Я получил ваши письма. Как видно, авторы этих писем глубоко и серьёзно изучают проблемы экономики нашей страны. В письмах имеется немало правильных формулировок и интересных соображений. Однако наряду с этим там имеются и некоторые серьёзные теоретические ошибки. В настоящем ответе я думаю остановиться на этих именно ошибках.

Вопрос о характере экономических законов социализма

В. Г. Венжер

Товарищи Санина и Венжер утверждают, что «только благодаря сознательному действию советских людей, занятых материальным производством, и возникают экономические законы социализма». Это положение совершенно неправильно.

Существуют ли закономерности экономического развития объективно, вне нас, независимо от воли и сознания людей? Марксизм отвечает на этот вопрос положительно. Марксизм считает, что законы политической экономии социализма являются отражением в головах людей объективных закономерностей, существующих вне нас. Но формула товарищей Саниной и Венжера отвечает на этот вопрос отрицательно. Это значит, что эти товарищи становятся на точку зрения неправильной теории, утверждающей, что законы экономического развития при социализме «создаются», «преобразуются» руководящими органами общества. Иначе говоря, они рвут с марксизмом и становятся на путь субъективного идеализма.

Конечно, люди могут открыть эти объективные закономерности, познать их и, опираясь на них, использовать) их в интересах общества. Но они не могут ни «создавать» их, ни «преобразовать».

Допустим, что мы стали на минутку на точку зрения неправильной теории, отрицающей существование объективных закономерностей в экономической жизни при социализме и провозглашающей возможность «создания» экономических законов, «преобразования» экономических законов. К чему это привело бы? Это привело бы к тому, что мы попали бы в царство хаоса и случайностей, мы очутились бы в рабской зависимости от этих случайностей, мы лишили бы себя возможности не то, что понять, а просто разобраться в этом хаосе случайностей.

Это привело бы к тому, что мы ликвидировали бы политическую экономию как науку, ибо наука не может жить и развиваться без признания объективных закономерностей, без изучения этих закономерностей. Ликвидировав же науку, мы лишили бы себя возможности предвидеть ход событий в экономической жизни страны, то есть мы лишили бы себя возможности наладить хотя бы самое элементарное экономическое руководство.

В конечном счёте мы оказались бы во власти произвола «экономических» авантюристов, готовых «уничтожить» законы экономического развития и «создать» новые законы без понимания и учёта объективных закономерностей.

Всем известна классическая формулировка марксистской позиции по этому вопросу, данная Энгельсом в его «Анти-Дюринге»:

«Общественные силы, подобно силам природы, действуют слепо, насильственно, разрушительно, пока мы не познали их и не считаемся с ними. Но раз мы познали их, изучили их действие, направление и влияние, то только от нас самих зависит подчинять их всё более и более нашей воле и с помощью их достигать наших целей. Это в особенности относится к современным могучим производительным силам. Пока мы упорно отказываемся понимать их природу и характер,— а этому пониманию противятся капиталистический способ производства и его защитники,— до тех пор производительные силы действуют вопреки нам, против нас, до тех пор они властвуют над нами, как это подробно показано выше. Но раз понята их природа, они могут превратиться в руках ассоциированных производителей из демонических повелителей в покорных слуг. Здесь та же разница, что между разрушительной силой электричества в молниях грозы и укрощённым электричеством в телеграфном аппарате и дуговой лампе, та же разница, что между пожаром и огнём, действующим на службе человеку. Когда с современными производительными силами станут обращаться сообразно с их познанной, наконец, природой, общественная анархия в производстве заменится общественно-планомерным регулированием производства, рассчитанного на удовлетворение потребностей как целого общества, так и каждого его члена. Тогда капиталистический способ присвоения, при котором продукт порабощает сперва производителя, а затем и присвоителя, будет заменён новым способом присвоения продуктов, основанным на самой природе современных средств производства: с одной стороны, прямым общественным присвоением продуктов в качестве средств для поддержания и расширения производства, а с другой — прямым индивидуальным присвоением их в качестве средств к жизни и наслаждению».

Партийные комитеты провинций и округов должны наладить изучение этой работы, поскольку в прошлом большинство изучало её поверхностно. Изучение необходимо увязывать с китайской практикой. В первой, второй и третьей главах есть многое, заслуживающее серьёзного внимания. В указанных трёх главах много правильных положений, но в некоторых вопросах Сталин, видимо, сам не разобрался, например, в первой главе, где речь идёт об объективных законах, сказано всего лишь несколько слов о том, как вести плановое хозяйство, отсутствует развитие данной темы. Возможно, что, по его мнению, плановое хозяйство в СССР уже отражает объективные закономерности.

Что касается тяжёлой промышленности, лёгкой промышленности и сельского хозяйства, то в Советском Союзе наблюдалось пренебрежительное отношение к лёгкой промышленности и сельскому хозяйству, в результате чего Советский Союз потерпел ущерб. Кроме того, неправильно сочетались сиюминутные интересы народа и его долговременные интересы. Главное в том, что они «шли на одной ноге». И если сравнивать планирование, практиковавшееся в Советском Союзе, с нашим, то встаёт вопрос, какая же в конце концов форма планирования более соответствует плановому, пропорциональному развитию? И ещё — Сталин делал упор только на технику, технические кадры. Он считал, что нужна только техника, нужны только кадры, не нужна политика, не нужны массы. А ведь это тоже значит «идти на одной ноге». То же самое наблюдалось в области промышленности: основное внимание уделялось тяжёлой промышленности, а лёгкая промышленность игнорировалась, и это опять-таки означает «идти на одной ноге». Что касается взаимных связей внутри тяжёлой промышленности, то здесь также не выделялись главные стороны противоречий. Упор делался на тяжёлую промышленность, основой считалась сталь, а сердцевиной машиностроение. Мы же считаем, что в области сельского хозяйства продовольствие — основа; в области промышленности сталь — это основа. Наш лозунг таков: «Если делать упор на производство стали — значит, будет сырьё, а будет сырьё — значит, будет развиваться машиностроение».

В первой главе Сталин говорит об объективных закономерностях, однако не даёт полного решения этой проблемы.

Во второй главе речь идёт о товарном производстве, в третьей — о законе стоимости. Я вполне согласен со многим, о чём говорится в этих главах. Заслуживает изучения вопрос разделения производства на две большие отрасли, мысль о том, что средства производства не являются товаром. Сельское хозяйство Китая располагает очень многими средствами производства, которые всё ещё должны быть товаром. Я считаю, что последнее из приложенных к работе Сталина трёх писем¹ почти целиком ошибочно. В нём сквозит явное пренебрежение и недоверие к крестьянам. Вопросам механизации сельского хозяйства внимания уделяется недостаточно. С одной стороны, говорится, что средства производства находятся в распоряжении государства, с другой стороны — что крестьяне не в состоянии их купить. Фактически же получается самообман. Государство держало крестьян мёртвой хваткой, а Сталин не нашёл достаточно хороших методов и путей для двух переходных форм. Именно это его беспокоило.

Капитализм оставил нам товарную форму производства. Мы должны её сохранить на некоторое время. В нашем производстве товарный обмен, закон стоимости не играют роли регулятора. У нас роль регулятора играют планирование, запланированные большие скачки, политика как командная сила. Сталин же говорит только о производственных связях и не касается надстройки. Не упоминает он и о связи надстройки с экономическим базисом. В Китае участие кадровых работников в труде, участие рабочих в управлении, закалка кадров на производстве, ломка старых правил и порядков — всё это относится к надстройке, к идеологии. Сталин говорит только об экономике и не касается политики, хотя он и упоминает о самозабвенном труде, однако фактически даже лишний час проработать трудно, так что о самозабвении говорить нельзя. Ничего не говорит он также о роли людей, о роли трудящихся. Без коммунистического движения было бы трудно думать о переходе к коммунизму.

Принцип «все за одного, один за всех» нереален, результатом претворения его в жизнь было бы подчинение всего личному. Некоторые утверждают, что это высказывание принадлежит Марксу, а раз так, то мы, мол, можем этот принцип не пропагандировать. Все за одного — значит, всё для индивида, один за всех — значит, один может заменить всех. Но скольких же может заменить один человек?

Буржуазное право является выражением буржуазной правовой школы. Мы должны частично искоренить буржуазную правовую идеологию, а именно барское чванство, три порочных стиля и пять отрицательных настроений, их надо решительно выкорчёвывать, поскольку они не отражают позиций рядовых тружеников. Однако товарооборот, формы товарного производства, закон стоимости сразу устранить нельзя, хотя они и являются буржуазными категориями. Стоит обратить внимание на то, что наша нынешняя пропаганда призывает к искоренению всей буржуазной правовой идеологии. Такая постановка вопроса неверна.

