Воспоминания о Ленине. Т. 5.— М., Изд-во политической литературы, 1985.— сс. 326—330. ← Вопросы истории КПСС, 1960, № 2, с. 189—191.

17 июня, 22 июня, 5 июля 1921 г.

В. И. Ленин на Ⅲ конгрессе Коммунистического Интернационала

Кто опубликовал: | 16.05.2020

Несмотря на то что В. И. Ленин был всецело поглощён государственными делами, великий вождь мировой революции внимательно следил за тем, что происходило в Интернационале. Он нашёл однажды время заглянуть и в зал заседаний Исполкома. И этого оказалось достаточно, чтобы внести ясность в дискуссию, чтобы разбить в пух и прах намерения «левых». Это случилось 17 июня 1921 года. Тогда как раз говорил Бела Кун. Конечно, это не было случайным совпадением. Кун был самым откровенным сторонником «теории наступления», и Ленин решил прослушать именно его.

Кун сровнял с землёй Французскую коммунистическую партию. Выяснилось, что «революционная ярость» Бела Куна была вызвана статьёй в «Юманите» под заголовком «Хладнокровие и дисциплина» 1. Статья была написана по поводу отправки войск для оккупации Рейнской области. В этой статье Французская коммунистическая партия протестовала против отправки войск и ввиду серьёзности момента рекомендовала «хладнокровие и дисциплину», а Кун считал такое поведение «оппортунистическим» и требовал от французской партии «революционных действий».

Именно в этот момент в зал вошёл Ленин и услышал, как Кун требовал от французов во что бы то ни стало «действовать революционно». Он услышал, как Кун издевался над «хладнокровием и дисциплиной», о которых писал орган Французской коммунистической партии.

Неожиданное появление Ленина присутствующие делегаты встретили бурными аплодисментами. Большая часть делегатов видела его впервые. В зале наступило оживление. Лица прояснились. Делегаты расступились и дали дорогу Ленину.

Присутствующие заметили, что появление Ленина смутило Куна, он потерял самоуверенность, смешался и скоро закончил свою речь. Сейчас же слово было дано Ленину.

Ленин произнёс недлинную, но ярко полемическую речь, в которой по-товарищески разделался с «левыми», и в первую очередь с Бела Куном.

— Я пришёл сюда,— начал Ленин свою речь,— чтобы выступить против взглядов Куна, потому что определённо знаю, что, как только Кун откроет рот, он непременно будет защищать «левых». Кун думает, что коммунизм — это защита «левых», что существуют только оппортунистические ошибки. Нет, существуют и «левые» ошибки. Если Коммунистический Интернационал послушается советов Куна и его друзей по французскому вопросу, то коммунистическое движение во Франции может быть на долгие годы просто уничтожено. Французскую партию следует критиковать, но критика должна касаться определённых неверных, оппортунистических действий партии; не следует, однако, нападать на партию без разбору, раскалывать её, не следует предлагать другие — «левые» глупости в противовес оппортунистическим действиям.

Наблюдая великолепную работу коммунистической партии, видя созданные ею ячейки и фракции в профсоюзах и других организациях, я говорю: «Победа революции во Франции обеспечена, если „левые“ не наделают глупостей». Когда же, как Кун, говорят, что «хладнокровие и дисциплина» не нужны, то это глупость со стороны «левых».

Может быть, поведение французской партии во время оккупации Рейнской области не вполне коммунистическое — я готов поверить этому. Однако укорять партию за то, что она призывала к «хладнокровию и дисциплине», а не призывала солдат к «революционным действиям», что она не саботировала оккупации Люксембурга и т. д.,— такая глупость может сегодня погубить коммунистическое движение во Франции.

Когда массы всё больше приближаются к нам, необходимо прежде всего завоевать профессиональные союзы. В большей части профессиональных союзов проводится великолепная подготовительная работа. Если мы завоюем профсоюзы, то это будет нашей величайшей победой. И только после этого мы начнём революцию, не с помощью армии девятнадцатилетних и другими подобными глупостями, специалистом по которым является Бела Кун, а путём борьбы против оппортунизма и «левых» глупостей. 2

Блестящую и страстную речь Ленина, которую все в переполненном зале выслушали затаив дыхание, встретили бурными аплодисментами и возгласами «Да здравствует Ленин — вождь мировой революции!».

Речь Ленина внесла полную ясность в головы делегатов. Они почувствовали, что говорит великий вождь мировой революции, твёрдо уверенный в её победе и крепко держащий в своих руках руль Коммунистического Интернационала. «Левацкие» тезисы были взяты обратно, а вместо них выработаны другие, в ленинском духе, и внесены в виде проекта на конгрессе.

