Выступления Мао Цзэдуна, ранее не публиковавшиеся в китайской печати. Выпуск первый: апрель 1950 — июль 1957 года.— М., издательство «Прогресс», 1975.

08.03.1957

Беседа с деятелями литературы и искусства

Кто опубликовал: | 16.10.2021

Эта беседа Мао Цзэдуна с представителями литературных и художественных кругов состоялась во время национальной конференции КПК по пропаганде.

Мао Цзэдун. Сколько дней заседали? Как прошли заседания? Я прочёл все ваши 33 вопроса. 1

Лу [Динъи] рассказывает о ходе совещания по пропагандистской работе.

Мао Цзэдун (обращаясь к товарищам из Центрального Комитета). Кто из вас участвовал в совещании?

Кан Шэн. Вчера утром я был в шанхайской группе, после обеда в тяньцзиньской, сегодня утром в [группе] министерства высшего образования, а после обеда отважился стать писателем и заседал в группе литераторов.

Мао Цзэдун. Какие же вопросы возникали?

Кан Шэн. В группе литераторов обсуждение было очень оживлённым; под конец Лао [Шэ] 2 выдвинул один вопрос, продлили работу ещё на полчаса и всё равно не хотели расходиться.

Мао Цзэдун (обращаясь к [Чжоу Яну] 3). Какой вопрос был выдвинут?

[Чжоу Ян]. Относительно трагедии — можно ли писать трагедии; к примеру, писатель ненавидит каких-то людей, так можно ли описывать их поражение и смерть?

Мао Цзэдун. Каких людей ненавидит?

Кан Шэн. Бюрократов.

在前进的道路上

Постер фильма «Кому принадлежит слава». Бросается в глаза, что персонажи явно стилизованы под Мао и Чжоу.

Мао Цзэдун. Разумеется, бюрократов нужно критиковать. Есть такой фильм «Кому принадлежит слава» 4, там изображён начальник управления железной дороги; он бюрократ, но должность начальника всё равно занимает! Хотя писатель уже изобличил его, он по-прежнему остаётся начальником управления. Такого кадрового работника надо снимать с должности! Ради того чтобы лечить с целью спасти больного, его можно отправить и на учёбу. Но это называется непоследовательностью, недостаточной последовательностью. Бороться же с бюрократом надо до конца, ведь это бюрократ, а не кто-либо иной.

Кан Шэн. В нанкинской группе зашёл разговор о том, нужна ли в школах дисциплина. К примеру, если учащийся нарушает школьную дисциплину и после многократных наставлений не исправляется, можно ли его исключить? Опять же, если не исключать тех, кто пишет реакционные лозунги, то что останется от дисциплины?

Мао Цзэдун. Соблюдать дисциплину — значит критиковать [нарушителя] и всем помогать ему исправиться. Некоторые вовсе не являются тайными агентами, у них в головах сумбур, им можно записать большую провинность 5. Исключить — дело лёгкое, исключишь, а куда им идти? Куда-то они должны же идти. Может быть, условимся передать их вам в Ассоциацию литературы и искусства, в Союз писателей? В такой огромной стране, как Китай, им всегда найдётся место: в армии, на заводах, в кооперативах. Вы их отсюда исключили, а там их примут — и что вы тут поделаете? Раз в школах всё так хорошо, то почему нельзя оставить в них несколько плохих учеников? А школьные деятели думают только об исключении.

Кан Шэн. У вузов тоже есть своё мнение о том, что нехорошо концентрировать всю научно-исследовательскую работу в Академии наук; вузы тоже должны заниматься наукой, должны вести и исследования и преподавание.

Мао Цзэдун. Какие есть вопросы в области литера туры и искусства?

[Чжоу Ян]. Среди писателей и товарищей, прибывших с мест, бытуют довольно путаные представления о социалистическом реализме. Нужен ли социалистический реализм или не нужен? Некоторые считают, что не нужен, другие считают, что нужно его отстаивать.

Лу [Динъи]. И ещё — нелегко писать фельетоны.

Мао Цзэдун. Кто из нас умеет писать фельетоны? Врагов себе наживёте.

Ху [Цяому] 6. Товарищ Мао [Дунь] 7 поначалу довольно много писал в «Жэньминь жибао», но теперь публицистика почти исчезла из «Жэньминь жибао». Сначала очень многие внимательно следили за восьмой полосой, но потом кое-кто сказал, что публикуется слишком много статей с критикой недостатков, вследствие него авторы и перестали писать.

Мао [Дунь]. В ряде фельетонов главным образом обличались недостатки, а потому меньше воспевались новые явления.

Ба [Цзинь] 8. В этот раз мы сообща обсуждали статью «Как [показывать] противоречия внутри народа?». Например, все считают, что описывать бюрократов — дело хлопотное, очень трудное, никому за него браться не хочется. Или ещё вопрос о публицистике: в Шанхае некоторые требуют от публицистических статей всестороннего охвата проблемы, а другие говорят, что публицистика не может быть всесторонней, ведь Лу Синь в статьях берёт только один факт.

Мао Цзэдун. Пожалуй, без большой демократии ничего не выйдет! В партии уже поставлен вопрос о критике субъективизма, бюрократизма и сектантства, но она ещё не развернулась; Центральный Комитет проведёт заседание, издаст директиву 9; в этом году подготовимся, в будущем начнём: для этого тоже необходим период брожения. Решение же нужно подготовить в первой половине нынешнего года. Сейчас в партии ещё нет единого мнения относительно того, что же считать бюрократизмом. Как его критиковать? Единодушия ещё нет, нужно провести упорядочение стиля, и тогда будет легко критиковать. Сейчас только-только начали кое-что критиковать, а Ма Ханьбин и Чэнь Цитун сразу же публикуют заявление 10 определённо с целью воспрепятствовать курсу «пусть расцветают сто цветов, пусть соперничают сто школ».

Один товарищ из ЦК. На самом деле эта мысль принадлежит Чэнь Ни 11.

Мао Цзэдун. При упорядочении стиля надо устранять субъективизм, делая особый упор на догматизм и сектантство. Эти люди всегда хотят установить на всё свою монополию, им кажется, что население в 600 миллионов слишком велико, лучше, если бы оно было поменьше. Нужно устранять бюрократизм, его очень много. Упорядочения стиля не было уже много лет, в 1942 году упорядочивали, а с тех пор?

[Чжоу Ян]. Во время борьбы «против трёх злоупотреблений» 12 исправляли.

Мао Цзэдун. Во время борьбы «против трёх злоупотреблений» устраняли расточительство в учреждениях, а в 1953, 1954, 1955, 1956 годах, в течение четырёх лет, не устраняли. После борьбы «против трёх злоупотреблений» злоупотреблений стало поменьше, а расточительство по-прежнему велико, стиль упорядочивали, да не упорядочили. Среди присутствующих есть члены партии, есть и беспартийные, но в принципах коммунистической партии вы тоже немного разбираетесь; необходимо подталкивать, необходимо добиться единства взглядов, выработать общий язык. Иначе ты скажешь «бюрократизм», а он скажет «нет». Ты говоришь «пусть расцветают сто цветов, пусть соперничают сто школ», а он скажет «не надо расцвета»; едва они начали расцветать и появилось несколько плохих [цветов], а у него уже руки ноги задрожали. Четвёрка Чэнь Цитуна как будто заявляет: «Беда, государство вот-вот погибнет!». Они даже по телефону не позвонили, чтобы справиться в отделе пропаганды. «Сто цветов» расцветают не благодаря Лу [Динъи]. Они ещё требуют, чтобы в статье ни слова не меняли: эти люди иначе как императорами себя не представляют!