В социалистическом обществе имеются люди (правда, их немного, например, помещики, кулаки, правые), которые мечтают о возврате к капитализму, прославляют капитализм. Огромное же большинство людей мечтает о том, чтобы построить коммунизм. Строя коммунизм, необходимо действовать последовательно, нельзя сразу шагнуть в рай. Подобно народным коммунам, с одной стороны, надо развивать производство, удовлетворяющее собственные потребности, с другой — надо развивать также и товарообмен.

Мы используем закон стоимости при товарообмене как орудие развития производства для перехода к коммунизму. Товарное производство в нашем государстве очень слабо развито. В прошлом году производство зерна составило 370 миллиардов цзиней, а товарного зерна — приблизительно 80—90 миллиардов цзиней². Производство технических культур, например хлопка, также не развито. Поэтому необходимо развитие производства этих культур. Сейчас ещё в очень многих уездах осуществляется бесплатная система питания, поскольку не выплачивается заработная плата. В провинции Хэбэй, например, насчитывается 3 таких уезда, правда, в одном уезде можно выдавать заработную плату, но небольшую, 3—5 юаней. Поэтому необходимо развивать производство; надо не только развивать производство продовольствия, но и развивать производство тех предметов, которые можно продать. Сельскохозяйственная конференция в Сиани не уделила достаточного внимания этой проблеме. В общем, мы в торговом отношении — неразвитое государство, хотя в очень многих областях пришли к социализму. Часть буржуазного права мы должны искоренить, однако товарное производство, товарообмен пока ещё должны сохраниться. Сейчас наблюдается своего рода поветрие, желание как можно раньше вступить в коммунизм. Тем лучше. Некоторые определяют длительность переходного периода к коммунизму в 3—5 лет; в уезде Фаньсянь провинции Шаньдун считают, что этот период займёт 4 года. Надо полагать, что переход к коммунизму займёт более продолжительное время.

Кое-кому из нынешних экономистов не нравится экономическая наука, не любит её, например, Ярошенко. На современном этапе и до определённого момента в будущем мы должны расширять материальное распределение в коммунах и вместе с тем должны расширять товарное производство. Если этого не будет, мы не сможем выдавать заработную плату, не будет повышаться и жизненный уровень. Некоторые товарищи в вопросах о товаре, о товарном производстве допускают ошибки.

Буржуазное право надо искоренять изо дня в день. В 1953 году мы реорганизовали систему бесплатного снабжения в систему выдачи заработной платы. В основном этот шаг был правильным и наша уступка — необходимой, однако и тут был допущен просчёт, а именно: мы пошли на уступки в вопросе о разрядах. В результате одно время вокруг этого поднялась шумиха. После упорядочения стиля эта система изжила себя. Она построена на неравноправных отношениях и должна была постепенно сойти на нет. Направление кадровых работников на низовую работу на места, возделывание ими опытных участков были началом реорганизации этой должностной системы. Без этой реорганизации большой скачок был бы немыслим.

В городах представители буржуазии могут вступать в народные коммуны, могут стать их членами, однако ярлыка «буржуазия» с них можно не снимать.

Социализм и коммунизм. Что значит построить социализм? Мы выдвинули два момента:

1. концентрированным выражением полного социализма является учреждение системы социалистической общенародной собственности во всех областях;
2. коллективная собственность коммун преобразуется в общенародную собственность.

Кое-кто не одобряет разграничения между двумя видами собственности. На первый взгляд коммуны кажутся воплощением системы общенародной собственности. Фактически же имеются два вида собственности: одна — незыблемая общенародная собственность (как, например, Аньшаньский металлургический комбинат), другая — крупная коллективная собственность коммун. А если дело обстояло бы не так, то зачем нужно осуществлять социалистическое строительство? Сталин сделал такое разграничение и назвал три необходимых условия. Два из этих основных условий неплохие. В общих чертах они состоят в следующем.

Увеличение общественного продукта. Коллективную собственность необходимо поднять до уровня общенародной собственности; от товарообмена перейти к обмену продуктами, от меновой стоимости перейти к потребительской стоимости. Эти условия применительно к Китаю можно было бы изложить так.

Во-первых, необходимо расширять производство и прилагать все усилия для увеличения производства товаров. Одновременно развивать промышленность и сельское хозяйство при преимущественном развитии тяжёлой промышленности.

Во-вторых, мелкую коллективную собственность небольших предприятий поднять до уровня общенародной собственности.

Люди, не разграничивающие эти условия, полагают, будто мы от коллективной собственности коммун уже перешли к общенародной собственности. Это неверно. В выдвинутом Сталиным третьем условии говорится о культурном росте, о всенародном развитии физического воспитания и образования. Сталин выдвинул четыре момента (с. 68—69): а) 6-часовой рабочий день; б) политехническое образование; в) улучшение условий жизни населения; г) повышение реальной заработной платы и снижение цен. Эти моменты особо важны, потому что они необходимы, но одних их ещё не достаточно — нужны ещё и идеологические и политические условия.

Приведённые выше несколько условий выполнимы в основном при подъёме производства, наличии очень большого количества разнообразных продуктов производства, подъёме коллективной собственности до уровня общенародной собственности. Чтобы поднять производство, нужно следовать принципу «больше, быстрее, лучше, экономнее». А чтобы делать много, быстро, хорошо, экономно, необходимо, чтобы политика стала командной силой, необходимо во всем ставить политику на первое место, проводить кампании по упорядочению стиля работы, разбить буржуазную идеологию; а если прибавить к этому такую форму в Китае, как народные коммуны, то осуществление принципа «больше, быстрее, лучше, экономнее» становится намного легче.

В чём суть системы так называемой полной общенародной собственности? Она предполагает два условия: 1) средства общественного производства должны быть общенародной собственностью; 2) общественный продукт должен быть общенародной собственностью.

О характере народных коммун. Народная коммуна — основная организационная единица в общественной структуре нашего государства, в которой сочетаются промышленность, сельское хозяйство, военное дело, торговля, просвещение. В настоящее время она является и основной административной организацией, в которой народное ополчение существует для защиты от внешнего врага, особенно от империализма. Коммуна — наилучшая организационная форма для двух переходных периодов: от нынешнего социализма к системе полной общенародной собственности и от системы полной общенародной собственности к коммунизму. По окончании переходных периодов коммуна станет основной организационной единицей коммунистического общества.

1. Ответ товарищам Саниной А. В. и Венжеру В. Г.— Маоизм.ру.↩
2. Т. е. 185 млн т. и 40—45 млн т., соответственно.— Маоизм.ру.↩

Товарищ У!¹

Это очень хороший документ, и я прошу, чтобы он был распространён агентством Синьхуа для внутреннего пользования. Видимо, нам необходимо широко развивать свиноводство. За исключением районов, населённых народностями, которые не употребляют в пищу свинины (число их невелико), всей стране следует перенимать опыт ведения хозяйства народной коммуны Ванцянь уезда Уцяо провинции Хэбэй. В уезде Уцяо успешно идёт накопление средств, проводится правильная политика, энтузиазм народа очень высок и развитие идёт очень быстро. Источник всех этих достижений в исключительно высоком энтузиазме. Затягивание и волокита, нагромождение трудностей, разные ссылки на то, что это, дескать, невозможно, а с этим не справиться, характерны для мировоззрения лодырей и трусов, у которых нет ни капли настойчивости и смелости, присущих марксистам-ленинцам. Видимо, таким людям далеко ещё до стиля работы подлинных коммунистов.

Я советовал бы таким товарищам хорошенько подумать и изменить своё мировоззрение. Предлагаю, чтобы провинциальные комитеты партии (городские комитеты, комитеты автономных районов), окружные комитеты, уездные комитеты, партийные комитеты коммун, а также партийные организации управленческих участков, производственных бригад и звеньев серьёзно продумали и изучили вопросы разведения свиней, овец, ослов, мулов, лошадей, кур, уток, гусей, кроликов, наметили и провели в жизнь конкретные мероприятия; при этом следует организовать комитеты или небольшие группы в количестве от 3—5 до 9 человек, ведающие вопросами животноводства или птицеводства.

Возглавлять каждый такой комитет или группу должен энтузиаст этого дела, человек с головой, умеющий наладить работу. Иначе говоря, надо выдвигать на руководящие посты наиболее сильных работников. Нужно значительно поднять производство кормов, чтобы иметь в своём распоряжении разные виды грубых кормов. Кукуруза считается королевой кормовых культур. В США именно так к ней и относятся. И в Советском Союзе началось широкое внедрение этой культуры. В уезде Уцяо провинции Хэбей также уже начали выращивать кукурузу, что позволяет людям убедиться в её высоких качествах. Везде есть много коммун, где выращивают свиней не хуже, чем в Уцяо. Поэтому надо по всей стране широко развивать производство [кукурузы] и обращать на это особое внимание.