22 июня 1921 года, в 7 часов вечера, в огромном зрительном зале Большого театра открылся конгресс Коминтерна.

Первое появление Ленина в зале Кремлёвского дворца, где позднее заседал конгресс, было незабываемым событием. Я сидел в президиуме и мог наблюдать впечатление, произведённое им на массы делегатов, прибывших со всех концов света не только чтобы принять участие в работе конгресса, но и чтобы увидеть своими глазами эту чудесную страну, где пролетарская революция в жестокой и бесстрашной борьбе победила объединённые силы внутренней контрреволюции и империалистической интервенции и теперь, изолированная от капиталистического мира, при неслыханно тяжёлых условиях делает первые шаги к построению социалистического общества: видеть великих революционных вождей, видеть и услышать самого Ленина, воплощающего гений, силу и величие русского пролетариата и мировой революции.

Ленин вошёл в зал заседаний через главные двери и быстрыми, мелкими шагами, глядя перед собой, как будто хотел остаться незамеченным, направился к президиуму. Но как мог он остаться незамеченным! Все делегаты с нетерпением ожидали его прибытия на конгресс. Они вскочили со своих мест, как будто пронизанные электрическим током. Многие влезли на стулья. По всему залу забушевала долго не стихавшая буря аплодисментов и восторженных возгласов, перешедших постепенно в не совсем стройное, но мощное и величественное пение «Интернационала» одновременно на всех языках мира!

В. И. Ленин на ступеньках трибуны во время заседания Ⅲ конгресса Коминтерна в бывш. Андреевском зале Кремля. 28 июня или 1 или 5 июля 1921 г. Москва.

В. И. Ленин на ступеньках трибуны во время заседания Ⅲ конгресса Коминтерна в бывш. Андреевском зале Кремля. 28 июня или 1 или 5 июля 1921 г. Москва.

Улыбаясь, Ленин поздоровался с товарищами из президиума, а также пожал руки итальянским социалистам Лаццари 3, Маффи 4 и другим, приехавшим защищаться и требовать, чтобы их партия осталась в Коминтерне. Он слушал с большим вниманием дискуссию по итальянскому вопросу. Во время перерыва он присел на одну из ступенек за трибуной и, склонившись над листком бумаги, сосредоточенно готовил свою речь. Один вездесущий фотограф незаметно его подстерёг в его уединении и в замечательном снимке увековечил для грядущих поколений.

В большинстве секций Коминтерна, сложившихся в обстановке массового возмущения рабочих после войны и в борьбе против предательства социал-патриотов, существовало упрощённое представление о революционном процессе. Коммунисты шли в бой без серьёзной подготовки и не всегда сообразуясь с конкретными условиями борьбы; они часто поддавались провокациям буржуазии и манёврам социал-демократических вождей. Под страхом тягчайших поражений нужно было изменить это положение.

И Ленин уверенно повернул руль.

В своём докладе 5 июля 1921 года он сказал рвавшимся в бой коммунистическим партиям, что «революционное движение, правда, подвинулось вперёд, но что развитие международной революции в этом году не пошло так прямолинейно, как мы этого ожидали».

«…Сейчас необходима основательная подготовка революции и глубокое изучение конкретного её развития в передовых капиталистических странах»5.

Ленин подчёркивал главным образом и в первую очередь необходимость подготовительной работы коммунистических партий, рассчитывал на мудрость коммунистов. «Если делегаты спросят меня, каковы перспективы революции, что должен я им ответить?» — спросил он в тесном кругу президиума конгресса. И сам себе ответил, немного прищурив глаза: «Я им отвечу: если коммунисты ведут себя умно, перспективы хорошие, если же делают глупости, перспективы плохие».

Ход событий последующих лет полностью подтвердил ленинский прогноз. Недостаточная подготовка коммунистических партий была причиной серьёзных поражений.

В чём же Ленин видел главное условие победы революции?

Главное условие — завоевание большинства пролетариата. Поставив в центре внимания коммунистических партий работу по завоеванию большинства рабочего класса и всех трудящихся, указав в первую очередь на работу коммунистов в профессиональных союзах, подчеркнув необходимость удвоить усилия для отрыва рабочих от влияния социал-демократии, превратившейся в опору международной буржуазии, Ленин решительно разделался со всеми «левацкими глупостями» куновцев, гемпелевцев 6 и др., а также подверг уничтожающей критике «левацкие» поправки германской, австрийской, итальянской делегаций к русскому проекту тезисов о тактике.

