Центральной задачей революции и высшей её формой является захват власти вооружённым путём, то есть решение вопроса войной. Этот революционный принцип марксизма-ленинизма верен повсюду; он безусловно верен как для Китая, так и для других государств.

Однако если принцип остаётся одним и тем же, то осуществляется он партией пролетариата в различных условиях по-разному, сообразно с условиями. В капиталистических государствах, если не говорить о тех периодах, когда там существует фашизм и идут войны, условия таковы: в этих странах феодализма уже нет, а существует буржуазно-демократический строй; они не испытывают национального гнёта, а, наоборот, сами угнетают другие нации. В соответствии с этими условиями задача пролетарских партий в капиталистических государствах состоит в том, чтобы путём длительной легальной борьбы воспитывать рабочих, накапливать силы и готовиться к окончательному свержению капитализма. Там имеют место длительная легальная борьба, использование парламентской трибуны, экономические и политические стачки, организация профсоюзов и воспитательная работа среди рабочих. Формы организации там — легальные, формы борьбы бескровные (не военные). В вопросах войны позиция коммунистической партии такой страны заключается в том, чтобы бороться против ведения своей страной империалистической войны; в случае же возникновения такой войны партия проводит политику, направленную на поражение реакционного правительства своей страны. Такой партии нужна только готовящаяся гражданская война¹. Однако до того момента, пока буржуазия не окажется совершенно несостоятельной, пока большинство пролетариата не проникнется решимостью начать вооружённое восстание и вести гражданскую войну, пока массы крестьянства не станут добровольно помогать пролетариату, вооружённого восстания и гражданской войны начинать нельзя. Когда же восстание и война начинаются, то в первую очередь захватываются города, а затем уже ведётся наступление на деревню, а не наоборот. Так действовали коммунистические партии капиталистических стран; это же подтверждено и опытом Октябрьской революции в России.

По-иному обстоит дело в Китае. Особенность Китая состоит в том, что он не является независимым демократическим государством, а представляет собой полуколониальное, полуфеодальное государство, в котором нет демократического строя, а существует феодальный гнёт и которое не обладает национальной независимостью, а испытывает гнёт империализма. Поэтому в Китае нет парламента, который можно было бы использовать, нет установленного законом права на организацию рабочих для проведения стачек. Задача Коммунистической партии здесь в основном заключается не в том, чтобы через длительную легальную борьбу идти к восстанию и войне, и не в том, чтобы занимать сначала города, потом деревни. Она должна действовать в другом порядке.

Для Коммунистической партии Китая вопрос стоит так: пока империалисты не совершили вооружённого нападения на Китай либо гражданская война совместно с буржуазией против милитаристов (лакеев империализма), как это было в 1924—1927 годах во время войн в Гуандуне² и Северного похода, либо гражданская война в союзе с крестьянством и городской мелкой буржуазией против класса помещиков и компрадорской буржуазии (тоже лакеев империализма), как это было во время Аграрной революционной войны 1927—1936 годов. Во время же вооружённого нападения империалистов — национальная война против внешнего врага в союзе со всеми классами и прослойками в стране, выступающими против иностранных агрессоров, примером чего является нынешняя война Сопротивления японским захватчикам.

Во всём этом проявляется различие между Китаем и капиталистическими государствами. В Китае главной формой борьбы является война, а главной формой организации — армия. Все прочие формы, как, например, организация народных масс, борьба народных масс и т. д., имеют исключительно важное значение, все они безусловно необходимы, и ими отнюдь нельзя пренебрегать, однако все они подчинены интересам войны. До того как война началась, все организации и все формы борьбы служат целям подготовки к войне, как это было, например, в период между движением «4 мая» (1919 года) и движением «30 мая» (1925 года). После начала войны все организации и все формы борьбы прямо или косвенно содействуют ведению войны, как это было, например, в период Северного похода, когда все организации и все формы борьбы в тылу революционной армии содействовали ведению войны непосредственно, а в районах, подвластных северным милитаристам, косвенно, или, например, в период Аграрной революционной войны, когда все организации и все формы борьбы в красных районах содействовали ведению войны непосредственно, а вне красных районов — косвенно. И, наконец, теперь, в период войны Сопротивления японским захватчикам, все организации и все формы борьбы в тылу китайской армии и в оккупированных противником районах точно так же непосредственно или косвенно содействуют ведению войны.

