения строительства социализма в КНР необходимо вести в настоящее время активную борьбу с контрреволюцией. Ныне в Китайской Народной Республике существуют два эксплуататорских класса и два класса трудящихся.

Один эксплуататорский класс состоит из антисоциалистических буржуазных правых элементов, принадлежащих к низвергнутым классам помещиков и капиталистов. Как указывалось на 2-й сессии Ⅷ Всекитайского съезда Коммунистической партии, буржуазные правые элементы, пытающиеся подорвать социалистическое строительство в Китае, составляют враждебный трудящимся эксплуататорский класс, они по существу являются ныне агентами империалистов, феодально-компрадорских сил и чанкайшистского гоминдана 26.

Другой эксплуататорский класс составляет в настоящее время национальная буржуазия, которая колеблется между социалистическим и капиталистическим путями и находится в переходном состоянии 27.

К классам трудящихся принадлежат рабочие и крестьяне. Рабочий класс является передовым отрядом китайского общества, руководящей силой в строительстве социализма.

Эти четыре класса (буржуазные правые элементы, национальная буржуазия, рабочие, крестьяне), как отмечалось на 2-й сессии Ⅷ Всекитайского съезда Коммунистической партии Китая, претерпели серьёзные изменения в ходе движения за упорядочение стиля работы и борьбы против правых элементов.

Правые элементы в процессе этой борьбы были изолированы и разоблачены перед лицом трудящихся масс как их заклятые враги. Однако, как отмечалось на Ⅷ съезде КПК, необходимо быть готовыми к длительной борьбе с буржуазными правыми элементами, с различными контрреволюционерами и другими уголовными преступниками, нарушающими революционную законность и общественный порядок.

Главные силы контрреволюции в КНР в настоящее время уже разбиты, хотя контрреволюционеры всё ещё имеются. Нельзя недооценивать, как подчёркивает тов. Мао Цзэдун, подрывную деятельность контрреволюции:

«Если мы утратим бдительность, то мы можем попасть впросак и жестоко за это поплатиться. Всюду, где контрреволюционеры творят свои грязные дела, их необходимо решительно уничтожать» 28.

Вместе с тем нельзя и переоценивать роль и значение контрреволюционной деятельности в Китайской Народной Республике.

«Если говорить о всей стране в целом, то контрреволюционных элементов сейчас действительно уже немного» 29,— отмечает Мао Цзэдун.

Опираясь на закономерности борьбы с контрреволюцией, КПК с июня 1955 года развернула в масштабе всей страны движение за искоренение контрреволюционных элементов в государственных учреждениях, народных организациях, в Коммунистической партии и в различных демократических партиях. До октября 1957 года это успешно развернувшееся движение охватило свыше 18 миллионов рабочих и служащих. Движение за искоренение контрреволюционных элементов обогатило Коммунистическую партию опытом руководства борьбой с подрывной деятельностью внешних и внутренних врагов, ещё более закалило политически рабочий класс и его партию, упрочило демократическую диктатуру в стране 30.

Оценивая огромную роль борьбы с контрреволюцией в Китайской Народной Республике, Председатель Китайской Народной Республики Мао Цзэдун указывал:

«Возникновение венгерских событий вызвало некоторые колебания среди части интеллигентов в нашей стране, но не вызвало каких-либо беспорядков. Чем это объяснить? Следует сказать, что одна из причин состоит в том, что мы довольно основательно искоренили контрреволюционеров… Наши успехи в области искоренения контрреволюционеров несомненно являются одной из важных причин прочности нашего государства» 31.

Борьба с контрреволюционными преступлениями в КНР предполагает дальнейшее совершенствование законности, улучшение ныне действующих нормативных актов. На Ⅷ съезде Коммунистической партии Китая указывалось на необходимость создания нового уголовного кодекса, проект которого уже разработан. Некоторые законодательные акты, регулирующие вопросы борьбы с контрреволюционными преступлениями, по мнению китайских товарищей, нуждаются в серьёзных изменениях.

Тов. Дун Биу в выступлении на съезде отмечал, что хотя Положение о наказаниях за контрреволюционную деятельность и является острым оружием народно-демократической власти, однако с точки зрения сегодняшнего дня его нельзя признать «полностью совершенным». На съезде также указывалось, что в связи с изменением политической и экономической обстановки должны быть переработаны такие законы, как Временные правила надзора за контрреволюционными элементами, Положение о наказаниях за коррупцию и ряд других актов.

Дальнейшее совершенствование законов, укрепление социалистической законности во всех звеньях государственного аппарата рассматривается в КНР как необходимое условие развития народно-демократического государства.

§ 2. Общее понятие и виды контрреволюционных преступлений по уголовному законодательству Китайской Народной Республики

Выше уже отмечалось, что одним из основных законодательных актов, предусматривающих ответственность за контрреволюционные преступления, в КНР является Положение о наказаниях за контрреволюционную деятельность. Оно раскрывает классовую природу и политическое содержание уголовного законодательства КНР о борьбе с контрреволюционными преступлениями.

Наряду с конкретными составами контрреволюционных преступлений в Положении содержится определение общего понятия контрреволюционного преступления. В статье 2 Положения указывается, что лица, совершившие преступления с целью свержения народно-демократической власти и подрыва народной демократии, караются согласно настоящему Положению. Из этого указания следует, что контрреволюционным Положение признаёт всякое преступление, совершаемое с целью свержения народно-демократической власти и подрыва народной демократии.

В соответствии с общим понятием контрреволюционного преступления следует признать, что его объектом является демократическая диктатура народа, то есть демократическая диктатура трудящихся рабочих и крестьян. Указание на объект контрреволюционных преступлений содержится и в ст. 1 Положения. В этой статье подчёркивается, что данное Положение выработано на основании ст. 7 Общей программы Народного политического консультативного совета Китая для наказания за контрреволюционные преступления с целью подавления контрреволюционной деятельности и укрепления демократической диктатуры народа.

Всякое контрреволюционное посягательство на внешнюю безопасность Китайской Народной Республики, на основные политические, хозяйственные или национальные завоевания Китайской Народной Республики есть посягательство на демократическую диктатуру народа.

Внешняя безопасность Китайской Народной Республики непосредственно связана с военной мощью страны, с обеспечением государственной независимости Народного Китая.

Государственная независимость КНР выражается в исключительном праве китайского народа и его государства решать вопросы внутренней жизни своей страны, а также представлять интересы китайского народа за рубежом. Китайская Народная Республика решительно выступает против всяких посягательств на суверенные права своего народа, против провокационных действий американских империалистов, которые до последнего времени стремятся не допустить Китай в ООН и всячески пытаются помешать китайскому народу освободить свою территорию — острова Тайвань, Пэнхуледао, Цзиньмыньдао, Мацзудао и др. Китайский народ в его справедливой борьбе за независимость и территориальную целостность своей Родины находит поддержку со стороны всех социалистических государств, а также со стороны всех миролюбивых народов земного шара.

Территория Китайской Народной Республики (сухопутные границы, прибрежная 12-мильная 32 морская полоса открытых морей и океанов, воздушное пространство, находящееся в пределах сухопутных и водных границ) является священной и неприкосновенной.

Вооружённые силы Китайской Народной Республики дают решительный отпор всем посягательствам на территориальную целостность КНР. Пираты Чан Кайши, нарушающие границы Китайской Народной Республики 33, а также американские империалисты не раз испытали на себе силу и мощь Народно- освободительной армии Китая.

Таким образом, всякое посягательство на внешнюю безопасность КНР (её военную мощь, государственную независимость и неприкосновенность её территории) является контрреволюционным преступлением и согласно Положению о наказаниях за контрреволюционную деятельность влечёт за собой уголовную ответственность.

Уголовное законодательство Китайской Народной Республики охраняет также основные политические, хозяйственные и национальные завоевания Китайской революции.

Политические завоевания китайского народа связаны с утверждением народно-демократической власти.

«Вся власть в Китайской Народной Республике,— указывается в статье 2 Конституции КНР,— принадлежит народу в лице Всекитайского Собрания Народных Представителей и местных собраний народных представителей».

К основным хозяйственным завоеваниям Китайской Народной Республики относится прежде всего утверждение социалистической системы хозяйства как в промышленности, так и в других отраслях народного хозяйства страны.

Ведущим в народном хозяйстве КНР является социалистический сектор, основанный на общенародной собственности. Этот вид собственности включает недра, леса, воды, фабрики, заводы, шахты, рудники, целинные земли и другие ресурсы, принадлежащие всему народу.

Основные завоевания Китайской революции в области равноправия национальностей зафиксированы в ст. 3 Конституции КНР. Китайская Народная Республика представляет собой единое, многонациональное государство. Все национальности Китая равноправны. Закон запрещает дискриминацию и гнёт в отношении любой национальности, запрещает любые действия, направленные на подрыв сплочённости национальностей. Каждой национальности предоставляется право развить свой язык и письменность, право сохранять или изменять свои нравы и обычаи. Подрыв этих завоеваний Китайской Народной Республики в контрреволюционных целях рассматривается как тяжкое контрреволюционное преступление.

Таким образом, объектом контрреволюционного преступления в Китайской Народной Республике могут быть внешняя безопасность страны, основные политические, хозяйственные и национальные завоевания китайского народа.

Объективная сторона любого контрреволюционного преступления выражается в деянии, направленном на свержение народно-демократической власти и на подрыв государства народной демократии. При этом контрреволюционные преступления совершаются, как правило, в форме активного действия.

В конце 1953 года в Шанхае была раскрыта и привлечена к ответственности контрреволюционная банда, пытавшаяся активно противодействовать мероприятиям народной власти, в частности сорвать проведение выборов народных представителей. Как показало следствие, организатор банды Чэнь Фэнмин, в прошлом крупный помещик, а также четыре других главных участника банды совершили много тяжких преступлений против китайского народа. Они убили 25 революционеров и прогрессивных общественных деятелей в различных уездах провинции Цзянсу.

В октябре 1953 года, когда в Шанхае развернулась избирательная кампания, эти контрреволюционеры сфабриковали поддельные избирательные удостоверения и различными способами саботировали и срывали работу по проведению выборов.

Военный трибунал приговорил главных преступников Чэнь Фэнмина, Сун Кайвана, Инь Чансиня, Тань Люйхуэя и Лянь Хуайи к смертной казни, другие соучастники приговорены к лишению свободы на различные сроки.

Контрреволюционные преступления могут быть совершены не только в форме активного действия, но и путём преступного бездействия. В форме бездействия может быть совершено, например, такое опасное контрреволюционное преступление, как вредительство (ст. 9 Положения).

Некоторые контрреволюционные преступления предусматривают в качестве преступного результата наступление определённых вредных последствий (например, разрушение или расхищение военных сооружений, земледельческих хозяйств, заводов, лесов и т. п. при диверсионном акте). Составы других контрреволюционных преступлений сконструированы так, что оконченным преступлением признается уже сам факт совершения тех или иных действий, независимо от наступления или ненаступления преступного результата (например, при террористическом акте состав преступления будет оконченным с момента нападения с контрреволюционной целью на государственных служащих или отдельных граждан независимо от последствий такого нападения).

Субъектом контрреволюционных преступлений могут быть как граждане Китайской Народной Республики — враги трудящихся, так и иностранцы и лица без гражданства 34.

Контрреволюционные преступления в Китайской Народной Республике совершаются классовыми врагами трудящихся; бывшими помещиками, компрадорами и другими представителями свергнутых эксплуататорских классов. Иногда этим лицам удаётся склонить к совершению контрреволюционных преступлений и отдельных неустойчивых лиц из среды трудящихся. Подрывную деятельность против Народного Китая ведут также агенты империалистических государств, в первую очередь американские и чанкайшистские агенты, которые так же, как и внутренние враги, являются субъектами контрреволюционных преступлений.

Народный суд провинции Гуандун в январе 1955 года вынес приговор трём группам шпионов, заброшенных на американских самолётах на территорию провинции и захваченных органами общественной безопасности КНР с помощью местного населения.

Двое, входивших в первую группу, Хук Бинъюэ и Хэ Си, в прошлом офицеры чанкайшистокой армии, совершившие кровавые преступления против китайского народа, оказались членами чанкайшистской шпионской организации, находящейся в подчинении. Центрального разведывательного управления США. Оба шпиона прошли подготовку в американских шпионских школах. При аресте у них отобрано оружие, радиоаппаратура и золото. На них было возложено задание — провоцировать беспорядки, убивать бойцов и коммунистов Народно- освободительной армии Китая, собирать информацию политического и экономического характера и т. д. Вторая и третья группы шпионов в составе 52 человек были сброшены на парашютах в разных местах на острове Хайнань для организации вооружённых налётов. Однако диверсантам не удалось осуществить своих коварных планов. При поимке банды диверсантов, оказавших вооружённое сопротивление, 34 бандита были убиты, 16 захвачены в плен.

Верховный народный суд провинции Гуандун помиловал двоих добровольно сдавшихся в плен шпионов, 11 преступников приговорил к смертной казни, остальных — к различным срокам каторжных работ.

Суд Китайской Народной Республики не менее сурово карает и иностранных граждан, виновных в совершении контрреволюционных преступлений. Так, Военный трибунал Верховного народного суда КНР в конце 1954 года вынес приговор 22 американским шпионам, осуждённым за преступления, угрожавшие безопасности Китая. Четыре человека приговорены к смертной казни, остальные — к различным срокам тюремного заключения.

Осуждённые, из которых 13 были американцами и 9 — китайцами, входили в две шпионские группы. Одной из них руководил командующий американской «581-й авиабригадой снабжения и связи» полковник Джон Нокс Арнольд. В его подчинении находился начальник лётной и боевой подготовки 91-й эскадрильи стратегической разведки военно-воздушных сил США на Дальнем Востоке майор Уильям Хэрл Баумер. В другую шпионскую группу входили Джон Томас Дауни (он же Джек Дановен) и Ричард Джорж Фекто. Оба они были специальными агентами Центрального разведывательного управления США.

Дауни и Фекто были задержаны 29 ноября 1952 года, когда их самолёт сбили над Северо-Восточным Китаем, куда они были переброшены для установления связи с другими шпионами. Шпионы, заброшенные в Северо-Восточный Китай, должны были создавать базы для вооружённых агентов, площадки для приёма сброшенных с самолётов материалов, собирать шпионские сведения и организовывать остатки чанкайшистских банд для вооружённого восстания.

«581-й авиабригаде снабжения и связи», которой командовал Арнольд, проведение шпионской деятельности было поручено американским Центральным разведывательным управлением. Функции этой авиабригады состояли в том, чтобы забрасывать шпионов в Китай и в Советский Союз, снабжать их необходимыми материалами и поддерживать с ними связь.

12 января 1953 года самолёт, в котором летели Арнольд и Баумер, вторгся в воздушное пространство Китая, где был сбит над провинцией Ляонин. Разведчики были задержаны.

Военный трибунал Верховного Народного Суда КНР приговорил Дауни к пожизненному тюремному заключению, Фекто — к 20 годам, Арнольда —к 10 годам и Баумера — к 8 годам тюремного заключения 35.

В процессе борьбы за искоренение контрреволюции в КНР были выделены три категории контрреволюционных элементов.

К первой категории относятся лица, составляющие костяк контрреволюции. Они, как правило, выступают в роли организаторов и руководителей всякого рода контрреволюционных организаций и групп и являются наиболее опасными преступниками. Организаторы, руководители контрреволюционных организаций, так же, как и закоренелые контрреволюционеры, подлежат более суровому наказанию, чем другие лица, занимающиеся контрреволюционной деятельностью.

Так, например, как злостный контрреволюционер был осуждён Юань Хоусин. Он служил в гоминдановской армии, а после освобождения страны, оказавшись в Гонконге, вступил в шпионско-диверсионную организацию, именовавшую себя «Антикоммунистической армией спасения родины». Питая лютую ненависть к народному строю, он стремился, где только мог, показать своё рвение. Заправилы гоминдановской разведки оценили его усердие, назначив начальником диверсионного отряда. Не раз участвовал он в боях против пограничников Гуандуна, а в 1956 году был послан с важным заданием в Кантон. Во время ареста он сопротивлялся, после ареста отказался дать показания и не проявил никакого раскаяния. Этого врага, даже не пытавшегося скрыть свою ненависть к народной власти, суд приговорил к смертной казни 36.

Ко второй категории контрреволюционных элементов относятся лица, которые совершили не столь тяжкие преступления.

Это наиболее колеблющаяся часть контрреволюционных элементов: они занимаются враждебной деятельностью, но не являются такими убеждёнными врагами народа, как контрреволюционеры первой категории.

К третьей категории контрреволюционных элементов относятся лица, совершавшие контрреволюционные преступления по принуждению. Этих лиц заставили вступить в контрреволюционные организации и склонили к совершению отдельных контрреволюционных преступлений. Лица этой категории представляют меньшую общественную опасность, чем активные контрреволюционеры и лица, совершающие контрреволюционные преступления без какого бы то ни было принуждения. Это учитывается судом при назначении таким лицам наказания за совершенные ими контрреволюционные преступления. Иногда, в зависимости от обстоятельств дела, эти лица совсем не привлекаются к уголовной ответственности.

При решении вопроса о наказании лиц, совершивших контрреволюционные преступления, народно-демократическая власть придерживается принципа наказать меньшинство и перевоспитать большинство. Это означает, что суровому наказанию подлежат лишь контрреволюционеры, совершившие наиболее тяжкие преступления. Те же контрреволюционные элементы, которые совершили не очень опасные преступления и которые не являются убеждёнными врагами народа, вообще не подвергаются арестам. В каждом отдельном случае за ними может быть установлен надзор с одновременным привлечением этих лиц к общественно-полезному труду.

С субъективной стороны для состава контрреволюционного преступления по законодательству Китайской Народной Республики необходимо установить в действиях виновного наличие контрреволюционной цели. Поэтому контрреволюционное преступление с субъективной стороны может быть совершено только с прямым умыслом. Контрреволюционная цель, характеризующая эти преступления, специально оговаривается в статье 2 Положения о наказаниях за контрреволюционную деятельность: «лица, совершившие преступления с целью свержения Народно-демократической власти и подрыва народной демократии, караются согласно настоящему Положению».

Контрреволюционная цель предполагает сознание виновным, что совершаемые им действия направлены на свержение народно-демократической власти и подрыв народной демократии, и желание, чтобы эти последствия наступили.

Положение о наказаниях за контрреволюционную деятельность содержит, таким образом, указания на объект, объективную сторону, субъект и субъективную сторону контрреволюционного преступления.

В этом уголовно-правовом акте решаются также некоторые вопросы общей части уголовного трава применительно к контрреволюционным преступлениям.

Прежде всего необходимо отметить, что этот закон предусматривает возможность применения аналогии. В соответствии со статьёй 16 Положения лица, которые в контрреволюционных целях совершили другие, не предусмотренные настоящим Положением преступления, подлежат наказанию по аналогии с наиболее сходными преступлениями, предусмотренными настоящим Положением. Следует, однако, иметь в виду, что делегация китайских юристов на Ⅵ конгрессе Международной ассоциации юристов-демократов, состоявшемся в 1956 году, присоединилась к тому мнению, что «доктрина аналогии не должна составлять часть какого бы то ни было процесса и составы преступления должны быть чётко установлены» 37.

Укрывательство и пособничество лицам, совершившим контрреволюционные преступления, карается в КНР как самостоятельное преступление. Согласно ст. 13 Положения лица, укрывающие и оказывающие помощь контрреволюционным преступникам, караются тюремным заключением на срок до десяти лет, а при отягчающих обстоятельствах — тюремным заключением на срок от десяти лет и выше, пожизненным тюремным заключением или смертной казнью.

В Положении о наказаниях за контрреволюционную деятельность не упоминается о наказуемости приготовления и покушения на контрреволюционное преступление. Несмотря на отсутствие специальных указаний в законе, следует признать, что приготовление и покушение на контрреволюционное преступление караются на основании статей Положения о наказаниях за контрреволюционную деятельность 38, предусматривающих соответствующие преступления.

Такой вывод необходимо сделать из сопоставления Положения о наказаниях за контрреволюционную деятельность и Временного положения о наказаниях за подрыв государственной денежной системы.

Статья 7 Временного положения о наказаниях за подрыв государственной денежной системы специально указывает, что приготовление и покушение, совершенные с контрреволюционной целью наказываются в соответствии со статьями настоящего Положения.

Положение о наказаниях за контрреволюционную деятельность содержит специальные правила о действии этого закона во времени. Согласно ст. 18 Положения его правила распространяются и на контрреволюционные преступления, совершённые до введения его в действие.

Большая общественная опасность контрреволюционных преступлений, предусмотренных Положением о наказаниях за контрреволюционную деятельность, обусловила необходимость установления суровых мер наказания. Именно поэтому в большинстве случаев в качестве наказания за контрреволюционные преступления предусматривается смертная казнь, пожизненное заключение или длительное тюремное заключение.

Смертная казнь является исключительной мерой уголовного наказания. Она применяется лишь к особо опасным преступникам, совершившим наиболее тяжкие злодеяния против народа.

На Ⅷ съезде Коммунистической партии Китая специально обращалось внимание работников юстиции КНР на исключительный характер такой меры наказания, как смертная казнь.

«Центральный Комитет партии,— указывалось в отчётном докладе Ⅷ съезду,— считает, что, за исключением весьма незначительного числа лиц, совершивших вопиющие преступления и вызвавших ненависть народа, к которым нельзя не применить смертной казни, всем прочим преступникам не следует выносить смертного приговора, а также необходимо вполне гуманно относиться к ним во время отбывания ими срока наказания» 39.

Смертная казнь как мера уголовного наказания может назначаться и условно, с отсрочкой исполнения приговора 40. Условно осуждённые на смертную казнь содержатся в тюрьмах, где могут быть использованы на принудительных работах. Окончательное решение вопроса о приведении такого приговора в исполнение зависит от поведения осуждённого.

Все дела, по которым назначается смертная казнь, должны быть рассмотрены или утверждены Верховным народным судом. Максимальный срок тюремного заключения за контрреволюционные преступления в законодательстве КНР не установлен, однако в статье 15 Положения указывается, что срок тюремного заключения лиц, совершивших несколько преступлений, должен быть меньше общей суммы наказаний, но выше предела, предусмотренного за наиболее тяжкое из совершенных преступлений 41.

Положение о наказаниях за контрреволюционную деятельность устанавливает обязательное применение к осуждённым за контрреволюционные преступления дополнительных мер наказания — лишение политических прав я полная или частичная конфискация имущества.

Конфискация имущества полная или частичная назначается в зависимости от степени общественной опасности осуждённого, причинённого им вреда и тяжести его преступления 42.

Строго карая злостных контрреволюционеров, народная власть вместе с тем великодушно относится к лицам, совершившим в прошлом не очень опасные преступления. Министр общественной безопасности КНР в связи с этим писал:

«По делам всех раскаявшихся, заслуживших и особо заслуживших людей выносятся великодушные решения. Что же касается контрреволюционеров и других вредных элементов, против которых имеются уличающие доказательства,— но которые упорно не признаются,— то к ним решительно применяется строгое наказание. Все контрреволюционеры, совершившие в прошлом незначительные преступления, если только они откровенно признаются и раскаиваются, от уголовного преследования освобождаются. Делается строгое разграничение между совершившими в прошлом преступления рядовыми контрреволюционерами и крупными контрреволюционерами, между контрреволюционной деятельностью в прошлом и контрреволюционной деятельностью в настоящее время, между контрреволюционерами вообще и контрреволюционным костяком. Эта политика разграничения контрреволюционеров по степени серьёзности их преступлений и дифференцированного к ним подхода эффективно стимулировала раскол и разложение контрреволюционных элементов» 43.

Политика снисходительного отношения к некоторым лицам, совершившим контрреволюционные преступления, нашла своё отражение и в Положении о наказаниях за контрреволюционную деятельность. Статья 14 Положения специально оговаривает, что к лицам, совершившим преступления, предусмотренные настоящим Положением, может быть проявлено снисхождение: наказание им может быть уменьшено или же они могут быть совсем освобождены от наказания при наличии смягчающих вину обстоятельств. К таким обстоятельствам относятся:

  1. Добровольная явка к народному правительству, признание своей вины и искреннее раскаяние в содеянных преступлениях.

    Так, агент чанкайшистской подрывной организации Юань Дефу в мае 1949 года взорвал лодки Управления речного транспорта гор. Тяньцзиня и ранил при этом 6 носильщиков. Впоследствии он проводил организационную работу по созданию подпольных вооружённых групп. В период движения по подавлению контрреволюции Юань Дефу явился в органы власти с повинной, сдал 20 цзиней (1 цзинь равен 0,6 кг) взрывчатых веществ и разоблачил главарей и соучастников по своему делу.

    Учитывая явку с повинной, чистосердечное раскаяние и разоблачение преступником своих соучастников, суд смягчил предусмотренную законом меру наказания, приговорив Юань Дефу к пяти годам тюремного заключения 44.

  2. Чистосердечное признание в совершенном преступлении и раскаяние в нём с искуплением вины своей последующей деятельностью.

  3. Совершение преступления не по собственному желанию, а в результате запугивания и обмана со стороны контрреволюционных элементов.

  4. Совершение до освобождения данной территории контрреволюционного преступления, не вызвавшего тяжёлых последствий, в случае, когда после освобождения этой территорий виновный искренне раскаялся в содеянном и порвал связь с контрреволюционными организациями.

Благодаря политике сурового наказания злостных контрреволюционеров и снисходительной политике в отношении лиц, совершивших менее опасные преступления, в Китайской Народной Республике достигнуты известные успехи в искоренения контрреволюционных элементов внутри организаций и учреждений, а также в подавлении контрреволюционеров в стране. Общее число контрреволюционных и других преступных элементов, явившихся с повинной, превысило по всей стране 370 тысяч человек 45. Большую роль в искоренении злостных контрреволюционеров и в перевоспитании некоторых из них играют Временные правила надзора над контрреволюционными элементами, принятые Государственным административным советом 27 июня 1952 года. Эти правила были выработаны, как отмечается в статье 1, в целях полного подавления контрреволюции, укрепления демократической диктатуры народа и усиления надзора над контрреволюционными элементами в соответствии со статьёй 7 Общей программы Народного политического консультативного совета Китая и с Положением о наказаниях за контрреволюционную деятельность. Цель надзора заключается в том, чтобы под наблюдением правительства и под контролем народных масс путём применения определённого наказания и идеологического воспитания добиться превращения контрреволюционеров в новых людей (ст. 2).

При этом следует иметь в виду, что под надзор местных органов государства берутся лишь те контрреволюционные элементы, которые не только совершили преступления в прошлом, но и после освобождения страны не раскаялись и продолжали свою подрывную контрреволюционную деятельность. Надзор над этими лицами устанавливается в том случае, если по степени тяжести совершенных ими преступлений они не подлежат уголовному наказанию и изоляции от общества. К числу этих лиц согласно ст. 3 Временных правил надзора над контрреволюционными элементами принадлежали:

  1. агенты контрреволюционной особой службы 46;
  2. основные кадры реакционных партий и организаций;
  3. главари реакционных религиозных сект;
  4. помещики, упорно стоящие на реакционных позициях;
  5. чанкайшистские военные и гражданские чиновники, упорно стоящие на реакционных позициях;
  6. прочие контрреволюционные элементы, подлежащие надзору.

Взятие под надзор влечёт за собой ограничение следующих прав:

  1. права избирать и быть избранным;
  2. права занимать руководящие должности в государственных учреждениях;
  3. права вступать в народные вооружённые силы и народные организации;
  4. свободы слова, печати, собраний, союзов, права переписки, выбора места жительства, переселения, участия в уличных шествиях и демонстрациях;
  5. права пользоваться народными почестями.

Срок надзора устанавливается до трёх лет и может быть продлён, если поднадзорный не исправился.

В случае возобновления контрреволюционной деятельности лицо, взятое под надзор, может быть заключено под стражу. Если поднадзорный исправился, надзор может быть полностью отменен или срок его сокращён. Это правило действует при наличии хотя бы одного из следующих условий:

  1. если находящийся под надзором добросовестно исполняет законы и распоряжения правительства и правила надзора, а также проявил себя с хорошей стороны в своих действиях;
  2. если он подчиняется контролю со стороны масс, активно участвует в труде на производстве и действительно исправился;
  3. если поднадзорный имеет заслуги перед народным правительством в активном выявлении контрреволюционных элементов;
  4. если он имеет другие искупающие вину заслуги или принёс особую пользу.

Временные правила надзора над контрреволюционными элементами специально подчёркивают, что надзор устанавливается только за данным лицом и не распространяется на членов его семьи и друзей. Право установления надзора принадлежит народным судебным органам, а также уездным, городским и вышестоящим органам общественной безопасности.

Наказание за контрреволюционные преступления отбывается осуждёнными, как правило, в тюрьмах либо в исправительно-трудовых лагерях. Тюрьмы и исправительно-трудовые лагеря, находящиеся в ведении органов общественной безопасности, ставят перед собой задачу наказания и перевоспитания контрреволюционеров. Это перевоспитание происходит в процессе производственно-трудовой деятельности и политико-воспитательной работы с осуждёнными 47.

Лица, которые отбыли наказание или к которым нет необходимости применять тюремное заключение, принимаются в сельскохозяйственные кооперативы в качестве членов или же кандидатов в члены кооператива. Они допускаются к участию в производственной деятельности кооператива при осуществлении надзора с учётом их прошлой деятельности и поведения. Такие же принципы лежат в основе воспитательной работы с контрреволюционными элементами, проживающими в городе 48.

Положение о наказаниях за контрреволюционную деятельность предусматривает следующую систему и виды контрреволюционных преступлений:

  1. измена родине (ст. 3);
  2. подстрекательство к вооружённому восстанию (ст. ст. 4 и 5);
  3. шпионаж (ст. 6);
  4. оказание помощи врагу (ст. 6);
  5. участие в контрреволюционных организациях (ст. ст. 7 и 8);
  6. диверсия (ст. 9);
  7. вредительство (ст. 9);
  8. террористический акт (ст. 9);
  9. контрреволюционная агитация и пропаганда (ст. 10);
  10. переход государственной границы в контрреволюционных целях (ст. 11);
  11. организация массовых побегов и массового освобождения заключённых из тюрем (ст. 12);
  12. укрывательство и пособничество контрреволюционным преступникам (ст. 13).

§ 3. Ответственность за отдельные виды контрреволюционных преступлении в Китайской Народной Республике

  1. Измена родине. Измена родине является наиболее тяжёлым контрреволюционным преступлением в Китайской Народной Республике.

    Статья 103 Конституции Китайской Народной Республики устанавливает, что «Защита Отечества является священной обязанностью каждого гражданина Китайской Народной Республики». Измена родине — предательство интересов своего народа, поддержание связи с империалистами и оказание им непосредственной помощи — представляет особо опасное преступление и карается, как тяжкое злодеяние. Это преступление предусмотрено статьёй 3 Положения о наказаниях за контрреволюционную деятельность, согласно которой караются как изменники родины лица, поддерживающие в контрреволюционных целях связь с империалистами и предающие свою родину.

    Объективная сторона измены родине в законе определена очень широко, поскольку изменой родине признаётся любое сотрудничество с империалистами в контрреволюционных целях: выполнение отдельных заданий врага, участие в различных антигосударственных организациях, созданных империалистами, и т. д.

    Предательская клика Чан Кайши и его сообщников, вступив в преступный союз с американскими империалистами, изменила интересам китайского народа, совершила тягчайшее контрреволюционное преступление.

    Органы общественной безопасности, руды и прокуратура КНР при активной помощи трудящихся успешно ведут борьбу с предателями родины, агентами иностранных разведок.

    Так, 3 июля 1958 года, ночью, американский самолёт проник в воздушное пространство над Циньбейским автономным уездом народности чжуан в провинции Гуандун. В самолёте находились три американо-чанкайшистских тайных агента, снабжённых оружием, радиостанцией и другим шпионским снаряжением.

    Они должны были проникнуть в эту местность, организовать в горном районе Шиваньдашань контрреволюционную группу и собирать шпионскую информацию.

