Теория Председателя Мао Цзэдуна о делении на три мира является научным обобщением объективной действительности современной классовой борьбы в мировом масштабе, она унаследовала, отстояла и развила основные положения марксизма-ленинизма.

Беседа Мао Цзэдуна с Кеннетом Каундой, 22 февраля 1974 г.

В феврале 1974 года, во время беседы с руководителем одной из стран третьего мира, Председатель Мао Цзэдун сказал: «По-моему, США и СССР образуют первый мир. Промежуточные силы, например Япония, Европа и Канада, принадлежат к второму миру. Мы же с вами относимся к третьему миру». «В третьем мире многочисленное население. Азия, за исключением Японии, принадлежит к третьему миру. Вся Африка относится к третьему миру, к третьему миру относится и Латинская Америка».

Это деление является научным определением, сделанным на основе анализа развития и изменений основных противоречий современного мира в свете теории Ленина о нашей эпохе как эпохе империализма и пролетарской революции, теории о неравномерности развития империализма и о неизбежности попыток империалистических стран к новому переделу мира посредством войны, теории о том, что империализм делит весь мир на угнетающие и угнетённые нации и что международный пролетариат обязан бороться плечом к плечу с угнетёнными нациями мира.

Для того чтобы правильно понять теорию Председателя Мао Цзэдуна о делении на три мира, мы должны рассматривать явления современной международной политической жизни с позиций диалектического материализма, исходя из реальной действительности, а не из отвлечённых понятий, или, как указывали Ленин и Сталин, говоря о связи между национальным и международным вопросами, рассматривать их «в мировом масштабе, а не изолированно»¹, «не с точки зрения формальной демократии, а с точки зрения фактических результатов в общем балансе борьбы против империализма»².

На первый взгляд кажется, будто теория Председателя Мао Цзэдуна о делении на три мира касается лишь современных межгосударственных, межнациональных отношений, но в сущности она непосредственно затрагивает ключевые вопросы современной классовой борьбы в мировом масштабе. Национальная борьба в конечном счёте относится к классовой борьбе³. То же самое можно сказать и о межгосударственных отношениях. Межгосударственные, межнациональные отношения, будучи основаны на классовых отношениях, чрезвычайно сложны и в то же время взаимосвязаны. Если не исходить из международной классовой борьбы в целом, не анализировать конкретные вопросы конкретно, в увязке с определённым временем, местом и условиями, а рассматривать их идеалистически и метафизически, абстрактно и изолированно, то нам трудно будет сделать правильные выводы относительно явлений международной политической жизни и трудно будет провести правильное деление политических сил мира.

Марксисты-ленинцы всегда стоят на позициях международного пролетариата, всегда отстаивают общие интересы революционных народов мира в международной классовой борьбе, всегда отстаивают свою программу-максимум — замену капиталистического строя коммунистическим. Но обстановка в международной классовой борьбе чрезвычайно сложна и изменчива. Международная буржуазия никогда не была и не может быть чем-то монолитным, да и само международное рабочее движение не раз раскалывалось под классово чуждым влиянием. Ведя борьбу на международной арене, пролетариат должен, исходя из необходимости и возможности того или иного исторического периода, сплачивать всех, кого можно сплотить, чтобы развёртывать прогрессивные силы, завоёвывать промежуточные силы и изолировать твердолобых⁴. Поэтому невозможно раз и навсегда установить вечную и неизменную формулу размежёвки политических сил мира (то есть размежёвки их на врагов, друзей и нас самих в международной классовой борьбе).

После появления в мире социалистического государства Ленин, останавливаясь на двух формах дипломатии, буржуазной и пролетарской, говорил в 1921 году: «…есть теперь в мире два мира: старый — капитализм,.. и растущий новый мир…»⁵. В 1919 году Сталин говорил: «На два лагеря раскололся мир решительно и бесповоротно: лагерь империализма и лагерь социализма»⁶. Их определение, разумеется, отражает новое основное противоречие, появившееся в мире после Октябрьской революции. Однако Ленин и Сталин никогда не считали, что в мире нет других основных противоречий, что мировые политические силы нельзя делить по-иному. Например, в докладе по национальному и колониальному вопросам на Ⅱ конгрессе Коммунистического Интернационала, состоявшемся в 1920 году, Ленин говорил: «Характерная черта империализма состоит в том, что весь мир… разделяется в настоящее время на большое число угнетённых народов и ничтожное число народов угнетающих, располагающих колоссальными богатствами и могучей военной силой»⁷. Останавливаясь на национальном вопросе, Сталин в труде «Об основах ленинизма», написанном им в 1924 году, тоже говорил: «Мир разделён на два лагеря: на лагерь горстки цивилизованных наций, обладающих финансовым капиталом и эксплуатирующих громадное большинство населения земного шара, и лагерь угнетённых и эксплуатируемых народов колоний и зависимых стран, составляющих это большинство»⁸. Их определение отражает другое основное противоречие, существующее в мире. Оба эти деления, данные Лениным и Сталиным, несомненно правильны. Разница между ними объясняется тем, что они произведены под разными углами зрения. Когда нужно было проводить всестороннее и конкретное деление мировых политических сил в тот или иной период, Ленин и Сталин исследовали основные противоречия мира во всей их совокупности.