В общем, они перепугались, и всё тут. Расцветают сто цветов, а они боятся ста цветов, да и обстановка сейчас ещё не созрела. Если не упорядочить в партии стиль работы, то и во всём Китае упорядочить стиль тоже не удастся именно из-за многочисленности китайской компартии.

В Управлении кинематографии проблем тоже немало; на мой взгляд, критика во многом правильна, необходимо принять меры исходя из фактов. (Обращаясь к Чжао [Мину].) Каковы у вас взаимоотношения с Управлением кинематографии?

Чжао [Мин]. Некоторые критические замечания не совсем справедливы.

Цянь [Цзюньжуй] 13. Управление кинематографии уже многое подправило, некоторые критические замечания основаны на фактах, но некоторые слишком суровы.

Мао Цзэдун. Слишком суровы? Нанесите ответный удар.

Лу [Динъи]. Они уже отвечали не раз.

Мао Цзэдун. И должна быть убедительность, а статья Чэнь Хуанмэя, по-моему, неудачна. В общем, в партии и вне её довольно много путаницы, а в Поднебесной великая смута!

Кан Шэн. Ещё нет великой смуты в Поднебесной.

Мао Цзэдун. Смута не такая сильная, как и Венгрии, вот и всё, но путаницы довольно много, нет идейного единства, недостаёт общих точек зрения. На вашем совещании выдвинуто 33 вопроса, из которых видно, что многие проблемы требуют ответа. Разве один человек в состоянии дать ответ? По-моему, лучше устроить коллективное обсуждение так, чтобы один человек зачитывал вопрос вслух, а все обсуждали и давали ответ, а на некоторые вопросы пусть ответит Лу [Динъи].

Лу [Динъи]. Я один не отвечу.

Мао Цзэдун. Общими силами, путём коллективного обсуждения нужно ответить на вопросы: как писать фельетоны? Как критиковать бюрократизм? Если критика неправильна, готовься [дать отпор], если критика правильна, хочешь не хочешь, а принять её придётся. На те вопросы должен ответить Лу [Динъи], я ведь тоже не специалист, не могу ответить на все вопросы подряд. Пусть кто-нибудь прочитает эти четыре листка (указывает на информационные сводки), а все обсудят.

Кан Шэн. По-моему, следует позаседать ещё два дня по группам и там ответить.

Мао Цзэдун. Какие ещё есть вопросы?

Мао [Дунь]. В настоящее время некоторые односторонне понимают положение о том, чтобы «писать правду»; некоторые молодые писатели говорят: что увидел, то и описывай, раз есть в действительности, значит, можно описывать. Это означает, что идеология не может направлять творчество, в этом есть сходство с теорией Ху Фына; они заявляют, что в стихах следует описывать чувства (семь видов эмоций), как это сделано в произведении под названием «Поцелуй», и отрицают, что писатель должен руководствоваться идеологией, наблюдая жизнь.

Мао Цзэдун. Эта точка зрения связана с неправильным взглядом на социалистический реализм; по-видимому, невозможно требовать, чтобы все писатели восприняли марксистское мировоззрение; пожалуй, понадобится несколько десятков лет, чтобы такая возможность появилась для подавляющего большинства писателей. В тот же период, когда некоторые ещё не восприняли марксистское мировоззрение, ты можешь писать своё, и у каждого может быть своя правда, только не создавай по примеру Ху Фына тайных группировочек. Здесь должна быть и помощь. Некоторые действительно одобряют марксизм, некоторые одобряют его через силу. Охотно ли соглашается национальная буржуазия на обобществление принадлежащих ей средств производства? Всегда найдутся соглашающиеся без особой охоты, есть и соглашающиеся без особых возражений. Когда изменяется социальный строй, от частной собственности переходят к общественной, от единоличного хозяйства к коллективному, среди нескольких сот миллионов населения всегда найдутся соглашающиеся без особой охоты. (Спрашивает Чжоу [Синьфана], который рассказывает о положении в труппе.) Вот и ваша труппа от единоличного хозяйства перешла к коллективному, из частного владения в государственное.

Говоря в целом, смена строя есть большое изменение, которое вызвало определённые тенденции в общей ситуации всего Китая и с которым не могут не соглашаться без особой охоты. В идеологии сейчас царит путаница, и многие из вопросов на этих четырёх листках (указывает на сводки) отражают сдвиги в социальном базисе. Наша страна раньше была не социалистическим, а полуфеодальным и полуколониальным государством; после свержения империализма, бюрократического капитала и феодализма осталась ещё национальная буржуазия и несколько сот миллионов представителей мелкой буржуазии, чью систему собственности ещё надо было изменить. Интеллигенты по своему происхождению на 80 процентов состоят из детей помещиков, кулаков и капиталистов, среди которых, конечно, различаются крупные, средние и мелкие. Студентов вузов можно считать интеллигентами.

Если среди 600-миллионного населения страны интеллигенция составляет один процент, то её насчитывается 6 миллионов. Но не все они учились в вузах. Товарищ Сяо Чунюй 14 ни в какой школе не учился, он был половым в одной из чайных Учана, выучился самоучкой, а его тоже можно считать интеллигентом. В прошлом году насчитывалось 100 тысяч интеллигентов высшей квалификации. Один процент всего общества составит, пожалуй, миллионов пять. Это учителя начальных школ, служащие, административные работники и какая-то часть в Народно-освободительной армии. Торговые и банковские служащие, инженерно-технический персонал, проектировщики, да ещё журналисты, врачи… да, 5 миллионов. А сколько из 5 миллионов исповедуют марксистское мировоззрение? Десятая часть наберётся? Десятая часть — это 500 тысяч, а исповедовать марксизм — значит более или менее понимать его и пользоваться им как руководством к действию. Субъективистов и догматиков нельзя считать понимающими марксизм. Если есть десятая часть, то хорошо. А сколько их в литературе и искусстве?

Чжоу [Ян], Цянь [Цзюньжуй]. Примерно 250 тысяч, включая работников литературы и искусства, театра и традиционной эстрады.

Мао Цзэдун. В литературно-художественных кругах немало интеллигенции, тысяч пятьдесят наберётся? Будем считать 50 тысяч. Давайте прикинем, можно ли найти среди них хоть десятую часть более или менее разбирающихся в марксизме и использующих его как руководство к действию? Если да, то очень хорошо. Есть 5 тысяч из 50, не считая субъективистов, догматиков и марксистов на словах?

Большинству людей марксистское мировоззрение ещё чуждо. Кроме того, есть и враждебно настроенные по отношению к социалистическому строю; но хотя эти люди не исповедуют марксистское мировоззрение, они всё же не тайные агенты, не режут ножами людей, они просто ворчат, иной раз пишут статьи; такие люди тоже составляют меньшинство, тоже что-нибудь около десятой части? Эти люди в большинстве своём не высказываются вслух и сопротивляются молча, уповая на возникновение третьей мировой войны и мечтая о возвращении Чаи Кайши.

Ху [Цяому]. Таких людей тоже не наберётся десятой части.

