Запись беседы товарища Сталина И. В. с председателем Центрального народного правительства Китайской Народной Республики Мао Цзэдуном 16 декабря 1949 г.

После обмена приветствиями и разговора на общие темы состоялась беседа следующего содержания.

Д. А. Налбандян, «Великая дружба» (1950)

Товарищ Мао Цзэдун: Главнейшим вопросом в настоящее время является вопрос об обеспечении мира. Китай нуждается в мирной передышке продолжительностью в 3—5 лет, которая была бы использована для восстановления предвоенного уровня экономики и стабилизации общего положения в стране. Решение важнейших вопросов в Китае находится в зависимости от перспектив на мир. В связи с этим ЦК КПК поручило мне выяснить у Вас, тов. Сталина, вопрос о том, каким образом и насколько обеспечен международный мир.

Товарищ Сталин: В Китае, таким образом, идёт война за мир. Вопрос о мире более всего занимает и Советский Союз, хотя для него мир существует уже в течение четырёх лет. Что касается Китая, то непосредственной угрозы для него в настоящее время не существует: Япония ещё не стала на ноги и поэтому она к войне не готова; Америка, хотя и кричит о войне, но больше всего войны боится; в Европе запуганы войной; в сущности, с Китаем некому воевать, разве что Ким Ир Сен пойдёт на Китай?

Мир зависит от наших усилий. Если будем дружны, мир может быть обеспечен не только на 5—10, но и на 20—25 лет, а, возможно, и на ещё более продолжительное время.

Товарищ Мао Цзэдун: После возвращения Лю Шаоци в Китай в ЦК КПК обсуждается вопрос договора о дружбе, союзе и взаимопомощи между Китаем и СССР.

Товарищ Сталин: Этот вопрос можно обсудить и решить. Нужно выяснить: следует ли объявить о сохранении существующего договора о союзе и дружбе между СССР и Китаем от 1945 г. или заявить, что будут внесены изменения, или теперь же внести в него соответствующие поправки.

Как известно, этот договор был заключён между СССР и Китаем в результате Ялтинского соглашения, предусматривавшего главнейшие положения договора (вопрос о Курильских островах, Южном Сахалине, Порт-Артуре и др.). Это означает, что указанный договор заключался, так сказать, с ведома Америки и Англии. Имея в виду это обстоятельство, мы в своём узком кругу решили пока не изменять никаких пунктов этого договора, так как изменение хотя бы одного пункта могло бы дать Америке и Англии юридический повод поставить вопрос и об изменении пунктов договора, касающихся Курильских островов, Южного Сахалина и др. Поэтому было найдено возможным формально сохранить, а фактически изменить существующий договор, т. е. сохранить формально право Советского Союза на содержание своих войск в Порт-Артуре, но по предложению Китайского правительства вывести находящиеся там части Советской Армии. Такую операцию можно было бы проделать по просьбе китайской стороны.

Что касается КЧЖД¹, то и в этом случае можно было бы формально сохранить, а фактически изменить соответствующие пункты соглашения с учётом пожеланий китайской стороны.

Если, однако, эта комбинация не удовлетворяет китайских товарищей, то они могут выдвинуть свои предложения.

Товарищ Мао Цзэдун: Нынешнее положение с КЧЖД и Порт-Артуром соответствует интересам Китая, так как сил одного Китая недостаточно для того, чтобы успешно бороться против империалистической агрессии. Кроме того, КЧЖД является школой по подготовке китайских железнодорожных и промышленных кадров.

Товарищ Сталин: Увод войск ещё не означает, что Советский Союз отказывается от помощи Китаю, если она, эта помощь, потребуется. Дело в том, что нам, как коммунистам, не совсем удобно держать свои войска на чужой территории, особенно же на территории дружественной страны. Ведь при таком положении всякий может сказать, что, если советские войска находятся на китайской территории, то почему, например, англичане не могут держать своих войск в Гонконге, а американцы — в Токио?

Мы выиграли бы в международных отношениях, если бы советские войска по взаимному согласию были выведены из Порт-Артура. Вывод советских войск вместе с тем явился бы серьёзным подспорьем китайским коммунистам в их взаимоотношениях с национальной буржуазией. Все увидят, что коммунисты сделали то, чего не мог сделать Чан Кайши. С национальной буржуазией китайские коммунисты должны считаться.