Переход в мировом масштабе от капиталистического строя к социалистическому представляет собой длительный и зигзагообразный, насыщенный сложной борьбой процесс, в различные периоды которого неизбежно происходят те или иные перегруппировки политических сил мира. Какова объективная действительность мировой классовой борьбы, таковы должны быть и деление пролетариатом политических сил в мире и вытекающие из этого деления его стратегия и тактика в классовой борьбе. Тут было бы небесполезным для нашего понимания теории о делении на три мира заглянуть в историю и посмотреть, как К. Маркс, Ф. Энгельс, В. И. Ленин, И. В. Сталин и Председатель Мао Цзэдун проводили деление политических сил в мире.

Изучая классовую борьбу в разных странах, Маркс и Энгельс неизменно исходили из общей обстановки во всей Европе и во всём мире, несмотря на то, что главным поприщем их революционной деятельности была Западная Европа. Они впервые в истории выступили с великим призывом «Пролетарии всех стран, соединяйтесь!» и вместе с тем впервые указали на неразрывную связь дела международного пролетариата с освободительной борьбой угнетённых наций. Энгельс говорил: «Никакая нация не может стать свободной, продолжая в то же время угнетать другие нации. Следовательно, освобождение Германии не может совершиться без освобождения Польши от угнетения её немцами»⁹. Маркс писал: «После многолетней работы над ирландским вопросом я пришёл к заключению, что решительный удар господствующим классам Англии (а он является решающим для рабочего движения во всём мире) может быть нанесён не в Англии, а только в Ирландии»¹⁰. Маркс и Энгельс придавали важнейшее значение не только борьбе за независимость народов Польши, Ирландии и других стран Европы, но и борьбе за независимость Китая, Индии и других стран, находящихся далеко за пределами Европы. Маркс и Энгельс всегда рассматривали каждое конкретное национальное движение и разные политические силы с точки зрения интересов международного пролетариата в целом. Как отмечал Ленин, «Маркс стоял за независимость Польши с точки зрения интересов европейской демократии в её борьбе против силы и влияния — можно сказать: против всесилия и преобладающего реакционного влияния — царизма»¹¹. Марксу принадлежит та заслуга, писал Энгельс, что он первый, в 1848 году, указал и с тех пор неоднократно подчёркивал, что, поскольку царская Российская империя является главным оплотом европейской реакции, поскольку у этой империи постоянно имеются экспансионистские устремления в отношении Европы и поскольку она ставит себе целью сделать невозможной победу европейского пролетариата, «западноевропейская рабочая партия вынуждена бороться не на жизнь, а на смерть с русским царизмом»¹². Вплоть до последних лет своей жизни Маркс и Энгельс всегда брали решительное сопротивление агрессивной политике царской Российской империи за критерий для деления политических сил Европы и определения того, заслуживало ли то или иное европейское национальное движение поддержки со стороны международного пролетариата. Совершенно ясно, что, поступая, таким образом, Маркс и Энгельс не только не забывали о международной классовой борьбе, а наоборот, исходили именно из коренных интересов пролетариата в международной классовой борьбе. Чему нужно здесь учиться у Маркса и Энгельса? Мы, по крайней мере, должны научиться у них следующему: во-первых, горячо приветствовать ту великую волну национальной революции, которая охватывает сегодня все угнетённые страны и потрясает весь мир, рассматривая её как важную предпосылку и надёжную гарантию победы международного пролетариата; во-вторых, постоянно заострять внимание на противоречиях между капиталистическими странами, выявлять главного врага международного рабочего движения, решительно бороться против главных оплотов реакционных сил современного мира — советского социал-империализма и американского империализма.

В. И. Ленин впервые в истории указал, что мир вступил в эпоху империализма и пролетарской революции, впервые создал социалистическое государство — государство диктатуры пролетариата и первый рассматривал антиимпериалистическую борьбу угнетённых народов как составную часть мирового пролетарского, социалистического движения, выдвинув стратегический курс «Пролетарии всех стран и угнетённые народы, соединяйтесь!». В 1913 году Ленин в статье «Исторические судьбы учения Карла Маркса» писал: «Не успели оппортунисты нахвалиться „социальным миром“ и не необходимостью бурь при „демократии“, как открылся новый источник величайших мировых бурь в Азии. За русской революцией последовали турецкая, персидская, китайская. Мы живём теперь как раз в эпоху этих бурь и их „обратного отражения“ на Европе»¹³. В 1916 году, разъясняя взаимосвязь между революционным движением международного пролетариата и революционным движением угнетённых наций, Ленин писал: «Социальная революция не может произойти иначе, как в виде эпохи, соединяющей гражданскую войну пролетариата с буржуазией в передовых странах и целый ряд демократических и революционных, в том числе национально-освободительных, движений в неразвитых, отсталых и угнетённых нациях»¹⁴. Эта ленинская точка зрения сохраняет свою силу и по сей день.

