Первоначально издано как «Револютионерер вег» (Revolutionärer Weg) № 9, «Реставрация капитализма в Советском Союзе» (Die Restauration des Kapitalismus in der Sowjetunion), ч. 3, 1972 г.

От бюрократического капитализма к социал-империализму

Кто опубликовал: | 20.02.2019

Развитие капитализма нового типа в социал-империализм

Империализм и социал-империализм

Революционная борьба мирового пролетариата и угнетённых народов против империализма, за национальное и социальное освобождение, является мощнейшим течением наших дней. Пришла эпоха, в которой империализм движется к полному краху, а социализм — к победе во всём мире.

Империализм — это высшая, монополистическая стадия капитализма. Ленин объяснял:

«Империализм есть капитализм на той стадии развития, когда сложилось господство монополий и финансового капитала, приобрёл выдающееся значение вывоз капитала, начался раздел мира международными трестами и закончился раздел всей территории земли крупнейшими капиталистическими странами» 1.

Соревнование между группами монополий и борьба за перераспределение источников сырья и рынков сбыта чрезвычайно усиливаются. Война и угроза войны, таким образом, присущи империализму вплоть до его краха.

После Второй мировой войны огромное большинство бывших колоний добилось независимости, что нанесло удар мировой империалистической системе. Некоторые страны пошли дальше и изъяли плантации и шахты, фабрики и транспортные системы у империалистов, отдав их местным капиталистам или переведя их в государственную собственность, т. е. в коллективную собственность правящей внутренней буржуазии. Империалисты вынуждены были сменить свою тактику. Открытый колониализм был заменён неоколониализмом. Чтобы удерживать независимые теперь страны под контролем, неоколониалисты во главе с империализмом США применили новые средства угнетения. Они оказывают на эти страны политическое давление посредством военного шантажа, подрывной деятельности и неприкрытой агрессии и приводят к власти своих марионеток.

Но, помимо военного и политического контроля, империалисты оказывают на молодые нации также и экономическое давление. Всеми правдами и неправдами они стремятся предотвратить получение экономической независимости странами, добившимися политической свободы. Они пытаются воспрепятствовать экономическому развитию этих стран и приковать их к мировой империалистической системе. Этим странам вменяется в обязанность предоставлять своё сырьё империалистам, а не использовать его самим. Им вменяется в обязанность держать двери открытыми для иностранных товаров и капитала, а не развивать местные отрасли промышленности и внутренний рынок.

С империалистическим холодным цинизмом бывший президент США Кеннеди указал на преимущества экспорта капитала в бедные страны в обращении от 7 декабря 1961 г.:

«В прошлом, 1960 году мы вложили за границей 1 700 миллионов долларов, а получили от зарубежных инвестиций 2 300 миллионов… В слаборазвитом мире, который нуждается в капитале, мы получили 1 300 миллионов долларов и направили 200 миллионов долларов инвестиций.., в то время как в Западную Европу мы направили 1 500 миллионов долларов и получили 1 миллиард долларов».

Под предлогом «международного разделения труда» империалисты безжалостно пользуются экономической отсталостью новых независимых государств, тягостным наследием колониализма. Вместо того, чтобы помочь им, развив промышленную базу, империалисты продвигают производство так называемых традиционных товаров бедных стран, скупают это сырьё по бросовым ценам, обрабатывают его в метрополиях и частенько перепродают его в виде готовых продуктов тем же самым бедным странам.

Что такое эти «традиционные товары»? Это продукты, которые старые колониалисты выбрали для этих стран, разрушив местные старые отрасли, история которых зачастую насчитывает сотни лет. Французские империалисты, к примеру, распахали десять тысяч гектаров плодородной алжирской почвы, чтобы возделывать виноград. Алжирцам, однако, их религия запрещает пить вино. Когда Алжир угрожал национализировать французские нефтяные компании после получения независимости, французские империалисты ответили угрозой бойкотировать вино, которое для Алжира бесполезно и которое он вынужден поэтому продавать во Францию. Британцы не только разрушили сельское хозяйство Египта монокультурой, прививая повсюду хлопок, но дошли и до того, что демонтировали фабрики, основанные египетскими предпринимателями в начале ⅩⅨ века. Колумбия стала одной великой плантацией кофе. Кубе было предначертано производить сахар и табак. Даже получив независимость, такие страны обременены деформированной империалистами экономикой. Неоколониалисты пользуются неравномерным развитием этих стран, чтобы держать их в зависимости. Экспортирующие нефть страны, например, должны дёшево продавать свою сырую нефть и покупать дорогие очищенные продукты за рубежом. Империалисты управляют мировой торговой системой и снижают цены на сырьё. Согласно данным ООН, цены на готовые продукты, которые страны Азии, Африки и Латинской Америки закупают у империалистических наций, выросли в 1950—1963 гг. на 50 %. За тот же период, однако, цены мирового рынка на сырьё снизились на 38 %. Чтобы купить один джип, в 1954 г. Колумбия должна была продать 14 мешков кофе. К 1969 г. Колумбия должна была обеспечить 43 мешка в качестве эквивалента.

Некоторые страны уступили империалистическому давлению и разрешили крупномасштабный ввоз капитала. Другие страны принимают законы, ограничивающие зарубежные инвестиции, чтобы защитить местное хозяйство от империалистической конкуренции. Там предприятия, полностью принадлежащие иностранным капиталистам, всё более уступают место совместным предприятиям, частично принадлежащим иностранным частным капиталистам (или государствам) и частично — местной буржуазии (или её государству). Прибыль делится между владельцами. Но эти совместные предприятия (и большинство находящихся в исключительно империалистической собственности предприятий), как правило, не относятся к индустрии средств производства, как, например, сталелитейные или машиностроительные заводы. Вместо этого империалисты предпочитают трудоемкие отрасли легкой промышленности, где они могут извлекать наибольшую прибыль из дешёвой рабочей силы бедных стран.

Особенно популярна «комиссионная обработка»: отдельные трудоёмкие работы выполняются за границей, затем товары перевозятся назад в империалистическую страну. Западногерманские компании по производству электроники, например, производят сложные детали вручную в своих филиалах в Сингапуре и Малайзии, а затем направляют их для заключительной сборки в ФРГ. Таким образом, они экономят много денег, несмотря на высокие транспортные расходы. Можно достичь того же самого эффекта даже не обязательно вкладывая капитал в бедную страну. Западногерманские предприятия продают полуфабрикаты местному приборостроительному заводу в Югославии. Там югославские рабочие производят холодильники и кухонные плиты за очень малую заработную плату. Затем эти товары перепродаются западногерманским империалистам. Для боссов монополий это дешевле, чем производить товары в ФРГ. Уже каждая десятая газовая или электрическая плита в Западной Германии произведена таким способом. 2 Югославское предприятие формально совершенно независимо от западногерманских капиталистов; в действительности, конечно, оно полностью в их власти.

Все эти методы направлены на одно: удерживать бедные страны в зависимости от империалистов. Их экономики рассматриваются как придатки империалистических экономик, их фабрики — как придатки (поставщики и обработчики) империалистических монополий.

В первой и второй главах этой книги мы показали, как советские ревизионисты свергли диктатуру пролетариата в Советском Союзе, установили антинародную диктатуру бюрократической монополистической буржуазии и восстановили капитализм. Мы доказали, что капитализм, вновь введённый ревизионистами,— не обычный частный конкурентный капитализм. Это — государственно-монополистический капитализм, и степень концентрации, степень слияния промышленного и финансового капитала, степень подчинения государства монополиям несравненно выше, чем на Западе. Это — не обычный капитализм, а наивысшая стадия капитализма, империализм.

Так же, как монополистический капитализм Запада не позволяет себе замыкаться в границах отдельных империалистических стран, новый капитализм в Советском Союзе не ограничивается эксплуатацией и угнетением советского народа. Побуждение к экономической экспансии, экспорту капитала и покорению других стран, побуждение к агрессии и войне, к переделу мира, также властвует над этим империализмом. Это вовсе не «предпочитаемая политика» 3 империализма, которая может быть легко заменена другой, мирной политикой, как верил Каутский, а экономическая закономерность, самая сущность империализма. Ленин отмечал:

«Капиталисты делят мир не по своей особой злобности, а потому, что достигнутая степень концентрации заставляет становиться на этот путь для получения прибыли» 4.

Новый капитализм в Советском Союзе логично развивается в империализм, из капитализма нового типа — в социал-империализм.

«…Социализм на словах, империализм на деле, перерастание оппортунизма в империализм» 5.

В то время как империалисты США и другие империалистические державы Запада открыто выступают как представители капитализма, как противники коммунизма и национального освобождения, социал-империалисты маскируются как «социалисты» и неустанно говорят о «борьбе против империализма» и «помощи угнетённым народам». Нападая на народы, они болтают о «невмешательстве» и «мирном сосуществовании». Грабя народы, они читают лекции о своей «солидарности» и «бескорыстной помощи». Когда они берутся оправдать свою империалистическую политику, они не отступают перед фальсификацией марксизма, перед представлением Маркса и Ленина защитниками эксплуатации. Они проводят эту лживую политику, чтобы обмануть советский народ и народы мира. Они спекулируют на великом доверии, которое Советский Союз и коммунизм заслужили при Ленине и Сталине, для продвижения к своим антисоветским, антикоммунистическим и антинародным целям. В частности, «антиимпериалистические» лозунги социал-империалистов направлены на обман тех народов и правительств, кто видит характер империализма и сопротивляется ему. Таким образом, страны, которые освобождаются от осьминожьей хватки империализма США, заманиваются в челюсти социал-империализма.

Таким образом, нельзя ожидать, что советские социал-империалисты применят точно такие же методы, как империалисты США, будут столь же открытыми и внятными, как они. Нельзя забывать, что ревизионистский Советский Союз является очень молодой империалистической державой, которая только начинает строить свою колониальную империю и, следовательно, использует различные тонкие и вводящие в заблуждение методы для завоевания влияния в отдельных странах. По этой причине, чтобы получить точку опоры, социал-империализм часто предоставляет ссуды на много лучших условиях, чем империалисты США. Но, в конце концов, он поступает как германские и, особенно, японские империалисты, пытающиеся отхватить часть рынков у США, делая более привлекательные предложения. Таким образом, экспорт капитала Советским Союзом часто принимает иные формы, чем экспорт капитала США. Но всё труднее становится обмануть народы мира. В сущности, империализм советских лидеров нисколько не отличается от империализма США. Всё больше народов и правительств формально независимых стран выясняют это на опыте.

Реставрация капитализма в некоторых народно-демократических странах

В течение Второй мировой войны и в первые послевоенные годы в ряде стран Европы и Азии появилась новая форма правительства: народная демократия. Под влиянием побед антифашистской коалиции, возглавляемой Советским Союзом, и в некоторых случаях с прямой военной поддержкой Красной Армии, народы этих стран разбили фашистские диктатуры немецких, японских и итальянских агрессоров и их марионеток и установили народно-демократическое правление. В 1949 г. народная демократия была установлена в Китае после победы китайского народа в освободительной войне против реакционеров Гоминьдана, служивших империализму США. В тот же год в восточной части Германии, где фашистская государственная власть была разбита сталинской Красной Армией, под эгидой Советского Союза был создан антифашистско-демократический порядок, первая ступень народной демократии. Народная демократия была уже объявлена в Монгольской Народной Республике в 1921 г. после победы в освободительной войне. Народно-демократическое правление везде порождается союзом различных антиимпериалистических классов и сил под руководством пролетариата и его партии, коммунистической партии, которая направляла борьбу против оккупантов. Это означает диктатуру против фашистских сил и демократию для народа. Народная демократия — это ещё не социализм. Она ставит вначале только антиимпериалистические и демократические цели: лишение ведущих монополистов и крупных землевладельцев их власти, проведение земельной реформы, восстановление экономики и т. д. Но она существенно отличается от буржуазной демократии, так как государственная власть при народной демократии не в руках буржуазии, а в руках коалиции, в которой рабочий класс осуществляет руководство. Поэтому, как подчеркнул Димитров в 1948 г. в своем заключительном слове на Ⅴ съезде Болгарской рабочей партии (коммунистов):

«Советский режим и народно-демократический режим являются двумя формами одной и той же власти — власти рабочего класса в союзе и во главе трудящихся города и деревни. Это — две формы диктатуры пролетариата» 6.

Через трудную борьбу против буржуазии, через устранение капиталистической собственности и коллективизацию сельского хозяйства пролетариат может продвигаться от народной демократии к социализму. Так как пролетариат уже разгромил старую государственную власть и удерживает бразды народно-демократического правления, так как пролетариат в состоянии сломить сопротивление буржуазии и других реакционеров, он, естественно, не должен захватывать власть второй раз. Существование диктатуры пролетариата допускает органический переход от народной демократии к социализму. Переход к социализму в народно-демократических странах был вовсе не исключением из марксистско-ленинского принципа, что социализм может быть достигнут только через слом буржуазной государственной машины и установление диктатуры пролетариата, а скорее подтверждением этого правила. Народная демократия не имеет, конечно, ничего общего с «антимонополистической демократией» современных ревизионистов.

Переход народно-демократических стран к социализму сопровождается ожесточённой борьбой между рабочим классом и буржуазией. Если капиталистическая реставрация была возможна даже в Советском Союзе, через сорок лет после Октябрьской революции, то эта опасность намного больше в таких странах, где не были выполнены даже экономические задачи социалистической революции. Неудивительно, что буржуазные силы в Югославии вскоре смогли одержать верх и покончить с народно-демократическим режимом. И неудивительно, что народно-демократические системы во множестве стран были сильно поколеблены, особенно когда Советский Союз сошёл с социалистического пути.

Когда началось восстановление капитализма в Советском Союзе, клике Хрущёва сразу было ясно, что она может удержаться, только если сумеет перетянуть по крайней мере часть коммунистического мирового движения на свою ревизионистскую линию, если преуспеет в совершении капиталистической реставрации по крайней мере в части народно-демократических стран и превращении этих стран в политические, военные и экономические форпосты советского ревизионизма. Нужно было обеспечить победу готовых проводить линию Хрущёва и Ко ревизионистских сил в разных коммунистических партиях.

В занятой Советским Союзом ГДР, где коммунисты имели сравнительно слабую массовую базу, группа Ульбрихта довольно быстро свернула на новый ревизионистский курс, так что реставрация капитализма прошла относительно гладко и незаметно. ГДР и Чехословакия были, однако, исключениями. В других народно-демократических странах большинство партийного руководства сопротивлялось ревизионизму и в последующем должно было вытерпеть все махинации клики Хрущёва.

Контрреволюция, направлявшаяся Хрущёвым, приняла особенно драматические формы в Польше и Венгрии. После ⅩⅩ съезда КПСС и особенно вслед за «борьбой против культа личности» скрывавшиеся ранее контрреволюционные буржуазные силы распространились во всех социалистических странах. Они воспользовались большим замешательством и неуверенностью, порождёнными нападками Хрущёва на Сталина, чтобы начать кампанию против лидеров различных коммунистических партий и против социалистической системы вообще. Даже в Китае в середине 1957 г. буржуазные правые вышли с открыто антикоммунистической клеветнической кампанией. Конечно, решимость и идеологическая стойкость Коммунистической партии Китая остановили эту атаку. Под видом «борьбы против культа личности» представители старых эксплуататорских классов в Польше и Венгрии, среди них, в особенности, буржуазные интеллигенты, нападали на партию. Они начали с требования персональных изменений в партаппарате и реабилитации различных осуждённых контрреволюционеров, и скоро дошли до объявления открытой борьбы против марксизма-ленинизма и диктатуры пролетариата. Представители буржуазии внутри партии захватили руководство. Все эти контрреволюционные действия с энтузиазмом поощрялись империалистической заграницей и кликой Тито, притом, что Хрущёв и Ко, выступившие застрельщиками, благосклонно наблюдая за этим, оставались на заднем плане.

В октябре 1956 г. в различных районах Польши вспыхнули контрреволюционные беспорядки. Буржуазные силы в партии воспользовались ситуацией. Руководство партии было радикально заменено. Власть захватил закоренелый контрреволюционер Гомулка, бывший троцкист, который был отстранён от партийного руководства в 1948 г. и провёл несколько лет в тюрьме. В дальнейшем он показал себя верным прихвостнем Хрущёва. Под руководством Гомулки капитализм в Польше был восстановлен особенно откровенно. Коллективизация сельского хозяйства, наиважнейшая экономическая предпосылка социализма наряду с национализацией промышленности, была прекращена и в значительной степени отменена. Из всех сельскохозяйственных земель страны в 19,8 млн гектаров 16,7 млн гектаров (84 %) были в 1968 г. частными 7. Колхозы сохранили только 227 000 гектаров. В 1950—1955 гг. в среднем 600 000 тонн зерна ежегодно собиралось в колхозах, а в 1968 г.— не больше 200 000 тонн. Производство зерна находящимися в индивидуальной собственности предприятиями сельского хозяйства выросло за тот же период с 9,5 млн тонн в среднем за 1950—1955 гг. до 15,1 млн тонн в 1968 г. 8. Следует обратить внимание, что личные участки колхозников включаются в колхозную статистику, так что фактически объём коллективного производства был ещё меньше 9. Число частных мастерских также значительно увеличилось. На основе мелкобуржуазной частной собственности как грибы после дождя выросли частнокапиталистические элементы. На селе распространился новый класс кулаков (богатых крестьян), в то время как массы мелких крестьян всё больше беднели. Новообразованная частная буржуазия в городе и на селе была важным союзником польской бюрократически-монополистической буржуазии. Кулаки подняли цены на продовольствие и поставили под угрозу поставку продовольствия в города. В декабре 1970 г. рабочие нескольких городов Польши восстали против ухудшения условий жизни, проведя мощные забастовки и демонстрации. Они представили счёт Гомулке за его преступную политику капиталистической реставрации. В панике польские ревизионисты «сменили лошадей» в ведущих органах, но их ревизионистская и антинародная политика не изменилась.

Контрреволюция в Венгрии сделала своё дело даже более жестоко. После того, как буржуазные интеллигенты подготовили почву всесторонними нападениями против партии и социализма, 23 октября 1956 г. вспыхнул контрреволюционный путч, нити которого тянулись к венгерским фашистам и империализму США. В этот момент, не позже, партийное руководство должно было признать серьёзность ситуации и принять решительные меры, чтобы защитить диктатуру пролетариата. Оно действовало прямо противоположным образом. 24—25 октября собрался Центральный комитет. Первый секретарь Венгерской партии трудящихся Герэ был смещён со своего поста и заменён правым оппортунистом и последователем Хрущёва Кадаром. Центральный комитет избрал новым премьер-министром контрреволюционера Имре Надя, отстранённого от руководства партией и государством за правый оппортунизм в 1955 г. Новое руководство не предприняло ничего, чтобы подавить контрреволюцию. Нет, оно даже возглавляло её. Как только Надь принял власть, он потребовал выхода Венгрии из социалистического лагеря и вторжения в страну сил ООН. Бушевал белый террор. Фашистские орды убивали коммунистов средь бела дня. Только в начале ноября, когда угроза фашистского переворота стала непосредственной, Центральный комитет под давлением революционных масс решил распустить правительство Надя, сформировал Революционное рабоче-крестьянское правительство, и обратился к силам Варшавского договора, размещённым в Венгрии за помощью в подавлении контрреволюции.

Но что случилось впоследствии? Вместо того, чтобы основательно рассчитаться с контрреволюцией и ревизионизмом, Хрущёв и Кадар делали всё, что могли, чтобы преуменьшить роль реакционеров и переложить всю вину на прежнее партийное руководство, которое настаивало на борьбе против контрреволюционеров. Так, их первое заявление назвало контрреволюционный путч «массовым движением, благородная цель которого состояла в том, чтобы исправить антипартийные и антинародные ошибки, сделанные Ракоши и его последователями 10, и сохранить национальную независимость и суверенитет». Это только «слабость правительства Имре Надя» «подвергла опасности само существование нашей родины». Решение Временного Центрального комитета Венгерской социалистической рабочей партии от 5 декабря 1956 г. о «причинах и предпосылках событий» говорит о «клике Ракоши — Герэ», совершившей «исключительно тяжёлые ошибки и преступления», при том, что Надь всего лишь, возможно, «облегчил» «наступление контрреволюционных сил» своей «беспомощностью» 11.

Как можно видеть, Хрущёв и Кадар любой ценой стремились умалить контрреволюцию и изобретали мнимые преступления венгерских коммунистов. Громкая контрреволюция была подавлена, но тихая контрреволюция одержала верх. Едва оказавшись у власти, Кадар повёл страну по пути капиталистической реставрации. Похоже было в Болгарии, где ревизионист Живков и его приспешники постепенно отбирали власть у коммунистов, сгруппированных вокруг прежнего партийного руководителя и премьер-министра Червенкова, а затем исключили их из партии. И в Монгольской Народной Республике, где последователь Хрущёва Цеденбал узурпировал партийное и государственное руководство в 1959 г. и вывел свою страну на жалкий путь советской колонии и инструмента антикитайской истерии.

Несмотря на всё, усилия Хрущёва только отчасти увенчались успехом. Коммунисты Китая, Албании, Кореи и Вьетнама выступили против ревизионистских теорий в той или иной форме и твёрдо придерживались своей прежней марксистско-ленинской практики. Румыния также всё чаще отказывается следовать политическому и экономическому диктату Советского Союза. Хрущёв использовал все мыслимые средства, от шантажа до угроз, против верных социализму стран и коммунистических партий, которые не следовали за ним. В 1960 г. на встрече коммунистических партий после съезда КП Румынии Хрущёв неожиданно предложил «документ», полный клеветы против КП Китая и потребовал, чтобы все партии осудили Китай. Делегация Партии труда Албании отказалась осудить братскую партию, даже не заслушав её. Многие другие партии поддержали точку зрения Албании, так что планы Хрущёва были расстроены. В последующем он предпринял всё, чтобы наказать Албанию за её решительное выступление. Когда в Албании в 1960 г. случился неурожай, Хрущёв отказался снабдить её зерном. В своей речи на московской встрече 1960 г. Энвер Ходжа так прокомментировал этот инцидент:

«В те трудные дни мы многое испытали. Разве у Советского Союза, который продаёт зерно всему миру, не было 50 тысяч тонн зерна для албанского народа, верного друга и брата советского народа, для народа, остающегося верным марксизму-ленинизму и социалистическому лагерю, в такое время, когда не по его вине ему грозил голод? Когда-то товарищ Хрущёв сказал нам: „Не беспокойтесь о хлебе; то, что вы потребляете за год, у нас съедают крысы“. Стало быть, крысы в Советском Союзе могли есть, а албанский народ пусть умирает с голоду до тех пор, пока руководство Албанской партии Труда не подчинится воле советского руководства» 12.

Однако Албания не подчинилась даже в 1961 г., когда в своём заключительном выступлении на ⅩⅩⅡ съезде КПСС Хрущёв зашёл так далеко, что впервые вынес на публику разногласия в социалистическом лагере, бешено ругая Албанию и открыто призывая к свержению её партийного и государственного руководства. Какое давление Хрущёв, должно быть, оказал на партии, которые были менее стойки, чем албанская, и уступали махинациям ревизионистов?

Совет экономической взаимопомощи и его преобразование

В бывшем социалистическом лагере постепенно появился блок стран, управляемых ревизионистами, которые были в политическом, экономическом и военном отношении близко связаны с советским социал-империализмом и определяли свою внутреннюю и внешнюю политику по существу в соответствии с пожеланиями социал-империалистических лидеров.

Каким образом реставрация капитализма влияет на экономику этих стран и их экономические отношения с Советским Союзом? Давайте посмотрим на изменения в экономической политике народно-демократических стран после ⅩⅩ съезда КПСС.

Молодые народно-демократические государства оказались в очень неблагоприятном экономическом положении после Второй мировой войны. Почти все эти страны находились раньше в полуколониальной зависимости от империалистических стран. В странах вроде Албании, Болгарии или Румынии почти не было никаких фабрик, и даже в странах вроде Польши, Венгрии или Китая промышленность развивалась односторонне и ставилась в зависимость от интересов империалистических поставщиков и потребителей. К большому военному ущербу добавился торговый бойкот западных стран. Советский Союз делал в то время всё, что было в его власти, чтобы помочь этим странам развиться в политически и экономически независимые государства.

Народно-демократические государства прониклись указанием Ленина и Сталина, что хорошо оснащенная тяжёлая промышленность — предпосылка независимого, всестороннего экономического развития. Эта линия принимала во внимание специфические условия в каждой стране, но была основана на универсально применимых принципах марксизма и на общей потребности народно-демократических стран в более или менее единообразной промышленной базе. Эта линия совсем не исключала торговлю и братское сотрудничество между странами социалистического лагеря, но предполагала, что каждая нация должна полагаться в основном на собственные ресурсы и руководствоваться потребностями своего народа. В отчёте Ⅴ съезду болгарских коммунистов Димитров говорил:

«В строительстве своего хозяйства, развивающегося по социалистическому пути, наш народ будет рассчитывать прежде всего на свои собственные силы и ресурсы своей страны — на свой труд, бережливость и на экономное и целесообразное использование своих средств и возможностей… Но, к счастью для нашего народа, он может рассчитывать также на щедрую братскую помощь великой страны социализма — Советского Союза и на систематическое тесное сотрудничество с другими странами народной демократии, что сэкономит нам много труда и усилий и ускорит наше развитие» 13.

Чтобы обеспечить плановую торговлю и взаимопомощь среди стран социалистического лагеря на основе полного равенства, в 1949 году был основан Совет экономической взаимопомощи (СЭВ 14). К концу 1950 г. к СЭВ присоединились восемь стран (Албания, Болгария, ГДР, Польша, Румыния, Советский Союз, Чехословакия и Венгрия). С начала шестидесятых Монгольская Народная Республика и Куба были приняты как полноправные члены, и Югославия как ассоциированный член. Албания прекратила участие в его работе. Равноправие членов СЭВ было обеспечено тем, что решения Совета должны были до вступления в действие получить единодушное одобрение правительств всех государств-членов.

С помощью Советского Союза были осуществлены крупные проекты индустриализации во всех народно-демократических странах. В большинстве их к 1955 г. были основаны комбинаты чёрной металлургии. В Болгарии, например, где до освобождения в промышленности работало только 8 % населения, были построены комбинаты чёрной металлургии, электростанции, химические заводы и машиностроительные предприятия.

Выпуск стали в Китае с 1949 до 1956 г. вырос на 400 %. Все страны предприняли особые усилия, чтобы пользоваться собственным сырьём. ГДР, например, развивала производство буроугольного кокса, служащего топливом для доменных печей. Уже в 1953 г. общий промышленный выпуск всех народно-демократических стран Европы превосходил выпуск 1949 г. более чем в два раза.

Эта правильная политика позволила государствам-членам СЭВ преодолеть свою отсталость и заметно улучшить условия жизни своих народов. Если бы они твёрдо придерживались этой линии всестороннего социалистического развития экономики, они бы, конечно, имели сегодня ещё более внушительные достижения.

Причиной, по которой этого не произошло, была радикальная перемена в экономической политике стран СЭВ. С приходом к власти в Советском Союзе и других социалистических странах ревизионистские лидеры отбросили принцип всестороннего, независимого развития экономики и приняли империалистическую теорию «международного разделения труда».

Принципы этой ревизионистской политики были сформулированы Хрущёвым в докладе ⅩⅩ съезду КПСС:

«В настоящее время уже нет нужды каждой социалистической стране непременно развивать все отрасли тяжёлой индустрии, как это пришлось делать Советскому Союзу, который долгое время был единственной страной социализма, находившейся в капиталистическом окружении. Теперь, когда имеется могучее содружество социалистических стран и их обороноспособность и безопасность опираются на индустриальную мощь всего социалистического лагеря, каждая европейская страна народной демократии может специализироваться на развитии тех отраслей индустрии, на производстве тех видов продукции, для которых у неё имеются наиболее благоприятные природные и хозяйственные условия» 15.

Ещё яснее новая концепция излагалась в теоретическом органе КПСС 16:

«Перед странами народной демократии, кроме Китайской Народной Республики, не возникала необходимость создавать целостную промышленную систему, для строительства которой у них к тому же не имеется таких благоприятных условий, какие есть в Советском Союзе и КНР: обширная территория, огромные природные богатства, большие людские ресурсы. В условиях братского единства и непрерывно расширяющегося экономического сотрудничества стран лагеря социализма всё более важное значение приобретает международное социалистическое разделение труда, которое даёт возможность каждой стране развивать собственные производительные силы таким образом, чтобы, не копируя промышленную структуру Советского Союза, специализироваться в производстве таких видов продукции, для которых она располагает наиболее благоприятными природными и экономическими ресурсами. Например, практически нецелесообразно и невыгодно Албании, Болгарии, Монгольской Народной Республике развивать такие отрасли тяжёлого машиностроения, как автомобильная, тракторная, производство локомотивов, кузнечно-прессового оборудования. Эти отрасли давно созданы в СССР и нескольких других братских странах, которые в состоянии удовлетворить потребности всего социалистического лагеря…».

И в другой статье:

«Автаркические тенденции крайне отрицательно влияют на экономику народно-демократических государств, но относительно слабо воздействуют на Советскую экономику».

Под тем неубедительным предлогом, что народно-демократические государства Восточной Европы меньше, чем Советский Союз по размеру и населению, им предложили обходиться без всестороннего развития экономики и сконцентрироваться на нескольких отраслях, для которых они, как предполагается, имеют «хорошие предпосылки» из-за их «традиционной» слаборазвитости. Согласно этой логике немыслимо, что маленькая Бельгия или бедная сырьём Япония вообще смогли индустриализироваться, а ведь такие страны СЭВ как Польша и Чехословакия чрезвычайно богаты сырьём и имеют существенно более высокую плотность населения, чем Советский Союз. Однако развитие народно-демократическими странами отраслей промышленности, которые «давно созданы в СССР», представлено «практически нецелесообразным и невыгодным».

Вместо этого эти страны должны преобразовать себя в рынки сбыта и вспомогательные мастерские Советского Союза. В то время как само собой разумеется, что Советский Союз развивает все отрасли, поскольку «автаркические тенденции» не имеют здесь совсем никакого отрицательного эффекта, хотя эти «автаркические тенденции», оказывается, «крайне отрицательно» влияют на народно-демократические государства. Здесь мы видим, что «международное социалистическое разделение труда» проводится на очень неравной основе. В таких условиях все красивые слова о «братском сотрудничестве» не могут затенить тот факт, что экономики народно-демократических стран подчинены Советскому Союзу и что «экономическая интеграция социалистического лагеря» имеет своей целью увековечение этого положения, «удачно сочетая интересы каждой страны с интересами социалистического лагеря в целом» 17, или, проще говоря, с интересами новой буржуазии в Советском Союзе, стремящейся подчинить себе как можно больше стран. Предварительным условием проведения линии Хрущёва была именно реставрация капитализма в нескольких странах СЭВ. Как мы уже объяснили, эта реставрация была облегчена или вообще сделана возможной внутренней слабостью коммунистических партий, ревизионистскими и примиренческими тенденциями внутри этих партий. Но реставрация, как правило, не проводилась изнутри, как это было в Югославии или позже в Советском Союзе. Эта реставрация, в решающей степени была результатом грубого вмешательства советских ревизионистов, предательских интриг, тайного сколачивания клик. Эти страны, таким образом, не развились в независимые социал-империалистические державы типа Советского Союза и не продались западным империалистам, как сделал Тито. Напротив, они развились в колонии социал-империализма.

Колониализм — закономерность империализма, неизменное выражение империалистической политики. Колониализм обязательно связан с империализмом, принимает ли он классический вид старого колониализма, с военной оккупацией и административным подчинением беззащитных стран; вид неоколониализма, с экономической эксплуатацией формально независимых стран; или вид стреноживания бывших социалистических стран и подчинения их высшему контролю социал-империалистического Советского Союза, отчасти с военной оккупацией, отчасти без таковой.