Мао Цзэдун. По-видимому, на обоих полюсах насчитывается менее чем по одной десятой. Исповедующих марксизм тоже менее чем одна десятая. Не считая марксистов на словах, не считая догматиков, наберётся ли в целом десятая часть в партии и вне её? Если теперь отбросить оба полюса, то останется промежуточная часть, составляющая около 80 процентов, то есть большинство. Большинство поддерживает социалистический строй, но не обязательно исповедует марксизм; руководствующихся же им в своём творчестве и того меньше. Поэтому нельзя насильно навязывать и социалистический реализм. Как же быть с подобными произведениями? Надо издавать и те, что не относятся к социалистическому реализму, если только они написаны не теми людьми, которые мечтают о третьей мировой войне. Писателей-марксистов, если они догматики, не будут читать. Является ли догматизм марксизмом? Нет, догматизм направлен против марксизма. Нужны хорошие, подлинно марксистские произведения, нужен подлинный социалистический реализм; пусть даже таких произведений будет поменьше. Если вы напишете несколько сравнительно хороших книг, то в течение десятилетий они будут оказывать влияние на те 80 процентов, ибо они будут служить рабочим, крестьянам и солдатам.

Мао [Дунь]. Некоторые заявляют, что курс на служение рабочим, крестьянам и солдатам тоже не нужен.

Мао Цзэдун. Служить рабочим, крестьянам и солдатам — разве это неверно? То место в статье Чэнь Цитуна и трёх других авторов, где говорится о служении рабочим, крестьянам и солдатам, правильно. Кому же служить, если не рабочим, крестьянам и солдатам? Буржуазию нужно преобразовать в рабочий класс, интеллигенция тоже должна стать рабочим классом. Для тех, кто не хочет служить рабочим, крестьянам и солдатам, в Китае никого другого не останется.

Чжоу [Ян]. Некоторые заявляют, что литература и искусство не должны быть целенаправленными, что такая целенаправленность приводит к схематизму.

Мао Цзэдун. Наверное, можно издать кое-что, не имеющее целевых установок? Публиковать оба вида произведений, включая и целенаправленные. Пойдёт? А вообще воспитание народа — длительный процесс. В вопросах идеологии нельзя прибегать к деспотизму, насилию и нажиму. Хотите убедить людей, убеждайте их словом, а не давите силой. Те, что с ножом в руках, не в счёт, а для остальных надо выбирать между двумя способами. Вон у Ма Ханьбина аргументов маловато — слушай меня, и всё тут.

Мао [Дунь]. По словам редакторов четырёх периодических изданий (имеются в виду органы Союза писателей), среди поступающих рукописей немало таких, в которых описывается любовь ради самой любви, семейные дела ради самих семейных дел, но печатают их пока немного. Сухие, безжизненные произведения читателям не нравятся, но безыдейные вещи они тоже не приемлют.

Мао Цзэдун. В литературе и искусстве, пожалуй, тоже необходим процесс закалки, некоторые несознательны именно потому, что не прошли закалку. Те, кто ратует за нецеленаправленность литературы и искусства, на самом деле преследуют цели, только не ваши цели, под прикрытием нецеленаправленности скрывают собственные цели. Они желают мелкобуржуазной и буржуазной целенаправленности. Что же вы хотите, если буржуазия от частной собственности перешла к государственной, а мелкая буржуазия перешла от единоличного хозяйства к коллективному?

Некоторые спрашивают, как различать буржуазию и мелкую буржуазию; я не могу провести грань между ними, ибо экономически 15 буржуазия и мелкая буржуазия относятся к одной категории. Если же говорить о выходцах из этих классов, то мелкие буржуа тоже могут быть опасными реакционерами, прежде немало крестьян становились бандитами и рецидивистами. Бродяги и воры были большими ловкачами, проникали через крыши и стены. А интеллигенты буржуазного происхождения, восприняв марксизм, становятся революционерами. Я тоже принадлежу к этой категории; и ты, Чжоу [Ян], тоже? Буржуазные интеллигенты определяются не только по происхождению, я имею в виду получивших образование в буржуазных учебных заведениях. Буржуазия воспитывала нас в соответствии со своими интересами, а марксизм мы восприняли позднее. Так что буржуазную идеологию отделить от мелкобуржуазной, по-моему, очень трудно.

Я считаю объектом воспитания эти несколько сот миллионов людей. Рабочий класс тоже нужно воспитывать; рабочих сейчас лишь 12 миллионов, если бы в таком государстве, как наше, насчитывалось 50 миллионов рабочих, было бы хорошо. Кроме рабочих, есть 1,7 миллиона административного персонала, 3,8 миллиона военнослужащих, 2 с лишним миллиона работников культуры и просвещения и ещё 2 с лишним миллиона работников торговых предприятий. Значительная их часть не проходила закалку, с идеологией у них очень сложно. Эти люди воспитывают других, в руках этих людей сосредоточена власть. По-моему, служащих слишком много, так много нам не нужно, в этом же году проведём сокращение. Сейчас «торговцы стали бедствием», в одном уезде на 170 тысяч населения приходится 17 тысяч (или 1700) 16 торговых работников и 500 служащих. Это слишком много. Если бы кто-нибудь дал об этом информацию, я бы это приветствовал. Если упрощать структуру и сокращать штаты, то сейчас, в период больших социальных перемен, пока всё не стало на свои рельсы, надо изучить, какая организационная структура наиболее подходит, во всём следуя одному правилу: ты теснишь меня, я тесню тебя. Но как бы там ни было, работники партийного и государственного аппарата руководят страной и воспитывают народ. Газеты, литература, искусство, радио, художественные ансамбли, театральные труппы — все они воспитывают народ. Некоторые говорят: «Будем лучше говорить не о воспитании, а о развлечениях». Можно и так, но поставленный вами спектакль в любом случае влияет на людей, заставляя их верить вам. Поэтому воспитывающий должен сперва воспитаться сам 17, так говорил Маркс. Такие люди, как мы, должны воспитываться, а рассуждения о ненужности воспитания несостоятельны.

Капиталисты сейчас признают, что у них есть двойственность, которую кое-кто принимает за односторонность; если говорить в целом о тех, кто воспитывает людей, то процесс воспитания 600-миллионного народа займёт несколько десятков лет. Только что говорилось о довольно значительной идейной путанице в литературно-художественных коллективах, в редакциях газет и в других воспитательных органах; влияние венгерских событий здесь не главное.

В Советском Союзе после Октябрьской революции, с 1917 по 1927 год, путаницы было ещё больше, чем у нас сейчас. Там тоже свирепствовал догматизм, например литературная ассоциация, РАПП, диктовала другим, как писать произведения. Говорят, что в тот период ещё была некоторая свобода слова, ещё были попутчики, которые имели свои печатные органы и утверждали, что пропагандируют истину. Мы же не разрешаем такие издания; не могли ли бы мы разрешить кому-нибудь издавать печатный орган, который пел бы не в унисон? С ним [издателем] можно договориться, заключить соглашение; пусть не будет похоже на тайваньское, и всё.

Xу [Цяому]. Он не возьмётся за такое издание, если ты хочешь, чтобы он открыто пел не в унисон.