Договор обеспечивает за СССР право держать свои войска в Порт-Артуре. Но СССР может не использовать этого права и увести войска по просьбе китайского правительства. Однако, если это не подходит, то войска в Порт-Артуре можно оставить на 2, 5 или 10 лет, как выгодно Китаю. Пусть не поймут, что мы хотим бежать из Китая. Мы можем оставить свои войска и на 20 лет.

Товарищ Мао Цзэдун: При обсуждении вопроса о договоре в Китае нами не были учтены позиции Америки и Англии в связи с Ялтинским соглашением. Мы должны поступать так, как выгодно общему делу. Этот вопрос следует обдумать. Однако уже теперь становится ясным, что сейчас изменять договора не следует, как не следует спешить с выводом войск из Порт-Артура.

Не потребуется ли в связи с решением вопроса о договоре приезд Чжоу Эньлая в Москву?

Товарищ Сталин: Этот вопрос вы должны сами решить. Возможно, Чжоу понадобится в связи с другими делами.

Товарищ Мао Цзэдун: Желательно решить вопрос о кредите Советского Союза Китаю, т. е. оформить соглашение о кредите на сумму 300 000 000 долларов между правительствами СССР и Китая.

Товарищ Сталин: Это можно сделать. Если Вы хотите оформить соглашение теперь, то мы согласны.

Товарищ Мао Цзэдун: Да, именно теперь, так как это могло бы иметь хороший резонанс в Китае.

Одновременно необходимо решить вопрос о торговле, особенно между СССР и Синьцзяном, хотя мы в настоящее время не можем представить точный план — торговых операций в этом районе.

Товарищ Сталин: Нам нужно знать теперь же, какое Китаю потребуется оборудование, именно теперь, поскольку у нас нет резервного оборудования, а заявка промышленности должна делаться заблаговременно.

Товарищ Мао Цзэдун: Мы испытываем затруднения в составлении заявки на оборудование, так как картина в промышленности нам ещё неясна.

Товарищ Сталин: Желательно ускорить составление заявки, поскольку заказы на оборудование размещаются в нашей промышленности, по крайней мере, за год вперёд.

Товарищ Мао Цзэдун: Нам очень хотелось бы получить помощь со стороны СССР в создании воздушных путей сообщения.

Товарищ Сталин: Мы готовы оказать такую помощь. Воздушные трассы могут проходить через Синьцзян и МНР. Мы имеем специалистов. Помощь будет обеспечена.

Товарищ Мао Цзэдун: Нам хотелось бы такие получить Вашу помощь в создании морского флота.

Товарищ Сталин: Кадры для китайского морского флота можно было бы готовить в Порт-Артуре. Вы дадите людей, а мы дадим корабли. Обученные кадры китайского морского флота могли бы вернуться в Китай на этих же кораблях.

Товарищ Мао Цзэдун: Гоминдановцы создали военно-морскую и воздушную базу на о. Формоза. Отсутствие у нас морского флота и авиации осложняет занятие острова Народно-освободительной армией. В связи с этим некоторые наши генералы высказывают мысль о том, чтобы прибегнуть к помощи Советского Союза, который мог бы направить своих лётчиков-волонтёров или секретные воинские части для ускорения захвата Формозы.

Товарищ Сталин: Оказание помощи не исключено, но формы помощи нужно обдумать. Главное здесь — не дать повода американцам для вмешательства. Что касается штабных работников и инструкторов, то их мы можем дать в любое время. Остальное обдумаем.

Есть ли у Вас десантные части?

Товарищ Мао Цзэдун: Есть один бывший гоминдановский десантный полк, который перешёл на нашу сторону.

Товарищ Сталин: Можно было бы отобрать роту десантников, распропагандировать их, забросить на Формозу и через них организовать восстание на острове.

Товарищ Мао Цзэдун: Наши войска подошли к границе Китая с Бирмой и Индо-Китаем. В связи с этим Англия и Америка обеспокоены тем, перейдём ли мы границу или движение наших войск остановится?

Товарищ Сталин: Можно было бы пустить слух, что Вы готовитесь перейти границу и таким образом попугать империалистов.

Товарищ Мао Цзэдун: Некоторые страны, особенно Англия, проявляют большую активность в деле признания Китайской Народной Республики. Однако, мы считаем, что нам не следует спешить с признанием. Мы должны навести порядок в стране, укрепить своё положение, а затем уже разговаривать с иностранными империалистами.