Неоколониальная эксплуатация стран СЭВ социал-империализмом

Как работает на практике «международное социалистическое разделение труда», о котором говорят ревизионисты? Вообще говоря, Советский Союз сохраняет свою всесторонне развитую, сбалансированную экономику и всё ещё способен сам производить большинство товаров, необходимых для внутреннего потребления. Другие члены СЭВ, однако, всё более специализируются на некоторых определённых продуктах (которые, как правило, способны производить дешевле, чем Советский Союз), производят их в больши́х количествах, и продают Советскому Союзу и, в некоторой степени, также другим странам СЭВ, капиталистическим странам Запада или Третьего мира.

С одной стороны, они зависят от Советского Союза как рынка сбыта, так как не могут сами потреблять все товары, изготовленные в режиме специализации. С другой стороны, они зависят от Советского Союза (и в некоторой степени от других членов СЭВ и других капиталистических стран) через импорт большей части тех товаров, на которых они не специализируются, и сырья, из которого они изготавливают свою продукцию. Советский Союз поэтому остаётся относительно автономным, в то время как другие страны СЭВ — полностью на его милости. В этом смысл «близкого объединения интересов», о котором любят говорить социал-империалисты.

В теории, отношения в пределах СЭВ являются ни в коем случае не двусторонними отношениями между рассматриваемой страной и Советским Союзом, а отношениями «всестороннего сотрудничества на основе равноправия» между всеми членами СЭВ. На практике, однако, всё обстоит именно таким образом, как мы описали выше. Возьмём, к примеру, Польшу. В 1950 г. Польша получала 28,8 % импорта из Советского Союза, 13,2 % из Чехословакии, и 11,5 % из ГДР 18. Эти страны были, безусловно, тремя крупнейшими торговыми партнёрами Польши. Можно было бы ожидать, что доли Чехословакии и ГДР увеличатся к 1968 г., так как СЭВ якобы продвигает всестороннее сотрудничество. На деле всё произошло с точностью до наоборот: доля Советского Союза выросла до 34,5 %, в то время как доля Чехословакии упала до 8,0 %, а ГДР — до 10,4 %.

То же самое с экспортом. Доля Советского Союза выросла с 24,3 % (1950 г.) до 36,5 % (1968 г.), в то время как доля Чехословакии снизилась с 9,2 % до 8,6 %, а доля ГДР с 13,9 % до 8,0 % 19.

Польша — не исключение. В немецкоязычном советском журнале «Нойе цайт» венгр Матьяш Сюрёш проницательно замечает: «наша страна связана с экономикой Советского Союза тысячью нитей» — и поясняет:

«В 1947 г. на Советский Союз приходилось 13,1 % венгерской внешней торговли. В 1955 г.— 22 %, в 1965 г.— уже 35,6 %, в 1970 г.— 36 %, и в 1975 — 39 % по плану. В 1970 г. 55 % нашей торговли с социалистическими странами приходилось на Советский Союз.., роль внешней торговли в росте экономики Венгрии показывается фактом, что внешняя торговля обеспечивала в 1971 г. около 40 % национального дохода. …На СССР [в последние пять лет] приходился 41 % всего венгерского импорта сырья. Советский Союз покрывал от 90 % до 100 % наших потребностей в импорте некоторых продуктов (нефть, дизельное топливо, никель, железняк, руда, чугун, деловая древесина для бумажной промышленности, крепления для шахт и шоссе)» 20.

«Советский Союз полностью удовлетворяет импортные потребности чехословацкого хозяйства в нефти». 21.

В 1956 г. Болгария получила 33 % своего импорта из Советского Союза. В 1968 г. этот показатель составил 52 % 22. В 1956 г. Болгария купила примерно три пятых импортных тракторов в Советском Союзе, остальное — в Чехословакии, Румынии и ГДР. А в 1968 г. она купила почти все 100 % в Советском Союзе 23. Болгарский импорт советского дизельного топлива вырос с 19 000 тонн в 1956 г. до 409 000 тонн в 1968 г. За тот же период, однако, импорт из Румынии снизился с 139 000 до 27 000 тонн 24. Болгария в 1956 г. купила 14 000 часов в Советском Союзе и 41 000 в ГДР. Уже в 1968 г. она купила 666 000 в Советском Союзе и всего 600 в ГДР 25. Эти примеры удовлетворительно доказывают, что экономические отношения между странами СЭВ всё более ориентируются на Советский Союз.

Что́, собственно, такое «международное разделение труда»? Вот несколько примеров:

Восточногерманский журнал «Виртшафтсвиссеншафтен» сообщает 26 о согласовании в СЭВ решения, что отдельные страны должны специализироваться на металлорежущих станках определённых типов. Из первоначально 25 типов Болгария теперь производит только 13, Венгрия — только 16 из 20 типов, ГДР — 56 из 64, Польша — 35 из 40, Румыния — только 6 вместо 14. Ни о каком ограничении числа типов в Советском Союзе не говорится. Советская «Экономическая газета» считает «нецелесообразным изготовлять в Венгрии зерновые комбайны, в производстве которых Советский Союз имеет огромный опыт. Поэтому венгерское сельскохозяйственное машиностроение прекратило выпуск собственных комбайнов и переключилось на трактор Д4‑К» 27.

Это — не отдельные примеры. Ф. Н. Севяков пишет в восточногерманском журнале «Совьетвиссеншафт/Гезелльшафтсвиссеншафтлихе байтраге»:

«В условиях научно-технической революции, в ходе индустриализации социалистические страны должны… с самого начала объединять предприятия, которые они планируют строить, в систему международного разделения труда, и проводить индустриализацию на основе внутреннего и международного рынка» 28.

«Международное разделение труда» уже поднято здесь до наиважнейшего принципа всего индустриального развития стран СЭВ, которому должен быть подчинён каждый отдельный проект. Как уже упоминалось, в секторах, которыми они были должны пренебречь в ходе специализации, страны СЭВ станут зависимыми от советских поставок. Болгария произвела в 1960 г. 75 000 велосипедов, а в 1968 г.— только 24 612. 29 В 1960 г. она импортировала всего 400 советских велосипедов плюс 4 008 из других стран вроде Венгрии, ГДР и Чехословакии. В 1968 г. Болгарии пришлось импортировать 30 123 велосипеда из Советского Союза и 588 из других стран 30. Так что советские капиталисты не только захватили собственный внутренний рынок болгарских производителей, но также избавились от конкуренции со стороны «братских стран».

Следующий пример: Венгрия уменьшила свой выпуск тракторов с 3 583 до 2 797 за один год с 1967‑го по 1968‑й 31. Советский Союз увеличил экспорт в Венгрию с 2 586 тракторов в 1967 г. до 2 644 в 1968 г. Венгерский импорт из Чехословакии резко упал с 2 104 до 525 единиц, а ГДР, продавшая 604 трактора Венгрии в 1967 г., была совершенно оставлена за бортом в 1968 г. 32.

Недавно Советский Союз попытался получить ещё большее преимущество от зависимости венгерской экономики. Фр. Т. Цольх написал в «Франкфуртер рундшау», что

«Москва требует от своих партнеров крупных вложений в советскую горнодобычу и производство и, кроме того, снабжения Советского Союза машинами, конвейерами, оборудованием, трубами и т. п., на основе кредита; кредита, который был бы возмещён в форме поставок сырья. По всей вероятности, Венгрии кажется, что от неё хотят слишком многого» 33.

Своими «международным социалистическим разделением труда» и «экономической интеграцией» социал-империалисты добиваются преобразования стран СЭВ в безопасные рынки для советских продуктов. «Интеграция» делает всё более трудным для стран, зависящих от социал-империализма, сохранять свою экономическую самостоятельность, или же освободиться от зависимости и, может быть, обратиться к другим рынкам. Это — одна сторона монеты. Другая — то, что «разделение труда» позволяет социал-империалистам вкладывать избыточный капитал в развитие иностранных фабрик, которые производят некоторые продукты для советских потребностей дешевле и выгоднее, чем это могут делать советские фабрики.

Знаменательно, что ни советские источники, ни источники из других стран СЭВ (насколько мы смогли определить) не предоставляют точных данных относительно объема советских кредитов, уже не говоря об уровне задолженности стран СЭВ Советскому Союзу. Вот всё, что сообщает книга советского министра внешней торговли Н. С. Патоличева «Внешняя торговля»:

«Советский Союз предоставил Болгарии значительные долгосрочные кредиты». Или ещё: «Советский экспорт в Монголию постоянно превышает импорт благодаря большим поставкам на основе долгосрочных кредитов, предоставленных МНР». 34

Что это означает, показывает торговый баланс за 1971 г. Дефицит в торговле Монгольской Народной Республики (МНР) с Советским Союзом составил 92,2 миллиона рублей и значительно превысил стоимость экспорта в Советский Союз, который достиг 71,5 миллиона рублей. Следовательно, мы можем предположить ежегодное увеличение долга на 80—100 миллионов рублей. Часть этого долга списывается в обмен на полное экономическое, политическое и военное подчинение МНР, в которой социал-империалисты нуждаются как в военной базе для будущей агрессии против Китайской Народной Республики.

В отчёте ⅩⅩⅣ съезду КПСС Брежнев говорил, что в 1966—1970 гг. более 300 промышленных и сельскохозяйственных объектов было построено или реконструировано «в социалистических странах» при «техническом содействии» Советского Союза. Доказательство, что страны СЭВ сильно зависят от кредитов,— учреждение в 1971 г. Советом экономической взаимопомощи «Международного Инвестиционного Банка», имеющего основной капитал в размере одного миллиарда переводных рублей, из которых более трети (399,3 миллионов рублей) обеспечивается Советским Союзом. В соглашении по формированию Международного Инвестиционного Банка мы читаем:

«Основной задачей Банка является предоставление долгосрочных и среднесрочных кредитов в первую очередь на осуществление мероприятий, связанных с международным социалистическим разделением труда; специализацией и кооперированием производства, затратами на расширение сырьевой и топливной базы в совместных интересах, со строительством объектов в других отраслях экономики, представляющих взаимный интерес для развития экономики стран — членов Банка» 35.

Таким образом, социал-империалисты не только стремятся обеспечить рынки. Они также экспортируют капитал (в форме ссуд), точно так же, как другие империалисты, со специальной оговоркой, что экспортируемый капитал будет потрачен на проекты «взаимного интереса», то есть не в интересах страны-получателя, а в интересах привязывания страны-получателя к стране-донору (мы рассмотрим этот аспект социал-империалистической политики более детально в следующей главе, в которой проанализируем советский экспорт капитала в страны вне СЭВ).

Неоколониальная зависимость экономик стран СЭВ — здесь главный момент. Но эта зависимость позволяет социал-империалистам осуществлять дополнительную эксплуатацию через ростовщичество и ценовые манипуляции. Так как страны СЭВ безусловно зависят от советского экспорта из-за несбалансированного развития, социал-империалисты могут поднимать цены на советские продукты как захотят. И так как, с другой стороны, эти страны не испытывают никакой потребности в специальных продуктах, которые производят в таком большом количестве, а вынуждены продавать их Советскому Союзу, социал-империалисты могут снижать цены на эти товары.

В теории цены торговли между членами СЭВ «объективно обусловлены» и являются «мировыми ценами при определённой их корректировке» 36. Эти цены якобы ориентированы на цены, преобладающие на мировом рынке. Они «скорректированы» в некоторой степени, чтобы «избавить» их от несправедливости мирового рынка. Можно было бы ожидать тогда, что Советский Союз, как правило, продавал бы свои товары в страны СЭВ за ту же самую цену, что и на мировом рынке, т. е. капиталистическим странам, лишь с небольшими отклонениями, которые, как правило, должны давать преимущество более слабому торговому партнёру. Практически, однако, оказывается, что социал-империалисты выставляют своим партнёрам по СЭВ непомерные цены, совершенно несоизмеримые с ценами, выставляемыми капиталистическим странам Запада.

Мы хотим продемонстрировать это на примере торговли Советского Союза с двумя немецкими государствами. В табл. 5 мы вычислили, сколько ГДР и ФРГ должны были платить за одни и те же советские экспортные продукты в 1971 г., основываясь на официальной советской статистике внешней торговли. Не приняты во внимание товары, для которых указана только стоимость без количества.

Мы также обошли такие товары как «лифты и подъёмники», «нефть и нефтепродукты» или «консервированные пищевые продукты», так как товары, отнесенные к таким категориям, настолько различны, что нет смысла вычислять цену за единицу товара. Как можно видеть, у заметного большинства внесённых в список продуктов цены для ФРГ значительно ниже, в некоторых случаях вдвое или даже больше чем вдвое, цен, по которым должна была платить ГДР.

Табл. 5. Различные цены на советский экспорт в ГДР и ФРГ (1971 г.), рассчитанные на основе поставленного количества и выручки в рублях. Экспортные данные взяты из советского ежегодника внешней торговли «Внешняя торговля СССР за 1971 г.», сс. 147—149 и 192—193.
Экспортируемые товары ГДР ФРГ
Каменный уголь (руб./тон.) 12,63 6,94
Железная руда (руб./тон.) 7,52 6,19
Марганцевая руда (руб./тон.) 16,60 16,07
Хромовая руда (руб./тон.) 37,97 50,14
Пирит 7,60 руб./тон. 6,89 руб./тон.
Высококачественный асбест (руб./тон.) 121,37 108,86
Чугун (руб./тон.) 39,98 41,58
Железный лом (руб./тон.) 30,77 25,88
Магний (руб./тон.) 620,30 571,20
Бензол (руб./тон.) 71,10 33,82
Толуол (руб./тон.) 55,00 26,14
Метанол (руб./тон.) 50,09 36,23
Апатитный концентрат (руб./тон.) 15,57 12,15
Древесная масса (руб./куб. м) 13,81 16,01
Сосновые брусы (руб./куб. м) 40,74 40,40
Фанера клееная (руб./куб. м) 118,46 141,67
Целлюлоза сульфитная (руб./тон.) 144,27 142,14
Целлюлоза сульфатная (руб./тон.) 126,55 115,85
Хлопковое волокно (руб./тон.) 699,24 617,64
Льняная кудель (руб./тон.) 217,08 174,65
Кишки (руб./пучок) 1,04 0,92
Пшеница (руб./тон.) 66,04 58,11

По марганцевой руде и пириту — данные за 1970 г. (Цены рассчитаны нами — ред.)

Что касается советского импорта, здесь сравнение затруднено, Советский Союз импортирует и из ГДР, и из ФРГ немногие продукты. Можно вспомнить едкий поташ: в 1971 г. Советский Союз импортировал 2 725 тонн из Западной Германии, за что заплатил 554 000 рублей или 203 рубля за тонну 37. 2 210 тонн было импортировано из ГДР за 404 000 рублей, то есть только 183 рубля за тонну 38. За синтетический каучук из ФРГ Советский Союз платил 697 рублей за тонну, всего 2 149 000 рублей за 3 164 тонны 39. ГДР получила только немногим более половины от этой цены: 355 рублей за тонну, 4 112 000 рублей за 11 252 тонны 40. Из-за этих грабительских цен страны СЭВ имеют большие торговые дефициты с Советским Союзом. Дефициты сенсационно высоки в аграрных странах типа Монгольской Народной Республики, которая резко сократила свои планы индустриализации в начале шестидесятых и сконцентрировалась в основном на скотоводстве.

Торговый дефицит Монголии в миллионах рублей 41
Импорт Экспорт Дефицит
1970 г. 178,0 52,6 125,4
1971 г. 163,8 71,5 92,3

В 1971 г. Куба ввезла из Советского Союза товары на 602 млн рублей, а продала только на 288,9 млн рублей 42. Получается торговый дефицит в размере 313,1 млн рублей, более половины всего экспорта. В каждый год после 1957 г., кроме 1965 г., страны СЭВ в целом имели неблагоприятный торговый баланс с Советским Союзом.

Экономическая, политическая и военная экспансия социал-империализма

Экономическое проникновение социал-империализма в новые независимые страны

С хрущёвского переворота, и особенно с начала 1960‑х, советские лидеры развернули оживлённую экономическую и политическую деятельность в молодых государствах Азии, Африки и Латинской Америки. Государственные визиты и жесты дружбы совершались одновременно с выдачей крупных советских ссуд нескольким молодым странам и с резким ростом торговли между этими странами и Советским Союзом. Всё это совершалось под видом «антиимпериалистической борьбы» и «бескорыстной экономической помощи». Советская «помощь развитию» выдавалась за подлинную альтернативу неоколониальной «иностранной помощи» империализма США. Хрущёв и Кеннеди соревновались в лести тому или иному главе нового независимого государства. Каждый предлагал более щедрые займы, более смелые проекты развития, больше техников, консультантов и специалистов.

Весь этот спектакль насчёт «борьбы против империализма и неоколониализма» не имеет ничего общего с искренней поддержкой угнетённых народов в их экономическом строительстве. Но этого и нельзя было бы ожидать от современного Советского Союза, уже выродившегося в социал-империалистическое государство. В действительности, советские ревизионисты не были заинтересованы ни в чём ином, кроме вхождения в большой бизнес неоколониализма и распространения своей новой колониальной империи вовне границ СЭВ. Империализм США и социал-империализм в конечном счёте стремятся к одной и той же цели: использовать и увековечить экономическую отсталость молодых государств, чтобы экспортировать массы капитала, контролировать рынки сбыта и источники сырья, и эксплуатировать дешёвую рабочую силу.

Конечно, социал-империалисты ещё не осмеливаются основывать за рубежом фабрики, плантации или шахты, являющиеся исключительно их собственностью, что является обычной практикой старых империалистов. Но есть различные формы экспорта капитала. Советский экспорт капитала — это, в основном, кредиты и ссуды, форма, которая была уже хорошо известна во времена Ленина. В «Империализме, как высшей стадии капитализма» Ленин иллюстрирует эту форму примером Франции:

«Иное дело во Франции. Здесь заграничный капитал помещён главным образом в Европе и прежде всего в России (не менее 10 миллиардов франков), причем преимущественно это — ссудный капитал, государственные займы, а не капитал, вкладываемый в промышленные предприятия. В отличие от английского, колониального, империализма, французский можно назвать ростовщическим империализмом» 43.

Ленин продолжает:

«Самая обычная вещь: условием займа ставится расходование части его на покупку продуктов кредитующей страны, особенно на предметы вооружения, на суда и т. д. Франция в течение двух последних десятилетий (1890—1910) очень часто прибегала к этому средству. Вывоз капитала за границу становится средством поощрять вывоз товаров за границу» 44.

Естественно, не каждый заём бедной стране имеет империалистический характер. Обеспечивая беспроцентные или низкопроцентные кредиты или предоставляя субсидии без каких-либо условий, социалистические страны могут сделать подлинный вклад в экономическое развитие этих стран. Помощь развитию, предоставленная прежним социалистическим Советским Союзом начиная с 1920‑х нескольким молодым странам вроде Китая, Турции и Афганистана, была реальной поддержкой борьбы народов этих стран против империализма и за восстановление их хозяйства. За решение этой задачи принялась сегодня Китайская Народная Республика, обеспечивающая щедрую помощь многим странам Азии, Африки и Латинской Америки. Для Танзании и Замбии Китай в настоящее время строит железную дорогу «Танзам», 2000‑километровую линию, стоимостью 1,2 миллиарда немецких марок, финансируемую из беспроцентного кредита на 30 лет.

Как и в отношении к странам СЭВ, советская политика в отношении к странам Третьего мира основана на «международном разделении труда», конкретно на «использовании», или, лучше сказать, эксплуатации, «традиционной» зависимости бедных стран. Так, в отчете ⅩⅩⅢ съезду КПСС Косыгин говорит:

«Для Советского Союза это сотрудничество [с бедными странами] открывает также дополнительные возможности шире использовать преимущества международного разделения труда. Мы сможем закупать в этих странах во всё возрастающих объёмах их традиционные товары — хлопок, шерсть, кожевенное сырьё, концентраты руд цветных металлов, растительные масла, фрукты, кофе, какао-бобы, чай и другие виды сырья, а также и готовые изделия» 45.

В иллюстративной статье «Проблемы совершенствования экономического сотрудничества социалистических и развивающихся стран» 46, Ю. Ф. Шамрай также объясняет, насколько «целесообразно использовать исторически сложившуюся специализацию на производстве определённых видов сырья и материалов». Но он идёт дальше.

Бедные страны должны соглашаться на «ввоз полуфабрикатов наряду с необработанным сырьём. Это даёт экономию на транспортных издержках, а также позволяет увеличить экспортную выручку развивающихся стран… Что касается социалистических стран, то это приведёт к экономии средств за счёт отказа от производств по первичной обработке ввозимого сырья, малорентабельных в условиях их экономической структуры… Особенно благоприятное влияние в этом отношении окажет осуществляемое социалистическими государствами увеличение экспорта в развивающиеся страны прежде всего таких установок и оборудования, использование которых может создать у этих стран дополнительные экспортные возможности по той продукции (в данном случае по тем видам сырья), в импорте которой заинтересованы социалистические страны. Подобное решение проблемы выгодно и развивающимся странам, поскольку позволяет им оплачивать поставки из социалистических государств продукцией вновь построенных фабрик и заводов, создавать оснащённые современной техникой промышленные предприятия и полностью использовать их производственные мощности и т. д. ‹…› Такой порядок осуществляется, например, в экономических отношениях с ОАР, которая оплачивает стоимость хлопчато-бумажной фабрики, построенной ГДР, поставками хлопковой пряжи в эту страну».

Слово в слово, это может точно так же быть описанием неоколониалистских методов империализма США. Империалисты всегда очень быстро понимают, что невыгодно ограничиваться во всех случаях ввозом сырья из бедных стран, обработкой его в своих странах и затем вывозом продуктов. Часто намного выгоднее продать машины или даже целые фабрики бедным странам, чтобы обрабатывать сырьё на месте и экспортировать готовые продукты или полуфабрикаты в страны-метрополии. Таким образом они не только урезают производственные и транспортные расходы. Они могут перемещать целые отрасли промышленности, которые «малорентабельны в условиях… экономической структуры» империалистических стран, в страны с низкой оплатой труда, где они ещё чрезвычайно прибыльны. Такие проекты вовсе не служат удовлетворению потребностей населения бедных стран, так же, как не способствуют всестороннему, независимому развитию экономик этих стран. Они ориентированы не на внутренний рынок, а на интересы империалистов в получении прибыли. Нельзя даже сказать, что такие предприятия увеличивают доход внутренней буржуазии, поскольку, как объясняется в процитированном пассаже, в течение долгого времени «продажа» продуктов, произведённых предприятиями, служит возмещению долгов молодого государства Советскому Союзу. Советский Союз поставляет фабричное оборудование, а затем требует основную часть продукции для себя — не оплачивая её — в качестве выплаты займа. И, постоянно продавая бедным странам запчасти и обычно также некоторое сырьё, без которого фабрики не смогут работать, социал-империалисты не только сохраняют себе рынок сбыта, но и загоняют бедные страны в долги ещё глубже.

Министр внешней торговли Индии Мишра объявил, что Советский Союз предложил снабдить Индию «сталью для изготовления болтов и винтов, реэкспортируемых в СССР» 47. Торговый протокол за 1972 г. предусматривает, что Индия обеспечит Советский Союз «прежде всего батареями, электрическими кабелями, химикалиями и красками, а также текстилем и косметикой». Сталелитейный завод в Бхилаи, одно из крупнейших промышленных предприятий Индии, был построен на советские кредиты и теперь расширяется с советской помощью. Хотя завод юридически принадлежит индийскому государству, то есть является коллективной собственностью крупных лендлордов и бюрократических капиталистов Индии, он управляется почти исключительно советскими специалистами, и существенная часть стальной продукции этого завода поставляется Советскому Союзу. Индийская газета писала: «Россия отправляет купленный в Судане хлопок Индии для обработки и возвращает его себе в виде текстильного волокна».

Советский министр внешней торговли Патоличев пишет:

«Далее, важно, что наши отношения с всё бо́льшим числом развивающихся стран приобретают характер устойчивого разделения труда, которое является прямой противоположностью империалистической системы эксплуатации экономик этих стран» 48.

Или, как указывает Шамрай в указанной выше статье:

«В целом такая ориентация позволит странам социализма строить отношения с развивающимися государствами на более стабильной экономической основе. Эта стабильность особенно возрастает, если подобные отношения опосредствуются кредитом. Для развивающихся стран такое решение проблемы обеспечивает стабильность сбыта, а для социалистических — стабильность получения произведённой в той или иной развивающейся стране продукции».

Это означает, что бедные страны должны быть так сильно привязаны к Советскому Союзу, чтобы им приходилось продавать свои продукты социал-империалистам, хотят ли они того или нет.

Следующее средство порабощения новых независимых государств — продажа оружия. Точные данные, конечно, недоступны. Но вообще, известно, что Советский Союз продаёт огромное количество оружия странам вроде Египта, Индии и Ирана. Нельзя, конечно, возразить против поставок оружия Советским Союзом Египту, который стремится освободить территории, занятые израильскими агрессорами. Другое дело — Индия, которая проводит агрессивную политику в отношении своих соседей — Китая и Пакистана и, точно так же, как Иран, жестоко подавляет растущее сопротивление масс. На сегодняшний день Советский Союз снабдил оружием примерно на 300 миллионов фунтов стерлингов одну только Индию. Режим шаха в Иране до 1967 г. получил от Советского Союза оружия примерно на 200 миллионов долларов. Притом, что Китай, как подчеркнул в обращении к Генеральной ассамблее ООН 15 ноября 1971 г. Цяо Гуаньхуа, «бесплатно обеспечивает военную помощь странам и народам, борющимся против агрессии» и отказывается «вести себя как торговец оружием», социал-империалисты используют обоснованные или необоснованные запросы на оружие различных стран, чтобы загнать их в долги и зависимость.

Представление о давящем бремени долга, возложенном империалистами на ряд стран, можно получить из слов индийского министра финансов Чавана, заявившего, что в 1970 г. его страна «должна была выплатить Японии на 33,7 миллиона рупий больше, чем получила от токийского правительства как помощь в виде кредита. Отрицательной была также инвестиционная помощь Мирового банка (−116,2 млн рупий), Советского Союза (−212 млн), Чехословакии (−71,7 млн), Польши (−35,7 млн) и Югославии (−1,7 млн)» 49.

В 1971/72 бюджетном году Индия наметила получить от Советского Союза 223,5 миллиона рупий новых средств и одновременно выплатить 409,1 миллионов рупий 50. Это просто нелепо, когда Е. К. Семёнов пишет в своей брошюре:

«Такие формы связей особенно выгодны средней индийской буржуазии, которая не заинтересована в создании смешанных предприятий совместно с монополиями Запада, так как это грозит ей потерей самостоятельности» 51.

Замечание в сторону: не только Советский Союз, но также и другие руководимые ревизионистами страны вовлечены в бизнес «помощи развитию». Это не означает, что они стали самостоятельными империалистическими державами. Они сами продолжают быть колониями советского социал-империализма. Их экспорт капитала — только продолжение советского, так же как «помощь развитию» со стороны Израиля или клики Чан Кайши, которые сами экономически полностью зависят от США, является только продолжением экономической агрессии империализма США. Зависимые ревизионистские страны нередко играют роль «первопроходцев», вкладывая капитал там, где перспектива прибыли ещё под сомнением, или где Советский Союз не хочет участвовать из политических соображений.

Социал-империализм использует огромный долг нескольких молодых государств, усугублённый, в частности, закупками оружия, чтобы вынудить их поставлять всё больше сырья в Советский Союз. В то же время он затопляет эти страны своими продуктами, препятствуя развитию местной экономики, и постоянно углубляет их задолженность. Цены на товары, которые эти страны должны продавать, снижаются, в то время как советские товары продаются по непомерным ценам.

Торговые отношения между Советским Союзом и несколькими молодыми странами приобретают всё более монополистический характер. Г. Павлов пишет:

«Например, в импорте ОАР на долю советских поставок приходится 100 процентов угля и нефтепродуктов, 60 процентов сырой нефти, более 30 процентов пиломатериалов; в импорте Ирана — 90 процентов портландцемента, 60 процентов пиломатериалов, 50 процентов чугуна». С другой стороны, «СССР импортировал из Ирана в 1968—1969 годах 98 процентов всех экспортируемых им трикотажных изделий, 87 процентов одежды, 85 процентов резиновой обуви. В Индии советские закупки мужских рубашек составили 55 процентов от общего национального экспорта, а кожаной обуви — 50 процентов». 52

Особо значительным был план социал-империалистов использовать Китайскую Народную Республику как сырьевую базу для индустриализации Сибири и Восточной Азии. Через растущую задолженность Советскому Союзу Китай должен был экономически привязываться к этому проекту. Это ясно из статьи М. И. Сладковского, в которой, помимо прочего, сказано:

«Крайне важным для углубления и расширения экономических связей между СССР и Китаем будет выполнение шестого пятилетнего плана (1956—1960 гг.) экономического развития СССР, который предполагает крупномасштабное индустриальное строительство в Западной и Восточной Сибири и в Средней Азии, то есть, в областях, которые непосредственно граничат с Китаем.., создание мощной индустриальной базы на востоке СССР позволит Советскому Союзу удовлетворять постоянно растущие потребности Китайской Народной Республики в заводах и оборудовании. Поставки из этих областей будут осуществляться в три-четыре раза быстрее, чем поставки из центрально-европейских областей СССР, и стоимость перевозки по железной дороге не будет превышать стоимость перевозки по морю через порты Европы и Америки… Огромные китайские запасы вольфрама, олова, молибдена, ртути, свинца и других цветных и редких металлов и сплавов и рост добычи этих продуктов позволяют Китайской Народной Республике быть главным поставщиком этих металлов социалистическим странам, включая Советский Союз, на длительный период» 53.

Для финансовых сделок с Китаем Советский Союз использовал систему клиринга, при которой все платежи между этими двумя странами совершались на рублёвой основе в соответствии с двусторонними соглашениями. Это причинило ущерб Китайской Народной Республике, потому что в этой системе рубль оценивался выше, чем определено официальным московским обменным курсом или международным курсом рубля. Вследствие больших поставок промышленного оборудования с 1950 г. по 1959 г. торговый баланс Китая имел ежегодный дефицит. Но уже с 1956 г., когда выявились первые расхождения между ревизионистской теперь КПСС и Коммунистической партией Китая, Китай уменьшал свои долги, обязанные советской экономической помощи, увеличив поставки продуктов. Он не принимал ни подарки, ни отмену долга. Китай сохранил свою экономическую и политическую независимость от социал-империалистов и не собирался поддаваться на шантаж, когда социал-империалисты отозвали своих специалистов, забравших проекты начатых или запланированных промышленных объектов, чтобы повредить экономике Китая.

Сегодня Советский Союз — второй по величине торговый партнёр Индии после США, догнавший старую колониальную державу, Англию. Если мы возьмём восточноевропейские страны в целом в 1969—1970 гг., то увидим, что по импорту, составляющему 3 074,5 млн рупий, они уже превзошли США, чей импорт оценивается в 2 375,8 млн рупий 54. Тайна советского успеха в Индии, кроме поставок оружия, состоит в том, что социал-империалисты преуспели в захвате контроля над ключевыми отраслями промышленности типа сталелитейной и электротехнической. Огромное экономическое и политическое влияние Советского Союза в Индии совершенно не соответствует факту, что он обеспечил только 5,6 % экономической помощи, полученной Индией между 1951 г. и 1970 г. и с 6 520 млн рупий предоставленной помощи занимает только пятое место после США, Мирового банка, ФРГ и Англии 55.

