11.08.2020

«Рабочий класс объединился со студентами». Интервью с американским товарищем

Кто опубликовал: | 12.08.2020

Все высказанные в статье оценки являются личным мнением интервьюируемого и не отражают официальной точки зрения названных организаций.

Маоизм.ру: расскажи о себе и своей организации. Какой политической линии вы придерживаетесь?

Чтобы ответить на этот вопрос, думаю, стоит кратко рассказать об истории возникновения ГСК и СОПМ — это студенческие организации, в которых я состоял. В этой истории есть несколько общих моментов с другими вопросами.

Наш первый марксистский кружок назывался Группа студентов-коммунистов 1 и он существует по сей день. Этот кружок образовался осенью 2017 г. в Нью-Йорке при относительно «прогрессивном» частном университете «Нью скул». Был момент ещё в начале 2017 г., когда этот кружок назывался Радикальный студенческий блок 2, но товарищи, которые тогда организовывали группу, решили её переименовать, исходя из того, что «радикальных» студенческих групп в США хоть пруд пруди, а вот коммунистических — нет вообще.

Я присоединился к ГСК в сентябре 2017 г., я тогда изучал философию, а из марксистской литературы на тот момент только прочел первый том «Капитала», что меня и занесло в эту группу довольно быстро. В кружке мы по очереди читали и обсуждали вслух Маркса, «Что делать?» Ленина и «Относительно практики» Мао Цзэдуна, а также тексты французских маоистов из СМЛКМ, которые образовались после майских событий 1968 г. в Париже, когда рабочий класс объединился со студентами (я считаю, что союз рабочих и студентов, особенно в развитых капиталистических странах, где почти отсутствует крестьянский класс, стоит учитывать многим коммунистическим организациям).

В один момент, кружок ГСК посещало примерно 15 постоянных участников, но к весеннему семестру 2018 г. их число сократилось. Ушли те студенты, которые либо хотели двигаться дальше по карьерной лестнице академизма, либо те, кто решил, что изучение марксизма и маоизма не в их приоритетах. Остались товарищи, которые в дальнейшем участвовали в первом опыте практической деятельности. Его организовали ГСК совместно с Маоистской коммунистической группой 3 (МКГ) 1 мая 2018 г.

В апреле 2018 г. пошли слухи, что администрация нашего университета, состоящая из финансистов и «прогрессивных» директоров, зарабатывающих в год в среднем по 500 тысяч долларов США, хочет уволить 50 рабочих университетской кафетерии и нанять новых, без медицинской страховки и прочих бонусов. Все это делалось якобы для улучшения качества обслуживания студентов, а профсоюз рабочих спокойно закрыл на это глаза, потому что сговорился с администраторской буржуазией нашего университета (если в начале ⅩⅩ в. тред-юнионы были составной частью многих рабочих движений в США, то в ⅩⅩⅠ веке они обманывают рабочих и принимают решения против их экономических и политических интересов: сговариваются с капиталистами и специально навязывают конфликты между рабочими). В нашем университете, администрация и профсоюз рабочих кафетерии старались противопоставить интересы студентов и рабочих. В итоге, после распространения листовок с агитацией и лозунгом «Всех или никого — за каждое рабочие место!», ГСК совместно c МКГ инициировали оккупацию университетской кафетерии, которая длилась 12 дней и в которой участвовали больше 150 студентов.

В ходе оккупации студенты организовали своего рода коммуну; там были комитеты по кухне, снабжению, чистке, коммуникации, безопасности и даже был кружок по самообороне. Всё работало по принципу «от каждого по способностям, каждому по потребностям»; у всех был свой график труда, два раза в день созывался совет, приглашались нуждающиеся бездомные люди после того, как мы сумели перетянуть наёмных охранников университета на нашу сторону. Стоит отметить, что у этих охранников были и свои забастовки годом ранее. В целом, характер организованности этой коммуны был изначально в какой-то степени централизованный, под руководством и по инициативе ГСК. Но со временем, он стал больше приобретать анархический характер, что с одной стороны привлекало многих студентов с мелкобуржуазными и леволиберальными взглядами, тем самым, успешно пополняя количество постоянных участников, но, с другой стороны, это мешало ГСК ввести свою агитацию и выполнять главную задачу оккупации.