Производство кукурузы должно стать столь же важным делом, как и производство других зерновых. Поэтому нужно поставить кукурузу в один ряд с такими важными зерновыми культурами, как рис, пшеница и рожь.

Некоторые считают, что по своей значимости свиньи должны занимать первое место среди домашних животных, и поэтому привычную последовательность в перечислении домашних животных — лошади, коровы, овцы, куры, собаки, свиньи — предлагают изменить на последовательность: свиньи, коровы, овцы, лошади, куры, собаки. Я считаю, что это абсолютно справедливо, и голосую за это предложение обеими руками.

Великий советский почвовед и агроном Вильямс² подчёркивал, что земледелие, лесное хозяйство и животноводство являются тремя взаимосвязанными и занимающими одинаковое положение компонентами, из которых ни один нельзя исключить. Это совершенно верно. По-моему, когда-то земледелие и лесное хозяйство дали начало животноводству, а затем животноводство способствовало развитию земледелия (в первую очередь) и лесного хозяйства. Все эти три отрасли взаимообусловлены и взаимосвязаны.

В США зерновое хозяйство и животноводство считаются одинаково важными. В нашей стране также следует придерживаться этой наиболее правильной, эффективной и проверенной научным опытом линии. Источником удобрений в нашей стране являются прежде всего свиньи и крупный рогатый скот. Если мы сможем добиться такого положения, что на каждого человека в нашей стране будет приходиться по свинье, на каждый му земли³ по свинье, то важнейший вопрос об источнике удобрений будет решён.

Ведь органические удобрения в 10 раз эффективней неорганических, химических. Каждая свинья — маленькая фабрика по производству органического удобрения. Кроме того, от свиней получают мясо, щетину, кожу, кости и внутренности (последние могут использоваться как сырьё для производства лекарств). Неужели мы должны только любоваться на всё это? Удобрения служат пищей для растений, растения служат пищей для животных, животные — для людей. С этой точки зрения курс на широкое развитие и специализацию разведения свиней, так же как и другого скота, несомненно абсолютно правилен. Вполне возможно решить эту великую и славную задачу в течение одной-двух пятилеток.

Решающим условием успешного комплексного развития трёх отраслей хозяйства — земледелия, лесного хозяйства и животноводства — является механизация. В нынешнем году уже создано министерство механизации сельского хозяйства, и, видимо, недалеко то время, когда сельское хозяйство будет механизировано.

1. Очевидно, У Лэнси, до «культурной революции» директор агентства Синьхуа и главный редактор «Жэньминь жибао». Во время «культурной революции» был раскритикован и назван сторонником Лю Шаоци. Появился на приёме в честь 45-й годовщины НОАК 1 августа 1972 года. В дальнейшем упоминался среди руководителей агентства Синьхуа и «Жэньминь жибао», но без указания занимаемого им поста. На сессии ВСНП в январе 1975 года избран членом Постоянного комитета ВСНП.— Прим. ред.↩
2. В. Р. Вильямс (1863—1939) — знаменитый русский и советский почвовед-агроном.— Маоизм.ру.↩
3. Пятнадцатая часть гектара.— Маоизм.ру.↩

Для того чтобы повысить производственную активность крестьян, чтобы улучшить отношения между правительством и крестьянами, необходимо начать с изменения формы собственности.

Нынешняя система уравниловки, передачи [имущества] и аннулирования ссуд отрицает принцип распределения по труду, отрицает эквивалентный обмен, отрицает закон стоимости. Между Чжао Эрлу¹ и Ван Хэшоу² также существуют отношения обмена. Закон стоимости, эквивалентный обмен имеют место не только внутри коммун, но проявляют себя и в отношениях между коллективной и общенародной системами собственности. Фактически закон стоимости играет роль в отношениях между всеми сферами средств производства. Если человек не будет есть, то он не будет и испражняться, а если не будет испражняться, откуда же тогда быть пище? Ведь даже кости [человека] всё равно возвращаются в землю. В природе всё время происходит обмен между разными её сферами, то есть, в общем, тот же эквивалентный обмен. Крупная рыба поедает мелкую, а мелкая в свою очередь тоже вынуждена что-то есть.

Коснусь вопроса об «уравниловке, передаче [имущества] и аннулировании ссуд». Самовольное присвоение, передача имущества по разным распискам без выплаты денег — всё это подрывает производство. В настоящее время банки не финансируют сельское хозяйство. Я предлагаю увеличить ежегодные ассигнования до 1 миллиарда юаней. В течение 10 лет это составит беспроцентную длительную ссуду на сумму 10 миллиардов юаней, главным назначением которой будет помощь бедным бригадам; частично она пойдёт на закупку крупного сельскохозяйственного инвентаря. Через 10 лет будет национализация, и эти капиталы вернутся в распоряжение государства. Неожиданное появление поветрия «уравниловки, передачи [имущества] и аннулирования ссуд» сразу же нарушило хозяйственный порядок; продукция стала оставаться в коммунах, а не в бригадах. Порядок, установленный решением Ⅵ пленума ЦК о коммунах, в течение двух с половиной месяцев совершенно не проводится в жизнь. Была разрешена проблема коллективного благосостояния, организованы общественные столовые, решён вопрос о труде и отдыхе. Если бы вопрос не был поставлен именно так, то «поветрие обобществления имущества» продолжало бы развиваться. Почему же решение Ⅵ пленума ЦК не приостановило развитие таких тенденций? Разве такие тенденции проявляются только в провинции Хэбэй, Шаньдун и Хэнань? Разве в южных провинциях понятие долга и морали стоит на должной высоте, много марксизма? Я не верю.

Я предлагаю, чтобы вы собрали совещание кадровых работников шести ступеней, пригласили бы на него и сторонников скептически-выжидательной позиции. Партия всё время призывает именно к этому.

К тому, что я сказал, ещё надо добавить пару слов, а именно о законе стоимости и эквивалентном обмене. Единое руководство, управление по ступеням, в котором основной единицей является производственная бригада, передача прав низам, трёхступенчатый хозрасчёт, планирование прибылей и убытков, разумное накопление, рациональное распределение, распределение доходов — всё это вопросы, решаемые коммуной. Распределение по труду, признание закона дифференциальной стоимости, эквивалентный обмен — это такие вопросы, без решения которых будет сорван большой скачок. Если бы я об этом не сказал, то не возникли бы и дебаты. За эти несколько месяцев многие районы фактически нарушили закон стоимости. В прошлом году совещание в Чжэнчжоу обсуждало этот вопрос. Людей насильно заставляли обобществлять имущество, начиная со столов, стульев и скамеек. Некоторые промышленные предприятия занялись борьбой с засухой. Таким образом, вклад в производство был неэквивалентным. Во время войны это допустимо, то есть допустимы вещи неравноценные или не совсем равноценные, например, когда интенданты предоставляют армии только пищу и не могут компенсировать действительные усилия армии. Подобное положение не может долго существовать, иначе будет нанесён ущерб производству.

В этом году вы должны соблюдать режим экономии, по возможности максимально пресекать увлечение рекордами, например в спорте, искусстве, банковском деле и т. д. Следует популяризировать любовь к родине, любовь к коммуне, любовь к народу. В прошлом в провинции Хэбэй выдвинули лозунг «хочешь счастья своему дому — сей хлопок». Мы их поправили и изменили лозунг, сформулировав его так: «Любишь родину, любишь свой дом — больше сей хлопка». Кроме того, был взят на вооружение лозунг «политика — командная сила», который проводился в жизнь повсеместно и эффективно.

Каждая народная коммуна должна создать специальную транспортную бригаду, совершенствовать инвентарь, отозвать часть людей с нынешнего промышленного фронта. Численность транспортных бригад будет зависеть от потребностей. Транспортные бригады должны быть созданы в торговых ведомствах провинций, округов и уездов.

Труд в любой области должен иметь определённое мерило. Нужно добиться того, чтобы такое мерило было и в сельском хозяйстве, и в промышленности, и на транспорте, и в сфере обслуживания. В области промышленности следует подходить более дифференцированно, так как здесь есть государственная промышленность и местная промышленность. Если все они будут находиться в ведении коммун, возникнут большие неудобства. Например, с ремонтом, с помолом зерна. Нехорошо, если откормом свиней будут заниматься только коммуны. В основном этим должны заниматься производственные бригады и столовые.