Афганистан — также одна из стран, находящихся в наиболее тяжкой зависимости от Советского Союза. В ходе второго пятилетнего плана (с 1962 г. до 1966/67 г.) Афганистан получил экономическую помощь в размере 352,5 млн долларов. 65 % предоставлено Советским Союзом, 23 % — США, и 9 % — ФРГ. 56 К этому следует добавить существенную военную помощь. Советский Союз — уже давно крупнейший торговый партнер Афганистана. В 1967—1968 гг. Афганистан экспортировал товары на 5 018 млн афгани. Из них только на Советский Союз приходится товаров на 1 668 млн афгани. Индия следует на втором месте с менее чем половиной этой величины — 816 млн 57. В табл. 6 показано, какой ущерб приносила Афганистану его торговля с Советским Союзом в начале шестидесятых на примере четырёх важнейших экспортных продуктов, которые Советский Союз импортировал из страны в то время (Советский Союз, между тем, закупает из Афганистана главным образом природный газ). Как можно видеть, Советский Союз занижает экспортные цены Афганистана даже больше, чем империализм США.

Табл. 6. Экспорт Афганистана в СССР, США и Индию (1963—1964 гг.)
СССР США Индия
Сушёные фрукты и орехи Количество 10 566,6 47,8 10 273,1
Стоимость 141 603 1 410 315 556
Цена 13,40 29,50 30,72
Масличные семена Количество 11 879,3 34,0 482,6
Стоимость 93 090 248 11 697
Цена 7,84 7,29 24,24
Шерсть Количество 3 969 255,4 10,2
Стоимость 276 700 39 175 2 991
Цена 69,71 153,35 293,24
Сырой хлопок Количество 12 733,3 342,8
Стоимость 470 715 12 735
Цена 36,97 37,16

Afghanistan’s Foreign Trade 1335 through 1342 (Афганская внешняя торговля с 1335 до 1342 гг. 58), издание Королевского Афганского министерства торговли, 1965 г., сс. 96, 98, 102, 103.

Количество приведено в тоннах, стоимость в тысячах афгани 59.

Советский Союз — также крупнейший торговый партнер Египта. Уже в 1969 г. из всего экспорта, стоимостью в 323,9 млн египетских фунтов, 107,0 млн было вывезено в Советский Союз. Индия следует на втором месте всего лишь с 16,7 млн 60. Наиболее важный экспортный товар Египта — его хлопок, который английские колониалисты насильственно сделали главной отраслью страны. В 1968/69 гг. Египет экспортировал 4,783 млн кантаров 61 хлопка; в том числе Советский Союз купил 1,171 млн кантаров. На втором месте следует Япония с 0,496 млн кантаров 62. Табл. 7 содержит цены на советский экспорт в Египет. Были отобраны те товары, которые и Египет, и ФРГ, и ГДР покупают в Советском Союзе. Цены, по которым должен платить Египет, сопоставлены с уже вычисленными в табл. 5 для ФРГ и ГДР. Как можно видеть, Египту наносится ущерб даже больший, чем ГДР. Кроме того, большая удалённость Египта от Советского Союза не играет роли, так как транспортные затраты не включены в указанные цены.

Но социал-империалисты всё ещё далеко не удовлетворены своей империалистической дополнительной прибылью. Уже цитированный Шамрай указывает, что советские кредиты во многих случаях ещё «приносят меньший эффект». Хотя он не говорит этого прямо, больше всего его беспокоит, вероятно, тот факт, что молодые государства — обычно именно благодаря «помощи развитию» — погружаются в такую бедность, что становятся неспособны выплатить свои долги. Поэтому нужно найти «новые, более эффективные формы экономического сотрудничества». Социал-империалисты больше не хотят ограничиваться использованием таких примитивных форм экспорта капитала как кредиты. Они намереваются перескочить наконец к прямому вложению средств в иностранные предприятия. Как совладельцы иностранных компаний они намерены обеспечить постоянную долю прибыли, выжимаемой из рабочих. Как сообщает далее Шамрай:

Поиск таких «новых форм» эксплуатации «привёл за последнее время к определённым сдвигам в теоретической и практической концепции сотрудничества. В частности, в социалистических странах в настоящее время очень оживлённо обсуждается возможность и целесообразность совместного с развивающимися странами участия в смешанных предприятиях».

Табл. 7. Советский экспорт в Египет, соотнесенный с ценами для ГДР и ФРГ
Египет ГДР ФРГ
Количество Стоимость, тыс. руб. Цена, руб. за за тонну/кубометр
Каменный уголь, тыс. тонн 499 7 561 15,15 12,65 6,94
Высококачественный асбест, тонн 3 476 489 140,67 121,37 108,86
Чугун, тыс. тонн 48 3 291 68,56 39,97 41,58
Железный лом, тыс. тонн 55,2 3 050 55,25 30,77 25,88
Фанера клееная, тыс. куб. метров 10,5 1 569 149,43 118,46 141,67
Целлюлоза сульфитная, тонн 8 230 1 321 160,51 144,27 142,14
Целлюлоза сульфатная, тонн 7 581 1 213 160,01 126,55 115,85

Внешняя торговля СССР за 1971 год, сс. 283—284; значения для ГДР и ФРГ из табл. 5.

Относительно этого среди ревизионистских экономических теоретиков были различные мнения. Шамрай перечисляет аргументы противников. Интересно, что, по-видимому, никого не волновало, что подобного рода совместные предприятия несут явный отпечаток империалистической эксплуатации. Нет, единственное соображение состоит в том, что такие прямые инвестиции могут не быть «целесообразны», что могут возникнуть расхождения относительно «распределения произведённого на них прибавочного продукта», то есть прибыли. Несмотря на это, возобладал взгляд, что такие предприятия выгодны. Согласно Шамраю, к 1968 г. появился уже целый ряд таких смешанных предприятий, среди них «смешанное болгаро-гвинейское общество по эксплуатации лесных богатств Гвинеи» и предприятия «с польским участием в Индии, югославским — в Танзании и Тунисе, болгарским и советским — в Гвинее и Эфиопии». Как можно видеть, зависимые ревизионистские страны играют роль первопроходцев. Доля прибыли ревизионистской страны реализуется в форме «поставок продукции данного предприятия». Теперь, через поставку товаров, не только возмещаются инвестиции страны-донора; кроме того, ревизионистские страны получают прибыль, также в форме поставок товаров. Однако, поскольку они, со своей стороны, вступают на новую почву в империалистических сделках, то

«Пропорции… распределения [прибавочной стоимости между страной-инвестором и внутренней буржуазией] должны заинтересовывать соответствующую развивающуюся страну в такой степени, чтобы она при выборе партнёра отдавала предпочтение социалистической стране. Отсюда следует, что доход, получаемый социалистической страной на вложенный капитал, должен быть значительно меньше той прибыли, на которую претендуют конкурирующие фирмы западных государств. В то же время этот доход должен обеспечивать социалистической стране не только возмещение реальных затрат, но и определённый прирост вложенных средств» 63.

Первоначально меньшая прибыль социал-империалистов, однако, вовсе не причина для беспокойства:

«Это объясняется тем, что экономические выгоды, получаемые социалистической страной от участия в смешанном предприятии, реализуются не только в форме дохода на вложенный капитал, но и по другим каналам: расширение сбыта, обеспечение устойчивого импорта и, как возможное следствие этого — отказ от расширения производства, неблагоприятного в условиях её экономической структуры и пр.» 64.

Эти «выгоды» хорошо знакомы по западным империалистическим странам. Здесь также экспорт капитала — средство увеличения экспорта товаров. Здесь также через прямой контроль над иностранными предприятиями империалисты могут вынудить их подстраиваться под импортные потребности метрополии. Здесь также капиталисты с удовольствием обходятся без расширения производства в собственных странах, если могут вложить капитал с большей прибылью за границей.

Единственное различие между этими социал-империалистическими совместными предприятиями и предприятиями других империалистических стран — то, что социал-империалисты — как только они извлекли достаточно прибыли от предприятия, чтобы возместить свою долю инвестиций и обеспечить соответствующий прирост своего капитала — якобы передают предприятие «полностью… под управление данной развивающейся страны». Но вот вопрос: когда это произойдёт? Будет ли тогда предприятие всё ещё выгодно? Не будет ли необходимо к тому времени расширять или обновлять средства обслуживания производства в значительных масштабах, что из-за одностороннего развития страны-получателя будет возможно только благодаря новым инвестициям Советского Союза?

Совместные предприятия представляют качественно новую ступень. Если одна страна продаёт завод другой стране и просто требует оплатить стоимость производственного оборудования, то это само по себе ещё не империализм, а простая торговая операция. Социалистический Китай продаёт некоторым странам Азии, Африки и Латинской Америки фабрики, которые немедленно переходят в полную собственность соответствующего государства, которое должно только оплатить стоимость производственного оборудования. Притом Китай очень часто продаёт такие фабрики дешевле их стоимости, или даже дарит их. Также обычно для Китая покупать целые заводы в западных капиталистических странах и платить за них. Но это совершенно отлично от того случая, когда империалистическое государство — совладелец предприятия, когда оно присваивает постоянную долю прибавочной стоимости сверх стоимости производственного оборудования. Империализм начинается здесь. И именно он имеет место в случае советских совместных предприятий.

Чтобы оправдать эту неприкрытую капиталистическую эксплуатацию бедных народов, ревизионистские теоретики не останавливаются даже перед наиболее примитивной фальсификацией марксистской экономической теории. Маркс, как мы знаем, доказал, что стоимость производства данного завода включает три элемента:

  • постоянный капитал c (стоимость производственного оборудования и сырья);
  • переменный капитал v (заработная плата); и
  • прибавочная стоимость m.

Прибавочная стоимость происходит исключительно из неоплаченного рабочего времени. Поэтому она создаётся только рабочими. Самые замечательные машины и сырьё не могут обеспечить больше стоимости, чем уже было заложено в них при их производстве рабочими. Капиталист может заставить рабочих создавать больше прибавочной стоимости через модернизацию производства, но сам он не может производить стоимость, уже не говоря о прибавочной стоимости. Маркс разоблачил вульгарных экономистов, стремившихся в конечном счёте просто доказать абсурдный тезис, что капиталисты также вносят вклад в создание прибавочной стоимости. Их намерением было оправдать капиталистическую эксплуатацию. Маркс, однако, учил: только рабочие могут производить прибавочную стоимость, и когда капиталисты присваивают её, это — всего лишь грабёж, эксплуатация.

Это — основные истины марксизма. Тем не менее этот якобы марксистский теоретик, наш друг Шамрай смог написать следующее в конце своей уже неоднократно процитированной статьи:

«Причём следует иметь в виду, что… только люди или человеческая рабочая сила в состоянии производить стоимость и прибавочный продукт (или чистый доход). Это означает, что произведённый на смешанном предприятии прибавочный продукт (чистый доход) является результатом труда рабочих, т. е., как правило, граждан той страны, в которой находится смешанное предприятие. Поэтому само собой разумеется, что страна, в которой находится данное предприятие, претендует на созданный на нём прибавочный продукт. Однако зависимость между количеством рабочей силы, занятой на соответствующем смешанном предприятии, и величиной произведённого на нём прибавочного продукта (или чистого дохода — m) не является прямой, так как в этом процессе действует и ряд других факторов, влияние которых несомненно сказывается на величине m. Например, абсолютная величина m в значительной мере зависит от степени технической оснащённости труда, его капитало-, энерго-, материало- и фондовооружённости, от уровня производственной квалификации рабочих, организации производства и т. п. Благодаря участию социалистической страны создаются предпосылки для соответствующего оснащения строящегося предприятия, подготовки необходимых для него кадров, освоения и пуска в эксплуатацию установленного оборудования и т. д. Поэтому вполне естественно, что участвующая страна должна получать соответствующую долю чистого дохода (m), произведённого на организованном с её прямым техническим и экономическим участием предприятии. Все эти сложные экономические взаимозависимости и должны найти отражение в методах распределения прибавочного продукта (чистого дохода), создаваемого на том или ином смешанном предприятии, явиться исходным пунктом формирования критериев данного распределения» 65.

Искажения начинаются уже когда факт, что прибавочная стоимость — не «как правило», а всегда — является результатом труда рабочих соответствующей страны, используется автором, чтобы доказать, что «страна», т. е. государство, внутренняя буржуазия, имеет право на прибавочную стоимость. Да, буржуазия молодых государств имеет право на прибавочную стоимость, потому что это — капиталистические страны. И при капитализме прибавочная стоимость, как и заводы и производство вообще, конечно, принадлежит буржуазии. Буржуазия в этих странах, естественно, имеет так же мало отношения к производству прибавочной стоимости, как г-н Брежнев в далёкой Москве и как кто угодно ещё, кроме самих рабочих. Этого наш «марксистский» теоретик не говорит, поскольку в противном случае ему пришлось бы сделать заключение, а именно: Брежнев и Ко претендуют на прибавочный продукт только потому, что они — настоящие капиталисты, потому что они — совладельцы капиталистических предприятий во всём мире. Вместо этого он представляет теорию — диаметрально противоположную марксизму — что «техническая оснащённость труда, его капитало-, энерго-, материало- и фондовооружённость» и обучение советскими инструкторами создают прибавочную стоимость. Это не что иное как прославление империализма. То, что он говорит, не что иное как «эксплуатация оправдана».

Советская политика политического и военного шантажа

Империализм порождает войну и угрозу войны своей внутренней потребностью в ней. Империалистические страны постоянно усиливают военные приготовления. Вся их политика, внутренняя и внешняя, определяется милитаризмом, вооружением и шовинистической агитацией. Они не упускают ни единой возможности продемонстрировать своё превосходство более слабым странам, надавить на них, пригрозить им, вмешаться в их внутренние дела под любым предлогом и поработить их.

Эта общая истина так же верна для социал-империализма советской ревизионистской правящей клики. Он поработил почти все страны СЭВ и некоторые другие страны не только экономически, но также и в политическом, и в военном отношении. В то же время он готовится к войне за передел мира, чтобы поработить ещё больше народов.

Кровавый агрессивный характер социал-империализма был продемонстрирован всему миру вторжением в Чехословакию в августе 1968 г. В начале 1968 г. власть в Чехословакии захватила ревизионистская группа Дубчека. Она попыталась уменьшить политическую и экономическую зависимость страны от Советского Союза и вместо этого сблизиться с империалистами США и Западной Германии. Линия Дубчека была отражением растущих противоречий между социал-империалистами и ревизионистскими лидерами восточноевропейских стран. Она была выражением стремления последних сделаться более независимыми от Советского Союза в восстановлении капитализма и придержать больше добычи для себя. Клика Дубчека воспользовалась недовольством чехословацкого населения разграблением их страны социал-империализмом. Такое развитие событий было чрезвычайно неприятно для Брежнева и Ко. Они боялись, что и другие народы воспротивятся их диктату. Поэтому они развернули большую кампанию пропаганды против чехословацких лидеров и проводили всё больше военных учений на чехословацкой границе. Наконец, в ночь на 20 августа 1968 г. войска Советского Союза вторглись в Чехословакию — скрытно, неожиданно, без предварительного предупреждения — и за несколько часов заняли всю страну. Чтобы изобразить «интернациональный акт» и переложить на других часть вины, социал-империалисты вынудили принять участие в акции также ГДР, Польшу, Венгрию и Болгарию. Но войска союзников скоро отбыли, а советские войска продолжают оккупацию и по сей день, несмотря на все обещания «временной» оккупации.

Это вторжение было явным нарушением суверенитета независимого государства и не имеет ничего общего с событиями в Венгрии в октябре 1956 г. Тогда к Советскому Союзу обратилось законное руководство венгерского народа, Революционное рабоче-крестьянское правительство под управлением центрального комитета коммунистической партии, чтобы помочь венгерским трудящимся защитить народно-демократический порядок. Советский Союз выполнил тогда свой интернациональный долг. В 1968 г., однако, и в Советском Союзе, и в Чехословакии была давно завершена капиталистическая реставрация. Даже если бы чехословацкие лидеры просили Советский Союз вторгнуться в их страну, чтобы подавить народ, это было бы не международной помощью, а делом империалистов, выполняющих грязную работу для своих лакеев, подобно вторжению империалистов США в Камбоджу. Но факт, что партийное и государственное руководство Чехословакии не призывало советские войска. Напротив, все ведущие чехословацкие ревизионисты, включая Гусака, горячо отвергали вторжение. Социал-империалисты сконфуженно опубликовали «обращение руководителей партии и правительства Чехословакии», но до сего дня так и не известно, кто же его подписал. Социал-империалисты скоро отбросили «обращение» и вместо этого утащили Дубчека, Свободу и других чехословацких лидеров в Москву, где те спустя несколько дней благословили советское вторжение. Возможно, так поступив, они спасли свои жизни. Но это полностью дискредитировало их в глазах народа. Сегодня, во всяком случае, Чехословакия прикована к социал-империалистической колониальной империи так прочно, как никогда прежде.

Мы уже кратко упомянули истинные причины чехословацких событий. Нас интересуют здесь аргументы, которыми социал-империалисты оправдывают свою агрессию, но которые в действительности разоблачают их империалистическую сущность.

Советские лидеры утверждают, что социалистическая система в Чехословакии была в опасности. И так как клика Дубчека не приняла адекватных мер, чтобы «предотвратить контрреволюцию», советские ревизионисты должны были «защитить достижения социализма». «Нас обязывали к этому наш классовый долг, верность социалистическому интернационализму, забота об интересах наших государств, о судьбах социализма и мира в Европе»,— как выразился Брежнев на ⅩⅩⅣ съезде КПСС 66.

Так значит советские ревизионисты хотят позаботиться о «судьбах социализма»? А ведь именно они отменили диктатуру пролетариата в Советском Союзе и на практике проводят всестороннюю реставрацию капитализма. В Чехословакии подвергались опасности «социалистические завоевания»? Нет, господа ревизионисты, они не подвергались опасности, они давно уже уничтожены. Именно вы, вместе с лакеем Новотным и другими, растоптали великие свершения Клемента Готвальда и чехословацкого рабочего класса.

Как пример опасности, которая якобы угрожала предполагаемому социализму в Чехословакии, советские ревизионисты любят вспоминать ревизионистские экономические теории Оты Шика, которые, как они якобы с ужасом обнаружили, в конечном счёте ведут к реставрации капитализма. Мы полностью согласны с этим. Но что именно защищал Ота Шик? В основном, его мысли об «улучшении» социалистической экономики не отличаются от идей его чтимого советского наставника Либермана. Они не пошли дальше, чем теории многих ревизионистских экономических «реформаторов» в Советском Союзе, ГДР, Польше или Венгрии. До вторжения в августе 1968 г. его работы были учебниками в университетах ревизионистских стран. Например, халтурная работа Оты Шика «Экономика, интересы, политика» (Ökonomie — Interessen — Politik) была издана на немецком в 1966 г. официальным издательством Социалистической единой партии Германии «Диц-ферлаг» (Dietz-Verlag) в Берлине, расхваливавшем её во введении как «очень интересную работу», «важный вклад» с «предложенными многими интересными ответами на многочисленные актуальные проблемы всестороннего социалистического строительства», с «чрезвычайно важными темами» и т. д.

Ещё социал-империалисты говорят, что «контрреволюционеры» планировали вырвать Чехословакию из социалистического лагеря и скормить страну империалистам США и западногерманским реваншистам. Но кто разрушил социалистический лагерь своей антимарксистской подрывной деятельностью? Кто пускает западногерманских и японских империалистов в свою страну, чтобы позволить им эксплуатировать сырьё и рабочую силу? Кто сговаривается с империализмом США за счёт народов мира? Именно Хрущёв, Брежнев и их сподвижники, которые теперь так страстно защищают «социалистический лагерь» — и никто ещё.

Всё же, даже если Советский Союз был ещё социалистической страной, это не давало ему никакого права на вооружённое вмешательство в дела другой социалистической страны без и против желания правительства, коммунистической партии и народа этой страны. Признание права народов на самоопределение — основной принцип марксизма-ленинизма. Конституция СССР 1936 г., разработанная под руководством Сталина, подтверждает даже право на выход из СССР союзных республик, объединившихся добровольно. Московская декларация 1957 г., единодушно принятая коммунистическими партиями всех социалистических стран, установила следующее:

«Свои взаимоотношения социалистические страны строят на принципах полного равноправия, уважения территориальной целостности, национальной независимости и суверенитета, невмешательства во внутренние дела друг друга… Все вопросы взаимоотношений между социалистическими странами могут полностью разрешаться путём товарищеского обсуждения на основе неукоснительного соблюдения принципов социалистического интернационализма» 67.

Оккупировав Чехословакию и создав антимарксистскую теорию «ограниченного суверенитета», социал-империалисты отбросили принципы марксизма-ленинизма и попрали Московские декларации 1957 и 1960 гг.

С. Ковалёв пишет:

«В этой связи нельзя пройти мимо раздающихся кое-где утверждений о том, что действия пяти социалистических стран будто бы противоречат марксистско-ленинскому принципу суверенитета и праву наций на самоопределение.

Несостоятельность таких суждений заключается прежде всего в том, что они основываются на абстрактном, внеклассовом подходе к вопросу о суверенитете и праве наций на самоопределение.

Народы социалистических стран, коммунистические партии безусловно имеют и должны иметь свободу для определения путей развития своей страны. Однако любое их решение не должно наносить ущерб как социализму в своей стране, так и коренным интересам других социалистических стран, всему мировому рабочему движению, ведущему борьбу за социализм. Это значит, что каждая коммунистическая партия ответственна не только перед своим народом, но и перед всеми социалистическими странами, перед всем коммунистическим движением» 68.

Ковалёв говорит о признании суверенитета и сразу же отвергает его. Да, суверенитет, но только если вы следуете советско-ревизионистскому руководству, если вы не вредите нашим «коренным интересам». Это — та же бандитская логика, которую используют все империалисты. Социал-империалисты открыто признают, что они нарушили суверенитет Чехословакии, что их не призывали никакие партийные или государственные лидеры. Кто определяет, причинили ли чехословацкие лидеры какой-либо «ущерб социализму в своей стране»? На основании какого решения совещания коммунистического мирового движения социал-империалисты требуют себе и четырём своим лакеям права судить ту или иную партию, решать, кто причиняет вред «социализму», а кто нет? Нет такого решения, которое они могли бы назвать.

В речи на Ⅴ съезде Польской объединённой рабочей партии 12 ноября 1968 г. Брежнев заявил:

«Социалистические страны стоят за строгое уважение суверенитета всех стран. Мы решительно выступаем против вмешательства в дела любых государств, против нарушения их суверенитета… Но 69 известно, товарищи, что существуют и общие закономерности социалистического строительства, отступление от которых могло бы повести к отклонению от социализма, как такового. И когда… возникает угроза делу социализма в этой стране, угроза безопасности социалистического содружества в целом,— это уже становится не только проблемой народа данной страны, но и общей проблемой, заботой всех социалистических стран» 70.

Как же похожи слова всех империалистов! Каждый раз, совершая агрессию, империалисты США также заявляют, что они были вынуждены остановить «угрозу свободному миру». Брежневское «социалистическое содружество» является только бледной копией «свободного мира» империалистов США. Эта «безопасность» есть просто безопасность социал-империалистических интересов эксплуатации. Суверенитет угнетённых народов должен подчиняться «закономерностям» акул империализма. Подчинение суверенитета других стран интересам социал-империализма, ограниченный суверенитет всех других стран и неограниченная власть социал-империализма — сущность агрессивной, шовинистической политики советских ревизионистов по отношению к «братским странам».

Другая форма той же логики — теория «интернациональной диктатуры». В докладе 6 ноября 1968 г., в Москве, на торжественном заседании по случаю 51‑й годовщины Великой Октябрьской социалистической революции, К. Т. Мазуров 71, говоря о вторжении в Чехословакию, пояснил:

«В. И. Ленин предвидел, что историческое развитие поставит задачу превращения диктатуры пролетариата из национальной в интернациональную, способную оказывать решающее влияние на всю мировую политику. Народы социалистических стран, следуя ленинским заветам, для того и объединились, создав социалистическое содружество равноправных, чтобы сообща защищать свои жизненные интересы, исторические завоевания трудящихся, проводить на международной арене политику рабочего класса, политику социализма…

В своём пронизанном духом социалистического интернационализма Братиславском заявлении коммунистические и рабочие партии Болгарии, Венгрии, Германской Демократической Республики, Польши, Советского Союза и Чехословакии единодушно подтвердили тот принцип, что поддержка, укрепление и защита их завоеваний, доставшихся ценой героических усилий, самоотверженного труда каждого народа, „является общим интернациональным долгом всех социалистических стран“» 72.

Что же говорил Ленин на самом деле? В своём «Первоначальном наброске тезисов по национальному и колониальному вопросам» Ленин говорит о задаче пролетариата:

«…Задача превращения диктатуры пролетариата из национальной (т. е. существующей в одной стране и неспособной определять всемирную политику) в интернациональную (т. е. диктатуру пролетариата по крайней мере в нескольких передовых странах, способную иметь решающее влияние на всю мировую политику)» 73.

Забавно, что те же самые ревизионисты, которые заменили диктатуру пролетариата «диктатурой всего народа», теперь вдруг хотят восстановить диктатуру пролетариата и даже в форме «интернациональной» диктатуры. Для ревизионистов это вот так вот просто. Однако Ленин ясно дал понять, что «интернациональная диктатура» не означает ничего большего, чем диктатуру пролетариата в нескольких странах, это никоим образом не «совместная» диктатура, которой позволено вмешиваться в дела той или иной социалистической страны, «сообща» заботясь о неких «жизненных интересах». Ещё меньше оснований использовать слова Ленина как оправдание для отдельной страны, объявившей себя главой социалистического лагеря и осуществляющей «интернациональную диктатуру» против всех других стран. В той же статье Ленин продолжает:

«Мелкобуржуазный национализм объявляет интернационализмом признание равноправия наций и только, сохраняя (не говоря уже о чисто словесном характере такого признания) неприкосновенным национальный эгоизм, между тем как пролетарский интернационализм требует, во-первых, подчинения интересов пролетарской борьбы в одной стране интересам этой борьбы во всемирном масштабе; во-вторых, требует способности и готовности со стороны нации, осуществляющей победу над буржуазией, идти на величайшие национальные жертвы ради свержения международного капитала» 74.

Разве эти слова не подходят идеально к буржуазному национализму социал-империалистов? Для них, также, признание «равноправия» (о котором говорит Мазуров) носит «чисто словесный характер», в то время как в действительности они практикуют угнетение и порабощение народов. Они не подчиняют свои интересы «интересам [пролетарской] борьбы во всемирном масштабе». Вместо этого они хотят подчинить всё коммунистическое мировое движение своим империалистическим интересам. Они пытаются использовать интернационалистическое учение Ленина о долге коммунистических партий перед коммунистическим мировом движением как оправдание подчинения наций империалистической великой державе. Это — вопиющее оскорбление Ленина.

Тем временем Брежнев громко заявляет, что никогда не существовало «теории ограниченного суверенитета», что она была «изобретением» западной пропаганды, и т. д. Тогда почему же он не откажется от оккупации Чехословакии? Почему он не принесёт извинения чехословацкому народу и не выведет свои танки, своих солдат и марионеток? В действительности, ничто не изменилось в пропаганде, не говоря уже о практике, социал-империалистов. Сегодня ревизионистские теоретики даже не произносят пустых слов о «равноправии» и открыто действуют как хозяева ревизионистского лагеря. «Было бы упрощенчеством подходить с одинаковой меркой к определению роли каждой из [стран]»,— пишет «Международная жизнь» 75. Журнал далее подчеркивает:

«Разве, например, можно игнорировать роль Советской страны, как одной из ведущих мировых держав, в проведении действенной внешней политики социализма, в укреплении экономического и военного потенциала мировой системы социализма? Игнорирование этого факта, тем более противопоставление какой-либо страны Советскому Союзу, наносит ущерб в первую очередь жизненным интересам самой этой страны. Конечные последствия могут оказаться для неё весьма серьёзными…

Принципы независимости и суверенитета легко могли бы превратиться в фикцию, не будь реальной и действенной помощи СССР и других социалистических государств».

Эта статья — часть кампании, которую советские пропагандисты с некоторых пор ведут против Румынии. Действительно, чехословацкий народ может засвидетельствовать, насколько «серьёзные» «последствия» могут быть у попытки противопоставить себя социал-империалистам. Как быстро независимость и суверенитет станут «фикцией», если не пользоваться покровительством социал-империалистов. Эти слова — явная угроза каждому, кто не склонился перед кремлевскими великодержавными шовинистами.

Начиная с вторжения в Чехословакию, агрессивность социал-империалистов усилилась. В докладе на сессии Верховного совета 10 июля 1969 г. Громыко 76 заявил:

«Естественно.., что Советский Союз, имеющий как крупная мировая держава широко развитые международные связи, не может относиться пассивно к событиям, которые, быть может, территориально отдалены, но затрагивают нашу безопасность, а также безопасность наших друзей» 77.

Исходя из этого, социал-империалисты вмешиваются во внутренние дела многочисленных стран. В одном случае, они хотят диктовать финнам, что печатать в финских газетах. В другом, они хотят указывать Исландии или странам Латинской Америки, насколько могут простираться их территориальные воды или права на рыболовство. В третьем, они готовят военный переворот, как в Судане, и пытаются свергнуть правительство.

Социал-империалистическая политика подготовки войны и военной экспансии

Социал-империалисты интенсивно готовятся к войне. За последние три года число советских дивизий по границе с Китаем возросло с 15 до 45. Советские посольства во многих странах превратились в центры шпионажа и подрывной деятельности. Социал-империалисты разместили оккупационные силы не только в нескольких государствах Восточной Европы и Монгольской Народной Республике. В Египте три военные базы были выделены для исключительного использования советскими военными. Египетское правительство недавно выслало около 15 тыс. советских военных советников, потому что увидело в них угрозу независимости страны.

Советский военный флот бороздит все моря мира и таким образом серьёзно угрожает миру во всём мире. У Советского Союза есть 78:

  • 408 подводных лодок, включая 95 атомных подлодок с ракетным вооружением;
  • 12 ракетных крейсеров;
  • 15 крейсеров;
  • 2 вертолётоносца;
  • 35 ракетных эсминцев;
  • 66 эсминцев;
  • 130 фрегатов;
  • 258 судов эскорта;
  • 330 минных тральщиков;
  • 145 ракетных патрульных катеров;
  • 200 торпедных патрульных катеров
  • плюс сотни вспомогательных судов.

Это огромный флот, чуть меньше чем у США. Флот, вовсе не предназначенный только для защиты Советского Союза, но в первую очередь обеспечивающий проведение социал-империалистической политики во всём мире.

Было время, когда Советский Союз выступал против планов империализма США вынудить страны, граничащие с международными проливами, позволять военным кораблям США проходить беспрепятственно и без особого разрешения. Ещё в 1958 г. советское правительство высказало следующую оговорку относительно международного «Соглашения по территориальным водам и смежным зонам»:

«Правительство СССР считает, что прибрежная страна имеет право сама определять процедуры разрешения прохода иностранных военных кораблей через свои территориальные воды».

Однако в заявлении от 24 марта 1972 г. в комиссию ООН по использованию морского дна советский представитель занял ту же позицию, что и США, и громко выступил за «свободный проход» через проливы, особо подчёркивая, что непризнание этой свободы сделало бы «реализацию свободы использования океанов практически невозможной». Советский Союз состряпал с Японией план «интернационализации» лежащих между Индонезией и Малайзией проливов Малакки, в отношении которых обе этих страны хотят осуществить свои территориальные права.

Всё больше стран выступает против опасной военно-морской политики социал-империалистов. Шри-Ланка и другие страны выступают за объявление Индийского океана безъядерной зоной. Алжир, Ливия и другие средиземноморские страны осуждают присутствие штатовского и советского военных флотов в Средиземном море. Глава Алжира Бумедьен недавно заявил:

«Средиземное море принадлежит странам Средиземноморья. Иностранные военные корабли и военно-морские базы должны быть удалены из Средиземноморья. Средиземное море должно быть морем мира».