«В Китае вооружённая революция борется против вооружённой контрреволюции. В этом одна из особенностей и одно из преимуществ китайской революции»³. Это положение, высказанное товарищем Сталиным, совершенно правильно. Оно правильно и в отношении Северного похода, и в отношении Аграрной революционной войны, и в отношении нынешней войны Сопротивления японским захватчикам. Все эти войны — войны революционные, направленные против контрреволюции, а основная сила, в них участвующая,— революционный народ. Различие состоит лишь в том, что это либо гражданская война, либо национальная война; либо война, возглавляемая Коммунистической партией самостоятельно, либо война, возглавляемая гоминьданом и Коммунистической партией совместно. Конечно, это существенное различие. В нём находит своё выражение то, что силы, ведущие войну, бывают по своему составу более узкими или более широкими (союз рабочих и крестьян или союз рабочих, крестьян и буржуазии), что враг бывает либо внутренним, либо внешним (война или против внутреннего, или против внешнего врага; в свою очередь, война против внутреннего врага была войной либо против северных милитаристов, либо против гоминьдана), и то, что на разных этапах исторического пути революционные войны в Китае имели различное содержание. Однако всё это — борьба вооружённой революции против вооружённой контрреволюции, всё это — войны революционные, и в этом находят своё выражение особенности и преимущества китайской революции. Революционная война — «одна из особенностей и одно из преимуществ китайской революции»,— это положение полностью отвечает обстановке в Китае. Главная задача партии китайского пролетариата — задача, с которой партия оказалась лицом к лицу почти с самого начала своего существования,— заключается в том, чтобы объединить возможно большее число союзников и организовать вооружённую борьбу, выступая, в зависимости от обстоятельств, то против внутренней, то против внешней вооружённой контрреволюции, за национальное и социальное освобождение. В Китае пролетариат и Коммунистическая партия без вооружённой борьбы не могли бы занять подобающего им места, не могли бы решить никаких революционных задач.

В течение тех 5—6 лет, которые прошли между основанием нашей партии в 1921 году и её участием в Северном походе в 1926 году, наша партия недостаточно понимала это положение. Тогда ещё не понимали исключительной важности вооружённой борьбы в Китае, не занимались всерьёз подготовкой к войне и организацией армии, не обращали серьёзного внимания на изучение военной стратегии и тактики. Во время Северного похода игнорировалось важное значение завоевания армии, а всё внимание односторонне сосредоточивалось на массовом движении, в результате чего, как только гоминьдан стал на путь реакции, всё массовое движение было разгромлено. После 1927 года многие товарищи в течение долгого времени по-прежнему ставили перед партией в качестве центральной задачи подготовку восстаний в городах и работу в белых районах. Коренной поворот в этом вопросе наступил у ряда товарищей в 1931 году, после победы в борьбе против третьего «карательного похода» противника. Однако перелома во всей партии тогда ещё не произошло, и некоторые товарищи по-прежнему ещё думали не так, как мы думаем сейчас.

Опыт показывает, что проблемы, стоящие в Китае, не могут быть решены без вооружённой борьбы. Понимание этого будет очень полезно для успешного ведения войны Сопротивления японским захватчикам в дальнейшем. Конкретный факт всенародной вооружённой борьбы против японских захватчиков научит партию ещё лучше понимать важность этого положения. Каждый член партии должен быть готов в любую минуту взять винтовку и отправиться на фронт. Более того, настоящий пленум принял решение о том, что главным участком партийной работы является работа во фронтовых районах и в тылу врага, и тем самым дал на этот счёт совершенно ясную установку. Как правильно прописанное лекарство, это должно хорошо подействовать на некоторых членов партии, которые охотно ведут организационную работу партии, охотно работают в массовом движении, но не желают изучать войну и участвовать в ней, а также на руководителей некоторых учебных заведений, которые не поощряют учащихся идти на фронт, и т. д. На большей части территории Китая организационная работа партии и её работа в массах непосредственно связана с вооружённой борьбой; здесь нет и не может быть партийной работы и массового движения, обособленных, оторванных от вооружённой борьбы. Да и в тылу, сравнительно удалённом от фронтовых районов (как провинции Юньнань, Гуйчжоу, Сычуань), и в районах, находящихся под контролем врага (как Бэйпин, Тяньцзинь, Нанкин, Шанхай), организационная работа партии и её работа в массах также направлены на поддержку войны, они могут и должны быть подчинены только требованиям фронта. Словом, вся партия должна сосредоточить своё внимание на войне, овладевать военным делом, готовиться воевать.