Потом возникло много проблем с мелкобуржуазными студентами. Один пример: они осуждали ГСК за то, что якобы марксизм это расистская, шовинистическая, сексистская и анти-ЛГБТ теория на том основании, что все марксисты-революционеры были белыми гетеросексуальными мужчинами. Мы не погружались в их либеральную политику идентичности и не тратили на это силы, история и наука марксизма опровергают все эти аргументы; вместо этого мы наглядно ссылались на то, что введём оккупацию в интересах 50 рабочих, из которых большинство являлись женщинами афроамериканского и латинского происхождения. Нас также осуждала «Свободная пресса Новой школы» — газета нашего университета, за то, что мы введём антипрофсоюзную политику, хотя на самом деле профсоюз, который представлял рабочих кафетерии, сговаривался с администрацией школы и обманывал рабочих и, следовательно, наша антипрофсоюзная политика полностью себя оправдала. Оккупация сумела закалить пять — семь членов ГСК благодаря незаменимому практическому опыту; ГСК без передышки писали полемику, анализировали ситуацию и применяли теорию на практике. В итоге, оккупация, по мнению ГСК и МКГ, завершилась успехом, 31 рабочее место восстановили благодаря союзу рабочих и студентов. ГСК и МКГ доказали, что этот союз себя оправдал, без сплочения рабочих и студентов победа бы не состоялась. Именно солидарность между этими группами и сумела делать нашу оккупацию успешной, а мелкобуржуазная политика наглядно показала, что она всегда отчуждает интересы рабочих от студентов.

На вопрос «что делать?» ГСК ответила успешной оккупацией, но чтобы понять ответ на вопрос «что делать дальше?», ГСК пришлось потратить почти год. С одной стороны, можно было продолжать организовывать какой-нибудь МЛМ-кружок в нашем университете, но с другой стороны, надо было как-то двигаться дальше в плане организации. В духе нашей успешной оккупации нашей главной целью было создание союза между рабочими и студентами в Нью-Йорке с перспективой создания такого союза по всей стране. Поэтому мы взялись за изучение истории студенческих и рабочих движений в контексте Нью-Йорка с маленькой группой из студентов. Мы также изучили вопрос о роли высшего образования при капиталистическом строе. В первую очередь, образование при капитализме отчуждает умственный труд от физического труда, тем самым, разделяя общество на классы. Университет в обществе, где существует капиталистический способ производства, всегда остается инструментом идеологического господства класса капиталистов, а наука используется не ради блага общества, а ради увеличении прибыли капиталистов и угнетения рабочего класса. Следовательно, без борьбы за социализм бессмысленно говорить о реформах в сфере образования.

На такой платформе 1 мая 2019 г. была создана Студенческая организация «Первое Мая» 4. Мы создали новые отделения в Городском университете Нью-Йорка и Бруклинском колледже, где преобладают студенты из рабочего класса, в отличии от таких университетов, как «Нью скул», Нью-йоркский университет и Колумбийский университет, где студенчество мелкобуржуазное или даже буржуазное. Если спросить, какой линии или идеологии придерживается СОПМ, можно ответить, что в целом никакой по одной очень практичной причине. У СОПМ есть своя программа и она является основой единства членов СОПМ. Согласившись с нашей программой, любой человек может стать членом нашей студенческой организации. Этим СОПМ отличается отличается от многих коммунистических организаций, где в основу положено идейное единство. Оправдывается такой подход тем, что главная цель СОПМ — это объединение вокруг требования перемен в сфере образования, которые излагаются в пяти пунктах программы СОПМ. Именно такой подход и позволил СОПМ набрать обороты и репутацию за последний год. Если бы у СОПМ было идеологическое единство и от всех участников требовалась бы высокая идейная подготовка, не уверен, что она бы сумела набрать такой практический опыт, который есть сейчас. В то же самое время, это не означает, что марксизм для СОПМ не является наукой, с помощью которой объясняются объективные процессы, происходящие внутри капиталистического общества. СОПМ активно выступает против реформизма и мелкобуржуазных левых течений типа социал-демократов, Берни Сендерса и т. д. Она доказывает их недостаточность, выступает за социалистическую революцию и диктатуру рабочего класса и угнетённых масс над классом эксплуататоров.

Маоизм.ру: сейчас в России все обсуждают массовые протесты в США в связи с убийством Джорджа Флойда. Как ты относишься к этому движению? Есть ли у него лидеры, программа, какой у движения классовый характер? Участвует ли в нём ваша организация?