Мао Цзэдун. Ничего, пусть выступают открыто. В Советском Союзе в то время люди открыто признавали себя попутчиками. Отсюда видно, что здесь есть различия. В Советском Союзе революция готовилась не так долго, как у нас; их революция свергла феодальный гнёт, а у нас был ещё и национальный. Империализм долго, сто с лишним лет, господствовал над нами, поэтому интеллигенция смертельно ненавидит империализм. Далее, мы не проводим сплошной экспроприации буржуазии, наша экономика не знала таких больших разрушений, как у них. Потом они стали проводить нэп, а через 2—3 года объявили его законченным. Куда было так спешить? Недавно я беседовал с послом Юдиным, он сказал, что это в Китае всесторонне осуществлён нэп. Мы уже проводим его 3 года, будем проводить ещё 7 лет, 13 лет, надо будет — продлим ещё на 2—3 года. В Советском же Союзе срок был слишком коротким, что до сих пор сказывается на его товарной продукции: средств потребления не хватает, на рынке тоже нет оживления. Им уже сорок лет. Мы сейчас каждый день кричим о нехватках, а у них нехваток ещё больше. Ошибочна также их политика в отношении деревни, очень сильно́ администрирование, после кооперирования в течение ряда лет имело место падение производства; после искоренения контрреволюции они взяли слишком «влево». После убийства Кирова стали подозревать каждого; первые несколько лет ещё можно было выступать не в унисон, имелась некоторая свобода слова, а потом о партии и правительстве разрешалось говорить только хорошее, нельзя было говорить плохо и критиковать, что и привело к культу личности. Сталин часто смешивал два вида противоречий. Учитывая это, мы не только в экономической политике, но и в нашей политике в области культуры и просвещения не используем их методов, мы взяли курс на осуществляемые при наличии руководства «расцвет ста цветов и соперничество ста школ»; сейчас ещё не создана обстановка «расцвета», расцвета ещё недостаточно, сто цветов хотели бы расцвести да не смеют, сто школ хотели бы соперничать, да не смеют. Статью Чэнь Цитуна и трёх других авторов я прочёл дважды, «печаль, как пламя, гложет» 18 их, боятся, как бы Поднебесную не охватила великая смута. Необходимо учитывать ситуацию в Китае, когда на полюсах меньшинство, а между полюсами большинство, мелкая буржуазия столь многочисленна. Нужно разобраться с тем, что называется идейной путаницей.

Я говорю это для того, чтобы обменяться мнениями с товарищами и посмотреть, такова ли объективная действительность? Есть ли среди интеллигенции — 500 тысяч человек — десятая часть, исповедующая марксизм?

Говорят: «Неисповедующих так много». Здесь нельзя принуждать, хорошо, если через три или четыре пятилетки треть людей будет исповедовать марксистское мировоззрение, причём не догматизм и не оппортунизм.

Лу Синь не был членом компартии, но имел марксистское мировоззрение. Благодаря настойчивым исследованиям, а также основываясь на собственной практике, он поверил, что марксизм есть истина. Особенной силой обладает его публицистика позднего периода; сила же её состоит в наличии марксистского мировоззрения. По-моему, если бы Лу Синь был жив, он писал бы публицистические произведения, а за рассказы, пожалуй, не брался бы. Наверное, он был бы председателем Ассоциации литературы и искусства, выступал бы на заседаниях и сразу разрешил бы проблемы, затронутые в 33 темах, выступив устно или со статьями. Ему, несомненно, было бы что сказать, он непременно выступал бы — и притом очень смело.

Подлинный марксист ничего и никого не боится. Не боится, что его накажут. Самое большее — лишишься чашки риса, придётся нищенствовать, или же посадят, убьют, или несправедливо осудят. Нищенствовать мне не пришлось, но тот, кто стремится к революции, должен быть готов к смерти. Не обидно умереть от руки врага, обидно — от своих, как в Советском Союзе. Поэтому у нас правило: никого не убивать; но посидеть в тюрьме — иное дело, надо, чтобы человек за свою жизнь подвергся какому-нибудь наказанию. Прошлый раз я говорил о Се Жэньгуе и Суне-послушнике 19. Это есть в магнитофонной записи?.. Это похоже на толки кадровых работников о рангах. Се Жэньгуй, больной, одержал по6еду, а заслуги приписали другому; с Сунь Укуном тоже поступили несправедливо; конечно, он чрезмерно выпячивал свой личный героизм и величал себя «равным Небу великим мудрецом», причём никто из обезьян, обитателей его страны Аолай, не возражал, все были согласны. А Яшмовый император был несправедлив, дал ему лишь титул «бимавэнь» 20, поэтому он и учинил переполох в Небесном дворце, борясь против бюрократизма. По-моему, были и сектантство и субъективизм; у Чжан Шигуя были и сектантство и бюрократизм; ты назвал Се Жэньгуя, значит, у нас уже два «благородных» 21, так куда это годится! Чжан Шигуй 22 существовал в действительности, он был чиновником в Сычуани, не знаю, почему писатели связывают его с Се Жэньгуем.

Как обстоит дело в литературной критике? По-моему, опять-таки на обоих полюсах меньшинство, а между полюсами — большинство. По этой причине и решили проводить политику «пусть расцветают сто цветов, пусть соперничают сто школ». Тогда зачем же бояться расцвета? Едва начали расцветать, как сразу: «Разрешите доложить, ваша милость: плохи наши дела!» — «Чем ты так напуган?» — «Чудище появилось!». Чудища и вправду есть, но подавляющее большинство интеллигентов хочет социализма, надеется, что страна будет богатой и могучей, народ заживёт хорошо, культура повысится… Только с их помощью можно воспитывать сотни миллионов китайцев. Среди 250 тысяч работников литературы и искусства 50 тысяч интеллигентов. У нас 2 миллиона учителей, 5 миллионов учащихся средней школы, 200 тысяч студентов вузов; пройдёт ещё несколько лет, и очень многие станут интеллигентами. Если же проверить социальный состав, то 80 процентов студентов вузов и 50—60 процентов учащихся средней школы — это дети помещиков, кулаков и буржуа; если мы откажемся от них, то кто останется? Этих людей можно перевоспитать, вопрос лишь в том, есть ли вера в это.

Я хочу поставить на обсуждение вопрос о литературной критике; читал я немного, но читал. Впечатление такое, что бьющей в цель критики немного; ведь не очень часто бывает, чтобы сначала изучили, проанализировали, предварительно побеседовали с писателем, по-настоящему помогли писателю, а не просто обругали его? Порою критика очень груба. Лу Синь знал, как надо относиться к подобной критике — просто не обращал на неё внимания.

Мао [Дунь]. Сейчас очень грубой критики тоже не много, зато есть критика пустопорожняя, не затрагивающая больных мест — как будто вместо ноги чешут туфлю.

Мао Цзэдун. Значит, нынешняя литературная критика делится на три вида: одна затрагивает больные места, не догматичная, оказывает помощь; другая почёсывает туфлю вместо ноги, пустопорожняя, не оказывает помощи, и заниматься ею — всё равно что ничего не писать; третья догматична, груба, убивает одним ударом дубинки, мешает развитию литературной критики. Так?

Мао [Дунь]. Вероятно, здесь тоже на обоих полюсах меньшинство, а между полюсами — большинство? Преобладает пустая критика, не затрагивающая больных мест.

Мао Цзэдун. Я заметил, что в литературной критике начали карательный поход против Ван Мэна 23, и решил провести это совещание по пропаганде. Если судить по критике, какой подвергается Ван Мэн, авторы критических статей даже не занялись обследованием и изучением и не выяснили, что из себя представляет Ван Мэн, а ведь он живёт в Пекине. Собираешься писать критическую статью — и даже с ним не посоветовался, а ведь ты критикуешь с тем, чтобы помочь ему!