После Октябрьской революции и окончания первой мировой войны Ленин на Ⅱ конгрессе Коминтерна в 1920 году сделал «Доклад о международном положении и основных задачах Коммунистического Интернационала». В этом докладе Ленин чётко разделил на три группы страны мира, насчитывавшие тогда 1 750 миллионов человек населения, и взял это деление за основной исходный пункт для определения стратегии и тактики международного пролетариата. Он отмечал: «Вы получаете, таким образом, в основных чертах картину мира, как она сложилась после империалистской войны. Миллиард с четвертью угнетённых колоний,— стран, которые делят заживо, как Персия, Турция, Китай; стран, которые побеждены и брошены в положение колоний (в их число Ленин включал Австро-Венгрию, Германию и Болгарию, а также Советскую Россию, отброшенную войной в положение, которое равносильно колониальному.— Прим. ред.). Не больше четверти миллиарда,— это страны, которые уцелели на старом положении, но они все попали в экономическую зависимость от Америки и все во время войны были в зависимости военной, ибо война захватила весь мир, она не позволила ни одному государству оставаться нейтральным на деле. И мы имеем, наконец, не больше четверти миллиарда жителей в странах (здесь Ленин подразумевал Соединённые Штаты Америки, Японию, Англию и другие государства.— Прим. ред.), в которых, разумеется, лишь верхушка, лишь капиталисты воспользовались делёжкой земли… Я бы хотел эту картину мира вам напомнить, ибо все основные противоречия капитализма, империализма, которые приводят к революции, все основные противоречия в рабочем движении, которые привели к жесточайшей борьбе со Ⅱ Интернационалом,..— всё это связано с дележом населения земли»¹⁵.

Как замечательно это у Ленина сказано! Его слова о делении мировых политических сил словно характеризуют сегодняшнюю реальную действительность. Уделяя огромное внимание противоречиям между угнетёнными нациями и угнетающими нациями, а также противоречиям между империалистическими странами, Ленин делил страны мира на три группы и тесно увязывал это деление со всеми основными противоречиями империалистического мира и всеми основными противоречиями международного рабочего движения. И эта его идея резко противостояла оппортунизму Ⅱ Интернационала, всегда пренебрегавшему борьбой угнетённых наций,— то есть «социализму… буржуазному»¹⁶. В этом докладе Ленин отнюдь не делит страны мира просто на две группы — капиталистические и социалистические, а, наоборот, разбивает страны капиталистического мира на три группы, относя к одной группе угнетённые колониальные и полуколониальные страны и побеждённые страны, к другой группе — страны, которые уцелели на старом положении, и к третьей группе — страны-победительницы, воспользовавшиеся делёжкой земли. Причём он включает социалистическую Россию в одну группу с угнетёнными нациями и угнетёнными странами. Ленин в полной мере оценивает великую роль вышеупомянутого миллиарда с четвертью людей в мировой антиимпериалистической революционной борьбе. «Невозможно миллиарду с четвертью людей,— указывал он,— жить так, как хочет их поработить „передовой“ и цивилизованный капитализм, а ведь это 70 % населения земли»¹⁷. Незадолго до своей кончины Ленин, говоря о неизбежности окончательной победы социализма в мировом масштабе, по-прежнему твёрдо стоял на той же точке зрения: «Исход борьбы зависит, в конечном счёте, от того, что Россия, Индия, Китай и т. п. составляют гигантское большинство населения. А именно это большинство населения и втягивается с необычайной быстротой в последние годы в борьбу за своё освобождение, так что в этом смысле не может быть ни тени сомнения в том, каково будет окончательное решение мировой борьбы. В этом смысле окончательная победа социализма вполне и безусловно обеспечена»¹⁸. Совершенно ясно, что кроме советских социал-империалистов, окончательно предавших дело Ленина, никто не назовёт эти ленинские идеи, проникнутые духом пролетарского интернационализма и уверенностью в победе коммунистического движения, «отказом от классового принципа», «проповедью реакционных теорий геополитики»¹⁹ и т. д. Чему нужно здесь учиться у Ленина? Мы должны, по крайней мере, научиться по-ленински горячо приветствовать и поддерживать освободительное движение угнетённых наций Азии, Африки, Латинской Америки и других регионов, считая его важной составной частью мирового пролетарского, социалистического революционного движения; делить на основе новых международных классовых отношений страны современного мира на три новые группы и усматривать в совместной борьбе международного пролетариата и народов третьего мира, превышающих 70 процентов всего населения земного шара, полную и безусловную гарантию окончательной победы мирового социализма.