Массовые протесты, происходящие сейчас в США, превосходят масштабы всех протестов со времен Вьетнама. Это также происходит на фоне пандемии, растущего неравенства, и крайне нестабильной экономической ситуации. Нынешнее протесты приобрели такой масштаб не только из-за очередного безжалостного убийства полицейскими Миннеаполиса афроамериканца Джорджа Флойда, но и из-за пандемии и ряда других политических и экономических процессов. Масштаб этих движений можно воспринимать как следствие объективных противоречий в американском капиталистическом обществе, которые существуют в стране уже не одно столетие. Следовательно, восстание американского народа это прямое следствие таких объективных обстоятельств и на этом основании, думаю, это движение стоит приветствовать и поддерживать.

С другой стороны, также стоит учитывать недостатки этого движения. Безусловно, можно говорить о классовым характере, а также о разных оппортунистах и анархистах, которые, воспользовавшись ситуацией, создавали хаос и считали это самоцелью, а другие грабили магазины. Такие обстоятельства только увеличили дезорганизацию движения, которое изначально не имело никакой структуры. Как известно, это движение взяло на вооружение лозунг Black Lives Matter, который появился ещё в 2014 г. после убийства двух афроамериканцев, Майкла Брауна и Эрика Гарнера. Но из-за очень мало консолидированного характера этого движения, их требования рано или поздно поглощает истеблишмент демократов, состоящий из прогрессивных мэров и других лиц, которые сейчас настаивают на реформе полиции. Но реформы полиции недостаточно для искоренение проблемы, которой является само полицейское государство. Оно, в свою очередь, есть инструмент диктатуры американского правящего класса.

Главная задача любой организации в США сейчас, это показать недостатки реформизма и увеличить организованность масс, чем СОПМ активно занимается, публикуя анализ нынешней ситуации в своём блоге. В дальнейшем, безусловно, намечается много практических и организационных задач.

Маоизм.ру: как ты думаешь, можно ли считать негров отдельной нацией, или же они составляют одну нацию с WASP 5? Когда-то у Компартии США был план создания негритянской республики в ряде Штатов. Нужен ли он сейчас? Как нужно сегодня решать этот вопрос?

Думаю, афроамериканцев можно в какой-то степени считать отдельной нацией, но в контексте США, заставить белых американских рабочих требовать автономию для афроамериканцев, чего Маркс в своё время требовал от английских рабочих по поводу автономии Ирландии — довольно сложно. Это особенно сложно потому, что афроамериканцы живут почти на одной и той же территории, что и белые американцы. Я думаю, марксистам можно в какой-то степени поддерживать освободительную разновидность чёрного национализма, в том виде, как его проповедовали партия Чёрных Пантер и Малколм Икс, но только при условии, если такой национализм не перерастёт в шовинизм.

Для разрешения национального вопроса в США безусловно нужна рабочая партия, основанная на союзе американского, афроамериканского, латиноамериканского, пуэрториканского, и конечно же индейского народов; только потом можно будет говорить о правильном решении национального вопроса для всех выше перечисленных национальностей. Этот вопрос должен решатся американским народом, а также народами, которые подвергались эксплуатации на территориях, принадлежащих США. Но я также считаю, что для разрешения афроамериканского национального вопроса, а также других вопросов, связанных с ним, например — расизма, будет недостаточно только объединения чёрных с белыми в один рабочий класс. Думаю, если американскому рабочему классу действительно удастся взять власть в свои руки, то для полного искоренения расизма в США понадобятся несколько поколений и столько же культурных революций.

Маоизм.ру: есть ли перспективы для революции в США в связи с идущими сейчас протестами и в принципе?

Нынешняя волна протестов уже пошла на спад, но на этот раз те обстоятельства, которые способствуют появлению очередного очага восстаний, никуда не делись, а только увеличиваются. В США уже наблюдается вторая волна заражений Ковид-19, производство потерпело крушение ещё после первой волны, а запоздалая реакция финансовой системы на происходящий кризис ожидается впереди. Американский народ теперь в какой-то степени готов выйти на улицы, если произойдёт какой-нибудь поворот. Но также, думаю, стоит учитывать недостаточную готовность американского народа к революции. В США сейчас нет полноценной рабочей партии, а успешная революция, как показывает опыт рабочих движений, всегда нуждается в централизованной организации. На построение такой организации уйдут годы, но, надеюсь, какие-то уроки будут извлечены из опыта коммуны в Сиэтле и оккупации здания муниципалитета в Нью-Йорке. Но в целом, США ещё предстоит увидеть какой-нибудь социальный сдвиг, который хоть как-то может быть похож на неудачную революцию 1905 г. в России, не говоря уже о более успешных примерах в истории.