Замедлилось ли дело строительства коммунизма? Давно уже замедлилось. В решениях Ⅵ пленума ЦК говорится, что нам на это потребуется от 10 до 20 лет, однако ещё не выполнены 5 условий. В настоящее время некоторые товарищи в данном вопросе проявляют поспешность. Я считаю, что чем больше думаешь сделать, тем меньше делается, чем медленнее действуешь, тем быстрее получается. Строить коммунизм, пользуясь принципом «безвозмездно», нельзя. Если в наличии только одна свинья, то будь она у тебя, у другого она не появится. В любом труде всегда необходимо учитывать эквивалентный обмен.

Накопления, составляющие 18 процентов, не являются низкими, необходимо иметь определённый предел.

В прошлом решение всех вопросов было в основном делом верхов. Сейчас все вопросы должны решаться на основе учёта интересов верхов и низов.

Кто должен ведать спецбригадами? Все звенья должны иметь спецбригады. Следует подумать о том, чтобы получающих наибольшую выгоду передать в ведение государства и вводить там систему общенародной собственности. Например, в Дунху считают, что в уездах, получающих особенно большие доходы, можно организовать опытные пункты с общенародной собственностью. В уездах можно создавать лишь единицы. Если не выйдет, то не надо об этом сообщать.

Бедные бригады должны равняться на зажиточные бригады. Нужно подтягивать бедные бригады до уровня богатых. Нужно сделать так, чтобы промышленные предприятия коммун функционировали, следует повысить роль основной формы собственности коммун. Нельзя сказать, что дома не строятся, однако нужно их строить как следует, красивыми и прочными

Я считаю, что нужно научить кадровых работников коммун преодолевать боязнь. Нужно выявлять группы выжидателей, позволить помещикам, кулакам, контрреволюционерам, вредителям и выжидателям критиковать нас. Иначе нас захлестнёт «уравниловка, передача [имущества] и аннулирование ссуд».

О выдаче заработной платы. Возможно, имеются случаи невыдачи заработной платы.

О собственности народных коммун. Она включает 3 вида собственности и трёхступенчатое управление — с точным подсчётом прибылей и убытков.

Мы главным образом выступаем против уравниловки, против чрезмерной централизации идеологической работы, так как фактически всё это является «левым» авантюризмом.

Если в прошлом шумиха вокруг «нехватки» продовольствия поднималась главным образом зажиточными середняками, то в этом году её поднимают главным образом низовые кадровые работники. Думаю, что неправильно было бы в этом вопросе ссылаться на плохую агитационно-пропагандистскую работу.

Если будет существовать «уравниловка, передача имущества и аннулирование ссуд», то не поможет никакая пропагандистская работа. Массы полагают, что всё должно стать общественным, стать коммунистическим. Малые коммуны продают продовольствие, большие коммуны ведут расчёт. После продажи продовольствия обе стороны оказываются с пустыми руками. А некоторые передовые бригады берут повышенные обязательства по поставкам, что совсем сбивает с толку кадровых работников. По этой причине у кадровых работников возникают опасения: 1) перетягивание кадров, 2) отчёт о фактическом сборе урожая и боязнь увеличения задания, 3) решение вопросов, связанных с распределением во время весенних перебоев, 4) боязнь опозориться и т. д. Так или иначе, кто раньше начинает, тот и оказывается сильнее. Следует говорить об урожае лишь тогда, когда он у тебя в руках. Решимости у них достаточно, главным образом потому, что их поддерживают массы. Вот почему столь повсеместное распространение получили случаи сокрытия урожая и самовольного распределения.

Документы, принятые Хэнаньским совещанием, можно было бы распространить для ознакомления и в других местах. В течение первых 2—3 дней их не нужно распространять. Пусть некоторые поломают голову несколько дней. По прошествии же 4—5 дней надо дать им ознакомиться с документами. В них есть положения, которые могут помочь кое-кому решить свои проблемы.

Данное совещание является конкретным развитием и дополнением к Ⅵ пленуму ЦК.

Дух шаньсийских документов сводится к тому, чтобы разрешить с разной меркой подходить к различным управленческим участкам. Нельзя спешить с ликвидацией этих различий, а нужно ликвидировать их в процессе развития производства. Разрешить дифференцированный подход сейчас можно во имя ликвидации этих различий в будущем. Народные коммуны, развивая производство, увеличивая накопления, должны проявлять соответствующую заботу в отношении отстающих коммун. Однако если проводить уравниловку в заработной плате, то это может привести к снижению доходов управленческих участков с более высоким уровнем производства, что приведёт к сокращению накоплений, приведёт к тому, что отстающие управленческие участки перестанут обращать внимание на хозрасчёт, будут много расходовать и мало восполнять. Нельзя давать одному за счёт другого. Необходимо проявлять заботу не о богатых коммунах, а о бедных коммунах. Временное сохранение дифференцированного подхода будет способствовать увеличению накоплений в коммунах, будет способствовать развитию инициативы как в бедных, так и в богатых коммунах.

Чем быстрее будут расти накопления в коммунах, тем быстрее будет ликвидировано это различие. Задача заключается в том, чтобы бедные бригады тянулись за богатыми, чтобы росли общественные накопления. Такой двусторонний подход будет способствовать ускорению роста производства.

Поскольку, однако, между управленческими участками ещё существует разница в уровне производства и в качестве руководства административными районами, то это различие будет сохраняться долго. «Суть вещей в том, что они различны». Разница между естественными условиями и субъективными усилиями огромна. Существует разница между температурой центра земного шара и температурой его внешней среды. Процесс ликвидации различий есть процесс постепенного перехода от коллективной собственности к общенародной, это процесс механизации, электрификации, который займёт минимум 3—4 года и максимум 5—6 лет. А сейчас собственность коммун и собственность бригад трудно различить. Это всё равно, что в тебе я, а во мне ты. Это явление временное. Некоторые бригады могут первыми начать превращать собственность в общенародную.

В будущем году выплавим один миллион тонн стали. Через год — 2 миллиона тонн. Возможно, что удастся больше стали выделить для механизации сельского хозяйства.

Что касается субсидий, то капиталовложения в сельское хозяйство определены в сумме одного миллиарда юаней.

Заработная плата устанавливается коммуной, выдаётся управленческим участкам.

Какими правами, в конце концов, пользуется народная коммуна? Возьмите и подсчитайте. Окажется, что не прав у коммуны мало, а, наоборот, они берутся за слишком многое, но не справляются.

Каждая провинция, округ, уезд должны выработать примерный устав. В каждой коммуне также необходимо составить устав. Каждая провинция должна отобрать 2—3 лучших и передать мне. Каждый уезд затем вырабатывает единый, а провинция составляет один обобщённый устав. Для того чтобы выяснить положение вещей в отдельной коммуне, не потребуется много времени. Будет достаточно и одной недели. Необходим и реальный подход, и перевыполнение обязательств. Следует обращать внимание только на важное, на узловое, ведь мелочей так много. Утаивание части урожая — вещь совершенно правильная. С местничеством, конечно, нужно бороться, но нельзя вести борьбу с 500-миллионным крестьянством и низовыми кадровыми работниками. Сокрытие урожая, самовольное распределение, «выставление постов» — всё это является порождением «поветрия обобществления имущества».

Повсеместное сокрытие урожая, самовольное распределение, «выставление постов» — это мирные формы сопротивления. Нельзя повсюду наклеивать ярлыки «местничество». Если прав, то прав, не прав, так не прав. Если это действительно местничество, то необходимо вести с ним борьбу. Однако предварительно следует заключать договоры, ставить политику на первое место. При этом необходимо коммунистическое воспитание. Каждая бедная, средняя и богатая бригада сама должна определять, сколько сдать государству, сколько отчислить на коллективное накопление и сколько на личное потребление.

Следует проводить всестороннее урегулирование, сочетая заботу об интересах государства, коллектива и личности. Личное должно быть прежде всего подчинено интересам коллектива, интересам государства. Государство в первую очередь должно заботиться об интересах личности, должно подвергать критике местничество, однако прежде всего мы должны критиковать свои собственные недостатки и лишь после этого поднимать активистов на проведение самокритики. Они в свою очередь вызовут на самокритику большую часть людей, изолируют причастных к местничеству, несамокритичных и нечистых на руку лиц.

Борьбу с коррупцией надо проводить в масштабах всей коммуны, предварительно приняв меры к повышению активности.