    Империалистические агенты рассчитывали, что им удастся обосноваться в этом районе и тайно вести свою подрывную деятельность. Однако благодаря бдительности населения: учащихся, женщин, детей — через несколько дней вражеские лазутчики Лю Цзяньлун, Хуан Цзяли и Хуан Кэсян были арестованы и осуждены как изменники родины 49.

    Измена родине согласно ст. 3 Положения карается смертной казнью или пожизненным тюремным заключением.

  2. Подстрекательство к вооружённому восстанию. Ответственность за подстрекательство к вооружённому восстанию предусмотрена в ст. ст. 4 и 5 Положения.

    Вооружённое восстание является одной из наиболее опасных форм вражеской подрывной деятельности. Это преступление непосредственно направлено против основ существующего в Китае народно-демократического строя.

    Объективная сторона этого преступления может выразиться в попытке насильственного свержения народно-демократической власти путём подстрекательства или подкупа государственных служащих, солдат вооружённых сил или ополчения. Подстрекательство к вооружённому восстанию может осуществляться как в устной, так и в письменной форме, как открыто, так и завуалированно.

    Подкуп государственных служащих, а также солдат армии или ополчения тоже может иметь различные формы: передача денег или материальных ценностей, предоставление выгод имущественного или неимущественного характера и т. д.

    В конце 1954 года органы общественной безопасности провинции Хэбэй арестовали 220 участников (руководителей и рядовых членов) двух контрреволюционных организаций «Игуаньдао», возглавляемых гоминдановскими офицерами. Преступники вели подрывную работу против народной власти. Используя клевету, шантаж и подкуп, преступники призывали к вооружённым выступлениям против народного правительстве, к противодействию мероприятиям Коммунистической партии и Центрального народного правительства Китая.

    Во время следствия преступная деятельность этих групп была подтверждена свидетельскими показаниями и другими доказательствами. Народные суды городов Баодин, Шицзячжуан, уездов Цзиньфан, Маньчен и Шанду сурово наказали врагов китайского народа: 30 человек из этой банды были приговорены к расстрелу.

    Оконченным состав рассматриваемого преступления считается с момента подстрекательства указанных в законе лиц к вооружённому восстанию, независимо от того, удалось или не удалось виновным поднять вооружённый мятеж 50.

    Уголовный закон различает организаторов и руководителей восстания и других участников этого преступления. В зависимости от той роли, которую играло лицо в совершении этого преступления, и определяется тяжесть наказания.

    Согласно статье 4 Положения организаторы и руководители восстания, если они побуждали к этому государственных служащих, солдат вооружённых сил или ополчения, караются смертной казнью или пожизненным тюремным заключением.

    Другие участники этих преступлений караются тюремным заключением на срок до десяти лет, а при отягчающих обстоятельствах, как отмечается в законе, срок наказания соответственно удлиняется.

    Статья 5 Положения предусматривает для организаторов и руководителей, подстрекающих массы к вооружённому восстанию, смертную казнь.

    Активные соучастники этих преступлений караются тюремным заключением на срок от пяти лет и выше.

  3. Шпионаж. Шпионаж является одной из наиболее острых форм враждебной подрывной деятельности. В процессе борьбы за искоренение контрреволюции с июня 1955 года до октябрь 1957 года в КНР было выявлено более 3600 шпионов, действовавших под всевозможными прикрытиями.

    Ответственность за шпионаж в Китайской Народной Республике предусмотрена статьёй 6 Положения. Это преступление определяется как «похищение или выдача государственной тайны или снабжение секретной информацией внутренних и внешних врагов».

    Объективная сторона шпионажа указана в самом законе: похищение или выдача государственной тайны или снабжение секретной информацией внутренних и внешних врагов.

    Перечень сведений, составляющих государственную тайну, установлен Временным положением об охране государственной тайны, принятым Государственным административным советом 1 июня 1951 года 51.

    К этим сведениям относятся:

    1. Сведения, касающиеся всех планов государственной обороны и оборонного строительства.
    2. Секретные данные об организация и номерах воинских частей, их боеспособности, вооружении, дислокации, о передвижении частей, об их боевых порядках и о строительстве оборонных предприятий в тылу.
    3. Секретные материалы, относящиеся к внешним сношениям.
    4. Секретные материалы, относящиеся к общественной безопасности.
    5. Государственные финансовые планы, государственные бюджеты, сметы, материалы об исполнении смет и другого рода секретные финансовые данные.
    6. Государственные валютные планы, тортовые планы, планы таможен и секретные данные о валюте, торговле н таможнях.
    7. Секретные материалы о железных дорогах, коммуникациях, почте и телеграфе.
    8. Различного рода государственные экономические планы и секретные данные об экономических мероприятиях.
    9. Секретные данные о разведке естественных ресурсов, данные геологических разведок, сводки метеорологической службы, геодезические съёмки и пр.
    10. Научные изобретения и открытия, секретные материалы по вопросам культуры, образования, здравоохранения и фармакологии.
    11. Данные о законодательстве, юстиции, прокуратуре и секретные материалы следственных органов.
    12. Секретные материалы по делам национальностей и проживающих за границей китайцев.
    13. Секретные материалы Министерства внутренних дел и секретные сведения о кадрах.
    14. Архивные материалы, секретные шифры, печати и бланки, а также все данные, имеющие отношение к государственной секретной переписке, телеграммам, письмам, материалам, статистическим данным, картам и схемам, печатным изданиям и т. п.
    15. Секретные сведения об учреждениях, штатах, складах и местах работ.
    16. Все дела государственного значения, по которым ещё не принято постановлений или принятые постановления ещё не опубликованы.
    17. Все другие государственные дела, которые должны сохраняться в тайне.

    Похищение государственной тайны для передачи её внутренним и внешним врагам представляет собой оконченный состав шпионажа. Похищение сведений, составляющих государственную тайну, может быть осуществлено различными способами: путём похищения подлинников или копий документов, содержащих секретные сведения, а также путём временного изъятия и фотографирования этих документов. Для состава данного преступления не имеет решающего значения, каким образом были похищены документы — тайно или открыто, с применением насилия или без насилия над лицами, у которых находились документы, содержащие государственную тайну.

    Шпионаж может выразиться также в выдаче государственной тайны. Под выдачей государственной тайны следует понимать такие действия, когда государственная тайна передаётся лицами, которым эти сведения стали известны в силу их служебного или должностного положения.

    Шпионаж, наконец, может выражаться в снабжении секретной информацией внутренних и внешних врагов.

    Понятием «снабжение» охватываются различные формы сотрудничества с врагом в целях доставки ему секретной информации: посредничество в передаче этих сведений, хранение их для последующей передачи и т. п.

    Оконченным шпионаж считается с момента (похищения секретных сведений, их выдачи или снабжения секретной информацией внутренних и внешних врагов.

    Борьба со шпионажем является одной из важнейших задач органов общественной безопасности, суда и прокуратуры Китайской Народной Республики. И в борьбе с этим опасным преступлением государственные органы КНР опираются на активную помощь народа.

    В начале 1954 года с помощью населения шанхайские органы общественной безопасности раскрыли американо-чанкайшистскую шпионскую контрреволюционную организацию, которая именовала себя «Корпусом национального спасения и борьбы с коммунизмом». Всего было арестовано более 20 человек. У участников шайки при аресте были обнаружены списки членов этой организации, документы, свидетельствующие о переписке с американо-чанкайшистским разведывательным центром, черновики шпионских донесений, яд, оружие и другие вещественные доказательства их преступной деятельности. Арестованные признались в совершенных ими преступлениях и сообщили, что они поддерживали связь с чанкайшистскими агентами в Гонконге и передавали разведывательному органу в Гонконге, информацию военного, политического и экономического характера. По заданию этого разведывательного органа они занимались подрывной деятельностью: распространением контрреволюционных листовок и шпионажем.

    Шпионаж по законодательству КНР карается смертной казнью или пожизненным тюремным заключением, а при смягчающих обстоятельствах — тюремным заключением на определённый срок.

  4. Оказание помощи врагу. Статья 6 Положения наряду с ответственностью за шпионаж устанавливает и наказуемость содействия врагу.

    С объективной стороны это преступление выражается в указании самолётам и кораблям врага объектов для бомбардировки. Это указание может быть как тайным, так и открытым, как с использованием новейших радиотехнических средств, так и без такового. Для состава этого преступления не имеет решающего знамения, привело ли это указание к каким-либо вредным последствиям, то есть к фактическому уничтожению данных объектов, или нет. Разумеется, что это обстоятельство учитывается судом при назначении виновному наказания.

    Содействие врагу может выразиться также в снабжении внутренних и внешних врагов оружием (огнестрельным и холодным), боеприпасами или другими предметами военного снаряжения (военным обмундированием, средствами передвижения и пр.).

    Наказание — смертная казнь или пожизненное тюремное заключение, а при смягчающих обстоятельствах — тюремное заключение на определённый срок.

  5. Участие в контрреволюционных организациях. Участие в контрреволюционных организациях является наиболее опасной формой подрывной деятельности. Особая общественная опасность этого преступления выражается в том, что виновный является участником организованной, сплочённой группы, ставящей своей целью организованную борьбу с народно-демократической властью.

    Деятельность участников этой группы, как правило, глубоко законспирирована, что затрудняет её раскрытие и пресечение.

    Народное правительство Китая ведёт решительную борьбу с контрреволюционными организациями и группировками.

    В процессе борьбы за искоренение контрреволюционных элементов в КНР с 1955 года по 1957 год было разоблачено три тысячи мелких реакционных группировок, в отношении которых были вынесены соответствующие решения.

    Ответственности за участие в контрреволюционных организациях посвящены две статьи Положения — седьмая и восьмая.

    В статье 7 предусматривается ответственность участников контрреволюционных или шпионских организаций за следующие действия:

    1. Подпольная деятельность по поручению внутренних и внешних врагов.
    2. Организация контрреволюционных и шпионских групп или участие в них после освобождения данной местности.

    В первой половине 1955 года органы общественной безопасности раскрыли в провинциях Шэньси и Ганьсу крупную контрреволюционную организацию, возглавлявшуюся чанкайшистскими бандитами. Народный суд города Сиани, рассмотрев дело этой организации, насчитывавшей 219 членов, приговорил к смертной казни с немедленным приведением приговора в исполнение 41 человека. 22 человека приговорены к смертной казни с отсрочкой исполнения приговора на два года, в течение которых преступникам дана возможность частично загладить свою вину и получить менее суровую меру наказания за свои преступления. 150 человек приговорены к каторжным работам на разные сроки, 6 человек, полностью признавшихся (в своих проступках, не носящих опасного характера, и чистосердечно раскаявшихся, от наказания освобождены. Население Сиани с одобрением встретило приговор народного суда.

  6. Организация или руководство контрреволюционными и шпионскими организациями и совершение других тяжких преступлений до освобождения данной местности, если после освобождения преступники не искупили своей вины.

    1. Участие до освобождения данной местности в контрреволюционных и шпионских организациях, если преступники после освобождения продолжают заниматься контрреволюционной деятельностью.
    2. Участие в контрреволюционной деятельности после добровольной явки с повинной и регистрации в народных правительствах.
    3. Связь с контрреволюционными и шпионскими организациями или участие в контрреволюционной деятельности после тою, как народное правительство занималось воспитанием преступников и выпустило их на свободу.

    В статье 8 Положения устанавливается ответственность лиц, использующих феодальные тайные организации для ведения контрреволюционной деятельности.

    С объективной стороны эти преступления выражаются в осуществлении хотя бы одного из перечисленных выше действий, причём совершение его представляет оконченный состав преступления. Согласно ст. 7 Положения наказание за перечисленные действия — смертная казнь или пожизненное тюремное заключение, а при смягчающих обстоятельствах тюремное заключение на срок от пяти лет и выше.

    Согласно ст. 8 лица, использующие феодальные тайные организации для (ведения контрреволюционной деятельности, караются смертной казнью или пожизненным тюремным заключением, а при смягчающих обстоятельствах — тюремным заключением на срок от трёх лет и выше.

  7. Диверсия. Ответственность за диверсию установлена в пп. 1 и 2 статьи 9 Положения. Это преступление определяется как:

    1. разрушение или расхищение военных сооружений, заводов, рудников, лесов, земледельческих хозяйств, плотин и дамб, путей сообщения и транспортного оборудования, банков, складов, оборудования для обеспечения безопасности и другого важного государственного или частною имущества;
    2. отравление ядами, распространение бактерий — возбудителей инфекционных заболеваний или причинение другими способами большого вреда людям, скоту, посевам.

    Объективная сторона этого преступления выражается в любых перечисленных в законе действиях: разрушении отдельных объектов социалистической собственности, отравлении ядами скота и т. п. Диверсионный акт признается оконченным не только тогда, когда объект социалистической собственности полностью уничтожен, но и когда социалистическое имущество в контрреволюционных целях частично повреждено.

    Следует отметить, что закон считает диверсионным актом как (разрушение перечисленных в Положении объектов социалистической собственности, так и их расхищение в контрреволюционных целях.

    5 июня 1957 года один из отрядов внутренней охраны Народно-освободительной Армии Китая, который находился тогда на передовой линии в провинции Фуцзянь, помог органам безопасности уезда Пучэн провинции Фуцзянь и народным массам задержать главаря контрреволюционной организации Чэнь Шишэна. Остальные пять членов этой организации были задержаны ещё в мае 1957 года. Эти контрреволюционеры, за период с конца февраля до начала мая тайно собирались пять раз и создали контрреволюционную организацию. Они выработали план контрреволюционной деятельности, который предусматривал наряду с другими преступлениями совершение диверсионных актов, в частности ограбление складов кооперативов. Разоблачённые контрреволюционеры понесли заслуженное наказание. 52

    Положение о наказаниях за контрреволюционную деятельность не случайно называет диверсионным актом распространение бактерий — возбудителей инфекционных заболеваний. Такое средство подрывной деятельности использовалось и используется американскими империалистами в борьбе против Народного Китая. В агрессивной войне в Корее американские агрессоры и их сообщники использовали бактериологическое оружие против корейскою народа к китайских народных добровольцев, чем заслужили всеобщую ненависть и вызвали возмущение мировой общественности. Оконченным состав преступления при диверсионном акте считается с момента разрушения или расхищения военных сооружений, заводов, рудников и т. д., а также с момента отравления ядом или причинения другими способами вреда людям, скоту, посевам. Если эти последствия не наступили, речь должна идти об ответственности за приготовление или покушение на диверсионный акт.

    Наказание за диверсию — смертная казнь или пожизненное тюремное заключение, а при смягчающих обстоятельствах — тюремное заключение на срок от 5 лет и выше.

  8. Вредительство. Ответственность за вредительство установлена в пп. 3 и 5 статьи 9 Положения.

    Это преступление определяется так:

    «…3) подрыв по указке внутренних и внешних врагов рынка или денежной системы…

    5) подделка для контрреволюционной деятельности официальных документов военных и правительственных учреждений, демократических партий и народных организаций».

    О вредительстве говорится и во Временном положении о наказаниях за подрыв государственной денежной системы, принятом Государственным административным советом 19 апреля 1951 года. 53

    Это Положение относит к вредительству подделку государственных денежных знаков, а также сбыт и использование их в контрреволюционных целях.

    Объектом вредительства являются экономические основы Китайской Народной Республики.

    Объективная сторона вредительства заключается в действиях, подрывающих социалистическую систему хозяйства в Китайской Народной Республике. В законе указывается прежде всего, что эти действия выражаются в подрыве рынка или денежной системы.

    Подрыв рынка может выразиться в заведомом затоваривании рынка или в выпуске на рынок недоброкачественной продукции в контрреволюционных целях. Подрыв денежной системы выражается в подделке или сбыте поддельных государственных денежных знаков. Подрыв рынка и денежной системы может совершаться с использованием должностного или служебного положения. Например, контрреволюционер, пробравшийся на работу в тортовое предприятие, использует своё служебное положение для подрыва рынка в контрреволюционных целях. Однако вредительское действие может быть совершено и без использования должностного или служебного положения. Например, фальшивомонетчики в контрреволюционных целях подделывают и используют фальшивые или поддельные государственные денежные знаки.

    К вредительству ст. 9 Положения относит также «подделку для контрреволюционной деятельности официальных документов военных и правительственных учреждений, демократических партий и народных организаций». Общественная опасность данного преступления заключается в том, что проведение подрывной деятельности в этом случае маскируется легальным прикрытием — документами военных и правительственных учреждений, демократических партий и народных организаций. Подделка документа может «выражаться или в изготовлении фальшивого документа, сходного с соответствующим законным документом, или в изменении содержания законного документа путём его подделки, подчистки, поправки и т. д.».

    Из опубликованных в печати материалов видно, что американские империалисты и клика Чан Кайши, засылая своих агентов на территорию Китая, нередко снабжают последних фальшивыми и поддельными документами государственных органов и общественных организаций Китайской Народной Республики.

    Перечень вредительских действий, данный в ст. 9 Положения, следует считать примерным, а не исчерпывающим, так как возможны и другие формы подрывной вредительской деятельности: срыв планов строительства отдельных объектов народного хозяйства, уменьшение добычи металла и других полезных ископаемых, заведомо неправильное использование транспорта и т. д.

    Вредительство может выразиться и в преступном извращении работы тех или иных государственных учреждений. Так, бывший начальник Управления общественной безопасности города Шанхая Ян Фань, бывшие заместители начальника Управления общественной безопасности города Кантона Бу Лу и Чэнь Кунь покрывали вражеских агентов и за спиной партии и народа занимались вредительской деятельностью, совершив огромное число преступлений и нанеся большой вред интересам государства и трудящихся

    Наказание за вредительство согласно ст. 9 Положения — смертная казнь или пожизненное тюремное заключение, а при смягчающих обстоятельствах — тюремное заключение на срок от пяти лет и выше.

  9. Террористический акт. Ответственность за террористический акт установлена в п. 4 статьи 9 Положения. Это преступление выражается в «нападении, убийстве или нанесении ран государственным служащим или отдельным гражданам».

    Террор является одной из наиболее острых ферм классовой борьбы, к которым прибегают в своём бессилии и злобе империалисты и их агентура. Народно-демократическая власть в Китайской Народной Республике ведёт решительную борьбу с террористическими действиями внутренних и внешних врагов. Так, сурово были осуждены помещик Ли Узинли 54 (уезд Цангая, Северо-Восточный Китай), который после конфискации у него земли создал банду и убил 13 бойцов Народно-освободительной армии и 14 членов крестьянского союза, а также помещик И Дэлин, организовавший убийство 8 сельских активистов.

    В конце 1953 года в провинции Хунань органами общественной безопасности при активной помощи населения была раскрыта и ликвидирована реакционная террористическая организация «Наньгундао», возглавлявшаяся бывшими офицерами гоминдановской армии Ли Сянланем, Хуан Чжэньхуа и другими. Организация вела подрывную деятельность, саботировала мероприятия органов народной власти, распространяла провокационные слухи, подготавливала террористические акты против руководящих правительственных работников и активистов из населения.

    Народный суд приговорил главарей «Наньгундао» к расстрелу, а участников этой реакционной террористической организации к различным срокам тюремного заключения.

    Как указывалось на Ⅷ Всекитайском съезде Коммунистической партии Китая, враги трудящихся прибегают к террористическим актам и в настоящее время. Так, в городе Пекине контрреволюционер Ван Шутянь 29 июня 1956 года злодейски убил рабочего Сун Жуйхуа; контрреволюционер Чжуан Шиминь, который скрывался в больнице уезда Цитай в Синьцзяне, 28 июня 1956 года убил заместителя начальника Управления лесного хозяйства Синьцзяна Лю Дяньина, двух других товарищей и ранил одиннадцать человек 55.

    В начале 1956 года в Мукдене состоялся открытый суд по делу контрреволюционера Гуань Цзайи, который, скрыв своё контрреволюционное прошлое, сумел пробраться на работу в органы общественной безопасности. Опасаясь разоблачения, Гуань Цзайи застрелил одного из ответственных работников Мукденского городского управления общественной безопасности и пытался скрыться, но был задержан. Народный суд города Мукдена приговорил террориста Гуань Цзайи к смертной казни.

    Объектом террористического акта могут быть не только государственные деятели, но и представителя общественных организаций, а также передовики производства в городе и в деревне. В Китайской Народной Республике карается как террористический акт любое нападение на гражданина в контрреволюционных целях.

    По своим объективным свойствам террористический акт выражается в убийстве, причинении телесных повреждений и в иных насильственных действиях.

    Оконченным террористический акт считается с момента нападения, являющегося актом классовой расправы или мести.

    В ходе борьбы за искоренение контрреволюционных элементов в Китайской Народной Республике к осени 1957 года были выявлены убийцы руководящих деятелей, славных сынов Коммунистической партии — товарищей Ли Дачжао, Чэнь Таньцю, Мао Цземиня, Ли Чжаолиня, Ло Шивэня,— а также контрреволюционеры, совершившие расправу над товарищами Фан Чжилинем и Ван Фофэем 56.

    Виновные в совершении террористического акта караются смертной казнью или пожизненным тюремным заключением, а при смягчающих обстоятельствах — тюремным заключением от пяти лет и выше.

  10. Контрреволюционная агитация и пропаганда. Ответственность за это преступление установлена ст. 10 Положения. Контрреволюционная агитация или пропаганда в законе определяется как:

    «1) подстрекательство масс к оказанию сопротивления правительству в деле заготовки продовольствия и взимания налогов, к отказу от выполнения обязательных повинностей и несения военной службы, к вредительству и к отказу выполнять приказы народного правительства;

    2) насаждение розни и вражды между национальностями, демократическими классами, партиями, между народными организациями или подрыв единства народа с правительством;

    3) контрреволюционная агитация, фабрикация и распространение ложных слухов».

    По своим объективным признакам контрреволюционная пропаганда и агитация охватывает различные действия, направленные на подстрекательство масс к невыполнению мероприятий правительства, а также на разжигание расовой и национальной вражды и розни.

    Общественная опасность контрреволюционной агитации и пропаганды заключается в том, что она может привести к противодействию мероприятиям правительства, к дезорганизации общественной жизни в стране. Не случайно закон относит к контрреволюционной агитации и пропаганде насаждение розни и вражды между национальностями, демократическими классами, партиями, между народными организациями или подрыв единства народа с правительством.

    Дело в том, что характерной чертой Китая является наличие многочисленных крупных, мелких и мельчайших национальных групп. Хотя численность национальных меньшинств в КНР составляет немногим более 30 миллионов человек, то есть лишь 6 процентов всего населения, однако районы их проживания обширны и занимают около 60 процентов территории всей страны 57.

    Национальный вопрос разрешается в Китае на основе принципов марксизма-ленинизма. В борьбе с великоханьским (великокитайским) шовинизмом и местным национализмом Коммунистическая партия Китая сплотила братские национальности КНР в великую народно-демократическую семью. Насаждение розни и вражды между национальностями является тяжким контрреволюционным преступлением. В Едином народно-демократическом фронте Китая в настоящее время объединены представители широких демократических и патриотических слоёв 58. Подрыв единства народно-демократического фронта, единства народа и правительства, насаждение вражды между отдельными классами, партиями и организациями включаются в понятие контрреволюционной агитации и пропаганды. Такую подрывную пропагандистскую деятельность проводили правые элементы, оказавшиеся в демократических партиях и общественных организациях, а также в Коммунистической партии Китая. Контрреволюционная группа Ху Фына и его сообщников первоначально была разоблачена как проповедующая буржуазную идеологию в области литературы и искусства. Эта группа проводила контрреволюционную агитацию, выступая против партийного руководства литературой и искусством.

    Последующее разоблачение Ху Фына и его сторонников показало, что вражеская деятельность этих отщепенцев имела давнюю историю. Доказано, что Ху Фын и его группа выполняли прямые указания империалистической реакции и чанкайшистской клики. Ху Фын создал широко разветвлённую контрреволюционную организацию, члены которой старались пробраться на ответственные посты в государственные и общественные организации.

    Ху Фыну в течение ряда лет удавалось скрывать своё темное прошлое, свои преступные связи с империалистической агентурой и чанкайшистской кликой.

    Газета «Жэньминь жибао» 10 июня 1955 года опубликовала передовую статью, озаглавленную: «Необходимо извлечь серьёзные уроки из дела Ху Фына». В этой статье подробно описывалась предательская враждебная деятельность Ху Фына и его группы, указывалось на необходимость извлечь политические уроки из этого дела. Газета «Жэньминь жибао» подчёркивает, что дело борьбы с контрреволюционными элементами требует дальнейшего улучшения политико-воспитательной работы в широких народных массах, всемерного повышения революционной бдительности китайского народа.

    Контрреволюционная агитация и пропаганда может заключаться в распространении в контрреволюционных целях каких-либо ложных слухов, вызывающих тревогу среди населения и подрывающих доверие к государственной власти.

    Так, статья 5 Временного положения о наказаниях за подрыв государственной денежной системы предусматривает ответственность за особый вид контрреволюционной агитации — распространение слухов или применение в контрреволюционных целях других средств для подрыва доверяя к государственным денежным знакам. 59

    Если контрреволюционная агитация выражалась в названных действиях, то ответственность должна наступить в соответствии со статьёй 5 Временного положения о наказаниях за подрыв государственной денежной системы.

    Состав контрреволюционной агитации и пропаганды считается оконченным с момента совершения указанного в законе действия — подстрекательства масс, разжигания вражды и розни и т. п., независимо от того, удалось преступнику в действительности вызвать какие-либо антиправительственные действия или нет.

    Виновный в контрреволюционной агитация я пропаганде подлежит тюремному заключению на срок от трёх лет и выше, а при отягчающих обстоятельствах — смертной казни или пожизненному тюремному заключению.

  11. Переход государственной границы в контрреволюционных целях. Данное преступление предусмотрено ст. 11 Положения. Эта статья устанавливает, что «лица, в контрреволюционных целях тайно перешедшие государственную границу, караются тюремным заключением на срок от пяти лет и выше, пожизненным тюремным заключением или смертной казнью».

    Объективная сторона преступления выражается в тайном переходе государственной границы, то есть в таких действиях, которые нарушают установленный в Китайской Народной Республике порядок въезда в страну и выезда за границу.

    Основные правила въезда в страну и выезда за границу изложены в утверждённых Государственным административным советом КНР в августе 1954 года Временных правилах прописки иностранных резидентов и выдачи им видов на жительство, а также во Временных правилах о передвижении иностранных резидентов и Временных правилах выезда иностранных резидентов за границу 60.

    Нарушение этих правил, выразившееся в тайном переходе государственной границы с контрреволюционной целью, образует состав рассматриваемого преступления.

    При этом виновный сознает, что он тайно переходит государственную границу для проведения враждебной деятельности против народно-демократического государства. Ответственность, разумеется, исключается в тех случаях, когда лицо по ошибке или умышленно, но без контрреволюционной цели, нарушило границу и оказалось на территории Китайской Народной Республики или другого государства.

  12. Организация массового освобождения или массовых побегов заключённых из тюрем. Статья 12 Положения относит к контрреволюционным преступлениям организацию массового освобождения или массовых побегов заключённых из тюрем. Общественная опасность данного преступления заключается в том, что лицо, организующее массовое освобождение или массовые побеги заключённых из тюрем, причиняет ущерб карательной политике государства, делает бессмысленным судебный приговор и оставляет безнаказанным преступника. При этом следует иметь в виду, что в тюрьмах согласно законодательству КНР содержатся главным образом контрреволюционеры и другие уголовные преступники, совершившие тяжкие преступления и приговорённые условно к смертной казни с отсрочкой исполнения приговора или к пожизненному заключению 61.

    Поскольку ст. 12 Положения предусматривает ответственность за массовое освобождение заключённых из тюрем, единичные случаи организации освобождения или побегов заключённых не охватываются составом этого преступления.

    Наказание для организаторов рассматриваемого преступления — смертная казнь или пожизненное тюремное заключение. Другие активные участники этого преступления караются тюремным заключением на срок от трёх лет н выше.

Список литературы

  1. В. И. Ленин, Первоначальный набросок тезисов по национальному и колониальному вопросам, Сочинения, т. 31, стр. 122—128.
  2. В. И. Ленин, О китайской революции, Сочинения, т. 17, стр. 434—435.
  3. В. И. Ленин, Пробуждение Азин, Сочинения, т. 19, стр. 65—66.
  4. Н. С. Хрущёв, О контрольных цифрах развития народного хозяйства СССР на 1959—1965 годы. Доклад на внеочередном ⅩⅩⅠ съезде КПСС, раздел Ⅲ, М., Госполитиздат, 1959.
  5. Н. С. Хрущёв, Отчётный доклад Центрального Комитета Коммунистической партии Советского Союза ⅩⅩ съезду партии, раздел Ⅵ, § 4. Изд. «Правда», 1956, стр. 20—24.
  6. Мао Цзэ-дун, О диктатуре народной демократии, М., Госполитиздат, 1949.
  7. Мао Цзэ-дун, К вопросу о правильном разрешении противоречий внутри народа, М., Госполитиздат, 1957.
  8. Материалы Ⅷ Всекитайского съезда Коммунистической партии Китая, М., Госполитиздат, 1956.
  9. Лю Шао-ци, Доклад на 2-й сессии Ⅷ Всекитайского съезда КПК 6 мая 1958 года. Вторая сессия Ⅷ Всекитайского съезда Коммунистической партии Китая, М., Госполитиздат, 1958.
  10. Декларация Китайского правительства о территориальных водах Китая, «Правда», 1958, 6 сент.
  11. Чжоу Энь-лай, Китайский народ имеет полное право не допускать никакого вмешательства в свои внутренние дела, «Правда», 1958, 7 сент.
  12. Чжоу Энь-лай, Речь на ⅩⅩⅠ съезде КПСС, «Правда», 1959, 29 янв.
  13. Ло Жуй-цин, Достижения и дальнейшие задачи в борьбе с контрреволюционерами в Китае, «Дружба», 1958, № 11, стр. 5—9.
  14. Сю Тэли, Влияние Великой Октябрьской социалистической революции на Китайскую революцию, М., Госполитиздат, 1957.
  15. ? Мирное преобразование капиталистической промышленности и торговли и классовая борьба в Китае, М., Госполитиздат, 1957.
  16. Сюй Лицюнь, Основной дух политических установок Ⅷ Всекитайского съезда Коммунистической партии Китая. «Дружба», 1957, 8 янв.
  17. А. Е. Лунев, Правовое положение органов государственного управления Китайской Народной Республики, издание ВШ КГБ при СМ СССР, М., 1956.
  18. А. Е. Лунев, Органы общественной безопасности и внутренних дел Китайской Народной Республики, «Вестник Высшей школы КГБ при СМ СССР», выпуск Ⅲ, 1958.
  19. М. А. Гельфер, Уголовное законодательство Китайской Народной Республики, Учебное пособие для студентов ВЮЗИ, М., 1955.
  20. В. Ф. Кириченко, 3аконодательные акты КНР о борьбе с государственными преступлениями, «Советское государство и право», 1952, № 2.
  21. В. Я. Колдин, Некоторые вопросы уголовно-правовой политики Китайской Народной Республики, «Вестник Московского университета», 1958, № 4.
  22. В. А. Патюлин, О возникновении социалистического государства в Китае, «Советское государство и право», 1958, № 10.
  23. Л. М. Гудошников, Местные органы государственной власти Китайской Народной Республики, М., АН СССР, 1958.
  24. Н. А. Кокарев, Социалистические преобразования сельского хозяйства в Китае, М., Госполитиздат, 1958.
  25. В. А. Масленников, Экономический строй Китайской Народной Республики, М., АН СССР, 1958.
  26. Конституция и основные законодательные акты Китайской Народной Республики, М., Изд. иностр. лит., 1955.

