22.12.2007

Целина: достижение, ошибка или преднамеренная авантюра Хрущёва?..

Кто опубликовал: | 30.11.2016

1958 год считался завершающим в рекордно быстром освоении целинных и залежных земель — всего за четыре года. Об этом заявил Н. С. Хрущёв, инициатор и вдохновитель целинно-залежной кампании, на торжественном заседании в Москве в связи с 40-летием Октябрьской революции и на ⅩⅩⅠ съезде КПСС в 1959-м. Итак, полвека тому назад в российской и советской экономической истории было реализовано, пожалуй, беспрецедентное по своим масштабам, срокам осуществления и последствиям мероприятие.

Последствия же его ощутимы в России (как и в Казахстане) до сих пор: прежде всего это продолжающееся распространение «больных» (т. е. эродированных) почв, засоления, закисления и опустынивания сельхозугодий по российской территории — с востока, юго-востока РФ и, соответственно, из Северного Казахстана. Вдобавок, именно с целинных годов СССР-Россия стали постоянным импортёром не только мясопродуктов, но и живого скота — ввиду резкого сокращения пастбищных угодий примерно на 20 % территории РСФСР (и почти на 35 % территории Казахстана) во имя целинных «зерновых» рекордов…

Многие эксперты, российские и зарубежные, полагают, что разрушение советской экономики началось едва ли не с середины 1950-х годов, точнее — с того, каким образом и какой ценой были освоены целинно-залежные земли. Прежде закрытые архивные и другие документы прямо и косвенно подтверждают такой вывод. Автор этих строк работал в системе Госплана СССР с 1983 по 1991 годы, и не понаслышке знает, что многочисленные предложения с мест по исправлению ситуации, адресованные союзным ЦК, Совмину, Госплану, минсельхозу, минплодоовощхозу, минмясомолпрому «ложились под сукно» или либо возвращались авторам. Причём последнее сопровождалось увольнениями с работы авторов петиций такого рода. Более того: уже в середине 1970-х годов открыто защищались диссертации, к примеру, о долговременной пользе не перевозок зерна из Северного Казахстана в РСФСР и другие республики СССР, а именно импорта зерна — причём в первую очередь из США, а, скажем, не из Канады, Австралии, Аргентины 1. И, в этой связи, благоприятная реакция Вашингтона, в том числе внешнеполитическая, никогда не запаздывала. Зато советская статистика всё более скрывала реальные ситуацию и тенденции в экономике, в том числе в сельском хозяйстве. Эта информация, если и прорывалась в печать, то резко ограниченным тиражом, а то и вовсе «Только для служебного пользования»…

Без срока давности

Так или иначе, но, по данным минсельхозов РФ, Казахстана и Продовольственно-сельскохозяйственной организации ООН, по темпам эрозии и других видов деградации сельхозземель, в том числе пастбищных, а также по темпам роста дефицита водоснабжения сельского хозяйства Россия с Казахстаном входят в десятку стран-лидеров с 1990-х годов. Основной причиной такой тенденции считается нарушение экологического баланса в залежно-целинных регионах теперь уже бывшего СССР из-за вопиющих нарушений агробиологических технологий. Во имя, повторим, рекордных, быстрых урожаев, продержавшихся, увы, только считанные годы. Зато последствия таких нарушений — всевозможные болезни почвы — уже охватили около 65 % территории Казахстана и почти четверть — европейской России…

«Федерально ориентированные» учёные и чиновники утверждают, что освоение целины — стратегическое мероприятие 1950-х годов, которое, дескать, было бы невозможно в период «культа личности Сталина». А, мол, до этой кампании правительство СССР ничего существенного не предпринимало в сельском хозяйстве, ограничиваясь сугубо «командно-административными» мерами. Сам Хрущёв на ⅩⅩⅠ съезде КПСС в 1959-м отмечал, что «благодаря успешному освоению целинных земель появилась возможность не только существенно улучшить снабжение продовольствием городов и промышленных центров, но и поставить задачу превзойти США по уровню развития сельского хозяйства». Вторя Хрущёву, Брежнев говорил о целине таким же образом. А сменившее целинную эпопею «обкукурузивание всей страны» 1958—1964 годов, можно сказать, добило сельское хозяйство страны, но прежде всего РСФСР. Ибо кукурузу повсеместно внедряли главным образом в России — напомним, вплоть до приарктических территорий (!), «неперспективные» же сельхозрастения, что называется, вырывали с корнем…

Да, Хрущёву был нужен «быстрый хлеб», а в более широком контексте — эффективное и, опять-таки, быстрое изобличение «сталинского догматизма» в сельском хозяйстве. Правда, рекордные целинные урожаи, повторим, продержались только несколько лет.