Встретив сопротивление народов, социал-империалисты обращаются к самым смехотворным аргументам. Вице-адмирал Н. Смирнов пишет, что Советский Союз является, «как известно, черноморской, а следовательно и средиземноморской державой» 79. Между тем Чёрное море отделено от Средиземного 300 километрами водных путей Босфора, Мраморного моря и Дарданелл — всё это турецкие воды. Один швейцарский журналист остроумно заметил, что по той же странной логике Швейцария могла бы утверждать, что является северноморской державой, так как Рейн впадает в Северное море.

Когда маршал Гречко «посетил» Средиземноморье в июне 1971 г. с большим советским военным флотом, его сопровождал журналист «Известий», восторженно описавший волнующий случай:

«Итак мы идём в Средиземное море. В нём исстари плавали русские моряки. С ним связано много славных побед нашего народа на море. Ещё во времена Киевской Руси был подписан договор о праве славян беспрепятственно плавать по Чёрному и Средиземному морям. Позднее здесь покрыли бессмертной славой свои корабельные флаги такие русские флотоводцы, как Ушаков, Сенявин, Лазарев, Истомин, Макаров. Русские военные эскадры постоянно находились в Средиземном море, охраняя государственные интересы России. Нет, не гости мы в этом море!» 80.

Кто были эти «славные» персонажи? Может быть, они были популярными героями дней гражданской войны или членами команды крейсера «Потёмкин»? Вовсе нет! Ф. Ф. Ушаков, например, был адмиралом в царском флоте, сыгравшем ведущую роль в Русско-турецкой войне 1787—1791 гг. и в сражениях в Средиземноморье в 1798—1800 гг., т. е., двух преступных авантюрах российского колониализма. Контр-адмирал В. И. Истомин погиб в 1855 г. в Крымской войне, в которой царизм безуспешно попытался оторвать у Турции Балканы, Босфор и Дарданеллы, войне, о которой Ленин говорил, что она «показала гнилость и бессилие крепостной России» 81. Вице-адмирал С. О. Макаров погиб в 1904 г. в Русско-японской войне, ссоре между российским и японским империализмами по вопросу раздела Китая. М. Д. Лазарев и Д. Н. Сенявин также были высокопоставленными офицерами царского флота в начале ⅩⅨ века.

Пропагандируя таких героев, социал-империалисты ещё яснее показывают, чью политику они продолжают. Проникновение в Средиземное море всегда было одной из главных целей агрессивного царизма. Россия вступила в Первую мировую войну, рассчитывая прежде всего на раздел Турции и захват Босфора и Дарданелл. Разбойные набеги, которыми прежние цари наносили ущерб народам России,— «славные» модели для политики социал-империалистов, этих новых царей. Но мы напомним им, что народы России заставили царей ответить за их политику. Их судьба будет той же.

Приготовления социал-империализма к войне не ограничиваются военно-морской политикой. Ядерное вооружение социал-империалистов представляет ещё бо́льшую угрозу народам мира. Когда социалистический Советский Союз создал атомную бомбу после Второй мировой войны и сломал ядерную монополию США, это было важным шагом защиты мира во всём мире и сдерживания штатовских поджигателей войны. В то же время, однако, Советский Союз решительно боролся за запрещение атомного оружия. Сегодня Народный Китай продолжает эту коммунистическую традицию. Много лет Китай призывает собрать встречу на высшем уровне всех стран земного шара, независимо от того, обладают ли они ядерным оружием или нет, постановить запретить и уничтожить это оружие и разработать соглашение о неприменении ядерного оружия в качестве первого шага.

Начиная с того дня, когда в Китае было проведено первое атомное испытание, он остаётся единственной ядерной державой, торжественно объявившей, что никогда и ни при каких обстоятельствах первой не использует атомное оружие, и никогда не использует его против неядерной державы. Китайское правительство обратилось к США и Советскому Союзу с предложением выступить с подобными заявлениями. До сих пор они этого не сделали, хотя даже известный британский военный стратег Б. Х. Лидделл Харт также призвал к такому заявлению в своей книге «Стратегия» 82, написав:

«Было бы исключительно важно заявить так ясно, как только возможно, что мы не предпримем никакой общей ядерной бомбардировки городов и никакого опустошения стран, пока другая сторона не пойдёт на это».

Вместо этого сверхдержавы разработали очковтирательское «соглашение о нераспространении ядерного оружия», предоставив ядерным державам право продолжать лихорадочно вооружаться ядерным оружием, пока все другие страны будут беззащитны перед ядерными угрозами и шантажом сверхдержав.

Сверхдержавы США и Советский Союз включили ядерную войну в свои военные стратегии. В книге «Военная стратегия» мы читаем:

«Одно из важных положений советской военной доктрины состоит в том, что мировая война, если она будет развязана империалистами, неизбежно примет характер ракетно-ядерной войны, то есть такой войны, где главным средством поражения будет ядерное оружие, а основным средством доставки его до цели — ракеты.

Массовое применение атомного и термоядерного оружия с неограниченными возможностями его доставки к любой цели в считанные минуты с помощью ракет позволит в кратчайшие сроки достичь самых решительных военных результатов на любой дальности и на огромной территории.

Необходимо подчеркнуть, что при сложившихся в современных условиях международных отношениях и при нынешнем уровне развития военной техники любой вооружённый конфликт неизбежно перерастёт во всеобщую ядерную войну, если в этот конфликт будут втянуты ядерные державы…

По подсчётам зарубежных специалистов, США к началу 1963 года имели примерно 40 тысяч ядерных зарядов. У СССР этих средств тоже более чем достаточно. В этих условиях, как рассчитали учёные, в результате только первого удара погибло бы 700—800 миллионов людей, были бы разрушены все крупные города многих стран…

Теория советской военной стратегии предусматривает, что и в условиях ракетно-ядерной войны обычное оружие найдет самое широкое применение и что оно должно умело применяться в сочетании с ядерным вооружением, дополнять его…

Перевооружение Войск противовоздушной обороны с зенитной артиллерии на зенитные ракеты дало исключительные боевые преимущества. Об этом наглядно говорит такой факт. Во время минувшей войны на уничтожение одного самолёта противника зенитной артиллерией расходовалось в среднем 400—600 снарядов. Современный же самолёт, обладающий огромной скоростью и высотой, вдвое превышающей высоты, достигаемые снарядами зенитных орудий, может быть сбит с первой и в крайнем случае со второй ракеты» 83.

Соглашение о «стратегическом ограничении вооружений», недавно подписанное в Москве, также не означает сокращения арсеналов, выращенных двумя империалистическими сверхдержавами против угнетённых народов, а просто устанавливает некоторый предел защитным вооружениям, с помощью которых может быть сбита атакующая ракета. Его единственное значение — ослабить финансовую нагрузку на США и Советский Союз, улучшить их положение для беспрепятственного угнетения других народов. Все другие предложения о «разоружении», исходящие от двух империалистических сверхдержав, также имеют обманчивый характер. По сей день ни США, ни Советский Союз не начали ограничивать свои военные расходы, численность армий, или свои военные угрозы. Под прикрытием разговоров о «разоружении» обе сверхдержавы усилили свои приготовления к войне и изобрели ещё более жестокое оружие массового поражения.

Но кто бы ни полагал до сих пор, что социал-империалисты ограничатся защитой своей сферы интересов, что они жестоко подавят сопротивление своему господству в пределах ревизионистского лагеря, но не имеют никаких агрессивных намерений вне его, он должен наконец прозреть после событий конца 1971 г. на Индийском субконтиненте. Мы вкратце напомним читателю, что социал-империалисты разжигали экспансионистские аппетиты индийских реакционеров начиная с середины 1971 г.; что они подписали «мирный договор о дружбе и сотрудничестве» с Индией и что — едва просохли чернила — индийские экспансионисты вторглись в Восточный Пакистан с новым советским вооружением; что советский делегат в ООН Малик тянул время, чтобы предотвратить принятие ООН резолюции по Индии, пока она не закончит оккупацию Восточного Пакистана; что, после оккупации Восточного Пакистана, Советский Союз, вместе с Индией, Бутаном и горсткой ревизионистских стран, выступил против остального мира и голосовал против взаимного вывода солдат. Мы также призываем вкратце вспомнить преступные аргументы, которыми социал-империалисты оправдывали эту хладнокровную агрессию; как они пытались отстаивать право индийских реакционеров угнетать население, принадлежащее ко всем народам и религиозным группам Индии, и стравливать эти группы друг с другом, вмешиваться в пакистанские национальные проблемы и, под знаменем «самоопределения», завоёвывать часть соседней страны, чтобы установить там марионеточное правительство.

В основном, это просто повторяет теорию «ограниченного суверенитета» для сообщников социал-империализма: как союзникам Советского Союза индийским экспансионистам позволяется «ограничить» суверенитет их соседей под неубедительными предлогами, просто объявить часть другой страны «независимым государством» и осуществить «интернациональную диктатуру».

Несомненно, именно советские лидеры управляли этим вторжением. Без их поддержки Индия никогда не посмела бы предпринять такие действия. Так же, как Израиль выполняет грязную работу за США на Ближнем Востоке и лишает другие страны огромных территорий по своему усмотрению, Индия стала инструментом социал-империалистической агрессии на юге Азии. Советские лидеры стремятся расширить свои политические и экономические сферы влияния с помощью Индии. Они намереваются ещё сильней привязать к себе Индию дополнительными обязательствами, создать в Бенгальском заливе военно-морские базы, усилить враждебное окружение Китая, и поощрить Индию к новому нападению на оплот социализма.

Это — ревизионистская дорога: от реставрации капиталистической эксплуатации в своей собственной стране к экономическому вторжению в другие страны, вплоть до военной агрессии. Брежнев и Ко продолжили кровавую традицию царей, и даже пошли дальше их. Советский Союз, который пролетарии и угнетённые народы всего мира уважали и любили в течение сорока лет, является сегодня, наряду с США, самой мощной цитаделью мировой реакции, международной эксплуатации и военных приготовлений. Не без злорадства журнал «Ю-Эс ньюз энд уэрлд рипорт» отметил: «Мы обнаружили, что [русские] допускают такие же крупные промахи, как и мы,— если не хуже» 84.

Но в конечном счёте обе сверхдержавы потерпят неудачу благодаря революционной воле народов. Эксплуатируемые и вновь порабощённые народы будут вести свою борьбу и против империализма США, и против социал-империализма — против всех империалистов — чтобы освободить себя от ига неоколониализма и построить мир без войн, мир независимости и дружбы.

Экономическая интеграция социал-империализма в империалистическую систему и противоречия в мировом масштабе

Экономическое взаимопроникновение империалистических блоков

Политические союзы, экономические соглашения между империалистами имеют только временное, тактическое значение. Как пишет Ленин в работе «К вопросу о диалектике»:

«Единство (совпадение, тождество, равнодействие) противоположностей условно, временно, преходяще, релятивно. Борьба взаимоисключающих противоположностей абсолютна, как абсолютно развитие, движение» 85.

Вопрос экономического сотрудничества между социал-империализмом и другими империалистическими державами — замечательный пример этого закона диалектики.

Обычной практикой монополистических капиталистов различных стран является заключение экономических соглашений, взаимная финансовая поддержка, обмен лицензиями и патентами, и раздел мировых рынков. Один монополист стремится улучшить своё экономическое положение с помощью другого против третьего и приобретает новые технологии. Торговыми соглашениями партнёры пытаются устранить конкуренцию. Монополисты предпочитают иметь много партнёров: Япония, например, заключает союз с ЕЭС против США, и действует с США против Западной Европы. Социал-империалисты — мастера этой двойной тактики. В настоящее время они укрепляют экономические связи со всеми другими империалистическими блоками.

Сделки какого вида они заключают? С одной стороны, социал-империалисты разрешают экспорт капитала западных империалистических стран в Советский Союз. Советский Союз получил, например, большие долгосрочные ссуды с Запада. Международный банк экономического сотрудничества в Москве взял весной 1972 г. средесрочный кредит в 20 миллионов долларов у консорциума девяти западноевропейских банков. 86 О японском капитале, вывезенном в Советский Союз, «Правда» пишет:

«Плодом советско-японского совещания, в частности, явилось заключённое в 1968 году генеральное соглашение на сумму в 300 млн долл. о поставках японскими фирмами оборудования, машин и материалов для разработки лесных ресурсов Дальнего Востока с последующей оплатой советской стороной поставками лесоматериалов в Японию» 87.

Советский Союз также заключил основанное на том же принципе соглашение с Японией по эксплуатации сибирской нефти.

Другие ревизионистские страны, однако, идут ещё дальше. Югославия продаёт иностранным капиталистам до 49 % долей на югославских предприятиях. Прибыль, которая прежде должна была вкладываться в Югославии, теперь освобождается для выплаты иностранным капиталистам. Советские лидеры также не предотвращают проникновение иностранного капитала, хотя они больше склонны к закрытости. В интервью с западногерманским журналом «Шпигель» 88 советскому посреднику Гвишиани (зятю Косыгина) задали вопрос: «Есть ли принципиальные препятствия для учреждения иностранной частной собственности внутри социалистического общества?». Вот его ответ:

«В принципе, нет. В нашей стране есть даже тенденция к появлению многонациональной собственности. Например, мы готовы строить и организовывать совместные научно-исследовательские институты. У нас в Дубне есть Объединённый институт ядерных исследований, который находится в собственности стран-участников. Думаю, это не самоцель, это — просто вопрос поиска лучшей формы партнёрского сотрудничества».

На самом деле многочисленные иностранные проекты в Советском Союзе есть только скрытые формы вывоза капитала. Гвишиани объясняет:

«Если по соглашениям требуется, чтобы партнёр получал прибыль от продажи продуктов, мы можем обеспечить это в рамках нашего строя».

Советский Союз, в свою очередь, вовлечен в различные проекты в западноевропейских странах, например в строительство советско-бельгийской корпорацией большого нефтяного порта в Антверпене 89. Эта компания, «НАФСА» (Nafsa) импортирует через Антверпен советские нефтепродукты. Другие ревизионистские страны Восточной Европы также основали смешанные восточно-западные компании с иностранными капиталистами. Вот несколько примеров 90:

  • «Дута-Робуста» (Duta-Robusta), венгро-французское акционерное общество, продаёт тракторы;
  • «Швето» (Swetho), венгро-шведское акционерное общество, использует шведскую лицензию в строительстве;
  • «Интеркарбон» (Intercarbon), венгро-австрийское акционерное общество, занимается топливным бизнесом;
  • «Кортес Мексика С. А.» (Cortez Mexico S.A.), венгро-мексиканское акционерное общество, продаёт венгерские станки в Латинской Америке;
  • «Технотранс» (Technotrans), венгро-французская компания, продает венгерские станки, электродвигатели и электроприборы;
  • «Моталекс-Франс» (Motalex-France), польско-французское акционерное общество, работает с инвестиционными продуктами;
  • «Сигма-Итальяна» (Sigma-Italiana), чешско-итальянское акционерное общество, продаёт насосы и сопутствующие товары;
  • «Совпим» (Sowpim) — болгаро-французская торговая компания, занимающаяся экспортом и импортом машин и их деталей;
  • «Сибимекс» (Sibimex) — болгаро-итальянская компания того же профиля;
  • «Валист капусики кайси» (Valist Kapushiki Kaishi) — болгаро-японская компания, которая производит и продаёт болгарские грузовые электромобили в Японию.

Процесс интеграции, как можно видеть, идёт, особенно в Западной Европе. Инициатива захвачена, главным образом, банками Советского Союза и других ревизионистских стран (финансовый капитал всегда вовлекается во всевозможные объединения). Это подтверждает Иван Иванов (Москва) в статье для «Блеттер фюр дойче унд интернатионале политик»:

«Они 91 в последнее время развили активность на западных денежных рынках и основали смешанные предприятия или филиалы в различных западных странах, чтобы стимулировать восточно-западную торговлю. Одно из них — советский банк „Восход“ (Wozchod) в Цюрихе. Семь западных банков и Польский банк внешней торговли сформировали филиал „Центрофина“. Румынский банк внешней торговли и „Креди Льоннес“ (Crédit Lyonnais,/span>) на акционерной основе основали Румынско-французский банк» 92.

Компания «Восход хандельсбанк» (Wozchod Handelsbank AG) в Цюрихе имеет баланс за 1969 г. в размере 334,5 млн швейцарских франков и чистую прибыль 1,12 млн швейцарских франков. В Париже действует советский «Евробанк» с балансом за 1970 г. в размере 3 млрд французских франков и капиталом в размере 130 млн франков, сообщивший о прибыли в размере 14,5 млн франков. «Московский народный банк» (Moscow Narodny Bank Ltd.,/span>) в Лондоне получил чистый доход за 1969 г. в размере 825 000 фунтов стерлингов. Так что капиталистические операции на Западе — сто́ящая деятельность для социал-империалистов. Поэтому во Франкфурте был основан советский «Торговый банк Восток-Запад» (Ost-West-Handelsbank AG) с основным капиталом 20 млн немецких марок и неограниченной банковской лицензией.

Социал-империалисты сотрудничают с западными империалистами также в эксплуатации бедных стран. Так, британский Банк Лондона и Южной Америки и советский внешнеторговый банк совместно предоставили электростанции г. Сан-Паулу в Бразилии ссуду в размере 19,5 млн долларов для строительства гидроэлектростанции. Машины будут поставлены Советским Союзом. Бразилия должна выплатить ссуду в течение восьми лет поставками кофе. 93

В «Совьетунион хойте» Гвишиани обратился к ФРГ со следующей инициативой: «Возможны совместные действия на рынках третьих стран» 94. Он также рассмотрел эту возможность в своем интервью журналу «Шпигель» (Spiegel). Довольный Вольф фон Амеронген, западногерманский эксперт по торговле с Востоком, говорил, что «следовало бы подумать, до какой степени Федеративная Республика Германия вместе с Советским Союзом может обеспечить помощь развивающимся странам» 95.

В ответ на вопрос «Шпигель», будет ли СССР «более глубоко вовлечён в международное разделение труда в будущем», Гвишиани сказал:

«Да, это основная тенденция в развитии наших внешних связей. Мы действительно готовы к широкому разделению труда на международном рынке…

Мы никогда не стояли на позициях автаркии. Автаркические тенденции получили в нашей стране развитие только потому, что некоторые страны не хотели сотрудничать с нами. Автаркия после Октябрьской революции была нам навязана. Экономика всегда является мировой. Люди, которые не понимают этого сегодня, не поймут этого и завтра» 96.

Что случилось бы с Советским Союзом, если бы капиталисты «поняли» это «после Октябрьской революции» и не установили блокаду против Советского Союза? Если бы Ленин также «понял» это, и Советский Союз не создал бы самостоятельной экономики, а встроился бы в систему международного разделения труда? Были бы тогда возможны строительство социализма и военная победа над фашизмом?

В процитированной ранее статье Н. Шмелев говорил:

«Перспективы европейской безопасности непосредственно связаны с тем, будет ли в этой части света деловое сотрудничество и партнёрство, да, я даже сказал бы, взаимопроникновение жизненных экономических интересов разных стран. Это на деле свело бы риск политических и прочих конфликтов к минимуму» 97.

«Взаимопроникновение» — это подходящее выражение общей тенденции империализма к объединению самых разных секторов экономик капиталистических стран. Но действительно ли это — вклад в «безопасность», как постоянно утверждают ревизионисты? Ленин занял ясную позицию по этому вопросу в очерке «Империализм, как высшая стадия капитализма»:

«Некоторые буржуазные писатели (к которым присоединился теперь и Карл Каутский, совершенно изменивший своей марксистской позиции, напр., 1909‑го года) выражали то мнение, что международные картели, будучи одним из наиболее рельефных выражений интернационализации капитала, дают возможность надеяться на мир между народами при капитализме. Это мнение теоретически совершенно вздорно, а практически есть софизм и способ нечестной защиты худшего оппортунизма. Международные картели показывают, до какой степени выросли теперь капиталистические монополии и из-за чего идёт борьба между союзами капиталистов…

Поэтому „интеримпериалистические“ или „ультра-империалистические“ союзы в капиталистической действительности, а не в пошлой мещанской фантазии английских попов или немецкого „марксиста“ Каутского,— в какой бы форме эти союзы ни заключались, в форме ли одной империалистической коалиции против другой империалистической коалиции, или в форме всеобщего союза всех империалистских держав — являются неизбежно лишь „передышками“ между войнами. Мирные союзы подготовляют войны и в свою очередь вырастают из войн; обусловливая друг друга, рождая перемену форм мирной и немирной борьбы из одной и той же почвы империалистских связей и взаимоотношений всемирного хозяйства и всемирной политики» 98.

Именно сегодня, во времена крупных успехов «взаимопроникновения» империалистических экономик на Востоке и Западе, империалисты США и социал-империалисты усиливают приготовления к войне, политику вмешательства и агрессии, а их столкновения принимают всё более опасные формы. В то время, как западногерманские империалисты ратифицируют соглашения с Советским Союзом, которые якобы «обеспечивают мир», по мнению ревизионистских лидеров КПСС и их прихвостней из ревизионистской Германской коммунистической партии, Западная Германия наращивает свои военные расходы, и социал-демократическое правительство предпринимает многочисленные меры по усилению федеральной армии. Только люди, совершенно оторванные от действительности, могут полагать, что экономические и политические уступки, предоставленные ФРГ социал-империалистами к настоящему времени, удовлетворили аппетиты западногерманских монополий и превратили их в голубей мира. Выступление ХДС/ХСС в бундестаге при дебатах о ратификации — признак того, что буржуазия уже теперь не удовлетворена уступками социал-империалистов, и со всей энергией старается добиться большего. История обеспечивает достаточно примеров того, что экономическое проникновение в другую страну является для империалистов только первым шагом в подготовке военного вторжения. В конечном счёте, за «взаимопроникновением» с обеих сторон скрываются агрессивные цели.

Мы уже цитировали «Правду» 99 относительно экономического сотрудничества между Советским Союзом и Японией. Перечислив несколько примеров переплетения экономических интересов этих двух стран, статья продолжает:

«Японские руководящие круги… понимают, что дружественные, добрососедские отношения [с Советским Союзом] не только отвечают интересам обеих стран, но и стабилизируют обстановку на Дальнем Востоке.

В Советском Союзе также придаётся большое значение отношениям со своим близким соседом — Японией…

Нужно сказать, что в реалистически настроенных деловых и политических кругах Японии в достаточной мере понимают как то, что именно обстановка мира обеспечила послевоенный подъём японской экономики, так и то, что сохранение военного союза с США будет продолжать отягощать внешнюю политику этой страны. Здесь уже давно усвоили, что объективно Японии приходится быть заинтересованной в мире в этом районе земного шара гораздо больше своего американского партнёра».

Конечно, советские ревизионисты, как и мы, точно знают, что не было никакой «обстановки мира», а была лихорадочная ремилитаризация Японии, которая и вызвала возобновление «подъёма» японских монополистических капиталистов после поражения во Второй мировой войне. Сегодня, поскольку японские расходы на вооружение быстро растут, поскольку японские империалисты усиливают экономическую агрессию в своих бывших колониях, таких как Южная Корея, Тайвань и Индонезия, даже в Африке и Латинской Америке, поскольку они открыто утверждают, что Южная Корея и Тайвань относятся к «поясу обороны» Японии, просто смешно говорить о миролюбии японских правящих кругов. Этот притворный пацифизм, конечно, прикрывает нечто совсем другое. Это становится ясным из утверждения статьи:

«Не случайно трезвые японцы настойчиво призывают к тому, чтобы Япония искала бы путей обеспечения мира для себя и в Азии в целом не на путях региональных военных блоков и империалистической экспансии в Азии.., а на пути создания системы коллективной безопасности в Азии» 100.

Очевидно, это нацелено на разжигание японской агрессивности против Китая. С одной стороны, «разумность» и «миролюбие» японских милитаристов превозносятся до небес; с другой стороны, Японии назначается миссия по поддержанию мира в «Азии в целом».

В отношениях с ФРГ социал-империалисты также сознательно или подсознательно поощряют агрессивность западногерманского империализма. В заявлении от 8 декабря 1967 г. Советский Союз предусмотрел следующие условия соглашения с ФРГ об отказе от использования силы:

  • признание существующих границ в Европе;
  • отказ Бонна от претензии в одиночку представлять Германию;
  • отказ от ядерных амбиций;
  • прекращение интриг относительно Западного Берлина;
  • недвусмысленное признание Мюнхенского Соглашения 1938 г. недействительным с момента заключения.

Теперь, ради деловых отношений с Бонном, социал-империалисты отбросили все эти требования. Они без возражений приняли единодушное реваншистское решение бундестага от 13 мая 1972 г., которое говорит, что соглашения с Советским Союзом и Польшей «не создают законного основания для нынешних границ. Неотъемлемое право на самоопределение 101 не затрагивается соглашениями». Фактически, после заключения соглашения по Западному Берлину социал-империалисты больше не колеблются насчёт присоединения Западного Берлина к ФРГ; западногерманские реваншисты таким образом выиграли своё первое сражение в борьбе за «воссоединение» Германии под знаком торжества империализма.

Вновь пробудившаяся агрессивность западногерманского империализма однажды неизбежно будет направлена против Советского Союза и стран, находящихся под социал-империалистическим господством. Японский империализм также может угрожать Дальнему Востоку Советского Союза. И всё же Брежнев и Ко принимают этот риск, так как надеются укрепить свою экономическую и военную власть через сотрудничество с Западной Германией и Японией и полагают, что эта агрессивность пока не направлена на других противников.

Своими «мирными» лозунгами империалисты на Востоке и Западе хотят убаюкать народы, чтобы те не выступили против империалистического сговора. Пролетариат и угнетённые народы понимают, однако, что не будет никакого настоящего мира, пока планам империалистов не положен конец. Вызовут ли империалисты Третью мировую войну или нет, зависит от борьбы народов, от того, сметут ли угнетённые империалистов вовремя. Однако, если империалисты посмеют развязать новую мировую войну, они смогут убедиться, что возмущение народов только усилится, что народы увидят империализм ещё более ясно и извлекут урок из истории. Как говорит Мао Цзэдун,

«Что касается вопроса о мировой войне, то существуют только две возможности: или война вызовет революцию, или революция предотвратит войну» 102.

В другом случае Мао Цзэдун сказал:

«Опасность новой мировой войны всё ещё существует, и народы всех стран должны к этому подготовиться. Однако ныне главной тенденцией в мире является революция» 103.

Мы, немецкие коммунисты, сделаем всё возможное, чтобы революция предотвратила войну.

Противоречия в мировом масштабе и их обострение

До сих пор мы исследовали социал-империализм и его взаимопроникновение с мировой империалистической системой. При этом подчёркивалось сотрудничество между империалистами. Но это не означает, что такое сотрудничество является основным аспектом. Дела обстоят прямо противоположным образом. Противоречия между империалистическими державами и вообще противоречия в мировом масштабе обостряются. Эти противоречия будут рассмотрены ниже.

Ленинизм учит, что в эру империализма имеются четыре основных противоречия в мире, определяющих мировую политику.

  • Первое противоречие — между буржуазией и пролетариатом в капиталистических странах. Это противоречие основано на эксплуатации пролетариата буржуазией. Всё усиливающаяся классовая борьба во всех капиталистических странах, и особенно в империалистических странах, является признаком обострения этого противоречия.

  • Второе противоречие — между империализмом и угнетёнными народами в зависимых странах. Это противоречие основано на эксплуатации этих народов монополиями. Усиление национально-освободительной борьбы во многих странах, растущее сопротивление многих стран разграблению и опеке, осуществляемым империалистическими великими державами, есть выражение обострения этого противоречия.

  • Третье противоречие — между различными империалистическими странами и блоками, а также между различными монопольно-капиталистическими группировками в отдельных империалистических странах. Это противоречие основано на неравномерном развитии империализма, на стремлении более сильных империалистических стран лишить более слабые их экономических сфер влияния и увеличить свою прибыль за счёт последних. Это соперничество постоянно усиливается и, в конечном счёте, ведёт к империалистическим войнам за передел мира.

  • Четвёртое противоречие — между империалистическими странами и социалистическими странами. Это противоречие основано на стремлении империалистов вернуть свои утраченные рынки и эксплуатируемые земли в социалистических странах и уничтожить социализм. Это противоречие выражается сегодня прежде всего во враждебности империалистических держав к социалистической стране с наибольшим населением и самой мощной экономикой — Китайской Народной Республике.

При исследовании противоречий в определённой стране всегда необходимо определить главное противоречие. Всегда существует только одно главное противоречие и несколько вторичных противоречий. Возьмём, например, Западную Германию. Имеются противоречия между крестьянами и правительством, между мелкими буржуа и капиталистами, между квартиросъёмщиками и домовладельцами, между мелкой буржуазией и большими трестами, между ХДС/ХСС и СДПГ, между профсоюзами и ассоциациями капиталистов и т. д. Но все эти противоречия — вторичные противоречия, подчинённые главному противоречию — между рабочим классом и монополистическим капиталом.

В Индокитае помимо многочисленных второстепенных противоречий, таких как противоречия между бедными крестьянами, между буддистами и католиками, между капиталистами и рабочими, есть одно главное противоречие — противоречие между империалистами США и народами Индокитая, ведущими борьбу за национальное освобождение.

Главное противоречие в каждой стране должно быть выделено из огромного множества противоречий, исходя из анализа экономической и политической ситуации. Оно может смениться, когда меняется ситуация. Тогда другое противоречие станет главным. Мао Цзэдун говорит об этом:

«Во всяком случае, совершенно несомненно, что на каждом из различных этапов развития процесса существует лишь одно главное противоречие, которое играет ведущую роль.

Отсюда следует, что в любом процессе, если в нём существует много противоречий, всегда имеется одно главное, которое играет ведущую, решающую роль, тогда как остальные занимают второстепенное и подчинённое положение» 104.

Нужно ясно определить главное противоречие, чтобы приспособить к нему стратегию и тактику борьбы. Согласно Мао Цзэдуну, каждое противоречие имеет главную и второстепенную стороны, которые могут меняться. Возьмём главное противоречие в Западной Германии, противоречие между пролетариатом и монополистическими капиталистами. Главная сторона этого противоречия накладывает свою печать на конкретную стадию классовой борьбы. В настоящее время мы находимся на стадии, на которой нет непосредственной революционной ситуации. Текущая стратегия и тактика пролетарской классовой борьбы должны быть приспособлены к этой ситуации. Но если созревает субъективный фактор, то есть если массы захвачены духом революционной борьбы и возглавляются революционной партией, то классовая борьба переходит в стадию непосредственной революционной ситуации. Она тогда становится главной стороной главного противоречия, и стратегия и тактика классовой борьбы должна приспособиться к изменившейся ситуации. Мао Цзэдун подчёркивает:

«Отсюда следует, что качество вещей или явлений в основном определяется главной стороной противоречия, занимающей доминирующее положение. Когда главная сторона противоречия, занимающая доминирующее положение, претерпевает изменение, то соответственно изменяется и качество явления» 105.

Выше мы исследовали правила, которым следует империалистическая политика эксплуатации и экспансии, проводимая социал-империалистическими лидерами. Однако до сих пор мы рассмотрели эту политику только с одной стороны. Мы оставили пока в стороне тот момент, что этот империализм сталкивается с серьёзными препятствиями. Теперь нас интересует социал-империализм в контексте мировых противоречий.

Социал-империализм — важный элемент мирового империализма. Он состоит, во-первых, в противоречии с пролетариатом Советского Союза (как эксплуатируется советский пролетариат, мы показали во второй части этого исследования).