Примечания:

  1. В. И. Ленин, Сочинения, т. 23, стр. 58.
  2. Материалы Ⅷ Всекитайского съезда Коммунистической партии Китая.— М., Госполитиздат, 1956.— стр. 49.
  3. Мао Цзэ-дун. К вопросу о правильном разрешении противоречий внутри народа.— М., Изд. «Правда», 1957.— стр. 6—7.
  4. Ещё в инструктивном приказе № 6 Народного правительства Северного Китая от 1 апреля 1949 года «Об отмене гоминдановских кодексов и всех реакционных законов» категорически запрещалось применение старых законов (см. Сборник № 1 законов Народного правительства Северного Китая, июль 1949 года). Впоследствии положения этого инструктивного приказа были распространены на всю территорию Китайской Народной Республики (см. М. А. Гельфер. Уголовное законодательство Китайской Народной Республики. Учебное пособие для студентов ВЮЗИ.— М., 1955.— стр. 10—11).
  5. Материалы Ⅷ Всекитайского съезда Коммунистической партии Китая.— М., Госполитиздат, 1956.— стр. 246.
  6. Там же, стр. 245.
  7. Законодательные акты Китайской Народной Республики.— М., Изд. иностр. лит., 1952.— стр. 55.
  8. Законодательные акты Китайской Народной Республики.— М., Изд. иностр. лит., 1952.— стр. 52.
  9. См. «Жэньминь жибао», 1950, 24 июля. Цит. по ст. В. Ф. Кириченко, «Законодательные акты КНР о борьбе с государственными преступлениями» / «Советское государство и право», 1952, № 2, стр. 67.
  10. За период с января по октябрь 1950 года в Китае было раскрыто 664 различных контрреволюционных организаций, в связи с чем было арестовано 13 812 шпионов и агентов специальной службы гоминдана и империалистических государств.
  11. Конституция и основные законодательные акты Китайской Народной Республики.— М., Изд. иностр. лит., 1955.— стр. 607—611.
  12. Там же, стр. 627—631.
  13. Законодательные акты Китайской Народной Республики.— М., Изд. иностр. лит., 1952.— стр. 362.
  14. Там же, стр. 364.
  15. Конституция и основные законодательные акты Китайской Народной Республики.— М., Изд. иностр. лит., 1955.— стр. 618—620.
  16. Конституция и основные законодательные акты Китайской Народной Республики.— М., Изд. иностр. лит., 1955.— стр. 612—618.
  17. Там же, стр. 612.
  18. Там же, стр. 621—626.
  19. Подробнее о Временном положении о наказаниях за подрыв государственной денежной системы, Временном положении об охране государственной тайны и Положении о наказаниях за коррупцию см. М. А. Гельфер, Уголовное законодательство Китайской Народной Республики. Учебное пособие для студентов ВЮЗИ.— М. 1955.— стр. 32—36.
  20. Государственным органом по борьбе с контрреволюционными элементами в КНР являются органы общественной безопасности во главе с Министерством общественной безопасности. Согласно Положению об организации отделений общественной безопасности, принятому 31 декабря 1954 года, низовым аппаратом общественной безопасности являются отделения общественной безопасности, создаваемые «в соответствии с размерами района, численностью населения, его общественным положением и потребностями работы». Эти отделения работают под непосредственным руководством городских или уездных бюро общественной безопасности. (См. Конституция и основные законодательные акты Китайской Народной Республики.— М., Изд. иностр. лит., 1955.— стр. 143—144).
  21. Мао Цзэдун. К вопросу о правильном разрешении противоречий внутри народа.— М., Изд. «Правда», 1957.— стр. 20.
  22. Ст. 19 Положения о наказаниях за контрреволюционную деятельность.
  23. См. В. Я. Коддин, Некоторые вопросы уголовно-правовой политики Китайской Народной Республики // «Вестник Московского университета», 1958, № 4, стр. 160.
  24. См. Конституция и основные законодательные акты Китайской Народной Республики.— М., Изд. иностр. лит., 1955.— стр. 138—142.
  25. А. Е. Лунев. Органы общественной безопасности и внутренних дел КНР // «Вестник ВШ КГБ при СМ СССР», вып. Ⅲ, стр. 64.
  26. См. Вторая сессия Ⅷ Всекитайского съезда Коммунистической партии Китая.— М., Госполитиздат, 1955.— стр. 19.
  27. Социальную характеристику национальной буржуазии см. в работе Мао Цзэдуна «К вопросу о правильном разрешении противоречий внутри народа».— М., Изд. «Правда», 1957.
  28. См. Мао Цзэдун. К вопросу о правильном разрешении противоречий внутри народа.— М., Изд. «Правда», 1957.— стр. 21.
  29. Там же.
  30. Более подробно об особенностях и успехах этого движения см. Достижения и дальнейшие задачи в борьбе с контрреволюционерами в Китае // «Дружба», 1958, № 11, стр. 5—9.
  31. Мао Цзэдун. a href=»http://library.maoism.ru/on_the_correct_handling.htm»>К вопросу о правильном разрешении противоречий внутри народа.– М., Изд. «Правда», 1957.— стр. 18—19.
  32. 1 морская миля = 1,853 км. 4 сентября 1958 года правительство Китайской Народной Республики объявило о 12-мильной ширине территориальных морских вод.
  33. Только с 1949 по 1954 год чанкайшисты напали на 581 судно, следовавшее в порты Народного Китая. Из них 470 принадлежали Китаю, 43 — Англии, 14 — Панаме, 2 — Польше.
  34. По законодательству КНР к уголовной ответственности может быть привлечено лицо, достигшее 13 лет (см. Положение о трудовом перевоспитании в Китайской Народной Республике от 26 августа 1954 года. Конституция и основные законодательные акты Китайской Народной Республики.— М., Изд. иностр. Лит., 1955.— стр. 638).
  35. 31 июля 1955 года Военный трибунал Верховного народного суда досрочно освободил 11 американцев из числа осуждённых по этому делу. Учитывая их хорошее поведение в местах лишения свободы, исполнявшие приговор власти вошли с ходатайством в Военный трибунал Верховного народного суда о снисхождении к этим осуждённым. Военный трибунал принял решение о немедленном их освобождении и высылке с территории Китайской Народной Республики.
  36. См. «Новое время», 1957, № 13, стр. 21—22.
  37. «Социалистическая законность», 1966, № 8, стр. 64.
  38. Такой точки зрения придерживается и В. Ф. Кириченко в статье «Законодательные акты КНР о борьбе с государственными преступлениями» (см. «Советское государство и право», 1952, № 2, стр. 69).
  39. Материалы Ⅷ Всекитайского съезда Коммунистической партии Китая.— М., Госполитиздат, 1956.— стр. 57.
  40. В первой половине 1955 года народный суд города Скани, рассмотрев дело контрреволюционной организации, насчитывавшей 219 человек, приговорил 22 участника этой организации к смертной казни с отсрочкой приведения приговора в исполнение на 2 года, в течение которых преступникам предоставлялась возможность частично искупить свою вину и получить менее суровую меру наказания за совершенные преступления.
  41. Здесь имеются в виду случаи, когда лицо не подлежит смертной казни или пожизненному тюремному заключению.
  42. См. Постановление Государственного административного совета о конфискации имущества лиц, совершивших контрреволюционные преступления, от 22 июня 1951 года. Сб. «Законодательные акты Китайской Народной Республики».— М., Изд. иностр. лит., 1952.— стр. 364.
  43. «Дружба», 1958, № 11, стр. 7.
  44. См. В. Я. Колдин. Некоторые вопросы уголовно-правовой политики Китайской Народной Республики // «Вестник Московского университета», 1958, № 4, стр. 166.
  45. См. «Дружба», 1956, № 11, стр. 9.
  46. Гоминдановская контрразведка.
  47. См. ст. 4 Положения о трудовом перевоспитании в Китайской Народной Республике.
  48. См. Материалы Ⅷ Всекитайского съезда Коммунистической партии Китая.— М., Госполитиздат, 1956.— стр. 264. См. по этому вопросу также Дун Би-у. Некоторые вопросы политико-юридической работы // «Дружба», 1957, 4 апреля.
  49. См. «Дружба», 1958, № 38, стр. 26.
  50. Здесь, как и в дальнейшем, следует иметь в виду, что предварительная преступная деятельность (приготовление и покушение), как отмечалось выше, квалифицируется в КНР по той же статье Положения о наказаниях за контрреволюционную деятельность, что и оконченное преступление. Несомненно, однако, что степень подготовленности преступления и причины, по которым преступный результат не наступил, имеют значение для суда, в частности при назначении виновному наказания.
  51. Конституция и основные законодательные акты Китайской Народной Республики, М., Изд. иностр. лит., 1955, стр. 612.
  52. «Дружба», 1957, 18 июня.
  53. См. Конституция и основные законодательные акты Китайской Народной Республики, М., Изд. иностр. лит., 1955, стр. 618.
  54. Материалы Ⅷ Всекитайского съезда Коммунистической партии Китая, М., Госполитиздат, 1956, стр. 273.
  55. Материалы Ⅷ Всекитайского съезда Коммунистической партии Китая, М., Госполитиздат, 1956, стр. 274.
  56. См. «Дружба», 1958, № 11, стр. 6.
  57. См. Мао Цзэ-дун, К вопросу о правильном разрешении противоречий внутри народа, М., Изд. «Правда», 1957, стр. 30.
  58. См. Чжан Чжии, О некоторых вопросах Единого народно-демократического фронта, «Дружба», 1957, 6 июня.
  59. См. Конституция и основные законодательные акты Китайской Народной Республики, М., Изд. иностр. лит., 1955, стр. 619.
  60. См. Конституция и основные законодательные акты Китайской Народной Республики, М., Изд. иностр. лит., 1955, стр. 145, 148, 151.
  61. Ст. 13 Положения о трудовой перевоспитании в Китайской Народной Республике.

Реставрация капитализма в Советском Союзе

Кто опубликовал: | 11.05.2019

Дикхут Вилли - Реставрация капитализма в Советском Союзе

  1. Преобразование бюрократии в буржуазию нового типа
    1. Развитие бюрократии из мелкобуржуазной прослойки в новый буржуазный господствующий класс
    2. Ревизионистский государственный переворот Хрущёва и систематизация ревизионистской идеологии
    3. Ревизионистская ложь о «всенародном государстве» и отмена диктатуры пролетариата
  2. Экономика бюрократического капитализма
    1. Основы капиталистической и социалистической экономики
    2. Ревизионисты делают капиталистическую прибыль главным принципом советской экономики
    3. Ревизионисты отменяют социалистический принцип распределения
    4. Ревизионисты подменяют социалистический принцип производительности труда капиталистическим принципом
  3. От бюрократического капитализма к социал-империализму
    1. Развитие капитализма нового типа в социал-империализм
    2. Экономическая, политическая и военная экспансия социал-империализма
    3. Экономическая интеграция социал-империализма в империалистическую систему и противоречия в мировом масштабе
    4. Идеологическая интеграция социал-империализма в мировую империалистическую систему
    5. Проблемы марксистов-ленинцев в Советском Союзе
  4. Социал-империализм — государственно-монополистический капитализм нового типа
    1. Реставрация капитализма в Советском Союзе как отрицательный пример
    2. Социал-империализм как государственно-монополистический капитализм нового типа
    3. Классовая борьба в социалистическом обществе и традиции буржуазной идеологии
    4. Значение Великой пролетарской культурной революции в Китае
  5. Советский Союз — социал-империалистическая сверхдержава
    1. Кубинский ракетный кризис 1962 г. и его европейская параллель
    2. Вооружённое нападение на Чехословакию в 1968 г.
    3. Кровавые пограничные провокации социал-империалистов против тогда ещё социалистического Китая в 1969 г.
    4. Экспансия социал-империализма в Африке и Азии
  6. Новые явления в международных отношениях
    1. Изменение принципа мирного сосуществования
    2. Горбачёвский поворот к «новому политическому мышлению»

Новые явления в международных отношениях

Кто опубликовал: | 11.05.2019

Изменение принципа мирного сосуществования

Развитие свободноконкурентного капитализма в империализм изменило условия для пролетарской революции. Сталин заявлял:

«Раньше считали победу революции в одной стране невозможной, полагая, что для победы над буржуазией необходимо совместное выступление пролетариев всех передовых стран или, во всяком случае, большинства таких стран. Теперь эта точка зрения уже не соответствует действительности. Теперь нужно исходить из возможности такой победы, ибо неравномерный и скачкообразный характер развития различных капиталистических стран в обстановке империализма, развитие катастрофических противоречий внутри империализма, ведущих к неизбежным войнам, рост революционного движения во всех странах мира,— всё это ведет не только к возможности, но и к необходимости победы пролетариата в отдельных странах» 1.

Следовательно, революция может вспыхнуть сначала только в одной стране, и может добиться победы, если условия полностью созрели.

В этих обстоятельствах основой социалистической внешней политики является пролетарский интернационализм, что означает поддержку пролетарских и национально-освободительных движений против империализма. Социалистическая страна должна приспосабливать свою внешнюю политику к мирному сосуществованию с капиталистическими странами и использовать противоречия между империалистическими державами, чтобы сделать возможным и обеспечить мирное строительство социализма. Поэтому Ленин развивал политику мирного сосуществования с несоциалистическими странами, например, с Германией после Первой мировой войны:

«Наша внешняя политика, пока мы одиноки и капиталистический мир силён, с одной стороны, состоит в том, что мы должны использовать разногласия (победить все империалистические державы, это, конечно, было бы самое приятное, но мы довольно долго не в состоянии этого сделать). Существование наше зависит от того, что существует коренное расхождение империалистических держав, с одной стороны, а с другой стороны, что победа Антанты и Версальский мир отбросили в положение невозможности жить гигантское большинство немецкой нации» 2.

Ленин, однако, вполне определённо объяснил, что такие мирные отношения могут быть по характеру только временными и вовсе не отменяют агрессивности империализма:

«Пока остались капитализм и социализм, они мирно жить не могут: либо тот, либо другой в конце концов победит; либо по Советской Республике будут петь панихиды, либо — по мировому капитализму. Это — отсрочка в войне. Капиталисты будут искать поводов, чтобы воевать. Если они примут предложение и пойдут на концессии, им будет труднее» 3.

В 1954 г., продолжая дело Ленина, китайское правительство сформулировало пять принципов мирного сосуществования:

«Взаимное уважение территориальной целостности и суверенитета, взаимное ненападение, невмешательство во внутренние дела друг друга, равенство и взаимная выгода, мирное сосуществование» 4.

Такая политика и заключение соответствующих соглашений затруднили для империалистических держав открытую агрессию против социалистических стран без разоблачения своего подлинного характера перед своими народами или без затрагивания прибылей некоторых капиталистов или монополистических групп нарушением торговых соглашений.

Взгляды современных ревизионистов на роль мирного сосуществования резко контрастируют с этим. В отчёте Центрального комитета ⅩⅩ съезду КПСС Хрущёв объявил мирное сосуществование «генеральной линией внешней политики», «основным принципом советской внешней политики», и говорил, что необходимо стремиться в отношениях с империалистами «к укреплению доверия.., к сотрудничеству». КПСС сегодня заходит ещё дальше, заявляя в Программе 1986 г.:

«В насыщенном острыми противоречиями мире, перед лицом грозящей катастрофы есть единственно разумный, единственно приемлемый путь — мирное сосуществование государств с различным общественным строем. Это не просто отсутствие войн. Это такой международный порядок, при котором господствовала бы не военная сила, а добрососедство и сотрудничество, происходил широкий обмен достижениями науки и техники, ценностями культуры на пользу всех народов…

Политика мирного сосуществования, как её понимает КПСС, предполагает: отказ от войны, от применения силы или угрозы силы как средства решения спорных вопросов; разрешение их путём переговоров; невмешательство во внутренние дела и учёт законных интересов друг друга; право народов самостоятельно распоряжаться своей судьбой; строгое уважение суверенитета, территориальной целостности государств и нерушимости их границ; сотрудничество на основе полного равноправия и взаимной выгоды…» 5.

Как Советский Союз осуществляет политику мирного сосуществования на практике? Пока Советский Союз был социалистической страной, в нём обеспечивались ленинские принципы политики мирного сосуществования с другими государствами. Так ли это для внешней политики, как её понимает КПСС сегодня? В Программе 1986 г. КПСС подчёркивает:

«Революция — закономерный результат общественного развития, классовой борьбы в каждой данной стране. КПСС считала и считает принципиально неприемлемым „экспорт“ революции, навязывание её кому-либо извне… Советский Союз решительно противостоит попыткам насильственно остановить или повернуть вспять ход истории» 6.

Предполагалось ли, что вторжение советских войск в Афганистан было «экспортом революции» против реакционного режима? Разве не было оно, напротив, социал-империалистическим нападением на миролюбивую страну?

Программа обещает «строгое уважение суверенитета, территориальной целостности государств и нерушимости их границ». Как насчёт Анголы, в которой после отмены португальского колониального господства дела пошли не так, как желали социал-империалисты? Они заставили кубинские войска вмешаться в гражданскую войну и обеспечить власть группе, более удобной Советскому Союзу. Однако это не предотвратило дальнейшую борьбу.

Далее: «учёт законных интересов друг друга; право народов самостоятельно распоряжаться своей судьбой». Это резко противоречит практической внешней политике Советского Союза, который в военном и моральном отношениях поддерживает военный режим в Эфиопии в борьбе против освободительного движения Эритреи.

Программа также подчёркивает «невмешательство во внутренние дела» народов и «нерушимость их границ». Но это не помешало Советскому Союзу вторгнуться в Чехословакию в 1968 г.

Эти факты не только демонстрируют, что ленинские принципы мирного сосуществования отброшены нынешним Советским Союзом, но также и демонстрируют его социал-империалистический характер. Начиная с ⅩⅩ съезда КПСС в феврале 1956 г. шаг за шагом социалистическая система была отменена и заменена системой бюрократического капитализма. Капиталистические законы, раз введённые, работают автоматически и ведут в своём дальнейшем развитии к социал-империализму.

Кубинский ракетный кризис 1962 г., вызванный нацеленной на США социал-империалистической внешней политикой (размещение ядерных ракет на Кубе), вынудил Хрущёва отступить, потому что иначе вспыхнула бы ядерная война. Последующее ослабление напряжения положило конец «холодной войне». Экономические интересы западных капиталистов выдвинулись на первый план. Збигнев Бжезински, американский профессор и в дальнейшем советник президента Картера, написал об этой ситуации в 1965 г.:

«В послекубинской разрядке имеется более широкая возможность для Запада управиться с основной проблемой отношений Восток — Запад. Взяв на себя инициативу, Америка ясней бы подчеркнула более широкий масштаб своей европейской политики и ускорила бы развитие тенденций на Востоке, благоприятных для более близких отношений Восток — Запад. Соответствующее содержание такой инициативы было бы экономическим, так как это — наиболее уязвимый пункт в Восточной Европе, и так как возможность экономического сотрудничества Восток — Запад приобрела в Восточной Европе некоторую идеологическую респектабельность…» 7.

Но бюрократически-капиталистическое развитие не могло ещё справиться с этим экономическим сотрудничеством и отношения Восток — Запад увяли. Внешняя политика США стала более агрессивной. США пошли на военное вмешательство во Вьетнамскую войну.

Советский Союз нацелился вырасти во вторую сверхдержаву, чтобы быть способным конкурировать со США в планах мирового господства. Ядерная гонка вооружений между этими двумя сверхдержавами грозила охватить весь мир. Несмотря на чрезвычайные экономические усилия, Советский Союз стал только военной сверхдержавой, в отличие от США, которые были также экономической сверхдержавой. Тем временем, бюрократический капитализм Советского Союза и других ревизионистских стран упёрся в тупик.

Горбачёвский поворот к «новому политическому мышлению»

Концентрация значительной части советского экономического потенциала на вооружении, особенно на строительстве военных кораблей и ядерных ракет всех дальностей, произошла за счёт общего экономического развития. В то время как крупные индустриальные страны Запада реформировали свои экономики на самой современной основе, вводя автоматизацию и электронику, советская экономика всё более отставала.

Советский Союз: экономический гигант со слабостямиИскопаемыебогатстваДоля вмировых запасах,в процентахЖелезнаяруда30Энергия(нефть, газ,уголь)22Золото16длясравнения:Доляв мировомнаселении5,8НизкаяпроизводительностьПроизводствона одного занятого1985 г.СССРСША15 800$37 200$Отсталое сельскоехозяйствоСколькопотребителейкормит одинземледелецСоветскийСоюз14ЕС42США79

Сравнение экономических потенциалов Советского Союза и западных индустриальных держав в 1960 г. ставит Советский Союз на второе место после США, впереди ЕС и Японии. В 1970 г. советская доля мирового экономического потенциала составляла ещё 13 %, но к 1986 г. упала до всего 8 %. Динамика ВНП показывает ту же картину. В 1960 г. Советский Союз был вторым после США, но перед Японией и ЕС. Затем ЕС 8 и особенно Япония обогнали его, как показывают эти данные:

Табл. 16. Валовой национальный продукт, млрд долл. 9
1960 г. 1970 г. 1980 г. 1986 г. Рост за 1960—1986 гг.
США 509 990 2 602 4 200 в 8,25 раз
ЕС 191 480 2 765 3 400 в 17,80 раз
Япония 43 205 1 040 1 800 в 41,86 раз
Советский Союз 223 435 1 050 1 230 в 5,25 раз

За счёт ввоза современных западных технологий внешний долг вырос с 21,4 млрд долл. в 1984 г. до 23,3 млрд долл. в 1985 г. и 28,3 млрд долл. в 1986 г. Спад советской экономики в сравнении с капиталистическими державами Запада стал очевидным.

Советский бюрократический капитализм со своими жёсткими, бюрократическими, окостенелыми формами не мог равняться с западным капитализмом в экономическом отношении. Он не был серьёзным конкурентом на мировом рынке. Его двойственный характер выражался в ревизии марксизма-ленинизма, с одной стороны, при использовании его как вывески для обмана масс, с другой.

Тем временем, ядерное вооружение двух сверхдержав, США и СССР, приняло такие размеры, что мировая ядерная война могла бы стереть с лица Земли все высокоразвитые формы жизни. Если бы одна из сверхдержав напала на другую, она также была бы разрушена. Сверхдержавы зашли в тупик и ищут выход. Постепенное разоружение и уничтожение существующих ядерных вооружений кажется целесообразным и необходимым. Признание этого факта — основа, в иностранных делах, нового политического мышления, к которому призвал Горбачёв. Это, однако, не меняет империалистического характера советской политики, хотя она и включает временный отказ от стратегии мирового господства.

На ⅩⅩⅦ съезде КПСС Генеральный секретарь Горбачёв заявил, что «на большую безопасность Советский Союз не претендует, на меньшую не пойдёт» 10. Это значит, что Горбачёв не имеет в виду общее сокращение военного потенциала сверхдержав. Помимо химического и бактериологического оружия, и новые виды обычных вооружений имеют немыслимую ранее разрушительную мощь и постоянно совершенствуются. Изменение советской стратегии не обеспечит мира, не говоря уже о создании мира без войны. Напротив, империализм не может изменить свой характер. В свете того, что известно трудящимся об империализме, это — чистый цинизм, когда теоретик Германской компартии, директор «Института марксистских исследований» Хайнц Юнг заявляет:

«Основной вопрос — оттеснить силы военно-промышленного комплекса, чтобы предотвратить переход к государственно-монополистическому капитализму с его гонкой вооружений и войнами, и достичь своего рода гражданского монополистического капитализма» 11.

Такими иллюзиями они хотят заставить трудящихся поддерживать изменившуюся империалистическую внешнюю политику.

Социал-демократическая партия Германии проанализировала изменения в Советском Союзе в своём документе по стратегии и заявила:

«Мировая политическая ситуация и особенно события в Европе несомненно имеют решающее влияние на реформаторские усилия: продолжение масштабной гонки вооружений и обострение отношений Восток — Запад значительно ограничило бы экономические и политические возможности для реформ в СССР. Из этого, напротив, вытекают политические возможности для проведения европейской политики» 12.

Однако «новое политическое мышление» Горбачёва содержит ещё один аспект. Оно предусматривает постепенное сближение двух капиталистических систем для преодоления экономического отставания бюрократического капитализма Советского Союза от государственно-монополистического капитализма западных держав.

Этот долгосрочный план должен осуществляться сперва на основе двусторонних соглашений, а затем продолжаться вплоть до интеграции двух капиталистических систем (частнокапиталистической и бюрократически-капиталистической) на основе взаимного сотрудничества между предприятиями и развития отношений свободной торговли без государственного вмешательства. Этот пункт будет возможен только при ослаблении и постепенном устранении монополии внешней торговли в Советском Союзе, созданной как барьер для капиталистических стран, когда Советский Союз был ещё социалистической страной. Ослабление произошло уже в 1960‑х и побудило профессора Бжезински написать в своей книге:

«Эти изменения в отношениях говорят, что экономическое давление оказалось способно глубоко изменить прежние коммунистические взгляды и методы. Действительно, эти внешние изменения сопровождались внутренними реформами. Климат для западных бизнесменов в Восточной Европе и России в начале шестидесятых чрезвычайно улучшился. Некоторые из восточноевропейских государств, особенно Польша и Чехословакия, начали пересматривать структуру своей внешней торговли, и следует ожидать, что все коммунистические государства поступят аналогично» 13.

Сближение и взаимопроникновение двух капиталистических систем имеют место не только в сфере экономики. Как мы указали ещё в 1972 г.:

«Здесь мы видим, как тесно связаны экономическая политика и идеология. Империализм США очень хорошо знает, что капиталистическая реставрация в ревизионистских странах не может продвигаться только экономическими средствами. Должно последовать проникновение буржуазной идеологии, первоначально через культурные связи» 14.

Поэтому, например, в 1986 г. между ФРГ и ГДР было заключено двустороннее культурное соглашение, предусматривающее шесть художественных выставок в ГДР и пять — в ФРГ. Западноберлинский Грипс-Театер будет играть в ГДР, а восточно-берлинская Немецкая опера — в Дюссельдорфе. Будут организованы книжные выставки и семинары.

Новое в этих культурных соглашениях — партнёрство между университетами и обмен студентами. Вполне в духе экономического сближения было установлено партнёрство между Техническими университетами Аахена и Дрездена. Обмен студентами между ФРГ и ГДР проходит в 1988 г. согласно следующему соглашению:

  • ФРГ предлагает 200 мест для одномесячного и 100 мест для шестимесячного пребывания;
  • ГДР обещает предложить 100 мест для одномесячного пребывания и 10 — для шестимесячного.

Уже прошли приготовления к обмену учениками профессионально-технических училищ и средних школ. «Близкое сотрудничество» было согласовано между боннским министром Мёллеманом и министром по университетам и техническим колледжам ГДР Бёме.

«Новое политическое мышление» Горбачёва нацелено на «курс реформ» во внутренних делах, так как противоречия внутри бюрократически-капиталистического общества обострились. Чтобы завоевать доверие советского населения, он принял меры в связи с особо вопиющими случаями коррупции и небрежности в бюрократическом аппарате. Что действительно имеет значение, однако, это введение самоуправления на промышленных предприятиях. Для этого принят специальный закон.

Закон «О государственном предприятии (объединении)»

Этот закон предназначен, чтобы раскачать экономику и ввести «экономическое соревнование» между предприятиями. Это всего лишь другое выражение для капиталистической конкуренции между предприятиями. Монополия, которой пользуются некоторые производственные предприятия, должна быть ограничена для развития (капиталистического) рынка.

Погрязшее в бюрократизме центральное ведомство, устанавливающее материальные балансы и планы распределения, должно быть постепенно упразднено. Через оптовую торговлю должна быть организована свободная продажа средств производства. В соответствии с обязанностью предотвращать причинение ущерба окружающей среде заводы должны финансировать капиталовложения для защиты окружающей среды из своих фондов и через ссуды. Доход предприятий будет распределяться по их усмотрению, на основе самоуправления.

Заводское руководство будет избираться рабочим коллективом: директора — на пять лет, главы отделов и начальники цехов — на два-три года. Выбор директора должен быть утверждён соответствующим министерством. Главы отделов и начальники цехов утверждаются директором.

Центральное планирование заменяется планированием на уровне завода, с учётом свободной продажи. Бюрократический контроль над предприятиями отменяется.

Производительность труда, которая, согласно советским источникам, составляет только 40 % от стандарта США, будет увеличена через рационализацию и закрытие нерентабельных производств. 10—15 % рабочих мест в производстве должны быть сокращены. Это приведёт к росту безработицы (в настоящее время она равна примерно 3 %).

Закон «О государственном предприятии (объединении)», введённый в действие с 1 января 1988 г., закладывает юридическую основу далеко идущей экономической реформы. Горбачёв говорит:

«Этот проект закона по существу содержит новую идеологию хозяйственного управления… Он в корне изменит условия и методы в главном секторе экономики. В работе предприятий он урегулирует отношения между плановой основой и полным хозрасчётом, между самостоятельностью и ответственностью, а также узаконит новые формы самоуправления».

Эта бюрократически-капиталистическая реформа экономики также нацелена на стимулирование наращивания западными монополистическими капиталистами капиталовложений в Советском Союзе. Советский Союз в свою очередь также будет вкладывать капитал в западных капиталистических странах, особенно в форме сотрудничества предприятий. Это взаимопроникновение капитала послужит, как предполагается, решающим средством сближения и объединения двух капиталистических систем.

Совсем недавно современные ревизионисты отвергали теорию конвергенции, придуманную на Западе в шестидесятых годах.

Эта теория провозглашает возможность постепенного соединения капитализма и «реального социализма». В своё время она служила идеологической завесой, скрывающей, что взаимопроникновение восточного и западного капитализма, начавшееся с политикой разрядки, не было слиянием совершенно различных систем. В то же время она была предназначена способствовать иллюзиям масс насчёт «третьего пути» между капитализмом и социализмом 15.

Сегодня современные ревизионисты сами распространяют теорию конвергенции, так как она хорошо служит для идеологической маскировки подлинного характера курса Горбачёва. Писаревский, комментатор советского агентства «Новости», заметил в статье «Происходит ли конвергенция систем?»:

«Догматизм — общее явление. По моему мнению, он одинаково широко распространён как на Западе, так и на Востоке. Различны только его внешние формы. Искусственное противопоставление плана и рынка — тому пример. Десятилетиями вожди социалистической экономики возводили планирование в абсолют. Капиталистические предприниматели веками боготворили рынок.

Поэтому социалистическая экономика страдает от негибкости, западная — от неравномерности и непропорциональности развития. Следовательно, при социализме возникает нехватка рабочей силы, а при капитализме — рабочих мест. Дополнительная проблема — такое общее зло, как производство бесполезных, лишних товаров, вызывающее неоправданно высокое загрязнение окружающей среды и увеличение мировой экологической нагрузки. Так что же, автор проповедует конвергенцию? Возможно. Конечно, не абсолютную конвергенцию, а относительную, конвергенцию здравого смысла» 16.

«Конвергенция здравого смысла» — это лишь другое название «нового политического мышления», пропагандируемого Горбачёвым.

Во внутренних делах «новое политическое мышление» Горбачёва нацелено на «реформы», для которых придуманы термины перестройка и гласность. Эти термины, относящиеся к определённым признакам перемен в Советском Союзе, широко распространены средствами массовой информации Востока и Запада, так как, будучи броскими, они чрезвычайно хорошо скрывают суть перемен в Советском Союзе.

«Реформы» Горбачёва и идеологи ГКП

Горбачёвский Закон «О государственном предприятии (объединении)» сводится к введению югославской модели «самоуправления предприятий». Этого также требовали лидеры «Солидарности» в Польше. Вилли Гернс, главный идеолог Германской компартии, пренебрежительно критиковал их политику в статье «Польша и требование „самоуправления предприятий“». Вот некоторые выдержки из этой длинной статьи:

«Контрреволюционные лидеры „Солидарности“ открыто претендуют на руководство. Под прикрытием требования самоуправления предприятий они нападают на социалистическую собственность общества в целом…

Как уже говорилось выше, требование „самоуправления предприятий“, также выдвигаемое в виде лозунга „рабочего самоуправления“, занимает центральное место в контрреволюционной концепции лидеров „Солидарности“…

„Руководящие принципы работы Независимого самоуправляемого профсоюза «Солидарность» в нынешней ситуации (дискуссионные тезисы)“, изданные для съезда „Солидарности“, требуют, например, чтобы „центральное планирование утратило директивный характер.., не имело приказного характера… Социализированным заводам должна быть предоставлена независимость в определении программы и методов производства. В то же время центральное распределение сырья и других средств производства должно быть ограничено, а затем и полностью прекращено… Предприятие должно свободно распоряжаться доходами, которые оно производит, а также использовать её… на инвестиции“.