По мнению академика РАН и РАСХН Сергея Бобышева, высказанному автору этих строк, «целина была третьим сильным ударом, добивающим русскую деревню после жертв коллективизации и войны. Резкий отток трудоспособного, квалифицированного и молодого населения из русской деревни и принудительное перераспределение материально-технических ресурсов в пользу новых сельхозрегионов, которым предписали любой ценой стать „рекордсменами“ по урожайности пшеницы, привели к деградации сельского хозяйства в центральной и северной части России. Объективно оценить „целинно-кукурузные“ решения 1950-х годов и их последствия представляется необходимым, ибо и сегодня „целинное мышление“ в РФ зачастую господствует в нынешних законах и программах по сельскому хозяйству страны. Широкомасштабное освоение целинных и залежных земель привело к крайне неблагоприятным экологическим последствиям, главное из которых — потеря естественного (природного) плодородия на огромных плодородных пространствах. Колоссальное и „сверхскоростное“ расширение пахотных в новых регионах породило острейшие, подчёркиваю, ставшие со временем хроническими проблемы, явившиеся результатом неизученности многочисленных последствий затеянного…».

Послевоенные планы перечеркнула целина

Проблемы развития продовольственного комплекса страны были одними из главных в экономической политике советского руководства в послевоенные годы. Ущерб, нанесённый фашистскими оккупантами сельскому хозяйству, исчислялся десятками миллиардов рублей (в ценах 1945—1946 годов). На оккупированной фашистами территории, т. е. в западном регионе СССР, в прежние годы производилось, в масштабе всей страны, 55—60 % зерна, в том числе до 75 % кукурузы, почти 90 % сахарной свёклы, 65 % подсолнечника, 45 % картофеля, 40 % мясопродуктов, в том числе до 65 % свинины, 35 % молочной продукции, почти 55 % растительных масел и т. п. Оккупантами было уничтожено или вывезено почти 200 тыс. тракторов и комбайнов, что составляло примерно 30 % парка сельхозмашин в 1940 г. Страна лишилась более 25 млн голов скота, а также 40 % предприятий по переработке сельскохозяйственной продукции.

Вдобавок, засуха 1946 —1947 гг. усугубила и без того сложную ситуацию в сельском хозяйстве СССР, а отказ нашей страны от кабальных иностранных кредитов и импорта сельхозпродуктов за валюту из Северной Америки, Австралии, Новой Зеландии и Аргентины с Уругваем и ЮАР тоже осложнял быстрое восстановление товарного потенциала сельского хозяйства СССР (в 1946 —1948 гг. СССР закупал небольшие партии ржи, ячменя и кормовых трав в Швеции и Дании в обмен на лён, уголь и нефтепродукты). Кроме того, СССР в 1945 —1953 годах оказывал безвозмездную продовольственную помощь Восточной Германии, другим восточноевропейским странам, Австрии, а также Китаю, Монголии, Северной Корее и Северному Вьетнаму. Более того: по просьбе французского и британского правительств, СССР в 1947 —1948 гг. направлял в Великобританию и Францию пшеничную муку, сахарную свёклу и корма (ввиду тамошнего неурожая), оплаченные валютой и поставками промышленного оборудования.

Но уже в 1946—1947 годах сельскохозяйственным и исследовательским организациям страны было поручено разработать предложения по обеспечению долговременного надёжного снабжения страны сельхозпродукцией, по повышению урожайности земледелия и продуктивности животноводства, а также по материальному стимулированию роста производительности труда в сельском хозяйстве Советского Союза. Между прочим, И. В. Сталин в 1947-м приказал замедлить темпы коллективизации в Прибалтике, Бессарабии, Западной Украине и Западной Белоруссии, чтобы, по его словам, «учесть важные факторы истории сельского хозяйства в этих регионах, где не было крепостного права и где всячески поощрялось мелкое и среднее землевладение, сочетавшиеся с местной, близлежащей пищевой промышленностью» (ЦК в том же году принял соответствующее «закрытое» постановление). Увы, таких льгот для России не предусматривалось…

Осенью 1946-го была создана межведомственная комиссия, под руководством академиков Лысенко и Немчинова, по выполнению «сталинских» поручений по общесоюзному сельскому хозяйству и по разработке долговременной государственной агрополитики. Комиссия просуществовала до 1954 года: в том году, согласно решениям пленума ЦК КПСС (март), её работа объявлялась неудовлетворительной. И прежде всего — за отрицательное отношение к инициативе Хрущёва и «хрущёвцев» по скорейшему освоению залежных и целинных земель и, соответственно, по смещению приоритета агрополитики государства на юго-восток страны — именно такое решение принял тот самый пленум ЦК. Но оно было «закрытым» для широких партийных масс и не публиковалось в печати…

Идею быстро распахать целинно-залежные земли Хрущёв и «преданные» ему учёные (Шмальгаузен, Завадовский, Жебрак, Жуковский и др.) выдвинули ещё на закрытом пленуме ЦК КПСС в июне 1953 г., но получили отпор со стороны Молотова, Маленкова, Ворошилова, Андреева, Сабурова (председатель союзного Госплана в 1949—1953 годах) и многих учёных-аграрников, включая Лысенко. Однако к весне 1954-го Хрущёв и «хрущёвцы», что называется, взяли реванш…

В 1948—1951 гг. вышеназванная комиссия предоставила в ЦК КПСС и Совмин Союза, а также лично Сталину семь подробных докладов и рекомендаций. Материалы комиссии после обсуждений в ЦК и Совмине явились основой сельскохозяйственной политики сталинского руководства. «Целинный вопрос» тоже был изучен комиссией, поскольку некоторые учёные — будущие советники Хрущёва — в 1949—1952 годах буквально «бомбили» письмами не только Лысенко и Немчинова, но и многих членов политбюро, лоббируя экстенсивное развитие сельского хозяйства страны: быстрое освоение новых земель прежними агротехническими методами и с помощью массового использования химических удобрений и, соответственно, перераспределения посевных площадей (т. е. по структуре культивируемых сельхозрастений).