Во-вторых, он состоит в противоречии с угнетёнными народами стран СЭВ и других стран, которые эксплуатирует или в которые проникает социал-империализм.

Он состоит, в-третьих, в противоречии с империализмом США и другими империалистическими странами и блоками, с которыми борется за передел мира.

Он состоит, в-четвёртых, в противоречии с социалистическими странами, особенно Китаем, так как они с величайшей решимостью борются, чтобы не превратиться в колонии социал-империализма. Это противоречие всё более развивается в главное.

Брежнев и Ко заинтересованы в том, чтобы поставить на колени весь мир. Но они живут в период империализма, когда весь мир уже поделен между империалистическими странами, когда нет более неоткрытых территорий, когда расширяться можно только с помощью передела мира, за счёт других империалистов. Они живут в эру пролетарских и национальных революций, когда ряд стран уже покинул капиталистическую мировую систему и строит социализм. Сегодняшние условия, при которых социал-империалисты пытаются создать мировую империю, гораздо менее благоприятны, чем те, при которых выросли британский и штатовский империализмы. Едва ли можно сомневаться, что их мечта о мировом господстве никогда не сбудется, особенно с учётом того, что мировое революционное движение имеет центр в Китае Мао Цзэдуна.

Что можно сказать об отношениях между социал-империализмом и другими империалистическими державами? Прежде всего, все империалисты имеют следующую общую черту: они находятся в противоречии с пролетариатом, с угнетёнными народами, с социализмом. Им противостоит шторм мировой революции. Когда необходимо подавлять народы, они обычно откладывают свои ссоры ради общих империалистических интересов.

Но было бы серьёзной ошибкой думать, что между империалистами нет никаких противоречий (и особенно между социал-империализмом и другими империалистами), или что эти противоречия незначительны. Сегодня сложилось четыре больших империалистических блока: США, Советский Союз, ЕЭС и Япония. Борьба между ними за рынки и сферы влияния принимает всё более острые формы. Другие империалистические блоки вовсю извлекают выгоду из ослабления империализма США. Японский капитал течёт в Латинскую Америку, на «задний двор» США. Страны ЕЭС координируют свою политику торговли с США, США и Советский Союз усиливают свою гонку вооружений. Мы могли бы продолжать. Разногласия между империалистами, их борьба друг с другом чрезвычайно важны для пролетариата и угнетённых народов. Как написал Сталин в «Об основах ленинизма»,

«Это обстоятельство в свою очередь замечательно в том отношении, что оно ведёт к взаимному ослаблению империалистов, к ослаблению позиции капитализма вообще, к приближению момента пролетарской революции, к практической необходимости этой революции» 106.

Сотрудничество двух империалистических сверхдержав против угнетённых народов

Освободительное движение угнетённых народов в настоящее время представляет собой самую большую угрозу мировому господству империализма США и социал-империализма. Нередко социал-империалисты демагогически хвастаются «поддержкой» освободительных движений, направленных против империализма США. На самом деле, они предоставляют этим освободительным движениям некоторую материальную поддержку, чтобы ослабить позиции империализма США и усилить свои собственные позиции ради раздела мира. Но в глубине души они испытывают большой страх перед борющимися народами. Брежнев и Ко знают, что народ, завоевавший свободу с оружием в руках, вряд ли легко подчинится социал-империализму. Освободительные движения угрожают не только империализму США, но и всей системе мирового империализма.

Ещё Хрущёв первым выразил эти опасения в классическом виде. Под предлогом, что «локальные войны» и, надо полагать, прежде всего освободительные войны угнетённых народов, необычайно опасны и могут вызвать мировую войну в любое время — так как «даже небольшая искра может вызвать мировой пожар» 107, как он сформулировал в своей речи в Верховном совете в октябре 1959 г.— он пообещал «упорно трудиться над тем, чтобы… потушить тлеющие искры, которые могут воспламенить пожар войны» 108.

Для этого сомнительного вклада в «мир во всём мире» необходимо близкое сотрудничество между США и социал-империализмом. В интервью Хрущёв говорил, что

США и Советский Союз — «самые сильные страны в мире и если мы объединимся во имя мира, то войны не будет. Тогда, если бы какой-либо сумасшедший захотел войны, нам достаточно было бы погрозить ему пальцем, чтобы он притих» 109.

Или, как выразился А. А. Громыко, выступая в Верховном совете 13 декабря 1962 г.:

«Будет согласие между главой Советского правительства Н. Хрущёвым и президентом США Дж. Кеннеди — будет и решение международных проблем, от которых зависят судьбы человечества» 110.

Это означает, что народы должны прекратить борьбу и предоставить сверхдержавам определять их судьбу. Решение проблем народов мира, как предполагается, является исключительной монополией этих двух сверхдержав. Народы должны помалкивать и делать, что им говорят.

Хрущёв уже продемонстрировал на практике, что он готов «потушить… искры» народной войны вместе с США; например, когда советские представители в ООН голосовали вместе с США за отправку отрядов ООН в Конго — тех отрядов, которые утопили в крови антиимпериалистическую борьбу конголезского народа под руководством Лумумбы.

Но наиболее печально известный пример на настоящее время в ряду преступлений США и социал-империализма против народов — их сговор против народа Палестины и других арабских народов.

Империалистические великие державы боятся национальной революции в арабском регионе и стремятся задушить её. США и Советский Союз разработали пресловутую резолюцию Совета Безопасности ООН от 22 ноября 1967 г., которая якобы служит «восстановлению мира и созданию нормальной обстановки на Ближнем Востоке» 111. ООН принял при этом сформулированный Великобританией проект резолюции. До настоящего дня социал-империалисты не прекратили при каждой возможности выставлять эту резолюцию как подлинный шаг к миру. Что она предусматривает? Она предусматривает вывод израильских сил с территорий, занятых в 1967 г., но, с другой стороны, легализует оккупацию других частей Палестины, осуществлённую Израилем начиная с 1948 г. Дословно, резолюция провозглашает

«Прекращение всех объявлений войны и всех состояний войны, уважение и признание суверенитета, территориальной целостности и политической независимости всех государств региона и их права жить мирно в безопасных и признанных границах, свободно от угроз и насильственных действий» 112.

Арабские страны, как ожидается, призна́ют занятие Израилем большей части Палестины и прекратят поддержку Палестинской революции. Продолжением резолюции Совета безопасности был «План Роджерса», изложенный в письме госсекретаря США египетскому правительству в июле 1970 г. Он предусматривает перемирие на Ближнем Востоке и переговоры с участием посредников между арабскими государствами и Израилем для выполнения резолюции Совета безопасности. Египет и Иордания приняли План Роджерса. Все палестинские организации и несколько арабских государств отклонили план и резолюцию. В заявлении от 25 июля 1970 г. Центральный комитет Организации освобождения Палестины заявил:

«Введение в действие резолюции Совета безопасности для получения признания Израиля через переговоры означает, что арабская сторона отбрасывает своё обязательство не вести переговоров с Израилем. Это означает отбросить раз и навсегда право арабского народа Палестины жить на своей Палестинской Родине…

Что касается перемирия, то оно означает запрещение действий наших боевых бригад, что ведёт к конфликту с палестинским движением сопротивления. Очевидно, что план США является по существу крайне злонамеренным, так как пытается подорвать арабскую солидарность и расколоть изнутри арабский фронт. Более того, он направлен на подавление и уничтожение арабского освободительного движения и, в особенности, палестинского движения сопротивления. Центральный комитет Организации освобождения Палестины говорит от имени палестинского народа, выражает цели его борьбы и объявляет, что палестинский народ отвергает резолюцию Совета безопасности и все формы и концепции, предназначенные для осуществления этой резолюции, включая План Роджерса. Центральный комитет объявляет далее, что никакая арабская или иностранная партия не имеет права отрицать существование палестинского народа, уступать его Родину сионистам и империалистам для полного и окончательного уничтожения палестинского народа и его Родины. Палестинский народ, который освободит Родину силой, вернётся туда и осуществит свое право на самоопределение, он никогда не сложит оружия. Он продолжит вооружённую борьбу и никогда не пойдёт на перемирие, пока не добьётся полного освобождения».

Какую же позицию заняли социал-империалисты, одни из инициаторов резолюции Совета безопасности? Вот что они написали в «Правде»:

«В связи с такой реакцией некоторых арабских стран на инициативу ОАР в отношении политического урегулирования ближневосточного кризиса вызывает удивление позиция, занятая руководством иракской партии Баас 113… В Багдаде… совершенно неожиданно заговорили о том, что „предпринимаются попытки окончательно ликвидировать палестинский вопрос“» 114.

С помощью типичного ревизионистского метода дымовой завесы «Правда» пытается создать впечатление, что План Роджерса исходит не от США, а от Египта. Это выражается в формулировке: «реакция… арабских стран… на инициативу ОАР». Далее они пытаются создать впечатление, что Ирак, с которым социал-империалисты в то время были в конфликте,— единственная отклонившая план арабская страна. Ни слова не сказано о палестинцах. Однако совершенно ясно, что собирается сказать «Правда». Тремя днями позже центральный орган Организации освобождения Палестины «Фатх» ответил:

«„Правда“ берёт на себя смелость произвольно критиковать тех, кто отверг План Роджерса, обвиняя их в том, что они заняли негативные позиции… Палестинские дела — наши собственные дела. Никто посторонний не имеет права вмешиваться. Если кто-то желает занять интернационалистическую точку зрения, он должен или поддержать нас или держать рот закрытым. В противном случае следует рассчитывать на ответ, если стучишь в дверь».

Та же газета очень правильно указала:

«Странно, что Совет Безопасности и эти четыре державы никогда не были едины ни в чём, кроме проблемы палестинского народа. Почему? Является ли дело нашей страны такой угрозой всем им, или они все заинтересованы в ликвидации палестинского дела?

Возможно, эти великие державы хотят играть роль опекунов, которые могут перераспределять сферы влияния во всём мире, как пожелают, расходясь только в том, кому должна принадлежать та или иная часть Земли, в то время как между собой они твёрдо придерживаются „соглашения господ“, чтобы запугать малые нации своим материально-техническим превосходством. Возможно, борьба за полное освобождение от всякого иностранного влияния рассердила великие державы и заставила их показать свои мускулы, чтобы запугать народы наших стран и общественное мнение, и заставить нас подчиниться им, чтобы наши народы поступились высшими национальными интересами» 115.

События следующих недель доказали правильность палестинской оценки Плана Роджерса и разоблачили неискренность мирных речей сверхдержав. В сентябре 1970 г. империализм США склонил свою марионетку, короля Иордании устроить резню палестинских партизан и гражданского населения в лагерях беженцев.

Уничтожение палестинского сопротивления было необходимой предпосылкой осуществления резолюции Совета безопасности. Социал-империалисты не сказали ни слова протеста против массового убийства палестинцев. Типичным для их позиции было заявление в «Известиях»:

«Поступающие из Иордании сообщения свидетельствуют о резком осложнении там внутренней обстановки…

Кровопролитие в Иордании отвечает интересам покровителей израильской агрессии в США. Ясно, что от продолжения братоубийственной резни в Иордании не может выиграть ни одна из сторон — ни иорданские власти, ни палестинские организации, ни какая-либо арабская страна. Затягивание междоусобицы в Иордании нанесло бы ущерб всему делу национально-освободительной борьбы на Арабском Востоке» 116.

Ни одно заявление в советской прессе не называет ответственными за столкновения иорданских реакционеров или империалистов США. Ни в одном заявлении не проводилась связь между изобретённым сверхдержавами «мирным решением» и зверским подавлением палестинцев. Ни одна газета не сообщила о поистине героическом сопротивлении палестинцев в городах, деревнях и лагерях беженцев Иордании. Можно прочитать только о «напряжённой ситуации» и «трагической братоубийственной резне». 2 октября 1970 г. в выступлении по случаю 50‑й годовщины Азербайджанской ССР Брежнев сказал:

«К сожалению, вспыхнувшие недавно в Иордании кровопролитные столкновения между правительственными войсками и вооружёнными отрядами палестинских организаций также нанесли немалый ущерб общему делу арабских народов, в том числе палестинских арабов. Поистине трагична эта братоубийственная борьба…

По нашему глубокому убеждению, на Ближнем Востоке сегодня главная задача всех свободолюбивых и миролюбивых сил состоит в том, чтобы добиться политическими средствами мирного урегулирования, ликвидировать последствия агрессии Израиля и вернуть всем народам этого района мир и спокойствие на прочной, долговременной основе» 117.

Другими словами, теперь, когда палестинское дело ослаблено,— лучшее время для уступок за счёт народов. «Правда» пала столь низко, что заговорила о «миролюбивой позиции ОАР и Иордании» 118. Когда Сирия и Ирак послали отряды в Иорданию, чтобы поддержать палестинцев, социал-империалисты убедили эти страны отвести их. Не будет преувеличением сказать, что социал-империалисты в значительной мере ответственны за смерти тысяч лучших сынов Палестины, за серьёзный откат освободительной борьбы арабов в 1970 г.

После изгнания советских военных советников из Египта 18 июля 1972 г. египетский президент Садат и египетская пресса неоднократно указывали, что социал-империалисты злоупотребили доверием египетских лидеров и отказались поставить обещанные наступательные вооружения. Теперь ясно, что обещание заставить Израиль вернуть египетские территории было только приманкой, используемой обеими сверхдержавами, чтобы навязать Египту План Роджерса, расколоть арабский антиизраильский фронт и устранить палестинцев, и связать Египет с Советским Союзом экономически и политически под предлогом «военной помощи». Годами советские лидеры пытались обмануть Египет «дипломатическими усилиями» по достижению «мирного решения». Сложилась ситуация «ни войны, ни мира», что серьёзно подорвало мораль армии и населения Египта.

Контрреволюционное сотрудничество двух сверхдержав особенно чётко проявилось в ближневосточной проблеме. Но та же основная линия может быть продемонстрирована на примере отношения социал-империалистов ко всем другим освободительным движениям.

Естественно, они не смеют занять такую открытую позицию против борьбы вьетнамского народа за свободу, так как даже социал-демократы в некоторых странах (например, в Швеции) объявили о своей «солидарности» с Вьетнамом. Всё же это не останавливает социал-империалистов от нападок на вьетнамскую революцию и предложений дурных компромиссов. И в этом случае они громко ратуют за «мирное решение». Они всё время пытаются вдолбить вьетнамцам, что «единственный путь решения проблем Индокитая — это путь переговоров без попыток шантажа и диктата», как было сказано в заявлении ТАСС от 16 апреля 1972 г. 119 Т. е. социал-империалисты утверждают, что народы Индокитая не могут завоевать свою независимость вооружённой борьбой, а должны ждать, пока империалисты США не расщедрятся на серьёзные переговоры. Вьетнамский народ готов вести переговоры по мирному решению вьетнамского вопроса, но это — не «единственный путь». Если империалисты США не призна́ют своего поражения и не уйдут из Вьетнама по доброй воле, то вьетнамские патриоты готовы продолжать народную войну, пока враг не будет полностью разбит. Вовсе не было случайным совпадением, что ТАСС выпустило своё заявление в то время, когда Южновьетнамский освободительный фронт начал новое грандиозное наступление. Мысли социал-империалистов относительно этого наступления были высказаны известным советским журналистом Виктором Луисом в статье, предназначенной только для иностранной аудитории:

«Визит Председателя Подгорного 120 в Ханой имеет своей целью положить конец военным действиям на всех фронтах в Индокитае, чтобы можно было достичь прогресса в переговорах. Московские эксперты полагают, что, если северные и южные вьетнамцы останутся на нынешних позициях, может последовать период разрядки, который сделает возможным проведение в Южном Вьетнаме народного референдума или новых выборов… Точка зрения китайцев, однако, всё ещё неясна, как и тех из северовьетнамских лидеров, которые придерживаются прокитайской ориентации. Теперь, когда они не смогли помешать американо-советской встрече 121, развернув новое наступление на Юге, северные вьетнамцы, как видится в Москве, попытаются нейтрализовать визит Председателя Подгорного» 122.

В своём «Мирном предложении из семи пунктов» Временное революционное правительство Южного Вьетнама ясно указало, что перемирие в Южном Вьетнаме может быть установлено только когда «все стороны договорятся о выводе из Южного Вьетнама всех сил Соединённых Штатов и других иностранных государств лагеря США». То же относится к выборам. И всё же Подгорный пытался сбить вьетнамцев с их правильной точки зрения и заставить их отказаться от борьбы ещё до вывода штатовских агрессоров.

Контрреволюционная роль социал-империалистов в индокитайском вопросе проявляется прежде всего в их отношении к Камбодже. После исторического саммита трёх индокитайских народов в мае 1970 г., народы и освободительные армии Вьетнама, Камбоджи и Лаоса формируют нерушимый единый фронт и тщательно координируют свои политические и военные планы. Королевское Камбоджийское Правительство национального единства, сформированное главой государства Самдехом Нородомом Сиануком после инспирированного ЦРУ путча, управляет 85 % территории с более чем пятью седьмыми населения Камбоджи. Большинство министров этого правительства находится в освобождённых областях Камбоджи. Никто не может назвать их «правительством в изгнании». Многие страны, в т. ч. Китай, Албания, Корея, Румыния, Куба и, конечно, Демократическая Республика Вьетнам и Временное революционное правительство Южного Вьетнама, признали правительство Сианука как единственное законное правительство.

Между тем, известно, что советские лидеры разорвали дипломатические отношения с Сиануком после путча в марте 1970 г. и признали клику путчистов в Пномпене «правительством Камбоджи». До сего дня они не обеспечили вообще никакой политической поддержки законному правительству Камбоджи. Это бьёт не только по борющемуся народу Камбоджи, но также и по народам Вьетнама и Лаоса. В то же время это — неприкрытый саботаж против единого фронта трёх народов Индокитая. С другой стороны, это моральное поощрение путчистской клики, единодушно отвергнутой камбоджийским народом. Тем временем, социал-империалисты пытаются даже договориться о «политическом решении» с кликой Лон Нола через головы камбоджийского народа и его законного правительства. Как сообщает известный австралийский журналист Уилфред Берчетт 123, советские лидеры и клика Лон Нола пытаются расколоть Национальный Единый Фронт и собрать «третью силу» и даже мнимую коммунистическую партию. Этот план с возмущением осудили камбоджийские коммунисты, которые, естественно, борются на передовой линии Национального Единого Фронта. Глава государства Сианук говорил Берчетту:

«Лон Нол очень рад, что русские на его стороне. Третья сила, „коммунистическая партия“, предназначена, чтобы придать правдоподобия его лозунгам „демократии“ и „нейтралитета“… Настоящие коммунисты Камбоджи относятся к храбрейшим бойцам нашего Национального Единого Фронта».

Почему в Камбодже не может быть никакой «третьей силы», объяснил Иенг Сари 124, один из лидеров «внутренней секции» Национального Единого Фронта (НЕФК), борющейся внутри Камбоджи, в интервью «Ле монд»:

«Особенность нашей войны на текущей стадии — устойчивое единство всех патриотических сил нации в пределах НЕФК. Никогда не было национального фронта, объединившего столь широкие силы, начиная с бывшего короля, законного главы государства, вдохновлённого великим патриотизмом и решительным стремлением к победе, и заканчивая беднейшим крестьянином; также в нём есть члены королевской семьи, национальная буржуазия, мелкая буржуазия, рабочие, интеллигенты, буддийские монахи и т. д. Этот фронт и его правительство олицетворяют законность, легитимность и преемственность государства. Единство внутренней и внешней секций НЕФК прочно… Широкое единство, сложившееся в НЕФК, объясняет, почему не может быть никакой третьей силы между нами, с одной стороны, и предателями и их хозяевами, империалистическими агрессорами США, с другой стороны» 125.

Иенг Сари также выразил сожаление, что «некоторые страны, не связанные с США», всё ещё не признали законное правительство, и сказал далее:

«Мы надеемся, что эти правительства не откажут нам в поддержке, как только убедятся в неизбежности нашей победы и в нашем категорическом отказе от всякого компромисса с кликой предателей. Любое стремление и любая попытка навязать народу Камбожди какое-либо компромиссное решение — есть только иллюзия. Это может только поощрить империалистов и их лакеев».

Благодаря единству в НЕФК, единству между борцами за свободу и народом, единству между Камбоджей, Вьетнамом и Лаосом, и поддержке со стороны Китая, Кореи и всех прогрессивных сил мира, камбоджийский народ в ближайшем будущем одержит победу. Почему советские лидеры идут против течения? Почему они пытаются подорвать победоносное единство борьбы трёх народов Индокитая? Исключительно потому, что из практических соображений хотят предотвратить победу народной революции в Южном Вьетнаме, Камбодже и Лаосе. Самдех Сианук, наверное, не ошибался, говоря в интервью «Фар истерн экономик ревью»:

«Советскому Союзу было бы трудно отказаться от поддержки Северного Вьетнама, социалистической страны. Но я видел то, что они поставляют Северному Вьетнаму: самолёты, ракеты, радарное оборудование — всё устаревшее. Русские не дали Ханою и четверти того, что предоставили Египту. Почему? Потому, что русские не хотят, чтобы Ханой победил. Они дают лишь совершенно необходимое, чтобы вьетнамцы не проиграли войну, но недостаточно, чтобы выиграть её, хотя возможности у них есть. Я думаю, что русские не хотят, чтобы азиатские народы стали слишком сильными. Я боюсь, что штатовцы и русские страдают от одного и того же расизма. У них один комплекс относительно „жёлтой угрозы“, которую они видят в Китае» 126.

Следующий за Индокитаем и Палестиной третий очаг вооружённой борьбы против империализма находится в Африке. Народы Анголы, Мозамбика и Гвинеи-Бисау ведут народные войны против португальского колониализма, поддерживаемого США и ФРГ. Там социал-империалисты также трубят о своей мнимой поддержке народной борьбы. Но в этой «поддержке» они пока не дошли даже до разрыва экономических отношений с португальскими колониалистами. Более того, они даже не отказались от оружейных сделок с ними. «Португаль-репорт», издаваемый португальским посольством в Бонне, писал:

«На основе торгового договора, заключённого недавно между ЧССР и Португалией, чешские грузовики поставляются в Мозамбик для транспортировки тяжёлых грузов на участке строительства [дамбы Кабора Басса]. Это вездеходные грузовики „Татра“, специально предназначенные для военных целей и используемые всеми странами Восточного блока. Само собой разумеется, что в Мозамбике будет использоваться гражданская версия» 127.

Это само собой разумеется! Даже если о «гражданской версии» сказана правда, это уже было бы достаточно плохо. Прогрессивные силы в ФРГ уже давно протестуют против участия западногерманских фирм в проекте Кабора Басса, цель которого состоит в том, чтобы укрепить колониальное господство в Мозамбике.

Представитель Народного Движения за Освобождение Анголы (МПЛА) в Северной Европе и Скандинавии Антонио Альберто Нето рассказал 7 февраля 1972 г. в ходе общественной дискуссии в Тубингене (Германия), как официальные представители министерства иностранных дел Польши признали при его визите в Польшу, что Польша продала Португалии четыре полностью оборудованных транспортных судна для использования в Анголе и Мозамбике. Эти суда, несущие на борту оружие и военный персонал, были заказаны в 1968—1969 гг. и поставлены в 1970—1971 гг. Советский Союз также снабдил Португалию судами, построенными в Одессе в 1971 г. Альберто Нето сказал далее, что Советский Союз поддерживал экономические контакты с Родезией, несмотря на постановление ООН о бойкоте. Чехословакия также поставляла оружие Португалии вплоть до 1961 г. Нето подчеркнул, что народы в португальских колониях были против любых контактов с Португалией, так как они позволяют Португалии разорвать свою изоляцию.

Можно вспомнить об Индонезии, где социал-империалисты даже не притворяются, что поддерживают вооружённую борьбу во главе с Коммунистической партией Индонезии. Во всей советской пропаганде нет никакого упоминания об этой борьбе. Вместо этого колонки советских журналов открыты горстке ренегатов из КПИ, сидящих где-то в Восточной Европе и порочащих КП Индонезии и её марксистско-ленинскую линию. Даже более того, социал-империалисты поставляют оружие и самолеты фашистскому военному режиму Индонезии, который использует их против руководимой коммунистами освободительной борьбы. Также стало известно, что советские офицеры работают инструкторами и советниками в фашистских вооружённых силах Индонезии.

Есть много других примеров. Но приведённых должно быть достаточно, чтобы проследить главную линию социал-империалистической политики в отношении угнетённых народов. Социал-империалисты — враги народов, борющихся за национальное и социальное освобождение. Везде, где они «поддерживают» освободительное движение или предлагают свою «поддержку», они пытаются шантажировать это освободительное движение, сбивать его с пути, удерживать его от вооружённой борьбы, и обманом навязывать дурные компромиссы. Нередко их намерения состоят в том, чтобы использовать освободительное движение как пешку в своих политических интригах. Но как только оно становится бесполезно как средство давления на империалистических конкурентов и грозит помешать империалистическим планам, социал-империалисты наносят этому движению удар в спину.

С каждым днём народы угнетённых стран всё более ясно видят, кто их настоящие друзья, а кто — ложные. Их не вводят в заблуждение маневры социал-империалистов, и они не позволяют себя шантажировать.

Борьба социал-империалистов против социалистического Китая

Китайская Народная Республика является сегодня наиболее надёжным оплотом всемирной борьбы против империализма. Великие успехи китайского народа в социалистическом строительстве, в укреплении диктатуры пролетариата и в предотвращении реставрации капитализма пробуждают энтузиазм революционных народных масс во всех частях света и свидетельствуют о превосходстве социалистического общества. Китайский народ приносит большие жертвы, чтобы поддержать борьбу пролетариата и угнетённых народов всеми доступными экономическими и политическими средствами.

Рост значения Китая в мировом коммунистическом движении и его влияния на национально-освободительную борьбу волнует и пугает всех империалистов, ревизионистов и реакционеров. Империалисты развязывают кампании ненависти и очернительства, чтобы изолировать Китай, и угрожают ему войной. Сначала Китаю угрожал, главным образом, империализм США с острова Тайвань и в Корейской войне. Затем к фронту против Китая присоединились и социал-империалисты. Они сформировали контрреволюционный, антикитайский и антикоммунистический Святой Союз против Китая вместе с империалистами США и другими реакционерами вроде индийского правительства.

Китайские коммунисты и их Председатель Мао Цзэдун скоро разоблачили антиленинские тезисы ⅩⅩ съезда КПСС и сразу же выступили против них. Стремясь к единству, они долго воздерживались от публичной критики ревизионизма Хрущёва. Но в многочисленных дискуссиях с советскими лидерами они ясно дали понять, что не согласны с осуждением Сталина, «мирным переходом» и другими тезисами Хрущёва. Наконец, в многочисленных статьях они открыто выступили в защиту марксистско-ленинского учения.

Эта принципиальная позиция китайских коммунистов разгневала Хрущёва и его приспешников. С конца 1950‑х они начали публично порочить политику Китая. Уже в 1958 г., например, Хрущёв и другие ревизионисты открыто атаковали китайскую сельскохозяйственную политику. В 1960 г. советские ревизионисты односторонне аннулировали китайско-советские экономические соглашения и неожиданно отозвали из Китая всех советских специалистов и советников. Это было попыткой подорвать китайское хозяйство. В том же году они организовали первые провокации на китайско-советской границе. В начале 1960‑х советские лидеры открыто поддержали экспансионистскую политику Индии против Китая, когда реакционное индийское правительство разжигало войну.

Открытая полемика, которую китайские коммунисты вели против советских ревизионистов с середины 1963 г., была абсолютно необходимой и чрезвычайно важной поддержкой марксистов-ленинцев во всех странах. Программные статьи Коммунистической партии Китая доказали, что революционное марксистско-ленинское учение ни в коем случае не устарело, что коммунизм жив и движется вперёд, несмотря на предательство Хрущёва, Брежнева и Ко. Эта полемика привела к новому подъёму международного коммунистического движения, ослабленного посеянным Хрущёвым раздором.

По контрасту, ложь, с которой советские лидеры выступили в крестовый поход против Китая, является декларацией ревизионистского банкротства. Ревизионистские писаки, без устали толкующие о «реалистических» и «разумных» кругах в империалистических странах, теряют самообладание и идут на любые уловки, когда говорят о Китае. Они заявляют, например: Китай — против мирного сосуществования; Китай хочет разжечь войну против капиталистических стран и экспортировать революцию; Китай работает на мировую войну; Китай выдвигает к Советскому Союзу территориальные претензии и т. д.

Нас не интересуют страшные истории о жизни в Китае, которые советская пресса повторяет за министерством информации чанкайшистской клики или подбирает с колонок жёлтой прессы Гонконга: бесчисленные голодовки, бунты, общественные казни, сжигание книг, массовое переселение национальных меньшинств, повальные самоубийства среди интеллигентов, интриги партийных лидеров и т. д. (это всё примеры сообщений, издаваемых в последние годы в советской прессе).

Но социал-империалисты не ограничиваются антикоммунистическими кампаниями в прессе. Точно так же, как империалисты США, они раздувают истерию для подготовки войны против Китая.

Факт, что социал-империалисты накапливают отряды и концентрируют ракетные стартовые площадки по советско-китайской границе и границе между Китаем и Монгольской Народной Республикой. Западные разведывательные службы, способные со спутников-шпионов точно отследить передвижения советских отрядов, объявили, что у социал-империалистов уже больше сил размещено в Азии, чем в Европе. Это, конечно, плод «мирной политики» социал-империалистов в Европе. Они хотят прикрыть себя в Европе «системой коллективной безопасности», чтобы иметь руки свободными для войны против Китая, точно так же, как империалисты США высказываются в пользу «разрядки» в Европе, чтобы освободить военные силы и использовать их для своей военной политики в Азии.

Эти факты ясно показывают, что социал-империалисты направляют свою военную мощь главным образом не против империализма США, западногерманского реваншизма и агрессивной НАТО, как они всегда заявляют, а прежде всего против социалистического Китая. Советские военные базы в Советском Союзе и Монгольской Народной Республике вместе с базами США в Южной Корее, Японии, в китайской провинции Tайвань и на Филиппинах, плюс армии США, проводящие агрессию во Вьетнаме, Камбодже, Лаосе и Таиланде, и отряды индийских экспансионистов формируют враждебное кольцо вокруг Китая и других социалистических стран Азии.

Социал-империалисты всеми средствами пытаются отрезать Китай от внешнего мира. Если другие страны не будут иметь никаких экономических или политических контактов с Китаем, они скорее пожелают принять участие в военных действиях против Китая или допустить такие действия. В связи с вопросом о советско-японской границе близкая к японскому правительству газета «Джапэн таймз» написала:

«Советский Союз проводит „дипломатию улыбок“ в отношении Японии, чтобы предотвратить сближение Японии и Китая… СССР предложил, чтобы Япония и Советский Союз начали переговоры о мирном договоре в течение года. Конечно, прежде чем будет возможен мирный договор между этими двумя странами, должны быть улажены спорные вопросы по территориальной проблеме. Советский Союз говорит теперь: „Наше отношение к территориальным вопросам зависит от отношения Японии к Китаю“. В то же время они намекают, что для Японии было бы лучше подождать ещё пять лет до возобновления дипломатических отношений с Китаем, так как в этой стране произойдут внутренние изменения» 128.

Последнее предложение можно понять только так, что социал-империалисты надеются привести к власти в Китае ревизионистскую клику через вооружённое вмешательство или интриги своих агентов внутри Китая. Но японское правительство не полагалось на мечтания социал-империалистов, а вместо этого без колебаний заключили дипломатические отношения с Китайской Народной Республикой.