После смерти Ленина Сталин отстаивал ленинское положение о необходимости объединения пролетариата с угнетёнными народами и указал, что национально-освободительное движение должно включать в себя все силы, выступающие против империалистической агрессии, независимо от их классовой принадлежности и политических взглядов. Он привёл в качестве примера то обстоятельство, что, несмотря на монархический образ взглядов афганского эмира и на то, что лидеры египетского национально-освободительного движения относятся к буржуазии и выступают против социализма, их борьба за национальную независимость своих стран является объективно революционной борьбой, ибо она «ослабляет, разлагает, подтачивает империализм»²⁰. Критикуя троцкистскую оппозицию, Сталин отмечал: «Грехопадение оппозиции состоит тут в том, что она окончательно рвёт с этой установкой Ленина, скатываясь к установке Ⅱ Интернационала, отрицающего целесообразность поддержки революционных войн колониальных стран против империализма»²¹.

Сталин не раз говорил о противоположности мира капитализма и мира социализма, но при конкретном делении мировых политических сил в тот или иной период он исходил из изменений, происходивших в обстановке международной классовой борьбы в целом. Ещё в 1927 году, на ⅩⅤ съезде ВКП(б), Сталин, проводя деление тогдашних мировых политических сил, говорил: «Судите сами. Из 1 905 миллионов населения всего земного шара 1 134 миллиона живут в колониях и зависимых странах, 143 миллиона живут в СССР, 264 миллиона — в промежуточных странах и только 363 миллиона — в крупных империалистических странах, угнетающих колонии и зависимые страны»²². На ⅩⅧ съезде ВКП(б), состоявшемся в марте 1939 года, Сталин отнёс Германию, Италию и Японию к агрессивным странам, а Англию, Францию и США — к неагрессивным странам. После нападения гитлеровской Германии на Советский Союз в 1941 году Сталин немедленно повёл Советский Союз на создание лагеря антифашистской коалиции с США и Англией. В 1942 году он указывал: «Теперь уже можно считать неоспоримым, что в ходе войны, навязанной народам гитлеровской Германией, произошла коренная размежовка сил, произошло образование двух противоположных лагерей, лагеря итало-германской коалиции и лагеря англо-советско-американской коалиции». «Выходит, что логика вещей сильнее всякой иной логики»²³. Конечно, сегодня в мире нет никакой новой итало-германской коалиции и новой англо-советско-американской коалиции, зато появились два гегемона — СССР и США — и единый фронт народов мира против этих двух гегемонов. Нам хотелось бы отметить здесь лишь то, что принятое тогда Сталиным решение ничуть не повредило существованию Советского Союза как социалистического государства и развитию революционной борьбы международного пролетариата, как раз наоборот, оно было единственно правильным курсом на защиту коренных интересов социалистического Советского Союза и международного пролетариата. Разве мы можем упрекать тут Сталина за то, что он не держался за формулу о противоположности капиталистического и социалистического мира? Разве мы можем сомневаться в великом значении деления мировых политических сил того времени на фашистский и антифашистский лагери? Разве деление мировых политических; сил нужно производить не согласно логике вещей, а согласно какой-то иной, надвещной логике?

Здесь можно ещё напомнить о следующем положении Сталина в работе «Экономические проблемы социализма в СССР», написанной им за год до своей смерти. «Говорят, что противоречия между капитализмом и социализмом,— писал он,— сильнее, чем противоречия между капиталистическими странами. Теоретически это, конечно, верно». «И всё же вторая мировая война началась не с войны с СССР, а с войны между капиталистическими странами». «Следовательно, борьба капиталистических стран за рынки и желание утопить своих конкурентов оказались практически сильнее, чем противоречия между лагерем капитализма и лагерем социализма». Он далее указал, что «неизбежность войн между капиталистическими странами остаётся в силе»²⁴. В настоящее время остаётся в силе неизбежность мировой войны главным образом между капиталистическими Соединёнными Штатами Америки и реставрировавшим капитализм Советским Союзом. Как видно, положение о том, что логика вещей сильнее всякой иной логики, отнюдь не устарело.

Отсюда явствует, что все учители пролетарской революции проводили деление мировых политических сил на основе объективного глубокого анализа обстановки международной классовой борьбы в целом в тот или иной период, а не по какой-то раз и навсегда данной формуле. Теория о делении нынешних мировых политических сил на три мира, выдвинутая самым великим марксистом нашего времени Председателем Мао Цзэдуном, и есть исторический продукт творческого применения им марксизма в течение длительного времени к рассмотрению и анализу развития и изменения всех основных противоречий мира.