Документы той комиссии остались секретными или для служебного пользования в СССР. Но в период конфронтации СССР с Китаем и Албанией из-за «антисталинских» решений ⅩⅩ и ⅩⅩⅡ съездов КПСС, эти документы попали в данные страны, где в 1960—1970-х переиздавали и Лысенко (как и Жданова, Молотова, Маленкова, Кагановича и Шепилова…). Пекин с Тираной, что называется, дали ход этим материалам. И вот что прогнозировали документы той комиссии 2: «…Распашка под пшеницу примерно 40 млн гектаров целинно-залежных земель, кардинально отличающихся по своим свойствам и требуемым методам обработки от сельхозугодий других районов СССР, приведёт к хронической деградации этих земель, к негативным изменениям экологической ситуации в обширном регионе страны и, соответственно, к постоянному увеличению затрат по поддержанию плодородия целинных почв».

Подчёркивалось, что «временный эффект, который выразится в больших урожаях на целине, не превысит 2—3 года. Затем с помощью химических средств и увеличения объёмов искусственного орошения можно будет добиваться лишь поддерживания уровня урожайности (т. е. уровня предыдущих 2—3 лет), но никак не дальнейшего её роста. Ввиду особенностей почвы и климата в целинных районах, урожайность там будет вдвое-втрое ниже урожайности в традиционных сельхозрайонах СССР (Украина, Молдавия, Северный Кавказ, Центрально-Черноземный регион, некоторые районы Поволжья). Искусственное же наращивание её за счёт химизации и орошения приведёт к неустранимому загрязнению, засолению и кислотному заболачиванию почв, а, значит,— к быстрому распространению эрозии, в том числе на естественные водоёмы в „целинном“ регионе. Такая тенденция предопределит, в частности, ликвидацию животноводства как сельхозотрасли в регионе от Волги до Алтая включительно…

В первые 5—6 лет запасы плодородного слоя почвы — гумуса — на целинных землях сократятся на 10—15 %, а в дальнейшем этот показатель составит 25—35 % в сравнении с „доцелинным“ уровнем. Для искусственного орошения новых посевов могут потребоваться многокилометровые отводы от Волги, Урала, Иртыша, Оби и, возможно, от Арала и Каспия (с обязательным обессоливанием воды этих артерий). Это может привести к негативным, причём хроническим изменениям в водохозяйственном балансе многих регионов страны и резко сократит водообеспечение сельского хозяйства, особенно животноводства, на большей части территории СССР. А снижение уровня Волги, Урала и других водных артерий и водоёмов отрицательно скажется на всех отраслях экономики регионов, примыкающих к целинным землям,— особенно на лесном, рыбном хозяйстве, судоходстве и электроэнергетике, ухудшится там и экологическая ситуация…

Если же стремиться к стабильному увеличению урожайности зерна на целинных землях в условиях деградации целинных почв и роста дефицита воды, то, наряду с постоянным наращиванием объёмов химизации почвы, придётся в первую очередь целиком переориентировать нижнее и, частично, среднее течение рек Иртыш, Волга, Урал, Амударья, Сырдарья и Обь на северный Казахстан и примыкающие к нему районы. Следовательно, придётся со временем полностью изменить русла и течение вышеназванных рек. Эти и смежные мероприятия приведут к постоянному росту себестоимости сельхозпроизводства, что усложнит общесоюзную финансово-ценовую политику».

В документах комиссии Лысенко — Немчинова отмечалось также, что совокупность вышеупомянутых последствий приведёт через 7—10 лет к наступлению эрозии на почвы Поволжья, Северного Кавказа и Центрально-Чернозёмных областей. Затраты же на предотвращение такой тенденции будут соответствовать примерно троекратному увеличению объёмов капиталовложений, ежегодно направляемых в сельское хозяйство в 1947—1951 гг. Увы, прогнозы комиссии Немчинова — Лысенко сбылись…

Но комиссия не отвергла в принципе идею освоения новых сельхозземель, в том числе целинных. Для чего, однако, требовались принципиально новые агробиологические и технические методы, в том числе развитие селекционной работы, учитывающей как специфику природно-климатических условий конкретных регионов, так и особенности воздействия химических удобрений на те или иные виды сельхозрастений в конкретных регионах СССР. 3 Освоение новых земель, как подчёркивалось в 1947—1952 гг. в решениях ЦК партии и Совета Министров, а также ВАСХНИЛ, должно осуществляться на принципиально иной технологической и научной основе с учётом прогрессивных методов повышения урожайности злаков, продуктивности животноводства и плодородия почв без нанесения им генетического и экологического ущерба. По всей стране создавались станции и другие научные лаборатории, главная задача которых состояла в поиске и апробации методов, учитывающих специфику конкретных сельхозземель и природно-климатических условий. 4