Подобная история с США. Всего несколько лет назад социал-империалисты демагогически требовали, чтобы США вывели свои отряды из Tайваня и признали Китай. Однако теперь, когда международная и внутренняя ситуация, чрезвычайно трудная для империалистов США, вынудила их сделать по меньшей мере подобие некоторых уступок Китаю, вообще признать существование Народного Китая официально, ревизионисты внезапно отказались от этих требований. Злонамеренные сплетни социал-империалистов и их попугаев, особенно ГКП, по поводу визита Никсона в Китай всё ещё свежи в памяти. Вся эта травля доказывает, что социал-империалисты не заинтересованы в разрядке отношений в Азии, но, напротив, хотят вызвать напряжённые отношения, чтобы обострить угрозу Китаю и суметь укрепить своё антикитайское сотрудничество с империализмом США.

Мы уже говорили о военном сотрудничестве между Советским Союзом и Индией, выражение которого — упомянутый договор о взаимопомощи. Этот договор был подписан незадолго до нападения Индии на Пакистан в 1971 г. Это сотрудничество основано, с одной стороны, на экономических интересах социал-империализма, но в то же время, оно, очевидно, является также военным союзом против Китая. Как известно, индийские реакционеры предъявляют совершенно необоснованные территориальные претензии к Китаю. Они нападали на Китай в 1959 и 1962 гг., но получили жёсткий отпор. С тех пор Индия придерживается враждебного отношения и срывает все усилия китайского правительства мирно решить пограничный вопрос. Ещё до первого набега на Китай индийское правительство подстрекало горстку реакционных лам в Тибете воспрепятствовать отмене феодальной системы, организовав мятеж.

События на Индопакистанском субконтиненте — хороший пример того, как приготовления империалистов к войне против социалистических стран неразрывно связаны с их борьбой за передел мира.

Под предлогом установления «системы коллективной безопасности» в Азии Брежнев пытается объединить все антикитайские и антикоммунистические силы Азии в союзе, враждебном Китаю. Но успехи его невелики. Он даже не боится завязывать контакты с, вероятно, наихудшим врагом китайского народа — кликой Чан Кайши. Как сообщается в «Фар истерн экономик ревью» 129, советский агент и журналист Виктор Луис прибыл на Tайвань в 1968 г. для секретных переговоров с сыном и назначенным преемником Чан Кайши, Цзян Цзинго, и другими главарями чанкайшистской банды. С тех пор имели место переговоры и контакты между представителями социал-империализма и чанкайшистской клики.

Но социал-империалисты не ограничиваются военными приготовлениями и сколачиванием военных союзов. Они давно перешли к открытым военным провокациям. Наиболее серьёзные вооружённые столкновения до настоящего времени имели место в 1969 г. на северо-восточной границе Китая. 2 марта 1969 г. советские отряды вторглись на китайский остров Чжэньбао на реке Уссури и убили многих китайских пограничников. В последующие недели и месяцы они усилили свои провокации.

Социал-империалистические агрессоры обратились ко всем видам клеветы, чтобы скрыть факт, что агрессорами были они, и переложить вину на Китай.

Конечно, весь мир знает, что Китайская Народная Республика никогда не вторгалась ни в одну иностранную страну с момента своего провозглашения, и никогда не захватывала ни клочка иностранной земли. Китайские отряды не размещаются ни в одной стране мира, кроме самого Китая. Китай уладил пограничные проблемы мирными средствами со всеми соседями, кроме Советского Союза и Индии. Китай стремится к политике мирного сосуществования со всеми странами мира и в высшей степени заботится об уважении к суверенитету всех стран. Все ревизионисты, кричащие об «агрессивной» и «шовинистической» политике Китая, не могут изменить эти бесспорные факты.

Социал-империалисты, напротив, заняли целый ряд стран и разместили множество своих баз во всех частях мира. Только за несколько месяцев до начала столкновений на реках Уссури и Амур советские оккупационные силы прошли по Чехословакии на глазах у всего мира. Едва ли существует страна, на которую социал-империалисты не оказывали давления, и такая, в чьи внутренние дела они бы не вмешались.

Здесь мы не можем вдаваться в детали китайско-советского пограничного вопроса. Его суть в том, что, хотя существующая китайско-советская граница является результатом царской агрессии и основана на неравных соглашениях, к которым царизм вынудил полуколониальный Китай, китайское правительство готово принять эти соглашения за основу окончательной линии границы и не требует возвращения территорий, захваченных царизмом. Советское правительство, однако, пытается захватить ещё больше китайской земли, чем цари. Они предательски ставят под вопрос китайские границы и таким образом создают для себя историческое «оправдание» будущей агрессии против Китая.

Социалистическим странам не нужна война. Китай никому не угрожает и никогда первым не нападёт ни на какую страну. Китаю нужен мир для ускорения социалистического строительства, поскольку это в настоящее время — наиболее ценный вклад в мировую революцию, который может сделать китайский народ.

Империалистам, с другой стороны, нужна война. Это закон империализма. Они должны постоянно расширять сферы своего экономического и политического влияния, чтобы получить максимальную прибыль. Они нуждаются в милитаризме и шовинизме, чтобы подавлять рабочий класс в своей стране. Наконец, в конце концов, империалистические хищники стремятся уничтожить социализм.

Сегодня главное противоречие в мире — между социал-империализмом и социалистическим Китаем. Приготовления социал-империалистов к войне на китайской границе всё усиливаются. Но это не означает, что противоречия с другими империалистическими странами в Европе и США также не усиливаются. Для социал-империалистического Советского Союза сегодня верно то, что Мао Цзэдун говорил в беседе с Анной Луизой Стронг в 1946 г. об агрессивной политике империализма США в отношении тогда ещё социалистического Советского Союза:

«Пропаганду войны против Советского Союза следует рассматривать с двух сторон. С одной стороны, американский империализм действительно готовит войну против Советского Союза, и ведущаяся сейчас пропаганда войны против Советского Союза и прочая антисоветская пропаганда являются политической подготовкой к такой войне. С другой стороны, эта пропаганда является дымовой завесой, создаваемой американскими реакционерами для того, чтобы скрыть многочисленные реально существующие противоречия, с которыми теперь американский империализм непосредственно сталкивается. Это — противоречия между американской реакцией и американским народом, а также противоречия между американским империализмом и другими капиталистическими странами, между американским империализмом и колониальными и полуколониальными странами. В настоящее время практическое значение призывов США к войне против Советского Союза состоит в том, чтобы подавить американский народ и расширить агрессивные силы США в капиталистическом мире» 130.

Эти слова также удовлетворительно описывают нынешнюю мировую ситуацию и ясно обнаруживают двойственный характер антикитайской политики империализма США и социал-империализма. С одной стороны, они действительно готовятся к войне против Китая. С другой стороны, они используют антикоммунистические происки для угнетения своих собственных народов и народов мира.

Борьба против антикитайских интриг сверхдержав поэтому неразделимо связана с борьбой американского народа, советского народа и народов всего мира против господства империализма. Революционные массы Советского Союза, хранящие добрую память о Ленине и Сталине, не будут, конечно, праздно наблюдать, как Брежнев и Ко развязывают войну против Китая. Планы империалистов будут побеждены не только сопротивлением китайского народа, но и борьбой всех народов.

Идеологическая интеграция социал-империализма в мировую империалистическую систему

Теория конвергенции: буржуазный идеологический туман для прикрытия реставрации капитализма

Провал контрреволюционного путча в Венгрии в 1956 г. показал империалистам, что социализм не уничтожить таким способом. Но империалисты не смогли предвидеть, что 1956 г. стал отправной точкой реставрации капитализма в Советском Союзе изнутри. Эта реставрация капитализма нового типа прошла через два этапа. Вначале нужно было сменить надстройку социалистического общества (ревизия марксизма-ленинизма и отмена диктатуры пролетариата). Затем пошло изменение экономического базиса, преобразование социалистической экономики в капиталистическую.

Сенсационные события в Советском Союзе побудили империализм изменить свою политическую стратегию и тактику в отношении Советского Союза и других ревизионистских стран. Политика «холодной войны» сменилась политикой «разрядки». Буржуазные идеологи изобрели новые теории, приняв во внимание эти события.

Поэтому было не случайным, что такая теория, теория конвергенции, появилась около 1960 г., когда развитие нового капитализма в Советском Союзе становилось всё более очевидным для буржуазных идеологов. Мы не хотим разбираться здесь с различными взглядами теоретиков конвергенции. В основном, они все приходят к одному и тому же.

Конвергенция — это сближение. Конвергенция капиталистических и социалистических общественных систем означает сближение этих двух систем и, в конечном счёте, их слияние в третью, новую систему, так же, как смешивание красного и белого цветов даёт розовый.

Теория конвергенции развивает следующую идею: необходимо исходить из новой индустриальной революции (автоматизация, электронные системы управления и т. п.), вызывающей далеко идущие перемены во всех развитых капиталистических и социалистических индустриальных странах и, соответственно, постепенно уничтожающей различия между этими двумя системами и позволяющей им слиться в одно индустриальное общество. Технические руководители командуют промышленным аппаратом. Управление ими всем процессом производства исключает собственников капитала из производства. Таким образом, капиталисты при капиталистическом способе производства и общество при социализме станут ненужными в качестве владельцев капитала. Обе системы теряют свои характерные черты и встречаются посередине, обменявшись положительными аспектами обеих систем и объединившись в «третью систему». Вот вкратце основные особенности теории конвергенции. Вообще говоря, можно различить два основных варианта теории конвергенции: мелкобуржуазный и империалистический.

  • Мелкобуржуазный вариант теории конвергенции происходит от желания мелкого буржуа защитить своё существование. Экзистенциальный страх перед государственно-монополистическим капитализмом, с одной стороны и, одновременно, отказ от социалистической системы, с другой, ставят мелкого буржуа перед неразрешимым противоречием. Маркс писал Анненкову в 1846 г.:

    «Мелкий буржуа в развитом обществе, в силу самого своего положения, с одной стороны, делается социалистом, а с другой — экономистом, то есть он ослеплён великолепием крупной буржуазии и сочувствует страданиям народа» 131.

    Несмотря на всю критику государственно-монополистического капитализма, мелкий буржуа хочет сохранить буржуазную общественную систему. Не признавая социалистическое общество, он хотел бы потребовать для себя определённых, привлекательных для него моментов социализма. Его идеи о социализме исходят из его противоречивого положения:

    «[Мелкобуржуазный] социализм прекрасно умел подметить противоречия в современных производственных отношениях. Он разоблачил лицемерную апологетику экономистов. Он неопровержимо доказал разрушительное действие машинного производства и разделения труда, концентрацию капиталов и землевладения, перепроизводство, кризисы, неизбежную гибель мелких буржуа и крестьян, нищету пролетариата, анархию производства, вопиющее неравенство в распределении богатства, истребительную промышленную войну наций между собой, разложение старых нравов, старых семейных отношений и старых национальностей.

    Но по своему положительному содержанию этот социализм стремится или восстановить старые средства производства и обмена, а вместе с ними старые отношения собственности и старое общество, или — вновь насильственно втиснуть современные средства производства и обмена в рамки старых отношений собственности, отношений, которые были уже ими взорваны и необходимо должны были быть взорваны. В обоих случаях он одновременно и реакционен и утопичен» 132.

    Мелкий буржуа полагает, что он нашёл решение в теории конвергенции. В соответствии с ней капиталистические и социалистические системы сближаются вплоть до объединения в однородное индустриальное общество, которое принимает ряд приемлемых для мелкого буржуа достижений социализма и исправляет определённые особенности монополистического капитализма.

  • Империалистический вариант теории конвергенции начинается с империалистической политики ликвидации социализма. Примитивный антикоммунизм был прежде обычным признаком этой политики: коммунисты — изображённые как жестокие, кровожадные монстры — должны быть уничтожены; социалистическая экономика должна рухнуть, так как управляется некомпетентными людьми; люди при социализме угнетены, их следует освободить. Грандиозный прогресс социализма сделал этот примитивный антикоммунизм плохим орудием, находящимся в противоречии с реальными успехами социализма.

    С момента возникновения Советской власти империализм не прекращал усилий подорвать социализм изнутри и разложить социалистическое общество через распространение буржуазной идеологии. Это идеологическое наступление, однако, оказывало лишь слабое влияние на рабочих и крестьян. Но оно, конечно, способствовало ускорению преобразования бюрократии в новый правящий класс, в буржуазию нового типа. Империалистическая теория конвергенции — одно из средств влияния на реставрацию капитализма в Советском Союзе и ревизионистских странах Восточной Европы, и интегрирования новой капиталистической системы в империалистическую систему. Эта империалистическая политика требует более полного исследования процессов, протекающих в ревизионистских странах, и поиска соответствующих идеологических, политических и экономических средств систематического влияния на них в желательном направлении.

    Империалисты знают, что реставрация капитализма — длительный процесс, и он наиболее эффективен, если скрывается под завесой. «Социализм» вдруг становится приемлемым для капиталистов. Вместо «Советской России» речь идёт о «Союзе Советских Социалистических Республик», вместо «Зоны советской оккупации» — о «Германской Демократической Республике». Чем дальше продвигаются ревизионизм и реставрация капитализма, тем больше это движение выдаётся за «демократический социализм». Мерцающий всеми цветами идеологического спектра туман предназначен, чтобы прикрыть реставрацию капитализма в ревизионистских странах; во-первых, чтобы гарантировать спокойное продвижение реставрации капитализма и его сплетение с капиталистической экономикой Запада, во-вторых, чтобы дискредитировать истинный социализм в глазах рабочего класса и трудящихся империалистических стран. Процесс ликвидации социализма и реставрации капитализма, с его катастрофическим влиянием на экономику и условия труда, с одной стороны, и выгодами привилегированных, с другой, выдаётся империалистической пропагандой за «достижения социализма». Это предназначено, чтобы смутить рабочих в частно-капиталистических странах. Представление этих рабочих о социализме, однако, не соответствует псевдосоциализму, который им подсовывают.

Теория конвергенции предлагается империалистам как идеологический инструмент затуманивания мышления трудящихся масс. Эта теория хитро приспосабливает буржуазную идеологию к изменившейся ситуации. Теория конвергенции изображает развитие человеческого общества как схождение социалистической и капиталистической систем, подобно двум линиям, стремящимся к одной точке, в то время как на самом деле это развитие происходит иначе. Социализм и капитализм противостоят как огонь и вода. Они не могут быть объединены. Один строй исключает другой. Социализм или капитализм — нет ничего третьего. В 1919 г. в «Тезисах и докладе о буржуазной демократии и диктатуре пролетариата» Ленин недвусмысленно заявил:

«…В капиталистическом обществе, при сколько-нибудь серьёзном обострении классовой борьбы, не может быть ничего среднего, кроме диктатуры буржуазии или диктатуры пролетариата. Всякая мечта о чём-либо третьем есть реакционная ламентация 133 мелкого буржуа» 134.

Теория конвергенции поэтому — теория обмана масс, предназначенная, чтобы удержать их от классовой борьбы. Поскольку, если капиталистическая и социалистическая системы автоматически сближаются, почему эксплуатируемые и угнетённые массы должны бороться, чтобы свергнуть капиталистическое господство и установить социализм? Мелкобуржуазный вариант теории конвергенции также сводится к этому. Нет никакой разницы, искренни ли приверженцы мелкобуржуазной теории конвергенции, или они чьи-то агенты. К ним применимо то, что Маркс написал в 1852 г.:

«Своеобразный характер социально-демократической партии выражается в том, что она требует демократическо-республиканских учреждений не для того, чтобы уничтожить обе крайности — капитал и наёмный труд, а для того, чтобы ослабить и превратить в гармонию существующий между ними антагонизм. Какие бы меры ни предлагались для достижения этой цели, какими бы более или менее революционными представлениями она ни приукрашивалась, суть остаётся та же: перестройка общества демократическим путём, но перестройка, остающаяся в рамках мелкобуржуазности. Не следует только впадать в то ограниченное представление, будто мелкая буржуазия принципиально стремится осуществить свои эгоистические классовые интересы. Она верит, напротив, что специальные условия её освобождения суть в то же время те общие условия, при которых только и может быть спасено современное общество и устранена классовая борьба» 135.

Отвергать классовую борьбу значит отказываться от социализма. Таким образом, сторонники мелкобуржуазной теории конвергенции также, сколь бы антиимпериалистичны они ни были, служат интересам государственно-монополистического капитализма. Это характерно для противоречивой позиции мелкой буржуазии между большими классами буржуазии и пролетариата.

«Такой мелкий буржуа обожествляет противоречие, потому что противоречие есть основа его существа. Он сам — не что иное как воплощённое общественное противоречие. Он должен оправдать в теории то, чем он является на практике» 136.

Можно представить, что для ревизионистов было бы неплохо прикрыть реставрацию капитализма в своих странах с помощью теории конвергенции. На самом деле это не так. Напротив, чтобы без проблем провести реставрацию, они должны избегать даже намёков на сближение с западным капитализмом. Ревизионисты вынуждены вместо этого маскироваться социализмом и марксизмом-ленинизмом, чтобы прикрыть изменническую ревизионистскую линию. Они продолжают говорить о построении «социализма» и даже «коммунизма», хотя уже ввели капитализм в новой форме. ГКП заявляет в своих «Тезисах», что основывает «свою работу на теории Маркса, Энгельса и Ленина» — и далее ревизует марксизм-ленинизм. На ⅩⅩⅣ съезде КПСС Брежнев объявил:

«Социалистический общественный строй, прочно утвердившийся в государствах, образующих ныне мировую систему социализма, в историческом противоборстве с капитализмом доказал свою великую жизненную силу» 137.

И это после реставрации капитализма нового типа и разрушения основ социалистического общества. Ревизионисты потерпели неудачу «в историческом противоборстве с капитализмом» и предали социализм. Если бы они открыто признали это предательство, публично объявили об отмене диктатуры пролетариата и назвали реставрацию капитализма своим именем, они были бы, вероятно, сметены. Им нужно было обмануть советский народ, выдав позорное предательство марксизма-ленинизма и социализма за «дальнейшее развитие марксистско-ленинской теории». Теория конвергенции препятствует этому, хотя, как и ревизионистская теория, преследует идеологическую цель обмана масс. По вышеупомянутым причинам ревизионисты высказываются против теории конвергенции, как профессор Хагер, один из наиболее завзятых ревизионистов СЕПГ, на 9‑й пленарной встрече Центрального комитета СЕПГ в октябре 1968 г.:

«Все меры, предпринятые социалистическими странами для проведения научно-технической революции 138, такие как внедрение новых форм и методов планирования и управления, служат продвижению социализма 139, а не, как считают сторонники теории конвергенции, его модификации в процессе сближения с капитализмом. Не может быть никакой комбинации капитализма и социализма. Напротив, расхождение между двумя общественными системами нарастает».

Ревизионисты считают свой метод маскировки реставрации капитализма и обмана масс более эффективным, чем метод империалистических сторонников отвергаемой ими теории конвергенции. Но их мотивы полностью отличаются от мотивов марксистов-ленинцев, которые видят в теории конвергенции империалистическую попытку запутать народ относительно того, что происходит в ревизионистских странах в связи с реставрацией капитализма, с целью содействия этой реставрации и постепенной интеграции неокапиталистических экономик ревизионистских стран в империалистическую систему. Ревизионисты, с другой стороны, боятся, что теория конвергенции привлечёт внимание именно к реставрации капитализма, которая ещё не завершена,— тогда массы смогут распознать предательство социализма и марксизма-ленинизма, что ревизионисты и стремятся предотвратить своим надувательством. Именно поэтому ревизионисты выступают против теории конвергенции, как будто социализм ещё существует в социалистических странах, и как будто они ещё твёрдо придерживаются марксизма-ленинизма. Теория конвергенции как империалистическая хитрость, таким образом, вступает в противоречие с хитростью ревизионистов, хотя обе служат одной цели: затуманить умы масс в интересах капитализма.

Теория эволюции — американская политика продвижения реставрации капитализма и сотрудничества на капиталистической основе

Теория конвергенции — не единственная теория, с которой империализм связывает свою политику продвижения реставрации капитализма в ревизионистских странах и поглощения их империалистической системой. Вторая важная теория — теория эволюции. Хотя обе теории испытали сильное влияние штата планирования Государственного департамента США, теория эволюции, видимо, имеет большее значение для политики США.

Основатель теории эволюции — профессор Бжезински, отвергший теорию конвергенции как процесса трансформации обеих систем, социалистической и капиталистической. Его теория эволюции исходит из преобразования социалистической системы и возможности единства на капиталистической основе. Уже в октябре 1959 г. Джон Ф. Кеннеди указал на возможность такого развития, спросив: «Но если свобода в Восточной Европе должна быть достигнута только мирными переменами, что мы можем сделать, чтобы поощрить это постепенное развитие..?». Бжезински разработал концепцию политики империализма США в Европе для достижения этой поставленной Кеннеди цели. Следовательно, во многих отношениях теория эволюции более интересна, чем теория сходимости.

Профессор Бжезински, директор Научно-исследовательского института по делам коммунизма при Колумбийском университете в Нью-Йорке, был назначен в штат планирования Государственного департамента США летом 1966 г. Во введении к немецкому изданию своей книги «Альтернатива разделу» (Alternative to Partition), приведённом на суперобложке, политическая линия книги сформулирована следующим образом:

«В этой работе автор излагает хорошо продуманный, логичный план преодоления раздела Европы. Он основывается на двух предположениях. Во-первых, на признании Западом, что коммунистическое правление не может быть просто устранено, следовательно также, что воссоединение Германии не может быть достигнуто прямым политическим действием. Во-вторых, на грандиозном процессе политических перемен, которые имеют место в Восточной Европе после смерти Сталина, в ходе которых лидеры коммунистических партий, помимо прочего, оставили свои надежды на успешные коммунистические революции в западноевропейских странах. Новое понимание и в Восточной, и в Западной Европе вызывают новые перспективы воссоединения разделённых частей этого континента, и, таким образом, также новые перспективы воссоединения Германии».

Профессор Бжезински, которого, что знаменательно, весной 1968 г. пригласила в Чехословакию клика Дубчека прочитать ряд лекций в Праге и других городах, и выступления которого были встречены аплодисментами ревизионистов, разработал сформулированную выше политическую линию от имени правительства США. Здесь мы видим одну из наиболее важных основ для штатовской политики «европейской разрядки». Какую роль играет в этом Федеративная Республика Германия? Профессор Бжезински пишет:

«Более непосредственным практическим следствием приоритета, отданного собственным внутренним интересам перед более широкими коммунистическими целями, было усиление изоляции Восточной Германии от остальной части Восточной Европы. В 1963—64 гг. правительство ФРГ использовало сохраняющиеся экономические трудности нескольких восточноевропейских государств и неспособности СССР удовлетворить их инвестиционные потребности, преуспев в переговорах о торговых соглашениях с Польшей, Венгрией, Румынией и Болгарией, в которых эти страны после некоторой заминки вначале наконец согласились с западногерманской формулой, увязывающей вопрос Западного Берлина с формальным соглашением. Как следствие, в восточноевропейских столицах были созданы торговые представительства Западной Германии с видоизмененным дипломатическим статусом, представляющие Западную Германию и Западный Берлин.

Эти соглашения были заключены, несмотря на ряд публичных предупреждений Восточной Германии, что западногерманское правительство преследовало агрессивные и подрывные цели, и что включение Западного Берлина в соглашения было нацелено против Восточной Германии» 140.

Уже тогда можно было заметить тенденцию (позже декларированную соглашениями правительства Брандта — Шееля с Восточным блоком), что эта политика «разрядки» будет проводиться за счёт ГДР. Отправной точкой этой политики был конец Кубинского ракетного кризиса, кульминационного момента советско-штатовских послевоенных столкновений. Хрущёв отступил перед Кеннеди и забрал ядерные ракеты с Кубы. С того времени медленно проявилась тенденция к «разрядке», и политика США начала приобретать форму содействия реставрации капитализма, уже начавшейся в Советском Союзе, чтобы быстрее и эффективней уничтожить основы социализма и ускорить реставрацию капитализма. Как продвигался этот процесс? Профессор Бжезински говорит:

«На Востоке Польша, Венгрия, и, прежде всего, Югославия, были наиболее податливы стремлению Запада к более близкому контакту. На Западе лидерство было принято Англией, Францией и Германией. В последнее время была вовлечена также Италия, особенно на Балканах. Франция была наиболее активна в Польше и Советском Союзе, где французские профессоры и лекторы преподают в некоторых ведущих учреждениях. Западная Германия преуспела в установлении обширных контактов в особенности с Чехословакией, а также с Польшей и, в меньшей степени, с другими восточноевропейскими государствами, без формальных культурных соглашений с ними — или даже, возможно, благодаря отсутствию таких соглашений» 141.

Однако профессор Бжезински предупредил капиталистов, чтобы они не ожидали слишком многого. Он понял, что ревизионистские лидеры в Восточной Европе не могут сразу ввести капитализм и укрепить его, не столкнувшись с сопротивлением народа. Как объяснено в главе Ⅲ.1, в нескольких из этих стран имелись трудности, так что укрепление капитализма нового типа должно было оказаться долгим процессом. Важно было улучшить экономическую ситуацию, чтобы успокоить массы, предложив им материальный стимул. Именно поэтому ревизионистские лидеры Советского Союза и Восточной Европы были особенно заинтересованы в «экономической помощи» с Запада. До того, как социалистические страны попали в управление к ревизионистам, они также заключали экономические соглашения с капиталистическими странами, но оставаясь на твёрдых позициях социалистической идеологии. Ревизионисты не только отказались от марксизма-ленинизма во внутренних делах, но также и выбросили за борт все социалистические принципы общения с капиталистическими странами. В комментарии от 1 июня 1964 г. утверждалось, что обильные западные кредиты Югославии и югославское производство, основанное на западных лицензиях, совместимы «с построением социализма». Капиталистическое проникновение в ревизионистские страны, таким образом, велось на экономическом поле через соглашения этих стран с капиталистическими монополиями. Внешняя торговля Румынии с капиталистическим Западом уже в 1964 г. достигла 35 % всей внешней торговли. В июне 1964 г. было заключено штатовско-румынское соглашение, предусматривающее закупки индустриального оборудования в США и ссуды по обязательствам США. Профессор Бжезински так описал это развитие:

«Таким образом, неидеологический характер индустриального развития угрожает идеологической структуре, закрепляющей существующий политический раздел Европы. В контексте возвращения международной политики к Восточной Европе озабоченность восточноевропейских элит дальнейшим экономическим ростом их стран уже подрывает ориентацию на коммунистический блок, с его традиционным ленинским манихейским образом мира. В 1964 г. на Всемирной Торговой Конференции ООН в Женеве румынский делегат предложил сгруппировать участников „по их уровню развития, независимо от общественной или торговой системы“. На самом деле, он предлагал отдать первенство экономическому фактору перед идеологическим…

Это увеличение акцента на внутренних соображениях, вероятно, заставит коммунистические 142 элиты искать решения их экономических дилемм без слишком большого внимания к идеологически заданному манихейскому образу мира и доктринёрским экономическим практикам» 143.

Отказ ревизионистских лидеров от социалистической идеологии был предварительным условием капиталистической экономической помощи. Следствием был существенный рост внешней торговли ревизионистских стран с западными промышленными странами, как показывает следующая таблица (в скобках приведена доля от общей стоимости экспорта и импорта):

В миллиардах немецких марок 1959 г. 1969 г.
Экспорт 7,76 (16,6 %) 23,96 (23,8 %)
Импорт 9,65 (20,1 %) 24,44 (22,4 %)

Председатель правления Дрезденского банка Юрген Понто, который, вместе с другими менеджерами, выяснял возможности торговли с Востоком в Москве в середине 1971 г., заявил в интервью журналу «Виртшафтсвохе» (Wirtschaftswoche):

«Думается, что в будущем России просто неизбежно придется больше интегрироваться в мировую торговлю, в мировую экономику, чтобы достичь своих целей. Такой процесс интеграции обычно высвобождает силы, более близкие к нашей экономической системе, чем к системе, полностью управляемой государством. И, наконец, невообразим длительный мир без открытых для каждой стороны экономических областей».

Для этой цели в дополнение к экономическому проникновению следует развить влияние буржуазной идеологии на основе культурных контактов. Экономические и культурные отношения были наиболее важным средством штатовской политики содействия капиталистической реставрации. Такая политика не могла быть успешна до захвата ревизионистами власти в Советском Союзе. При Ленине и Сталине все такие попытки потерпели неудачу. Только после государственного переворота Хрущёва, введения и развития ревизионизма в систему к ⅩⅩⅡ съезду КПСС, после кубинской авантюры Хрущёва и его последующей капитуляции, пришло время для новой политики США в Восточной Европе. Бжезински так характеризует эту политику:

«Основным предположением нового подхода было то, что простая враждебность на словах не свергнет коммунистические режимы и что события в Восточной Германии и Венгрии продемонстрировали нежелание Запада использовать силу. Вместо ожидания коллапса коммунистических режимов Соединённые Штаты должны впредь делать ставку на продвижение эволюционных изменений в этих странах и блоке в целом. Преследуя эту политику, Соединённые Штаты взяли перед западноевропейскими нациями инициативу в разработке культурных контактов с Советским Союзом и некоторыми из восточноевропейских наций. Эти контакты были, согласно официальному сообщению, наиболее широки с Польшей, затем с Советским Союзом, другие восточноевропейские государства значительно отстали» 144.

Здесь мы видим, как тесно связаны экономическая политика и идеология. Империализм США очень хорошо знает, что капиталистическая реставрация в ревизионистских странах не может продвигаться только экономическими средствами. Должно последовать проникновение буржуазной идеологии, первоначально — через культурные связи.

Культурные связи привели также к обмену учёными, на который Фонд Форда выделил в 1964 г. около 2,3 млн долларов. 5 500 штатовских и 4 600 советских учёных участвовали в этом обмене с 1956 г. по 1964 г. Всё это служило дальнейшей реставрации капитализма и происходило на основе взаимной «политики разрядки». Профессор Бжезински заключает:

«Соответственно, американо-советская разрядка должна использоваться США как политическое средство, определенно предназначенное для снижения советской заинтересованности в увековечении раздела Европы. Разрядка должна быть заявленным исходным пунктом для шагов, направленных в конечном счёте на преодоление европейского и немецкого раздела — против этой цели немногие европейцы могли бы возразить…

В посткубинской разрядке для Запада существует более широкая возможность овладеть основной проблемой отношений Восток-Запад. Взяв инициативу, Америка расширила бы свою европейскую политику и усилила благоприятные для сближения Востока и Запада тенденции на Востоке. Соответствующее содержание такой инициативы было бы экономическим, так как это — наиболее уязвимый пункт в Восточной Европе, и так как возможность экономического сотрудничества Восток-Запад получила определённое идеологическое признание в Восточной Европе…

Предприятие этого вида воспользовалось бы экономической силой Запада, экономическими трудностями на Востоке и возрастающей привлекательностью европейской идеи 145 в Восточной Европе, в то время как привлекательность коммунистической идеологии убывает. Есть основания надеяться, что западные европейцы были бы готовы оказать необходимое содействие, чтобы реализовать это коллективное предприятие» 146.

Это — открытое провозглашение штатовской политики продвижения экономической помощью и идеологическими средствами начавшейся реставрации капитализма в Советском Союзе и других восточноевропейских странах и инициирования интеграции этих ревизионистских стран в капиталистическую систему Запада. Это должно быть достигнуто всё более близким сотрудничеством. Авторы политики США предполагают в рамках этого плана, что прежнее социалистическое образование масс в этих странах подорвано или устранено ревизионистской политикой, и что социалистическое сознание в значительной степени заменено буржуазной идеологией. Профессор Бжезински весьма искренен в этом отношении:

«Идея воссоединения Европы породила бы массу народного энтузиазма в Восточной Европе. Связанные с этим экономические возможности несомненно были бы привлекательны для обеспокоенных восточноевропейских хозяйственных кадров. Экономический характер предложения уменьшил бы подозрения в политических элитах…

Однажды начатое и проводимое годами, такое беспрецедентное многостороннее экономическое сотрудничество рано или поздно создало бы благоприятный контекст для мирного разрешения многих значительных европейских проблем политики и безопасности» 147.