Маоизм.ру: расскажи о коммунистическом движении в США. Какую роль играет сейчас КП США? Как ты относишься к Б. Сандерсу и его движению? Какие существуют другие левые организации – марксистско-ленинские, троцкистские и т. д.? Велико ли влияние анархистов?

Рабочее движение в Соединённых Штатах существовало достаточно долго, многим ведь известно происхождение таких праздников, как Первое Мая и Международный женский день. Появились они в США, в стране, где бурно развивался капитализм и, следовательно, рабочее движение. Наверное, стоит рассказать об этой истории в основных этапах.

Начало социалистического движения в США

Бунт на Хеймаркет

Развитие социалистического движения началось ещё с утопических сообществ в начале ⅩⅨ в., таких как христианские Шейкеры и сторонники Шарля Фурье. Гражданская война 1860‑x разгромила рабовладельческий строй и обеспечила промышленной буржуазии доминирующее положение, открывая тем самым путь к развитию американского капитализма. Ряды рабочего класса росли и рабочие активисты, как правило иммигранты из Великобритании, Германии или евреи, основали Социалистическую рабочую партию Америки в 1877 г. и Социалистическую партию Америки в 1901 г. К тому времени анархизм также увеличивал своё присутствие по всей стране. Социалисты разных тенденций участвовали в разных профсоюзных организациях. Высшей точки это движение достигло в столкновениях на Хеймаркете в Чикаго в 1886 г., которые дали начало Дню международной солидарности трудящихся, сделав восьмичасовой рабочий день целью рабочего движения всего мира.

Также появились движения за равенство и свободу женщин, 8 марта 1909 г. работающие женщины Чикаго устроили забастовку и марш протеста, получив поддержку от женщин по всей стране. В следующем году, во время второго Международного конгресса женщин-социалисток, 8 марта был объявлен Международным женским днем.

Появление коммунистических организаций в США

Обострение классовых противоречий в США способствовало росту рабочего движения. В 1919 г. в общей сложности произошло 3577 забастовок с участием более 4 миллионов рабочих. Великие стальные бунты, длившиеся с сентября 1919 г. по январь 1920 г. с участием 365 тысяч рабочих, нанесли огромный удар по тяжёлой промышленности. Уильям Фостер был одним из выдающихся руководителей этого периода, особенно в период после Первой мировой войны. Под влиянием Октябрьской революции, в сентябре 1919 г. была сформирована КП США.

Уильям Фостер (1881–1961)

Она возникла из раскола с Социалистической партией и Вторым Интернационалом. Но поскольку её члены не могли договориться о единой программе, образовались две отдельные партии. Только благодаря решениям, принятым Коминтерном в 1920 г., а также совету В. И. Ленина, американцы были вынуждены объединиться в одну Коммунистическую партию Соединённых Штатов Америки. В это же время, анархисты — последователи Луиджи Галлеани, имевшие большое сходство с русскими народниками, с апреля по июнь 1919 г. организовали ряд терактов, а также взрыв на Уолл-стрит 16 сентября 1920 г. Эти взрывы стали одной из главных причин, которые привели к первой «красной угрозе», длившейся до 1924 г., во время которой были депортированы многие анархисты и социалисты, что не принесло никакой пользы рабочим и коммунистическим организациям.

Несмотря на первую «красную угрозу», в последующие годы КП США и революционное движение в целом продолжали развиваться. В марте 1930 г. партия возглавила исторически значимый общенациональный марш безработных, требовавших пособий по безработице. Это движение также поддержало требования афроамериканцев и способствовало борьбе с сокращением заработной платы. С 1929 по 1933 гг. в забастовках приняли участие 3,5 миллиона человек, а в 1934–1936 гг. рабочие выступили против рузвельтcкого «нового курса», с помощью которого он стремился избежать повторения Великой депрессии. Во время экономического кризиса 1937–1938 гг. и до Второй мировой войны, большое количество рабочих в США и широкие массы трудящихся выступали против монополистического капитала, империалистической войны и агрессии. Только в сентябре 1937 г. было 3000 забастовок с участием 1,5 миллиона человек.