Тем временем, в 1946—1947 гг. были введены жёсткие санкции за разбазаривание и деградацию (запущение) сельскохозяйственных земель, за некомпетентное руководство сельскохозяйственными предприятиями и нарушения Устава сельхозартели. Между тем, уже к середине 1947 г. колхозам и совхозам было безвозмездно передано или возвращено почти 5 млн гектаров земель, 150 тыс. голов скота и много другого имущества, в том числе 28 тыс. тракторов и комбайнов. Пленум ЦК КПСС в марте 1947 г. и соответствующие постановления Совмина провозгласили в качестве одной из приоритетных задач в сельском хозяйстве — развитие агрономической науки именно в сельскохозяйственных регионах и быстрое внедрение её достижений в опытное и серийное (постоянное) сельхозпроизводство. На эти цели было выделено свыше половины общего объёма сельскохозяйственных капиталовложений в 1947—1952 годах.

Результаты агробиологических исследований и проводимых работ, как отмечали Лысенко и Немчинов в своём письме Сталину в 1951 году, могут пригодиться для освоения обширных территорий, пока недостаточно используемых в сельском хозяйстве из-за экологических причин и/или отсутствия соответствующих технологий.

В развитие решений и мероприятий 1946—1947 гг., весной 1948-го Совмином был утверждён рассчитанный на 15 лет «План создания системы государственных защитных лесополос, развития защитных лесонасаждений, по закреплению и облесению песков, развитию орошения, строительству прудов и водоёмов». Только за первые два года реализации этого плана была проведена посадка полезащитных лесных полос площадью в 1,4 млн га, а количество оросительных водохранилищ и каналов возросло почти в 2,5 раза в сравнении с 1947 годом. Примечательно, что в регионах, охваченных такими мероприятиями, урожайность сельхозкультур и продуктивность животноводства к 1953 г. возросли более чем вдвое по сравнению с 1948 годом, а естественное плодородие почв увеличилось за те же годы, в среднем, на четверть (Среднее и Нижнее Поволжье, многие районы Ставропольского и Краснодарского края, Ворошиловградская, Воронежская, Чкаловская (с 1958 г.— Оренбургская), Омская, Курганская области, восточные и южные районы Азербайджана и Узбекистана, северо-западный и северо-восточный Казахстан).

А в апреле 1949 года был утверждён «Трёхлетний план развития общественного продуктивного животноводства: 1949—1951 гг.», на который, подчеркнём, было выделено около 20 % капиталовложений, направлявшихся в экономику страны в 1949—1951 годах. Приоритет в этой программе имели развитие животноводства в регионах, наиболее обеспеченных кормами, а в кормодефицитных регионах — увеличение поголовья тех пород скота, для которых имелась необходимая кормовая база. Принимались и другие меры по созданию новых животноводческих хозяйств и расширению площадей кормового травосеяния в стране. В результате, уже к 1952 году поголовье крупного рогатого скота возросло в сравнении с 1949 годом на 32 %, свиней — на 89 %, мелкого рогатого скота — на 35 %, дичи — почти на ⅔. Объём же механизации сельского хозяйства в 1950 году почти на треть превзошёл довоенный уровень. 5 Однако уже с мая 1953 года реализация «сталинских» решений по сельскому хозяйству была директивно прекращена…

В рамках существовавшей тогда системы управления экономикой осуществление упомянутых мероприятий требовало укрупнения колхозов и совхозов с последующей их трансформацией в «агрогорода» — в рамках сокращения различий между городом и деревней, что провозглашалось Сталиным в качестве одной из главных задач в его последней книге «Экономические проблемы социализма в СССР» (1952 г.). Сталин резко и предметно критиковал тех, кто призывали побыстрее ликвидировать эти различия, подчинить колхозы правительству и продать (или «подарить») сельхозтехнику колхозам (т. е. такие предложения высказывались, в том числе в политбюро ЦК, и до целины). Сталин высказался в упомянутой книге и против расширения товарно-денежных отношений в экономике, в том числе в сельском хозяйстве, против отказа от государственного контроля за ценами на продовольствие и ликвидации приусадебных хозяйств трудящихся села и горожан. Такие предложения Сталин назвал в той книге «хлестаковщиной» и «тарабарщиной свихнувшихся марксистов»…

Процесс укрупнения колхозов и совхозов был прерван уже в 1953 году, как, впрочем, и санкционированное в 1951 г. создание межколхозных (межрайонных) электростанций, хранилищ сельхозпродукции и предприятий по её переработке. Программа же Госплана СССР по постоянному расширению травопольных севооборотов, приусадебных сельхозугодий и по развитию производственно-сбытовой кооперации между колхозами, совхозами и приусадебными хозяйствами, рассчитанная на 1950—1955 годы, после 1953 г. тоже была предана забвению.