1. Чжао Эрлу в 1952 году — министр 2-го министерства машиностроения, в 1958 году — министр 1-го министерства машиностроения. В 1960 году стал заместителем председателя Государственного экономического комитета, затем — заместителем председателя Государственного комитета оборонной промышленности. На Ⅷ съезде КПК избран членом ЦК КПК. Во время «культурной революции» был обвинён в том, что служил «правой рукой Хэ Луна в вооружённых силах». Умер в феврале 1967 года в Пекине.— Прим. ред.↩
2. Ван Хэшоу в 1954—1956 годах — министр тяжёлой промышленности; с мая 1956 года по июль 1964 года — министр металлургической промышленности; на Ⅷ съезде КПК избран кандидатом в члены ЦК КПК. Ещё до «культурной революции» был снят с поста министра металлургической промышленности, стал первым секретарём Аньшанского горкома КПК, директором Аньшанского металлургического комбината. Репрессирован. Дальнейшая судьба его неизвестна.— Прим. ред. (В 1982—1987 гг.— член ЦК КПК. Сыграл роль в смещении Ху Яобана. Скончался в 1999 г.— Маоизм.ру.)↩

Что значит «построить социализм»? В чём это проявляется конкретно? Должно ли быть разграничение между коллективной и всенародной собственностью? Должно. Сталин провёл границу между ними и указал на три условия и предварительные условия, и это верно; недостаток его формулировок в том, что они не конкретизированы; более конкретно они даны в «40 пунктах». Многих вопросов Сталин не касался: курса на одновременное развитие, установки «вся партия и весь народ занимается промышленностью», массовых движений, политики как командной силы, упорядочения стиля.

Вопрос о народных коммунах в городах очень сложен, но следует не бояться промедления, надо занять активную позицию.

Об отношении к крестьянству. Во время большого скачка мы недооценили активности крестьянства; когда же начался большой скачок, то по-прежнему стоял крестьянский вопрос и наблюдалась завышенная оценка крестьянства. Кто же в конце концов является старшим братом: Аньшаньский комбинат или Сюйшуйская коммуна? Старшим братом является всё-таки рабочий класс, Аньшаньский комбинат. Некоторые «теоретики», стоит им только столкнуться с практикой, начинают делать всяческие скидки, избегая говорить о том, что осталось нам после капитализма,— о товарном производстве и законе стоимости. А вопрос в том, как понимать эти категории, имеют ли они пользу для нашего социалистического строительства. Если полезно, то их надо использовать, поставить нам на службу. Нужно использовать товарное производство и закон стоимости.

Если преждевременно декларировать всенародную собственность, то государству придётся заняться её распределением, что по сути дела будет ограблением крестьян, которые могут и не обрадоваться. Да и кому понравится такое? Тайваню, который беспокоится, что у нас нет беспорядков.

Коммуны могут заниматься и более рентабельной промышленностью. (Сталин не рискнул передать трактора сельскохозяйственным кооперативам.)

Некоторые считают крестьян рабочими. Это неверно.

Не следует бояться товарного производства; всё дело в том, с каким экономическим укладом оно связано.

Нельзя сводить отношения между людьми к отношениям между отцом и сыном; это — равноправные отношения. Если даже ликвидировать неравноправие, то разница всё же остаётся.

Сталь, уголь, машины, электричество — всё очень важно. Лесоводство — тоже очень важное дело и должно стать одной из основных проблем.

Закон стоимости не играет регулирующей роли, а есть лишь орудие расчёта.

Когда народные коммуны осуществят переход к всенародной собственности, то это ещё не коммунизм.

Три года упорной борьбы плюс ещё 12 лет — и мы придём к коммунизму.

Вот дали мы залп. А удачно ли? Накрыли ли цель? Давайте на примере коммуны Вангофань, прозванной «коммуной голытьбы», попробуем решить вопрос о бедных коммунах, бедных бригадах и бедных дворах. Это, во-первых, вопрос кредитов; во-вторых, вопрос общественных накоплений. Государство ежегодно выделяет миллиарды на решение этой проблемы; нужно поменьше заниматься промышленностью в коммунах, главное в том, чтобы решить именно этот вопрос. Если при коммунизме нечего есть, а идёт сплошное обобществление, то это фактически «ограбление», то есть обобществление имущества зажиточных коммун. Когда берут у общества, это называется воровством. В своё время «красные братья» грабили, а «синие братья»¹ воровали. Но когда дело касается низов, то обычно это не называют грабежом. Для замены слов «грабёж» и «воровство» есть научный термин «безвозмездное присвоение чужого труда». Что касается помещиков, то это называется внеэкономической эксплуатацией, что касается капиталистов — прибавочным трудом или прибавочной стоимостью. Но разве мы не свергли помещиков и капиталистов? В зажиточных коммунах есть богатеи, и если они питаются бесплатно, значит, даром присваивают какую-то часть. Нужно продумать меры решения этого вопроса. Уравниловка, безвозмездная передача и аннулирование ссуд это, по сути дела, полное отрицание закона стоимости и эквивалентного обмена, которое не может долго продолжаться.

В прошлом ханьцы фактически осуществляли такой неэквивалентный обмен с нацменьшинствами, эксплуатируя последних. Но и тогда кое-что платили, а сейчас взамен не дают ничего, забирая любую малость. Это — серьёзное дело: народ обеспокоен, недовольна и армия. Ведь коммуны прибирают к рукам даже ссуды на закупку продовольствия. Государство отпускает деньги, а коммуны их прикарманивают. Почему же поступают так неумно? Куда же делась политическая сознательность?

Дело в том, что провинциальные, окружные и уездные комитеты не воспитывали их. Упорядочение коммун идёт уже три месяца, а ахиллесова пята ещё не нащупана, ходим вокруг да около. На Учанском совещании я ещё не осознал этой проблемы и прочувствовал её, только вернувшись в Пекин, после чего потерял сон. Только в феврале стало ясно, что, хотя урожай был богатым, государство не выполнило план закупок зерна, а в городе не стало жиров.

Вы ознакомились с докладом Чжао Цзыяна и материалами для внутреннего пользования? Я лично не верю, что в бассейнах рек Янцзы и Чжуцзян так много марксизма. Прижав к стене Чжао Цзыяна, я и Тао Чжу задал встряску.

Личный продукт тайком производится уже давно; впервые это обнаружилось с Сянъяне, а беседа с Лю Цзыхоу раскрыла мне глаза. В январе в Хэбэе состоялась партийная конференция. Начав строить коммунизм, там рвались к масштабности и обобществлению; 13 февраля они почувствовали, что дело это не простое, и решили сменить курс; но они ещё не столкнулись с вопросом о собственности.

В Шаньдуне я беседовал в кооперативе Люйхунбинь. Когда там начали было расплачиваться расписками за взятые вещи, то из этого ничего не вышло. Тогда многим разрешили самим перевешивать зерно на безменах, но народ воспротивился этому, и началось сплошное столпотворение. Дальше — больше. Разразилась настоящая психологическая война, пошёл в ход ярлык «местничество». А если цепляешься за какой-то ярлык, то крестьянин сразу видит твоё бессилие и тоже на все плюёт. Психологическая война оказалась тоже неэффективной. Только когда стало ясно, что ни расписки, ни перевешивание, ни наклеивание ярлыков желаемого эффекта не дают, они извлекли урок и, найдя ключ, решили идеологические вопросы. Но и они не затронули вопросов о собственности.

В Хэнани говорят, что «хотя местничество и есть, однако нужно быть снисходительными и не наказывать за него, но больше не заниматься и перераспределением», а в провинции Аньхой говорят так: «Ошиблись-то ошиблись, но не слишком». Что же значит быть снисходительным? Это значит проникнуться пониманием, это тот же самый эквивалентный обмен. И дело не в каком-то местничестве, а в том, что наши вышестоящие инстанции сами пустились на авантюры и довели дело до абсурда. «Уравниловка, безвозмездная передача и аннулирование ссуд», расписки, перевешивание, наклеивание ярлыков — что это за принципы? Ведь «человек идёт в гору, а вода течёт под гору», «слабый прячется в канаву, а сильный бежит», где есть деньги — туда человек и стремится. Если предложить неэквивалентный обмен, то люди разбегутся, а ценности исчезнут. В коммуне Люйхунбинь сменили методы: опубликовали обращение к населению и пошли вниз по одной лестнице. Раз надо спуститься по лестнице, то первыми должны спускаться мы, и только так можно решить вопрос о собственности.

Чья земля, чей труд, тому и принадлежит продукция. Крестьяне издревле знают, что землю не увезёшь, и этого они не опасаются. Но вот рабочую силу и продукцию можно перевезти, и этого-то они и опасаются. Под вывеской коммунизма фактически грабят их имущество, а если они не соглашаются на «эквивалентный обмен», то их обвиняют в отсутствии коммунистического стиля. Разве это коммунизм? Это же грабёж среди бела дня! Говорят, что нет денег. Если это не грабёж, тогда что же?