Нам полезно будет оглянуться на историю гоминьдана и посмотреть, какое внимание эта партия уделяла войне.

С того момента, как Сунь Ятсен создал небольшую революционную организацию, он провёл несколько вооружённых восстаний против Цинской династии⁴. Период существования «Тунмэнхой» был ещё богаче вооружёнными восстаниями⁵, и, наконец, в революцию 1911 года Цинская династия была свергнута силой оружия. В период существования «Чжунхуа гэминдан» были организованы вооружённые выступления против Юань Шикая⁶. Затем последовали военно-морской поход на юг⁷ и Северный поход из Гуйлиня⁸, была создана Хуанпуская военная школа⁹. Такова была военная деятельность Сунь Ятсена.

Заняв место Сунь Ятсена, Чан Кайши положил начало периоду, когда военное дело гоминьдана достигает своего апогея. Для Чан Кайши армия — это его жизнь; с нею он пережил период Северного похода, период гражданской войны и период начала войны Сопротивления. Все последние десять лет Чан Кайши боролся против революции. Для борьбы против революции он создал огромную «центральную армию». «Есть армия — есть власть», «война решает всё» — эти основные положения он прочно усвоил. В этом отношении мы должны у него учиться. В этом отношении и Сунь Ятсен, и Чан Кайши являются нашими учителями.

После революции 1911 года все милитаристы всегда дорожили армией, как своей жизнью; они чтили принцип: «есть армия — есть власть».

Тань Янькай¹⁰ был умным сановником; он не раз занимал руководящие посты в провинции Хунань, не раз и терял эти посты, но никогда он не хотел быть просто гражданским губернатором: он стремился быть военным губернатором, а гражданским только по совместительству. Впоследствии, став председателем Национального правительства сначала в Гуандуне, потом в Ухане, он по совместительству занимал должность командира 2‑го корпуса. В Китае много таких милитаристов, которые понимают эту особенность Китая.

Китай знает и такие партии, которые не стремились иметь свою армию; в их числе одной из виднейших была «Прогрессивная партия»¹¹. Но и она понимала, что получить государственные посты можно, только опираясь на какого-нибудь милитариста, и находила себе покровителей в лице Юань Шикая, Дуань Цижуя¹² и Чан Кайши (примкнувшая к последнему группа «Политических наук»¹³ является осколком «Прогрессивной партии»).

Несколько родившихся недавно на свет мелких партий, как, например, Младокитайская партия¹⁴ и др., не имеют войск, а потому у них ничего и не получается.

В иностранных государствах буржуазным партиям нет нужды каждой иметь войска в своём непосредственном распоряжении. Другое дело в Китае: вследствие его феодальной раздробленности власть получают те группировки или партии помещиков или буржуазии, у которых есть штыки, и бо́льшую власть получает тот, у кого штыков больше. Действуя в таких условиях, партия пролетариата должна отчётливо представлять себе суть положения.

Коммунисты не добиваются личной власти над армией (они ни в коем случае не должны добиваться этого, им не следует подражать Чжан Готао), но они должны бороться за то, чтобы армией обладала наша партия, чтобы армией обладал народ. Теперь, во время национальной войны Сопротивления, они должны бороться и за то, чтобы армией обладала нация. Детская болезнь в вопросе об обладании армией, разумеется, не приведёт ни к чему хорошему. Трудовому народу, который в течение тысячелетий был жертвой обмана и запугивания со стороны реакционных правящих классов, не легко подняться до понимания того, как важно ему иметь в своих руках винтовку. Гнёт японского империализма и всенародная война против японских захватчиков выдвинули трудовой народ на арену войны, и коммунисты должны стать наиболее сознательными руководителями этой войны. «Винтовка рождает власть» — эту истину должен усвоить каждый коммунист. Наш принцип — партия командует винтовкой; совершенно недопустимо, чтобы винтовка командовала партией. Но в то же время, располагая винтовкой, можно действительно создавать партийные организации, и 8‑я армия создала в Северном Китае мощную партийную организацию. Можно также создавать кадры, создавать школы, создавать культуру, создавать массовое движение. Всё, что имеется в Яньани, создано с помощью винтовки. Винтовка рождает всё. С точки зрения марксистского учения о государстве армия является главной составной частью аппарата государственной власти. Кто хочет захватить государственную власть и удержать её, тот должен иметь мощную армию. Кое-кто над нами иронизирует, называя нас сторонниками «теории всемогущества войны». Да, мы сторонники теории всемогущества революционной войны. Это не плохо, это хорошо, это по-марксистски. При помощи винтовки русские коммунисты завоевали социализм, мы же создадим демократическую республику. Опыт классовой борьбы в эпоху империализма показывает, что рабочий класс и трудящиеся массы могут победить вооружённую буржуазию и помещиков только с помощью винтовки; в этом смысле можно сказать, что перестроить мир можно только с помощью винтовки. Мы — за уничтожение войны, нам война не нужна, но уничтожить войну можно только через войну. Если хочешь, чтобы винтовок не было,— берись за винтовку.