Среди мероприятий первого послевоенного пятилетнего плана отметим постановление ЦК партии «О постановке дела пропаганды и внедрения достижений науки и передового опыта в сельском хозяйстве» (июнь 1950 г.). Подчеркнём, что в ходе его реализации в 1950—1953 гг. примерно 70 % подтверждённых опытами научных разработок и открытий в сфере сельского хозяйства (за 1948—1951 гг.) были внедрены в агропромышленном комплексе страны. 6 А в декабре 1951 года Кремль осудил практику, когда после выполнения обязательств перед государством во многих колхозах почти все доходы распределялись только по трудодням: там начала внедряться денежная оплата труда. Вдобавок, с 1952 года был установлен размер отчислений на пополнение неделимых фондов колхоза — не менее 15 % по объёму продукции и не более 20 % — от денежных доходов колхоза.

«Целинно-кукурузный» беспредел

…Из-за едва ли не повсеместной ликвидации посевов кормовых трав и многих технических культур во многих регионах СССР «взамен» кукурузы и — невозможности использовать целинные земли с 1956 года под кормовые злаки, в стране к середине 1960-х годов резко сократилось поголовье скота, а коневодство, как отрасль, было вообще ликвидировано. Впрочем, обратимся к статистическим данным:

Забой скота, в % к выращиванию
1953 г. 1959 г. 1964 г. 1967 г.
Крупный рогатый 85 91 105 94
Свиньи 93 96 103 106
Мелкий рогатый 86 93 95 88

Сократилось и поголовье домашней птицы: если её поголовье составляло в 1953 г. 396,3 млн голов, в 1960 г.— 515 млн, то в 1964 г.— 449,1 млн. 7 Если в 1948 —1953 годах на предотвращение опустынивания и эрозии почв выделялась примерно треть сельскохозяйственных капиталовложений, то в 1958—1970-х годах — лишь 20 , а в 1980-х гг.— не более 15 %, хотя темпы опустынивания и эрозии почв возросли к середине 1980-х гг. более чем вдвое в сравнении с 1947 —1954 годами, а в 1990-х гг.— почти вдвое по сравнению с предыдущим десятилетием. Но финансовое обеспечение «почволечебных» мероприятий в нынешней России, по данным Минсельхоза РФ, едва достигает 15 % от потребности…

Важны и другие показатели: если в 1947 —1955 годах валовая, т. е. в товарном (а не в стоимостном) измерении, продукция сельского хозяйства СССР возросла на 65 %, то в 1958—1965 гг.— лишь на 10 %, а в 1970—1980-е годы — только на17 % (за 20 лет!..).

Вопреки обоснованным доводам комиссии Лысенко — Немчинова, целинные земли, повторим, были распаханы в кратчайшие сроки под исключительно зерновые культуры. Посевы там технических и кормовых злаков были ликвидированы, а местное население — преимущественно казахи и иртышские киргизы — переселены в другие районы Казахстана, Средней Азии и трудоустроены там: «процесс пошёл» с апреля 1954 года. За 1954—1958 годы было вспахано 43 млн гектаров земель, из них в Заволжье, Западной Сибири и на Урале — 17 млн га, в северных районах Казахстана — 26 млн га. Зато посевные площади под зерновыми и техническими культурами к 1959 году были, в целом, примерно вдвое сокращены по сравнению с 1953 г. в российском Нечерноземье, в Центрально-Чернозёмном регионе РСФСР и на Среднем Поволжье, в том числе посевы традиционного там льна — почти втрое! Увы, у «хрущёвского» государства не было не только денег, но и желания развивать сельское хозяйство непосредственно в России…

Как и прогнозировала комиссия Лысенко — Немчинова, в первые 5 лет на целине и, значит, в стране существенно увеличивался сбор пшеницы. Но увеличивалась не урожайность пшеницы, а площадь посевов: доля целинных земель в посевных площадях пшеницы в СССР к 1958 году составила 65 %, а доля этих земель в валовом сборе пшеницы в стране почти достигла 70 %. Если среднегодовой валовой сбор пшеницы в 1950—1953 гг. был равен 62 млн тонн, то в 1955—1958 гг.— 71 млн тонн. Но за 1953—1959 гг. потребление сельским хозяйством химических удобрений, по официальным данным, возросло более чем вдвое: целинные земли требовали растущего количества «химических инъекций», впоследствии заражающих и почвы, и зерно, и водоёмы, и животноводство. Итак, посевы многих сельхозкультур сокращались, что привело к запущению в прямом и переносном смысле огромных по территории регионов страны, особенно в РСФСР: по сей день это деградированные и деградируемые земли в Чернозёмном и Нечернозёмном регионах европейской России…

Естественно, увеличивались и капиталовложения в сельское хозяйство: за 1955 —1985 годы они возросли более чем втрое (в сопоставимых ценах), ибо растущие масштабы химизации и орошения главных сельхозземель — целины — требовали постоянно растущих инвестиций. Реальная же отдача от этих затрат сокращалась: объём сельскохозяйственной продукции, приходившийся на 1 рубль капиталовложений в сельское хозяйство теперь уже в бывшем СССР сократился к 1990 г. более чем в 10 раз по сравнению с 6-й пятилеткой (1956—1960 гг.) и, более того, был на 17 % ниже уровня 5-й пятилетки (1951—1955 годы)! Именно с «целинного пятилетия» сельское хозяйство стало главным «потребителем» капиталовложений: но чем больше был их объём, тем быстрее снижалась их эффективность. 8 Игнорирование специфики целинных земель, к которой апеллировала комиссия Лысенко — Немчинова, привело — ещё раз повторим — к наступлению ветровой и химической эрозии почв, частым пыльным тайфунам и, соответственно, к потере плодородия почв в огромном регионе — от Средней и Нижней Волги до Алтая включительно. Отметим, что эта территория примерно равна почти двум Великобританиям или Швеции с Финляндией и Данией…