С тех пор, как это было написано, прошло несколько лет. Каков результат? Достаточно взглянуть на восточную политику правительства Брандта — Шееля за прошлый год, чтобы увидеть, как план США шаг за шагом осуществляется. Более сильные экономические связи через торговые соглашения (пятилетний торговый договор с Румынией в декабре 1969 г.; торговое соглашение с Польшей в октябре 1970 г., с Венгрией в конце 1970 г., с Болгарией и Чехословакией весной 1971 г.), немецко-советское соглашение и «урегулирование» проблемы Берлина отмечают стадии новой инициативы. Расчёт на то, что эта инициатива вызовет расхождения в ревизионистском лагере; ожидается, что ревизионистская позиция Москвы усилится, а сопротивление ревизионистского руководства в Восточном Берлине ослабнет.

Запланировано сформировать ещё более близкие отношения с Восточной Европой. В 1970 г. Федерация немецкой промышленности основала «Рабочую группу по Румынии» из 40 членов. Планировалось создать такие же рабочие группы по Чехословакии, Венгрии и Болгарии с конца 1971 г. до весны 1972 г. Кроме этих контактов на уровне экономической политики, осуществляются также политические контакты через группы парламентариев. В феврале 1971 г. была сформирована немецко-советская парламентская группа, включающая 104 депутатов СДПГ, 39 — ХДС/ХСС и 16 — СвДП 148; в июне 1971 г.— немецко-румынская с 31 депутатами СДПГ, 25 — ХДС/ХСС и 6 — СвДП. Затем были созданы немецко-польская и немецко-югославская парламентские группы.

Таким образом, мы обнаружили два главных средства обеспечения политики США при поддержке немецкого монополистического капитала, направленной на постепенную интеграцию всех ревизионистских стран в капиталистическую систему Запада.

  • Экономическое проникновение через капиталистическую экономическую помощь с Запада посредством торговых соглашений и долгосрочных ссуд (Англия предоставила Советскому Союзу 15‑летний кредит, фактически являющийся помощью развитию; затем семилетние ссуды предоставили Дания, Япония и Франция), капиталовложений и совместных производственных соглашений (совместных предприятий).

    Можно возразить, что торговые отношения между социалистическими и капиталистическими странами были в прошлом и остаются сегодня. Да, но они подчинены строгому контролю государственной монополии внешней торговли. Профессор Бжезински видит в этом главное препятствие к осуществлению политики США:

    «Пока коммунистические государства не подготовлены к пересмотру своей системы государственной монополии на внешнюю торговлю.., сомнительно, что восточно-западная торговля может получить существенное развитие» 149.

    Поэтому он требует:

    «Вначале в коммунистических государствах должен быть создан надлежащий климат для западных бизнесменов: свободный доступ к хозяйственным руководителям и экономическим данным, возможности осматривать фабрики» 150.

    Это означает полное проникновение в экономику страны, к чему они довольно уже близки. «В конце 1970 г. уже более 20 западноевропейских компаний и предприятий содержали постоянные представительства в Москве»,— сообщает Иван Иванов в уже процитированной статье в «Блеттер фюр дойче унд интернатионале политик». Сотрудничество на техническом поле также устойчиво растет. Иван Иванов: «С середины шестидесятых заключено более 400 соглашений по такому сотрудничеству. Более 20 из них привели к основанию совместных предприятий». Такое сотрудничество включает в себя совместные конструкционные проекты, совместное производство, обмен технологиями и т. д. Тем временем, сотрудничество было расширено на исследования, производство и продажи. Сегодня в Москве есть уже более 35 постоянных представительств трестов западных капиталистических стран. «Фарбверке Хёкст» (Farbwerke Hoechst), «Сименс» (Siemens) и компания «Маннесманн» (Mannesmann AG) из ФРГ получили разрешение основать в Москве аккредитованные представительства.

    Прошло немного времени, и в шестидесятые годы ревизионистские страны одна за другой ослабляли свои внешнеторговые ограничения, что с удовлетворением отметил профессор Бжезински:

    «Эти перемены в отношении означают, что экономическое давление может привести к глубокому изменению прежних коммунистических взглядов и действий. Действительно, эти внешние перемены происходили параллельно внутренним реформам. Климат, окружающий западных бизнесменов в Восточной Европе и России, чрезвычайно улучшился в начале шестидесятых. Некоторые из восточноевропейских государств, особенно Польша и Чехословакия, начали пересматривать свою структуру внешней торговли, и следует ожидать, что все коммунистические государства поступят аналогично» 151.

    Существуют ли уже в ревизионистских странах тенденции разорвать монополию внешней торговли? Да, существуют. Некоторые ревизионистские экономисты даже открыто озвучивают их, яснее всех, возможно, Паволь Мазаник, генеральный директор Объединения швейных предприятий (Тренчин, Словакия), заявивший своё мнение о будущих внешнеторговых отношениях в опросе журнала «Модерни физени» (Moderni Fizeni):

    «Я думаю, что монополия торговых органов будет сломана, что даст предприятиям больше возможностей сбыта на внутреннем и иностранных рынках…

    Относительно внешнеторговых отношений я предполагаю, что предприятия получат шанс построить собственный коммерческий аппарат, который обеспечивал бы прямую продажу продуктов зарубежным странам, независимую от предприятия, ответственного за внешнеторговые отношения. Я предполагаю, что эффективность внешнеторговых отношений будет обусловлена свободным обращением нашей валюты».

    Это означает ликвидацию одной из наиболее важных основ социалистической экономики: монополии внешней торговли. Это означает распахнуть двери для иностранных частных капиталистов.

  • Идеологическое проникновение через введение западной культуры посредством культурных соглашений, соответствующих радио- и телепередач, поддержки мелкобуржуазного образа жизни (с помощью привилегий бюрократии), подрыва социалистической морали и т. д. Проникновение буржуазной идеологии из зарубежных капиталистических стран было облегчено тем, что ревизионизм — разновидность буржуазной идеологии. Вовсе неудивительно, что ревизионисты подчиняют идеологию экономическим интересам. Социалистическая идеология слаженно разрушена изнутри и снаружи, что облегчило проведение политики США.

С момента появления социалистических стран иностранная буржуазия всегда пыталась сокрушить социалистические основы — отчасти через экономическое давление, отчасти через привлекательные экономические инициативы, сопровождаемые пропагандой всех видов. Им, однако, не дано было наслаждаться успехом, пока КПСС под руководством Ленина и Сталина тщательно следила за сохранением основ социализма с помощью диктатуры пролетариата. Успешное применение экономических и идеологических методов капиталистического окружения стало возможным только благодаря постепенному подрыву ревизионистским руководством основ социализма в Советском Союзе и других ревизионистских странах.

Развитие социалистической идеологии и культуры после Октябрьской революции

Октябрьская революция не только создала политические и экономические предпосылки построения социализма, изменив материальные отношения власти, но также и порвала с господствовавшей прежде буржуазной идеологией и культурой. С изменением экономического базиса надстройка общества была также шаг за шагом изменена. Материальная жизнь — основа духовных, политических, культурных и идеологических процессов человеческого общества. Общественное бытие определяет сознание. Маркс отлично описал этот материальный базис идеологии и культуры в предисловии к «Введению в критику политической экономии»:

«В общественном производстве своей жизни люди вступают в определённые, необходимые, от их воли не зависящие отношения — производственные отношения, которые соответствуют определённой ступени развития их материальных производительных сил. Совокупность этих производственных отношений составляет экономическую структуру общества, реальный базис, на котором возвышается юридическая и политическая надстройка и которому соответствуют определённые формы общественного сознания. Способ производства материальной жизни обусловливает социальный, политический и духовный процессы жизни вообще. Не сознание людей определяет их бытие, а, наоборот, их общественное бытие определяет их сознание. На известной ступени своего развития материальные производительные силы общества приходят в противоречие с существующими производственными отношениями, или — что́ является только юридическим выражением последних — с отношениями собственности, внутри которых они до сих пор развивались. Из форм развития производительных сил эти отношения превращаются в их оковы. Тогда наступает эпоха социальной революции. С изменением экономической основы более или менее быстро происходит переворот во всей громадной надстройке. При рассмотрении таких переворотов необходимо всегда отличать материальный, с естественно-научной точностью констатируемый переворот в экономических условиях производства от юридических, политических, религиозных, художественных или философских, короче — от идеологических форм, в которых люди осознают этот конфликт и борются за его разрешение. Как об отдельном человеке нельзя судить на основании того, что́ сам он о себе думает, точно также нельзя судить о подобной эпохе переворота по её сознанию. Наоборот, это сознание надо объяснить из противоречий материальной жизни, из существующего конфликта между общественными производительными силами и производственными отношениями» 152.

В классовом обществе нет никакой одинаковой для всех идеологии и культуры. Мао Цзэдун говорил:

«В современном мире всякая культура, а значит и литература и искусство, принадлежит определённым классам и следует определённому политическому направлению. Искусства для искусства, искусства надклассового, искусства, развивающегося в стороне от политики или независимо от неё, в действительности не существует» 153.

Материальная жизнь людей различается и основывается на классовой ситуации. Материальная жизнь, например, пролетариата и буржуазии совершенно различна. Классовые интересы этих главных классов в нашем современном обществе находятся в непримиримом противоречии. Буржуазия, как правящий класс, также определяет господствующие идеи в капиталистическом обществе. Как владелец средств производства, буржуазия представляет собой материальную и, следовательно, господствующую духовную власть. Как господствующая материальная власть, буржуазия определяет материальную жизнь общества и эксплуатирует рабочий класс и другие трудящиеся слои общества. Как духовная власть, она определяет духовную жизнь общества, подавляет идеи рабочего класса и трудящихся, ограничивает их свободу слова и создает иллюзии об их классовом положении.

Так же, как материальная жизнь буржуазии и пролетариата, совершенно различна и их интеллектуальная жизнь. В «Манифесте Коммунистической партии» мы читаем:

«Нужно ли особое глубокомыслие, чтобы понять, что вместе с условиями жизни людей, с их общественными отношениями, с их общественным бытием изменяются также и их представления, взгляды и понятия,— одним словом, их сознание?

Что же доказывает история идей, как не то, что духовное производство преобразуется вместе с материальным? Господствующими идеями любого времени были всегда лишь идеи господствующего класса.

Говорят об идеях, революционизирующих все общество; этим выражают лишь тот факт, что внутри старого общества образовались элементы нового, что рука об руку с разложением старых условий жизни идёт и разложение старых идей» 154.

В капиталистическом обществе сформировались такие новые идеи, революционные идеи, состоящие в непримиримом противоречии с господствующей духовной властью буржуазии. Мы говорим о марксизме-ленинизме, идеологии революционного пролетариата. Буржуазная идеология правящего класса вовлечена в свирепейшую борьбу с пролетарской идеологией угнетённого рабочего класса. Это — отражение классовых противоречий на духовном поле. Классовая борьба на экономическом и политическом поле за улучшение или смену материальных условий существования рабочего класса и трудящихся отражается в классовой борьбе на идеологическом и культурном поле (не только при господстве буржуазии, но также и после захвата власти победоносным пролетариатом). Ленин точно выразил основной контекст классовой борьбы пролетариата против буржуазной идеологии и культуры в черновике резолюции «О пролетарской культуре»:

«В Советской рабоче-крестьянской республике вся постановка дела просвещения, как в политико-просветительной области вообще, так и специально в области искусства, должна быть проникнута духом классовой борьбы пролетариата за успешное осуществление целей его диктатуры, т. е. за свержение буржуазии, за уничтожение классов, за устранение всех форм эксплуатации человека человеком…

Весь опыт новейшей истории и в особенности более чем полувековая революционная борьба пролетариата всех стран мира со времени появления „Коммунистического Манифеста“ доказали бесспорно, что только миросозерцание марксизма является правильным выражением интересов, точки зрения и культуры революционного пролетариата.

Марксизм завоевал себе своё всемирно-историческое значение как идеология революционного пролетариата тем, что марксизм отнюдь не отбросил ценнейших завоеваний буржуазной эпохи, а, напротив, усвоил и переработал всё, что было ценного в более чем двухтысячелетнем развитии человеческой мысли и культуры. Только дальнейшая работа на этой основе и в этом же направлении, одухотворяемая практическим опытом диктатуры пролетариата, как последней борьбы его против всякой эксплуатации, может быть признана развитием действительно пролетарской культуры» 155.

Идеологическое и культурное развитие масс шло рука об руку с построением материальных основ социализма. Был сделан радикальный разрыв со старой реакционной буржуазной идеологией и культурой без уничтожения ценных культурных достижений буржуазного общества. Напротив, всё, что было прогрессивно в старых культурах, усваивалось, насколько оно служило пролетариату. Появилась более высокая культура, соответствующая социалистическому обществу. Творческий характер труда отражался в творческом развитии пролетарской культуры, тесно связанной с материальной, практической, а также духовной деятельностью рабочего класса. Чем выше социалистическое сознание масс, тем выше уровень социалистической культуры.

С развитием капитализма в империализм, в государственно-монополистический капитализм с его тенденцией к застою, загниванию и паразитизму, буржуазная культура выродилась в культурные отбросы капиталистического общества. Капиталистическое товарное производство также сделало товарами культурные продукты, искусство и науку. С развитием массового производства империалистическая массовая культура стала доминирующей. Эта отупляющая массовая культура, с одной стороны, предназначена для идеологического влияния на массы и удержания их от классовой борьбы, а с другой стороны отражает распад политической, религиозной, культурной и философской надстройки империалистического общества.

С появления Советской власти империалистическая система всегда пыталась подорвать или разложить основы социализма через идеологическое и культурное влияние. Важность этой империалистической стратегии идеологической борьбы против социализма выросла, когда стало ясно, что социалистическая система не может быть уничтожена ни военным путём, ни экономическим саботажем.

Например, в 1950—1951 гг. в Мюнхене были основаны американские радиостанции «Свободная Европа» и «Свобода» со штатом 2 600 чел. Эти радиостанции финансировались секретными службами США в размере 36 млн долларов ежегодно. Они служили для систематической подрывной пропаганды на тогдашние социалистические страны, прежде всего в период «Холодной войны». Социалистические страны могли успешно сражаться против этой коварной стратегии империализма США только развивая и укрепляя социалистическую идеологию на основе определённого культурного уровня широких масс. Поэтому создание социалистической культуры было столь же важно, как экономическое развитие страны. Мао Цзэдун подчёркивал:

«„Не сломаешь старого — не построишь нового, не преградишь пути старому — не откроешь пути для нового, не остановишь старого — не двинется новое“.

Борьба между новой и старой культурой — это борьба не на жизнь, а на смерть.

Что касается новой культуры, то она является отражением новой политики и новой экономики в идеологии и обслуживает новую политику и новую экономику» 156.

Создание этой новой культуры было, однако, столь же трудным, как и все другие аспекты построения социализма, поскольку в царской России массы жили без образования и культуры. После Октябрьской революции вопрос был не в участии народа в буржуазной культуре, а в создании новой культуры. Политическая и экономическая революция, следовательно, тесно связана с культурной революцией. Без новой, социалистической культуры пролетарская революция не может победить в конечном счёте. Политические, экономические и культурные революции образуют единство и взаимодействуют друг с другом. Социалистическая культура отражает социалистическую политику и экономику. Это отражение жизни социалистического общества находит выражение в революционной литературе и искусстве. Но их создание возможно только если писатели и художники берут свои темы и героев из жизни народа и реалистично изображают их.

Ленин спорил с аргументами западноевропейских социал-демократов, утверждавших, что советский народ «ещё не созрел для социализма» из-за нехватки не только экономических, но и культурных предпосылок. Ленин отметил:

«Если для создания социализма требуется определённый уровень культуры (хотя никто не может сказать, каков именно этот определённый „уровень культуры“, ибо он различен в каждом из западноевропейских государств), то почему нам нельзя начать сначала с завоевания революционным путём предпосылок для этого определённого уровня, а потом уже, на основе рабоче-крестьянской власти и советского строя, двинуться догонять другие народы?» 157.

На культурном поле в Советском Союзе развернулась огромная работа, борьба за развитие нового, за социалистическое направление содержания и формы. Ленин говорил в беседе с Кларой Цеткин:

«Пробуждение новых сил, работа их над тем, чтобы создать в Советской России новое искусство и культуру… это — хорошо, очень хорошо…

Революция развязывает все скованные до того силы и гонит их из глубин на поверхность жизни» 158.

Ленин выступил против проникновения в искусство буржуазных тенденций, которые навязывались людям как «новые». Он говорил Кларе Цеткин:

«Я… имею смелость заявить себя „варваром“. Я не в силах считать произведения экспрессионизма, футуризма, кубизма и прочих „измов“ высшим проявлением художественного гения. Я их не понимаю. Я не испытываю от них никакой радости» 159.

Различные буржуазные художественные течения стремятся лишить искусство его материального содержания, чтобы показать «духовное» ядро. Художники представляют что-то, что есть у них «в сознании», что-то абстрактное, а не что-то реальное. Такое буржуазное искусство ничего не стоит для народа. Людям нужно искусство, связанное с их материальной жизнью, искусство социалистического реализма, которое берёт за отправную точку жизнь и борьбу трудящихся и понятно народу. Ленин выдвинул следующее требование:

«Искусство принадлежит народу. Оно должно уходить своими глубочайшими корнями в самую толщу широких трудящихся масс. Оно должно быть понятно этим массам и любимо ими. Оно должно объединять чувство, мысль и волю этих масс, подымать их. Оно должно пробуждать в них художника и развивать их…

Для того, чтобы искусство могло приблизиться к народу и народ к искусству, мы должны сначала поднять общий образовательный и культурный уровень…

Наши рабочие и крестьяне… получили право на настоящее великое искусство. Потому мы в первую очередь выдвигаем самое широкое народное образование и воспитание. Оно создаёт почву для культуры,— конечно, при условии, что вопрос о хлебе разрешён. На этой почве должно вырасти действительно новое, великое коммунистическое искусство, которое создаст форму соответственно своему содержанию» 160.

В Советском Союзе возникло новое искусство социалистического реализма и, с преодолением старой буржуазной надстройки, на основе социалистической надстройки, достигло высот. В части Ⅱ нашего анализа мы говорили, что социалистическое сознание — движущая сила социалистической производительности труда. Экономический базис общества процветает в степени, в которой социалистическое сознание захватило массы. Надстройка социалистического общества также развилась и укрепилась в степени, в которой социалистическое сознание захватывает и побуждает массы во всех областях духовной жизни. Всё это обеспечивалось материальной и духовной властью рабочего класса, диктатурой пролетариата.

Разрушение социалистической идеологии и культуры и проникновение в советское общество буржуазной идеологии и культуры

Государственный переворот ревизионистского руководства Советского Союза изменил надстройку социалистического общества, отменил диктатуру пролетариата и пересмотрел социалистическую идеологию, марксизм-ленинизм. Это было предварительным условием для изменения экономического базиса общества через реставрацию капитализма нового типа. Это было также отправной точкой для разрушения социалистической идеологии и культуры. В работе «Что делать?» Ленин подчеркнул:

«…Вопрос стоит только так: буржуазная или социалистическая идеология. Середины тут нет (ибо никакой „третьей“ идеологии не выработало человечество, да и вообще в обществе, раздираемом классовыми противоречиями, и не может быть никогда внеклассовой или надклассовой идеологии). Поэтому всякое умаление социалистической идеологии, всякое отстранение от неё означает тем самым усиление идеологии буржуазной» 161.

В части Ⅱ этой работы мы доказали, что экономические законы капитализма, однажды введённые, работают в обществе автоматически. Они не только работают в пределах экономического базиса, но также и взаимодействуют с надстройкой общества. Таким образом, после введения стремления к прибыли и материального стимулирования, эти экономические законы воздействуют не только на производство, но также и на идеологию рабочего класса, но не так, как уверяют нас ревизионисты. Григорий Глезерман, например, утверждает в журнале «Проблемы мира и социализма»: «Отказ от материальной заинтересованности не усиливает, а в конечном счёте подрывает моральные стимулы к труду» 162. Ревизионист Глезерман выворачивает действительность наизнанку. Его утверждение заключается в том, что моральные стимулы пробуждаются и усиливаются только материальной заинтересованностью, и ослабляются при отклонении от материального стимулирования. Соответственно, до введения материальных стимулов социалистическое сознание советских граждан было плохо развито. На самом деле как раз наоборот: стремление к прибыли и материальное стимулирование как решающие средства создания материальной заинтересованности подорвали моральные стимулы и социалистическое сознание, породили эгоизм и коррупцию. Отказ от материальной заинтересованности (который, однако, был возможен только через установление заново социализма), естественно, не пробудит и не усилит социалистическое сознание и высокую коммунистическую мораль автоматически. Поднять социалистическое сознание возможно только с помощью коммунистического образования масс.

Каждый правящий класс поддерживает себя идеологией, выражающей его интересы. В результате захвата власти ревизионистской бюрократией основа социалистической идеологии как господствующей идеологии рабочего класса была отменена. Постепенная реставрация капитализма в Советском Союзе шаг за шагом вытесняла социалистическую идеологию из всех секторов общества. Подобно всем капиталистическим классам, новая буржуазия в Советском Союзе не может обойтись без господствующей идеологии. Капиталистические законы в экономике Советского Союза требуют также и буржуазной идеологии.

Всякое принижение социалистической идеологии автоматически вело к появлению буржуазной идеологии, превратившейся в господствующую идеологию новой буржуазии, хотя и прикрытую «социалистически» звучащими фразами. Новая буржуазия замаскировала капитализм под «социализм».

Резюмируем: где заканчивается социалистическая идеология, неизбежно начинается буржуазная идеология; где разрушается социалистическое сознание, обязательно начинается буржуазное мышление.

Этот процесс разрушения социалистической идеологии в Советском Союзе был стимулирован капиталистическим окружением. Открыто подрывная пропаганда «Холодной войны» была адаптирована к новым условиям реставрации капитализма в Советском Союзе и других ревизионистских странах Восточной Европы. Франсис Розанстьель советовал в журнале «либераль»:

«Коммунизм того типа, который мы обнаруживаем в Восточной Европе, стал гораздо более гибок в сравнении с тем, каким он был лет десять назад… Так что следует осудить всякий дух крестового похода, даже если это крестовый поход во имя обыкновенного сегодня лозунга „свободы“, в интересах новых отношений, которые мы имеем с Восточной Европой» 163.

В качестве практического последствия этой политики, радио «Свободная Европа» и радио «Свобода» приспособили свою пропаганду к новой ситуации. Так как грубая, открыто антикоммунистическая «травля красных» больше не соответствовала новой штатовской политике «разрядки», т. е. содействия реставрации капитализма в ревизионистских странах (или была препятствием для «поддержки тенденций к либеральным реформам в коммунизме», как это официально называется в штатовских сообщениях), фонды ЦРУ для этих двух радиостанций были заморожены. Они были переданы Государственному департаменту США на один год и получили следующее назначение: «Обе радиостанции обеспечивают отдельному гражданину [в ревизионистских странах Восточной Европы] реалистические сообщения об их системе и свободном мире». Другими словами, министерство иностранных дел США продвигает капиталистическое развитие в ревизионистских странах, распространяя буржуазную идеологию через радиостанции, используя это влияние для установления экономического и политического сотрудничества с капиталистическим Западом.

Новая буржуазия в Советском Союзе должна объявить буржуазную идеологию ведущей духовной силой, чтобы защитить свои интересы и укрепить капиталистическое правление. В результате она вступает в то же противоречие, которое возникает в экономической сфере: социализм на словах, капитализм и империализм на деле! Она не может открыто объявить о введении буржуазной идеологии и культуры; поэтому, ревизионистские лидеры в Советском Союзе проложили путь для буржуазной идеологии и культуры, особенно буржуазного искусства, через официальные культурные соглашения с капиталистическими странами.

В совместном французско-советском заявлении от 30 октября 1971 г. обе стороны подчёркивают своё намерение углубить культурные взаимоотношения.

«Они объявляют о своей готовности развивать обмен во всех областях культуры — радио, телевидение, искусство, кинематограф, образование, спортивные состязания, информация,— а также контакты между гражданами обеих стран, особенно обмен между молодёжными организациями. Они указывают, что несмотря на уже достигнутые в этих областях успехи есть ещё бо́льшие возможности для дальнейшего углубления сотрудничества» 164.

Проникновение буржуазной идеологии и культуры во «все области культуры» не может быть поощрено более открыто. Ревизионисты скажут, что это не одностороннее проникновение. Они также посылают культурные продукты капиталистическому Западу. Эта псевдосоциалистическая культурная продукция — что угодно, но не пролетарское искусство. За редкими исключениями, советские, польские, чехословацкие или венгерские фильмы, показанные в кинотеатрах и по телевидению, например, в Федеративной Республике Германии, ничем не отличаются от буржуазных фильмов капиталистического Запада. Хуже того, им далеко до некоторых социально-критических фильмов из Италии, Франции, Бразилии и Мексики.

Культурное соглашение между Советским Союзом и ФРГ предусматривает обмен фильмами. Глава правления Биберштайн официально договорился с советскими партнерами о развитии обмена фильмами между этими странами. Отдельное соглашение по фильмам запланировано после заключения торгового договора.

С 1958 г. ревизионистское руководство Советского Союза и империалистическая администрация США возобновляют или расширяют соглашение о «культурном обмене» каждые два года. После введения политики «разрядки» этот культурный обмен стал более задушевным. Один джазовый оркестр за другим играл в Советском Союзе, в некоторых случаях даже вместе с советскими джазовыми оркестрами. Неудивительно, что советских музыкантов похвалил специальный советник по искусствам президента Никсона Гармент за хорошее «изучение» джаза США. Ревизионисты открыто признают, что джаз и поп США уже давно распространяются в записях по всему Советскому Союзу. В Ленинграде был восторженно принят американский «король джаза» Дюк Эллингтон 165, начавший свой тур по Советскому Союзу в сентябре 1971 г. Ревизионистка Иветта 166 Князева откровенно пояснила г-ну Эллингтону:

«Мы, в Советском Союзе, полагаем, что международный культурный обмен имеет значение не только чисто художественное. Мы считаем, что культурный обмен также прокладывает путь к взаимопониманию между народами».

Так что советский народ, как предполагается, приобретает понимание буржуазной культуры, буржуазного искусства и буржуазной идеологии. Иностранные буржуазные авторы становятся всё более популярны в Советском Союзе. Согласно официальным советским данным, только в 1969 г. в Советском Союзе появилось 689 иностранных литературных изданий общим тиражом в 35,9 млн. Ревизионистский главный редактор немецкоязычного журнала «Совьетлитератур» (Sowjetliteratur) Дангулов похвалил иностранную буржуазную литературу и её авторов:

«Иностранная литература предлагает советскому читателю выбор лучшего, что доступно из зарубежной книготорговли… В моих частых поездках за границу я также узнал многих авторов лично. Теперь я пытаюсь использовать эти контакты во благо „Совьетлитератур“. Мы хотим сделать правилом, чтобы наши редакторы при посещениях различных буржуазных стран искали писателей этих стран, как средство установления более близких связей» 167.

Ревизионисты отлично знают о влиянии буржуазного искусства на массы. Григорий Недошивин заявляет в «Совьетунион хойте»:

«Буржуазное искусство сегодня приобретает весьма доступные формы художественной „массовой культуры“. Что ещё более важно, доступность и соблазнительность возведены в принцип в расчёте распространить буржуазную идеологию среди широких масс. Но это искусство, конечно, показывает не правду, а только циничное искажение действительности» 168.

Если, несмотря на это, для буржуазного искусства широко открыты двери, это — сознательное действие: пролетарская культура должна быть разрушена и заменена буржуазной культурой.

Таким образом, ревизионисты восстановили капитализм не только экономически, но также и идеологически; это влияет на литературу и искусство. Противоречие, обычно существовавшее между социалистической и буржуазной идеологией, между социалистической литературой и искусством и капиталистической литературой и искусством, не просто размывается ревизионистами. Всё социалистическое систематически разрушается и заменяется буржуазной идеологией, литературой и искусством. Александр Чаковский в «Правде» признаёт:

«Мы всё ещё являемся свидетелями тех крайних проявлений идейной борьбы, когда отдельные литераторы не только проповедуют в творчестве враждебные марксизму, ленинскому пониманию социализма взгляды, но и в своём поведении прямо смыкаются с классово враждебными нам действиями идеологов капиталистического общества…

Время от времени ещё появляются произведения, в которых отражён тенденциозно-избирательный взгляд авторов на нашу жизнь, смещены реальные соотношения положительных и отрицательных сторон объективной действительности» 169.

Выполняя капиталистическую реставрацию, ревизионисты не могут обходиться без вывески «социализм». Именно поэтому они выступают против теории конвергенции, как слишком открытого сближения с капиталистической системой. По той же самой причине они осуждают писателей, распространяющих буржуазную идеологию слишком открыто. Именно поэтому Солженицын, получивший Нобелевскую премию по литературе, был исключён из Союза писателей СССР. Ревизионисты хотят, чтобы распространение буржуазной идеологии продолжалось шаг за шагом, систематически, упорядоченно. Прививка советскому народу яда буржуазной идеологии должна пройти неощутимо. Слишком очевидная буржуазная пропаганда может встревожить массы и побудить их к борьбе против ревизионистского руководства, новой буржуазии.

Капиталистические идеологи Запада понимают это. Они продвигают экспорт чехословацкой графики на Запад. Они обращают тщательное внимание на «перемены» в прежнем «социалистическом реализме». Они с удовлетворением находят, что «новый реализм» в советской живописи напоминает им «магический реализм» американской пейзажной живописи. Социалистическое содержание неощутимо устранено через абстрактные художественные формы. Социалистическая идеология, культура и искусство таким образом систематически вытесняются буржуазной культурой.

Экономическое и идеологическое содействие капиталистического Запада реставрации капитализма и интеграции в империалистическую систему не подразумевает, что противоречия между империализмом и социал-империализмом устранены. Эти противоречия продолжают существовать и неизбежно усиливаются, поскольку усиливается социал-империалистическая внешняя политика Советского Союза и агрессивная политика империализма США. Обострение противоречий также обнаружится на идеологическом поле. Империалисты преследуют эгоистичные цели своим содействием экономической и идеологической реставрации капитализма в Советском Союзе. Они, и прежде всего империалисты США, знают слишком хорошо, что социал-империалистический Советский Союз слабее, чем социалистический Советский Союз, что колониальная система социал-империалистов в Восточной Европе заминирована социальным динамитом и поэтому является ненадёжным «союзником» социал-империализма. Империализм США воспользуется этим и в идеологическом, и в военном отношении, поскольку противоречия усиливаются.

Проблемы марксистов-ленинцев в Советском Союзе

Изменение социального положения рабочего класса

Развитие Советского Союза из социалистической в капиталистическую страну нового вида поднимает совершенно новые проблемы, понуждающие марксистов-ленинцев в Советском Союзе не только к приспособлению своей идеологической борьбы к новым условиям, но также и к систематическим революционным действиям против ревизионистского руководства, против новой буржуазии. Это связано со значительными трудностями. Прежде всего, они часто не понимают, что произошло на самом деле. В своём выступлении на расширенной рабочей конференции, созванной Центральным комитетом Коммунистической партии Китая, 30 января 1962 г. Мао Цзэдун говорил:

«Советский Союз — первое социалистическое государство, а Коммунистическая партия Советского Союза — партия, созданная Лениным. Хотя сейчас руководство партией и государством узурпировано ревизионистами, тем не менее я советую товарищам твёрдо верить в то, что широкие массы коммунистов и кадров Советского Союза состоят из достойных людей и хотят революции, что господство ревизионизма не будет там долговременным» 170.