Хотя наша партия в течение трёх-четырёх лет — с 1921 года (год основания Коммунистической партии Китая) по 1924 год (Ⅰ Всекитайский съезд гоминьдана) — не понимала важности непосредственной подготовки к войне и организации армии; хотя с 1924 по 1927 год и даже в течение некоторого последующего периода она всё ещё не достаточно понимала это, однако с момента, когда партия в 1924 году приняла участие в организации и работе Хуанпуской военной школы, она вступила в новый этап, начав постигать важность военного дела. Оказывая помощь гоминьдану в ведении войн в Гуандуне и в Северном походе, партия взяла в свои руки часть армии¹⁵. Поражение революции послужило для партии горьким уроком, и, организовав Наньчанское восстание, восстание «Осеннего урожая» и Гуанчжоуское восстание, она вступила в новый период — период создания Красной армии. Для нашей партии это был исключительно важный период, период, когда она до конца поняла всё значение армии. Не будь Красной армии и её боевой деятельности этого периода, иначе говоря, если бы Коммунистическая партия последовала ликвидаторской линии Чэнь Дусю, была бы немыслима нынешняя война Сопротивления японским захватчикам и тем более немыслимо было бы выдержать длительную войну.

Чрезвычайное совещание Центрального Комитета 7 августа 1927 года повело борьбу против правого оппортунизма в политике, и это позволило партии сделать большой шаг вперёд. В январе 1931 года четвёртый пленум Центрального Комитета шестого созыва формально выступил против «левого» оппортунизма в политике, но фактически повторил «лево»-оппортунистические ошибки. Содержание и историческая роль этих двух совещаний различны, однако оба эти совещания не затронули всерьёз вопросов войны и стратегии. Это было отражением того, что центр тяжести работы партии тогда ещё не был перенесён на вопросы войны. После того как в 1933 году Центральный Комитет партии переехал в красные районы, положение коренным образом изменилось; однако в вопросе о войне (а также во всех остальных важнейших вопросах) снова были допущены ошибки принципиального характера, которые нанесли революционной войне серьёзный ущерб¹⁶. На совещании в Цзуньи в 1935 году борьба велась главным образом против оппортунизма в ведении войны, и вопрос о войне был выдвинут на первое место; это было отражением военной обстановки. В настоящее время мы можем с уверенностью сказать, что в ходе 17‑летней борьбы Коммунистическая партия Китая выковала не только твёрдую марксистскую политическую линию, но и твёрдую марксистскую военную линию. Мы научились применять марксизм не только для разрешения политических вопросов, но и для разрешения вопросов войны; мы создали не только могучий костяк, способный управлять партией и государством, но и могучий костяк, способный управлять армией. Это — цветы революции, выросшие на почве, обильно орошённой горячей кровью множества павших героев; это гордость не только Коммунистической партии Китая и китайского народа, но и коммунистических партий и народов всего мира. В мире пока только три армии — армии, руководимые коммунистическими партиями Советского Союза, Китая и Испании,— принадлежат пролетариату и трудовому народу. Коммунистические партии других стран ещё не имеют военного опыта, и потому наша армия и наш военный опыт имеют особую ценность.

Для победоносного ведения нынешней войны Сопротивления японским захватчикам исключительно важное значение имеют увеличение численности и укрепление 8‑й армии, Нового 4‑го корпуса и всех партизанских отрядов, руководимых нашей партией. Исходя из этого, партия должна послать на фронт достаточное число лучших своих членов и кадровых работников. Всё для победы на фронте! Организационные задачи должны быть подчинены задачам политическим.