Что имеется в виду под масштабностью и обобществлением? Под масштабностью подразумевается много земли; под обобществлением — передача в коммуну личных участков. А что обобществляют сейчас? Свиней, уток, кур, редьку и капусту — всё обобществили. От такого «перераспределения» люди и разбегаются. Если в одной из коммун уезда Динсянь в провинции Хэбэй было 70—80 тысяч человек, из них 20—30 тысяч работоспособных, то теперь более 10 тысяч из них сбежали. От такой коммунистической политики все люди разбегутся. Нужно разобраться, в чём основная причина такой утечки рабочей силы. В коммуне Люйхунбинь прибегли к реформистским мерам, а нам нужно решить кардинальный вопрос — вопрос о собственности.

Упорядочением коммун занимаемся уже три месяца, а сделали только несколько реформистских дел, подштопали кое-что, наладили общественные столовые, выспались, пустили в ход обращения к населению, но так и не выработали кардинальных мер. Нужно признать, что в трёхступенчатой системе собственности основное звено — собственность производственных бригад. «Есть люди — будет и земля; есть земля — будет и богатство». Люди, земля и богатство — всё это находится в производственных бригадах; в производственных бригадах 500 миллионов крестьян, а наверху только несколько работников. Если не признать систему собственности, то все сразу пойдёт насмарку. Я тоже «Чжугэ Лян после боя»² и раньше не разглядел этой проблемы. Это пришло мне в голову, когда я санкционировал рассылку доклада Чжао Цзыяна.

Ⅵ пленум ЦК имел положительное значение: крестьяне перестали бояться ЦК, признав, что ЦК хорошо разъяснил вопрос о ценах, что работа по централизованному найму должна оплачиваться, что закупки зерна и жиров производятся за наличный расчёт, что обязательных поставок не так уж много, что ЦК обращает внимание на их благосостояние, имеет в виду восьмичасовой рабочий день и так далее. Недовольство обращено главным образом против коммун, а затем уже против уездов, которые тоже перераспределяли и людей и имущество. А к чему уездам и коммунам заниматься такой массой дел? Вот почему нужно разъяснять товарищам из коммун, что коммуны не должны замахиваться на слишком многое, ведь десять основных задач [поставленных Ⅵ пленумом] им всё равно не решить. У вас есть опыт: разве в прошлом вы не ругали ЦК за чрезмерную централизацию? А сейчас вы оказались в положении свекрови, которая забыла, какой была сама, и помыкает своей невесткой. Теперь перестроился и ЦК. В прошлом году мы не просто декларировали — мы подтвердили письменно передачу власти низовым организациям, и только тогда вы успокоились. А сейчас коммуны, которыми вы руководите, принялись осуществлять уравниловку, безвозмездную передачу и аннулирование ссуд.

Под безвозмездной передачей понимается перераспределение, во-первых, материальных ценностей и, во-вторых, людей. Конечно, рабочая сила продаётся не капиталистам, а ЦК, провинциям, уездам и коммунам, но и здесь должен быть эквивалентный обмен. Когда-то забастовали строительные рабочие в Чанша. Мы тогда говорили о повышении заработной платы, а рабочие — о росте цен. Но это было в 1921 году, и с того времени прошло уже 38 лет. Неужели мы всё ещё не понимаем, что такое рост цен?

Я восхищён тем, что повсеместно наблюдается текучесть рабочей силы и канитель, а Ван Жэньчжун так озабочен, что ему не до танцев. Миновала всего ночь, как мы совершили поворот и дали залп. Когда тайком производят личный продукт, когда рабочая сила разбегается и тянут волынку, всё это результат политических ошибок присутствующих здесь милостивых государей. Свыше десятка миллионов кадровых работников на уровне руководителей бригад настроены весьма решительно, но руководство, действия которого одобряют только несколько десятков тысяч членов коммун, не имеет опоры в массах. Конечно, сюда ещё примешан вопрос об обобществлении мебели и кухонной утвари и о безвозмездном вкладе труда и сырья в промышленность, борьбе с засухой и широком производстве стали. Кроме того, отвлекаются и рабочие руки; в бригады специалистов берут молодёжь, в агитбригады — опять-таки молодёжь. Конечно, руководителям производственных бригад это не по нутру, так как бригады сильно поредели. Если так и дальше пойдёт, то они развалятся; хорошо, если развалятся; развалятся, так снова создадим. Да над нами вся Поднебесная смеяться будет!

От имени 10 миллионов руководителей производственных бригад, от имени 500 миллионов крестьян я заявляю, что нужно решительно покончить с правым оппортунизмом, доведя эту борьбу до конца. И если вы не пойдёте со мной до конца, то я пойду один; если меня даже исключат из партии, я буду апеллировать к Марксу.

В работе надо строго сообразовываться с законом стоимости, с принципами эквивалентного обмена. Для того чтобы трёхступенчатая система собственности стала в основном собственностью коммун и лишь частично собственностью бригад, необходим определённый период, то есть понадобится ещё 3—5—7 лет. Нужно подтянуть бедные бригады, превратить их в зажиточные. В каждой провинции можно найти примеры превращения из бедных в зажиточные, как это было с коммуной Вангофань. Наши самые большие надежды на бедные бригады. Мы же не можем урвать для себя 20 миллионов тонн советской стали! Если мы это сделаем, то Советский Союз тоже взбунтуется. В мире всё делается в порядке обмена. В борьбе человека с природой тоже имеет место обмен. Так, человек ест и дышит, но он же и испражняется; происходит обмен веществ. Человек делает 18 вдохов в минуту, а за каждым вдохом следует выдох; когда он возвращает природе какое-то количество углекислого газа, то кожа его охлаждается. Это тоже эквивалентный обмен. Крупная рыба поедает мелкую, а мелкая питается экскрементами крупной рыбы.

Между отдельными отраслями тяжёлой промышленности также должен быть эквивалентный обмен. Если Чжао Эрлу делает машины, то ему нужно сырье. Это его пища, а машины — его экскременты. Текстильной промышленности нужен хлопок для выработки пряжи. Так же обстоит дело и в капитальном строительстве: потребляя капиталовложения, оно даёт заводы. Словом, всюду нужно соответствие. А если Ван Хэшоу не даст в порядке обмена кокса и руды, то не выдашь ни стали, ни железа. Материя не исчезает, превращается только энергия — так говорит наука. Жара летом и холод зимой — всё идёт по эквивалентному обмену. Если государство платит, а коммуны — нет, то допускается крупная ошибка.

N говорил, что в Юньнани предложили соотношение системы бесплатного снабжения и заработной платы 3:7. Об этом принципе я говорил ещё на Учанском совещании. Многое из того, что решил Ⅵ пленум, до сих пор ещё не осуществлено. А это значит, что отрицают закон стоимости, что так называемая поддержка Центральному Комитету — просто пустая фраза. По крайней мере сейчас о такой поддержке трудно говорить, по сути дела её нет. Безвозмездная передача идёт вразрез с решениями ЦК.

Пытаясь наладить промышленность, не занимаются сельским хозяйством и аннулируют кредиты, которым ещё не вышел срок. Да разве ЦК идёт не двумя ногами? Напротив, мы в этом году прибавим ещё миллиард. Часть кредитов можно затребовать обратно; но ведь кредиты беднякам были выданы на 4 года, срок им истекает только в 1960 году, а их требуют погасить уже сейчас. По-моему, директора народных банков заслуживают ярлыка, скажем, за подрыв сельского хозяйства и за подрыв коммун, хотя с должностей их можно и не снимать. Нужно вернуть крестьянам все кредиты, независимо от того, подошли сроки или нет. Вы можете сделать перерасчёты и не выдавать те кредиты, сроки которых истекли. В противовес полному аннулированию я предлагаю полное возвращение. Вы кло́ните влево, а я — вправо. Ведь можно продлить и сроки погашения.

Народные коммуны находятся в процессе развития и нуждаются в поддержке, их нельзя грабить, в отношении их нельзя действовать подобно Ли Кую³, нельзя «перерезать дорогу», как выражались лесные мо́лодцы⁴. Сейчас таких лесных молодцев развелось очень много; вы случайно не в их числе?

Противодействие эксплуататорам не преступление; у лесных молодцев было такое выражение: «Неправедный капитал и отобрать не грех». Мы тоже так поступали, у нас это называлось «бить мироедов».

Потом, когда люди стали более просвещёнными, они изобрели налоги. В своё время Чингисхан захватил весь Китай, но не догадался ввести налоги, а просто безвозмездно грабил народ; тогда это называлось «косить траву». В итоге его самого разбили. То же произошло с династиями Ляо и Цзинь. Монголы создали первую в мире великую империю, захватив, кроме Японии и Индонезии, всю Азию и больше половины Европы. Второй империей мира была английская, эта страна незаходящего солнца. Третью империю создал Гитлер, захвативший всю Европу, половину Советского Союза и даже Северную Африку. Сейчас самый главный — Эйзенхауэр, который фактически держит в руках всю Западную Европу, всю Америку, Австралию, Новую Зеландию, Юго-Восточную Азию и Индию. В Индонезии они усиленно вкладывают капиталы.