Товарищ Сталин: Это правильная политика. Вместе с тем не надо самим создавать конфликтов с англичанами и американцами. Если, например, понадобится нажать на Англию, то это можно сделать, прибегнув к конфликту Гуандунской провинции с Гонконгом. А для урегулирования такого конфликта в качестве посредника мог бы выступить Мао Цзэдун. Главное — не торопиться и избегать конфликтов.

Функционируют ли в Шанхае иностранные банки?

Товарищ Мао Цзэдун: Функционируют.

Товарищ Сталин: А кого они обслуживают?

Товарищ Мао Цзэдун: Китайскую национальную буржуазию и иностранные предприятия, которые мы пока не трогаем. Что касается сфер влияния иностранцев, то в области экономики и торговли преобладают капиталовложения англичан, а в области культурно-просветительных организаций первое место принадлежит американцам.

Товарищ Сталин: Каково положение с японскими предприятиями?

Товарищ Мао Цзэдун: Они национализированы.

Товарищ Сталин: В чьих руках таможня?

Товарищ Мао Цзэдун: В руках правительства.

Товарищ Сталин: Необходимо обратить внимание на таможню, которая обычно является источником больших государственных доходов.

Товарищ Мао Цзэдун: В области военных и политических дел мы уже добились полного успеха; что. касается культуры и экономики, то здесь мы ещё не освободились от иностранного влияния.

Товарищ Сталин: Существуют ли у Вас контролёры или агенты на иностранных предприятиях, в банках и т. д.?

Товарищ Мао Цзэдун: Существуют. Мы проводим соответствующую работу в области изучения и контроля над иностранными предприятиями (Кайланские копи, электростанции и водопровод в Шанхае и др.).

Товарищ Сталин: Надо иметь правительственных контролёров, которые должны действовать легально. Нужно, чтобы иностранцы облагались большими налогами, чем китайцы.

В чьих руках находится добыча вольфрама, молибдена, нефти?

Товарищ Мао Цзэдун: В руках правительства.

Товарищ Сталин: Нужно развивать добычу минералов и особенно добычу нефти. Можно было бы построить нефтепровод западнее Ланьчжоу до Чэнду, а затем транспортировать горючее водным путём.

Товарищ Мао Цзэдун: Мы ещё не решили, какие участки Китая следует развивать в первую очередь — прибрежные или глубинные, так как нам не была ясна перспектива мира.

Товарищ Сталин: Нефть, уголь, металл всегда нужны, независимо от того, будет война или нет.

Товарищ Сталин: Можно ли культивировать каучуконосовые деревья в Южном Китае?

Товарищ Мао Цзэдун: До сих пор это не удавалось.²

Товарищ Сталин: Есть ли в Китае метеорологическая служба?

Товарищ Мао Цээдун: Нет, ещё не создана.

Товарищ Сталин: Надо создать.

Товарищ Сталин: Мы хотели бы получить от Вас список Ваших работ, которые можно было бы перевести на русский язык.

Товарищ Мао Цзэдун: Я занимаюсь просмотром своих работ, которые были напечатаны различными местными издательствами и содержат массу ошибок и искажений. Окончание просмотра материалов я планирую к весне 1950 года. Однако мне хотелось бы получить помощь советских товарищей: во-первых, поработать над текстами с русскими переводчиками, и, во-вторых, получить помощь в редактировании китайского оригинала.

Товарищ Сталин: Это можно сделать. Однако, нуждаетесь ли Вы в редактировании Ваших работ?

Товарищ Мао Цзэдун: Нуждаюсь и прошу выделить для этой цели соответствующего товарища, скажем, кого-либо из членов ЦК ВКП(б).

Товарищ Сталин: Если есть нужда, то это сделать можно.³

На беседе присутствовали: тт. Молотов, Маленков, Булганин, Вышинский, Федоренко и Ши Чжэ (Карский).

Записал т. Федоренко.

1. Так называлась Китайско-Восточная железная дорога в 1945—1953 гг.— Маоизм.ру.↩
2. Мао ошибается; гевея была завезена в Китай ещё в 1904 году.— Маоизм.ру.↩
3. Советское четырёхтомное собрание сочинений Мао выйдет в 1952—1953 гг.— Маоизм.ру.↩

После приветствий и краткого разговора на общие темы состоялась беседа следующего содержания.