Осуществление этих требований „Солидарности“ на практике означало бы отмену центрального планирования, так как только те предприятия твёрдо придерживались бы его, которые получали от этого прибыль…

Руководящие принципы „Солидарности“ говорят далее: „условие эффективности заводов в новой системе — демонополизация рынка и развитие в определённой степени соревнования между производителями“. Кроме трений, которые неизбежно вызвало бы это „соревнование производителей“, реализация этой концепции обременила бы польскую экономику целым рядом проблем и увеличила бы социальную напряжённость.

Сами „руководящие принципы“ уже намекают на некоторые из этих проблем: „действие такой планово-рыночной экономики создаст некоторые общественные проблемы… Далеко зашедшие независимость заводов и принципы рыночной экономики могут повлечь экономические и социальные трудности (рост цен, проблемы с занятостью и т. д.)“. „Самоуправляющиеся заводы“, как предполагается, имеют право „подгонять численность рабочих под свои нужды“. Это также означает увольнение „лишних“ рабочих…

Наконец, „руководящие принципы“ требуют, чтобы „заводское самоуправление… имело бы право распоряжаться собственностью завода, решать, что будет произведено, что продано, а что вложено. Оно должно также иметь возможность распоряжаться распределением прибыли завода… Особенно необходимо в рабочем самоуправлении участие в назначении и увольнении директоров“» 17.

Выглядит так, как будто Горбачёв принял руководящие принципы «Солидарности» за модель для проекта самоуправления государственных предприятий. Согласно логике Гернса, Горбачёв идёт по пути контрреволюции. Как Гернс собирается спастись из идеологической петли, которую он сам свил для себя? Заклеймит ли он Горбачёва как контрреволюционера или примет горбачёвское «новое политическое мышление»? Как верный ревизионист, он, конечно, предпочтёт последнее. Те, кто запутываются в паутине ревизионизма, в ней и сгинут.

Наступление Горбачёва на советский рабочий класс

За лозунгом перестройки нет никакой революционной перемены в экономическом базисе Советского Союза, как снова и снова уверяет Горбачёв, а есть лишь углубление капиталистической реставрации.

Чтобы его честолюбивые экономические планы получили хотя бы небольшой шанс на успех, Горбачёв вынужден комбинировать свои экономические реформы с внутриполитическими реформами.

С 1956 г. повторялись попытки увеличить эффективность бюрократически-капиталистической экономики через реформирование её окостеневших структур. Однако они были неуспешными, немаловажная причина чего в том, что все предшественники Горбачёва полагали возможным устранить бюрократические преграды, не атакуя саму бюрократию. Этого, однако, они не смели сделать, ибо массы низшей и средней бюрократии в партийном, государственном и хозяйственном аппарате — ключевая социальная база тонкой высшей прослойки бюрократически-монополистической буржуазии.

В отличие от предшественников, Горбачёв понимает, что нет никакого другого пути, кроме как атаковать значительную часть этой социальной базы и рискнуть пойти на открытый конфликт с рабочим классом. В конце июля 1987 г. он объявил в Зеленограде, что собирается сократить вдвое аппарат управления, численность которого он определил в 18 миллионов.

Новый закон о труде и намеченная ценовая реформа — лобовые атаки на социальные позиции рабочего класса и других трудящихся. Этот курс заготовлен давно. В 1983 г. профессор Татьяна Заславская из Сибирского отделения Академии наук СССР в Новосибирске выступила с докладом на научном семинаре «Социальный механизм развития экономики» 18, в котором формулировался «курс Горбачёва» — намного раньше, чем Горбачёв возглавил партию 19. Под заголовком «Секретная новосибирская статья» этот документ вызвал настоящую сенсацию на Западе и заставил ГКП усомниться в его подлинности. Заславская показала антинародный характер горбачёвской реформы гораздо более открыто, чем сам Горбачёв в своих речах. В своём «Новосибирском манифесте» она писала:

«…Коренная перестройка управления хозяйством существенно задевает интересы многих общественных групп, части которых она сулит улучшение, а другой части — ухудшение их положения.

В силу этого предпринимаемые высшими органами власти попытки совершенствования производственных отношений, приведения их в большее соответствие с новыми требованиями производительных сил не могут протекать бесконфликтно. Успешное решение этой задачи возможно лишь на основе использования продуманной социальной стратегии, которая одновременно активизировала бы деятельность групп, заинтересованных в изменении современных отношений, и блокировала действия групп, способных этому изменению помешать» 20.

Далее она анализирует, кто эти «группы», конфликт с которыми неизбежен. С одной стороны, это часть бюрократии, объявленная избыточной, и беспокоящаяся относительно своих привилегий и средств к существованию.

Рабочий класс, с другой стороны, считается гораздо большей проблемой. Заславская пишет об этом так:

«Распространёнными чертами многих работников, личностное становление которых происходило в последние пятилетки, являются низкая трудовая производственная дисциплина, безразличное отношение к выполняемому труду, низкое качество работы, социальная инертность, низкая самоценность труда как средства самореализации, ярко выраженные потребительские ориентации, невысокий уровень нравственности. Достаточно напомнить о широких масштабах деятельности так называемых „несунов“, распространении различных „теневых“ сделок за общественный счёт, развитии „левых“ производств, приписок, о „выведении“ заработной платы независимо от результатов труда» 21.

Неукротимым презрением к массам веет от этих слов. Но кроме этого возникает один большой вопрос: предполагается ли, что такие «общие характеристики» всего рабочего класса сформировались при так называемом «развитом социализме»? Именно бюрократы разрушили социалистическое сознание рабочих своей политикой материального стимулирования с 1956 г. и в массовом порядке вносили в рабочий класс мелкобуржуазный образ мышления. То, что́ описывает Заславская, это не что иное, как этот образ мышления.

Цель всей этой линии рассуждений состоит в том, чтобы представить рабочий класс как главное препятствие прогрессу и оправдать наступление на рабочих. Это наступление неизбежно обострит классовые противоречия. Чтобы справиться с этим, была изобретена «социальная стратегия» для притупления классовых противоречий: гласность.

Западногерманская газета «Райнише пост» сообщает о визите в Советский Союз высокой делегации Объединения немецких профсоюзов (ОНП) во главе с её председателем Эрнстом Брайтом:

«Переход к вычислениям рентабельности на советских предприятиях приведёт к противоположности интересов администрации и работников в форме, „к которой мы, вероятно, больше привыкли“. Советская сторона подтвердила намного больший опыт ОНП в этой области. Брайт не исключал, что Шалаев и его организация могли бы однажды использовать этот опыт. Советские деятели профсоюзного движения показали большой интерес к моделям участия в управлении» 22.

Так что в советской надстройке также нет никакой «революционной перемены», а есть сближение с западными условиями: мнимое участие в управлении как уловка ради успеха усиленного нажима на рабочий класс.

Политика Горбачёва серьёзно обострит противоречия в Советском Союзе:

  • классово-сознательные рабочие борются против растущей эксплуатации и грозящей массовой безработицы;
  • значительные слои трудящегося населения и особенно пенсионеров страдают от запланированного роста цен на продовольствие;
  • мелкие и средние бюрократы боятся утратить свои привилегии;
  • отсталые слои рабочего класса, приученные к халатности и кумовству, также боятся реформ Горбачёва;
  • выявится нагромождение противоречий с национальными меньшинствами и выступления против нарастающего разрушения окружающей среды;
  • открыто прозападные «диссиденты» выступают более агрессивно;
  • вдобавок ко всему, есть противоречия в самом руководстве КПСС и с различными восточноевропейскими правительствами, которые боятся рухнуть от новых событий.

С введением бюрократического капитализма в Советском Союзе и других бывших социалистических странах, капиталистические законы действуют точно так же, как в частно-капиталистических странах. Обеднение масс вследствие недостатка продовольствия и энергии и огромного роста цен усиливает противоречия, что приводит к демонстрациям, собраниям и забастовкам. Следует подавление полицейскими и военными силами. Всё это влечёт усугубление классовых противоречий во всех бюрократически-капиталистических странах.

Для трудящихся этих стран, так же как для рабочего класса западных капиталистических стран, цель состоит в совершении революции для свержения капиталистического господства и установления или восстановления социализма. Это требует социалистического сознания, которое сегодня отошло на задний план.

Следовательно, должно быть восстановлено диалектическое единство теории и практики. Это требует сознательного применения диалектического метода к изучению процессов и явлений в обществе и к классовой борьбе против бюрократического капитализма.

Нет никакого фундаментального различия между этой классовой борьбой и борьбой против западного капитализма. На Востоке и на Западе идеологическая основа рабочего класса — марксизм-ленинизм. Его мировоззрение — диалектический и исторический материализм. Как здесь, так и там, должно быть достигнуто диалектическое единство теории и практики. Как здесь, так и там, при появлении новых проблем, новых явлений и процессов в природе и обществе они должны глубоко изучаться, рассматриваться со всех сторон, анализироваться, характеризоваться; должны быть исследованы отношения к другим вещам, явлениям и процессам; должны быть раскрыты противоречия, борьба и единство противоположностей — выяснены и конкретизированы. Проанализированные элементы и результаты исследований должны быть затем суммированы через синтез. Каждый марксист-ленинец должен пытаться понять диалектику в природе и обществе и применять её в теории и практике классовой борьбы способом, которому нас учит Ленин:

«Надо иметь собственную голову на плечах, чтобы в каждом отдельном случае уметь разобраться. В том-то и состоит, между прочим, значение партийной организации и партийных вождей, заслуживающих этого звания, чтобы длительной, упорной, разнообразной всесторонней работой всех мыслящих представителей данного класса вырабатывать необходимые знания, необходимый опыт, необходимое — кроме знания и опыта — политическое чутьё, для быстрого и правильного решения сложных политических вопросов» 23.

Примечания:

  1. И. В. Сталин. Соч., т. 6, с. 106.
  2. В. И. Ленин. ПСС, 5‑е изд., т. 42, с. 105.
  3. Там же, с. 76.
  4. Редакция газеты «Жэньминь жибао», редакция журнала «Хунци». Две диаметрально противоположные политики мирного сосуществования. Шестая статья по поводу открытого письма ЦК КПСС (12 декабря 1963 года).— Полемика о генеральной линии международного коммунистического движения.— Пекин, Издательство литературы на иностранных языках, 1965.— с. 287.
  5. Материалы ⅩⅩⅦ съезда Коммунистической партии Советского Союза.— М., Политиздат, 1986.— сс. 136—137 и 176.
  6. Там же, с. 176.
  7. Zbigniew Brzezinski. Alternative to Partition (Альтернатива разделу).— с. 169.
  8. ЕС — Европейское сообщество, в 1993 г. преобразованное в Европейский союз. ЕС расширилось с шести государств в 1970 г. до девяти в 1980 г. и двенадцати — в 1986 г.
  9. «Зюддойче цайтунг» (Süddeutsche Zeitung), 10 декабря 1986 г.
  10. Материалы ⅩⅩⅦ съезда Коммунистической партии Советского Союза.— М., Политиздат, 1986.— с. 67.
  11. «Блеттер фюр интернатионале политик унд виртшафт» (Blätter für Internationale Politik und Wirtschaft) № 2, 1987 г.
  12. «Франкфуртер рундшау» (Frankfurter Rundschau), 4 марта 1986 г.
  13. Z. Brzezinski. Alternative to Partition (Альтернатива разделу).— с. 68.
  14. «Револютионерер вег» (Revolutionärer Weg) № 9 или гл. Ⅲ.4 этой книги.
  15. См. гл. Ⅲ.4.
  16. Происходит ли конвергенция систем? (Gibt es eine Konvergenz der Systeme?) // «Ди тат» (Die Tat), 28 августа 1987 г. Выделение наше — ред.
  17. «Марксистише блеттер» (Marxistische Blätter) № 6, 1981 г., сс. 86, 88 и 89.
  18. Новосибирск, ИЭиОПП СО АН СССР, 1983 г. Полный текст доклада опубликован: A voice of Refоrm / Essays By Tatiana Zaslavskaya / Ed. M. Yanovitch. M.E.Sharp. N.Y, L., 1989.— сс. 158—184.
  19. М. С. Горбачёв был избран Генеральным секретарём ЦК КПСС 11 марта 1985 г.
  20. Татьяна Заславская. О совершенствовании производственных отношений социализма и задачах экономической социологии.— сс. 14—15.
  21. Там же, сс. 25—26.
  22. «Райнише пост» (Rheinische Post), 1 августа 1987 г.
  23. В. И. Ленин. ПСС, 5‑е изд., т. 41, сс. 52—53.

Советский Союз — социал-империалистическая сверхдержава

Кто опубликовал: | 08.05.2019

Кубинский ракетный кризис 1962 г. и его европейская параллель

Угроза вторжения США на Кубу существовала с победы Кубинской революции в начале 1959 г. С 1960 г. напряжение между Кубой и США усилилось из-за конфискации собственности США на Кубе, побудившей правительство США в январе 1961 г. разорвать дипломатические отношения. В апреле того же года силы кубинских эмигрантов с одобрения империалистов США предприняли операцию в заливе Свиней, направленную на захват Кубы. Вторжение потерпело неудачу, но это не означало, что угрозы нового нападения больше не существует; оно стало ещё более вероятным, когда Кубу с подачи империалистов США в январе 1962 г. исключили из Организации американских государств.

Само собой разумеется, что Куба должна была готовиться в военном отношении к новому вторжению. Страна получала финансовую, экономическую и военную помощь и дипломатическую поддержку от Советского Союза. Фидель Кастро, лидер Кубинской революции и премьер-министр, пригласил многочисленных технических и военных советников из Советского Союза и других стран Восточного блока. Единственным вопросом было, как и в каких масштабах можно было обеспечить военную помощь, не спровоцировав США.

В письме Центрального комитета КПСС Центральному комитету Коммунистической партии Китая от 30 марта 1963 г. мы читаем:

«В силу своей хищнической сущности империализм не может освободиться от стремления разрешать противоречия на международной арене путём войны. Но, с другой стороны, он не может и развязать мировую термоядерную войну, не учитывая, что поставит себя под угрозу уничтожения» 1.

Это верно лишь отчасти, так как в Кубинском ракетном кризисе 1962 г. империалисты США готовились развязать ядерную войну. Это признаётся даже в открытом письме Центрального комитета КПСС всем партийным организациям, всем коммунистам Советского Союза от 14 июля 1963 г.:

«Это был острый международный кризис: никогда человечество не подходило так близко к грани термоядерной войны, как в октябре прошлого года…

Поскольку речь шла не просто о конфликте между США и Кубой, а о столкновении двух крупнейших ядерных держав, кризис в районе Карибского моря из локального превратился бы в мировой. Возникла реальная угроза мировой термоядерной войны» 2.

Что вызвало осенью 1962 г. Кубинский ракетный кризис и как он мог обостриться так быстро и драматично? Тогдашний президент США Дж. Ф. Кеннеди в сентябре предупредил Советский Союз о создании на Кубе военной базы. Кризис разразился 22 октября, когда Кеннеди обнародовал заявление о размещении на Кубе советских ракетных установок. Американские самолеты-разведчики сфотографировали их местоположение. Кеннеди объявил размещение ракет среднего радиуса действия угрозой миру и потребовал их немедленного вывоза под международным контролем. Он ввёл против Кубы морскую блокаду, чтобы предотвратить дальнейшие поставки. Но дверь для соглашения была оставлена открытой.

Как услуги за услугу Хрущёв попытался добиться от США заявления об отказе от вторжения на Кубу, а также вывоза своих баллистических ракет средней дальности из Турции. Но так как империализм США демонстрировал решимость, Хрущёв отступил и дал распоряжение вывезти советские ракеты. В защиту своей политики он заявил в докладе на сессии Верховного совета 12 декабря 1962 г. (вскоре после Кубинского ракетного кризиса):

«Верно, конечно, что природа империализма не изменилась, но империализм сейчас уже не тот, каким он был раньше, когда безраздельно господствовал над миром. Если он сейчас „бумажный“ тигр, то те, кто так говорит, знают, что у этого „бумажного“ тигра атомные зубы. Он может пустить их в ход, и к нему нельзя относиться легкомысленно. Во взаимоотношениях с империалистическими странами возможно идти на взаимные компромиссы, а с другой стороны, надо иметь все средства для того, чтобы разгромить агрессоров, если они развяжут войну» 3.

И всё же именно Кубинский ракетный кризис доказывает, что Советский Союз — с конца пятидесятых социал-империалистическая сверхдержава — «относился легкомысленно» к этому тигру и поставил мир на край ядерной войны. Относительно китайского обвинения в авантюризме в открытом письме ЦК КПСС говорилось:

«Китайские товарищи утверждают, что в период карибского кризиса мы якобы допустили „авантюристическую“ ошибку, ввезя ракеты на Кубу, а затем будто бы пошли на „капитуляцию“ перед американским империализмом, когда вывезли ракеты с Кубы.

Подобные утверждения в корне противоречат фактам.

Как обстояло дело в действительности? ЦК КПСС и Советское правительство располагали достоверными данными, говорившими о том, что вот-вот должна была начаться вооружённая агрессия империализма США против Кубы…

Исходя из необходимости защитить кубинскую революцию, Советское правительство и правительство Кубы договорились поставить ракеты на Кубе, так как это был единственный реальный способ предупреждения агрессии со стороны американского империализма. Поставка ракет на Кубу означала, что нападение на неё встретило бы решительный отпор с применением ракетного оружия против организаторов агрессии. Такая решительная мера со стороны Советского Союза и Кубы вызвала шок у американских империалистов, которые впервые за всю историю почувствовали, что в случае, если они предпримут военное вторжение на Кубу, они получат в ответ сокрушительный удар по своей территории…

В сложившейся обстановке имелось два выхода: пойти на поводу у „бешеных“ (так называют самых агрессивных и реакционных представителей американского империализма) и встать на путь развязывания мировой термоядерной войны, или, используя возможности, созданные ввозом ракет, принять все меры к тому, чтобы договориться о мирном разрешении возникшего кризиса и не допустить агрессии против Кубинской Республики.

Мы избрали, как известно, второй путь и убеждены, что поступили правильно» 4.

Из этого можно заключить, что, во-первых, Советский Союз разместил на Кубе баллистические ракеты с атомными боеголовками, или что такие базы строились, и, во-вторых, что эти ядерные ракеты должны были использоваться для нанесения «сокрушительного удара» по территории США в случае вторжения на Кубу (возможно, вновь совершённого кубинскими эмигрантами). Но это означало бы, что Советский Союз первым начнёт термоядерную войну, даже если причиной будет агрессия против Кубы, вторжение США. Есть всё-таки разница между использованием обычного вооружения для противостояния захватчику, использующему обычное вооружение, и использованием ядерных арсеналов. Хрущёв, очевидно, не ожидал такого массированного ответа империализма США. Следовательно, весь план был безответственным и авантюристическим.

Когда самолеты-шпионы США обнаружили на Кубе строительство ракетных баз, Кеннеди принял меры в три этапа:

  1. морская блокада Кубы и досмотр приближающихся к Кубе судов;
  2. мобилизация дополнительных военных сил и приведение в полную боевую готовность баз США по всему миру;
  3. приготовления к использованию атомных бомб.

Мир, таким образом, стоял на краю ядерной войны. Так как уже размещение ядерных ракет на Кубе (на советских военных базах) было опасной ошибкой, теперь, если ядерной войны удастся избежать (а её следовало избежать), единственным выбором оставался демонтаж и вывоз ракет с Кубы. Чтобы сохранить лицо, Хрущёв сделал следующее предложение в первом письме Кеннеди от 27 октября 1962 г.:

«Мы согласны вывезти те средства с Кубы, которые Вы считаете наступательными средствами. Согласны это осуществить и заявить в ООН об этом обязательстве. Ваши представители сделают заявление о том, что США, со своей стороны, учитывая беспокойство и озабоченность Советского государства, вывезут свои аналогичные средства из Турции. Давайте договоримся, какой нужен срок для вас и для нас, чтобы это осуществить» 5.

Кеннеди проигнорировал это предложение в своем ответе от 27 октября 1962 г. и просто объявил, что не будет никакого вторжения на Кубу. Послание Хрущёва Кеннеди на следующий день было капитуляцией:

«Господин Президент, я ещё раз хочу ясно сказать, что мы не могли быть равнодушными к [угрозе вторжения на Кубу — ред.], и Советское правительство решило оказать помощь Кубе средствами защиты против агрессии, только средствами в целях обороны. Мы поставили туда средства обороны, которые Вы называете средствами наступления. Поставили их для того, чтобы не было совершено нападения против Кубы, чтобы не было допущено необдуманных акций.

Я с уважением и доверием отношусь к Вашему заявлению, изложенному в Вашем послании 27 октября 1962 г., что на Кубу не будет совершено нападения, не будет вторжения, причём не только со стороны Соединённых Штатов, но и со стороны других стран западного полушария, как сказано в том же Вашем послании. Тогда и мотивы, побудившие нас к оказанию помощи такого характера Кубе, отпадают. Поэтому мы и дали указание нашим офицерам (а эти средства, как я уже сообщал Вам, находятся в руках советских офицеров) провести соответствующие меры по прекращению строительства указанных объектов, демонтажу их и возвращению их в Советский Союз» 6.

Правительство США ни в коем случае не взяло на себя обязательств не вторгаться на Кубу и удерживать своих союзников от такого вторжения. Так что было совершенно оправдано, когда Центральный комитет Коммунистической партии Китая обвинил кремлевских авантюристов и капитулянтов в попытках заставить людей поверить обещаниям США, которых на деле даже и не было.

Ревизионистские лидеры КПСС безуспешно пытались защититься от этого обвинения в своём открытом письме в июле 1963 г. Они указали, что правительство США держало слово восемь месяцев, прошедших с Кубинского ракетного кризиса, и не организовало никакого вторжения на Кубу. Чтобы избавиться от клейма капитулянтов, они добавили:

«Но ведь нельзя забывать и о том, что мы дали обязательство и кубинскому народу: если империалисты США нарушат своё слово и вторгнутся на территорию Кубы, то мы придём на помощь кубинскому народу. Каждый здравомыслящий человек хорошо понимает, что в случае вторжения американских империалистов мы придём на помощь кубинскому народу с советской территории так же, как помогли бы ему и с кубинской территории. Правда, при этом ракеты немножко больше будут находиться в полёте, но прицельность их от этого будет не менее точная» 7.

Притом, что раньше размещение ядерных ракет на Кубе было якобы «единственным реальным способом предупреждения агрессии со стороны американского империализма», теперь это вдруг стало так же возможно «с советской территории». Почему же, в конце концов, они разместили ракеты именно на Кубе? Здесь нет никакого иного объяснения, кроме авантюризма советских лидеров, в котором выражается их социал-империалистическая жажда власти.

В связи с этим весьма показательно свидетельство Джона Дж. Мак-Клоя, бывшего в 1949—1952 гг. Верховным комиссаром США по Германии, а в 1961 г. ставшего специальным советником президента Кеннеди. Когда его спросили о поворотном моменте в Кубинском ракетном кризисе 1962 г. в интервью с журналистом Лотаром Леве, транслировавшемся 10 июля 1981 г. по третьему каналу западногерманского телевидения, Мак-Клой сказал, что в это время он был вызван к президенту:

«Мне было поручено ведение переговоров по деталям вывоза советских ракет с Кубы с советским заместителем министра иностранных дел Кузнецовым.

Вопрос: Как близко мы были к Третьей мировой войне в ходе Кубинского ракетного кризиса?

Ответ: Как выразился мой друг Дин Раск, тогдашний Госсекретарь, мы стояли лицом к лицу и атмосфера была чрезвычайно напряжена. Мы понятия не имели, не вспыхнет ли ядерная война следующим утром. Столь напряжённой была ситуация.

Вопрос: В течение переговоров о вывозе ракет с Кубы советский дипломат Кузнецов будто бы сказал Вам, что они никогда больше не потерпят ничего подобного.

Ответ: Насколько я помню — это было давно и я не могу помнить его слова в точности — он говорил что-то вроде следующего: г‑н Мак-Клой, мы будем соблюдать это соглашение. Если вы обнаружите, что мы не соблюдаем его, сообщите мне, и мы всё исправим. После того, как я объяснил ему наши мысли относительно вывоза ракет — мы хотели быть уверены, что вывезено столько же ракет, сколько ввезено,— он сказал, что они будут придерживаться этого соглашения, но никогда не позволят вновь вовлечь себя в подобную ситуацию… Действительно серьёзные проблемы, сказал он, возникли бы на Ближнем Востоке… С его точки зрения, опасность ядерной войны была возможно намного больше там, чем где-либо ещё» 8.

Существует ли европейская параллель Кубинского ракетного кризиса? Отставной генерал-майор Герт Бастиан, один из инициаторов «Крефельдского обращения» 9, указал на эту связь в письме федеральному министру обороны Апелю 16 января 1980 г.:

«Итак, сверхдержавы всегда осторожно обращались с этим равенством возможностей, которое дополнительно скрепляли ОСВ‑1 и ОСВ‑2. Их мудрость действовать именно так убедительно доказало решение, которым президент Кеннеди отреагировал в 1962 г. на единственное до сих пор исключение, а именно, намерение советского руководства разместить ракеты среднего радиуса действия на Кубе, что угрожало США.

Отказавшись от этого намерения, которое, разумеется, рассматривалось США как непозволительная провокация, Советский Союз в то время, возможно, удержал мир в шаге от смены холодной войны на горячую.

И сегодня тот же Советский Союз, как предполагается, не рассматривает как вызов США размещение ядерных ракет среднего радиуса действия в пределах достижимости их жизненных центров? Что, он должен невозмутимо наблюдать за появлением у США возможности причинить разрушения стратегического значения в западной части СССР с помощью этого ядерного потенциала, при сокращении времени раннего предупреждения в пять раз? Что, он должен даже рассматривать решение НАТО по размещению как стимул уменьшить свои собственные арсеналы?

Именно к этой нелогичности приводит формула „вооружайтесь и противовооружайтесь“, которая не годится, ибо противопоставляет друг другу способности и угрозы различных качеств; ей же способствует вводящее в заблуждение утверждение, что отказ США от ракет в Европе означал бы шаг к капитуляции, как можно было слышать недавно от бывшего самого высокопоставленного офицера бундесвера.

Едва ли можно больше исказить действительность. Ибо очевидно, что, напротив, присутствие такого большого ядерного потенциала на голландской, бельгийской и даже немецкой земле гораздо вернее, чем какая-то другая угроза, должна поднять в Советском Союзе вопрос, не следует ли ему, если мир будет поставлен под угрозу, устранить эту угрозу превентивным ядерным ударом, который, учитывая небольшой размер области размещения, не должен быть невозможен» 10.

Разве не является так называемое решение НАТО «противо»-вооружиться — на деле решением пополнить свои вооружения ядерными ракетами средней дальности и высокоточными крылатыми ракетами большой дальности — европейской параллелью запланированной ракетно-ядерной базы на Кубе, даже в бо́льших масштабах? Все предусмотренные 108 штатовских ракет среднего радиуса действия «Першинг Ⅱ» предназначены для размещения в ФРГ. Из 464 крылатых ракет наземного базирования 96 будет размещено в ФРГ. Это сделает ФРГ страной с самой высокой плотностью ядерных арсеналов в 1983 г. (см. рис. 4). Это — опасный вызов ядерной державе Советскому Союзу со стороны ядерной державы США.

Империалисты США мечтают о ядерной войне, которая могла бы ограничиться Европой, и президент Рейган даже прямо выболтал это. На пресс-конференции 17 октября 1981 г. президенту США задали следующий вопрос: «Думаете ли вы, что между нами и Советским Союзом может произойти обмен ограниченными ядерными ударами, или эскалация будет просто неизбежна?». Ответ Рейгана начался со слов: «Честно говоря, я не знаю». Далее президент сказал: «Но я могу представить, что возможен обмен ударами с использованием тактического оружия, ядерного оружия, не приводящий одну из двух сверхдержав к нажатию кнопки» 11.

Довольно ясный ответ. Но такие мысли содержат опасную ошибку: палец Кеннеди лежал на кнопке, запускающей ядерную войну, но не нажал её. Социал-империалисты нажмут её, как только атомное оружие в Европе вступит в действие. США не останутся невредимыми — не существует никакой ограниченной ядерной войны. Одно, во всяком случае, точно: ФРГ, как крупнейшая платформа для ядерного вооружения, будет тогда разрушена, прекратит существовать. «Франкфуртер рундшау» комментирует замечание Рейгана:

«Движение в защиту мира в Германии и во всей Европе должно быть благодарно Рейгану за почти наивную искренность, с которой он успокаивает своих соотечественников. Многие из сомневающихся уже давно приводят подобного же рода аргументы, хотя их неоднократно отметали политические деятели и эксперты или же отделывались от них пустыми фразами» 12.

В борьбе за сохранение всеобщего мира главный удар движения в защиту мира должен быть направлен против размещения ракет США средней дальности, так как это резко обостряет угрозу ядерной Третьей мировой войны.

В борьбе против угрозы войны трудящиеся ФРГ должны одновременно сосредоточиться на новом германском империализме как главном враге. Именно канцлер Шмидт в 1977 г. указал на «дисбаланс» в области евростратегического вооружения в речи, адресованной Лондонскому институту стратегических исследований, и потребовал, чтобы Запад сделал что-нибудь с этим. Именно канцлер Коль использует эту проблему в своих выборных кампаниях и даёт США гарантии размещения ракет. Они стремятся к размещению ракет, с одной стороны, чтобы самим по возможности овладеть наиболее современным ядерным вооружением, а, с другой стороны, чтобы воспользоваться преимуществом возможного первого удара США в соответствии с собственными стратегическими целями нового германского империализма — безумная идея.

Планы ядерной войны, ограничивающейся Европой, исходят от США. Таким образом, в отношении приготовлений к войне империализма США и советского социал-империализма чаша в настоящее время клонится в сторону США и НАТО.

План сделать Европу театром ограниченной ядерной войны должен быть предотвращен. Европа и её население, её экономика и её культура не должны быть разрушены.

За Европу, свободную от ядерного оружия от Урала до Атлантики!
Распустить НАТО и Варшавский договор!

АКильЛюбекГанноверБрауншвейгДортмундКёльнБоннФранкфуртСаарбрюкенКарлсруэШтутгартВюрбургНюрнбергРегенсбургФрайбургМюнхенВысочайшаяв миреплотностьядерного оружия18 машин в каждойиз четырех эскадрилийв федеральных ВВС«Старфайтер»приспособлены нестина борту ядерное оружие.Две машиныв каждой эскадрильезагружены бомбами ивсегда готовы взлететь.120 бронированныхсамоходных гаубицфедеральной армиивыделены для стрельбыатомными снарядами.Часть этойатомной артиллериив настоящее времяоснащаетсяновыми орудиями.Двеэскадрильи ВВСоснащены ракетамисредней дальности«Першинг 1А».У каждойесть три,всегда готовыек запуску,ракетыс атомнымибоеголовками.Ракетымалой дальности«Лэнс»предназначеныисключительнодля атомной войны.Армия дажене закупилаобычныхбоеголовок.Ракеты малой дальности«Лэнс»Ракетысредней дальности«Першинг 1А»Аэродромы дляатомных бомбар-дировщиковАтомные склады,командные пункты,ракеты «Ника-Геркулес»

Вооружённое нападение на Чехословакию в 1968 г.

В ночь с 20 на 21 августа 1968 г. войска Советского Союза, Польской НР, ГДР, Венгерской НР и НР Болгария под общим командованием заместителя министра обороны СССР, генерала Ивана Павловского, вторглись на территорию Чехословацкой Социалистической Республики. Общественные здания были заняты, ведущие представители партийного и государственного руководства Чехословакии — арестованы, около 50 человек — убиты и более 500 — ранены. Этой агрессивной кровавой акцией социал-империалисты задушили попытку ревизионистской группы Дубчека (тогдашнего первого секретаря ЦК Компартии Чехословакии) ослабить политическую и экономическую зависимость своей страны от Советского Союза и пойти на сближение с империалистами США и Западной Германии.

