Советский Союз № 1 (8), 2001 г., сс. 35—44.

2001 г.

Диалектика не виновата

Кто опубликовал: | 20.01.2019

Свою статью «Диалектика власти» тов. Подгузов написал и опубликовал специально к событию — Съезду рабочих Москвы. Под рубрикой «Навстречу Съезду» Валерий Алексеевич сразу берёт быка за рога и ставит ребром наиважнейший вопрос любой революции — о власти:

«Для многих граждан РФ призыв РКРП: „Восстановим власть Советов“ — остаётся по-прежнему лозунгом „в себе“. Люди за последние 40 лет 1 забыли, что такое настоящая власть Советов».

Ну а раз так, то Валерий Алексеевич берётся вопрос прояснить.

Заметим, что постановка вопроса вполне в ленинском духе. Владимир Ильич тоже был озадачен тем вопросом, чтобы люди понимали: что такое Советская власть. Причём думал Ильич над этим вопросом уже после свершения Октябрьской революции и установления Советской власти. Работая над Второй Программой партии (весна 1918 г.), он писал:

«Программа должна указать, что наша партия не откажется от использования и буржуазного парламентаризма, если ход борьбы отбросит нас назад, на известное время, к этой, превзойдённой теперь нашею революцией, исторической ступени. Но во всяком случае и при всех обстоятельствах партия будет бороться за Советскую республику, как высший по демократизму тип государства и как форму диктатуры пролетариата, свержения ига эксплуататоров и подавления их сопротивления» 2.

И Ленин разрабатывал теорию, растолковывал в печати, можно сказать вбивал в программу и в сознание людей: что такое Советская власть 3. Для нас будет полезно посмотреть, как делает это Владимир Ильич, которого упрекнуть в игнорировании диалектики не возьмётся, я думаю, даже тов. Подгузов, сравнить их подходы.

Интересно заметить, что суть расхождения подходов товарища Ленина и Подгузова многим из нас известна ещё с детства из художественного фильма, в котором Ленин разбирал пример: где в словосочетании «Советская власть» существительное, а где прилагательное. И отвечал, что с точки зрения грамматики существительное — слово власть, а с точки зрения политической (т. е. существа дела) существительное — слово советская, власть к нему прилагается.

И Владимир Ильич все свои способности направляет именно на диалектическое раскрытие, во всем рабочим понятной форме, сути именно Советской власти, увязывая все нюансы соотношения формы и содержания, выводя все понятия из теории классовой борьбы. Диалектика Советской власти в изложении Ильича получается строгой, стройной, и подчеркнём, понятной.

Диалектика в том, что Советы — не выдумки теоретиков, а форма организации, найденная самим пролетариатом в ходе классовых битв, продукт борьбы противоположностей: буржуазии и пролетариата, находящихся в известном из «Манифеста Коммунистической партии» единстве.

Диалектика в том, что Советы — это форма реализации диктатуры пролетариата, противоположность диктатуры буржуазии.

Диктатура пролетариата есть продолжение классовой борьбы (в новой форме). Диктатура пролетариата есть превращение его в господствующий класс.

Диктатура пролетариата есть руководство трудящимися массами (и всем обществом) со стороны пролетариата. Две основные задачи (и, соответственно, две новые формы) классовой борьбы при диктатуре пролетариата:

  • Подавление сопротивления эксплуататоров (и всякого рецидива, возврата к капитализму и капиталистическим традициям).

  • Систематическое руководящее воздействие (тоже = борьба, но особого рода, преодоление известного, правда, совсем иного рода сопротивления и совсем иного рода преодоление) на всех трудящихся.

Диалектика раскрывает, что Советы = пролетарская демократия = диктатура пролетариата 4.

Соответственно, по Ленину, Советы, как форма реализации диктатуры пролетариата (причём, возможно, не единственная), есть продукт соответствующей степени развития общественного производства (их появления нельзя было ожидать во времена Крымской войны, что, похоже, при определённых обстоятельствах допускал тов. Подгузов). И, соответственно, ход истории может быть только такой: от рождения в борьбе Советов к установлению Советской власти и к образованию Советского государства и принятию Советской конституции. И не может быть наоборот: начаться с принятия Советской конституции буржуазным парламентом, как обещают людям некоторые учёные знахари, например Зюганов, и двигаться к образованию по этой конституции Советов.

Ленин заглядывал далеко вперёд. В т. ч. в работе «Государство и революция» он разбирает вопрос об отмирании государства, соответственно и государственной власти, как господства одного класса над другими, но именно и только как результат исчезновения самих классов. То есть по ленинской диалектике развивается и трансформируется опять же советское содержание и советская форма власти, а не способы функционирования власти вообще (как у В. Подгузова).