Вопрос о поворотах в военной стратегии нашей партии заслуживает тщательного изучения. Мы рассмотрим их раздельно по гражданской войне и по национальной войне.

Ход гражданской войны может быть в общем разделён на два стратегических периода. В первый период главное место занимала партизанская война, во второй — регулярная. Однако так называемая регулярная война была регулярной войной китайского типа: её регулярный характер проявлялся лишь в ведении манёвренной войны сосредоточенными силами, а также в известной централизации и плановости в командовании войсками и в их организации; в остальном же она по-прежнему сохраняла партизанский характер, то есть находилась на низшей ступени, и её нельзя ставить на одну доску с действиями иностранных армий; она несколько отличалась и от действий гоминьдановской армии. Поэтому такая регулярная война представляла собой в некотором смысле партизанскую войну, лишь поднятую на более высокий уровень.

Рассматривая ход войны Сопротивления японским захватчикам с точки зрения военных задач нашей партии, эту войну тоже можно разделить в общем на два стратегических периода: первый (который обнимает два этапа — стратегической обороны и стратегического равновесия), когда главное место занимает партизанская война, и второй (этап стратегического контрнаступления), когда главное место будет занимать война регулярная. Однако партизанские действия первого периода войны Сопротивления японским захватчикам по своему содержанию значительно отличаются от партизанских действий первого периода гражданской войны, так как теперь для ведения партизанских операций рассредоточенно используется 8‑я армия, носящая (до некоторой степени) характер регулярной армии. Регулярные действия во второй период войны Сопротивления японским захватчикам также будут отличаться от регулярных действий во второй период гражданской войны. Мы здесь исходим из предположения, что после оснащения армии новыми видами оружия как сами войска, так и их действия претерпят большие изменения. Тогда войска приобретут высокую степень централизации и организованности, их действия будут носить в высокой степени регулярный характер, их партизанский характер будет резко ослаблен, произойдёт переход от низших форм к высшим, китайский тип регулярной войны сменится типом, обычным для других стран. Это произойдёт на этапе стратегического контрнаступления.

Таким образом, на протяжении четырёх стратегических периодов в ходе двух войн гражданской войны и войны против японских захватчиков мы проделаем три поворота в нашей стратегии. Первым был переход от партизанских действий в гражданской войне к регулярным; вторым переход от регулярных действий в гражданской войне к партизанским в войне против японских захватчиков; третьим будет переход от партизанских действий в войне против японских захватчиков к действиям регулярным.

При первом из этих трёх поворотов мы сталкивались с очень большими трудностями. Задача здесь была двоякой: с одной стороны, нужно было бороться против правого уклона местничества и партизанщины, выражавшихся в цеплянии за партизанские действия, в нежелании перестроиться на регулярный лад. Этот уклон был порождён тем, что кадровые работники недооценивали изменения, которые произошли в состоянии вражеских сил и в их собственных задачах. Если говорить о Центральном красном районе, то здесь удалось постепенно осуществить поворот лишь после проведения потребовавшей большого труда воспитательной работы. С другой стороны, приходилось бороться и против «левого» уклона — чрезмерной централизации и авантюризма, выражавшихся в чрезмерном форсировании перехода к регулярности. Этот уклон был порождён тем, что часть руководящих кадров переоценивала изменения в состоянии вражеских сил, ставила себе слишком широкие задачи и, не считаясь с действительным положением, механически перенимала зарубежный опыт. Из-за этого уклона Центральный красный район в течение трёх долгих лет (до совещания в Цзуньи) нёс огромные жертвы, и положение было выправлено только в результате этих кровавых уроков. Выправление положения было заслугой совещания в Цзуньи.