Правительство Чехословакии выразило резчайший протест и выступило 21 августа со следующим заявлением:

«Сегодня Чехословакия была занята войсками пяти стран Варшавского договора вопреки воле правительства, Национального собрания и руководства Коммунистической партии Чехословакии, и вопреки воле её народа…

Правительство обращается ко всем гражданам со следующей прокламацией:

  1. Мы требуем немедленного вывода отрядов пяти стран Варшавского договора, соблюдения ими этого договора, и полного уважения к суверенитету Чехословакии.

  2. Мы настоятельно призываем правительства Советского Союза, ГДР, Болгарии, Польши и Венгрии отдать приказ остановить вооружённые действия, вызывающие кровопролитие и причиняющие материальный ущерб нашей стране.

  3. Мы требуем немедленного создания нормальных условий для нормальной работы конституционных органов и политических учреждений Чехословакии и прекращения интернирования их членов с тем, чтобы они могли возобновить деятельность.

  4. Мы требуем немедленного созыва Национального собрания, чтобы оно могло заявить позицию правительства Чехословакии относительно разрешения нынешнего кризиса…» 13.

Весь народ негодовал и сопротивление оккупантам росло. Указательные знаки были убраны, поезда — блокированы, на танках рисовались свастики; также было физическое сопротивление в виде бросков камней. Чтобы прикрыть своё преступление против чехословацкого народа и суверенитета Чехословакии, советские лидеры принудили правительства Болгарии, Венгрии, Польши и ГДР выступить 23 августа с лицемерным совместным «Обращением к гражданам Чехословацкой Социалистической Республики», в котором говорилось:

«Дорогие друзья!

Сегодня на помощь к вам пришли братья по классу. Они пришли к вам не для того, чтобы вмешиваться в ваши внутренние дела, а для того, чтобы вместе с вами дать отпор контрреволюции, отстоять дело социализма и устранить угрозу суверенитету, независимости и безопасности вашей отчизны.

Войска братских союзных стран пришли к вам, чтобы никто не мог отнять у вас свободу, завоёванную в нашей совместной борьбе с фашизмом, чтобы никто не мог помешать вам двигаться вперёд по светлому пути социализма. Эти войска покинут вашу территорию после устранения угрозы свободе и независимости Чехословакии» 14.

Это была явная насмешка над народом Чехословакии со стороны социал-империалистов, давно отменивших социализм в своей стране, и после 1956 г. вынудивших другие бывшие социалистические страны Восточной Европы вступить на капиталистический путь. Не защита социализма была целью вторжения, а насильственное удержание Чехословакии в неоколониальной зависимости от Советского Союза.

Поэтому вторжение в Чехословакию не имеет ничего общего с событиями в Венгрии в октябре 1956 г. Тогда Советский Союз был призван законным руководством венгерского народа, Революционного рабоче-крестьянского правительства, чтобы помочь венгерским трудящимся защитить народно-демократическую систему от контрреволюции.

В Чехословакии, напротив, контрреволюция давно втихую одержала верх. Руководство коммунистической партии претерпело мелкобуржуазное вырождение, предало марксизм-ленинизм в 1956 г. вслед за Хрущёвым и, став буржуазией нового типа, отняло у рабочего класса политическую власть. Под руководством Антонина Новотного партийные, государственные и хозяйственные бюрократы постепенно вновь ввели в Чехословакии законы капиталистической системы прибыли и присвоили созданные трудящимися богатства. Застой и расстройство хозяйства не замедлили последовать.

В январе 1964 г. председатель экономической комиссии Центрального комитета Драгомир Кольдер, был вынужден публично признать, что экономический прирост с пятидесятых годов постоянно падал, и в 1963 г. впервые был отмечен отрицательный прирост.

В тщетной попытке справиться с нарастающими экономическими проблемами ЦК КП Чехословакии под решающим влиянием члена ЦК, ревизионистского экономического теоретика, профессора Оты Шика принял в январе 1965 г. новую систему планирования. Эта система была направлена на применение к рабочим ещё более суровых методов капиталистического принуждения, столкновение отдельных предприятий в жестокой конкуренции друг с другом и предоставление неограниченного простора законам капиталистического рынка. Она предусматривала, помимо прочего:

  • формирование цен с учётом мирового рынка и мировой производительности труда;
  • импорт потребительских товаров, несмотря на возможность местного производства;
  • «здоровое соревнование» и «переход к системе комиссионной платы»;
  • расширение полномочий директоров и управленцев;
  • привязку суммы премий (материального стимула для рабочих) к сумме прибыли соответствующего предприятия;
  • «облегчение текучести рабочей силы» через «изменение трудовых законов и положений». 15.

    Почему СЕПГ не заметила этого в 1965 г., а, напротив, одобрила ревизионистские теории Оты Шика как «важный вклад» с «большим числом очень интересных идей, отвечающих на множество актуальных вопросов всестороннего социалистического строительства» 16? Это произошло потому, что ГДР сама давно вступила на капиталистический путь. На самом деле внутри чехословацкой новой буржуазии становились всё сильнее силы, не удовлетворённые упразднением социалистической плановой экономики, желавшие стать более независимыми от социал-империализма и удержать больше добычи для себя.

    После яростных споров в Центральном комитете Коммунистической партии Чехословакии, в январе 1968 г. этим силам, наконец, удалось сместить наместника социал-империализма Антонина Новотного с поста первого секретаря и поднять на щит «реформатора» Александра Дубчека. Начиная или объявляя экономические и политические реформы, вроде отмены цензуры печати, сокращения рабочей недели и подъёма средней заработной платы, новое руководство обеспечило себе поддержку трудящихся и вызвало общую эйфорию относительно реформы — «пражскую весну».

    «Программа действий», принятая ЦК КП Чехословакии в апреле 1968 г., демагогически создавала в массах иллюзию подлинной демократии. Программа говорила, что нет больше необходимости защищать интересы одного класса от другого; можно было создать общество, не знающее более экономических и социальных привилегий, основанное на равенстве всех граждан, независимо от их отношения к средствам производства,— иначе говоря, бесклассовое общество.

    Ревизионистские лидеры группы Дубчека ввязались в опасный эксперимент, оставляющий открытым только один путь: сближение с западными империалистами. Империалисты США предусмотрели такое развитие уже в пятидесятые годы и сменили поэтому свою концепцию «холодной войны» на так называемую «разрядку».

    Монополии ФРГ также приняли эту новую тактику. Капиталистическая газета «Франкфуртер алльгемайне цайтунг» писала о событиях в Чехословакии:

    «Эта страна, насильственно оторванная от Центральной Европы, возвращается на орбиту, которую ей предписывает природа. Совсем не сразу, что и говорить, но по тенденции. Мы, на Западе, можем только приветствовать такой процесс внутри структуры Варшавского договора и под крышей СЭВ» 17.

    Чуть позже та же газета, полнясь ожиданиями, объявила:

    «Новое чехословацкое руководство опубликовало программу действий Коммунистической партии Чехословакии, указывая, что примет независимую линию во внешней политике, подобно Румынии. При этом оно не исключает установления дипломатических отношений с Федеративной Республикой Германией. Оно говорит, что в отношениях с ФРГ „реалистические силы“ в Западной Германии заслуживают поддержки» 18.

    В то же время, здесь понимали, что Советский Союз никогда не позволит Чехословакии выйти из СЭВ и Варшавского договора. «Франкфуртер рундшау» предупредила насчёт опрометчивых шагов:

    «Хотя Прага рассчитывает на расширение торговли с Западом и инвестиционной помощи, не следует ожидать значительных политических уступок. Кроме того, было бы в высшей степени фатально пытаться надавить на Чехословакию, пока она идёт как по канату. Запад уже должен быть удовлетворён, когда страна в Центральной Европе задумывается о своём месте. Национальные политические тенденции неизбежно станут добавляться к национальным экономическим компонентам, и чем больше развивается в Центральной Европе политика разрядки, тем чётче они будут вырисовываться» 19.

    Социал-империалисты наблюдали за угрозой своим сферам экономического и политического господства с возрастающим беспокойством. Угроза состояла прежде всего не в возможности вооружённого вмешательства западных империалистов, а именно в добровольной ориентации восточноевропейских стран на Запад, в точности как Збигнев Бжезински, тогдашний советник по внешней политике президента США Джонсона, указал в своей известной советским ревизионистам книге «Альтернатива разделу»:

    «Расширяя торговлю с Востоком, Запад должен стараться разрушить узкие идеологические взгляды правящих коммунистических элит и предотвратить ограничение ими близкого контакта [с Западом — ред.] исключительно областью экономики и, таким образом, решение экономических затруднений при укреплении их власти…» 20.

    Таким образом, начиная с падения Новотного социал-империалистам была ясна необходимость пресечения «курса реформ» Дубчека всеми средствами политического и военного давления и, при необходимости, через вооружённое вмешательство. Их политика демагогии о «борьбе против империализма» и «пролетарском интернационализме» и маскировки под «марксистов-ленинцев» вынудила их на широкие обманчивые маневры для реализации своих планов. Поэтому, чтобы вмешаться во внутренние дела Чехословакии, им пришлось обеспечить, во-первых, политический предлог; во-вторых, идеологическое оправдание; в-третьих, видимость юридической базы; и, наконец, в-четвёртых, военные предпосылки.

    Вначале социал-империалисты проводили двустороннюю тактику военного давления на пражское руководство и принуждения его к политическим переговорам на высшем уровне. Это была последняя попытка сорвать опасную «программу действий» до апрельского пленума ЦК КПЧ. В Венгрии и ГДР были организованы крупномасштабные весенние манёвры войск Варшавского договора с советским участием. Одновременно представители чехословацких партии и правительства были вызваны в Дрезден на встречу с лидерами других стран Восточного блока 23 марта. Но этот план потерпел неудачу, так что социал-империалисты начали подготовку вооружённого вторжения.

    Во-первых, 9 мая в прессе Советского Союза, Польши и ГДР была открыта широкая кампания против так называемых «антисоциалистических» проявлений в Чехословакии. Польская газета «Зыче Варшавы» писала в этот день:

    «Вовсе не секрет, что наряду с тем, что имеют место положительные экономические и политические изменения, появились политические силы, которые вызывают у нас страх и серьёзное беспокойство. Несмотря на осуждение руководством КП, раздаются голоса против социалистического общественного порядка как и фундаментальной системы союзничества, с особенным акцентом на польско-чехословацком союзе. Мы можем только надеяться, что те, кто ценит дружбу между нашими странами, не допустят повторение таких случаев» 21.

    Нельзя было не услышать угрожающей интонации в этих словах, и, как будто иллюстрируя это, советский маршал Якубовский 22 высказался 23 за совместные манёвры Восточного Блока и проект единой внешней политики всех государств Варшавского договора.

    Во-вторых, пока создавался политический предлог для вооружённого вмешательства в Чехословакии, советские ревизионисты лихорадочно работали над идеологическим оправданием. 14—15 июля они добились отправления представителями партий и правительств Болгарии, ГДР, Польши и Венгрии совместного письма Центральному комитету Коммунистической партии Чехословакии. В этом письме впервые формулировалась ревизионистская теория «ограниченного суверенитета»:

    «Мы хотим, чтобы вы нас хорошо поняли и правильно оценили наши намерения.

    У нас не было и нет намерения вмешиваться в такие дела, которые являются чисто внутренними делами вашей партии и вашего государства, нарушать принципы уважения, самостоятельности и равенства в отношениях между коммунистическими партиями и социалистическими странами…

    Вместе с тем мы не можем согласиться, чтобы враждебные силы сталкивали вашу страну с пути социализма и создавали угрозу отторжения Чехословакии от социалистического содружества. Это уже не только ваше дело. Это общее дело всех коммунистических и рабочих партий и государств, объединённых союзом, сотрудничеством и дружбой» 24.

    Это бесстыдное извращение марксизма-ленинизма, когда советские ревизионисты ссылаются на Ленина в защиту своей теории «ограниченного суверенитета». Ленин сформулировал принципиальную позицию пролетариата по национальному вопросу в проекте партийной программы 1919 г.:

    «В национальном вопросе политика завоевавшего государственную власть пролетариата, в отличие от буржуазно-демократического формального провозглашения равенства наций, неосуществимого при империализме состоит в неуклонном фактическом проведении в жизнь сближения и слияния рабочих и крестьян всех наций в их революционной борьбе за свержение буржуазии. Осуществление этой цели требует полного освобождения колониальных и других находившихся в угнетённом или неполноправном положении наций с предоставлением им свободы отделения как гарантий того, чтобы унаследованное от капитализма недоверие трудящихся масс разных наций и озлобление рабочих угнетённых наций против рабочих угнетательских наций было полностью рассеяно и сменилось сознательным и добровольным союзом» 25.

    В-третьих, используя массированное давление крупномасштабных маневров сил Варшавского договора, социал-империалисты вынудили группу Дубчека к подписанию совместного «Заявления коммунистических и рабочих партий социалистических стран» на новой встрече на высшем уровне 3 августа в Братиславе. Эта декларация обязала руководство Чехословакии:

    • принять «общие закономерности строительства социалистического общества», продиктованные советскими лидерами;
    • признать защиту этих «завоеваний» «общим интернациональным долгом всех социалистических стран», даже на чехословацкой территории;
    • придавать «всё большее значение» СЭВ, а не стремиться к более близким отношениям с Западом; согласиться на дальнейшую «специализацию производства» в Чехословакии и разрешить Советскому Союзу «полнее использовать преимущества международного социалистического разделения труда»; и наконец,
    • уступить Советскому Союзу право «координировать» совместные действия братских стран против «агрессивной политики империализма» 26.

    В-четвёртых. Таким образом, были установлены идеологическое и политическое обоснования вторжения в Чехословакию. Целью было предупредить проведение назначенного на 9 сентября 1968 г. чрезвычайного ⅩⅣ съезда КП Чехословакии, который должен был подтвердить линию «программы действий». Теперь социал-империалисты начали «координировать» прямые военные приготовления:

    1. 13 августа советский министр обороны А. А. Гречко проверил готовность и политическое состояние размещённых в ГДР советских сил;
    2. 14 августа он убедился в политической надёжности сил ГДР на переговорах с адмиралом Фернером, руководителем Главного политического управления Национальной народной армии;
    3. 15 августа Гречко прибыл в Северную группу советских войск и проинформировал их командующих и политработников о предстоящем вторжении в Чехословакию;
    4. 15 августа отряды советских и венгерских сил в Венгрии начали совместные манёвры;
    5. 16 августа Гречко наблюдал за манёврами на юго-западе Польши и провёл переговоры, помимо прочих, с «центральным политическим отделом польской армии»;
    6. 19 августа Высшее военное командование Варшавского договора под советским руководством отдало главным отрядам чехословацкой Народной армии приказ продолжать 21 и 22 августа манёвры в гористой местности центральной и западной Богемии. Это было нужно, чтобы отвлечь чехословацкий генеральный штаб и предотвратить сопротивление чехословацких войск вооружённому вмешательству;
    7. 20 августа. В ночь с 20 на 21 августа войска пяти стран Варшавского договора вторглись на территорию Чехословакии 27.

    Коварно спланированное кровавое, агрессивное преступление социал-империалистов против чехословацкого народа прямо нарушило международное право, а также Варшавский договор 28. Этот договор служит исключительно защите от «вооружённого нападения» согласно ст. 4, а в ст. 8 прямо гарантируется «уважение независимости и суверенитета» договаривающихся сторон и запрещается вмешательство в их внутренние дела.

    Ввиду этих всем хорошо известных фактов советские лидеры поспешили обелить свою социал-империалистическую великодержавную политику, назвав её «братской помощью». 21 августа они издали призыв к помощи якобы от анонимной «группы членов Центрального комитета КП, правительства и Национального собрания Чехословакии», в котором заявлялось с пошлым и ложным пафосом:

    «Учитывая нашу великую ответственность перед народом, исполненные подлинного патриотизма и международной социалистической солидарности, и осознающие наши международные обязательства, мы взяли на себя инициативу объединить все патриотически мыслящие силы ради нашего социалистического будущего и нашей Родины. Угроза братоубийства, к которому готовилась реакция,.. требовала от нас принять историческое решение просить помощи у Советского Союза и других братских социалистических стран. Наши союзники обеспечили нас этой помощью…

    После устранения опасности реакционного переворота союзнические войска покинут территорию Чехословакии» 29.

    Но социал-империалисты собирались вовсе не покинуть чехословацкую территорию так скоро, а, напротив, полностью подчинить Чехословакию Советскому Союзу в политическом, экономическом и военном отношениях. Они арестовали руководящих представителей чехословацкого партийного и государственного руководства, включая президента Людвига Свободу, первого секретаря ЦК КП Чехословакии Александра Дубчека, председателя Национального собрания Йозефа Смрковского и премьер-министра Олдржиха Черника. На так называемых Московских переговорах с 23 до 26 августа они вынудили их подчиниться политической воле советских ревизионистских лидеров. Ревизионистская группа Дубчека, обещавшая трудящимся неограниченную демократию и процветание, полностью капитулировала и стала орудием в руках социал-империалистов.

    В обращении по Пражскому радио 27 августа A. Дубчек предупредил, что будет «очень неблагоразумно и опасно препятствовать продвижению войск какими-либо действиями» 30. Также он потребовал активной поддержки населения, «если нам придётся предпринять некоторые временные чрезвычайные меры, которые ограничат достигнутые нами уровень демократизации и свободу слова, и на которые мы бы не пошли в нормальной ситуации» 31. Эти меры включали: отказ от всякого стремления к нейтралитету и более плотную интеграцию в СЭВ и Варшавский договор; возвращение к цензуре средств информации; запрещение всех антисоветских организаций; никаких новых политических партий вне контролируемого компартией «Национального фронта»; исключение так называемых «радикальных реформаторов» из ЦК и правительства.

    В начале октября в Москве состоялись переговоры по советско-чехословацкому соглашению о размещении войск, которое было подписано 16 октября 1968 г. Оно предусматривало бессрочное присутствие советских войск на территории Чехословакии. Относительно продолжительности пребывания войск Советский Союз лицемерно заявил ещё 21 августа:

    «Они будут незамедлительно выведены из ЧССР, как только создавшаяся угроза завоеваниям социализма в Чехословакии, угроза безопасности стран социалистического содружества будет устранена, и законные власти сочтут, что в дальнейшем пребывании там этих воинских подразделений нет необходимости» 32.

    Однако же в соглашении нет упоминания об этих правах «законного правительства». Вторжение в Чехословакию, таким образом, показывает рабочему классу и угнетённым народам всех стран истинный характер бюрократического капитализма в Советском Союзе:

    Социализм на словах, империализм — на деле!

Кровавые пограничные провокации социал-империалистов против тогда ещё социалистического Китая в 1969 г.

2 и 15 марта 1969 г. войска Советского Союза вторгались на китайский остров Чжэньбао 33 на р. Уссури и вели оружейный и артиллерийский огонь по китайским пограничникам, многие из которых были убиты и ранены. В «ноте протеста» социал-империалисты нахально объявили остров Чжэньбао своей территорией и заявили, что отряд китайских пограничников «перешёл советскую государственную границу» и устроил «провокационное нападение» на советских пограничников. Правительство Китайской Народной Республики выразило резкий протест и заявило:

«Остров Чжэньбаодао 34 — китайская территория. Это неоспоримый железный факт. Даже согласно неравноправному китайско-русскому Пекинскому договору, навязанному китайскому народу империалистами царской России в 1860 году, район острова Чжэньбаодао принадлежит Китаю… Как же получилось, что район острова Чжэньбаодао вдруг оказался в пределах „советской государственной границы“?» 35.

Серьёзным провокациям марта 1969 г. предшествовали многочисленные пограничные инциденты, провоцируемые Советским Союзом по всей китайско-советской границе. Только с 23 января 1967 г. по 2 марта 1969 г. социал-империалисты совершили 16 налётов на территорию китайского острова Чжэньбао в ледоставный период.

«[Этот] факт..,— продолжает заявление КНР,— лишний раз со всей ясностью показывает народам мира, что эта горстка ренегатов является кучкой чистейших социал-империалистов, новых царей в полном смысле слова. Она по своему произволу жестоко грабит народы некоторых стран Восточной Европы и варварски угнетает их. Она дошла даже до того, что пустила в ход войска численностью в сотни тысяч человек, которые оккупировали Чехословакию, и превратила обширную территорию Восточной Европы в сферу своего влияния с поползновением создать колониальную империю типа царской» 36.

Неравный Пекинский русско-китайский договор от 1860 г.,навязанный Китаю царскимроссийским империализмом,предусматривает, что к югуот устья Уссури до озера Ханка(кит. Синкай) граница междуКитаем и Россией проходитпо рекам Уссури (кит. Усули)и Сунгач (кит. Сунгачахэ).Согласно общепризнаннымпринципам международногоправа, если граница проходитпо судоходной реке, её(и принадлежность островов)определяет центральная линияглавного судоходного фарватера.Остров Чжэньбао и соседниеострова Кабоцзы и Цилициньлежат по китайскую сторонуцентральной линии главногофарватера Уссури и всегда былипод китайской юрисдикцией.Они бесспорно являютсякитайской территорией.КитайСоветский СоюзРека УссуриЦилициньЧжэньбаоКабоцзыГунсылянцзы

Пока Советский Союз был социалистическим, то есть до прихода Хрущёва к власти на ⅩⅩ съезде КПСС в феврале 1956 г., между Советским Союзом и Китайской Народной Республикой были доставшиеся этим двум странам из прежней истории нерешённые вопросы касательно границы, но не было никакого пограничного конфликта. В таком случае что́ было причиной вооружённых столкновений в марте 1969 г.? Были ли это «необоснованные претензии» Китайской Народной Республики на миллионы квадратных километров советской территории, как хотели бы уверить нас социал-империалисты? В опубликованном «Жэньминь жибао» заявлении по поводу Кубинского ракетного кризиса о проблеме границ говорилось:

«Китайское правительство неизменно выступает за то, чтобы разрешить оставшийся от истории вопрос о границе путём переговоров, а до его разрешения сохранить существующее положение на границе…» 37.

В соответствие с этой линией в августе 1963 г. министерство иностранных дел Китайской Народной Республики представило Советскому Союзу конкретные предложения по мирному урегулированию пограничных вопросов:

«Каждая из двух сторон обязывается поддерживать статус-кво относительно границы и никаким образом не продвигать вперёд линию фактического контроля;

Каждая из двух сторон обязывается избегать столкновений, и ни при каких обстоятельствах пограничная охрана и прочие военнослужащие каждой из сторон не должны использовать силу против другой стороны, или угрожать использованием силы, или обстреливать другую сторону;

В тех областях, где граница проходит по реке, пограничные патрули каждой стороны не должны пересекать главный фарватер судоходной реки;

Это соглашение не посягает на права территориального владения. Что касается расхождения во мнениях между двумя сторонами по вопросу о границе, то они будут улажены на пограничных переговорах между двумя правительствами» 38.

Это были чёткие меры, противостоящие любой агрессии. Китайское правительство пошло даже дальше и объявило в ходе пограничных переговоров в феврале 1964 г.:

«„Китайско-русский Айгунский договор“, „Китайско-русский Пекинский договор“ и другие договоры о нынешней китайско-советской границе являются неравноправными договорами, навязанными Китаю империалистической царской Россией тогда, когда народы Китая и России находились в бесправном положении. Китайская сторона, исходя из желания крепить революционную дружбу между народами Китая и Советского Союза, всё же готова к тому, чтобы на основе этих договоров определить прохождение всей пограничной линии между двумя странами и разрешить все вопросы, существующие на границе» 39.

Но советские лидеры не были заинтересованы в соглашениях по мирному урегулированию конфликта и сорвали китайско-советские переговоры по границе. Они притворились, что и не думали о защите «агрессивной политики царского правительства и неравноправных договоров, навязанных Китаю». Они не хотели «защищать русских царей, допускавших произвол в установлении государственных границ с соседними странами». Но в то же время они упорно утверждали, что китайская территория, захваченная царской Россией, является теперь законной собственностью Советского Союза. Уловка состояла в демагогическом заявлении:

«…Китайские императоры [также] прихвати[ли] силой оружия немало чужих территорий. Но, осуждая реакционные действия эксплуататорской верхушки, стоявшей у власти в то время в России и Китае, мы не можем не считаться с тем, что между государствами теперь существуют исторически сформировавшиеся границы» 40.

Этим они хотели вынудить китайский народ принять неравные соглашения, навязанные ему царизмом, как «исторически сформировавшиеся» и, таким образом, законные границы.

Какая сторона была права? Специалист по международному праву Хорст Поммеренке тщательно исследовал этот вопрос в своей опубликованной в 1968 г. книге и пришёл к следующему выводу:

«В международном праве, развитом, в основном, европейцами и американцами, до настоящего времени нет никакого представления о неравных соглашениях» 41.

В качестве политической причины этого он вполне справедливо указывает:

«Нельзя ожидать, чтобы колониальные державы, сыгравшие в эти десятилетия решающую роль в развитии современного международного права, придавали какую бы то ни было силу этой концепции, которая служит оружием против них, возводя её в институт права» 42.

Он приходит к выводу, что «международное право вне социалистического лагеря в настоящее время не занимает никакой чёткой позиции по вопросу законности соглашений, заключённых благодаря ошибке, обману, насилию — физическому или психологическому — против государственного учреждения или всего государства — или угрозе насилия, к каковым следует отнести неравные соглашения» 43. В противоположность этому в международных отношениях между социалистическими странами «преобладает убеждение, что неравные соглашения могут быть отменены.., что никто не может пытаться получить выгоду от таких соглашений ни ссылаясь на срок давности, ни ссылаясь на потерю прав по ним или на долгое время владения» 44.

Мы хотим подкрепить это правильное изложение словами Ленина, недвусмысленно заявившего 26 октября 1917 г. по вопросу о захвате чужих территорий:

«Под аннексией или захватом чужих земель правительство понимает, сообразно правовому сознанию демократии вообще и трудящихся классов в особенности, всякое присоединение к большому или сильному государству малой или слабой народности без точно, ясно и добровольно выраженного согласия и желания этой народности, независимо от того, когда это насильственное присоединение совершено, независимо также от того, насколько развитой или отсталой является насильственно присоединяемая или насильственно удерживаемая в границах данного государства нация. Независимо, наконец, от того, в Европе или в далеких заокеанских странах эта нация живёт» 45.

Первым договором между Китайской империей и западной великой державой был Нерчинский трактат, заключённый с Россией 8 сентября 1689 г. В соответствии с этим соглашением, вся область к северу от реки Хэйлун (Амур) до Станового хребта принадлежала Китаю. Это соглашение было ясно и добровольно подтверждено царским правительством в 1728 г.— несмотря на большой интерес к территориям к северу от Хэйлуна,— чтобы наконец установить торговлю с Китаем несмотря на строгую изоляцию Поднебесной империи.

Но царь и его военные советники вскоре пожалели о соглашении. Капитан, а позже адмирал русского «восточного флота» Гавриил Сарычев заявил в 1793 г.:

«…Если б [река Амур] до сих пор оставалась под Российскою державою, то мы, без сомнения, давно бы владели всем Восточным океаном, но и торги бы на сих морях могли производиться несравненно выгоднее всех прочих европейских держав» 46.

К середине ⅩⅨ века ситуация в Азии существенно изменилась, дав России возможность аннулировать Нерчинский трактат и провести аннексию территории к северу от Хэйлуна. Какой была ситуация и что изменилось? Как и в других национальных государствах, в феодальной России ⅩⅨ века появился и получил развитие капитализм, поддерживаемый иностранным капиталом. Этот поднимающийся русский капитализм не удовлетворялся внутренним рынком, а стремился к захвату внешних рынков. В книге «Развитие капитализма в России» Ленин указал на закономерный характер этого экспансионистского устремления капитализма:

«Если Сибирь — внутренний рынок, а Китай — внешний, то куда отнести Маньчжурию? Подобные вопросы не имеют важного значения. Важно то, что капитализм не может существовать и развиваться без постоянного расширения сферы своего господства, без колонизации новых стран и втягивания некапиталистических старых стран в водоворот мирового хозяйства. И это свойство капитализма с громадной силой проявлялось и продолжает проявляться в пореформенной России 47» 48.

Положение России было особенно удобно для захвата периферийных областей в Центральной Азии и на Дальнем Востоке. Это предоставило капитализму осязаемую цель для колонизации этих областей. Россия стала серьёзным соперником в борьбе великих держав по разделу мира. Англия и Франция, вместе с США, бешено обрушились на Китай в двух так называемых Опиумных войнах 1841—42 гг. и 1856—58 гг. и вынудили его заключить неравные соглашения, открывшие новые порты для внешней торговли и предоставившие колониальным державам свободу передвижения и поселения и право навигации во внутренних водах Китая. В статье «Успехи России на Дальнем Востоке» Фридрих Энгельс чётко описал, как царская Россия сумела воспользоваться положением беспомощно скатившейся до полуколонии Китайской империи для дальнейшего своего расширения:

«Пока англичане препирались в Кантоне с мелкими китайскими чиновниками.., русские завладели территорией к северу от Амура и большей частью маньчжурского побережья к югу от этой реки; они укрепились там, провели изыскания для железнодорожной линии и наметили места будущих городов и гаваней. Когда Англия, наконец, решила идти войной на Пекин и когда Франция примкнула к ней в надежде урвать что-нибудь для себя, Россия,— хотя она в этот самый момент и отняла у Китая территорию, по величине равную Франции и Германии, вместе взятым, и реку протяжением с Дунай,— ухитрилась выступить в качестве бескорыстного покровителя слабого Китая, а при заключении мира сыграть роль чуть ли не посредника…

Не довольствуясь этим, она добилась создания русско-китайской комиссии по установлению границ, а мы знаем, чем является такая комиссия в руках России. Мы видели, как работали такие комиссии на азиатской границе Турции, где они в течение более чем двадцати лет отреза́ли кусок за куском от этой страны» 49.

Таким образом Россия вынудила Китайскую империю аннулировать Нерчинский трактат и принять неравные Айгунский (1858 г.) и Пекинский (1860 г.) договоры, предоставившие России «богатейшую территорию между Татарским проливом и озером Байкал — территорию, обладания которой Россия добивалась так настойчиво, что… постоянно делала попытки завладеть ею» 50.

Так как советские ревизионисты хорошо знали эти бесспорные исторические факты, они продолжали выворачивать наизнанку диалектический и исторический материализм, заявляя в:

«Прибегая к методу „исторических ссылок“ в вопросе о границах, можно доказать всё, что угодно» 51.

Именно это они и делали, утверждая:

«С освоением Россией северной половины бассейна Амура, а Китаем — южной происходил процесс размежевания фактических границ. Более ста лет назад это состояние границы было закреплено Айгуньским и Пекинским договорами.

Никто не спорит: царское правительство осуществляло захватническую политику, точно так же, как в меру своих возможностей такую же захватническую политику осуществляли китайские императоры.

В разные времена то одни, то другие были сильнее и соответственно брали верх друг над другом…

Вот почему мы говорим, что нынешняя граница сложилась исторически и закреплена самой жизнью, а договоры о границе являются той основой, с которой нельзя не считаться» 52.

Завоевание здесь, завоевание там — такова жизнь. Более сильный одерживает верх над более слабым и навязывает своё «право». Как можно с этим спорить? Это — логика империалистов! Даже процитированный нами выше Хорст Поммеренке разоблачает предательство марксизма-ленинизма советскими лидерами:

«Советский Союз видит, что противостоит державе, которая, несмотря на глубокие идеологические противоречия, будучи членом социалистического лагеря, уязвляет другого члена этого лагеря аргументами, которые и создал этот последний. Китайская Народная Республика, таким образом, подталкивает Советский Союз опасно близко к так называемым империалистическим странам и их аргументации. Эта позиция требует, чтобы Советский Союз следовал по пути, неизбежно расходящемуся с прежними заявлениями и действиями» 53.

Одним из этих прежних заявлений было «Обращение» от 25 июля 1919 г. Советского Союза «к китайскому народу и правительствам юга и севера Китая», недвусмысленно говорившее, что советское правительство отказывается от завоеваний, сделанных царским правительством при отторжении у Китая Маньчжурии и других областей. В Ноте Народного комиссариата по иностранным делам РСФСР Министерству иностранных дел Китая от 27 сентября 1920 г. правительство РСФСР «объявляет не имеющими силы все договоры, заключённые прежними правительствами России с Китаем, отказывается от всех захватов китайской территории, от всех русских концессий в Китае и возвращает Китаю безвозмездно и на вечные времена всё, что было хищнически у него захвачено царским правительством и русской буржуазией» 54.