При этом, рассматривая вопросы бесклассового будущего, особое внимание Ленин уделял эпохе нынешней: с классами и классовыми государствами, показывая, как строится классовое Советское государство.

В ленинских тезисах об укреплении и развитии Советской власти 5 подчеркнём наиболее важные из них (с нашей точки зрения для настоящего времени) для материалистического и диалектического понимания составляющих её построения в целое, обеспечивающее наиболее устойчивую (из известных истории) форму осуществления диктатуры пролетариата.

Советская власть опирается на объективную организованность людей труда в процессе материального производства. Ею осуществляется:

  • Тесная связь (и непосредственная) с профессиями и с производительными экономическими единицами (выборы по заводам, по местным крестьянским и кустарным округам). Эта связь даёт возможность осуществлять глубокие социалистические преобразования.

Советская власть исполняет свои функции с опорой на массы самым прямым, самым демократическим путём, осуществляя:

  • Уничтожение парламентаризма (как отделение законодательной работы от исполнительной)… Слияние управления с законодательством.

  • Более тесную связь с массами всего аппарата государственной власти и государственного управления, чем прежние формы демократизма.

  • Более полный демократизм, в силу меньшей формальности, большей лёгкости выбора и отзыва 6.

Советская власть носит сугубо классовый характер — является диктатурой пролетариата и беднейшего крестьянства. На эту форму государства ложится решение следующих задач:

  1. Объединение и организация угнетённых капитализмом трудящихся и эксплуатируемых масс, и только их, при автоматическом исключении эксплуататорских классов.

  2. Объединение наиболее деятельной, активной, сознательной части угнетённых классов, их авангарда, который должен воспитывать поголовно всё трудящееся население к самостоятельному участию в управлении государством не теоретически, а практически.

И наконец, здесь же Лениным ставится задача, выражаясь языком Подгузова, «уничтожения власти вообще», но, подчеркнём, опять же через развитие Советского содержания власти:

«Переход через Советское государство к постепенному уничтожению государства путём систематического привлечения всё большего числа граждан, а затем и поголовно всех граждан к непосредственному и ежедневному несению своей доли тягот по управлению государством».

Такова диалектика Советской власти в ленинском понимании, изложенная, кстати, примерно в таком виде во Ⅱ Программе РКП(б) И если она, эта диалектика, ещё непонятна широким массам, то винить в этом мы должны прежде всего собственную недостаточную партийную (пропагандистскую, агитационную и организаторскую) работу, а не теоретическую неразработанность вопроса, как это сделал и от чего именно оттолкнулся В. Подгузов.

Как мы помним, он, по-ленински задавшись вопросом: «Что есть Советская власть?», рванул совсем по другой дорожке. Он взялся разъяснить диалектику не существительного, а прилагательного, т. е. понятия «власти вообще», заявив:

«Для правильного понимания вопроса недостаточно поверхностного суждения, что власть Советов эта та, которая приходит на смену власти буржуазии…

Власть Советов является противоположностью всем существовавшим формам власти».

Уже здесь тов. Подгузову можно было бы сказать: стой, не туда движемся. Мы пойдём другим путём. Однако продолжим.

Особо знаменательно, как походя Валерий Алексеевич отодвинул на задний план положение о Советской власти, как приходящей на смену власти буржуазии. А ведь теория марксизма говорит, что в капиталистическом обществе власть, независимо от формы реализации, даже в самой распрекрасной демократической республике по сути является диктатурой буржуазии, и на смену диктатуры буржуазии может прийти и неизбежно придёт только диктатура пролетариата. Именно поэтому тот же В. И. Ленин подчёркивает, что марксист лишь тот, кто признание классовой борьбы доводит до признания необходимости диктатуры пролетариата. А Советы, как мы уже установили в первой части статьи, есть исторически наиболее известная, наиболее устойчивая и теоретически разработанная форма реализации (осуществления) диктатуры пролетариата.

Но для Подгузова всё это, оказывается, мелко: мол, это — поверхность, по которой плавают дилетанты (навроде Маркса, Энгельса, Ленина, Программы РКРП), он ныряет глубже:

«…Чтобы ответить на вопрос, что же такое „власть“ Советов, необходимо сначала ответить на вопрос о том, что из себя представляет её противоположность — власть вообще, затем исследовать её в свете закона отрицания отрицания».

Чувствуете разницу? Ленин искал суть Советской власти в истории её зарождения, в ходе вполне материальных, реальных классовых битв, а тов. Подгузов пошёл искать «власть вообще», в отрыве от конкретно-исторического классового соотношения сил, динамики их борьбы и т. д.

Фактически отбросив классовый подход, сойдя с материалистических позиций, товарищ Подгузов занялся даже не идеалистическими поисками желаемой истины, а каким-то психологическим практикумом привязки собственных мыслей к случайным теоретическим ориентирам и игрой разгулявшегося воображения по поводу разбираемого вопроса.