Второй поворот имел место между двумя различными по своему характеру войнами осенью 1937 года (после событий у Лугоуцяо). Теперь противник у нас новый — японский империализм, союзник — гоминьдан, наш бывший противник (по-прежнему относящийся к нам враждебно); поле боя — обширные просторы Северного Китая (пока ещё это наш фронт, который, однако, скоро может надолго стать тылом врага). Поворот в нашей стратегии, совершёенный в этой особой обстановке, исключительно важен. В этой особой обстановке необходимо было перестроить нашу в прошлом регулярную армию на партизанский лад (в смысле её рассредоточенного использования, но отнюдь не в смысле её организованности и дисциплины) и от манёвренной войны перейти к партизанской, так как только это отвечало состоянию вражеских сил и нашим задачам. Внешне, однако, этот поворот выглядел как поворот вспять, и в связи с этим можно было ожидать исключительных трудностей. Здесь могли возникнуть как уклон в сторону недооценки противника, так и японобоязнь, причём в рядах гоминьдана имело место и то и другое. Когда гоминьдан с театра гражданской войны перешёл на театр национальной войны, он понёс много ненужных потерь в основном в результате недооценки сил противника, а также вследствие существовавшей наряду с этим японобоязни (например, Хань Фуцзюй и Лю Чжи¹⁷). Мы же, напротив, осуществили этот переход достаточно успешно и не только не потерпели неудач, но и одержали большие победы. Это следует отнести за счёт того, что широкие массы кадровых работников своевременно приняли к исполнению правильные руководящие указания Центрального Комитета и гибко подошли к оценке обстановки, хотя между Центральным Комитетом и частью руководящих военных работников и происходили при этом серьёзные споры. Этот поворот имеет исключительное значение для упорного ведения, широкого развёртывания и победоносного завершения всей войны Сопротивления японским захватчикам и для будущего Коммунистической партии Китая. Это станет понятным, если задуматься над исторической ролью партизанской войны против японских захватчиков в деле национального освобождения Китая. Партизанская война Китая против японских захватчиков по своему исключительному размаху и длительности будет небывалой не только на Востоке, но, пожалуй, и в истории всего человечества.

Что же касается третьего поворота — от партизанских действий в войне Сопротивления японским захватчикам к регулярным, то это — дело будущего, дело дальнейшего развития войны, и поскольку тогда сложится новая обстановка и возникнут новые трудности, сейчас мы можем о нём не говорить.

В войне Сопротивления японским захватчикам в целом регулярная война играет главную роль, а партизанская — вспомогательную, так как окончательный исход этой войны может быть решён только войной регулярной. В масштабе всей страны из трёх стратегических этапов войны Сопротивления (оборона, равновесие сил, контрнаступление) на первом и третьем этапах регулярная война играет и будет играть главную роль, а партизанская — вспомогательную. На втором этапе вследствие того, что противник станет закреплять за собой оккупированную территорию, а мы будем готовиться к контрнаступлению, но пока ещё не сможем его осуществить,— партизанская война станет главной формой, а регулярная — вспомогательной; однако это будет происходить только на одном из трёх этапов войны, хотя он, возможно, и будет самым продолжительным. Поэтому в войне в целом регулярная война будет играть главную роль, а партизанская — вспомогательную. Не поняв этого, не уяснив себе, что регулярная война является ключом к окончательному исходу войны, не уделяя достаточного внимания строительству регулярной армии, а также изучению регулярной войны и руководству ею, нельзя одержать победу над японскими захватчиками. Это одна сторона вопроса.

Однако партизанская война играет важную стратегическую роль на протяжении всей войны. Если не будет партизанской войны, если не будет уделяться внимание организации партизанских отрядов, партизанской армии, а также изучению партизанской войны и руководству ею, то одержать победу над японскими захватчиками тоже будет невозможно. Это объясняется тем, что бо́льшая часть Китая превратится в тыл противника; если мы не будем вести самой широкой и самой упорной партизанской войны и позволим противнику, нимало не тревожась за свой тыл, прочно обосноваться на занятой им территории, то наши регулярные войска на фронте неизбежно будут нести большие потери, наступление противника неизбежно станет ещё более ожесточённым, трудно будет добиться установления равновесия сил, и дальнейшее сопротивление японским захватчикам может быть подорвано; если даже этого и не случится, то всё равно возникнут различные неблагоприятные явления: подготовленных нами для контрнаступления сил может оказаться недостаточно, во время контрнаступления мы не получим поддержки из вражеского тыла, противник сможет возмещать свои потери и затраты и т. д. Если в случае возникновения подобных явлений мы не преодолеем их с помощью своевременно развёрнутой широкой и упорной партизанской войны, то и одержать победу над японскими захватчиками будет невозможно. Поэтому, хотя партизанская война играет во всём ходе войны вспомогательную роль, фактически она имеет важнейшее стратегическое значение. И пренебрегать партизанской войной в войне Сопротивления было бы, несомненно, грубейшей ошибкой. Это — другая сторона вопроса.