Это заявление было воплощено в китайско-советском соглашении от 31 мая 1924 г. Согласно ст. Ⅲ этого соглашения, назначалась конференция для аннулирования старых соглашений и принятия новых, на основе равенства и в духе заявлений 1919 и 1920 гг. Согласно ст. Ⅶ:

«Правительства обеих Договаривающихся сторон соглашаются вновь проверить… свои национальные границы и впредь до указанной проверки поддерживать существующие» 55.

У нас нет официальных документов, в которых приводились бы конкретные причины, почему эта конференция не привела к действительному возвращению всех захваченных территорий Китаю. Факт, однако, что реакционная маньчжурская династия в Пекине боялась влияния социалистического Советского Союза на рабоче-крестьянские массы Китая, испытывавшие революционное брожение (буржуазно-демократическая революция под руководством Сунь Ятсена уже одержала победу в южном Китае), и не желала идти ни на какие уступки Советскому Союзу. Несмотря на это, исторические факты показывают:

  • Позиция правительства Китайской Народной Республики под руководством Мао Цзэдуна была правильна и основана на марксизме-ленинизме. Она совпадала с внешнеполитическими принципами Советского Союза, сформулированными Лениным;

  • Правительство Китайской Народной Республики не намеревалось отстаивать свои права путём войны, почему и представило правительству Советского Союза приемлемые предложения по мирному урегулированию пограничного конфликта.

Почему Советский Союз не желал достичь с Китайской Народной Республикой мирного соглашения на этом прежде общем основании? Потому что он отошёл от этого основания, когда Хрущёв предал марксизм-ленинизм, и постепенно переродился в социал-империалистическую сверхдержаву. Коммунистическая партия Китая разоблачила это предательство и помешала новым царям с их империалистической политикой изображать из себя перед народами мира «марксистов-ленинцев». Социал-империалисты боялись растущего влияния революционной линии Мао Цзэдуна и симпатий советского народа к социалистическому Китаю. Поэтому они стали порочить правительство Народной Республики как «шовинистическую клику Мао» и приступили к широкомасштабным приготовлениям к ликвидации социалистического Китая военным путём.

Нельзя было долго скрывать, что 50 полностью укомплектованных советских дивизий были развёрнуты вдоль китайской границы в 1969 г. от границы Советского Союза с Северной Кореей до Памира, что Советский Союз расширил авиабазы в Монголии для размещения бомбардировщиков дальнего действия, и что к Владивостоку и Находке (в Японском море) стянуто 150 подлодок, включая ракетные атомные подлодки.

Социал-империалисты, не проявившие никаких сомнений при нападении на Чехословакию, планировали вовлечь Китай в войну.

Правительство Китайской Народной Республики всесторонне подготовилось к возможной войне и предупредило советских ревизионистов:

«Мы ни в коем случае не допустим посягательств на территорию и суверенитет Китая. Пусть нас не трогают, и мы не тронем, а если тронут — мы не останемся в долгу. Безвозвратно ушло в прошлое то время, когда китайский народ оскорбляли. Вы ещё хотите обращаться с великим китайским народом так, как с ним обращалась в своё время царская Россия. Это же слепота, это бред средь бела дня. Если вы будете продолжать военные провокации, то непременно получите суровое наказание. Сколько бы вас ни пришло и с кем бы вы ни пришли, мы решительно, окончательно, начисто и полностью уничтожим вас. 700‑миллионный китайский народ и Народно-освободительная армия Китая, вооружённые маоцзэдунъидеями и закалённые в Великой пролетарской культурной революции, сильны как никогда. Кто осмелится напасть на нашу великую социалистическую Родину, тот будет разбит наголову, стёрт в порошок!» 56.

Решимость, продемонстрированная китайским народом, заставила социал-империалистов отказаться от проведения в жизнь своих преступных планов.

Экспансия социал-империализма в Африке и Азии

В декабре 1979 г. советские войска вторглись в Афганистан и оккупировали страну, используя те же методы, что и западные империалисты, методы, которые мы охарактеризовали в «Револутионерер вег» следующим образом:

«Источники сырья, рынки и капиталовложения — таковы империалистические цели всех монополистических капиталистов. Чтобы достичь этих целей, империалисты используют все доступные средства: дипломатические интриги, подкуп, участие в прибылях, шантаж, угрозы, покушения, перестановки в правительствах через коррупцию, военные перевороты с помощью разложившихся офицеров, военное нападение извне посредством наёмников или собственных войск и т. д. и т. п.» 57.

Мы покажем на примерах Эфиопии и Афганистана, что эта характеристика полностью соответствует социал-империалистическому Советскому Союзу. Особенное внимание мы уделим вооружённым силам развивающихся стран как одному из главных инструментов неоколониального покорения социал-империалистами.

Советская экспансияв Азии и АфрикеАфрикаАзия

Империалистическая теория «армии как ведущей силы» в борьбе народов за национальное и социальное освобождение

В начале шестидесятых частные фонды крупных концернов и Государственного департамента США подвергали всё более пристальному научно-социальному изучению «роль военных в развивающихся обществах». Характеризуя военных как проводника социальных перемен в направлении современного общества (естественно, основанного на модели США), империалисты США придумали теорию, чтобы представить своё вмешательство во внутренние дела развивающихся стран, которое проявилось в виде многочисленных военных переворотов, как помощь развитию и демократическому прогрессу. В то же время эта теория была основанием для стратегии и тактики подрывной деятельности. Профессор политических наук Басам Тиби, глубоко вникший в эти отношения, сделал чрезвычайно важное открытие в превосходном исследовании «Военные и социализм в Третьем мире», опубликованном в 1973 г. Не только военные социологи США, но также и ревизионистские теоретики социал-империализма приветствуют военное правление в развивающихся странах. Они представляют военных проводником «национально-демократической революции», играющим важную роль в продвижении развивающихся стран по «некапиталистическому пути развития» к социализму. Басам Тиби удивлён, сколь многое советские теоретики переняли у военных социологов США. Мы хотим объяснить этот момент, проведя обстоятельное сравнение. Сначала процитируем Лушена У. Пая, одного из наиболее влиятельных представителей военной социологии США.

Пай развивает доктрину, в соответствии с которой перемены в «традиционных» обществах могут быть произведены только мерами сверху, через правительственные организации. Он считает армию наилучшим образом подходящей для этой цели, так как с формированием колониальных армий под руководством колониальной администрации уже были заложены основы самостоятельных армий. Согласно Паю, обучение офицеров этих армий ориентировано на возможности индустриального общества, так что эти офицеры «вынуждены искать модели вне своего общества» 58.

«Солдату, однако, постоянно приходится смотреть за границу и сравнивать свою организацию с иностранными. Таким образом, он лучше знает международные стандарты и более чувствителен к слабостям собственного общества» 59.

Армия должна постоянно «модернизироваться» и становиться «более эффективной», «безотносительно к непосредственной действительности» 60. Модернизаторская идеология военных — это «…ответственный национализм. Действительно, новобранец может находиться под впечатлением того факта, что он должен приносить жертвы для достижения целей нации» 61.

Армия имеет стабилизирующую функцию прежде всего ввиду того, что

«…Процесс урбанизации 62, как это было в большинстве азиатских, африканских и латиноамериканских обществ, обычно имеет тенденцию порождать весьма беспокойное, шаткое население. Те, кто были вынуждены покинуть село или привлечены городами, часто оказываются в психологически опасной ситуации. Эти люди склонны к экстремистской политике и поиску какой-то общественной и личной безопасности в политических движениях, требующих от них полной преданности» 63.

Армия, с другой стороны, как современная организация, держится на расстоянии от социальных проблем конкретного общества, что облегчает ей сотрудничество с США:

«По различным причинам, о которых мы упоминали, армия часто является наиболее модернизированной общественной организацией в слаборазвитой стране, и как следствие, её лидеры часто более уверены в себе и более способны на искреннее сотрудничество с представителями индустриальных стран. Военные лидеры часто гораздо менее подозрительны к Западу, чем гражданские, так как сами они более уверены в себе. Это чувство уверенности в себе позволяет армейским руководителям более реалистично смотреть на свои страны. Все эти соображения позволяют военным лидерам легче признать факт, что их страны слабы, а Запад силён, не испытывая эмоционального беспокойства или вражды к Западу» 64.

Эти замечания не оставляют сомнений в их империалистической искренности. Примерно пятью годами позже советские ревизионистские теоретики также изучили роль армии в слаборазвитых странах и были вынуждены признать, что империалисты США удерживают значительное преимущество в этой области. В трёхтомном авторитетном труде «Классы и классовая борьба в развивающихся странах», опубликованном в 1967—1968 гг. Институтом мировой экономики и международных отношений Академии наук СССР, они объявили, что

«…Общественно-политическая роль армии в слаборазвитых странах заслуживает гораздо более серьёзного внимания, чем то, которое до сих пор уделялось ей в советской научной литературе, тем более что на Западе этот вопрос за последние годы стал одним из важнейших предметов исследования» 65.

Уделив вопросу «более серьёзное внимание» в специальной главе «Офицерский корпус», они пришли к тому же выводу, что и штатовец Пай, а именно, что военные в слаборазвитых странах наилучшим образом подходят для влияния на курс политических событий, потому что

«…Армия по сути дела явилась единственным общенациональным институтом в обществе, где нация в современном смысле слова ещё проходит этап становления, где слабы общенациональные связи, где семейные, родовые, племенные, региональные связи ещё в большей степени определяют сознание людей, чем чувство принадлежности к одной общности» 66.

Важнее всего анализ офицерского корпуса, так как

«…Эта категория является наиболее важной, так как повсюду офицеры ведут за собой солдат и выступают как инициаторы политических акций…

Солдатская масса в большинстве случаев политически столь же неразвита и пассивна, как и крестьянство, из которого она вышла» 67.

Этот офицерский корпус, рекрутирующийся главным образом из городской мелкой буржуазии и, даже в большей степени, из сельской мелкой буржуазии, и находящийся в противоречии с господствующей феодальной системой, в высшей степени подвержен внешнему влиянию, ибо

«…Никто так остро не может почувствовать отсталость государства, как офицер, в ходе своего военного образования ознакомившийся с положением дел не только в армиях других, более развитых стран, но и в какой-то степени с состоянием их экономики, с их научными и культурными достижениями» 68.

Армия приобретает заметное значение в неоколониалистских планах социал-империалистов так же, как и в планах империалистов США:

«Тем самым [армия] превращается в условиях отсталого, колониального или полуколониального общества в силу, готовую к тому, чтобы включиться в националистическое, антиимпериалистическое движение, и, более того, готовую к тому, чтобы взять на себя роль авангарда этого движения, ибо, понимая своё уникальное положение в государстве, она проникается чувством особой исторической ответственности» 69.

По примеру империалистов США советские ревизионисты ложно приписывают прогрессивную роль буржуазному национализму офицеров в борьбе угнетённых народов за национальное и социальное освобождение. Так как национализм «выступает… как первый и главный элемент идеологии армии» 70, «армия является школой национализма и патриотизма» 71.

«Национализм, направленный против внешнего угнетателя, после достижения независимости превращается в протест и возмущение против „продажных политиканов“ 72, превративших государство в свою вотчину, в арену для своих комбинаций, не умеющих распорядиться национальным достоянием» 73.

Величайшая угроза целям социал-империализма исходит от неустойчивого характера офицерского корпуса, которому советские ревизионисты выделили руководящую роль:

«Поэтому совершенно неосновательны распространяющиеся за последнее время на Западе утверждения 74, огульно восхваляющие армии афро-азиатских стран как силу демократическую и революционную… Национализм — обоюдоострое оружие, он имеет антиимпериалистическую сторону, но может быть повернут и против демократических сил 75» 76.

Нельзя поэтому оставить поле боя — источники сырья, рынки сбыта и площадки капиталовложений в развивающихся странах — агентам империализма США, поскольку

«…Эти противоречия в характере офицерства предполагают борьбу, исход которой, очевидно, будет в основном зависеть от внешних факторов, от того, кто сумеет оказать на армию наибольшее идеологическое влияние» 77.

Страстно желая оттеснить империализм США, социал-империалисты не стесняются использовать марксизм-ленинизм как щит, за которым они скрывают от народов свои реакционные цели. Они не гнушаются хитрой фальсификацией марксизма-ленинизма. Они подменяют руководящую роль рабочего класса, о которой говорили Маркс и Ленин, руководящей ролью подымающейся мелкой буржуазии и буржуазии.

Факт, что во многих странах Азии и Африки, где преобладают феодальные структуры отсталого аграрного общества, а капиталистический способ производства ещё слабо закрепился, буржуазия чрезвычайно слаба в политическом и экономическом отношении, а рабочий класс ещё малочислен. Например, в Афганистане, с его 15 миллионами жителей, лишь 40 тысяч промышленных рабочих, но два миллиона кочевников. Рабочий класс, как ведущая сила, поэтому может добиться освобождения своей страны от империализма и феодализма только в союзе с широкими массами крестьян, городской мелкой буржуазии и антиимпериалистически настроенными слоями буржуазии (национальной буржуазией). По завершении народно-демократической революции партия пролетариата может приступить к социалистической революции и строительству социализма (как это было сделано в Китае под руководством Мао Цзэдуна).

Такое революционное развитие, однако, сделало бы невозможным для социал-империалистов поставить эти страны в экономическую и политическую зависимость. Поэтому конструируется особая промежуточная стадия «некапиталистического» — т. е. без ориентации на западный капитализм — «пути развития», которым, по всей видимости, предстоит идти к социализму под руководством пришедших к власти мелких буржуа (так называемых революционных демократов), офицеров и пр. Решающая особенность этой промежуточной стадии — слаборазвитые страны могут успешно пройти её не собственными силами, а лишь при помощи ссуд, экспортных товаров и советников из Советского Союза:

«Основным условием некапиталистического развития является укрепление экономических и политических связей со странами социализма и помощь социалистических государств народам экономически слаборазвитых стран на всех этапах национально-освободительной революции и перерастания её в социалистическую» 78.

Эта «промежуточная стадия» — подлый обман угнетённых народов, борющихся за своё национальное и социальное освобождение. Она переходит не в социализм, а в бюрократический капитализм, слепленный по образцу Советского Союза. Введение так называемого реального социализма — т. е. бюрократического капитализма — это не более и не менее, как окончательная интеграция развивающихся стран в неоколониальную систему Советского Союза. Это должно быть достигнуто через превращение независимых правительств этих стран в марионетки социал-империализма, идеологическое влияние на них, их подкуп и привлечение на сторону социал-империализма всеми возможными средствами:

«Подлинным учителем революционных демократов, искренне стремящихся к улучшению жизни трудящихся масс, выступает мировой социализм 79. Даже в тех странах, где ещё нет марксистско-ленинских партий, революционные демократы самой жизнью, логикой событий отвлекаются в сторону социализма — величайшей силы современности, которая всем своим опытом, всем своим международным авторитетом, своими знаниями и материальными ресурсами всемерно содействует тому, чтобы народы, решившие двигаться в направлении социализма, могли беспрепятственно идти по этому наиболее прогрессивному пути» 80.

Басам Тиби, которого мы цитировали выше, не понимает, что империалистическая внешняя политика Советского Союза коренится в реставрации капитализма, а, следовательно, в стремлении к максимальной прибыли. Однако он приходит к правильному заключению:

«…Эти две теории отвечают реальным потребностям США и Советского Союза. Они служат их внешнеполитическим интересам и имеют скорее оправдательную, чем объяснительную функцию» 81.

Он резко критикует «советскую поддержку полуколониальных военных диктатур, и их драпировку под „национальные демократии“» 82 и выступает против реакционных махинаций советского ревизионизма:

«В ходе истории слаборазвитых стран мелкая буржуазия до настоящего времени всегда предпочитала вступить в союз с местным имущим классом и его опорой — империализмом. Она маскирует этот союз социалистическими и антиимпериалистическими фразами и прикрывает свою власть революционным пафосом. „Революционная“ идеология, которую она распространяет, основывается, однако, на объективной общественной необходимости — она служит удержанию социально угнетённых классов, интересы которых военный режим только и претендует представлять, в состоянии беспомощности, чтобы уберечь свою собственную власть и существование, связанное с существованием нынешней системы» 83.

Эфиопия: «революционная военная диктатура» майора Менгисту, марионетки социал-империализма в регионе Африканского Рога

В семидесятых годах Индийский океан стал ареной конкуренции сверхдержав.

  • Крупнейшие в мире легкодоступные запасы нефти находятся в регионе Персидского залива. Отсюда главные маршруты танкеров тянутся на восток и на запад, в Японию и в Европу.

  • Империалисты США контролируют эти маршруты с помощью многочисленных военных баз на африканском побережье Красного моря, от Аденского залива до Оманского, и на острове Диего-Гарсия в Индийском океане. Социал-империалисты также стремятся контролировать этот регион и также создали военные базы на побережье Африки.

  • Так как северный судоходный маршрут между Мурманском или Архангельском на западе и Владивостоком на востоке бо́льшую часть года перекрыт льдом, основная доля (почти 70 %, по западным оценкам) внутренних грузоперевозок между востоком и западом Советского Союза идёт через Индийский океан.

————————————————————————————————————————————Каир———Кена———Рас Банас———Бербера———Могадишо———Момбаса———Диего-Гарсиа———Салала———Тхамарит———Масира———Сиб———Матрах———Маскат———Дахлак———Аден———Сокотра———————Базы США———Русские базы——

Социал-империалисты могли получить точку опоры в этом регионе, только сломив господствующее положение, которое империализм США удерживал с конца Второй мировой войны. Эфиопия — образцовый пример применения ревизионистской теории «армии как ведущей силы» в борьбе за господство над Африканским Рогом. Вышеупомянутый классический труд «Классы и классовая борьба в развивающихся странах», оказывается, как мы покажем далее, руководством для неоколониализма в стиле социал-империализма.

В 1974 г. находящийся под сильным влиянием США феодальный режим императора Хайле Селассие Ⅰ был свергнут. Эфиопия, многонациональная страна, «богадельня» Африки, была одной из наиболее отсталых стран мира. Примерно 90 % её населения жило в сельской местности. Капитализм был ещё слабо развит. В то же время Хайле Селассие имел одну из наиболее современных армий Африки, поскольку он был лояльным вассалом империализма США на Африканском Роге.

Солдатские бунты, крестьянские волнения, забастовки и демонстрации в шестидесятые и семидесятые годы выросли в бурю и смели прогнившие структуры феодального господства. Власть принял Временный военный административный совет, первоначально составленный из избранных представителей солдат от каждой казармы.

20 декабря 1974 г. этот военный совет представил свою первую программу под лозунгом «Эфиопия прежде всего». Это была буржуазная программа, обещавшая уничтожить феодальные отношения и установить буржуазную демократию. В декларации от декабря 1974 г. мы читаем, например:

«„Эфиопия прежде всего“ означает „эфиопский социализм“, а социализм означает: равенство, опору на собственные силы, уважение к труду, приоритет общественного благосостояния и неделимость эфиопского единства…» 84.

В своём большинстве военный совет представлял, таким образом, интересы национальной буржуазии. Программа не была даже антиимпериалистической, так как обещала «по существу продолжать прежнюю внешнюю политику Эфиопии» 85.

Свержение режима Хайле Селассие было, тем не менее, огромным прогрессом для рабочих масс и всех прочих антиимпериалистических сил страны. Оно дало им политическую свободу выражать свои классовые интересы. При поддержке прогрессивных интеллигентов крестьяне сформировали крестьянские союзы и приступили к экспроприации крупных землевладельцев. Численно слабый пролетариат также пробудился к жизни. Профсоюзы стали активной политической силой, и молодые марксистско-ленинские кружки быстро завоевали влияние в городском пролетариате и крестьянстве. Рабочий класс призвал к национализации банков, промышленных предприятий и городских земель. Развернулась борьба за ведущую роль в национально-демократической революции, а, значит, за власть. Было только две возможности.

  • Либо рабочий класс добьётся руководства в союзе всех антифеодальных и антиимпериалистических классов и слоёв общества. Тогда, под защитой диктатуры этого союза, будут условия для завершения национально-демократической революции и ориентации страны на социализм.

  • Или руководство захватит национальная буржуазия и установит диктатуру буржуазии. В этом случае буржуазно-демократическая революция не будет завершена. Буржуазия не может полагаться на народные массы. Так как сама она слаба, она ищет помощи империалистов для подавления масс, что вновь ставит страну в зависимость от империализма.

Вследствие внутренней слабости рабочего класса, и особенно неопытности марксистов-ленинцев, борьба за власть в Эфиопии в 1975—1977 гг. закончилась установлением открыто террористической диктатуры. Менгисту Хайле Мариам, председатель военного совета, объявил в «призыве к национальной мобилизации» от 27 августа 1977 г., что всем эфиопам, которые не сотрудничали с военным советом, предстоит тюремное заключение сроком от пяти лет до пожизненного или даже смертная казнь.

Угнетение трудящихся в Эфиопии сопровождалось растущим влиянием социал-империализма, который с марта 1977 г. расширил поставки оружия, чтобы помочь находящемуся в затруднении режиму. Народам мира эта поддержка военной диктатуры была представлена как «братская помощь» в рамках «пролетарского интернационализма». Давайте посмотрим, что пишет об этом советский «специалист по Африке» А. Г. Кокиев в статье, опубликованной 5 января 1977 г. в берлинском периодическом издании «Азиен, Африка, Латайнамерика» (Asien, Afrika, Lateinamerika):

«Армия, прежде надёжный оплот имперской власти, возглавила появившееся в 1974 г. движение за политическое, экономическое и социальное возрождение страны. Этот факт подтверждает политическую зрелость средних и низших военных кадров».

Околичностями, как будто стесняясь, этот ревизионист описывает «политическую зрелость» военных кадров в жестоком подавлении рабочего класса, при этом смело утверждая следующее:

«Но следует также подчеркнуть, что политика ВВАС не всегда имеет необходимую поддержку рабочего класса. Причиной, по нашему мнению, является прежде всего то, что военный совет не ведёт никакой систематической работы в рабочем классе… Реакционные элементы пользуются этим, преувеличивая экономические трудности и пытаясь посеять среди рабочих недовольство новым руководством. Это объясняет, в частности, забастовку транспортных рабочих Аддис-Абебы в октябре 1975 г., прошедшую несмотря на запрещение военных властей» 86.

Мы видим — не только по Польше,— что ревизионисты горазды оклеветать борьбу рабочих как «подстрекаемую реакционными элементами». Но Кокиев разоблачил себя в этих нескольких строчках. Мы, марксисты-ленинцы, требуем от подлинно антиимпериалистического правительства, чтобы оно полностью ставило себя на службу рабочему классу. Ревизионист Кокиев, напротив, требует, чтобы «рабочий класс поддерживал политику правительства». Кокиев умалчивает, что рабочие поднялись на забастовку в октябре 1975 г. с требованием выборов народного правительства, как было обещано в программе Временного военного административного совета. Вопреки рассудку Кокиев утверждает:

«Так же, как и в других африканских странах, в которых процесс формирования классов ещё не закончился и сосуществуют различные переходные уклады, и в Эфиопии никакой неэксплуататорский общественный класс не может претендовать на исключительную роль ведущей социально-политической силы в стране. Эту роль в современной Эфиопии играет скорее революционная демократия в лице национально-патриотических военных, выражающих интересы и устремления рабочих и крестьян, радикальной интеллигенции, мелкой буржуазии и ремесленников. Традиционная разобщённость и разнородность этих общественных сил сделали возможным установление в Эфиопии революционной военной диктатуры…» 87.

Эфиопская армия была колониальной армией на содержании у империализма. Эфиопские отряды посылались в Корею и Конго для подавления национально-освободительной борьбы. При Хайле Селассие эфиопские офицеры оплачивались по феодальной традиции земельными участками. В лучшем случае такая армия подходит для поддержки социальных реформ на капиталистической основе. По своему буржуазному классовому характеру она никогда не будет способна к действительно антиимпериалистической политике, не говоря уже о том, чтобы взять на себя руководство антиимпериалистической революцией.

Военный совет даже никогда и не рвал с империализмом. Иностранные монополии не трогали. Вместо этого «частные иностранные вложения во многих областях экономики получают широкие возможности, им гарантируется справедливая и соразмерная прибыль» 88. Военные базы США оставались в стране до 1977 г.; и США, и Израиль снабжали режим оружием.

Борьба за власть во Временном военном административном совете была не борьбой между представителями капиталистического и некапиталистического путей, как заявляли ревизионисты, а борьбой между марионетками западных империалистов и марионетками социал-империалистов. Верх одержала клика Менгисту, ведущие представители которой, согласно сообщению радио Аддис-Абебы от 23 августа 1979 г., были тайно посланы в некую страну Восточного блока для «обучения» уже в 1976 г., чтобы затем «немедленно приступить к распространению марксизма-ленинизма» (то есть ревизионизма) «в армии и рабочем классе» 89.

Война против освободительного движения в Эритрее прямо демонстрирует, как неразборчивы в средствах социал-империалисты, подчиняя борющиеся за своё освобождение народы своим социал-империалистическим целям. Они не остановятся ни перед каким преступлением — показывает эта война.

С помощью режима Менгисту социал-империалисты заполучили возможность решительно расширить свои стратегические позиции на Африканском Роге и оттеснить империализм США. Это обеспечило им плацдарм для доступа к нефтяным месторождениям Аравии и контроля входа в Красное море. Но национально-освободительная борьба народа Эритреи стояла на пути этой последней цели (Эритрея — полоска побережья на Красном море, на которой находятся стратегически важные порты и опорные пункты). Пока Эфиопия была базой империализма США, национально-освободительная борьба эритрейского народа «поддерживалась» социал-империализмом и зависимыми от него ревизионистскими партиями. Насколько «искренней» была эта поддержка, демонстрирует вышеупомянутая статья Кокиева, в которой об Эритрее говорится следующее:

«Приняв власть, новое правительство целеустремленно работало на обеспечение всем эфиопским гражданам равных прав, независимо от их национальности и религиозных убеждений…

В ответ некоторые круги раздували ещё существующие глубоко укоренившиеся религиозные и этнические различия и политически спекулируя на них. Это вело к росту напряжения, особенно на севере страны, где, начиная с 1962 г., когда Эритрея была лишена своего — в некоторых отношениях автономного — специального статуса решением ООН и прямо включена в эфиопское государство в качестве провинции, националистические элементы предпринимали вооружённые действия, направленные на отделение…

Эфиопское правительство, однако, полно решимости укрепить единство страны и защитить её территориальную целостность» 90.

Чтобы замаскировать свои социал-империалистические цели, советские ревизионисты помогают скрывать все свидетельства колониальных преступлений империализма. Но у лжи короткие ноги. Мы приводим здесь точку зрения по вопросу Эритреи, представленную социалистическим Советским Союзом на 5‑й сессии Генеральной ассамблеи ООН в 1950 г. Она так же приложима к сегодняшнему социал-империалистическому Советскому Союзу:

«Аргументы, выдвигаемые против предложения предоставить Эритрее немедленную независимость, те же самые, что обычно выдвигаются в защиту колониальной системы…

Логически последовательно, что делегация СССР отклоняет предложение о федерации Эритреи с другим государством, так как такая федерация игнорировала бы право эритрейского народа на самоопределение, препятствуя Эритрее в осуществлении этого права. Делегация Советского Союза основывает свою позицию на факте, что такое решение было бы навязано эритрейскому народу без его согласия и поэтому нарушило бы фундаментальное право народа на самоопределение…

Конечно, этот вопрос ни в коем случае не может быть решен соглашением между колониальными державами. Федеративное решение действительно было выдвинуто колониальными державами во главе с Соединёнными Штатами» 91.

С подачи империализма США «федерация» тогда была одобрена ООН, притом что социалистические и народно-демократические страны голосовали против. С точки зрения социал-империалистов, сегодня «эфиопская революция», «гарантирующая всем эфиопским гражданам равные права», делает право самоопределения для народов в Эфиопии ненужным. Это — также явное искажение марксизма-ленинизма, это — настоящий буржуазный национализм.

Неоднократно звучавшее возражение социал-империалистов, что эритрейское освободительное движение удобно для империализма США — даже если бы оно было верно — вовсе не причина ставить под вопрос право народов на самоопределение.

«То обстоятельство, что борьба за национальную свободу против одной империалистической державы может быть, при известных условиях, использована другой „великой“ державой в её одинаково империалистских целях,— так же мало может заставить социал-демократию отказаться от признания права на самоопределение наций…» 92.

Как бы ни юлили социал-империалисты, из-за убого сляпанного ими «социалистического» фасада всё более выходят на свет их бесстыдные великодержавные устремления. С 1977 г. эфиопская армия вела жестокую кампанию против эритрейского народа с помощью кубинских наёмников, советского оружия и военных советников. Эритрейская ассоциация помощи обратилась к миру 5 января 1982 г.:

«Военная машина накатывается и уничтожает без числа людей и имущество на своём пути. Люди пытаются бежать от ужасов войны, но теряют жизни при бегстве, а „удачливые“, которые смогли убежать, окажутся в лагерях беженцев в страшной бедности… Есть существенные признаки, что эфиопское правительство готовит новое наступление против Эритреи. Столь тревожным и пугающим предстоящее наступление делает введение в использование эфиопской армией нового смертоносного оружия. Известно, что эфиопское правительство недавно пришло к решению использовать нервно-паралитический газ в очередном наступлении на Эритрею» 93.

Кто выгоняет волка через переднюю дверь, должен быть очень осторожен, чтобы не впустить тигра через задний ход. Эфиопия — предупреждение и урок народам, борющимся за своё освобождение от империализма.

Вторжение социал-империализма в Афганистан в декабре 1979 г.

27 декабря 1979 г. советская армия пересекла границы Афганистана, оккупировала страну, установила военную диктатуру в гражданском обличье под руководством марионетки Бабрака Кармаля, и распространила повсюду кровавый террор. Почему так велик интерес Советского Союза к контролю над Афганистаном?

  • Афганистан обладает многими полезными ископаемыми вроде каменного угля, природного газа, железной руды, хрома, меди, свинца, олова, соли, серы, бокситов, марганца, золота и лазурита.

  • Афганистан, расположенный между Ираном и Пакистаном и граничащий на севере с Советским Союзом, имеет большое стратегическое значение для социал-империализма в борьбе за контроль над Индийским океаном. Крупнейшее препятствие для социал-империализма — отсутствие прямого доступа к Индийскому океану.

В комментарии «Правды», датированном 5 апреля 1982 г., весьма открыто подчёркивалось, что из всех стран мира, не граничащих с этим океаном, нет ни одной, для которой он имел бы такую важность, как для СССР. В разрезе использования им гористой страны для основания военных баз и дальнейшего продвижения на юг большое значение должно придаваться занятию Афганистана. Это пододвигает Советский Союз немного ближе к долгожданному контролю над Индийским океаном.

Отношение Советского Союза к Афганистану формировалось с конца пятидесятых годов под решающим влиянием этих гегемонистских устремлений. Социал-империалисты заблаговременно обеспечили себе монополию на поставки оружия в Афганистан. Стокгольмский международный институт исследований мира указывает, что стоимость советских поставок оружия Афганистану с 1960 г. по 1968 г. составила 120 млн долл., из которых они взяли «только» 70 млн долл. 94. Параллельно этому социал-империалисты открыли Афганистан с помощью способных выдерживать танки бетонных дорог в рамках программы «помощи развитию» в 1964 г., сократив расстояние от советской границы до Кабула на треть и соединив Кушку (Советская Туркмения) с западно-афганским городом Герат — и далее с Кандагаром на юге страны.

Но империалисты США тоже не сидели сложа руки. Они построили дороги из Персии и Пакистана в Кабул. Вместе эти две великие державы проложили 10 тыс. км дорог через горы Афганистана за 1963—1973 гг. Чтобы одержать верх в борьбе с другой сверхдержавой за контроль над Афганистаном, советские ревизионисты бесстыдно злоупотребили доверием народов Афганистана, которое социалистический Советский Союз заработал с 1920‑х гг. Они обеспечили обучение сотням афганских офицеров ежегодно и подчинили их своему идеологическому и политическому влиянию на «курсах» в Советском Союзе.