Читали ли вы статью в «Синь гуаньча» под заглавием «Чаепитие в Хойцюани»? Это во втором номере за январь, стоит почитать; автора зовут Яо Сюэинь 24. Что он за человек? (Присутствующие рассказывают о Яо.) Кем его считать — промежуточным элементом или правым? Меня заинтересовало как он описывает людей, пьющих чай. В его статье говорится, что очень многие не умеют пить чай, и он сам в том числе: в его описании посетители чайной пить чай не умеют, хотя и пьют с большой охотой. Ещё он критикует кооператив за плохую постановку дела в чайной; этот вывод правилен, во многих случаях после введения смешанного государственно-частного управления или кооперации утрачены прежние достижения, это надо будет исправить. Но неправильно то, что он пренебрежительно относится к простым людям, пьющим чай, он подходит к ним как «благородный муж» к «мелкому люду»: «благородный муж» пьёт чай — и вдруг сюда же явились «мелкие людишки». Из статьи ясно, что этот писатель чурается масс.

Чжоу [Ян]. Он ещё написал статью для «Вэньxуэй бао», где говорит, что писатель не должен идти в массы с целью познания жизни, что у нас не ценится опыт старых писателей.

Мао Цзэдун. Я читал и некоторые оспаривающие его статьи. Есть такой Яо Вэньюань, который пишет довольно убедительно, и я все прочёл. А вот статью Ма Ханьбина дочитывать до конца не хотелось.

И всё же надо ему помочь; как буржуазные, так и мелкобуржуазные идеи всё ещё преобладают в среде интеллигенции, которая ещё не слилась с массами воедино. Люй Бань написал для «Чжунго дяньин» статью, где говорит, что работает много лет, но никак не может сплотиться с массами. Я его знаю, он стал коммунистом, а всё не может слиться воедино с рабочими, крестьянами и солдатами. А по-моему, что-то может получиться лишь тогда, когда сумеешь слиться воедино с рабочими, крестьянами и солдатами. Если же не сумеешь, то о ком будешь писать? Только о 5 миллионах интеллигентов? Или об окружающих тебя мелочах? Нельзя бесконечно писать об этих людях, они тоже будут меняться. Художественные произведения всегда должны изображать отношения между одной группой людей и другой; шанхайцы могут описать 9-ю фабрику «Цзясинь», капитал владельца которой, Жуя Ижэня 25, равен полутора капиталам [торговцев] Пекина. Захочешь нарисовать портрет этого Жун Ижэня, придётся описать его отношения с рабочими. Некоторой части авторов можно позволить изображать и окружающие их мелочи. Что поделаешь, если он не хочет сплачиваться с рабочими, крестьянами и солдатами, не хочет — а писать умеет? В таком большом государстве всегда найдутся подобные люди, это тоже объективная действительность, но мы всё-таки должны помогать такому человеку, влиять на него, а если он не изменится — ничего не поделаешь, можно издать и его книги.

Познавать жизнь можно тоже по-разному; если подойти неумело, простой народ не откроет интеллигентам своей души. Сейчас, когда иные интеллигенты едут познавать жизнь, простой народ воспринимает это как «стихийное бедствие». Особенно на известных заводах и в кооперативах боятся, что у них будут что-нибудь проверять, и ничего не хотят рассказывать. Народ умеет ко всему приноровиться. В некоторых местах «корреспонденты стали бедствием». Один врач, родом из Байяндяня, как-то вернулся в свою деревню и встретил приятеля; тот служил секретарём в волости, заполнял анкеты. Врач увидел у него большие аккуратные стопки анкет и говорит: «Как здорово заполнено!». А приятель отвечает: «Ерунда, а заполнять приходится: сверху требуют». Так сказать, районные и волостные власти слились воедино — фабрикуют ложные донесения. (Общий смех.)

Есть ли у критиков своя организация?

Чжоу [Ян]. Таких организаций по специальностям нет, все критики входят в Союз писателей; там есть секция критики, которая систематически проводит обсуждения; среди статей, критикующих рассказ Ван Мэна, есть одна неплохая — «Поток без пены», опубликованная в [журнале] «Яньхэ».

Мао Цзэдун. «Яньхэ» — то, что вытекает из реки Яньхэ, должно быть более или менее правильным. Критикуя чьё-либо произведение, лучше всего побеседовать с критикуемым, дать ему прочесть свою критическую статью, ведь цель критики — помочь критикуемому, и такой стиль заслуживает распространения.

Ху [Цяому]. Когда критиковали Чжу Гуанцяня 26, так и поступили, а он заимствовал у критика всё хорошее, но не признался в этом!

Мао Цзэдун. Вот поэтому некоторые и не показывают заранее своих статей. Боятся, что у них позаимствуют хорошее.

Лао [Шэ]. Очень важно воспитывать критиков; в истории мировой культуры писателей было куда больше, нежели критиков. Истории известно немного критических статей, навсегда сохранивших своё значение; хорошая критика должна основываться на глубоком понимании традиций собственной национальной культуры, а также обладать народностью и демократизмом.

Мао Цзэдун. С чего начинается история литературной критики в Китае? Видимо, с «Ответа на послание Ян Сю о словесности» вэйского императора Вэнь-ди? Потом появились «Канонические трактаты о литературе» и «Резной дракон литературной мысли» 27. Хань Юй 28 агитировал за древний стиль (гувэнь), но на самом деле его древний стиль был новым древним стилем, принципы для него не имели значения, лишь бы сочинение было новым: если другие говорили «плохо», он говорил «хорошо», если другие говорили «хорошо», он говорил «плохо». В «Литературном изборнике» 29 тоже есть критика, ведь принц Чжао-мин в своём предисловии говорит: «Описываемое возникает из глубоких раздумий» — это означает идейность. «Смысл доходит до нас благодаря богатой кисти» — это означает художественность. Он отвергает чистую теорию. Должна быть идейность, и должна быть художественность. Какие есть ещё вопросы?

Лао [Шэ]. Среди непосвящённых бытует мнение, будто писатели хорошо живут. На деле же лишь единицы живут действительно хорошо; когда становятся профессионалами, Союз писателей даёт кое-какие ссуды, но писатели их не хотят брать, хотят кормиться своим трудом.

Ба [Цзинь]. Если писатель стал профессионалом, а некоторые его книги печатаются очень медленно или совсем не печатаются из-за недостатка бумаги в издательствах, то это сказывается на его материальном положении. Недостаток бумаги — общее явление, но есть некоторые несообразности в её распределении.

Мао Цзэдун. А Союз писателей не может завести собственную бумажную фабрику? Вам выделят машины, дадут сырьё. (Обращаясь к Цянь [Цзюньжую].) Каково положение с бумагой?

Если не сразу печатаются труды профессоров и научных работников, то они могут жить на свою академическую или вузовскую зарплату. Другое дело писатели, они живут на гонорары; если не на чем печатать книги и журналы, то без гонораров людям не прожить. Раз положение с бумагой такое напряжённое, что вы (обращаясь к Цянь [Цзюньжую]) предпринимаете?

Цянь [Цзюньжуй] докладывает о том, как государство распределяет бумагу, значительная часть которой выделяется на общественные нужды.

Кан Шэн. Бумага на общественные нужды используется для делопроизводства и на обёртку в промышленности.

Мао Цзэдун. Раз с бумагой такое напряжённое положение, будем давать поменьше на общественные нужды, чтобы поменьше посылали ложных докладов. (Общий смех. Затем докладывают некоторые данные о печатании и распространении книг.) Если Союз писателей будет создавать собственную типографию, это не значит, конечно, что ею должны заниматься Лао [Шэ] и Ба [Цзинь]; это значит, что Чжоу [Ян] и Шэнь [Яньбин] 30 должны подготовить план её создания. В известной мере я одобряю забастовки: бюрократизм достиг крайне серьёзных размеров. (Обращаясь к Чжао [Мину].) Как дела у ваших шанхайских кинематографистов? (Чжао говорит, что больших проблем нет.) Кино — тоже одна «школа». (Обращаясь к Пай [Чушэну].) Вот вы от их имени и скажите нам что-нибудь!