Ради сохранения своего капиталистического правления ревизионистские лидеры Советского Союза вынуждены обращаться к марксизму-ленинизму на словах и использовать беспримерную демагогию против коммунистов на деле. Но это также показывает, как глубоко укоренён в массах марксизм-ленинизм. Ревизионисты точно знают: они не останутся у власти надолго, если не притворятся «марксистами». Несомненно, немало искренних советских коммунистов были обмануты этой демагогией. Даже чувствуя, что многое стало не таким, как прежде, и не соглашаясь со многими мерами, предпринимаемыми ревизионистским руководством, они полагают, что Советский Союз — всё ещё социалистическая страна и что рабочие всё ещё удерживают власть.

Поэтому ревизионистские лидеры пытаются с помощью всего своего демагогического арсенала сохранить в массах эту веру. Прежде всего, они не хотят, чтобы советские рабочие осознали ситуацию. Рабочий класс в Советском Союзе ещё не вполне понял, что его социальное положение совершенно изменилось. Сталин обрисовал изменения в советском обществе в своём докладе на Чрезвычайном Ⅷ Всесоюзном съезде Советов 25 ноября 1936 г. «О проекте Конституции Союза ССР»:

«Взять, например, рабочий класс СССР. Его часто называют по старой памяти пролетариатом. Но что такое пролетариат? Пролетариат есть класс, лишённый орудий и средств производства при системе хозяйства, когда орудия и средства производства принадлежат капиталистам и когда класс капиталистов эксплуатирует пролетариат. Пролетариат — это класс, эксплуатируемый капиталистами. Но у нас класс капиталистов, как известно, уже ликвидирован, орудия и средства производства отобраны у капиталистов и переданы государству, руководящей силой которого является рабочий класс. Стало быть, нет больше класса капиталистов, который мог бы эксплуатировать рабочий класс. Стало быть, наш рабочий класс не только не лишён орудий и средств производства, а наоборот, он ими владеет совместно со всем народом. А раз он ими владеет, а класс капиталистов ликвидирован,— исключена всякая возможность эксплуатации рабочего класса. Можно ли после этого называть наш рабочий класс пролетариатом? Ясно, что нельзя. Маркс говорил: для того, чтобы пролетариат освободил себя, он должен разгромить класс капиталистов, отобрать у капиталистов орудия и средства производства и уничтожить те условия производства, которые порождают пролетариат. Можно ли сказать, что рабочий класс СССР уже осуществил эти условия своего освобождения? Безусловно, можно и должно. А что это значит? Это значит, что пролетариат СССР превратился в совершенно новый класс, в рабочий класс СССР, уничтоживший капиталистическую систему хозяйства, утвердивший социалистическую собственность на орудия и средства производства и направляющий советское общество по пути коммунизма.

Как видите, рабочий класс СССР это — совершенно новый, освобождённый от эксплуатации, рабочий класс, подобного которому не знала ещё история человечества» 171.

Рабочий класс в Советском Союзе был правящим классом, свободным от эксплуатации. Он осуществлял свою власть через диктатуру пролетариата. Сущность нового рабочего класса совершенно изменилась с дореволюционных времен. Но какова же ситуация сегодня? После захвата власти ревизионистской бюрократией, отмены диктатуры пролетариата и реставрации капитализма нового типа в Советском Союзе социальное положение рабочего класса вновь существенно изменилось, он был отброшен к дореволюционному положению. Новый рабочий класс был возвращён в положение несвободного, эксплуатируемого и угнетаемого класса. Так как это преобразование не произошло через открытую контрреволюцию или вмешательство иностранного империализма, а было проведено неощутимо, невероятно плавно, подобно яду замедленного действия, этот процесс и его существенное влияние на социальное положение рабочего класса не были замечены сразу. Внешне едва ли что-то изменилось. В партийном, государственном и хозяйственном руководстве зачастую сидели те же люди, что и прежде. Непросто было разглядеть ревизионистское перерождение многих из них, так как они продолжали использовать марксистскую риторику и объясняли всё предполагаемым переходом к коммунизму. Подлинные марксисты-ленинцы, распознавшие демагогическую игру ревизионистской бюрократии и боровшиеся против неё, подвергались преследованиям и сажались в тюрьмы. Рабочие и служащие в значительной части позволили обмануть себя материальными стимулами и не заметили, что продали свободу за чечевичную похлебку высоких премий и отдали себя в новое рабство.

Таким образом, первый и наиважнейший шаг, который должен сделать советский пролетариат в процессе своего познания, это понять, что его снова сделали эксплуатируемым классом, положение которого соответствует положению эксплуатируемых и угнетённых рабочих западных капиталистических стран; осознать, что новая классовая ситуация создаёт условия нового классового противоречия и соответствующей классовой борьбы против новой буржуазии. Чем быстрее массы поймут это, тем скорее сформируется новый пролетариат, который сознательно поведет борьбу за свои экономические и политические интересы, вплоть до свержения новой буржуазии и восстановления диктатуры пролетариата.

Ревизионистские лидеры видят опасность такого развития. Они делают всё, чтобы сделать КПСС, бывшую большевистскую партию при Ленине и Сталине, послушным инструментом своего правления. Они превратили партию рабочего класса в «партию всего народа». Их намерения состояли в том, чтобы замазать классовый характер партии, чтобы легче суметь подавить внутрипартийную демократию и расставить ревизионистские элементы на наиболее важные посты. Но когда устранение внутрипартийной демократии становится слишком очевидным и члены партии проявляют недовольство, даже советская пресса время от времени публикует отчеты о партийной жизни для их успокоения. Например, «Правда» сообщает:

«Осложнения возникли на организационном заседании вновь избранного партийного бюро. Представитель Кадомского райкома КПСС, член бюро райкома и председатель райисполкома В. Милованов, не спросив мнения членов партбюро, с ходу предложил на пост секретаря партийной организации кандидатуру коммуниста П. Кочеткова. Но его как нового работника в коллективе знают мало. Поэтому поступило другое предложение: вновь избрать бывшего секретаря П. Кононова. Предложение тов. Милованова не прошло, а кандидатуру тов. Кононова он, как председательствующий на организационном заседании, на голосование не поставил…

Теперь на заседание прибыл секретарь райкома КПСС В. Волков. Всё началось сначала, если не считать, что тов. Волков дал членам бюро некоторое „разъяснение“:

— Есть указание вышестоящих партийных органов о том, что коммунисты, занимающие ответственные выборные должности, не могут быть избраны секретарем партийных организаций. Тов. Кононов — народный судья. Это — должность выборная, его райком секретарём парторганизации не утвердит.

Тов. Волков, однако, не смог ни показать коммунистам „указание“, ни сослаться, когда и кем конкретно оно дано» 172.

Частный пример? «Бабинский рабочий» пишет:

«Организации района предложили кандидата на должность председателя колхоза. На собрании не было кворума. Несколько колхозников выступили резко против предложенного кандидата и покинули собрание. На следующий день колхозники увидели человека, против избрания которого выступали, сидящим за секретарским столом» 173.

Когда ревизионисты захватили власть, они приступили к сплошной «чистке» руководящих партийных органов. Сравнение списков членов Центрального комитета КПСС показывает, что 70 % членов ЦК, избранных ⅩⅨ съездом (1952 г.), были устранены на ⅩⅩ и ⅩⅩⅡ съездах (на ⅩⅩⅠ съезде выборы не проводились). Из членов ЦК, избранных на ⅩⅩ съезде, половина была вычищена к завершению ⅩⅩⅡ съезда. Одновременно ревизионисты прилагали все силы, чтобы сменить классовый состав партии. Брежнев признал на ⅩⅩⅣ съезде:

«В составе партии рабочих — 40,1 процента, колхозников — 15,1, служащих — 44,8 процента» 174.

В лекции на международной научной конференции по теме «Рост роли коммунистических и рабочих партий в революционном процессе строительства социализма и коммунизма» в Берлине в июне 1970 г. М. Я. Халдеев (член Центральной ревизионной комиссии КПСС) сказал:

«В настоящее время в руководящих партийных органах и в аппарате партийных комитетов число специалистов различных отраслей промышленности — инженеров, агрономов, экономистов, философов, историков и т. д.— постоянно увеличивается. Сегодня более 95 % секретарей городских комитетов партии имеют университетское образование, очень многие из них — техническое. В сельских районах 91,1 % секретарей имеет высшее образование».

Так что рабочий класс имеет всё меньше голосов в «народной» партии, находящейся под управлением части интеллигенции, тесно связанной с новой буржуазией и превратившей партийные комитеты в органы исполнения распоряжений правящей клики.

Мы уже выяснили, что Советский Союз сегодня — капиталистическое государство, народ которого подавлен чрезвычайно антинародной и антидемократической диктатурой ничтожной кучки монополистически-капиталистических бюрократов. Монополистическая буржуазия удерживается у власти с помощью армии, вооружённой до зубов, полиции и служб безопасности. Она безжалостно подавляет всякое оппозиционное движение. Очевидно, что эта монополистическая буржуазия не уступит власть добровольно и не позволит сместить себя никакими мирными средствами. Если коммунисты в Советском Союзе хотят восстановить диктатуру пролетариата, они должны оставить всякую мысль, что к прежнему состоянию можно вернуться с помощью реформ. Невозможно произвести фундаментальные изменения внутри ревизионистской партии и существующего государственного аппарата новой буржуазии. Вместо этого настоящие коммунисты должны защищать марксизм-ленинизм и бороться против разрушения социалистической идеологии среди широких масс, используя все легальные возможности. Они должны объяснить рабочему классу Советского Союза, что нет другого способа восстановить свою власть, кроме пути, указанного Лениным. Они должны поэтому готовиться к насильственному слому социал-империалистической государственной машины.

Борьба народных масс против господства нового капиталистического класса

Наиболее продвинутая часть советского пролетариата уже вывела это заключение и создала марксистско-ленинские организации, цель которых — совершить вторую Октябрьскую революцию. Несколько программных публикаций таких групп, как «Советские революционные коммунисты большевики», «Сталинская группа» и других, было вывезено за границу и опубликовано. Мы не можем почти ничего сказать о работе этих групп, так как она имеет конспиративный характер. Советская пресса помалкивает о коммунистической оппозиции в Советском Союзе. Из доступных материалов упомянутых групп следует, что все они рассматривают объединение советских коммунистов в новой большевистской партии в качестве первоочередной задачи. Мы можем также быть уверены, что те коммунисты, кто ещё полностью не порвал с ревизионистами, будут всё более ясно видеть преступления социал-империализма, и что для них вопрос, как долго они смогут терпеть ревизионистское правление, будет становиться всё более настоятельным.

Блестящий пример борьбы против правящей ревизионистской бюрократии предоставлен польским рабочим классом. В конце 1970 г. польский Совет министров зашёл слишком далеко в своем деспотизме, резко повысив цены на продовольствие и товары ежедневного спроса. Рабочие в Гданьске, Гдыне, Сопоте, Щецине и других городах вышли на забастовки и организовали массовые демонстрации в поддержку своих требований, пели «Интернационал» и (в Щецине) штурмовали штаб полиции. Ревизионистский государственный аппарат использовал войска и милицию, танки и вертолёты. Они стреляли в толпу — как в фашистских государствах,— убив и ранив многих рабочих. Но массовые волнения вынудили ревизионистского лидера Гомулку уйти в отставку. Польские рабочие осознали своё новое положение как эксплуатируемого пролетариата и энергично взялись за классовую борьбу.

Кроме революционной марксистско-ленинской оппозиции в Советском Союзе есть буржуазная оппозиция, о которой западная пресса способна рассказать нам так много. Это — оппозиция совершенно другого вида. Она составлена из представителей буржуазии и мелкой буржуазии, которые не возражают против реставрации капитализма, занимают в сущности открыто антикоммунистические позиции, и рассматривают буржуазно-демократические государства Запада в качестве модели. Они выступают против террористических мер правящей клики, полностью монополизировавшей власть и даже не желающей предоставить буржуазно-демократические права другим слоям буржуазии. Сопротивление широких слоёв буржуазии и мелкой буржуазии, и особенно значительной части интеллигенции, диктатуре монополистической буржуазии — важный признак общего политического кризиса нового капитализма и предельной изолированности правящей клики. Есть шанс, что коммунисты войдут в альянс с демократической частью буржуазной оппозиции по определённым вопросам в борьбе за демократические права.

Наконец, в Советском Союзе есть ещё один важный резерв революции — борьба нерусских национальностей против великорусского шовинизма и национального угнетения со стороны правящей клики. Ленин и Сталин неоднократно указывали, что всякое буржуазное многонациональное государство обречено на крах, и подчёркивали, что равноправие наций возможно только при социализме. В многонациональных государствах единство народа разрушено реставрацией капитализма. Национальные противоречия всё более обостряются. Югославии постоянно угрожает распад.

Сопротивление угнетённых национальностей в Советском Союзе больше не может храниться в тайне. Советские марксисты-ленинцы признаю́т право национальностей на самоопределение на основе ленинской национальной политики. Таким образом, фашистские и прочие элементы на службе иностранного империализма, стремящиеся направить национальную борьбу в желательном для себя направлении, безусловно будут изобличены и изолированы, и единство народов Советского Союза будет восстановлено на более высоком уровне.

Так какова же должна быть позиция по Советскому Союзу? Тезис 17 из Программы ГКП гласит:

«ГКП согласна со словами Эрнста Тельмана, что отношение к Советскому Союзу — пробный камень каждого настоящего коммуниста».

Это — бесстыдная демагогия, так как Эрнст Тельман и все революционеры мира решительно защищали социалистический Советский Союз против клеветы и лжи реакции и империализма. Миллионы угнетённых рабочих и крестьян во всех странах даже сегодня сохраняют положительное отношение к прежнему, социалистическому Советскому Союзу. Именно поэтому они осуждают ревизионистских лидеров, совершивших реставрацию капитализма в Советском Союзе. Ревизионисты ГКП могут, если хотят, положительно относиться к государственно-монополистической системе господства, к социал-империализму Советского Союза. Мы уверены, что Эрнст Тельман решительно осудил бы этих ревизионистов. Пробный камень каждого революционного коммуниста — его искреннее и положительное отношение к социалистическому Советскому Союзу. Пробный камень каждого ревизиониста — его раболепие перед ревизионистским, капиталистическим Советским Союзом. В этом различие.

Дорога советских коммунистов, с которыми мы солидарны, будет долгой и тернистой. Но мы ни минуты не сомневаемся, что они, ленинско-сталинские революционеры, успешно выполнят свою историческую миссию. Мы завершаем анализ реставрации капитализма в Советском Союзе, цитируя в заключение «Программное воззвание советских революционных коммунистов большевиков»:

«Свергнуть оппортунистов и, создав революционное правительство, поставить бюрократию между этим правительством и народом как между молотом и наковальней,— вот долг, стоящий перед советскими коммунистами. Речь вовсе не идёт о поголовной ликвидации бюрократов. Отнюдь нет. Беспощадно раздавить следует только тех, кто окажет прямое сопротивление победе демократии. Нужно, чтобы рабочий класс Советского Союза, взяв власть в свои руки, поставил бюрократию на место и заставил её отработать всё то, что она украла у народа, вернуть делом знания и способности, приобретённые на народных хлебах. Нужно, чтобы общее политическое и экономическое руководство проводилось по воле народа, в соответствии с его убеждениями и требованиями. Нет сомнения, что эта политика будет революционной, коммунистической, интернационалистической, что трудящиеся всего мира скажут: это наша политика!

Да здравствует наше священное красное знамя, знамя социалистической революции, знамя Маркса — Энгельса — Ленина — Сталина!

Как бы ни старались оппортунисты забросать его грязью, на нём нет пятен. Как бы ни старались они опустить его до своего уровня, в мире есть силы, которые держат его на должной высоте — им слава и честь! Близок час, когда это знамя вновь взовьётся над Родиной социализма.

Да здравствует Всесоюзная Коммунистическая партия большевиков! Пусть слышат наши друзья и недруги во всём мире: в России, подобно фениксу, из праха и пепла возрождается большевизм. Мы, большевики, прекрасно сознаём всю сложность стоящих перед нами задач, но и на жертвы и на мучения мы пойдём, благословляя их.

С нами ум Ленина,
с нами воля Сталина,
с нами великое сердце нашего народа —
мы непобедимы!
» 175.

Примечания:

  1. В. И. Ленин. Империализм, как высшая стадия капитализма.— ПСС, 5‑е изд., т. 27, с. 387.
  2. «Хандельсблатт» (Handelsblatt), 20 мая 1972 г.
  3. В. И. Ленин. ПСС, 5‑е изд., т. 27, сс. 387—388.
  4. В. И. Ленин. ПСС, 5‑е изд., т. 27, с. 372.
  5. В. И. Ленин. О задачах Ⅲ Интернационала.— ПСС, 5‑е изд., т. 39, с. 98.
  6. Георгий Димитров. Избранные произведения, т. 3.— М., Политиздат, 1984.— с. 497.
  7. «Малый статистический ежегодник Польши за 1969 г.», с. 157.
  8. Там же, с. 160.
  9. Там же, с. 149.
  10. Прежним партийным руководством — ред.
  11. «Правда», 9 декабря 1956 г.
  12. Энвер Ходжа. Избранные произведения. Том Ⅲ. Июнь 1960 — октябрь 1965.— Тирана, издательство «8 нентори», 1980.— сс. 153—154.
  13. Георгий Димитров. Избранные произведения, т. 3.— М., Политиздат, 1984.— с. 473.
  14. СЭВ обычно называется на Западе Comecon, от англ. Council for Mutual Economic Assistance.
  15. ⅩⅩ съезд Коммунистической партии Советского Союза 14—25 февраля 1956 года. Стенографический отчет, т. 1.— М., Госполитиздат, 1956.— сс. 12—13.
  16. Журнал «Коммунист» № 1, 1959 г.
  17. Доклад Хрущёва ⅩⅩ съезду КПСС.
  18. «Малый статистический ежегодник Польши за 1969 г.», с. 236.
  19. Там же, с. 238.
  20. «Нойе цайт» (Neue Zeit) № 14, 1972 г.
  21. «Известия», 23 ноября 1968 г.
  22. Статистический ежегодник, Народная Республика Болгарии, 1969 г., сс. 185—186.
  23. Там же, с. 210.
  24. Там же, с. 211.
  25. Там же, с. 217.
  26. «Виртшафтсвиссеншафтен» (Wirtschaftswissenschaften) № 5, 1958 г.
  27. «Экономическая газета» № 41, 1968 г.
  28. «Совьетвиссеншафт/Гезелльшафтсвиссеншафтлихе байтраге» (Sowjetwissenschaft/Gesellschaftswissenschaftliche Beitrage), 1969 г.
  29. «Статистический ежегодник Народной Республики Болгарии за 1969 г.», с. 68.
  30. Там же, с. 217.
  31. «Статистический ежегодник за 1968 г.», с. 98.
  32. Там же, с. 272.
  33. «Франкфуртер рундшау» (Frankfurter Rundschau), 8 июня 1972 г.
  34. Nikolai Patolichev. Außenhandel, 2‑е изд.— М., 1969.
  35. Сборник действующих договоров, соглашений и конвенций, заключённых СССР с иностранными государствами. Выпуск ⅩⅩⅦ.— М., «Международные отношения», 1974.— с. 201.
  36. «Вопросы экономики» № 8, 1968 г.
  37. Ежегодник «Внешняя торговля СССР», 1971 г., с. 195.
  38. Там же, с. 153.
  39. Там же, с. 196.
  40. Там же, с. 154.
  41. Там же, с. 13.
  42. Там же, с. 15.
  43. В. И. Ленин. ПСС, 5‑е изд., т. 27, сс. 361—362.
  44. Там же, с. 363.
  45. Материалы ⅩⅩⅢ съезда КПСС.— М., Политиздат, 1971.— с. 169.
  46. «Народы Азии и Африки» № 4, 1968 г.
  47. «Хандельсблатт» (Handelsblatt), 26 мая 1972 г.
  48. «Совьетунион хойте» (Sowjetunion heute) № 11, 1972 г. Выделение наше — ред.
  49. «Франкфуртер рундшау» (Frankfurter Rundschau), 16 августа 1971 г.
  50. «Хандельсблатт» (Handelsblatt), 7 апреля 1972 г.
  51. Е. К. Семенов. Сотрудничество во имя прогресса (страны социализма и индустриализация Индии).— М., «Наука», 1968.— с. 97.
  52. «Международная жизниь № 9, 1970 г.
  53. Там же.
  54. «Ди таймз ов Индия директори энд йиарбук» (The Times of India Directory and Yearbook), 1971 г., с. 178.
  55. Там же, с. 166.
  56. Статистическое издание «Ближний Восток и Северная Африка», том ⅩⅦ (Лондон, 1971 г.), с. 131.
  57. Там же, с. 135.
  58. Годы эры хиджры.
  59. В 1963—64 гг. 12,53 афгани были равны 1 немецкой марке.
  60. Там же, с. 715.
  61. 1 кантар ≈ 44,9 кг.
  62. Там же, с. 716.
  63. Там же.
  64. Там же.
  65. Выделение наше — ред.
  66. Материалы ⅩⅩⅣ съезда КПСС.— М., Политиздат, 1971.— с. 13; выделение наше — ред.
  67. Декларация Совещания представителей коммунистических и рабочих партий социалистических стран, состоявшегося в Москве 14—16 ноября 1957 года. Манифест мира.— М., Госполитиздат, 1958.— сс. 38, 44.
  68. «Правда», 26 сентября 1968 г. Выделение наше — ред.
  69. Тут, конечно же, появляется «но»! — ред.
  70. Л. И. Брежнев. Ленинским курсом. Речи и статьи. Т. 2.— М., Политиздат, 1972.— сс. 328—329.
  71. К. Т. Мазуров — член Политбюро ЦК КПСС, первый заместитель Председателя Совета Министров СССР.
  72. «Правда», 7 ноября 1968 г.
  73. В. И. Ленин. ПСС, 5‑е изд., т. 41, с. 165.
  74. Там же, сс. 165—166.
  75. «Международная жизнь» № 3, 1972 г.
  76. А. А. Громыко — с 1957 г. министр иностранных дел СССР.
  77. «Правда», 11 июля 1969 г.
  78. Согласно «Боевым кораблям Джейна» (Jane’s Fighting Ships), стандартному справочнику по флотам мира.
  79. «Красная звезда», 12 ноября 1968 г.
  80. «Известия», 15 июня 1971 г.
  81. В. И. Ленин. ПСС, 5‑е изд., т. 20, с. 173.
  82. B. H. Liddell Hart, Strategy: the indirect approach.
  83. Военная стратегия. Под ред. маршала Советского Союза Соколовского В. Д. Изд. 2‑е, испр. и доп.— М., Военное издательство Министерства обороны СССР, 1963.— сс. 242, 244, 246, 247.
  84. «Ю-Эс ньюз энд уэрлд рипорт» (), 5 января 1970 г.
  85. В. И. Ленин. ПСС, 5‑е изд., т. 29, с. 317.
  86. «Нойе цюрхер цайтунг» (Neue Zürcher Zeitung), 1 марта 1972 г.
  87. «Правда», 30 июля 1970 г.
  88. «Шпигель» (Spiegel) № 19, 1972 г.
  89. «Нойе цюрхер цайтунг» (Neue Zürcher Zeitung), 1 мая 1970 г.
  90. «Хандельсблатт» (Handelsblatt), 9 сентября 1969 г.
  91. Банки ревизионистских стран — ред.
  92. «Блеттер фюр дойче унд интернатионале политик» (Blätter für deutsche und internationale Politik) № 5, за 1972 г.
  93. «Франкфуртер аллгемейне цайтунг» (Frankfurter Allgemeine Zeitung), 3 октября 1970 г.
  94. «Совьетунион хойте» (Sowjetunion heute) № 12—13, 1972 г.
  95. «Франкфуртер рундшау» (Frankfurter Rundschau

    Экономическое сотрудничество социал-империалистов с империалистическими странами Запада — признак интеграции Советского Союза в мировую капиталистическую экономику. Советский эксперт-экономист Н. Шмелев ратует за долгосрочное «разделение труда» между СЭВ и ЕЭС:

    «Очевидно, что расширенное индустриальное сотрудничество и возможности сбыта на целом континенте дадут целым отраслям промышленности и крупным предприятиям в ведущих странах Западной Европы гораздо лучшие возможности выживания в сегодняшнем соревновании… Социалистические и капиталистические партнёры могут развивать отдельные секторы и производства, рассчитывая соответствовать потребностям партнёра в течение более длинного периода» 176«Нойе цайт» (Neue Zeit) № 27, 1972 г.

  96. Выделение наше — ред.
  97. Выделение наше — ред.
  98. В. И. Ленин. ПСС, 5‑е изд., т. 27, сс. 372 и 417—418.
  99. «Правду», 30 июля 1970 г.
  100. Выделение наше — ред.
  101. Под этим Брандт и Барцель подразумевают право захватить ГДР — ред.
  102. Дополнение к политическому отчёту Линь Бяо на Ⅸ съезде КПК (апрель 1969 г.) // Высказывания Мао Цзэдуна, содержащиеся в документах Ⅸ съезда КПК.— Выступления и статьи Мао Цзэдуна разных лет, ранее не публиковавшиеся в печати. Сборник. Выпуск шестой.— М., «Прогресс», 1976.— с. 261.
  103. Мао Цзэдун. Народы всего мира, сплачивайтесь, и громите американских агрессоров и всех их приспешников! (заявление от 20 мая 1970 года).— Выступления и статьи Мао Цзэдуна разных лет, ранее не публиковавшиеся в печати. Сборник. Выпуск шестой.— М., «Прогресс», 1976.— с. 270.
  104. Мао Цзэдун. Относительно противоречия.— Мао Цзэ-дун. Избранные произведения, т. 2, с. 443.
  105. Там же, с. 445.
  106. И. В. Сталин. Соч., т. 6, с. 73.
  107. «Правда», 1 ноября 1959 г.
  108. Ответы на вопросы журналистов в Вашингтоне 16 сентября 1959 г. («Правда», 18 сентября 1959 г.).
  109. «Правда», 10 сентября 1961 г.
  110. «Правда», 14 декабря 1962 г.
  111. За мир и безопасность народов. Документы внешней политики СССР. 1967 год. Книга вторая.— М., Политиздат, 1984.— с. 227.
  112. Выделение наше — ред.
  113. Партия арабского социалистического возрождения, правившая в Ираке в 1954—2003 гг.
  114. «Правда», 2 августа 1970 г.
  115. «Правда», 29 июля 1970 г.
  116. «Известия», 19 сентября 1970 г.
  117. Л. И. Брежнев. Ленинским курсом. Речи и статьи. Т. 3.— М., Политиздат, 1972.— сс. 143—144.
  118. «Правда», 29 сентября 1970 г.
  119. «Правда», 18 апреля 1972 г.
  120. Н. В. Подгорный — Председатель Президиума Верховного совета СССР.
  121. Т. е. визиту Никсона в Москву — ред.
  122. «Ландон ивнинг пост» (London Evening Post), 16 июня 1972 г.
  123. «Ле монд дипломатик» (Le Monde diplomatique) № 4, 1972 г.
  124. Один из лидеров правительства Демократической Кампучии при Пол Поте (1975—1979 гг.) и Коммунистической партии Кампучии.
  125. «Ле монд» (Le Monde), 15 января 1972 г.
  126. «Фар истерн экономик ревью» (Far Eastern Economic Review), 25 декабря 1971 г.
  127. «Португаль-репорт» (Portugal-Report), июнь 1971 г. Выделение наше — ред.
  128. «Джапэн таймз» (Japan Times), 19 мая 1972 г.
  129. «Фар истерн экономик ревью» (Far Eastern Economic Review) № 12, 1971 г.
  130. Мао Цзэдун. Беседа с американской журналисткой Анной Луизой Стронг (6 августа 1946 г.).— Мао Цзэ-дун. Избранные произведения, т. 4.— Пекин, Издательство литературы на иностранных языках, 1969.— сс. 114—115.
  131. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., 2‑е изд., т. 27, cс. 411—412.
  132. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., 2‑е изд., т. 4, с. 450.
  133. Ламентация (от лат. lamentatio) — жалоба, сетование.
  134. В. И. Ленин. ПСС, 5‑е изд., т. 37, с. 498.
  135. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., 2‑е изд., т. 8, с. 148.
  136. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., 2‑е изд., т. 27, с. 412.
  137. Материалы ⅩⅩⅣ съезда КПСС.— М., Политиздат, 1971.— с. 5.
  138. Т. е., капиталистической реставрации — ред.
  139. Т. е. его ликвидации — ред.
  140. Zbigniew Brzezinski. Alternative to Partition. For a Broader Conception of America’s Role in Europe.— New York, 1965.— с. 26.
  141. Там же, с. 51.
  142. Т. е. ревизионистские — ред.
  143. Там же, сс. 74 и 75.
  144. Z. Brzezinski. Alternative to Partition.— с. 118.
  145. Буржуазной идеологии — ред.
  146. Там же, сс. 122, 169 и 170; выделение наше — ред.
  147. Там же, с. 171.
  148. Свободная демократическая партия — либеральная партия в ФРГ.
  149. Там же, сс. 66—67.
  150. Там же, с. 67.
  151. Z. Brzezinski. Alternative to Partition.— с. 68.
  152. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., 2‑е изд., т. 13, сс. 6—7; выделение наше — ред.
  153. Мао Цзэдун. Выступления на Совещании по вопросам литературы и искусства в Яньани. Заключительное слово (23 мая 1942 г.).— Мао Цзэ-дун. Избранные произведения, т. 4, сс. 150—151.
  154. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., 2‑е изд., т. 4, с. 445.
  155. В. И. Ленин. ПСС, 5‑е изд., т. 41, сс. 336—337.
  156. Мао Цзэдун. О новой демократии.— Мао Цзэ-дун. Избранные произведения, т. 3, с. 252.
  157. В. И. Ленин. О нашей революции.— ПСС, 5‑е изд., т. 45, с. 381.
  158. Клара Цеткин. Воспоминания о Ленине.— М., Политиздат, 1976.— сс. 12 и 13.
  159. Там же, с. 14.
  160. Там же, сс. 15, 16, 20.
  161. В. И. Ленин. ПСС, 5‑е изд., т. 6, сс. 39—40.
  162. «Проблемы мира и социализма» № 3, 1972 г.
  163. «Либераль» (liberal) № 1, 1972 г.
  164. «Совьетунион хойте» (Sowjetunion heute), 16 ноября 1971 г.
  165. Настоящее имя — Эдвард Кеннеди Эллингтон — знаменитый негритянский джазовый композитор, пианист и руководитель оркестра, один из основателей и виднейших представителей стиля свинг.
  166. В оригинале «Иветна», но это, вероятно, опечатка.
  167. «Совьетунион хойте» (Sowjetunion heute), 1 января 1970 г.
  168. «Совьетунион хойте» (Sowjetunion heute), 1 марта 1971 г.
  169. «Правда», 18 декабря 1969 г.
  170. Выступления и статьи Мао Цзэдуна разных лет, ранее не публиковавшиеся в печати. Сборник. Выпуск шестой.— М., «Прогресс», 1976.— с. 261.
  171. И. В. Сталин. Соч., т. 14, с. 123.
  172. «Правда», 22 ноября 1969 г.
  173. «Бабинский рабочий», 22 марта 1970 г.
  174. Материалы ⅩⅩⅣ съезда КПСС.— М., Политиздат, 1971.— с. 92.
  175. Программное воззвание советских революционных коммунистов большевиков.— Пекин, Издательство литературы на иностранных языках, 1967.— сс. 102—103; выделение автора.

Добавить комментарий