В это же время, шли и определенные политические процессы внутри КП США. В целом, можно сказать, что правый оппортунизм всегда существовал в КП США и проявлялся он по-разному. В 1920‑х годах был оппортунизм Джея Лавстона, он был исключён, когда выявилось его двурушничество, но стоит также учитывать, что среди членов КП США всегда были агенты ФБР, что сильно влияло на потенциал партии. В 1930‑е гг. произошел раскол с троцкистами, которые покинули КП США и создали свою социалистическую рабочую партию. Дж. Д. Кэннон, руководивший этим расколом, был одним из главных доверенных лиц Троцкого. Потом был граф Браудер, в начале он написал много хороших партийных брошюр и был идеологически здоровым. Он был убеждённым сторонником Советского Союза, но к концу Второй мировой войны он принял теорию так называемой «американской исключительности». Эта концепция отделяла американских рабочих от рабочих в других странах и в конечном итоге привела к ликвидации КП США. Партия была официально распущена в 1944 г. и превратилась в Коммунистическую политическую ассоциацию. Браудер считал, как и некоторые лидеры КП США впоследствии, такие как Сэм Уэбб например, что капитализм и социализм могут «мирно сосуществовать» в конкурентном мире. На этом этапе связь КП США с коммунизмом была разорвана безвозвратно, несмотря на связи, которые продолжала иметь партия с СССР вплоть до прихода к власти М. С. Горбачёва.

«Новое коммунистическое движение» после краха КП США

После расколов, произошедших не только в США, но и среди многих коммунистических организаций в других странах мира после прихода Н. С. Хрущёва к власти, в США наступил застой в коммунистическом движении. С этим обстоятельством безусловно связана вторая «красная угроза» 1947–1958 гг., период, который также называют «маккартизмом». Ситуация начала меняться в 1960‑х гг., появились новые возможности для роста и возникло так называемое «новое коммунистическое движение», на которое оказали влияние мировые события того времени, в частности, кубинская революция 1959 г., китайская культурная революция 1966 г., «красный май» во Франции 1968 г., движение за права афроамериканцев, а также война во Вьетнаме.

В идеологическом отношении эта новая волна организаций отразила весь спектр марксистского «третьего мира». Многие — часто ветераны бригады «Венсеремос» — черпали своё основное вдохновение из Кубы. Некоторые отождествляли себя с освобождением Третьего мира, но сосредоточились главным образом на одной конкретной борьбе или проблеме в США. Даже среди тех, кто считал, что Коммунистическая партия Китая представила наиболее полезную основу для анализа нынешних реалий, были различия. Маоисты считали, что только КПК выражает современный ленинизм, в то время как большое число «мягких маоистов» — как бы они ни восхищались Мао — не были готовы сказать, что китайская компартия более революционна, чем кубинская или вьетнамская партии.

Коллапс 1990‑х и нынешняя ситуация

Десятки тысяч людей прошли через так называемое «новое коммунистическое движение» между концом 1960‑х и началом 1990‑х гг. Многие из них стали его кадровыми активистами и подчиняли почти каждый аспект своей жизни политическим приоритетам. Для некоторых, партийная организованность была на первом месте; для других — в основном это были люди, которые повернули влево в 1960‑е гг.— партийное строительство не играло роли в формировании политической идентичности. Из-за разных политических перемен, происходивших в социалистических странах за рубежом, а также из-за внутренней идеологической борьбы, многие организации либо распускались, либо раскалывались на менее значительные. К 1990‑м гг. основная масса организаций движения сменилась либо исчезла. Менее 1000 человек оставались в группах, существовавших в движении, причём большая часть из них были новобранцами. Подавляющее большинство активистов, которые построили движение в его расцвете, больше не были в него вовлечены. В разное время между 1979—1980 гг. и 1989—1990 гг. эти ветераны отошли от участия в своих организациях и вместо этого адаптировались к гражданской жизни.