Для того чтобы иметь возможность вести партизанскую войну, достаточно одного условия — чтобы страна была большой, а потому партизанские войны велись и в прошлом. Однако упорное ведение партизанской войны возможно лишь под руководством коммунистической партии. Поэтому партизанские войны в прошлом, как правило, заканчивались поражением. Победоносная же партизанская война возможна только в современном крупном государстве, где существует коммунистическая партия, например в таких государствах, как СССР эпохи гражданской войны или Китай. В войне Сопротивления японским захватчикам — с точки зрения условий данного момента и общих условий необходимо и целесообразно такое разделение труда между гоминьданом и Коммунистической партией в деле ведения войны, при котором гоминьдан взял бы на себя ведение регулярной войны на фронте, а Коммунистическая партия — партизанской войны в тылу врага; это необходимо для обеих сторон, это и есть координация действий и взаимная помощь.

Отсюда ясно, насколько важен и необходим принятый нашей партией военно-стратегический курс на переход от регулярной войны второго периода гражданской войны к партизанской войне первого периода войны против японских захватчиков. Партизанская война даёт нам ряд преимуществ, которые сводятся к следующему:

1) она приводит к сокращению территории, оккупированной противником; 2) приводит к расширению опорных баз нашей армии; 3) на этапе обороны — содействует операциям на фронте, сдерживая продвижение противника; 4) на этапе равновесия — позволяет прочно удерживать опорные базы в тылу врага, облегчая регулярным войскам, действующим на фронте, осуществлять упорядочение; 5) на этапе контрнаступления — содействует операциям на фронте и способствует возвращению утраченной территории; 6) даёт возможность наиболее быстро и наиболее эффективно увеличивать численность нашей армии; 7) способствует наиболее широкому развёртыванию организаций Коммунистической партии, позволяя создавать ячейку в каждой деревне; 8) обеспечивает наиболее широкое развёртывание массового движения и возможность организоваться для всего населения в тылу противника, за исключением населения его опорных пунктов; 9) позволяет создать органы антияпонской демократической власти на наиболее обширной территории; 10) позволяет развёртывать в наиболее широком масштабе культурно-просветительную работу, подчинённую задачам борьбы против японских захватчиков; 11) приводит к улучшению условий жизни народа на наиболее обширной территории; 12) создаёт наиболее благоприятные условия для разложения войск противника; 13) оказывает наиболее широкое и длительное воздействие на настроение всего народа и содействует подъёму боевого духа всей армии Китая; 14) оказывает наиболее широкое содействие прогрессу дружественных армий и дружественных партий; 15) в условиях силы противника и нашей слабости позволяет нам сводить к минимуму свои потери и одерживать максимальное число побед; 16) в условиях малочисленности войск противника и большой численности наших войск позволяет нам наносить противнику максимальный урон и сводить к минимуму его успехи; 17) содействует самому быстрому и эффективному выковыванию многочисленных руководящих кадров; 18) создаёт наиболее благоприятные условия для разрешения вопросов снабжения продовольствием.

В длительной борьбе партизанские отряды и партизанская война не должны застывать в своём первоначальном виде. Они должны развиваться, переходя на высшую ступень, постепенно превращаться в регулярную армию и в регулярную войну. Это тоже не подлежит никакому сомнению. В ходе партизанской войны мы накопим такие силы, которые превратят нас в один из решающих факторов разгрома японского империализма.

Все вопросы, из-за которых приходят в столкновение две армии, решаются на поле боя, и судьба Китая — его существование или гибель — зависит от исхода войны. Поэтому изучение военной теории, изучение стратегии и тактики, изучение политической работы в армии является для нас совершенно неотложной задачей. Хотя тактику мы изучали и недостаточно, однако за десять лет товарищи, занимающиеся военной работой, добились больших успехов, и у нас уже есть много нового, разработанного на основе китайских условий; пробелом в этой области является отсутствие обобщения. Изучением вопросов стратегии и теоретических вопросов войны до сих пор ещё занимается очень небольшое число людей. В изучении вопросов политической работы у нас имеются первоклассные достижения: по богатству опыта, по количеству и качеству новых начинаний мы стоим на первом месте в мире после Советского Союза, однако пробелом здесь является недостаточное обобщение и недостаточная систематизация этого опыта. В свете нужд всей партии и всей страны популяризация военных знаний становится неотложной задачей. Отныне всему этому нужно уделять надлежащее внимание, в центре всего должны стоять теоретические вопросы войны и стратегии. Я считаю необходимым поднять интерес к военной теории и призвать всех членов партии уделять серьёзное внимание изучению военного дела.