Только в 1956—1958 гг. с целины было «сдуто» 10 млн гектаров пашни, что эквивалентно территории Венгрии или Португалии. Вопреки рекомендациям Лысенко, при освоении целины отказались использовать специальные почвозащитные технологии, успешно применявшиеся в 1947—1954 годах, ибо они увеличивали сельскохозяйственные капиталовложения, да и занижали темпы распашки целины. В результате, естественное плодородие сельскохозяйственных земель в СССР к 1991 году сократилось примерно в 2,5 раза в сравнении с 1953 г., а размеры деградированных (т. е. экологически нарушенных) сельхозземель увеличились за тот же период почти в 7 раз. В том числе по целинным землям эти показатели равны, соответственно, 3 и 8 раз. Зато многие «постсоветские» учёные-аграрники считают, что «в хрущёвской сельхозполитике не учитывались достижения селекции, почвоведения, возможности агробиологических технологий» 9. А учитывалось перечисленное при «кукурузной революции», призванной по замыслу Хрущёва, сгладить долговременные негативные последствия целинной авантюры? Данные о валовом сборе зерновых и технических культур (млн тонн) в последний период «всевластия» Хрущёва говорят сами за себя 10:

1958 г. 1962 г. 1963 г.
Пшеница 76,6 71 49,7
Рожь 16 17 12
Кукуруза 10,2 15,5 11
Овёс 13,4 5,7 4
Сахарная свёкла 54,4 47,4 44
Лён 0,44 0,42 0,37
Картофель 86,5 70 71,6

Как видим, резко сократился валовой сбор основных зерновых и технических культур, особенно пшеницы и овса, а с середины 1960-х годов СССР и «постсоветская» Россия, подчеркнём, стали постоянным импортёром зерновых, особенно кукурузы и кормов, а также мясных и масло-молочных продуктов!

Уже к 1964 году свыше 60 % кукурузных посевов, произведённых в 1960—1962 гг. погибли, а урожайность «оставшихся2 кукурузных полей была вдвое ниже, чем в 1946—1955 гг. Хрущёв и его приближённые заставляли сеять кукурузу, повторим, вплоть до северных районов страны, а учёных, открыто выступавших против очередной авантюры, они именовали «шарлатанами» и «кабинетными бюрократами». Таких эпитетов был удостоен, в частности, Лысенко, руководитель ВАСХНИЛ, не только в «сталинский» период, но и, заметим, в 1961—1962 годах. Он направил многочисленные письма в ЦК КПСС и Совет Министров в 1962—1964 годах с подробным изложением долгосрочных последствий целинно-кукурузной кампании. В итоге, Лысенко с 1963 года вплоть до своей кончины (в 1978-м) был отстранён от научно-исследовательской работы. Зато на целинных землях большинство учреждённых совхозов и колхозов назывались «имени Хрущёва» и «имени ⅩⅩ съезда КПСС». Так что имя «основоположника» целины было, вроде бы, увековечено…

Но в своём выступлении на ⅩⅩ съезде КПСС Лысенко выступлении высказался против «агроноваторства» Хрущёва, зафиксированного в постановлениях ЦК и Совмина. А именно — против огульного внедрения химудобрений, за доскональное изучение целинных почв и создание приемлемых для них технологий, за первичность агробиологических исследований и опытов при любом сельхозначинании. 11 Едва ли ему простили сие «вольнодумство»…

После целины и «кукурузы» — расстрелы рабочих и крестьян…

Бесславное окончание «кукурузного эксперимента» совпало по времени с 10-й годовщиной «целинной революции» и… пленумом ЦК КПСС в октябре 1964 г., на котором «соратники» Хрущёва отправили его в отставку. Припомнив ему целину и кукурузу, обещания коммунизма через 19 лет, а также продажу сельхозтехники (т. е. государственных машинно-тракторных станций) колхозам в 1957—1963 годах, что сделало их хроническими должниками государства, а большинство их них впоследствии — банкротами.

Напомним, что Сталин ещё в 1952 году отмечал в «Экономических проблемах социализма в СССР», что продажа сельхозтехники колхозам, что предлагают некоторые специалисты и партийные работники, приведёт к тому, что колхозы окажутся не в состоянии содержать в должном состоянии агротехнику и лишатся возможностей улучшать, развивать сельскохозяйственное производство. А направляемые государством в сельское хозяйство кредиты будут фактически «проедаться» на оплату или ремонт старой сельхозтехники, что законсервирует низкий уровень технооснащённости сельского хозяйства. В такой ситуации колхозы, как считал Сталин, рискуют обанкротиться, а государственные капиталовложения в сельское хозяйство трансформируются со временем в безвозмездные и невозвращаемые кредиты.