В рамках этой темы мы не можем вдаваться в подробности экономической зависимости Афганистана от Советского Союза. Достаточно сказать, что около 50 % внешней торговли Афганистана приходится на Советский Союз, но большая часть экспортных доходов остаётся в Советском Союзе в качестве выплаты процентов. В начале 1980 г. Афганистан был должен Советскому Союзу 1,6 млрд долл. Природный газ наиболее важен из всего экспорта Афганистана. Была оговорена поставка около 70 млрд кубометров газа Советскому Союзу до 1985 г. 95.

В табл. 15 иллюстрируется афганская добыча сырья, приспособленная к интересам советского социал-империализма.

Табл. 15. Производство основных промышленных товаров (тыс. тонн). 96
1967—68 гг. 1969—70 гг. 1972—73 гг. 1975—76 гг. 1976—77 гг. 1977—78 гг.
Электроэнергия (млн кВт-ч) 298,2 324,0 503,9 719,7 695,0 763,0
Природный газ (млн куб. м) 342,0 2020,0 2849,0 2959,2 2546,0 2581,9
Каменный уголь 151,0 36,0 70,9 149,7 159,9 172,7
Соль 31,3 36,9 31,0 61,0 72,7 77,7
Цемент 123,6 103,4 90,6 140,0 125,0 125,0

Оба фактора, неоколониальная эксплуатация Афганистана и значение его стратегического положения, разжигали неудержимую жажду социал-империалистов поставить Афганистан под прямой контроль. Первым шагом было свержение в 1973 г. полуфеодального режима Захир Шаха с помощью военных. Но его преемник Дауд, как оказалось позже, был одним из тех «продажных политиков», которые желали продаться другой стороне (западным империалистам). Поэтому социал-империалисты провели план приведения к власти лидеров партии «Хальк» (Народно-демократическая партия Афганистана), основанной в 1965 г. и подчинённой Москве.

27 апреля 1978 г. военные устроили новый переворот, устранивший Дауда и сделавший генерального секретаря партии «Хальк» Нура Мохаммада Тараки «Президентом Революционного совета и премьер-министром Демократической республики Афганистан». Прекрасно зная, что это был путч, а не революция с участием трудящихся масс, функционеры «Хальк» нахально назвали свой государственный переворот «образцовой революцией». Тараки объявил:

«Итак, вооружённое восстание 27 апреля 1978 г. во главе с Народно-демократической партией Афганистана положило конец мрачному периоду террористического фашистского режима Мохаммада Дауда — совершенно открыто, в кратчайшее время и с минимальными потерями. Таким образом, революционное восстание 27 апреля — в подлинном смысле слова, победоносная революция народа Афганистана, а не путч» 97.

«Победивший народ», если он не жил в Кабуле, где произошло это событие, слышал о нём по радио. Очевидец Карл-Генрих Рудерсдорф сообщает в своей книге «Афганистан — Советская республика?» о роли в «образцовой революции» рабочих одного из крупнейших промышленных предприятий Афганистана, Гулбахарской текстильной фабрики (почти половина промышленных рабочих работает на текстильных фабриках):

«Я нашёл управляющего фабрики и его заместителя в сторожке Афганской текстильной компании. Эти двое, в афганской одежде, которую они обычно носили только в свободное время, сидели у телефона и радио, ожидая информации. Снаружи, у ворот фабрики, рабочие снимали со стены портрет Мохаммада Дауда и лозунги его правительства. Всё остальное было тихо. Никто не знал в точности, что случилось в Кабуле» 98.

Что эта «революция» фактически была «образцовой революцией» — по «московскому образцу» — было косвенно признано инженером Назаром Мохаммадом, представителем Народно-демократической партии Афганистана на Мангеймском съезде ГКП в октябре 1978 г. Он заявил:

«Наша революция отличается от других революций тем, что мы смогли сломать старый государственный аппарат коротким путём — распространением идеологии рабочего класса в армии» 99.

Мы хотим напомнить советским ревизионистам, этим духовным отцам «образцовой революции», что думал Ленин относительно таких «образцов»:

«О „путче“, в научном смысле слова, говорить можно только тогда, когда попытка восстания ничего кроме кружка заговорщиков или нелепых маньяков не обнаружила, никаких симпатий в массах не вызвала…

…Думать, что мыслима социальная революция без восстаний маленьких наций в колониях и в Европе, без революционных взрывов части мелкой буржуазии со всеми её предрассудками, без движения несознательных пролетарских и полупролетарских масс против помещичьего, церковного, монархического, национального и т. п. гнёта,— думать так значит отрекаться от социальной революции» 100.

Ввиду недоверия, с которым сталкивается режим Тараки среди рабочих, бедных крестьян и кочевников, кремлевские правители побудили его поспешить с проведением антифеодальных реформ сверху ради создания массовой базы. Уже 2 декабря 1978 г. Тараки издал «декрет № 8» — объёмистый закон о земельной реформе. Андреас Кольшюттер, корреспондент еженедельника «Ди цайт», посетивший Афганистан дважды с апреля 1978 г., сообщает о «земельной реформе»:

«Итоги первого года революции внушают повод для беспокойства. Земельная реформа, поспешно проведённая революционными фанатиками менее чем за шесть месяцев, повредила режиму больше, чем принесла ему пользы. Только 240 тыс. семей, а не 676 тыс., как было первоначально запланировано, получили землю, отторгнутую у прежних крупных землевладельцев. Но многие из получателей упрямо отказываются принимать эту землю в собственность или возделывать её. Причины различны.

Одна из них — отягощающие их исламские религиозные чувства, ибо присвоение земли другого человека — грех. Также они боятся мести местных господ, светских и духовных крупных землевладельцев, которым повредила эта реформа; эта месть последует, как только партийные чиновники из Кабула или из столицы провинции произнесут свои речи, раздадут земельные акты и снова исчезнут. Ещё одна причина — крестьяне, которым правительство предоставило землю, первыми будут записаны в кампаниях военной вербовки, охвативших весь Афганистан. И наконец, второпях пренебрегали решающими мерами поддержки, от которых зависит успех земельной реформы.

К примеру, „образцовое революционное государство“ не предложило никакой замены семенам, удобрениям и инструментам, прежде обеспечиваемым землевладельцами. Чтобы отменить непомерные процентные ставки, было запрещено частное кредитование, но взамен не были созданы никакие кредитные институты, доступные для среднего афганского крестьянина» 101.

Урожай 1979 г. был полной неудачей, и недоверие мелких крестьян превратилось в ненависть к режиму. В течение этого года волнения распространились по всей стране. Под господствующим влиянием крупных землевладельцев, воспользовавшихся ситуацией, чтобы защитить свои феодальные привилегии, партизанская война исламских племён развернулась во всех 28 областях страны и всё более ограничивала влияние режима Тараки Кабулом и несколькими другими крупными городами. В своих наблюдениях Кольшюттер пришел к выводу:

«Одно точно: „образцовые революционеры“, пришедшие к власти в Кабуле „во имя народа“, сегодня управляют без народа и против народа. Они оказываются всё более вынуждены компенсировать нехватку политической поддержки полицейскими методами и использованием военной силы. Официальная теория о том, что агрессия происходит исключительно из зарубежья, быстро утрачивает доверие. Враг, против которого борется режим Тараки,— внутри страны. „Враг народа“, которого осуждает режим, это сам народ» 102.

Учащение использования афганской армии для подавления бунтовщиков привело к появлению в войсках признаков разложения и глубоко встревожило советских руководителей. В марте 1979 г. целые отряды отказались повиноваться приказам. Группа истребителей-бомбардировщиков отказалась бомбить город Герат, а 7‑я дивизия, развёрнутая на юго-востоке для борьбы «против банд», перешла на сторону повстанцев. Чтобы противостоять признакам разложения, была торопливо спланирована идеологическая кампания, как можно видеть из следующих инструкций командирам:

«Командующим
политических учреждений военно-воздушных сил, сил воздушной обороны,
дивизий, Беграмского гарнизона и Военного университета

С целью максимальной стабилизации дружбы между армиями Афганистана и Советского Союза в соответствии с новым договором о дружбе, приняты следующие инструкции:

…Во всех дивизиях, отрядах и институтах Министерства обороны ДРА должны быть проведены вечерние встречи на тему дружбы между Афганистаном и Советским Союзом, с военными специалистами и советниками Советского Союза должны быть организованы дискуссии.

Должны быть представлены выступления и сообщения и проведён обмен мнениями по военному опыту Советской Армии (жертвы советских солдат во второй половине Великой Отечественной войны), по укреплению дружбы между Афганистаном и Советским Союзом, и по военной солидарности вооружённых сил народа ДРА с вооружёнными силами СССР…

Во всех дивизиях и отрядах следует подготовить и провести совместное изучение и разъяснение работ товарища Брежнева „Малая земля“ и „Революция“. Следует провести с офицерами научные собрания по этим двум работам.

Методы организации политических и партийных дел в условиях войны и вопросы совершенствования руководства и взаимосвязи между командирами и солдатами, затронутые в этих работах, должны быть обсуждены на особых семинарах для командиров и политических работников…

Все замечания по случаю 61‑й годовщины основания Советской армии и флота должны быть направлены на будущее образование всех членов армии в духе непоколебимой дружбы Афганистана и Советского Союза, на разоблачение вражеской пропаганды и подъём политического сознания, и на военную подготовку вооружённых сил.

Руководитель по политическим делам Вооружённых сил афганского народа
Мохаммад Эгбал» 103.

14 сентября 1979 г., когда социал-империалисты лихорадочно искали решение, вице-президент и «ближайший сотрудник» Тараки, Хафизулла Амин устроил в его отсутствие путч и захватил власть. Несмотря на это, Советский Союз поддержал Амина и продолжал широкие поставки оружия. Например, он поставил двадцать вертолётов Ми‑24, оборудованных ракетами, пушкой и автоматами. Это — эффективнейшее оружие для борьбы против непокорных горных племён или подавления мятежных отрядов. Ульрих Альбрехт описывает тактику этого вертолёта нового типа в статье «Советское вторжение»:

«Иностранные специалисты 104 впечатлены действиями советских наступательных вертолетов Ми‑24 против повстанцев. Этот бронированный самолёт в определённой степени нечувствителен к винтовочному огню. Предназначенные фактически для борьбы против танков, новые вертолёты работают в Афганистане в основном в команде: один парит на высоте около 100 метров и служит орудийной платформой с тяжёлым автоматическим орудием (оценочный калибр 1,27 см), в то время как под его прикрытием другие вертолёты того же типа атакуют повстанцев в бреющем полёте» 105.

Советские лидеры использовали Амина для кровавого угнетения афганского населения. Одновременно они разрабатывали план вторжения в Афганистан и установления новой марионетки, Бабрака Кармаля, под предлогом освобождения народа от «мрачной власти режима Амина». После того, как советские войска оккупировали страну 24—26 декабря 1979 г., вечером 27 декабря было объявлено по радио, что Хафизулла Амин был осуждён «революционным судом» и казнён вместе с некоторыми своими сторонниками и родственниками. Было сказано, что как «агент ЦРУ», «американский шпион», «фашист», «пёс», «гитлеровец» и т. п. он превратил Афганистан в «бойню для миллионов его сынов».

Афганские наземные силыСоветские наземные силыАфганские аэродромыСоветские аэродромыАфганистанКитайСССРИндияПеревал ХоджакКандагарГильмендГазниКабулМарданЧагчаранГератМейменеЧарикарБамианБагланКундузФайзабадМазари-ШарифШибарганКалайи-НауФарах

Решение НАТО разместить новое поколение ядерных ракет среднего радиуса действия в Европе, принятое в том же месяце, конечно, играло решающую роль в выборе момента вторжения. Это решение отметило конец так называемой политики разрядки и начало агрессивных военных приготовлений монополий США. Широкую демонстрацию Советским Союзом военной мощи с помощью вторжения в Афганистан можно понять только на этом фоне. Вторжение прошло тремя волнами под руководством заместителя министра обороны маршала Сергея Соколова:

«Сначала прошло воздушно-десантное вторжение. Под прикрытием истребителей 250 советских транспортных самолётов приземлились с интервалом 10 минут в Кабульском аэропорту, высадив 5 тыс. солдат… Так же, как при вторжении в Чехословакию в 1968 г., эти воздушно-десантные отряды вступили в столицу, заняли стратегически важные пункты и направили своё оружие на местные гарнизоны.

Как только Кабул был занят, через пограничный город Термез 106 вошли отряды моторизованной пехоты, опять-таки с сильной поддержкой с воздуха. Они обеспечили сухопутную связь между Советским Союзом и столицей Кабулом. Теперь, когда линии коммуникаций надежно удерживались Советами, прибыла третья волна с тяжёлым вооружением и вспомогательным оборудованием…

Согласующиеся сообщения говорят, что, в дополнение к воздушно-десантным дивизиям, в страну были введены ещё пять дивизий плюс подразделение воздушных сил, всего около 85 тыс. советских солдат. Согласно данным, которые, как утверждает корреспондент журнала „Дер Шпигель“ (Der Spiegel), оказались в его распоряжении, военная группировка включает 1 500 танков, 2 000 бронетранспортёров и сотни 122‑ и 130‑миллиметровых гаубиц. Если эти данные верны, эта концентрированная огневая мощь теперь служит средством устрашения — против повстанцев нельзя бороться таким тяжёлым оружием» 107.

Коварное, жестокое нападение социал-империализма на Афганистан должно быть предупреждением миролюбивым народам, чтобы они не обманулись ревизионистской песенкой о «мирной державе Советском Союзе». Даже если империализм США в настоящее время — поджигатель войны № 1, для обеих сверхдержав верно следующее: их декларации о мирных намерениях предназначены для усыпления бдительности народов и удержания их от борьбы против варварского состязания за мировое господство.

Примечания:

  1. Полемика о генеральной линии международного коммунистического движения.— Пекин, Издательство литературы на иностранных языках, 1965.— с. 528.
  2. «Правда», 14 июля 1963 г.
  3. «Правда», 13 декабря 1962 г. Выделение наше — ред.
  4. «Правда», 14 июля 1963 г.
  5. «Правда», 28 октября 1962 г.
  6. «Правда», 29 октября 1962 г.
  7. «Правда», 14 июля 1963 г.
  8. «Франкфуртер рундшау» (Frankfurter Rundschau), 11 августа 1981 г.
  9. «Крефельдское обращение» — широкий сбор подписей против размещения штатовских ядерных ракет среднего радиуса в Центральной Европе.
  10. Karl D. Bredthauer, Klaus Mannhardt. Es geht ums Überleben (Речь о существовании).— сс. 20—21.
  11. «Франкфуртер рундшау» (Frankfurter Rundschau), 19 октября 1981 г.
  12. Там же.
  13. Archiv der Gegenwart, с. 14 130.
  14. Советско-чехословацкие отношения. 1961—1971. Документы и материалы.— М., Политиздат, 1975.— с. 250.
  15. Постановление ЦК КП Чехословакии от 29 января 1965 г.; цит. по F. Röll, G. Rosenberger. CSSR 1962—1968, Dokumentation und Kritik (ЧССР в 1962—1968 гг., документы и критика).— сс. 61—66. 108
  16. Центральный орган СЕПГ «Нойес Дойчланд» попытался оправдать вооружённое вмешательство в Чехословакии, изобразив, будто «эскалация антисоциалистических и контрреволюционных тенденций» произошла в 1968 г. и ни годом раньше. С негодованием он заявил:

    «В экономической и научной областях член ЦК и заместитель премьер-министра О. Шик провозглашает и воплощает в практику тезис о „социалистической рыночной экономике“, который направлен на упразднение социалистической плановой экономики, полную децентрализацию хозяйства, передачу предприятий на милость законов и кризисов капиталистического мирового рынка, и введение капиталистических методов управления на основе разнузданной клеветы на социалистическую экономику» 109«Нойес Дойчланд» (Neues Deutschland), 25 августа 1968 г.

  17. Из предисловия к книге Оты Шика «Экономика — интересы — политика» (Ökonomie – Interessen – Politik).
  18. «Франкфуртер алльгемайне цайтунг» (Frankfurter Allgemeine Zeitung), 23 марта 1968 г.
  19. «Франкфуртер алльгемайне цайтунг» (Frankfurter Allgemeine Zeitung), 10 апреля 1968 г.
  20. «Франкфуртер рундшау» (Frankfurter Rundschau), 10 апреля 1968 г.
  21. З. Бжезински. Альтернатива разделу (Alternative to Partition), c. 152.
  22. «Зыче Варшавы» (Zycie Warszawy), 23 марта 1968 г. Цит. по: F. Röll, G. Rosenberger. CSSR 1962—1968, Dokumentation und Kritik.— с. 257. Выделение наше — ред.
  23. И. Якубовский — главнокомандующий Объединенными вооружёнными силами стран-участниц Варшавского Договора.
  24. «Правда», 14 мая 1968 г.
  25. Советско-чехословацкие отношения. 1961—1971. Документы и материалы.— М., Политиздат, 1975.— с. 233. Выделение наше — ред.
  26. В. И. Ленин. ПСС, 5‑е изд., т. 38, с. 111.
  27. Советско-чехословацкие отношения. 1961—1971. Документы и материалы.— М., Политиздат, 1975.— сс. 252 и 253.
  28. Archiv der Gegenwart, 20—31 августа 1968 г., сс. 14 126—14 127.
  29. «Договор о дружбе, сотрудничестве и взаимной помощи» от 14 мая 1955 г.
  30. Приложение к «Совьетунион хойте» (Sowjetunion heute) № 17, 1 сентября 1968 г.
  31. Archiv der Gegenwart, с. 14 139.
  32. Там же.
  33. Заявление ТАСС от 21 августа 1968 г. // Советско-чехословацкие отношения. 1961—1971. Документы и материалы.— М., Политиздат, 1975. Выделение наше — ред.
  34. Известен в России как о‑в Даманский.
  35. То же, что Чжэньбао; «дао» здесь — «остров».
  36. Передовица «Жэньминь жибао», 4 марта 1969 г. Цит. по: Долой новых царей! — Пекин, Издательство литературы на иностранных языках, 1969.— сс. 2—3.
  37. Там же, с. 4.
  38. «Жэньминь жибао», 8 марта 1963 г. Цит. там же, с. 22. Выделение наше — ред.
  39. Долой новых царей! Антикитайские злодействия советских ревизионистов на реках Усули и Хэйлун.— Пекин, Издательство литературы на иностранных языках, 1969.— без числ. с.
  40. Долой новых царей! — Пекин, Издательство литературы на иностранных языках, 1969.— с. 23.
  41. Письмо Центрального комитета Коммунистической партии Советского Союза Центральному комитету Коммунистической партии Китая от 29 ноября 1963 г. // Переписка между ЦК КПК и ЦК КПСС (семь писем).— Пекин, Издательство литературы на иностранных языках, 1964.— с. 67. Выделение наше — ред.
  42. Horst Pommerenke. Der chinesisch-sowjetische Grenzkonflikt (Китайско-советский пограничный конфликт), с. 35.
  43. Там же.
  44. Там же, с. 53.
  45. Там же, с. 87.
  46. В. И. Ленин. ПСС, 5‑е изд., т. 35, с. 14.
  47. Г. А. Сарычев. Путешествие по северо-восточной части Сибири, Ледовитому морю и Восточному океану.— М., Географиздат, 1952.— с. 108.
  48. Ленин имеет в виду крестьянскую реформу 1861 г., освобождение крепостных в России — ред.
  49. В. И. Ленин. ПСС, 5‑е изд., т. 3, с. 595.
  50. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., 2‑е изд., т. 12, сс. 638 и 640.
  51. К. Маркс, там же, с. 604.
  52. «Правда», 2 сентября 1964 г.
  53. Там же.
  54. Horst Pommerening. Der chinesisch-sowjetische Grenzkonflikt.— с. 176.
  55. Ю. М. Галенович. От императора Николая Ⅱ и императрицы Цыси до Ленина и Сунь Ятсена.— М., РАН, Ин‑т Дальнего Востока, 2003.— с. 175.
  56. Документы внешней политики СССР, т. 7.— М., Госполитиздат, 1984.— с. 227.
  57. Передовица «Жэньминь жибао», 4 марта 1969 г. Цит. по: Долой новых царей! — Пекин, Издательство литературы на иностранных языках, 1969.— с. 6.
  58. «Револутионерер вег» (Revolutionärer Weg) № 16, «Государственно-монополистический капитализм в ФРГ» (Der staatsmonopolistische Kapitalismus in der BRD), ч. Ⅰ.— с. 51.
  59. Bassam Tibi. Militär und Sozialismus in der Dritten Welt.— с. 77.
  60. Lucian W. Pye. Armies in the Process of Political Modernization (Армии в процессе политической модернизации) // John J. Johnson (ed.), The Role of the Military in Underdeveloped Countries (Роль военных в слаборазвитых странах).— Princeton, N.J., 1962.— с. 79.
  61. Там же.
  62. Там же, с. 83.
  63. Т. е. проникновения империализма — ред.
  64. Там же, с. 81.
  65. Там же, с. 87.
  66. Классы и классовая борьба в развивающихся странах, т. 1.— cс. 321—332. Выделение наше — ред.
  67. Там же, с. 336.
  68. Там же, сс. 333 и 354.
  69. Там же, с. 337.
  70. Там же, cс. 338—339. Выделение наше — ред.
  71. Там же, с. 339.
  72. Там же, с. 338.
  73. Подразумеваются элементы, которые предпочитают сотрудничать с империалистами США, а не становиться зависимыми от социал-империалистов — ред.
  74. Там же, с. 339.
  75. Чьи? — ред.
  76. Т. е. союзных Советскому Союзу — ред.
  77. Там же, с. 344.
  78. Там же, с. 355. Выделение наше — ред.
  79. Там же, т. 3, с. 380. Выделение наше — ред.
  80. Социал-империализм — ред.
  81. Там же, с. 411. Выделение наше — ред.
  82. Bassam Tibi. Militär und Sozialismus in der Dritten Welt.— с. 14.
  83. Там же, с. 94.
  84. Там же, с. 84.
  85. Brennpunkt Nordostafrika 2 («Центр внимания — Северо-восточная Африка 2») // Internationalismus-Informationen 4 («Интернационализм-информация»).— с. 12.
  86. Там же, с. 9.
  87. Günter Schröder. Brennpunkt Nordostafrika 2.— с. 107. Выделение наше — ред.
  88. Там же. Выделение наше — ред.
  89. «Декларация об экономической политике социалистической Эфиопии» от февраля 1975 г.
  90. Archiv der Gegenwart, 26 августа 1979 г., с. 22 830.
  91. Günter Schröder. Brennpunkt Nordostafrika 2.— с. 113.
  92. Цит. по: Memorandum Eritreische Volksbefreiungsfront (EPLF) (Меморандум Народного фронта освобождения Эритреи (НФОЭ)), март 1979 г., с. 16.
  93. В. И. Ленин. Социалистическая революция и право наций на самоопределение.— В. И. Ленин. ПСС, 5‑е изд., т. 27, с. 258.
  94. Листовка Эритрейской ассоциации помощи от января 1982 г.
  95. SIPRI: Stockholm International Peace Research Institute. The Arms Trade with the Third World (Торговля оружием с Третьим миром).— 1971.— сс. 501—505.
  96. «Франкфуртер аллгемайне цайтунг» (Frankfurter Allgemeine Zeitung), 7 января 1980 г.
  97. Länder der Erde, politisch-ökonomisches Handbuch (Страны мира, политэкономический справочник).— с. 14.
  98. Informations-Bulletin, 1978.— с. 66.
  99. Karl-Heinrich Rudersdorf. Afghanistan — eine Sowjetrepublik? — с. 20. Выделение наше — ред.
  100. Afghanistan — eine Dokumentation (Афганистан — документы).— сс. 114—115.
  101. В. И. Ленин. ПСС, 5‑е изд., т. 30, cс. 53 и 54.
  102. «Ди цайт» (Die Zeit) № 34, 17 августа 1979 г.
  103. Там же.
  104. Сокращённый перевод приказов руководству афганской армии в 1979 г. Цит. полностью в: Karl-Heinrich Rudersdorf. Afghanistan-eine Sowjetrepublik? — сс. 118—119.
  105. Имеются в виду военные стратеги НАТО — ред.
  106. Там же, с. 115.
  107. Узбекская ССР.
  108. Там же, сс. 113—114 и 115.

Докладываю из оккупированного укронацистами Харькова

Кто опубликовал: | 07.05.2019

В данный момент город тотально задавлен и запуган укрофашистской хунтой.

Сегодня прошло нечто отдалённо напоминающее Первомайский митинг. Вышло в общей сложности человек тридцать (в основном — пенсионеры) — на полуторамиллионный город! В прошлом году было больше (где-то до ста человек), но тогда была хорошая погода, тепло и солнечно, в этом году — было пасмурно и холодно (прогнозировали дождь). Полиции было больше раза в три!

И подтянулось ещё человек 15—20 активистов «евромайдана» и боевиков-нациков (боевиков было видно по характерному телосложению, два метра ростом, чёрная униформа, и вот эта вот укросвастика — две буквы «I-N» («интегральный национализм»). Укронацики постоянно, весь митинг вопили, как недорезанные, «Слава Украйини» и «Коммуняку на гиляку». Хотя при чём тут эти укрошовинистические кричалки, если «Праздник труда» 1 — день борьбы за экономические и социальные права трудящихся — за повышение зарплат, за улучшение условий труда, за социальные гарантии, за социальное государство и т. д.?!

В конце митинга укро-майдано-нацисты решили блокировать попытку участников митинга возложить цветы в памятной стеле в честь первой в Российской империи Первомайской маёвки, прошедшей в Харькове 1 мая 1900 года. Начали кидаться обратно в участников первомайского «митинга» этими цветами (в итоге букеты цветов несколько раз летали «туда-обратно»)!

Митинг закончился пением памятных советских песен («Марш энтузиастов», «Гимн защитников Москвы», «Гимн советских танкистов» и т. д.) и словесными перепалками пенсионеров с активом наци-евромайдана и боевиками-мордоворотами!

Примечания:

  1. День международной солидарности трудящихся переименован в Украине в День праці (День труда) в 2017 году.— Маоизм.ру.

Новый, ещё неизвестный нам Сталин

Кто опубликовал: | 06.05.2019

Внимание! Во многих исследованиях отмечается (например, тут), что при формировании дополнительных томов сочинений Сталина зачастую были использованы по меньшей мере сомнительные источники. Поэтому следует помнить, что подлинность всех этих материалов, кроме опубликованных при его жизни, под вопросом. Это относится и к приведённым в этой публикации цитатам.

Маоизм.ру

И. Сталин. Сочинения. 14Неожиданностью для многих ценителей и почитателей гения И. В. Сталина стало появление в продаже 14‑го тома его Собрания сочинений (Москва, «Писатель», 1997 г.). Все знают, что при жизни Иосифа Виссарионовича было издано 13 томов с работами по 1934‑й год… Оказалось, что сразу же после смерти великого вождя в 1953 году по наущению гнусного ревизиониста Хрущёва печать трёх последних томов была приостановлена, а чуть позже набор рассыпали. Поразительно, но Хрущёв ненавидел Сталина сильнее, чем Ельцин Ленина: вынес из Мавзолея, изымал и уничтожал труды…

Только в середине 1960‑х годов Гуверовский институт войны и мира (Станфорд, Калифорния) опубликовал тома с 14‑го по 16‑й на русском языке. У нас за благородный труд подготовки к переизданию неизвестного нынешнему поколению Сталина взялся Р. И. Косолапов, благодаря чему вновь выходящие тома содержат новые по сравнению с американским изданием материалы.

Особенно впечатляют публикации неправленых стенограмм выступлений, относящихся к драматическому 1937 году: на Пленуме ЦК ВКП(б) 5 марта и на расширенном заседании Военного Совета при наркоме обороны 2 июня, кое для кого небезынтересно будет узнать, что Ф. Э. Дзержинский в своё время был активнейшим троцкистом и даже безуспешно пытался поднять ГПУ против Ленина, но вовремя раскаялся. Разоблачение товарищем Сталиным группы военных заговорщиков потрясает воображение детективным развёртыванием сюжета, безупречной логикой, тонким психологизмом и ярким мастерским стилем речи. Впрочем, слово самому товарищу Сталину.


«Есть одна разведчица опытная в Германии, в Берлине… Жозефина Гензи, может быть, кто-нибудь из вас знает. Она красивая женщина. Разведчица старая… Она помогла завербовать Тухачевского. Она держит в руках Рудзутака… она сама датчанка на службе у немецкого рейхсвера. Красивая, очень охотно на всякие предложения мужчин идёт, а потом гробит…» 1

«Как это так, эти люди, вчера ещё коммунисты, вдруг стали самым оголтелым орудием в руках германского шпионажа? А так, что они завербованы. Сегодня от них требуют — дай информацию. Не дашь, у нас есть уже твоя расписка, что ты завербован, опубликуем. Под страхом разоблачения они дают информацию. Завтра требуют — начинайте заговор, вредительство. Сначала вредительство, диверсии, покажите, что вы действуете на нашу сторону. Не покажете — разоблачим, завтра же передаём агентам Советской власти, и у вас головы летят. Начинают они диверсии. После этого говорят — нет, вы как-нибудь в Кремле попытайтесь что-нибудь устроить или в Московском гарнизоне и вообще займите командные посты. И они начинают стараться, как только могут. Дальше и этого мало. Дайте реальные факты, чего-нибудь стоящие. И они убивают Кирова. Вот, получайте, говорят. А им говорят — идите дальше, нельзя ли всё правительство снять… организуйте группу, которая должна арестовать правительство… Ну, значит, они сообщают, что у нас такие-то командные посты заняты, мы сами занимаем большие командные посты — я, Тухачевский, а он, Уборевич, а здесь Якир…» 2

«Как это им удавалось так легко вербовать людей?.. Вели разговоры такие: вот, ребята, дело какое. ГПУ у нас в руках, Ягода в руках, Кремль у нас в руках, так как Петерсон с нами. Московский округ, Корк и Горбачёв тоже у нас. Все у нас. Либо сейчас выдвинуться, либо завтра, когда придём к власти, остаться на бобах. И многие слабые, нестойкие люди думали, что это дело реальное, чёрт побери, оно будто бы даже выгодное. Этак прозеваешь, за это время арестуют правительство, захватят Московский гарнизон и всякая такая штука, а ты останешься на мели… дело тут реальное, как тут не завербоваться?.. Вот почему этим мерзавцам так легко удавалось малостойких людей вовлекать. На них гипнозом действовали: завтра всё будут у нас в руках, немцы с нами, Кремль с нами, мы изнутри будем действовать, они — извне» 3.

«Целый ряд лет люди имели связь с германским рейхсвером, ходили в шпионах. Должно быть, они часто колебались и не всегда вели свою работу. Я думаю, мало кто из них вёл своё дело от начала до конца. Я вижу, как они плачут, когда их привели в тюрьму. Вот тот же Гамарник. Видите ли, если бы он был контрреволюционером от начала до конца, то он не поступил бы так, потому что я бы на его месте, будучи последовательным контрреволюционером, попросил бы сначала свидания со Сталиным, сначала уложил бы его, а потом бы убил себя. Так контрреволюционеры поступают. Эти же люди были не что иное, как невольники германского рейхсвера, завербованные шпионы, и эти невольники должны были катиться по пути заговора, по пути шпионажа, по пути отдачи Ленинграда, Украины и т. д. Рейхсвер как могучая сила берёт их себе в невольники, в рабы, а слабые люди должны действовать, как им прикажут… Это военно-политический заговор. Это собственноручное сочинение германского рейхсвера. Я думаю, эти люди являются марионетками и куклами в руках рейхсвера. Рейхсвер хочет, чтобы у нас был заговор, и эти господа взялись за заговор. Рейхсвер хочет, чтобы эти господа систематически доставляли им военные секреты, и эти господа сообщали им военные секреты. Рейхсвер хотел, чтобы существующее правительство было снято, перебито, и они взялись за это дело, но не удалось» 4.