Что касается стран Коломбо, то им сильно досталось на конференции в Сан-Франциско. США сейчас контролируют территорию большую, чем была у Чингисхана. И стоило 14 июля совершиться революции в Ираке, как уже 15 июля США оккупировали Ливан. Когда мы 23 августа начали артиллерийский обстрел, Эйзенхауэр немедленно перебросил войска в район Тихого океана, а Даллес заявил, что это самая крупная концентрация войск. Их политика балансирования на грани войны направлена главным образом против нас. Но мы тоже сумели кое-чему научиться: вы — на грани, ну и мы — на грани. Постреляли таким образом три месяца, и они потерпели поражение. Мы объявили территориальными водами зону в 12 миль, а они признали только в 3 мили. Мы сделали более 30 предупреждений. В других странах недовольны этим, но я повторяю: и после тысячи предупреждений воевать не будем, но будем всё записывать в счёт. Так обращаются с подонками.

Когда таких счетов накопилось более тридцати, они прекратили свои наскоки и были в растерянности, не понимая, почему мы так поступаем. Мы накрываем одну блоху десятью пальцами, а США десятью пальцами пытаются поймать сто блох; конечно, всех им не удержать. Ни Китай, ни Ирак им не удержать. К тому же Китай — «крупная блоха».

Наверное, мы научились бить мироедов по примеру тех, кто «косил траву». Во времена американского господства нашлись люди, по мнению которых было лучше ввести налоги, чем «косить траву», ибо только с помощью налогов можно развивать производство, добиться расцвета экономики, получить неизмеримо большую пользу. Действительно, сейчас парткомы коммун вернулись к тому, чтобы «косить траву», к такому примитивному методу грабежа, который существовал ещё у монголов. Если раньше бить мироедов считалось правильным, ведь «неправедный капитал и отобрать не грех», как это было во времена Сун Цзяня, то можем ли мы сейчас поступать подобным же образом в отношении крестьян? Нет, единственным методом может быть только эквивалентный обмен; между тремя ступенями должны быть отношения купли-продажи, за труд надо выдавать заработную плату, а не злоупотреблять добровольным трудом.

Ван Аньши⁵ впервые отменил трудовую повинность, заменив её налоговой системой, а правительство нанимало на службу людей с выплатой жалованья. И это было весьма прогрессивным шагом. А мы вернулись к временам Сыма Гуана, который был предшественником Ван Аньши. Как представитель крупных помещиков, Сыма Гуан был против нововведений Ван Аньши. Коммуны могут заниматься такой промышленностью, которая выгодна для них, но наёмной силе должна выплачиваться заработная плата; коммуна может иметь часть постоянных, а часть временных рабочих, но последних не должно быть слишком много; квалифицированные рабочие должны получать больше; для человека, который может трудиться одновременно в сельском хозяйстве и в промышленности, должны быть не те условия оплаты, что для крестьянина. Промышленность, образование, спорт можно развивать лишь постепенно, из года в год; нужен определённый процесс для количественных изменений. Ведь не каждый умеет писать стихи: для этого нужно иметь поэтическое дарование. Заставлять всех писать стихи — значит идти вразрез с диалектикой. Если мы уделим всё внимание спорту, будем запускать спутники⁶ в спорте и в поэзии, а на всё остальное махнём рукой, то, пожалуй, и спутников не хватит. Советский Союз и то запустил только три спутника.

Как по-вашему, что нужно сделать, чтобы укрепить народные коммуны? Нужно отказаться от уравниловки, безвозмездной передачи и аннулирования ссуд. Мне кажется, что если продолжать в таком же духе, то коммунам не избежать краха. Почему Сталин отказался от коммун? Он увидел, что потребление в них слишком велико, а система добровольной продажи и продразвёрстки не может стимулировать производство. Тогда они перешли к продналогу. Сталин на протяжении целых 30 лет так фактически и не сумел осуществить систему коллективной собственности; там так и оставалась внеэкономическая эксплуатация типа помещичьей, когда у крестьян отнимали 70 процентов произведённой ими продукции. Вот почему на протяжении 30 лет они могли осуществлять лишь простое воспроизводство. При царе у них не было механизации и коллективной собственности; Сталин хотя и занимался этими двумя проблемами, но производство зерна так и оставалось на уровне царских времён. Возможно, что в то время это делалось ради тяжёлой промышленности; крестьянам оставался только прожиточный минимум, и не было сил на расширенное воспроизводство.

Конечно, дело не в одном Сталине, а в целой группе, которая слишком рьяно взялась за тяжёлую промышленность, за построение коммунизма. А мы взялись за промышленность в коммунах, и если станем продолжать в том же духе, то неизбежно разорим крестьян. Тогда не будут возможны ни большие, ни средние, ни малые скачки, а в производстве наступит застой.

Надо поработать 3—5—7 лет, чтобы прошёл определённый процесс, и осуществлять эквивалентный обмен в основном на базе бывших кооперативов высшего типа, а не раздавать расписки. Между бригадами должны быть отношения купли-продажи, договорённость по некоторым видам компенсаций. Вопросы нехватки продовольствия у бедных бригад и бригад, пострадавших от стихийных бедствий, должны решаться провинциальными органами.

Итак, мы имеем: скрытое производство личного продукта; текучесть рабочей силы, канитель, руки, протянутые за хлебом к вышестоящим организациям; днём в рационе редька и только вечером еда досыта. Всё это я весьма одобряю. Крестьяне поступают совершенно правильно. Раз ты не идёшь на эквивалентный обмен, то я решительно противлюсь. Например, в Хэнани, крестьянам выдали 30 процентов произведённой продукции, 15 процентов они произвели тайком, то есть получили 45 процентов. Без этого они не смогли бы прожить; они лишь защищали свои священные права и были совершенно правы. Вместо того чтобы бороться с каким-то местничеством, следует критиковать нас за авантюризм. Настоящее местничество имеет место лишь отчасти, а главное — это авантюризм. Если деньги передаются не бригадам, а коммунам, то первые сопротивляются, и это нельзя называть местничеством. Вот если ты даёшь ему деньги, а он их не возвращает — тогда это и есть местничество.

При планировании мы должны на первое место поставить организацию жизни народа, на что следует выделить несколько десятков процентов [от дохода]. Нужно одновременно решать вопросы жизни народа, накоплений коммун (15—18 процентов) и налогов государству (7—10 процентов). Нужно сократить добровольный труд, уменьшить накопления в коммунах. Больше выдавать членам коммун то, к чему они привыкли, то есть увеличивать заработную плату и уменьшать бесплатное снабжение. Продовольственное снабжение должно продолжаться и впредь, ибо, как говорилось, «без бамбука человек груб, а без мяса худ. Хочешь, чтобы он был не груб и не худ, жарь для него мясо». Нужно передать в ведение бригад многоотраслевые хозяйства и подсобные промыслы.

Серьёзного внимания заслуживает вопрос о том, чтобы как следует провести совещания кадровых работников шести ступеней. Парткомы коммун должны послать по одному секретарю, управленческие участки — по два человека, производственные бригады — как бедные, так и зажиточные — тоже по два человека. Следует раза два прочитать информационные сводки о таком совещании, которое проходит сейчас в провинции Хэнань. Бедным бригадам нужно рассказывать о коммуне Вангофань, что в уезде Цзуньхуа провинции Хэбэй. Эта коммуна, известная под названием «коммуна голытьбы», в настоящее время стала большой и весьма зажиточной. А ведь начинало их 23 человека, у них было три осла и не было ни повозок, ни зерна. В своём уставе они записали, что не будут просить у государства ни кредитов, ни материальной помощи. Начали с заготовки и продажи дров, мало-помалу стали известны, постепенно возросло число дворов в коммуне: от нескольких десятков до нескольких сотен. А сколько сейчас дворов?

Такие примеры можно найти в любой провинции. В любой провинции есть такие коммуны, которые из бедных стали зажиточными, опираясь прежде всего на собственные силы и уж затем — на помощь извне. Государственные капиталовложения идут в первую очередь на поддержку промышленности и во вторую — на помощь бедным бригадам. Их нужно распределять в пропорции 4 : 6 или 3 : 7. Бедные бригады должны получать 6 или 7 частей. Из миллиарда юаней народных денег 300 миллионов передаются коммунам, а 700 миллионов — бедным бригадам. Во-первых, нужно полагаться на самого себя; во-вторых — на коммуны и, в-третьих — на государство. Если бедняк полон энергии, то ему и денег ни от кого не нужно. А если у бедной бригады иждивенческие настроения и она не занимается производством из-за того, что какой-нибудь Хэ Инцин не даёт ей денег, то это никуда не годится.