Чжао [Мин]. Мы на шанхайской киностудии всячески стараемся принять эффективные меры, чтобы улучшить работу.

Цай, Чжао. В прошлом году сняли уже больше 30 художественных фильмов.

Мао Цзэдун. Какая страна выпустила больше всего фильмов в прошлом году?

Чжоу, Цай и др. В прошлом году больше всего фильмов выпустила Япония — свыше 300 художественных фильмов, на втором месте Индия, на третьем — Америка.

Мао Цзэдун. Для нас слишком мало производить в год по 30 с небольшим художественных фильмов, вам следовало бы выпускать по 300 с лишним; вон в Японии 80 с чем-то миллионов населения 31, а выпускают там более 300 кинофильмов; в Китае 600 миллионов населения 32, а выпускается 30 с лишним фильмов. (Обращаясь к Чжао.) Устроен ли Сунь [Юй] 33? Вы ведь сотрудничали с ним.

Чжао [Мин]. У Сунь Юя высокое давление, он очень долго отдыхал; он написал киносценарий, сейчас ставит фильм и ему выделен помощник.

Мао Цзэдун. Этого очень мало. Вы оба… 34 подвергались критике, но это неважно, одно произведение получилось неудачным — пиши снова, пока не получится хорошо. (Обращаясь к Чжоу Ганмину.) Вы из какого района? Рассказывайте, какие у вас проблемы!

Чжоу Ганмин. Я из Гуандуна. Для того чтобы мы по возвращении могли более эффективно осуществлять курс «пусть расцветают сто цветов, пусть соперничают сто школ» и для преодоления препятствий, которые могут возникнуть, когда мы у себя будем рассказывать о настоящем совещании, мы хотели бы, чтобы Центральный Комитет дал указание парткомам всех ступеней и чтобы на предстоящем Ⅲ пленуме ЦК было принято чёткое решение; только так можно обеспечить последовательное осуществление этого курса.

Мао Цзэдун. Не нужно ждать Ⅲ пленума 35, возвращайтесь и сразу же рассказывайте, сразу же осуществляйте; видно, у вас тоже есть люди, боящиеся расцвета?

Ху [Цяому]. Во многих местах неправильно передали выступление председателя [Мао] на совещании секретарей провинциальных и городских комитетов.

Мао Цзэдун. Мой доклад вот-вот отпечатают; выступление же на совещании провинциальных и городских комитетов представляет собой лишь несколько реплик, там не затрагивался специально вопрос о статье Чэнь Цитуна и трёх остальных авторов, говорилось в общем о необходимости расцвета ста цветов. Имеется очень много кадровых работников высшего звена, начиная с уполномоченных и секретарей местных комитетов, а уполномоченный соответствует прежнему тайшоу 36; есть такой писатель Ян Ган, у него отец в своё время был тайшоу. У нас насчитывается более 10 тысяч кадровых работников от уполномоченных и выше, и трудно сказать, найдётся ли среди них хотя бы тысяча одобряющих курс «пусть расцветают сто цветов, пусть соперничают сто школ». Остальные девять десятых все ещё не одобряют его, а ведь это кадры высшего звена!

Я говорю: нужно, чтобы был расцвет, даже если будут возникать осложнения. Они же рассматривают это как нечто ужасное, они выпускают лишь то, что соответствует их критериям, а всё, что не соответствует, давят. По-моему, дело идёт неважно, да и сами посудите, может ли оно идти хорошо, если давили так долго!

В Советском Союзе тоже ещё давят, но в последнее время как будто стало больше простора. В выступлении Шепилова 37 говорится, что социалистический реализм хорош, но могут быть разные течения. Это как будто более широкий подход? Но, видимо, сначала наклеят ярлык, а потом разрешат различные течения. (Обращаясь к Чжоу [Яну].) А как ставился вопрос на двух предыдущих конференциях советских писателей?

Чжоу [Ян]. Говорилось, что внутри социалистического реализма могут допускаться различные течения.

Xу [Цяому]. Это и значит, что наклеят ярлык и только потом разрешат существование отдельных течений, на самом же деле литературные произведения нельзя расположить по разрядам, как на карте.

Чжоу [Ян]. Эренбург сказал: «Можно лишь говорить, что социалистический реализм есть взгляд писателя на общество», а Шепилов критиковал это положение.

Мао Цзэдун. Эренбург стоит за более широкое или за более узкое толкование?

Ху [Цяому]. Эренбург стоит за более широкое толкование и притом отстаивает социалистическое мировоззрение.

Чжоу [Ян] в дополнение к сказанному сообщает, что Цинь Чжаоян под псевдонимом Хэ Чжи написал статью о социалистическом реализме, что некоторые критикуют его, говоря, будто он против социалистического реализма, и он очень взволнован; затем Чжоу сообщает, что Чжан Гуаннянь написал статью, критикующую Циня.

Мао Цзэдун. К какому направлению принадлежит Чжан Гуаннянь?

Xу [Цяому]. Пожалуй, к ортодоксальному?

Мао Цзэдун. На нынешнем совещании мы не сможем разобраться в проблеме социалистического реализма и сделать выводы, но волноваться не стоит, проблему можно изучить и обсудить.

Товарищи из Шэньянского управления культуры просят председателя [Мао] выступить по вопросу о восприятии [культурного] наследия и сообщают, что, как им передавали, председатель [Мао] в своё время не возражал против появления в репертуаре некоторых пьес о всякой нечисти, поскольку это не повлечёт за собой падения производства в кооперативах, и что вследствие этого у работников Шэньянского управления культуры нет ясности в данном вопросе.

Я отнюдь не за всякую нечисть, пусть её показывают, чтобы критиковать, раньше действовали путём давления, а сейчас открыли шлюзы — и перепугались: в наследии есть много отравы и дерьма!

Один товарищ говорит, что сейчас некоторые считают всё наследие сокровищницей.

Раньше в течение нескольких лет мы запрещали некоторые пьесы традиционного репертуара, люди были этим недовольны; теперь ограничения сняты, но можно и критиковать, однако критика должна быть убедительной.

Чжоу [Ян]. В прошлом запрета на постановки не было, но было давление; как поставят — сразу ругали, поэтому и не решались ставить.

Лига боговМао Цзэдун. Кое-какие пьесы о нечисти можно и посмотреть, разве не о нечисти говорится в романе «Возвышение в ранг духов» 38, который мы читаем? В обществе имеется нечисть, и не удивительно, что она есть и в пьесах.

Чжоу Ганмин. Прошу председателя высказаться по вопросу о развитии литературы и искусства у национальных меньшинств; в нашем районе проживает немало национальных меньшинств, и высказывания председателя явились бы большим стимулом в развитии их литературы и искусства.

Чжоу [Ян], Ху [Цяому]. Это тоже очень важно. За последние годы немало сделано по выявлению и упорядочению литературы и искусства национальных меньшинств.

Мао Цзэдун. В обществе очень много всякой нечисти. Китайцы не больно-то верят в чертей, ничего страшного, если и посмотрят такие представления. (Улыбаясь, обращается к Чжоу [Синьфану].) Вы ведь играли в пьесах о нечисти? Расскажите-ка!

Чжоу [Синьфан]. Прежде существовали ограничения в области репертуара, можно было играть лишь немногие пьесы, это сказывалось на доходах труппы, и актёрам жилось трудно. Сейчас репертуарные ограничения сняты, пьес стало много, дела приняли хороший оборот, доходы выросли, поэтому и жить стало лучше. Но многим актёрам ещё недостаёт сознательного подхода к улучшению репертуара.