Такой прогноз, увы, сбылся: уже в 1962 году сельскохозяйственное производство в 65 % колхозов стало убыточным, а к 1964 г. этот показатель возрос до 73 %. Если в 1963 году свыше 20 % государственных капиталовложений в сельское хозяйство направлялось на частичное погашение долгов колхозов государству за поставленную (проданную) технику и/или за её ремонт и текущее содержание, то к середине 1980-х этот показатель увеличился до 45 %. Вдобавок ко всему, в 1958 г. были в 2,5 раза повышены цены на любую промышленную продукцию, производимую для колхозов, хотя Хрущёв в 1957 г. публично обещал не повышать цены на товары для сельского хозяйства…

В дополнение к упомянутым «результатам» хрущёвской агрополитики отметим и другие важные факты: за 1959—1964 годы средний удой молока на одну корову снизился почти на 370 кг. Прирост же совокупного товарного объёма сельскохозпродукции за те же годы составил лишь 9 % вместо 70 % по плану. Вдобавок, «хрущёвцы» в 1961—1964 годах включительно снижали закупочно-заготовительные цены на сельхозсырьё и товарное продовольствие. Как и следовало ожидать, резко ухудшилось продовольственное снабжение крупных городов/промышленных мегаполисов и отдалённых регионов страны.

Плюс к тому, с 1961 года стали увеличиваться розничные цены на сельхозпродукты. А для «спасения» ситуации животноводстве и птицеводстве, с 1962-го были восстановлены существовавшие до октября 1953 г. включительно обязательные поставки мяса, молока, птицы и яиц, а также многих видов плодоовощей с приусадебных хозяйств работников колхозов и совхозов. Причём в 1963-м такой «оброк» увеличили, по сравнению с его уровнем в 1953 г., в полтора-два раза. Только в 1966 г. эти задания были отменены. 12

Социально-политическим следствием упомянутого явились демонстрации протеста против дефицита продовольствия и его постоянного дорожания в Новочеркасске, Караганде, Свердловске, Красноярске, Иваново, Темиртау, Норильске, Усть-Каменогорске, Донецке. Причём в Новочеркасске, Темиртау и Караганде в 1962—1963 годах вроде бы власть рабочих и крестьян применила военную силу против рабочих и крестьян-демонстрантов!!! Характерно, в этой связи, заявление ЦК компартии Китая 5 марта 1963 года (приуроченное к 10-летию со дня кончины Сталина…): «…Отныне советскую власть в СССР, применившую оружие против рабочих и крестьян, можно считать ликвидированной, а нынешняя верхушка КПСС — это оборотни-авантюристы и ревизионисты, целенаправленно разрушающие советскую экономику, Советский Союз и КПСС». Трудновато не согласиться…

Сельскохозяйственные «достижения» Хрущёва были оглашены на пленуме ЦК КПСС в марте 1965 года. Отмечалось, в частности, что «получили распространение требования огульного расширения посевов таких культур как кукуруза, бобы, горох. Это вело к нарушению севооборотов, повсеместной ликвидации чистых паров и травосеяния, что не могло содействовать росту культуры земледелия, повышению его урожайности, нанесло ущерб животноводству и птицеводству…». 13 Но до этого, в 1963—1964 годах в журналах «Здоровье» и «Наука и жизнь» публиковались многочисленные статьи о вреде частного потребления помидоров и яиц, дичи и свинины, сливочного масла, колбас и ржаного хлеба…

Итак, продовольственное изобилие не состоялось. А по уровню снижения эффективности сельхозпроизводства в СССР с 1960-х годов первое место занимала РСФСР. Дело в том, что именно европейская часть стала главным «кукурузным полигоном» в 1960—1964 годах, но за счёт сокращения со второй половины 1950-х финансирования агросферы этого региона по нарастающей снабжались деньгами и техникой целинные районы, особенно в Казахстане. И если, например, в 1952 году СССР не импортировал зерно и корма, то в 1964 году ввоз только зерна составил 3 млн тонн, а в 1991 г.— 18 млн тонн. Импорт же (по объёму) мясопродуктов возрос за 1962—1991 гг. в 6 раз, кормов — в 7 раз, плодоовощей — в 6 раз. Плюс к тому, Россия стала хроническим импортёром продуктов переработки льна и льнополуфабрикатов, хотя до второй половины 1950-х гг. такие товары были одними из главных продуктов советского экспорта, причём без ущерба для их внутрисоюзного потребления.

Целинный эксперимент и его «кукурузный аналог» обусловили хронический кризис сельского хозяйства и смежных с ним отраслей, прежде всего в России. Так что пресловутая программа «сокращения неперспективных деревень РСФСР» — именно в РСФСР (!), составленная и реализованная в 1960—1970-х годах под руководством академика Заславской, стала вполне логичным продолжением, точнее — неизбежным следствием хрущёвской агрополитики. Проще говоря, заметали следы?..