Беседа продолжалась 1 час 20 минут.

На беседе присутствовали т. Федоренко Н. Т. и Ши Чжэ (Карский).

1. Так в тексте.— Маоизм.ру.↩
2. Так называлась Китайско-Восточная железная дорога в 1945—1953 гг.— Маоизм.ру.↩
3. То есть Тайвань.— Маоизм.ру.↩
4. Три дня, 20 января 1950 г., агентство «Синьхуа» распространило, а днём позже газета «Жэньминь жибао» напечатала разработанное Мао заявление «Опровержение бесстыдной лжи Ачесона» (驳斥艾奇逊的无耻造谣).— Маоизм.ру.↩
5. Закрытая система телефонной связи, использующая высокие частоты (ВЧ); была организована в СССР в 1930‑е годы.— Маоизм.ру.↩

Запись беседы с Председателем Центрального народного правительства Китайской Народной Республики Мао Цзэдуном 4 января 1954 г. Из дневника П. Ф. Юдина.

Сегодня в Ханчжоу, где Мао Цзэдун проводит свой отпуск, в моём присутствии переводчиками В. В. Васьковым (советник Посольства) и Ши Чжэ (личный переводчик Мао Цзэдуна) было прочитано обвинительное заключение по делу Берия¹.

Мао Цзэдун особенно внимательно слушал и задавал вопросы по следующим разделам обвинительного заключения: изменническая деятельность Берия в период гражданской войны, изменническая деятельность Берия в период до Великой Отечественной войны и во время войны, изменническая деятельность Берия после смерти И. В. Сталина. Мао Цзэдун также проявил большое внимание к вопросам, касающимся связей Берия с иностранными шпионами и империалистическими разведками. Мао Цзэдун высказал большое возмущение по поводу того, что Берия подрывал и разваливал работу советской разведки в капиталистических странах.

После того, как было закончено чтение обвинительного заключения, Мао Цзэдун подчёркнуто заявил, что разоблачение Берия является большой победой не только Советского Союза, но и международного коммунизма. ЦК КПК,— сказал Мао Цзэдун,— выражает глубокую благодарность Центральному Комитету КПСС за разоблачение Берия. Мао Цзэдун охарактеризовал разоблачение Берия как имеющее огромное значение для китайской компартии и других братских компартий. Коснувшись положения в КПК, Мао Цзэдун отметил, что в компартии Китая за последнее время имеются нездоровые явления. Хотя эти явления и не носят широкого характера, но поскольку они имеют место даже среди членов ЦК, с этим фактом нельзя не считаться. У нас,— сказал Мао Цзэдун,— имеются факты, когда кое кто пытается противопоставлять одних членов Политбюро другим, есть попытки отдельные промахи или ошибки тех или иных членов Политбюро возвести в систему и таким образом дискредитировать этих товарищей. Мы — сказал Мао Цзэдун,— в настоящее время изучаем этот вопрос, имея в виду, что единство и сплочённость рядов партии являются главным условием решения всех задач, стоящих перед партией. По вопросу единства и сплочённости партии ЦК КПК разрабатывает в настоящее время специальный документ, который будет носить закрытый характер. Этот документ будет закончен подготовкой в течение ближайших двух-трёх недель. Мао Цзэдун сказал, что после того, как документ будет подготовлен, он даст указание ознакомить меня с ним.

Мао Цзэдун далее сказал, что ЦК КПК уже подготовил документ о генеральной линии партии в переходный период. Мао Цзэдун обещал познакомить меня также с этим документом.

Во время беседы Мао Цзэдун выразил пожелание, чтобы с обвинительным заключением по делу Берия помимо членов Политбюро были ознакомлены также некоторые члены ЦК КПК. Необходимые указания по этому вопросу Мао Цзэдун обещал дать Лю Шаоци.

При ознакомлении с разделом обвинительного заключения об изменнической деятельности Берия в годы гражданской войны, Мао Цзэдун обратил внимание на то обстоятельство, что Чжан Готао (известный ренегат КПК), как это теперь установлено по архивным материалам, обнаруженным в Пекине после освобождения этого города от гоминьдановцев, также был завербован китайской охранкой ещё в 1920 году. Мао Цзэдун обратил также внимание на то, что Ван Мин в 1930 году, будучи в Шанхае, арестовывался охранкой Чан Кайши. Несмотря на то, что он уже в то время был известен как видный работник КПК, ему каким-то образом удалось освободиться из тюрьмы, в то время как менее видные работники КПК, арестованные вместе с ним, были казнены гоминьдановцами.