В нашей партии была масса группировок, которые постепенно объединились в единую партию. Несколько группировок было в армии. В 1-й армии было две группировки, во 2-й — тоже две, в Северной Шэньси — две, в 4-й армии — четыре. В партийной школе в Яньани даже во время вечерних прогулок слушатели разбивались на группки. И в столовую тоже ходили группами. Внутри своей группы можно было говорить о чём угодно, а вот с чужими было не принято разговаривать. В Северной Шэньси дело дошло до того, что при воздушных налётах местные кадровые работники и приезжие бежали прятаться разными тропинками, не смешиваясь друг с другом даже в минуту смертельной опасности.

Какую же политику мы стали проводить? Распознать групповщину, признать её существование, не упускать её из виду и, наконец, покончить с групповщиной.

Групповщина была вызвана историческими причинами и различием в положении тех или иных районов. Сейчас, кажется, с ней почти покончено. Хотя в то время коммунистическая партия имела общую программу, ЦК фактически был коалиционным комитетом. Все эти товарищи были хорошие люди, а не какие-нибудь троцкисты. Догматизм повсюду давил на людей: как в советских, так и в белых районах боялись, что прибудет какой-нибудь уполномоченный, который обвинит других в оппортунизме, приберёт к рукам партийную, административную, военную и финансовую власть. Ведь он же стопроцентный большевик; при нём нельзя сказать, что враг сильнее нас, нельзя жаловаться, а разрешается произносить лишь бодрые речи и говорить, что скоро (через три с половиной года!) Великий поход закончится. Этот догматизм давил так, что люди стали бояться самих себя. О какой же активности могла идти речь?

Сталин несколько раз громил троцкистов, Хрущёв не посмел дать Молотову стать членом ЦК. А мы в отношении догматиков придерживаемся курса «лечить, чтобы спасти больного», и сплачиваться с товарищами. Ⅶ пленум, состоявшийся накануне Ⅶ съезда КПК, решил, что вопросы должны быть выяснены до съезда, который станет съездом сплочения, и что каждый пусть сам говорит о своих ошибка. И кроме Ван Мина, который сейчас неизвестно где, остальные поверили им.

Сейчас речь идёт о «горном» местничестве производственных бригад. Каждая производственная бригада — это своего рода «гора». И если её не распознать и упустить из виду, то нельзя и в целом покончить с ней. Англия когда-то была первой по величине империей, а теперь США превзошли её. Мир меняется, изменятся и бедные бригады; бедные работают лучше, и большинство из них может стать зажиточными. По мере того как из года в год станут расти общественные накопления, в будущем можно будет перейти к собственности, в основном принадлежащей коммуне; но частичная собственность бригад будет существовать всегда. Если брать процесс в целом, то мы не анализировали его ни в прошлом, ни во время Уханьского совещания; мы проанализировали его только в январе-феврале. Я должен быть благодарен сотням миллионов крестьян за то, что они тайком производили личный продукт и что это заставило меня задуматься над этим вопросом. Нужно, чтобы в коммунах, как правило, разбирались в этом вопросе и поняли, что это объективный закон, нарушая который, можно сломать себе шею. Если мы не сумеем по-настоящему убедить их, а будем по-прежнему раздумывать и колебаться, то коммуны развалятся, а люди разбегутся. Следует уменьшить размеры натурального снабжения и увеличить заработную плату, причём в каждом уезде и коммуне без всяких поправок и исключений.

Очень опасно, если коммуна централизовала всё распределение и произвольно перераспределяет людей и вещи. Нужно поскорее это разъяснить, для чего и созываются совещания кадровых работников шести ступеней. Кое-кто заявляет, что зажиточные коммуны могут сползти к капитализму, а в это не верю. Разве они могут оторваться от земли? Как говорится, «хочешь взять — сначала дай». А сейчас люди разбегаются. Но и это — противоречия внутри народа, ведь до ножей и винтовок дело не дошло. Неужели они могут настолько очерстветь сердцем? Судя по теперешнему положению, есть опасность отрыва от солнечной системы. Сейчас я одобряю такое бегство из коммун, ибо оно заставляет нас очнуться. В будущем бегать не станут.

Проекты документов уже раздали. В Хэнани я приобрёл некоторый опыт, а затем отправлюсь в Ухань. А вы не ждите, принимайтесь за работу; основные положения не изменятся. На Ⅵ пленуме не рассматривались такие вопросы, как трёхступенчатое управление, производственная бригада — основа собственности, эквивалентный обмен между коммуной и государством, между бригадами внутри коммуны, ибо это — вопрос познания. Противоречия можно разрешить только после того, как обнаружишь и проанализируешь их. Если обнаружение — это чувственный процесс, то анализ — рациональный, а начинается он с восприятия. И если анализ — это этап вскрытия, то разрешение — этап синтеза.

На этой «шахматной доске» партии надо обратить внимание на три вещи. В производственных бригадах — 500-миллионное население, а кадровых работников (руководителей бригад, учётчиков) — десяток миллионов человек, которых обвинять негоже. В прошлом было 700 тысяч небольших кооперативов, в каждом — по 50 кадровых работников, то есть всего 30 миллионов. Почему так энергично и решительно утаивался личный продукт? Потому что их поддерживали 500 миллионов крестьян. А мы оторвались от масс. Понадобилось целых пять месяцев, срок достаточно долгий, чтобы осознать это. Таков процесс отражения объективного в субъективном.

Документы ещё нужно будет подправить, но таковы основные положения, которыми вы можете руководствоваться. В них не сказано о вопросах бесплатного снабжения и заработной платы, а также умалчивается об утечке рабочей силы в город.

Рабочие посылают деньги [в деревню], и суть дела в том, чтобы убедить коммуны не прикарманивать их. Офицеры тоже посылают деньги, а коммуны удерживают их, что сильно отражается на офицерах. Право собственности должно быть священно и неприкосновенно, а таким путём мы, напротив, замедлим строительство. Нужно убеждать коммуны, учить их понимать законы развития, понимать, что такое эквивалентный обмен. Если у уважаемого братца Шао сейчас три ручки, то в будущем будет больше, а при коммунизме — десяток.

Я продумал вопрос о том, организовывать ли коммуны в городах. В Тяньцзине говорили, что хотят создать коммуны. И создали. Вот собрание народных представителей и есть народная коммуна! Предприятия и школы — всё это общенародная собственность. Что же касается организации столовых, то это как вам захочется. А что до трудоустройства членов семей, то ведь для этого уже существует государственная система и ни к чему ещё создавать коммуны. В маленьких городах и уездных городах их ещё можно создать.

Кое в чём не нужен какой-либо национальный колорит, а вот при создании паровоза, самолёта, пушки, в политике и искусстве национальный стиль возможен. Направление кадровых работников на низовую работу, а офицеров ни солдатскую службу, одновременное развитие по пяти пунктам, принцип «муравьи грызут кость» — всё это китайская «колбаса», которую мы не экспортируем, а потребляем сами. Это и есть марксизм-ленинизм, без ревизионизма. А в коммунах всё-таки есть ревизионизм, вроде грабежа среди бела дня и неэквивалентного обмена. Уравниловка, безвозмездная передача и аннулирование ссуд — это не марксизм-ленинизм, а левацкий ревизионизм, идущий вразрез с объективными законами. Выдавать социализм за коммунизм, путать распределение по труду с распределением по потребности, считать коллективную собственность общественной может только тот, кто слишком легкомыслен.

Во время Учанского совещания мы разобрались с законом стоимости и эквивалентным обменом, но так и не осуществили их на практике, то есть просто воздух испортили.

Вопрос о городских коммунах: 1) в небольших городах можно организовывать; 2) в средних городах — там, где нет,— не нужно создавать, а если созданы, не следует сразу распускать; 3) в больших городах не создавать.

1. Тайные общества люмпенов в старом Китае.— Прим. ред.↩
2. Соответствует русскому: крепок задним умом.— Прим. ред.↩
3. Ли Куй — герой романа «Речные заводи», человек прямой и открытый, но действовавший опрометчиво и сгоряча.— Прим. ред.↩
4. Так называли себя когда-то разбойники, а позднее партизаны.— Прим. ред.↩
5. Первый реформатор Китая (ⅩⅠ век).— Прим. ред.↩
6. То есть ставить рекорды.— Прим. ред.↩