В работе «О новой демократии», опубликованной в 1940 году, Председатель Мао Цзэдун унаследовал, обстоял и развил положение Ленина и Сталина о том, что после первой мировой войны, в частности после Октябрьской революции, национально-освободительное движение разных стран стало уже составной частью мировой пролетарской, социалистической революции. Председатель Мао Цзэдун со всей чёткостью указывал: «Независимо от того, какие классы, какие партии и какие отдельное представители угнетённых народов принимают участие в революции, независимо от того, сознают они это нет, понимают они это субъективно или нет, если выступают против империализма, то их революция становится частью мировой пролетарской, социалистический революции и сами они становятся её союзниками»²⁵. Соответствует ли этот анализ Председателя Мао Цзэдуна объективной действительности мировой классовой борьбы? Совершенно ясно, что в этом никто не может сомневаться. Ибо, руководствуясь именно этой точкой зрения, Коммунистическая партия Китая в период агрессии японского империализма против нашей страны создала единый фронт со всеми силами, стоявшими за сопротивление японским захватчикам, включая чанкайшистский гоминьдан, и одержала победу в войне Сопротивления, а после войны, сплотив вокруг себя все антиимпериалистические демократические силы, которое можно было сплотить, она свергла господство гоминдановской реакции и создала Китайскую Народную Республику — государство диктатуры пролетариата.

После второй мировой войны, когда американский империализм без устали поднимал антисоветскую шумиху, Председатель Мао Цзэдун с необычайной прозорливостью разоблачил сущность этой шумихи. Председатель Мао Цзэдун указал: «Между США и Советским Союзом лежит обширнейшая зона, охватывающая многие капиталистические, колониальные и полуколониальные страны Европы, Азии и Африки». «В настоящее время практическое значение призывов США к войне против Советского Союза состоит в том, чтобы подавить американский народ и расширить агрессивные силы США в капиталистическом мире»²⁶. Председатель Мао Цзэдун призывал американский народ и все те страны и народы, которым угрожала агрессия со стороны США, объединиться для борьбы против наступления американских реакционеров и их прихвостней. Соответствует ли этот анализ Председателя Мао Цзэдуна объективной действительности мировой классовой борьбы того времени? Совершенно ясно, что в этом никто не может сомневаться, ибо анализ Председателя Мао Цзэдуна был подтверждён многочисленными историческими фактами того времени и последующего периода.

События 1956 года, связанные с Суэцким каналом, выявили обострение противоречий между империалистическими странами. Председатель Мао Цзэдун тогда указал: «Эти события позволяют видеть центр тяжести борьбы в нынешнем мире. Противоречия между империалистическими и социалистическими странами являются, конечно, весьма острыми, однако империалисты ведут сейчас под вывеской антикоммунизма борьбу за захват территории… Там столкнулись два вида противоречий и три силы. Этими противоречиями являются, во-первых, противоречия между самими империалистическими странами, то есть между США и Англией, между США и Францией, и, во-вторых, противоречия между империализмом и угнетёнными нациями. К трём силам относятся, во-первых, крупнейшая империалистическая страна США, во-вторых, империалистические страны второго разряда — Англия и Франция и, в-третьих, угнетённые нации»²⁷. Соответствует ли этот анализ Председателя Мао Цзэдуна объективной действительности мировой классовой борьбы того времени? Совершенно ясно, что и в этом никто не может сомневаться, ибо анализ Председателя Мао Цзэдуна тоже был подтверждён как в то время, так и позднее многочисленными историческими фактами.

Нетрудно увидеть, что сделанный здесь Председателем Мао Цзэдуном анализ относительно трёх сил является предтечей его последующей теории о делении на три мира. Разница между ними главным образом в том, что в то время социалистический лагерь ещё кое-как существовал. Но потом группировка Хрущёва — Брежнева полностью изменила делу коммунизма и реставрировала капитализм в СССР, превратив его в социал-империалистическую страну. Несмотря на существование Китая и других социалистических стран, того социалистического лагеря, что был прежде, уже нет, к тому же исторические условия не диктуют необходимости вновь образовать социалистический лагерь. Наряду с этим многие страны империалистического лагеря вышли из повиновения США и даже стали открыто действовать в противовес им. Подавляющее большинство колониальных и полуколониальных стран Азии, Африки и Латинской Америки после тяжёлой борьбы провозгласило свою независимость. Вследствие колоссальных потрясений, расслоений и перегруппировок различные политические силы в мире оказались перед лицом новой исторической ситуации. В 60-х годах советская правящая группировка уже бесповоротно изменила социализму, но американский империализм на известный отрезок времени продолжал оставаться врагом № 1 для народов мира. Лишь после целого ряда серьёзных событий Советский Союз стал не только угрожающей всему миру империалистической сверхдержавой наподобие США, но и самым опасным очагом мировой войны. Измена советской правящей группировки с неизбежностью вызвала тот или иной раскол в рядах международного рабочего движения и участников мировой антиимпериалистической революционной борьбы и создала временные трудности. Где же выход? Можно ли, умышленно закрыв глаза на все перемены, произошедшие за истекший период, считать, что в мире продолжают существовать империалистический лагерь и социалистический лагерь, и рассматривать их противоборство как главное противоречие в мировой политике? Или же продолжать придерживаться этой формулы, ограничившись лишь исключением из социалистического лагеря СССР и некоторых зависимых от него стран, и считать, что все страны мира, кроме социалистических стран, составляют сплошную реакционную массу капиталистического мира? Совершенно ясно, что, поступая таким образом, можно только лишить народы мира возможности видеть вещи в их истинном свете и, стало быть, лишить их правильной ориентации в продвижении вперёд. Поскольку в нынешней международной обстановке произошли огромные изменения, поскольку силы народов мира развиваются с каждым днём и с каждым днём нарастают факторы революции, всё это требует проведения нового деления мировых политических сил, с тем чтобы в соответствии с новыми отношениями между тремя сторонами — врагами, друзьями и нами самими — разработать новую мировую стратегию международного пролетариата и угнетённых народов. Выдвинутая Председателем Мао Цзэдуном теория о делении на три мира и разрешила этот вопрос.

