Товарищ Топоров ответил¹ на мою критику² его бойкотистской статьи³. Вынужден отметить, что дискуссии у нас не складывается. Причиной тому — весьма своеобразный способ, которым товарищ ведёт полемику.

Выглядит это так. Сначала он длинно цитирует оппонента. Затем не соглашается с его словами. Или соглашается — это ни на что не влияет. Или вообще пропускает этот момент. А затем многословно рассуждает о чём-то своём, никак с доводами оппонента не связанном (и довольно бессвязно вообще). Так он разделывается с лепетом бедняги Зюганова и так же поступил с моей «довольно обстоятельной и серьёзной», по его признанию, критикой. Как его статья была «сумбурна, скакала с пятого на десятое», подобным же образом выглядит и ответ на мою критику.

Вот яркий пример с самого начала. «Это замечание тов. Торбасова во многом правильное» — пишет тов. Топоров, после чего восклицает «как это меняет тезис о том..?» и «это замечание также не меняет того факта, что…». А должно? Никак не меняет, сказанное мной просто не имеет к этим тезисам никакого отношения. Это наглядное подтверждение того, что «сумбурной» манера изложения Сергея мне вовсе не «кажется». Тов. Топорову следовало бы обращаться к доводам оппонента, а не домысливать эти доводы за него, не «ломиться в открытые двери», пафосно убеждая меня, например, что «критиковать и разоблачать крайний ревизионизм КПРФ просто необходимо». Да разумеется необходимо! Но это необходимо делать хорошо, а не тяп-ляп.⁴

Вот другой пример: я указал, что тов. Топоров «подбирает себе недостойных, заведомо слабых оппонентов». Сергей спорит с этим утверждением, но опровергает ли он его? Вовсе нет. Вместо этого он, во-первых, утверждает, что «господин Зюганов прекрасно знает, что делает» и «прекрасно устроился в материальном плане». Возможно. Я об этом ничего не писал, потому что это никак не касается моего утверждения (и это далеко не открытие последние тридцать лет!), что Зюганов — крайне слабый идеолог и публицист. Даже в самой КПРФ можно без труда сыскать оппонентов поинтереснее.

А уж тем более вне КПРФ. Сергей, во-вторых, перечисляет ряд деятелей, включая, например, Колпакиди и Кагарлицкого. Но зачем перечислять? Вопрос-то состоял в том, почему тов. Топоров не обратился к их аргументации в пользу поддержки КПРФ на выборах, заведомо гораздо более квалифицированной и основательной, чем всё, что может промямлить Зюганов и анонимный «кпрфный актив, одержимый парламентским кретинизмом». Почему он не обратился к аргументации той же РРП⁵ или, скажем, МТ⁶, к моей аргументации⁷? Тов. Топоров, я тебя упрекнул, что ты возишься со всякой примитивненькой шелупонью, вроде Зюганова, не обращая внимания на то, что пишут опытные товарищи,— а ты даже после этого не удосужился ознакомиться с моей аргументацией, продолжая вопрошать: «Э‑э… тов. Торбасов, какой толк идти голосовать людям, например, за КПРФ?». Пойди да прочитай уже, в конце концов!⁸

Может быть, я изложил свои мысли слишком сложно? Ну, что же, попытаюсь ещё раз, практически по слогам.

Отказаться поддержать КПРФ⁹ на парламентских выборах означает принять на себя ответственность за возможное сокращение её фракции в Госдуме, а если она вдруг когда-то пролетит мимо минимального барьера, то и за её исчезновение. Полезно ли это для нас? Нет, не полезно. Как ни плохи зюгановцы, вместо них в депутатские кресла сядут единороссы — какая же тут польза? Вредно ли это для нас? Да, вредно. Во-первых, само существование в парламенте партии под коммунистической маркой гарантирует легальность коммунистической идеологии. Пусть КПРФ сама не пользуется этой возможностью, не пропагандирует марксизм, но мы пропагандируем¹⁰. Во-вторых, КПРФ и сама по себе представляет собой социал-демократию.¹¹ Пусть это социал-демократия и плохонькая, но её замещение на правых консерваторов из «Единой России» и ЛДПР — это несомненно ещё хуже. В-третьих, КПРФ создаёт дополнительные возможности для радикальных социалистов и коммунистов.¹² Все эти возможности не дают на блюдечке готовую социалистическую революцию — любимый аргумент товарища Топорова. Но так можно и зарплату отказаться получать, потому что это же ведь не ведёт к революции! Это всё полезные для революционных перспектив возможности, не более, но и не менее. Брать на себя ответственность за их сужение? Зачем, ради чего? Ради любования формальной радикальностью собственной фразы? Вот уж что действительно не ведёт к революции.

Итак, у критической поддержки КПРФ на выборах есть логическое обоснование. А у отказа в такой поддержке? У отказа КПРФ в поддержке на выборах логического обоснования нет, это просто позёрство, бесплатный способ почувствовать себя радикальным. Это не левизна, это детская болезнь левизны.