Эти поправки представляли последнюю организованную попытку «левых» провести свою точку зрения.

Наконец в ответ на «левацкие» попытки повернуть Коминтерн назад, к пройдённому уже этапу расправы с центристами в качестве главной задачи Ленин дал ясную и точную характеристику этапов развития Коминтерна и сделал ударение на борьбе против «левой» опасности, серьёзно мешавшей выполнению новых задач коммунистических партий.

Речи Ленина рассеяли весь туман пустых фраз, пущенных «левыми», уничтожили все сомнения и колебания делегатов и сплотили весь конгресс вокруг Ленина, на почве линии Ленина. Стратегия «левых» потерпела крах. Через единодушно принятые тезисы о тактике, об организации, как и другие решения конгресса, красной нитью проходит ленинская установка: борьба коммунистов за массы, за завоевание большинства рабочего класса и трудящихся как первое и главное условие победы революции.


Заседая вместе с В. И. Лениным в комиссии, рассматривавшей тезисы о тактике, мне удалось видеть, с какой серьёзностью, глубиной и знанием конкретных условий он рассматривал тактические проблемы. Он не признавал никаких догм и был врагом пустых фраз. Он вслушивался в каждое обоснованное мнение и принимал каждое разумное предложение. Он согласился и с одним моим предложением о революционном характере 7.

Тезисы об организации коммунистических партий 8 были безукоризненны. Они предусматривали создание образцовых коммунистических партий. Я не имею никаких возражений против них, сказал Ленин, но беда в том, что они неприменимы для коммунистических партий в капиталистических странах, которым необходима простая и легко осуществимая организация. Он был против всякого рода схематизма в организационных вопросах и настаивал на том, чтобы исходить исключительно из действительных нужд партий и учитывать то, что они в состоянии осуществить.

Тезисы были переработаны согласно указаниям Ленина.

Все решения конгресса были приняты с полным единодушием, и он закончил свою работу с большим энтузиазмом. Центром дебатов на нём были тактические вопросы. И это понятно: ведь конгресс был созван в переходный период, когда темп мировой революции замедлялся и трудности на её пути возрастали. Условия в капиталистических странах обязывали коммунистические партии к большей осмотрительности и осторожности и к самой серьёзной подготовке классовых битв. Главный лозунг, выдвинутый на Ⅲ конгрессе, гласил:

«В массы! На работу за завоевание масс!»

Примечания:

  1. «Sang-froid et discipline» (L’Humanite, 1921, 5 mai, № 6250). Ред.
  2. Следует иметь в виду, что данная статья — хрущёвского времени, поэтому в ней сделан акцент на критике «левых» и почти вовсе скрыт тот факт, что в долгосрочном периоде Бела Кун (кстати, репрессированный и расстрелянный в 1938 г.) оказался прав: проповедуемые Компартией Франции «хладнокровие и дисциплина» оказались не подлинными революционными хладнокровием и дисциплиной, а отражением чаяний рабочей аристократии и сорок лет спустя привели её по оппортунистическому пути к буржуазному перерождению. В приведённой здесь цитате из Ленина есть, однако, намёк на это: «Французскую партию следует критиковать, но критика должна касаться определённых неверных, оппортунистических действий партии… Может быть, поведение французской партии во время оккупации Рейнской области не вполне коммунистическое — я готов поверить этому».— Маоизм.ру.
  3. Лаццари Константино (1857—1927) — видный деятель рабочего движения Италии, один из основателей Итальянской социалистической партии. После Октябрьской революции выступал в поддержку Советской России. Ред.
  4. Маффи Фабрицио (1868—1955) — видный деятель итальянского рабочего движения, профессор медицины. С 1888 г.— член Социалистической партии Италии. В 1922 г. вступил в Итальянскую коммунистическую партию, с 1924 г.— член ЦК ИКП. Ред.
  5. Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 36, 37 (курсив В. Коларова). Ред.
  6. Гемпель (Аппель И.) — один из представителей Коммунистической Рабочей партии Германии на Ⅲ конгрессе Коминтерна. Критику его речи по вопросу о тактике см.: Ленин В. И. Полн. собр. соч., т. 44, с. 25. Ред.
  7. В тезисах «О тактике», принятых Ⅲ конгрессом Коминтерна (раздел Ⅳ. Положение в Коммунистическом Интернационале), говорится о значении «чисто революционного характера коммунистической партии» для успешной борьбы французского пролетариата. (См.: Коммунистический Интернационал в документах, с. 187). Ред.
  8. См. там же, с. 201—225. Ред.

Добавить комментарий