Теория Председателя Мао Цзэдуна о делении на три мира указывает, что СССР и США — эти империалистические сверхдержавы — образуют первый мир и уже стали крупнейшими международными эксплуататорами, угнетателями и агрессорами, общими врагами народов всего мира, что схватка между ними неизбежно приведёт к новой мировой войне. Борьба между двумя гегемонами — СССР и США за захват мира, их угроза всем народам мира и то сопротивление, которое оказывают им все народы, уже стали центральной проблемой современной мировой политики. Социалистические страны как оплот международного пролетариата вместе с угнетёнными нациями, которые подвергаются наиболее серьёзному гнёту и эксплуатации и составляют большинство населения земного шара, образуют третий мир, они стоят в первых рядах борьбы против двух гегемонов — СССР и США и являются основной силой в мировой борьбе против империализма и гегемонизма. Развитые страны, находящиеся между первым и третьим мирами, образуют второй мир, они угнетают и эксплуатируют угнетённые нации и в то же время подвергаются контролю и третированию со стороны сверхдержав, они имеют противоречия как с первым, так и с третьим миром, обладают двойственной природой и являются силой, которую третий мир может завоевать на свою сторону и с которой он может объединиться в борьбе против гегемонизма. Эта теория даёт общую картину стратегического положения самой крупной в масштабах современного мира классовой борьбы, которая идёт между народами всего мира, с одной стороны, и двумя гегемонами — Советским Союзом и Соединёнными Штатами, с другой. Классовая борьба внутри каждой страны фактически неотделима от этой мировой классовой борьбы. Поэтому деление на три мира является наиболее полным обобщением всех основных противоречий современного мира. Это научное определение, данное Председателем Мао Цзэдуном, обогатило теорию о том, что неравномерность развития империализма и противоречия между империалистическими странами неизбежно ведут к войне, теорию о социал-империализме, теорию о том, что борьба угнетённых наций является важной составной частью мировой пролетарской, социалистической революции, теорию о необходимости взаимной поддержки мирового пролетариата, социалистических стран и национально-освободительного движения, теорию о стратегии и тактике пролетарской революции. Всё это — важный вклад в марксизм-ленинизм.

Совсем не удивительно, что эта блестящая теория Председателя Мао Цзэдуна подвергается злобным нападкам советских социал-империалистов. Ведь нельзя же рассчитывать на то, что они признают превращение находящегося под их господством Советского Союза в империалистическую сверхдержаву, в самый опасный очаг мировой войны, точно так же как нельзя рассчитывать на то, что изменники признают себя изменниками, а агрессоры — агрессорами. Они неистово проклинают теорию о делении на три мира за то, что она, мол, отрекается от классовой борьбы, ставит на одну доску социалистические страны с капиталистическими и т. д. и т. п. Все их проклятия обрушиваются не только на великого марксиста Председателя Мао Цзэдуна и великую Коммунистическую партию Китая, но и на великих Маркса, Энгельса, Ленина и Сталина. Как мы уже видели, данное Председателем Мао Цзэдуном деление на три мира, с точки зрения принципа, находится в полном соответствии с идеями Маркса и Энгельса, взявших во второй половине ⅩⅨ века отношение к царской Российской империи за критерий для размежёвки политических сил Европы, с ленинским делением мира в период после первой мировой войны на три группы стран, со сталинским делением стран до и во время второй мировой войны на агрессивные и неагрессивные, на фашистский лагерь и антифашистский лагерь и, более того, является закономерным развитием их теории о размежевании мировых политических сил. Правда, рьяные хулители теории о делении на три мира сегодня всё ещё именуют себя «верными продолжателями» дела Ленина, но разве мы можем судить о людях по их флагу, а не по их практическим действиям? И если судить по практическим действиям, то разве не ясно, что не кто иной, как они сами изменили классовой борьбе пролетариата и превратили социалистическое государство в капиталистическое?