Это обстоятельство объясняет нынешнюю ситуацию в США, где почти отсутствуют коммунистические организации, способные инициировать какие-либо политические действия. Отсутствует связь организаций с рабочим классом, а также доверие к ним с его стороны. Вместо этого, рабочий класс либо верит в профсоюзы, которые всегда сговариваются с классом капиталистов, либо, как это делает большинство, участвует в выборах каждые четыре года и выбирает президента, веря в то, что он хоть что-нибудь сделает в их интересах. В целом, американское население доверяет своей буржуазной демократии, а самые прогрессивные левые либералы, максимум, что могут сделать, это поддержать социал-демократов, таких как Берни Сандерс и Александрия Окасио-Кортес в Сенате. Но характер социал-демократов стал полностью ясен во время президентских выборов с участием Сандерса: социал-демократы мало чем отличаются от истеблишмента демократической партии. Сандерс теперь поддерживает Байдена в качестве кандидата в президенты и призывает всех американцев голосовать за него ради победы над Трампом. Сандерс также поддерживает империалистические интервенции в других странах в не меньшей степени, чем Байден.

Маоизм.ру: какие перспективы у коммуны в Сиэтле, какой классовый состав протестующих, актуальна ли такая форма протеста?

Как уже известно, «Автономная зона Капитолийского холма» в Сиэтле, которая была провозглашена 8 июня 2020 г., была окончательно зачищена полицией Сиэтла 1 июля, тем самым коммуна была ликвидирована. В целом, требования, которые провозгласила коммуна Сиэтла, были относительно прогрессивными и безусловно более конкретными, чем, скажем, требования протестов «Оккупай Уолл-стрит» в 2011 г. в Нью-Йорке. То, что в Сиэтле были созданы временные зоны без полицейских и на короткое время они были завоеваны в Миннеаполисе – несомненно хорошо. Но «Автономную зону Капитолийского холма» (она же КХАЗ) вряд ли можно считать подлинно автономной или освобождённой. Сами оккупанты даже не могли полностью договориться о том, называть ли её «Автономной зоной» или «Оккупационным протестом на Капитолийском холме» (КХОП). Создатели Зоны также не смогли договорится о базовом идеологическом согласии между участниками, что говорит о слабом идеологическом единстве самого движения. В итоге, КХАЗ или КХОП стал большим фестивальным пространством, а не перспективным политическим действием, несмотря на относительно радикальные требования, которые выдвинули организаторы автономной зоны. Из-за анархического характера этой автономной зоны, в неё также начали проникать разные оппортунистические элементы, в том числе и мелкобуржуазные, люди, выступавшие за всякие компромиссы с полицейскими, и даже некоторые группировки, которые занимались нелегальной деятельностью. Некоторые оппортунистические элементы коммуне удалось ликвидировать, а другие глубоко въелись в её характер.

Существование коммуны Сиэтла нужно также оценивать, как часть движения в целом, а не как один изолированный момент. Именно так можно объяснить анархический характер, которая приобрела сама коммуна в Сиэтле и ряд других провозглашённых автономных зон по всей стране. Несмотря на недостатки такой организации, произошёл в какой-то степени радикальный сдвиг в сознании американцев. Причины, способствовавшие такому радикальному сдвигу, являются скорее объективными, чем субъективными. Другими словами, массовые протесты в США, из которых и родилась сама коммуна Сиэтла, приобрели свой масштаб и характер из-за существующей объективной кризисной ситуации, а не из-за какого-то сдвига в понимании роли протестующих в капиталистическом обществе. Исходя из такого понимания нынешних протестов в США и объясняется анархический характер как самих протестов, так и коммуны Сиэтла.

С другой стороны, трудно представить, насколько бы успешней была коммуна Сиэтла, учитывая, что американский народ не объединён под руководством одной организации, которая смогла бы руководить не только одной коммуной в Сиэтле, но и коммунами по всей стране, так и протестами в целом. Американцы, к сожалению, не были достаточно подготовлены к задаче превращения коммуны в Сиэтле во что-то более успешное, хотя объективная ситуация была довольно благоприятная. Но зато, опыт коммуны Сиэтла безусловно очень важен и думаю, это заставит многих задуматься об ошибках этого опыта.

Несмотря на очень слабые объективные и субъективные предпосылки для революции в США, есть вероятность, что всё может поменяться довольно быстро, как это происходило не раз в мировой истории. А нынешние протесты радикализовали многих, правда, не только в левую сторону, но и в правую.

Маоизм.ру: Актуальна ли в наше время борьба за равноправие женщин и против патриархата? С какими проблемами сталкиваются женщины в США? Как отличается положение белых и цветных женщин?