Примечания:

  1. И. В. Сталин. Соч., т. 14, «Выступление на расширенном заседании Военного Совета при Наркоме Обороны 2 июня 1937 года» (неправленная стенограмма) (Источник более чем сомнительный: «Источник. 1994. № 3» — Маоизм.ру.)
  2. И. В. Сталин. Соч., т. 14, «Выступление на расширенном заседании Военного Совета при Наркоме Обороны 2 июня 1937 года (неправленная стенограмма)» (Источник более чем сомнительный: «Источник. 1994. № 3» — Маоизм.ру.)
  3. Там же.— Маоизм.ру.
  4. Там же.— Маоизм.ру.

Сон левкома

Кто опубликовал: | 01.05.2019

Русский левком 1 спит и представляет себя Мао Цзэдуном, который спит и представляет себя левкомом.

Мао сидит в Яньани, в пещере, за столом. И пишет:

«Посмотрим на лидеров так называемой „Китайской республики“ — вышли они вовсе не „из народа“. Четыре семейства — Чан Кайши, Сун Цзывэнь, Кун Сянси и Чэнь Лифу — сконцентрировали в своих руках колоссальные богатства. Это китайские фашисты, те же люди, которые убивали коммунистов в Шанхае в 1927‑м. Им помогают иностранные советники из империалистических стран!

Конституция КР защищает частную собственность. Раньше местные жители поддерживали Гоминьдан из-за популистской риторики о защите китайского населения. Но теперь рабочие видят, что обе стороны защищают только свои бизнес-проекты. Между властью японцев и гоминьдановцев нет никакой разницы. Люди напуганы и не хотят участвовать в авантюре проамериканских боевиков.

Пока у трудящихся страны не появятся собственные организации, выражающие именно их интересы, а не интересы „нации“, „Китая“ или государства, демократический сценарий политической жизни страны не может быть реализован. Остановить бойню могут только единые действия рабочего класса. Чтобы рабочие стали самостоятельной силой, нужна рабочая партия с социалистической программой, которая объединит трудящихся Китая и Японии.

Если мы хотим, чтобы рабочие действовали самостоятельно, надо обращаться к ним самим, а не к буржуазному правительству: надо агитировать и убеждать, а не строчить бессмысленные документы, направленные в никуда. А с КПК нужно не согласовывать резолюцию, обращённую к токийскому режиму, а обсуждать её собственную политику: почему она не открестилась от китайских националистов на юго-востоке?..»

Мао вздрогнул и проснулся. Потёр глаза, избавляясь от наваждения: «Да нет, чушь какая-то». Глянул в бумаги, лежащие перед ним:

Мао пишет (1938 г.)«Некоторые товарищи… считают, что теперь нужна уже не власть всех тех, кто стоит за отпор японским захватчикам и за демократию, а только власть рабочих, крестьян и городской мелкой буржуазии; нужна уже не политика единого фронта периода войны против японских захватчиков, а политика… революции, подобная той, которая проводилась в прошлом, во время десятилетней гражданской войны. Эти товарищи, по крайней мере на время, потеряли ясное представление о правильной политике партии. ‹…› Ещё большее число товарищей не понимает единства национальной и классовой борьбы, не понимает единства политики единого фронта и классовой политики, а отсюда не понимает и единства воспитания в духе единого фронта и классового воспитания. Эти товарищи считают, что… необходимо сделать особый упор на так называемое классовое воспитание, обособленное от воспитания в духе единого фронта. Они до сих пор ещё не понимают, что наша партия на протяжении всей войны против японских захватчиков проводит по отношению к представителям верхних и средних слоёв общества, ещё ведущим борьбу против захватчиков — независимо от того, идёт ли речь о крупных помещиках, крупной буржуазии или о промежуточных классах,— только одну цельную, двуединую (двойственную) политику единого национального фронта, включающую и объединение, и борьбу».

«Сталинист!» — донёсся до него негодующий возглас откуда-то извне. Мао повёл суровым взором и вдруг остановил его на ёрзающем левкоме. Погрозив ему пальцем, он проворчал что-то вроде «Сначала добейся!..» и вернулся к работе.

Так начинался чжэнфэн 2.

P. S. С благодарностью якобы-троцкистке Лилии Л. (хотя, говорят, это трап) за (увы, не единственный такой) образец 3 и Мао Цзэдуну.

Примечания:

  1. «Левые коммунисты» — неленинское (и нетроцкистское) течение в коммунизме, возникшее в 1918 году.
  2. Чжэнфэн — массовая кампания по упорядочиванию стиля работы, партийная чистка, проведённая под руководством Мао Цзэдуна в 1943—1945 годах.
  3. Статья «Хищники делят Юго-Восток» была размещена на сайте «Социалистической альтернативы», примыкающей к троцкистскому Комитету за рабочий интернационал.

Как «Политштурм» шёл, но не дошёл к критике маоизма

Кто опубликовал: | 29.04.2019

Группа под названием «Политштурм» выступила со статьёй «К критике маоизма». Некоторые товарищи высказали заинтересованность в нашем, маоистов, ответе. Что ж, извольте, пока для таких пустяков выдались благоприятные условия.

Внезапно, Мао не родился с дипломом ВПШ

«Говоря об истоках маоизма, невозможно не затронуть тему формирования взглядов основоположника этой теории Мао Цзэдуна»

«Политштурм»

Вообще-то, возможно. Точно так же, как истоки марксизма лежат вовсе не в биографии Маркса и Энгельса, а в… Ну, вы знаете: немецкая философия, английская политэкономия, французский социализм 1.

«Само собой, главной движущей силой исправления действительности Мао считал крестьянство…»

«Политштурм»

Неправда. В юности Мао был рад-радёшенек вырваться из сельской глубинки и довольно долго вспоминал о крестьянах во вторую очередь. В одном из первых своих политических манифестов, опубликованном в 1919 году, он перечисляет профессиональные союзы, призванные стать основой грядущей революции:

«…Союз железнодорожников, союз горняков, союз телеграфистов, союз телефонистов, союз кораблестроителей, союз рабочих торгового мореплавания, союз металлистов, союз текстильщиков, союз вагоновожатых, союз рикш, союз строительных рабочих…» 2.

Где тут крестьяне вообще?

«…И это вполне понятно, ведь Китай того времени — аграрная страна с практически отсутствующим рабочим классом и огромной массой безземельного и малоземельного крестьянства».

«Политштурм»

Стало быть, претензии в этом отношении снимаются. О чём тут разговор тогда вообще?

«И вот это крестьянство… для Мао Цзедуна представлялось основным мотором будущих общественно-экономических преобразований. Эти мелкобуржуазные убеждения он пронесёт через всю жизнь…»

«Политштурм»

Пардон, только что в тексте обосновывалась разумность таких убеждений! Аграрная, мол, страна, рабочего класса нет, огромная масса крестьянской бедноты — когда это говорит критик, он молодец, а когда Мао — это, оказывается, у него мелкобуржуазные убеждения.

С другой стороны, это неправда. Например, в письмах Цай Хэсэню (1920—1921 гг.) Мао говорит о пролетариях, но не о крестьянах.

Панцов пишет о периоде вскоре после основания КПК:

«Под влиянием Маркса Мао считал в то время рабочих основной силой будущей революции, и его ничуть не смущало, что в его родной провинции собственно промышленного рабочего класса не было. ‹…› К середине 1923 года Мао Цзэдуну и его товарищам удалось создать двадцать два профессиональных союза (многие из них назывались рабочими клубами): шахтёров, железнодорожников, типографщиков, работников городского хозяйства и монетного двора, рикш, парикмахеров и других. Уже в начале 1922 года в Чанше и других местах „развернулось мощное рабочее движение“,— вспоминал Мао Цзэдун. Оно достигло своего апогея осенью 1922 года, когда в стачках, по данным самого Мао, приняло участие более 22 тысяч рабочих. К подавляющему большинству забастовок Мао имел непосредственное отношение» 3.

Крестьянским вопросом Мао занялся только в 1923 г. И если не с подачи Коминтерна, то во всяком случае в согласии с ним. «Директива ИККИ Ⅲ съезду КПК», пришедшая с запозданием, гласила:

«Национальная революция в Китае и создание антиимпериалистического фронта необходимо будет сопровождаться аграрной революцией крестьянства против остатков феодализма. Только в том случае эта революция сможет быть победоносной, если в движение удастся вовлечь основную массу китайского населения — парцеллярное крестьянство… Таким образом, центральным вопросом всей политики является именно крестьянский вопрос» 4.

Однако и в 1926 г. Мао пишет:

«Несмотря на свою немногочисленность, промышленный пролетариат стал главной силой национально-революционного движения» 5.

«Первая марксистская литература,— „Манифест Коммунистической партии“,— попала в руки Мао Цзедуна, когда ему было уже 28 лет».

«Политштурм»

Не имеет отношения к делу. В руки Маркса «Коммунистический манифест» попал ещё позже, в 29 лет.

«Разумеется, винить самого Мао в этом не приходится…»

«Политштурм»

Значит, и разговора нет.

Критики ломятся в открытую дверь. Мао потом сам рассказывал:

«Ни Маркс не был мне знаком, ни Ленина я не знал. Поэтому у меня не было идеи организовать коммунистическую партию. Я верил в идеализм, в Конфуция и в дуализм Канта». И что с того? «Позже ситуация изменилась» 6.

Основание партии

«Ли Дачжао разъяснял… основы марксизма-ленинизма… в своём понимании: пропуская элементы марксизма через сито традиционного мелкобуржуазного сознания, „обогащая“ марксизм нотками волюнтаризма, национализма и даосской диалектики».

«Политштурм»

Голословно и оскорбительно для товарища Ли, который пользовался уважением и в сталинской и в хрущёвско-брежневской традиции, но, поскольку моей задачей не является его защита, я это пропущу.

«…Среди 13 основоположников [Коммунистической партии Китая] (в число которых входил и Мао) не было ни одного представителя рабочего класса, ни одного человека, твёрдо стоявшего на марксистско-ленинских позициях».

«Политштурм»

Речь, если кто не понял, об участниках первого съезда КПК. О том, насколько несущественно классовое происхождение, когда речь идёт об отдельных лицах (или столь узких группах), будет замечание ниже. Даже если это правда, то что с того? Сам Мао в уже процитированной беседе рассказывал:

Мао Цзэдун летом 1921 года, вскоре после основания КПК.

«…В 1921 году был проведён Ⅰ съезд партии, на нём я был одним из делегатов. ‹…› Я и этот троцкист [Лю Жэньцзинь] — мы ещё живы; третий, кто ещё живёт, это заместитель президента Дун Биу. Другие все погибли или изменили. С 1921 года, когда была создана партия, и до Северного похода 1927 года мы знали только, что мы хотим делать революцию, а как делать революцию, каковы должны быть методы, линия, политическое планирование, в этом мы вообще ничего не понимали» 7.

Критики опять ломятся в открытую дверь, за которой нет того, что они пыжатся представить. Обратимся же к их «доводу».

С одной стороны, вы когда-нибудь интересовались дальнейшей политической судьбой девяти делегатов первого (Минского) съезда РСДРП? Если нет, поинтересуйтесь. Особенно Ванновского или Петрусевича. Тогда поймёте, что это не имеет отношения к делу.

С другой стороны, учитывая упоминание Мао, эта статья здесь «ставит телегу впереди лошади», использует в качестве аргумента именно ту злобную клевету, которую тщится обосновать.

Троцкисты, хрущёвцы и буржуазные разложенцы судят партизанского вождя

«Спустя 6 лет после основания партии пленум ЦК КПК, состоявшийся в ноябре 1927 года, констатировал, что…».

«Политштурм»

Виссарион (Бесо) Ломинадзе

Для начала нужно бы уяснить, что такое — пленум ЦК КПК осенью 1927 года, через полгода после чанкайшистского переворота; чтобы понять, насколько можно ссылаться на него, как на авторитетный источник. Двухдневное заседание в Шанхае проходило под руководством советского эмиссара Ломинадзе. Если кому-то это кажется чем-то вроде «знака качества», напомню, что уже три года спустя Ломинадзе был выведен из ЦК ВКП(б), а в 1935-м покончил с собой.

Сян Чжунфа

Что касается китайцев, возглавивший в том году партию Цюй Цюбай был позже раскритикован за левый оппортунизм и снят со всех постов в 1931-м, на пленуме под руководством другого коминтерновца, Мифа (тоже, кстати, репрессированного, но в 1937 году). Ли Вэйхань ничем себя не запятнал… до старости, когда стал прислужником Дэн Сяопина, реставратора капитализма. Среди выдвинувшихся тогда руководителей КПК был Сян Чжунфа — как представитель рабочего класса он продвигался коминтерновскими кураторами, а на первом по-настоящему рабочем съезде КПК в Москве в 1928 году он был поставлен во главе партии. И чем эта история закончилась? Сян подвергся буржуазному разложению, а после ареста всех сдал и умер недостойно. Также предателем стал Гу Шуньчжан.

…И этих людей нам цитируют и предлагают слушать как «самих китайских коммунистов»? И так уже ясно, что проблема не состояла в том, что «почти весь руководящий актив нашей партии состоит не из рабочих и даже не из беднейших крестьян, а из представителей мелкобуржуазной интеллигенции». Много ли было рабочих в руководстве большевиков? Ленин был рабочим? Сталин был рабочим? Хрущёв был рабочим — это правда. А вот ни Ломинадзе, ни Цюй Цюбай — не были. Да подлинная ли вообще резолюция, где они распинаются насчёт интеллигенции в руководстве? Может быть, и нет, критики указывают не очень-то надёжный брежневский источник 8.

«Не было такого принципиального вопроса, где Мао Цзедун не имел бы своего мнения, расходившегося,— в большей или меньшей степени,— с мнением Коминтерна».

«Политштурм»

Можно подумать, «мнение Коминтерна» — это такая марка качества! Выше я уже отметил, как кончили два куратора Китая от Коминтерна (Ломинадзе и Миф). Можно ещё вспомнить Маринга, первого такого куратора, чуть позже ушедшего в троцкизм, а затем ещё дальше вправо.

«Главным же предметом споров был вопрос о роли крестьянства в революции — после инспекционной поездки в Чаньша в 1926 году Мао окончательно утвердился в мысли, что именно крестьяне являются мотором не только антиимпериалистической, но и социалистической революций».

«Политштурм»

Утверждение остаётся голословным, но если принять его за истину, то это рушит только что прозвучавшее утверждение о расхождениях Мао с Коминтерном. Потому что именно Коминтерн обозначил тогда крестьянство как «основной и решающий фактор китайского национально-освободительного движения» 9.

«Закончилась его деятельность вполне закономерно: за свои провальные милитаристские авантюры на селе в период „восстаний осеннего урожая“ в 1927 году Мао Цзедун был исключён из состава Временного Политбюро КПК».

«Политштурм»

Временное политбюро сформировала встреча ЦК 7 августа. Ввести Мао в Политбюро (кандидатом) предложил эмиссар Коминтерна Ломинадзе (ещё одно свидетельство, как Мао «расходился» с Коминтерном!).

Ма Чанъи, «Восстание осеннего урожая» (1975)

Принятая тогда тактика крестьянских восстаний вскоре потерпела сокрушительное поражение, и на совещании в ноябре 1927 года Мао действительно был выведен из кандидатов в члены Временного политбюро. Однако знакомство с вопросом делает ясным, что Мао просто сделали «козлом отпущения».

Во-первых, вооружённые выступления вовсе не были его исключительной идеей — это был курс всего ЦК под руководством Цюй Цюбая при одобрении Ломинадзе.

Во-вторых, Мао ещё в июле предложил 10 отправить хунаньский крестьянский союз в горы для создания военной базы, но партийное руководство было настроено гораздо более опрометчиво.

В-третьих, Мао постоянно подчёркивал опасность поражения восстания, не имеющего военной поддержки,— по иронии, именно это поставили ему в вину как «военный авантюризм».

В-четвёртых, Наньчанское восстание же тоже было разбито: только его руководителя (Чжоу Эньлая) на этом заседании повысили.

В-пятых, это хунаньский комитет во главе с Мао спас оставшиеся вооружённые силы революции, отказавшись от самоубийственного штурма Чанша, который ему навязывали Цюй Цюбай и ещё один коминтерновский представитель, Кучумов (думаю, вы уже не удивитесь, когда узнаете, что он будет репрессирован в 1936-м).

В-шестых, наконец, политбюро принимало своё решение, не выслушав Мао, а он о нём не узнал. По одной простой причине: он занимался вооружённой борьбой и советским строительством в Цзинганшани. Вам не кажется ситуация немножечко странной: сидящие в Шанхае люди, часть из которых потом станет предателями, вешают ярлыки на товарища, который бегает за них под пулями по горам?

«Вернётся в Политбюро он лишь в 1935 году…»

«Политштурм»

В 1934‑м.

«…чтобы путём интриг и спекуляций возглавить КПК…»

«Политштурм»

Фантазии. Он в ИККИ, что ли, интриговал? С Димитровым спекулировал?

«…гегемонию мелкобуржуазной идеологии в качестве генеральной линии партии».

«Политштурм»

Не сказано ни слова, в чём заключалась эта «мелкобуржуазность», так что и обсуждать нечего.

«…погибли многие ценные кадры, стоявшие на твёрдых позициях Коминтерна…»

«Политштурм»

Вот насчёт твёрдых позиций Коминтерна, особенно в китайском вопросе, не надо бы. Не смешно, а очень даже грустно. Всякий знакомый с вопросом, хорошо знает, как шарахало Коминтерн в его попытках формулировать линию для китайских коммунистов. Например, директиву выходить из Гоминьдана им прислали 20 сентября 1927 года, когда их уже исключили и правый и левый Гоминьданы. Исполняйте, чё?

Да и наличие разных фракций в аппарате Коминтерна и среди ответственных за Китай — не секрет. Вот что рассказывает Панцов:

«В аппарате ИККИ имелось несколько фракций. Наиболее известные возглавлялись Иосифом Ароновичем Пятницким и Дмитрием Захаровичем Мануильским. Эти группы ожесточённо, хотя и закулисно, боролись друг с другом. Не было единства и среди тех, кто курировал Коммунистическую партию Китая. Нередки, например, были конфликты Мифа с заместителем заведующего Восточным лендерсекретариатом Людвигом Игнатьевичем Мадьяром. Понятно поэтому, что отдельные фракции в ИККИ, во многом в силу чисто личных амбиций входивших в них аппаратчиков, поддерживали „своих людей“ в КПК» 11.

Мао Цзэдун и Ван Мин в Яньани, 1937 г.

Поэтому вот не надо басен про «стоявших на твёрдых позициях Коминтерна». Это не более, чем идеологические клише, которыми потрясали проигравшие во внутрипартийной борьбе, вроде Ван Мина или Гао Гана. Никакого авторитета Коминтерна, СССР или Сталина за ними не стояло, во всяком случае, уж не больше, чем за Мао. А вот прислужничество хрущёвско-брежневским ревизионистам и реставраторам капитализма (в случае Ван Мина) — вполне.

Много позже Мао вспоминал, что люди, выдававшие себя за «стопроцентных большевиков», «довели до того, что потери партии в белых районах составили 100 процентов, а в советских районах — 90 процентов» 12.

Впрочем, Мао отнюдь не таил свою справедливую критику тридцать лет. Он высказался сразу. Вот как рассказывает об этом (о совещании 15 января 1935 года в Цзуньи) Панцов:

«Полностью разбив аргументы Бо Гу и Чжоу, он обвинил обоих, а также Брауна в том, что отступление из Центрального района произошло главным образом по их вине. Мао заявил, что все трое придерживались вначале „чисто пассивной оборонной тактики“, а затем „повели позиционную войну“, после чего в решающий момент „ударились в бегство“. Такую линию поведения Мао заклеймил как „детскую игру в войну“» 13.

Вот что такое эти «интриги», благодаря которым Мао возглавил партию — авантюризм догматиков, последствия которого разгребает Мао, а потом добросовестно обо всём отчитывается.

Совещание в Цзуньи, 1935 г.

«…Партия была вынуждена отступить в наиболее отдалённые сельские районы… В этих комфортных условиях „яньанского сидения“ Мао Цзедун…»

«Политштурм»

Что он несёт, что он несёт?! Яньань — это не сельская глубинка, а крупный город, и Мао Цзэдун смог приехать туда только в 1937‑м. Вероятно, критик не отличает Цзянси от Шэньси, хотя их разделяют десять тысяч километров 14, и начало 1930‑х от конца.

Как Мао не положил жизни красноармейцев за власть Чан Кайши

«…Перенесёмся в конец 30-х, когда Мао Цзедун, вставший во главе партии, не торопился исполнять решения Коминтерна о создании единого антияпонского фронта с Гоминьданом».

«Политштурм»

Кто, собственно, сказал, что Мао «не торопился»?

Ещё 15 июля 1936 года, в первом интервью Эдгару Сноу, Мао заявил:

«Я прошу вас всегда иметь в виду, что главным вопросом, стоящим сегодня перед китайским народом, является борьба против японского империализма» 15.

Мао Цзэдун и Цзян Цзеши (Чан Кайши) празднуют победу над фашистской Японией. Сентябрь 1945 г.

15 августа 1936 года от Сталина приходит телеграмма с предложением установления антияпонского фронта с Чан Кайши. Мао направляет письмо в Гоминьдан и разворачивает пропаганду новой линии. Вот его речи и письменные работы второй половины 1936 года 16:

  • «Нельзя одновременно сопротивляться Японии и бороться против Чан Кайши» (8 сентября 1936 г.),
  • проект соглашения между компартией и гоминьданом о сопротивлении Японии и спасении Родины (октябрь 1936 г.),
  • «Беседа об антияпонском перемирии» (15 октября 1936 г.),
  • письмо Чан Кайши и командованию Национально-революционной армии на Северо-Западе (26 октября 1936 г.),
  • пять пунктов об осуществлении мира в стране и едином сопротивлении Японии (21 декабря 1936 г.).

После «Сианьского инцидента» Чан Кайши начинает подготовку к шестому антикоммунистическому походу, так что Мао уже не мог так напирать на союз. Но японцы наращивали давление и в мае 1937 году Чан оказывается вынужден согласиться на фронт.

«Мао, нацеленный на будущее противоборство с Чан Кайши, не спешил распылять силы на войну с японскими захватчиками… …КПК отнюдь не являлась авангардом борьбы с фашизмом, в отличие, например, от коммунистических партий Малайи или Филиппин, ставших ядром яростного антияпонского народного сопротивления; КПК под руководством Мао, сделав ставку на аккумуляцию сил для будущего триумфа, укоренилась в глухих горных „освобождённых районах“, лишь время от времени нанося удары по японцам».

«Политштурм»

Насколько это вообще правда? Слово товарищу Сталину:

«Китайский народ и его освободительная армия, несмотря на гоминдановские махинации, сыграли большую роль в деле ликвидации японских империалистов. Борьба китайского народа и его освободительной армии коренным образом облегчила дело разгрома японских агрессивных сил» 17.

Кажется, критик изволит обвинять Сталина во вранье?

Но давайте предположим, что Сталин соврал. Но что же — такая тактика была ошибкой со стороны Мао и драться с Чан Кайши потом не пришлось? Любопытно, критик понимает, что сейчас ругает китайских коммунистов за то, что они сделали свою народную войну историей успеха? И хуки на Филиппинах и малайские коммунисты были разгромлены после того, как сыграли свою роль в антияпонской борьбе. Конечно, это произошло по многим причинам, и удар был нанесён не столько местной буржуазией, сколько США (на Филиппинах) и Британией (в Малайе). Но — никому не кажется, что это намекает на различие ситуаций, в которых приходилось бороться коммунистам Восточной Азии? И немножко некорректно ставить в пример китайцам, победившим в одних условиях, их товарищей в других странах, проигравших несколько при других?

«…Под руководством Мао Цзедуна Коммунистическая партия Китая медленно, но верно клонилась вправо».

«Политштурм»

Настолько, что это побудило руководство Коминтерна, расхождениями с которым Мао Цзэдуна так ужасался критик, рекомендовать КПК поставить Мао во главе. Директиву Димитрова на этот счёт передал Ван Цзясян в сентябре 1938 г.:

«Для придания законченности структуре партии и с целью обеспечения чёткого руководства её деятельностью Коминтерн рекомендует поставить во главе КПК товарища Мао Цзэдуна. Безусловно, такое решение должно быть принято в атмосфере единодушия» 18.

«Первым шагом на этом пути стал Ⅵ пленум ЦК в октябре 1938 года, на котором Цзедун в докладе „Место Коммунистической партии в национальной войне“ открыто призвал к „китаизации“ марксизма».

«Политштурм»

Поморщусь по ходу дела от этой непрестанной манеры критика называть китайца (и не менее бестактно это было бы в отношении японца, например) по имени (причём, неправильно: слоги «цзэ» и «цзе» совершенно разные даже в кириллической транскрипции). Это просто нелепо: всё равно как называть Ленина и Сталина «Володей и Иосифом». Даже хуже: это маркер некомпетентности.

Что касается содержания замечания, такой формулировки в указанной работе просто нет. Там сказано: «使马克思主义在中国具体化», то есть применять марксизм в китайских конкретных условиях — и так же гласят оба перевода на русский: и сталинский и собственно китайский времён 1960‑х.

«…В 1948 году, после критики Коминформом правого уклона Компартии Югославии, так же выдвигавшей лозунг о „самобытном югославском марксизме“, клика Мао пугливо приняла решение отказаться от использования термина „китаизация марксизма“, тем более, что в беседе с делегацией КПК 11 июля 1949 года Сталин прямо указал, что нет и не может быть никакого „китаизированного социализма“».

«Политштурм»

Ляп на ляпе!

Во-первых, критик путает последовательность событий: у него выходит, что КПК в 1948 году действовала под влиянием указания Сталина, высказанного в 1949 году. Ничего не кажется странным?

Во-вторых, в указанной статье (не очень-то авторитетной, авторства Ли Цзюньжу, профессора Центральной партийной школы при ЦК КПК, то есть ревизионистского прислужника) вовсе не утверждается, что «клика Мао пугливо приняла решение отказаться от использования термина „китаизация марксизма“». Сказано всего лишь: «После освобождения страны КПК очень редко открыто использовала формулировку „китаизация марксизма“: обычно использовалась формула „соединение марксизма и практики Китая“» 19.

В-третьих, в указанной беседе Сталина нет ни единого слова о «китаизации марксизма». Цитата приведена из редакторского примечания к беседе, с более чем сомнительным источником 20.

В-четвёртых, даже если всё это было так или примерно так, это вовсе ничего не говорит против Мао и его соратников. Подумаешь, скорректировали неудачный термин. А вот о чём это говорит совершенно явно — это о неразборчивости и неаккуратности критика в работе с источниками.


«…мелкобуржуазный националистический курс извращения марксизма был продолжен и далее».

«Политштурм»

Что было продолжено далее — так это злобный клеветнический лепет незадачливого критика. О мелкобуржуазности он тщился сказать, но не смог предъявить ничего внятного, о национализме и вовсе ничего не сказал.

Однако текст его обладает ещё одним недостатком, помимо фактической неточности и идейно-политической реакционности — чрезвычайной объёмистостью. Поэтому я позволю себе завершить разбор в этом месте, полагая сказанное достаточным.

Примечания:

  1. В. И. Ленин. Три источника и три составных части марксизма.
  2. Мао Цзэдун. Широкий союз народа.
  3. Панцов А. В. Мао Цзэдун.— М.: Молодая гвардия, 2007.
  4. Коммунистический Интернационал и китайская революция. Документы и материалы.— М., 1986.— с. 39.— Цит. по: Панцов А. В. Мао Цзэдун.— М.: Молодая гвардия, 2007.
  5. Мао Цзэдун. Анализ классов китайского общества.
  6. Мао Цзэдун. Беседа во время приёма Сасаки Кодзо, Куроды Хисао, Хосако Канемицу и других представителей Социалистической партии Японии (10 июля 1964 г.).
  7. Мао Цзэдун. Беседа во время приёма Сасаки Кодзо, Куроды Хисао, Хосако Канемицу и других представителей Социалистической партии Японии (10 июля 1964 г.).
  8. Владимиров О. Е., Рязанцев В. И. Страницы политической биографии Мао Цзэ-дуна.— М.: Изд‑во политической литературы, 1973. Глава «Становление Компартии Китая и борьба в ней двух линий».
  9. Резолюция Ⅵ расширенного пленума ИККИ по китайскому вопросу (март 1926 г.), п. 6.
  10. На заседании Постоянного комитета Политбюро в Ханькоу 4 июля 1927 г.
  11. Панцов А. В. Мао Цзэдун.— М.: Молодая гвардия, 2007.
  12. Мао Цзэдун. Беседа с Чжоу Пэйюанем и Юй Гуанъюанем относительно естественных наук.
  13. Панцов А. В. Мао Цзэдун.— М.: Молодая гвардия, 2007.
  14. Не по прямой, понятное дело, партизанскими горными тропами; по прямой, как птица летит, тоже немало, более 1300 км.
  15. На русский, кажется, не переводилось. Панцов (см. сноску выше) цитирует по: Mao’s Road to Power. Vol. 5. С. 249.
  16. Критику простительно их не знать, ибо они не выходили на русском, но он мог бы проконсультироваться у сведущих людей.
  17. И. В. Сталин. Письмо председателю Центрального народного правительства Китайской Народной Республики, товарищу Мао Цзэдуну, 2 сентября 1951 г. Опубликовано в газете «Правда» 3 сентября 1951 г. Цит. по: И. В. Сталин, Соч., т. 16.
  18. Шорт Ф. Мао Цзэдун.— М., ПСТ, 2001.— с. 324.
  19. Ли Цзюньжу. Об основных вопросах китаизации марксизма.
  20. «…Фрагмент теоретических суждений Сталина в разговоре с Мао, приводимый (по материалам В. М. Жухрая) в книге В. В. Вахании „Личная секретная служба И. В. Сталина“ (М., 2004. С. 414—416)» (тут). В книге «Сталин и разведка» ветерана разведки И. А. Дамаскина россказни Жухрая, между прочим, опровергаются.

Маоизм и Африка

Кто опубликовал: | 25.04.2019

Маоистский Китай существенно повлиял на африканский социализм. Политические эксперименты, проводившиеся в разное время в Танзании, Гане, Гвинее, Мали и Замбии, так или иначе многим были обязаны именно Китайской революции.

В 1964 г. родилась Объединённая Республика Танзания. В 1967 г. молодое социалистическое правительство во главе с президентом Джулиусом Ньерере (1964—1985) в своём программном документе объявило свой африканский путь к социализму — «уджамаа» (в суахили это слово обозначает взаимопомощь среди членов традиционных сельских общин Танзании).

Китайские коммунисты торжественно встречают в Пекине первого президента независимой Танзании Джулиуса Ньерере. 17 февраля 1965 г.

«Уджамаа» была самобытной политической философией, в основу которой легли коллективистские ценности, антиколониализм и «опора на собственные силы». Неудивительно, что такой «общинный социализм» многое почерпнул из практики революционного строительства Китая. Мао и Ньерере объединяла вера в крестьянство и подозрительность к партийной бюрократии. Переводы из «красной книжечки» публиковались в танзанийской газете «Ди нейшеналист» (The Nationalist), их активно обсуждали студенты и интеллигенты.

Сознательно подражая Мао, Ньерере в декабре 1966 г. совершил шестинедельный «Великий поход» по стране, во время которого он побывал даже в самых удалённых деревнях. Публично осуждалась новая партийно-государственная элита — вабензи (wabenzi) В этом суахилийском неологизме угадывается искажённое написание престижной иномарки «Мерседес-Бенц» (Mercedes-Benz), на которой разъезжали партбюрократы.

Параллели не ограничивались риторикой и дипломатическими контактами. Эра «общинного социализма» была эпохой тесного хозяйственного и научного сотрудничества Танзании и КНР. Из Китая в Танзанию приезжали учителя, врачи, инженеры и военные инструкторы. КНР оказывал существенную материально-техническую и финансовую помощь Республике, создавая её радиовещательную сеть и готовя её национальные кадры.