В нашей стране тоже были люди, которые бешено выступали против теории Председателя Мао Цзэдуна о делении на три мира, это «группка четырёх» — Ван Хунвэнь, Чжан Чуньцяо, Цзян Цин и Яо Вэньюань. Размахивая ультрареволюционным знаменем, они выступали против нашей поддержки третьего мира, против нашего объединения со всеми силами, с которыми можно объединиться, против нанесения нами удара по самому опасному врагу. В угоду советскому социал-империализму они тщетно пытались сорвать создание международного антигегемонистического единого фронта и помешать нашей борьбе против гегемонизма. Несмотря на то, что их подрывная деятельность оказала кое-какое вредное воздействие, наша партия и наше правительство неуклонно проводили и проводят революционную внешнеполитическую линию Председателя Мао Цзэдуна. «Группка четырёх» вовсе не представляет китайский народ, они предатели, с презрением отвергнутые китайским народом.

Какую бы лютую ненависть к теории о делении на три мира ни питали советские социал-империалисты и «группка четырёх», эта теория подтверждается всё большим количеством объективных фактов сегодняшней мировой политики и поэтому обретает всё большую силу. Как сказал Председатель Хуа Гофэн в своём политическом отчёте на ⅩⅠ Всекитайском съезде Коммунистической партии Китая, «теория Председателя Мао Цзэдуна о делении на три мира наметила общее направление нынешней международной борьбы и чётко определила, кто представляет собой главные революционные силы, кто — главных врагов и кто — промежуточные силы, которые можно привлечь на свою сторону и с которыми можно объединиться, что помогает международному пролетариату сплотить в идущей в мировом масштабе классовой борьбе все силы, которые можно сплотить, и образовать широчайший единый фронт для борьбы против главных врагов». Это соответствует как стратегическим требованиям современной борьбы международного пролетариата народов и угнетённых наций всего мира, так и стратегическим требованиям борьбы за торжество и коммунизма. Она даёт ясный и твёрдый курс народам всего мира и вдохновляет их на объединение для завоевания великой победы в борьбе против империализма и гегемонизма.

Хунвэйбины сокрушают империализм и социал-империализм. Плакат 1966 г.

В истории развития империализма, правда, появлялись немногие державы, боровшиеся за мировое господство, но они не могут идти ни в какое сравнение с сегодняшним Советским Союзом и Соединёнными Штатами Америки. Борьба Советского Союза и Соединённых Штатов Америки за мировое господство — особый продукт исторического развития после второй мировой войны.

Концентрация и экспансия монополистического капитала США за послевоенный период достигли поразительной степени. Приведём статистические данные последних лет. В 1976 году на долю 12 сверхкрупных промышленных компаний, сумма сбыта каждой из которых превышает 10 миллиардов долларов, приходилось соответственно 27 и 29 процентов общей суммы актива и общей суммы сбыта 500 крупнейших промышленных компаний в стране; удельный вес 10 сверхкрупных коммерческих банков в общей сумме актива 50 крупнейших коммерческих банков в стране и в общей сумме вкладов в них составлял по 61 проценту²⁹. В последние 20 с лишним лет стремительно растёт вывоз высококонцентрированного в послевоенный период американского капитала. Прямые внешние частные инвестиции США с 11,8 миллиарда долларов в 1950 году подскочили до 137,2 миллиарда долларов в 1976 году³⁰. Такая быстрая и высокая концентрация монополистического капитала и образует экономическую основу США как империалистической сверхдержавы. Американский империализм, используя обретённое им в войне экономическое и военное превосходство, а также свою монополию в области атомного оружия и новейших отраслях военной науки и техники, путём создания мировой валютной системы, основанной на долларе, и различных контролируемых им военных блоков, охватывающих страны Северной, Центральной и Южной Америки, Европы, Азии и Океании, обеспечил себе беспрецедентное положение гегемона в капиталистическом мире и заставил все другие капиталистические страны повиноваться себе. В течение долгого времени США, выступая в роли мирового жандарма, совершили множество кровавых преступлений перед революционными народами (в том числе и американским народом) и угнетёнными нациями мира. Однако бесчинствовавший одно время общий враг народов мира — американский империализм получил тяжёлый удар именно в тех агрессивных войнах против народов Азии, в которых он рассчитывал на лёгкую победу. Героический корейский народ первым разбил миф о непобедимости США. Война народов Вьетнама, Кампучии и Лаоса против американской агрессии, за национальное спасение ввергла американский империализм в военный, политический и экономический кризис и привела его к резкому упадку. В то же время страны Западной Европы, Япония и другие страны, постепенно восстанавливая и развивая свою экономическую мощь, усиливали конкуренцию с США. Американский империализм вынужден был признать, что он больше уже не в силах по-прежнему распоряжаться всем и вся в мире. Однако он всё ещё остаётся самой могучей страной в капиталистическом мире и стремится сохранить свою гегемонию.