Агония Нечерноземья, едва ли не повсеместная деградация сельхозземель на территории бывшего СССР и прежде всего в России — главные, причём бессрочные последствия целинно-курурузного «новаторства». Может, это не только некомпетентность, но и преднамеренная ликвидация экономической безопасности всей страны?!.

Вот мнение члена-корреспондента РАН, директора Института степи Уральского отделения РАН Александра Чибилёва, высказанное автору этих строк:

«После смены руководства страны весной 1953 года травопольная система земледелия была сперва раскритикована, а затем даже запрещена. Тогда же были ликвидированы лесо-, почвозащитные и другие агробиологические станции. Более того — власти предписали впредь не ухаживать за лесозащитными полосами, созданными в 1948—1953 годах и позволившими предотвратить во многих регионах опустынивание, засоление почв, снижение их естественного плодородия. Страна начала невиданную в истории цивилизации скоропалительную распашку целинных степей и лесостепных земель. Такая аграрная политика стала роковой для страны.

Площадь „поднятой“ целины превысила 42 миллиона гектаров — при первоначальном плане 13 млн га! В годы целинной эпопеи не было создано на этой территории ни одного заповедника. Наоборот — были закрыты существовавшие там, а их земли тоже распаханы. Вспашке подверглись даже… научные стационары и опытные поля союзной Академии наук! В целинной пашне за прошедшие годы безвозвратно утрачено и уничтожено эрозией минимум 1,2 млрд тонн гумуса, т. е. естественного плодородного слоя почвы. Вдобавок, от эрозии, засоления и окисления почв в атмосферу поступило не менее одного миллиарда кубометров углекислого газа. Эти процессы имеют место и сегодня. Для Оренбургской области плановая распашка целины составляла 800 тысяч га, реально же было „поднято“ почти два миллиона. В результате, за последние 35 лет свыше половины этих земель утратили плодородие даже вопреки „рекордной“ химизации, поэтому подлежат срочному выведению из растениеводческого оборота.

Нынешняя урожайность зерновых на целинных землях вдвое, а то и втрое ниже, чем в среднем по России и Казахстану, и не первый год. Зато уже с 1962 года СССР фактически импортировал ежегодно до 20, а то и свыше 30 миллионов тонн зерна — главным образом, кормового. В степных районах Южного Урала, Зауралья и на севере Казахстана распашка, в частности, 18 миллионов га каштановых почв — основной кормовой базы тамошнего, подчёркиваю, традиционного и высокопродуктивного животноводства — усугубила и его проблемы. Сплошные массивы наспех вспаханной почвы провоцируют засуху, а она, в свою очередь, ведёт к окислению, засолению и заболачиванию природных водоёмов и грунтовых вод. Зато сорняки и животные-вредители распространяются в целинных регионах теперь уже бывшего СССР максимальными темпами.

Так расправляться с природой может только чужеземец!».

Примечания:

  1. Подробнее см., напр.: Куницын А. В. Экономические отношения стран СЭВ с США.— М., «Наука», 1982.
  2. Подробнее см. «Причины и последствия советского ревизионизма» в трёх томах, Пекин — Тирана, 1967—1969 гг., рус. яз.; «Сочинения Т. Д. Лысенко» в двух томах, Тирана — Пекин, 1977—1978, рус. яз.; Документы и материалы к Пленуму ЦК КПСС, март 1965 г., ДСП.
  3. Подробнее см. Т. Д. Лысенко, «Агробиология», М., 1950; В. И. Куликов, «Коммунистическая партия в борьбе за дальнейшее развитие сельского хозяйства СССР», М., 1951.
  4. См., например, Т. Д. Лысенко, «Агробиология»; С. Беликов, «Послевоенное развитие сельского хозяйства СССР», М., 1951; Е. Осликовская, «Передовой опыт мастеров социалистического земледелия», М., 1949.
  5. См., например, М. З. Сабуров. Доклад о пятом пятилетнем плане развития народного хозяйства СССР ⅩⅨ съезду КПСС, М., 1952.
  6. См., напр., «Агробиология», 1953, № 8; «Материалы Всесоюзного совещания работников совхозов, май 1954 г.», М., 1954.
  7. Подробнее см. статистический справочник «Социалистические страны и страны капитализма в 1968 году», М., ЦСУ СССР, 1969 г.
  8. Подробнее см. Т. С. Хачатуров, «Эффективность капитальных вложений», М., 1980; «СССР в цифрах», М., 1959; Ежегодник Мюнхенского Института по изучению СССР и Восточной Европы, 1991.
  9. См., например, «Сегодня», Москва, 28.07.1994.
  10. См. «Мировая экономика», справочник, М., 1965.
  11. См. ⅩⅩ съезд КПСС, М., Стенографический отчёт, т. 2, стр. 348—352.
  12. См. «Проблемы сохранности и перевозок скоропортящихся продуктов в СССР», М., Ин-т комплексных транспортных проблем при Госплане СССР, ДСП, 1972; Документы и материалы к Пленуму ЦК КПСС, октябрь 1964 г., ДСП; Документы и материалы к Пленуму ЦК КПСС, март 1965 г., ДСП.
  13. См. «Пленум Центрального Комитета КПСС, 24—26 марта 1965 года», М., 1965.

Добавить комментарий