Мао Цзэдун. Ничего, что сняли ограничения, многие молодые люди не понимают, что такое нечисть, вот пусть и посмотрят. (Чжоу продолжает докладывать.) Что-то не совсем нормально: в прошлом давили так, что актёрам было не на что жить, сейчас сняли ограничения, актёры обеспечены, зато появилась нечисть и возникли проблемы.

Чжоу [Синьфан]. Некоторые пьесы я и сам не считаю нужным ставить.

Мао Цзэдун. Вы не одобряете нечисть? А «Четвёртый сын посещает мать» 39 всё ещё ставят или нет? В «Четвёртом сыне» Сяо, императрица варваров, происходит из киданей? Это ведь маньчжурская народность? Наверное, для ханьцев это неприятно! Ха-ха, четвёртый сын оказывается предателем нации!..

Чжоу продолжает высказывать свои соображения о репертуаре и об учёбе актеров.

Конечно, было бы очень хорошо заменить это лучшими вещами, но раз нечем заменить, пусть играют это! Если вам нечего дать и вы сами не играете, так пусть другой играет.

Чжоу продолжает рассказывать, что труппы укомплектованы не полностью, не хватает работников отдельных специальностей и амплуа, не установлено точно, сколько людей должно быть и скольких недостаёт, и т. п.

Труппа — самостоятельная единица, четырёхлетний срок не годится… Вы сами подумайте и решите.

Кан Шэн. Сейчас в некоторых труппах отошли от старых норм.

Мао Цзэдун. Вы всё же действуйте согласно своим нормам, если в труппах каких-то амплуа недостаёт, так пополняйте!

Начальник Шанхайского городского управления культуры говорит о том, что Шанхайский театр пекинской музыкальной драмы нуждается в ежегодной дотации в размере свыше 300 тысяч юаней и что там не вполне рационально установлены ставки зарплаты; далее он сообщает, что в 300 с лишним организациях, непосредственно подчинённых Шанхайскому управлению культуры, числится 17 тысяч человек, что во многих труппах нерациональны размеры гонорара.

В 300 с лишним организациях у вас 17 тысяч человек — вот уж действительно великая смута в Поднебесной; но вам придётся навести порядок, откладывать не надо.

Фан [Цзи] рассказывает о положении актёров в Тяньцзине и говорит, что, как правило, работа в области литературы и искусства и курс «пусть расцветают сто цветов, пусть соперничают сто школ» не находят места в повестке дня партийных комитетов.

А вы поднимите шум!

То, что мой взгляд на статью Чэнь Цитуна и трёх других авторов был передан неправильно, есть анахронизм. Я тоже несу некоторую ответственность за то, что не высказался чётко в то время, но я же говорил, что нужен расцвет. Воистину великая смута в Поднебесной; взгляните на Венгрию — там и то нет беспорядка, а Китай уже на треть охвачен сумятицей; эти люди слишком перепугались — неужели государство погибнет, если мы допустим расцвет? Вон Япония пришла, захватила бо́льшую половину Китая, а я не верил, что государство погибнет. Боятся и студенческих волнений, чуть что — сразу хотят исключать студентов, а куда они пойдут после исключения? Все хотят переложить беду на соседа.

Когда-то, при Танской династии, Сюй Маогун стал премьер-министром, а сначала, до 14-летнего возраста, его называли разбойником из Наньгана, и только в 24 года он стал полководцем. Значит, каждый проходит процесс развития. Волнения студенческой молодёжи есть проявление её духовного роста, тем более что некоторые из этих волнений направлены против бюрократизма, против обмана молодёжи. Я часто говорю, что эти молодые люди впоследствии могут занять наши посты, среди них будут председатель [Государственного] совета и его заместители, премьер и его заместители.

Очень странно утверждать, будто я хорошо отозвался о статье Чэнь Цитуна и трёх остальных; я же говорил, что расцвет нужен!

Кан Шэн. Дело в том, что они сомневаются в курсе «пусть расцветают сто цветов, пусть соперничают сто школ» и статья Чэнь Цитуна и остальных как раз пришлась им по вкусу.

Мао Цзэдун. Потому-то я и почуял этот душок на совещании.

Пьесы о всякой нечисти смотрят, но необязательно верят в чертей. Во время засухи крестьяне поклоняются Царю-дракону, а когда ветер благоприятен и дожди в меру, они перестают в него верить; если же дожди в избытке — тем более не верят. Переполошиться из-за расцвета [ста цветов] — значит не верить в народ, не верить, что у народа есть силы разобраться.

Нечего бояться: разве народ не запротестует, если на всех сценах появится всякая нечисть? Стоит ли впадать в панику оттого, что появятся кое-какие «Травы и деревья» 40? А скажите, разве «Книга песен» и «Чуские строфы» не «Травы и деревья»? Разве первое стихотворение в «Книге песен» не «Поцелуй»? А сейчас такого печатать уже нельзя?! Кстати, по-моему, первое стихотворение из «Книги песен» — вовсе не поэзия. Не нужно пугаться до полусмерти оттого, что появятся кое-какие «Травы и деревья» и всякая нечисть!

Догматики — это «учителя», их статьи нельзя не читать…

Примечания:

  1. Имеются в виду пункты «Сборника вопросов об идеологической работе» (有关思想工作的一些问题的汇集), выпущенного отделом пропаганды ЦК КПК 6 марта 1957 г.— Маоизм.ру.
  2. Лао Шэ (псевдоним, настоящее имя Шу Шэюй) — известный прозаик и драматург, профессор литературы, зам. председателя Союза китайских писателей; в ходе «культурной революции» подвергался яростным нападкам маоистов; по сообщениям иностранных корреспондентов, покончил с собой.— Прим. ред. (Советская редакция упускает тот момент, что в ходе Культурной революции все подвергались критике, это было массовое движение, наполненное идейным противоборством. Лао Шэ действительно был найден утонувшим 24 августа 1966 года, на следующий день после инцидента с хунвэйбинками из восьмой пекинской школы, и, по официальной версии, покончил с собой, но вопрос, не был ли он убит, а если был, то по политическим ли мотивам, остаётся открытым.— Маоизм.ру.)
  3. Чжоу Ян — кандидат в члены ЦК КПК восьмого созыва, зам. зав. отделом пропаганды ЦК КПК, автор многих теоретических работ по литературе и искусству; с 1966 года подвергается резкой критике со стороны маоистов, назван «главарём антипартийной антисоциалистической линии в литературе и искусстве», «контрреволюционным двурушником» и т. п.; в 1967 году арестован; продолжает подвергаться нападкам в официальной печати.— Прим. ред. (См., напр., «Проповедовать буржуазную литературу и искусство значит реставрировать капитализм. Отповедь реакционной теории Чжоу Яна, восхваляющей „Возрождение“, „Просвещение“ и „критический реализм“ буржуазии». В 1975 году Чжоу Ян освобождён, в дальнейшем занимал посты председателя Всекитайской ассоциации работников литературы и искусства и вице-президента Академии общественных наук КНР.— Маоизм.ру.)
  4. Кит. 荣誉属于谁 (другой название — 在前进的道路上 («На пути вперёд»)), фильм 1950 года про двух боевых товарищей; после революции они вступили в конфликт из-за различий в идеологических концепциях и методах управления; в конце концов, изучение передовых идей Советского Союза победило старые консервативные идеи. Фильм был одобрен правительством, но вскоре его прокат был свёрнут.— Маоизм.ру.
  5. Дисциплинарная мера в китайской школе вроде строгого предупреждения.— Прим. ред.
  6. Ху Цяому — в 1949 году генеральный директор агентства Синьхуа, начальник Управления по делам печати и информации; в 1951 году опубликована его книга «30 лет Коммунистической партии Китая»; член ЦК восьмого созыва; в 1967 году обвинён в принадлежности к группировке Лю Шаоци и в выступлениях против «большого скачка» и народных коммун. Присутствовал на приёме в Пекине в честь 25-летия КНР.— Прим. ред.
  7. Мао Дунь (псевдоним, настоящее имя Шэнь Яньбин) — известный писатель и видный общественный деятель; министр культуры (1949—1964); председатель Союза китайских писателей; с первых дней «культурной революции» подвергался яростным нападкам маоистов. В настоящее время упоминается в китайской печати как заместитель председателя Всекитайского комитета Народного политического консультативного совета Китая. Был членом президиума первой сессии ВСНП четвёртого созыва.— Прим. ред.
  8. Ба Цзинь (псевдоним, настоящее имя Ли Фугань) — известный современный писатель и переводчик, депутат Всекитайского собрания народных представителей, зам. председателя Союза китайских писателей; подвергался нападкам в ходе «культурной революции». В издающемся в Тайбэе (Тайвань) журнале «Чжунгун яньцзю» (1974 г, № 2) Ба Цзинь назван в числе реабилитированных работников культуры.— Прим. ред.
  9. 27 апреля 1957 г. ЦК издал «Инструкцию по движению за исправление».— Маоизм.ру.
  10. Имеется в виду статья Чэнь Цитуна, Чэнь Ядина, Ма Ханьбина и Лу Лэ «Наше мнение о современных литературных произведениях», опубликованная в «Жэньминь жибао» 7 января 1957 г.— Маоизм.ру.
  11. Чэнь Ни — работник армейского органа пропаганды.— Прим. ред.
  12. «Три злоупотребления» — это взяточничество, расточительство и бюрократизм.— Маоизм.ру.
  13. Цянь Цзюньжуй — кандидат в члены ЦК КПК восьмого созыва; в 1945 году директор и главный редактор агентства Синьхуа и газеты «Цзефан жибао»; с 1954 года зам. министра культуры и начальник второй канцелярии Госсовета. Будучи в 50-е годы генеральным секретарём Общества китайско-советской дружбы, проводил активную работ по популяризации советской культуры, горячо ратовал за дружбу Китая с СССР. После того как началась антисоветская кампания в Китае, исчез с политической арены; с 1963 года в печати не упоминается.— Прим. ред. (Цянь Цзюньжуй (钱俊瑞) пробыл в заключении восемь лет, освобождён в 1975 г. После 1978 г. работал директором Института мировой экономики Китайской академии общественных наук. Скончался в 1985 г.— Маоизм.ру.)
  14. Сяо Чунюй (萧楚女) родился в 1893 г., вступил в КПК 1922 г., возглавлял редакции «Синь Шу бао» («Новая Сычуань») и «Чжунго циннянь» («Китайская молодёжь»).— Маоизм.ру.
  15. В советском издании тут опечатка: «экономическая».— Маоизм.ру.
  16. Так в китайском тексте.— Прим. ред. (Невозможно проверить; доступный нам сейчас китайский текст сокращённый, отрывок от начала этого абзаца до слов «Газеты, литература, искусство…» в нём отсутствуют.— Маоизм.ру.)
  17. Это почти дословное воспроизведение фразы «воспитатель сам должен быть воспитан» из «Тезисов о Фейербахе».— Маоизм.ру.
  18. Кит. 忧心如焚 (юсинь жу фэнь) — идиома, происходящая из «Малых оды» «Шицзина», собрания народных песен предположительно под редакцией Конфуция.— Маоизм.ру.
  19. Се Жэньгуй — полководец Ⅶ в. н. э. Сунь-послушник — Сунь Укун.— Прим. ред.
  20. Эту должность (кит. 弼马温) придумал для своего персонажа автор, У Чэнъэнь. Буквально слово означает конюшего, низкорангового прислужника. Сунь Укун об этом не знал, а когда узнал, устроил знаменитый «бунт в небесных чертогах».— Маоизм.ру.
  21. «Гуй» означает «Благородный».— Прим. ред.
  22. Чжан Шигуй — известный своей силой и меткостью генерал династии Тан, живший в Ⅵ—Ⅶ вв н. .— Маоизм.ру.
  23. Ван Мэн (王蒙) — молодой писатель. В 1956 году опубликовал рассказ «Новая молодёжь в орготделе», который подвергся критике.— Маоизм.ру.
  24. Яо Сюэинь (姚雪垠) — писатель, тогда член Союза писателей Ухани.— Маоизм.ру.
  25. О Жун Ижэне см. комментарий к другому материалу.— Маоизм.ру.
  26. Чжу Гуанцянь — историк и философ.— Прим. ред.
  27. Автор «Канонических трактатов о литературе» — Цао Пи (187—226), император Вэй в эпоху Троецарствия, поэт. «Ответ на послание Ян Сю» в истории литературы неизвестен, возможно, здесь имеется в виду «Послание Ян Дэцзу», принадлежавшее перу брата Цао Пи — Цао Чжи. «Резной дракон литературной мысли» — трактат Ⅵ в. н. э.— Прим. ред.
  28. Известный литератор и государственный деятель (786—842).— Прим. ред.
  29. «Литературный изборник» — антология, составленная принцем Чжао-мином, он же Сяо Тун (501—531). В тексте предисловия к «Литературному изборнику» приводимые здесь цитаты не обнаружены.— Прим. ред.
  30. Он же Мао Дунь.— Прим. ред.
  31. На самом деле, на то время было уже 90,7 млн.— Маоизм.ру.
  32. Тоже неверно, население Китая тогда составляло 646,5 млн.— Маоизм.ру.
  33. Постановщик раскритикованного в 1951 году фильма «Жизнь У Сюня».— Прим. ред. (См. по этому поводу заметку Мао «Серьёзно отнестись к обсуждению кинофильма „У Сюнь“».— Маоизм.ру.)
  34. То есть Чжао Дань, актёр, снявшийся в фильме «Жизнь У Сюня», и его сценарист и режиссёр Сунь Юй.— Маоизм.ру.
  35. Он прошёл с 20 сентября по 9 октября 1957 г.— Маоизм.ру.
  36. Тайшоу — правитель области в старом Китае.— Прим. ред.
  37. Имеется в виду информация в «Жэньминь жибао» от 4 марта.
  38. В советском переводе: «Награждение духов». Фантастический роман ⅩⅥ века, приписываемый Сюй Чжунлиню. Многократно экранизирован, например, как «Лига богов» (2016).— Маоизм.ру.
  39. «Четвёртый сын посещает мать» — традиционная пьеса пекинской музыкальной драмы из истории борьбы китайцев с захватившими северную часть страны киданями.— Прим. ред.
  40. «Травы и деревья» и «Поцелуй» — произведения, критиковавшиеся в 1957 году. «Книга песен» и «Чуские строфы» — классические произведения Древнего Китая.— Прим. ред. («Травы и деревья» — сборник стихов Лю Шахэ. «Поцелуй» — стихотворение Юэ Бая. Опубликованы в первом номере «Синсин» в январе 1957 года.— Маоизм.ру.)

Добавить комментарий