Думаю, прежде всего стоит отметить, что есть разные течения феминизма, которые по-разному определяют патриархат: либеральный феминизм, радикальный феминизм, лесбийский феминизм, анархофеминизм, либеральный «интерсекциональный феминизм», марксистский феминизм и пролетарский феминизм. Наверное, не стоит здесь сильно углубляться во все их отличия, их прекрасно разбирает пролетарская феминистка и один из лидеров Коммунистической партии Индии (маоистской) Анурадха Ганди, чью работу «Философские тенденции в феминистском движении» я советую почитать всем коммунистам. Я считаю, что позиция А. Ганди является наиболее научной по так называемому «женскому вопросу» и феминизму.

Борьбу за равноправие женщин и против патриархата нельзя отделить от борьбы против капиталистического строя и борьбы за коммунизм. А при борьбе за коммунизм, очень часто забываются, или уходят на задний план важные вопросы касательно женщин. Сегодня также многие коммунисты страдают от неспособности сформулировать своё отношение к феминизму, которое являлось бы коммунистическим и научным (я имею ввиду с точки зрения научного социализма в целом, чьим объектом изучения является общество и его внутренние политико-экономические взаимодействия). Вместо этого коммунисты часто некритично применяют мешанину из множества антикоммунистических феминистских теорий и практик, которые отделяют феминистскую борьбу от борьбы за коммунизм, выделяя их как две разные вещи. Быть коммунистом означает в какой-то степени быть также феминисткой/феминистом, но мы также должны понимать разницу между феминизмом коммунистического типа и общим, туманным, не научным, а порой даже антикоммунистическим феминизмом. Точно так же, как нам нужно бороться с позицией, согласно которой феминизм так или иначе является антикоммунистическим, и что вся феминистская традиция является «мелкобуржуазной» или «реакционной», нам также необходимо бороться с некритическим феминизмом, который может привести к оппортунизму и параличу революции. Поэтому, отвечая на вопрос, актуальна ли борьба за равноправие женщин и против патриархата, можно сказать, что безусловно да, но также важен и правильный, коммунистический и научный подход к женскому вопросу и феминизму.

Участницы профсоюза в Нью-Йорке на демонстрации за 8‑часовой рабочий день в 1910 г.

Пояснив этот момент, можно перейти к проблемам, с которыми сталкиваются женщины в США. Женщины в США часто играли важную роль во многих важных социальных сдвигах, а в некоторых случаях даже основную роль. Объясняется это тем, что при капитализме и патриархате, женщины рабочего класса всегда угнетаются больше, чем мужчины того же класса. Такое положение женщин в американском капиталистическом обществе неизбежно толкало их к борьбе за свои политические права. В истории нередко борьба за формальные права и ряд других реформистских требований всегда следовали за подъёмом рабочего движения. Например, демонстрация за женское избирательное право 1913 г. в Вашингтоне, на котором присутствовали многие женщины, в том числе и мелкобуржуазного класса, произошёл как следствие забастовки чикагских работаниц 8 марта 1909 г., когда была провозглашена борьба женщин за право голосовать и занимать государственные должности. В итоге, женское избирательное право было принято Конгрессом 18 августа 1920 г., но на деле это мало как отразилось на жизни самих женщин, особенно женщин рабочего класса и уж тем более женщин афроамериканского происхождения.

Вопрос о противоречиях между женщинами разных классов почти никогда не проявлялся заметно в общественной дискуссии. По сей день, этот недостаток себя проявляет, например, буржуазная тенденция «CEO-феминизм» (Феминизм гендиректоров) основана на политике идентичности, которая выступает за избрание женщин в менеджеры компании, чтобы те «уполномочивали» (empower) женщин-работниц. То есть, классовое противоречие между женщиной-менеджером, которая также может владеть акциями компании, и женщиной-работницей, которая продаёт свой труд — вовсе не бросается многим в глаза. Сегодня в США также популярна борьба мелкобуржуазных течений феминизма, таких как «Ми-ту», которые выступают против сексуального домогательства и прочих проблем. Хоть это действительно проблемы, которые нужно искоренять из общества, феминистки данного течения надеются на то, что женщины добьются когда-нибудь справедливости, не понимая, что справедливости невозможно добиться без борьбы за социализм.