Он постоянно путает понятие власть как государственную классовую машину, обеспечивающую господство вполне определённого класса, и власть как функцию воздействия (осуществления власти), то рассматривает власть как действие вообще в отрыве от носителя, власть как проявление силы власти и т. д. При этом товарищ Подгузов пытается давать собственные определения известным понятиям и даже претендует на введение новых. А если учесть, что время от времени он старается собственные нововведения подтвердить авторитетом классиков, то получается такой винегрет, что нормальный человек просто отказывается не то что понимать прочитанное, но и читать написанное.

Так, Подгузов вводит собственное толкование понятия «власть»:

«Слово „власть“ обозначает такую исторически преходящую форму отношений между людьми, когда одни из них могут силой принудить других действовать в ущерб собственным интересам. Т. е. слово „власть“ — синоним некой односторонности, обозначаемой в литературе как отношение господства и подчинения. Власть есть процесс реализации разности потенциалов классов, наций, конфессий, т. е. реального использования разности сил».

Наверное, любой грамотный человек задаст десяток недоуменных вопросов в связи с этим определением (почему только силой, а авторитетом, знаниями? Почему только в ущерб себе, а если на пользу? А власть идей, власть старейшин? А разность потенциалов поколений, полов и т. д. и т. п.?). Но дело не в этом. В конце концов, ладно, ввёл что-то своё рядом с марксистскими понятиями «государство», «борьба классов». Дело в том, что на основе этого нововведения чуть ниже делается следующий вывод:

«Диктатура рабочего класса, если она осуществляется без искажения её сущности и принципов, не является властью, поскольку ни в коей мере не защищает паразитизм класса-победителя…».

И все эти «упражнения для ума» проводятся якобы для разъяснения рабочим, «что такое Советская власть», именно накануне Съезда, когда в повестке дня стоит обсуждение вопроса: как двигаться к взятию власти, чем она хороша и что она должна делать в первую очередь — эта самая Советская власть?

Иначе как запутыванием вопроса эти рассуждения товарища Подгузова классифицировать трудно. Вся статья В. Подгузова насыщена подобными перлами, которые то впрямую противоречат положениям марксизма, то просто отличаются бессмысленной красивостью. Так, автор практически ставит крест на законе смены общественно-экономических формаций по мере развития материального производства (соответствия производственных отношений характеру и уровню развития производительных сил). Зато он утверждает, что «…люди оказываются в рабском положении не столько потому что к ним применили силу, а только потому, что в конкретный момент истории они уступили своим антиподам в способности применить силу ума своего класса».

О том, что когда-то феодализм был шагом вперёд по пути прогресса по отношению к рабовладению, а капитализм — по отношению к феодализму, здесь говорить, очевидно, просто не приходится, как и о том, что передовая теория сначала рождается в умах отдельных представителей правящего класса, а уж затем привносится в рабочий класс.

Зато тут же, подтверждая идеалистическим оптимизмом свой антимарксизм, тов. Подгузов бодро заявляет:

«Как бы ни была сильна власть, история показала, что со временем „господа“ неизбежно впадают в „ничтожество“, а недавние „ничтожества“ занимают господствующее положение».

Вот так, ни развития материального производства, ни изменения производственных отношений, ни истории борьбы классов. Просто неизбежная рокировка, почти божественная справедливость, тем более, что тов. Подгузов утверждает:

«Трагикомизм истории власти состоит в том, что всегда и везде власть принадлежала объективно более слабому, порой ничтожному классу».

Опять выходит, что не законы материального развития, а трагикомизм матушки истории определяет, кому когда принадлежала власть.

Если говорить о каких-то действительно новых вещах, открытых нам тов. Подгузовым, то они тоже есть. Я бы отметил тот факт, что член ЦК, секретарь Московского комитета по идеологии не знает или не понимает (хуже, если не принимает) Программу собственной партии. Так, говоря о событиях в СССР и КПСС 1991 г., он утверждает:

«О роли предателей в этом процессе написано много, а вот анализом механизма „рассасывания“ диктатуры рабочего класса литература не балует. В Программе же РКРП по этому вопросу даны наиболее общие утверждения, которые, как показала практика, не могут заменить теорию вопроса или научно-популярную, детализированную пропаганду уроков „перестройки“».

Отвечая тов. Подгузову, заметим, что программа, конечно, не заменяет научно-популярную детализированную пропаганду — это не её функция. Об этом и говорить-то смешно. А вот то, что в Программе РКРП вопрос перерождения и партии, и государства разобран именно сточки зрения диалектики, принципиально иначе (глубже и подробнее), чем у других левых организаций, тов. Подгузов должен бы знать. Знать, что вопрос классовой борьбы при социализме у РКРП не ограничивается исключительно борьбой с классовыми врагами (внутренними и внешними), а включает борьбу — что значительно сложнее и труднее (и для понимания, и для осуществления) — с буржуазными тенденциями в самом рабочем классе, в самой партии. Этого товарищ Подгузов или не понял, или не заметил.