На беседе, продолжавшейся около четырёх часов, присутствовали советник Посольства СССР в КНР В. В. Васьков и личный переводчик Мао Цзэдуна Ши Чжэ.

Посол СССР в КНР
П. Юдин

1. В настоящее время большинство коммунистов считает эти обвинения против Берии ложными.— Маоизм.ру.↩

Сегодня я посетил тов. Мао Цзэдуна и после вопросов и ответов протокольного характера сообщил о принятом ЦК КПСС порядке проведения 85-летия со дня рождения Ленина — 22 апреля 1955 г. Отметив, что все члены Президиума ЦК КПСС напишут статьи в связи с этой датой, я сказал, что ЦК КПСС обращается к т. Мао Цзэдуну и другим лидерам компартий различных стран с просьбой написать статьи к этой дате для помещения в газете «Правда».

Тов. Мао Цзэдун с большой охотой согласился написать статью, сказав, что тема статьи будет, примерно, «Ленин и китайская революция», объём — 6—7 тыс. иероглифов. При этом он отметил, что статью напишет к середине апреля. В более ранний срок он не может написать статью потому, что будет очень занят делами Всекитайской конференции КПК, которая будет проходить во второй половине марта с. г.¹

В связи с созываемой Всекитайской партийной конференцией тов. Мао Цзэдун рассказал, что на неё будет послано 300 делегатов от провинциальных, окружных и городских организаций партии. По своему значению партийная конференция, как сказал тов. Мао Цзэдун, будет равнозначна съезду партии, так как на ней будут обсуждаться такие крупные вопросы, как пятилетний план и дело о Гао Гане и Жао Шуши. Съезд КПК не созывался с 1945 года. По уставу партии съезд нужно созывать один раз в три года. Правда, устав партии допускает созыв съезда в более ранний или в более поздний срок, смотря по обстоятельствам. В 1948 г. съезд нельзя было созвать, так как в то время происходила ожесточённая борьба с гоминданом. Со времени организации КНР (с 1949 г.) срочные и важные дела не давали возможности созвать съезд: работа по восстановлению страны, война в Корее, составление и переделки пятилетнего плана и др. Очередной (8-й) съезд КПК предполагается созвать в 1956 г. Решение вопроса о Гао Гане и Жао Шуши на конференции в этом году уменьшит споры на съезде в 1956 г. При этом т. Мао Цзэдун высказал соображения, что Гао Ган мог находиться в сговоре с Берия, представитель которого приезжал в Маньчжурию, встречался с Гао Ганом, но последний об этом никогда не сообщал ЦК КПК. Тов. Мао Цзэдун также сказал, что Гао Ган через Берия мог связаться с англичанами, что они серьёзно изучают это дело.

Отметив, что 12 марта исполняется 30 лет со дня смерти Сунь Ятсена, я рассказал, что редактор газеты «Правда» тов. Шепилов интересуется вопросом, как будет отмечена эта дата в КНР. Тов. Мао Цзэдун сказал, что эту дату предполагается отметить широко: во всех городах будут проведены собрания, а в газетах будут опубликованы статьи. Тов. Мао Цзэдун сказал, что при необходимости получить более, подробные сведения по этому вопросу надо обратиться к зав. агитпропом ЦК КПК тов. Лу Динъи.

Тов. Мао Цзэдун, вспомнив, что я некоторое время тому назад интересовался вопросом идеологической борьбы в КНР, сказал, что с тов. Лу Динъи следует побеседовать на эту тему. Мною было отмечено, что такая беседа уже состоялась. Тов. Мао Цзэдун сказал, что они передадут нам три документа ЦК КПК (решение ЦК КПК о борьбе против идеализма и пропаганде марксизма, указание ЦК КПК о работе единого фронта, указание ЦК КПК о срочных мероприятиях по продовольственному вопросу), которые просил переслать в ЦК КПСС.

Тов. Мао Цзэдун сообщил, что они обсуждали на Политбюро ЦК КПК письмо ЦК КПСС о мероприятиях правительств СССР и стран народной демократии в связи с парижскими соглашениями. Он сказал, что намеченные мероприятия являются очень своевременными, правильными и необходимыми. Высказался также о той позиции, которую будет занимать КНР, если возникнет большая война. В ближайшие дни ЦК КПК даст письменный ответ на письмо ЦК КПСС и по проекту договора.