Вот я изложил свои мысли ещё раз, но имеет ли это какое-то значение для моего оппонента? Когда тов. Топоров всё-таки сталкивается с аргументацией оппонента, он не находит ничего, чтобы ей противопоставить, да, кажется, не очень-то и пытается. Вот я указал, что «на практике отказ от выборов у российского населения не ведёт к росту социально-политической активности» — и что же? Показывает Сергей хоть один признак, что это не так? Нет, не показывает. Вместо этого он разражается справедливыми, но не имеющими отношения к делу речами против парламентского кретинизма, о необходимости бороться против апатии и призывает: «Может, пора заняться реальной работой?». Да кто же тебе не даёт-то?!.

Да, КПРФ подменяет революционную политическую работу парламентаризмом. Отсюда вообще никак не следует, что все те, кто говорит о её тактической поддержке в какой-то момент, предлагают то же самое (и пытаются помешать тов. Топорову заниматься реальной работой). Без паники. Тактические манёвры всегда были возможны и не представляли из себя никакой катастрофы. Тактика — одно, линия — другое. Они связаны, но не тождественны. Если ты не левком, конечно, «со всей решительностью отклоняющий всякое возвращение к исторически и политически изжитым формам борьбы парламентаризма».

Плакат Д. Моора «Класс против класса» (1932)

Помимо «левого коммунизма» была и другая, гораздо более близкая нам, линия, выступавшая с позиций, примерно как у моего оппонента. Я говорю о линии «класс против класса», принятой сталинским ИККИ в 1928 году. Однако, во-первых, она подпитывалась растущими силами коммунизма в Германии — самом сердце Европы. У нас сейчас и в помине нет таких материалистических причин заноситься. Во-вторых, цена её тоже была чудовищной: воодушевляясь ею тот же германский коммунизм прямиком влетел в нацистскую трагедию 1933‑го, когда был фактически уничтожен, и от этого удара с тех пор даже и близко не оправился. В-третьих, Сталин — это, конечно, неплохо, но довольно странно маоистам брать за образец худшие из ошибок Сталина, игнорируя отрицательный и положительный опыт Мао: линия «класс против класса» породила в Китае две «левые» линии — лилисаневскую и ванминовскую, и только в 1935 году умудрённая поражениями партия передала руководство Мао Цзэдуну. Тот навсегда сохранил великое уважение к старшему товарищу Сталину, но и не забыл о вредительской роли проводимых тогда через Коминтерн установок.¹³ Не должны забывать и мы.

1. Сергей Топоров. Ответ тов. Торбасову (1 октября 2021 г.).↩
2. О. Торбасов, комментарий (30 сентября 2021 г.).↩
3. Сергей Топоров. После выборов хоть потоп (28 сентября 2021 г.).↩
4. См., напр., «Энциклопедию правого оппортунизма» Б. Гунько или «КПРФ на запасном пути российского капитализма» О. Шеина. Напротив, критика Топорова удручающе легковесна, поверхностна и зачастую искажает факты (см. примечания к статьям «К годовщине КПРФ» и «„Социализм с российской спецификой“: разбор предвыборной программы КПРФ»).↩
5. Артём Морозов. Выборы в Госдуму и тактика коммунистов (24 августа 2021 г.).↩
6. Резолюция ЦК МТ по выборам 2021 (10 августа 2021 г.).↩
7. О. Торбасов. К выборам-2021 (13 сентября 2021 г.); также рекомендую на этот раз внимательно перечитать мой комментарий.↩
8. Теперь я могу рекомендовать также ознакомиться с не бесспорным, но вполне рационалистическим изложением позиции Михаила Лобанова, которого РМП вроде как поддерживала по Кунцевскому округу, на дебатах 12 октября 2021 г.↩
9. Тут можно говорить и не только о КПРФ, а о парламентских левых вообще, ну какие есть — КПРФ, «Справедливая Россия», «Коммунисты России». Но это уже нюансы.↩
10. Не стеснённые запретом на «пропагування комуністичного тоталітарного режиму» (закон Украины № 317-Ⅷ). Во что такой запрет выливается на практике, см., напр., статью Г. В. Касьянова «„Декоммунизация“ в Украине, 2014—2021: процесс, акторы, результаты».↩
11. Факт, что КПРФ организовывала протесты против повышения пенсионного возраста (можно сколько угодно упрекать, что она сделала это плохо, но — а кто сделал лучше?). Факт, что люди с корочками депутатов и помощников депутатов от КПРФ периодически всплывают на различных народных протестах, и это какая-никак идёт народу на пользу. И так далее.↩
12. Мы же поддерживали Лобанова, так почему не ценим ту возможность, которую оценил он сам?↩
13. Ещё бы забыть! Как вспоминал Мао, например, на расширенном заседании Политбюро ЦК КПК в апреле 1956 года, «…третий „левый“ уклон связан с Коминтерном. Левоуклонистские решения Ⅳ пленума ЦК были написаны русскими и навязаны нам, особенно линия Ван Мина, которая причинила самый большой урон нашим революционным силам: было потеряно свыше 90 процентов наших революционных сил. Такой урок нужно воспринимать аналитически и критически».↩