В целом товарищ Подгузов ставит в ряде своих работ вроде бы благородную цель: вооружить весь пролетариат передовой научной теорией. Вот и в этой работе он пишет, что в 1990 г. рабочий класс СССР не заметил, что «на некоторое время в стране вновь установилась диктатура рабочих». И далее: «Рабочие могли бы продиктовать всем свои условия, если бы могли их сформулировать». Вообще-то говоря, такая постановка вопроса распространяется на любой момент, в том числе на сегодняшний день: «если бы могли…». Здесь в очередной раз проявляется идеализм автора, потому что тов. Подгузов сводит дело к тому, что пока большинство пролетариата политически не прозреет, не овладеет «диалектикой власти», рабочий класс почти ничто.

В рассматриваемой статье он пишет:

«Без привнесения в сознание основной массы пролетариев научного мировоззрения никакая концентрация капитала и тирания хозяев не может привести к превращению пролетарской массы в революционный класс».

Красиво, но по сути это позиция махрового идеалиста, позиция реакционного значения в нашем движении.

В условиях диктатуры буржуазии мы весь или даже большинство рабочего класса (не говоря уже о всей массе трудящихся) носителями научного мировоззрения не сделаем. Однако всё равно объективное положение вещей толкает его к борьбе: сначала экономической, в ходе которой мы должны вносить в борьбу всё большую политическую составляющую. Задача коммунистов — подготовить авангард, хорошо организованное и оснащённое научным мировоззрением передовое (пока) меньшинство, которое ввяжется в реально идущую, невыдуманную борьбу, возглавит её и поведёт всё дальше и дальше, втягивая в неё всё большие и большие массы. Вот в чём задача партии коммунистов, а не в том, чтобы мечтать сначала просветить всех, а уж потом идти на дело.

Мечты эти останутся мечтами, особенно если реализовывать их методами просвещения с помощью статей, подобных разбираемой.

Статья, прошу, Валерий Алексеевич, не обижаться, получилась вредная. Она научно неверна. Она запутывает вопрос. А главное, она отбивает охоту разобраться в сути дела. Она оперирует аргументами портных из сказки Андерсена про голого короля: мол, кто не понимает, тот не дорос. Такая «Диалектика власти» заставляет вспомнить слова Владимира Ильича, отнесённые несколько ранее к характеристике тоже одного мастера жанра самодеятельного теоретизирования без опоры на фундамент науки:

«…Его теоретические воззрения очень с большим сомнением могут быть отнесены к вполне марксистским, ибо в нем есть нечто схоластическое (он никогда не учился и, думаю, никогда не понимал вполне диалектики)» 7.

Я утверждаю, что если кто-то не понял статью Подгузова, то это только доказывает его нормальность. Ненормально рабочей партии выпускать такие статьи в массовой газете.

Я настоятельно рекомендую товарищу Подгузову печататься в серьёзных журналах («Советский Союз», «Марксизм и современность»), где ему дадут соответствующую оценку, и перестать загружать своими творениями газету и самиздат (тем более, что нерешённых вопросов по линии прямых поручений и должностных обязанностей и у Московского комитета, и у тов. Подгузова предостаточно).

Так что разбираемая статья Подгузова ясности рабочим в вопросе «что такое Советская власть» не добавила, тем более что и заканчивается она довольно мило словами «о том, что такое „Власть“ Советов, мы поговорим подробнее в следующем номере нашей газеты».

Как говорится, откуда ушли, туда же и вернулись.

Но — диалектика в этом не виновата!


От редакции 8

По нашей просьбе отзывы на статью т. Подгузова прислали специалисты-философы из союзных нам организаций: тов. В. Пихорович (зам. гл. редактора журнала «Марксизм и современность»), тов. А. Казённов (Фонд Рабочей академии).

Примечания:

  1. Почему-то 40 — В. Т. (Это как раз понятно: статья вышла в 2001-м, а начало 1960-х — это завершение в общих чертах реставрации капитализма в Советском Союзе — Маоизм.ру.)
  2. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 36, с. 58.
  3. Работы «Государство и революция», «Основные задачи диктатуры пролетариата в России», «Черновой набросок проекта программы» и др.
  4. См.: В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 39, сс. 54—58.
  5. См.: В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 36, с. 71—75.
  6. Депутатов по производственным округам — В. Т.
  7. В. И. Ленин. Полн. собр. соч., т. 45, с. 345.
  8. Т. е. от редакции журнала РКРП «Советский Союз».— Маоизм.ру.

Добавить комментарий