Что касается противоречий между белыми и цветными женщинами, то этот вопрос поднимается намного чаще, чем вопрос о классах. Но предлагаемые решения этих проблем всегда склоняются к либерализму и политике идентичности, которые никак не решат проблему расизма и экономического неравенства среди женщин разных рас и этносов в американском капиталистическом обществе. Сейчас идут попытки снижать дискриминацию по цвету кожи, например, при найме на работу, но данную проблему не разрешишь с помощью рынка. Из-за того, что американская экономика зависит от дешевого женского труда, в основном женщин-мигранток мексиканского происхождения, которые работают за зарплату ниже прожиточного минимума, многие эти социальные противоречия попросту не могут быть разрешены. Я уже не говорю, сколько дешёвого женского труда эксплуатируется США в странах третьего мира. Тут проблема эксплуатации цветных женщин неизбежно приобретает не только локальный характер, но и глобальный.

Маоизм.ру: вопрос о ЛГБТ давно будоражит российских коммунистов. Должны ли коммунисты бороться за права ЛГБТ и трансгендеров? Нет ли здесь риска впасть в политику идентичности?

Участники Стоунволлских бунтов в Нью-Йорке в 1969 г.

Как и вопрос относительно феминизма, коммунистический, научный и правильный подход к вопросу ЛГБТ есть, хотя этот вопрос безусловно нуждается в проработке с пролетарской точки зрения. Если сегодня многие коммунисты страдают от неспособности сформулировать свое отношение к феминизму, то по отношению к ЛГБТ, ситуация близко к безнадежной. Вопрос о ЛГБТ занимает то же самое место, что в истории марксизма в своё время занимали еврейский вопрос, национальный вопрос и женский вопрос. Все эти вопросы нуждались в какой-то степени креативности в их разрешении, но при разрешении этих вопросов не приносились в жертву научные принципы и основы марксизма, а наоборот, эти вопросы только совершенствовали саму науку марксизма и расширяли его кругозор. Такой же многосторонний подход нужен и в вопросе касательно ЛГБТ.

Вопрос о ЛГБТ безусловно сложный, и если брать параллели с другими названными вопросами, то это не означает оправдания ЛГБТ в той форме, в которой это течение себя проявляет сегодня, а наоборот, коммунистам нужно в начале разобрать, какое место это движение должно иметь в обществе вообще, и как это движение может использоваться в интересах пролетарской революции. В этом отношении коммунисты, которые относятся к ЛГБТ с презрением, сильно проигрывают, так как ЛГБТ используются в современном контексте как инструмент капитала и как оправдание либеральной политики идентичности, которая пагубна для любого революционного движения и даже многих членов самого ЛГБТ-сообщества. Если же коммунисты сумеют убедить членов ЛГБТ-сообщества о том, что никакая буржуазия им не даст полных прав и свобод, и в первую очередь, разумеется, когда они это сами поймут, то здесь безусловно есть огромный потенциал.

Несмотря на то, что классовый характер тоже очень важный элемент этого вопроса, как правило, члены ЛГБТ-сообщества чаще всего являются мишенью реакционных репрессий, особенно в странах периферии, где патриархальный строй общества трансформируется в интересах капитализм, для получения источника дешевого труда и капитала. В странах ядра, прослеживается обратная тенденция, когда прогрессивная либеральная буржуазия видит свои интересы в поддержке ЛГБТ-сообщества. Как и среди людей, поддерживающих феминизм, среди ЛГБТ-сообщества есть представители мелкобуржуазного класса и даже класса буржуазии. Но означает ли это, что стоит выступать за угнетение женщин и ЛГБТ-сообщества? Очевидно, что нет. Если углубится в проблему дальше, то мы придём к выводу, что не может существовать принципиального и обоснованного марксистского аргумента против поддержки ЛГБТ и их борьбы против их угнетения. Более того, я бы сказал, что некоторые ЛГБТ-сообщества многих империалистических стран имеют довольно радикальные взгляды по сравнению с другими группами. Многие члены ЛГБТ-сообщества также критично относятся к интересам капитала, которые проникли в ЛГБТ-движение.

Примечания:

  1. Англ. Communists Student Group.
  2. Англ. Radical Student Block.
  3. Англ. Maoist Communist Group.
  4. Англ. May Day Student Organization.
  5. Т. е. население английского происхождения, исповедующее протестантизм.— Маоизм.ру

Добавить комментарий