Далее тов. Мао Цзэдун говорил о письме ЦК КПСС по югославскому вопросу. Он сказал, что ЦК КПСС сделал очень правильный анализ по югославским делам, что он полностью согласен с этим анализом. Тито и другие, сказал он, ведут себя как троцкисты, которые всегда кричали, что они за Ленина, но против Сталина. Марксисты не могут признавать Маркса, Энгельса, Ленина и не признавать Сталина. В лекциях Карделя нет ничего марксистского. Это тоже чисто троцкистское отношение к марксизму.

Далее тов. Мао Цзэдун говорил, что у него сложилось твёрдое мнение, что Югославия во главе с Тито является буржуазной страной, и к ней, в основном, надо относиться как к буржуазной стране. Доверять Тито, Карделю нельзя. Они очень крепко связали себя с империалистическими государствами. В своё время, говорил тов. Мао Цзэдун, я никак не мог согласиться с югославами, когда они порвали с Коминформбюро. Даже если бы Коминформбюро целиком ошиблось по югославскому вопросу, то всё равно марксисты так не могли бы поступить. Если марксисты будут так относиться к международной коммунистической организации тогда наш лозунг: «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» — будет отброшен.

В связи с этим тов. Мао Цзэдун коснулся вопроса об отношении Ленина ко Ⅱ-му Интернационалу и к Каутскому. Со Ⅱ-м Интернационалом, говорил тов. Мао Цзэдун, Ленин окончательно порвал только после того, как социал-демократы проголосовали в парламентах за войну. Хотя Каутский много ошибался и Ленин критиковал его, но долгое время не порывал с ним, как с лидером Ⅱ-го Интернационала.

Тов. Мао Цзэдун сообщил, что ЦК КПК написал информационное письмо своим партийным организациям по югославскому вопросу. Мы, сказал он, осторожно говорим о возможном политическом сближении с Союзом коммунистов Югославии. Мы в письме написали, что дальнейшее, развитие событий покажет, насколько далеко пойдут югославы на сближение с компартиями СССР, Китая и других стран народной демократии.

Коснувшись вопроса о снятии обвинения с А. Л. Стронг, т. Мао Цзэдун сказал, что инициатива, проявленная ЦК КПСС в этом вопросе, является очень хорошей.²

Во время беседы был затронут вопрос о пребывании тт. Корнейчука и Ванды Василевской³ в КНР, о предстоящей их поездке в Нью-Дели на заседание Совета Мира. Тов. Мао Цзэдун в связи с упоминанием фамилии тов. Корнейчука, вспомнил его пьесу «Фронт» и сказал, что эта пьеса, поставленная впервые в Китае — в Яньнани, произвела огромное впечатление и оказала огромную помощь китайским товарищам. Он говорил, что в НОА были свои горловы из числа старых офицеров, поэтому было дано указание постановку этой пьесы организовать по всему Китаю, где это только было возможно.

Тов. Мао Цзэдун высказал пожелание посмотреть у нас кинофильм вместе с тт. Корнейчуком и В. Василевской после их возвращения из Индии.

На беседе присутствовали тт. Ши Чжэ и Скворцов Т. Ф.

Посол СССР в КНР
П. Юдин

1. Эта статья, вероятно, так и не была написана. 21 и 31 марта Мао действительно выступал с вступительным и заключительным словом на Национальной конференции КПК, но затем о каких-либо его статьях до мая (когда он написал несколько критических текстов о Ху Фэне) нам неизвестно.— Маоизм.ру.↩
2. В 1949 г. А.‑Л. Стронг была по недоразумению репрессирована и выслана из СССР. После этого жила в КНР, однако в 1955 г. была реабилитирована и смогла снова посещать Советский Союз. Поддерживала Мао и Культурную революцию. Скончалась в 1970 г.— Маоизм.ру.↩
3. Супруги А. Е. Корнейчук и В. Л. Василевская — известные советские писатели и драметурги. Пьесу «Фронт» с критикой старого генералитета Корнейчук написал в 1942 г. будто бы по указанию Сталина; экранизирована в 1943 г.— Маоизм.ру.↩