Именно в то время, когда США увязали в войне и силы их ослабевали, советский социал-империализм стал их догонять. Ренегатская группировка Хрущёва — Брежнева, присвоив плоды побед, одержанных советским народом в более чем тридцатилетнем социалистическом строительстве, шаг за шагом превратила социалистическую державу в империалистическую. Мирная эволюция Советского Союза из социалистического государства в капиталистическое — давнишнее желание империалистов. Однако в результате этой эволюции, в силу закономерностей неравномерного развития империализма и его борьбы за мировое господство у империалистов появился грозный соперник, с которым они уже не могут совладать. Как всем известно, группировка советских ревизионистов-ренегатов превратила высокоцентрализованную социалистическую экономику в высокоцентрализованную государственно-монополистическую капиталистическую экономику, отличающуюся недостижимой для США степенью концентрации. Советский Союз, используя те 10 лет, когда США увязали в болоте агрессивной войны против Вьетнама, Кампучии и Лаоса, интенсивно развивал свою мощь, сокращая экономический разрыв с США, и в огромной мере умножил свои военные силы, догнав США в области ядерного вооружения и оставив их позади в области вооружения обычного типа. По мере роста своей военной и экономической мощи советский социал-империализм всё более наглеет в своём проникновении и экспансии в различные районы мира, он бряцает оружием повсюду — на суше, на воде и в воздухе и развёртывает ожесточённую глобальную схватку с США, обнажая тем самым невиданные в мировой истории агрессивные устремления.

В. И. Ленин в своё время указал, что империалисты делят мир «„по капиталу“, „по силе“»³¹. Обе сверхдержавы, как Советский Союз, так и США, силясь установить своё владычество над миром, рассчитывают на свою экономическую и военную мощь, в чём они значительно превосходят другие страны. В 1976 году валовой национальный продукт США оценивался в размере 1 690 с лишним миллиардов долларов, а валовой продукт Советского Союза — 930 с лишним миллиардов долларов³², что вместе составляло приблизительно 40 процентов валового продукта всего мира. По продукции промышленности как США, так и СССР превзошли три главные капиталистические страны Европы — Западную Германию, Францию и Англию, вместе взятые. Что касается военной мощи, то никакая из остальных империалистических стран тем более не может идти в сравнение с Советским Союзом и США. Как СССР, так и США имеют в своём распоряжении тысячи единиц стратегического ядерного оружия, запустили сотни спутников военного назначения, имеют более десятка тысяч военных самолётов, сотни основных военных кораблей, а также большое количество других видов обычного вооружения. По ассигнованиям на военные нужды как Советский Союз, так и США далеко превзошли страны Западной Европы, Японию и Канаду, вместе взятые. Военная машина, которой располагают две сверхдержавы в мирное время, достигла невиданных в истории человечества размеров.

Группировка советских ревизионистов-ренегатов, всеми силами стараясь оправдать себя, заявляет, что Советский Союз является великой державой, но отнюдь не империалистической сверхдержавой. Но разве такое заявление можно принимать всерьёз? Разве Советский Союз не занимается таким же империалистическим экономическим грабежом, политическим контролем и военной экспансией, что и США?

США эксплуатируют страны мира главным образом посредством вывоза капитала в виде заграничных инвестиций. По официальным статистическим данным США, в 1976 году лишь прибыль от прямых внешних частных инвестиций США, включая патентные доходы, достигла 22,4 миллиарда долларов, причём норма прибыли превысила 16 процентов³³. Такова кровавая запись, говорящая о том, как американский монополистический капитал сосёт кровь народов мира. По общей сумме прибыли, выкачиваемой из других стран, Советский Союз ещё не достиг уровня Соединённых Штатов, но по способам ограбления он отнюдь им не уступает. В странах третьего мира он извлекает чудовищную прибыль, действуя главным образом под вывеской оказания «экономической» и «военной помощи» и практикуя в отношении стран, получающих эту «помощь», закупку по заниженным и продажу по завышенным ценам. Например, цены, по которым Советский Союз продаёт Индии товары в порядке «помощи», иногда на 20—30 процентов, а то и в 3 раза выше цен на международном рынке, тогда как цены, по которым он покупает товары у Индии, иногда на 20—30 процентов ниже цен на международном рынке³⁴. Данные статистического сборника «Внешняя торговля СССР» показывают, что цены на природный газ, поставляемый Советскому Союзу из стран Азии, примерно наполовину ниже цен на природный газ, поставляемый СССР западным странам. Согласно тем же данным, каменный уголь, чугун и другие товары поставляются Советским Союзом в Египет по ценам, на 80—150 процентов превышающим цены на те же товары, экспортируемые им в Западную Германию³⁵. Как сообщает западная печать, во время октябрьской арабско-израильской войны 1973 года «Россия не только потребовала оплатить наличными проданное ею оружие, но и повысила цены на оружие в самый разгар военных действий»³⁶. После того как требуемая сумма была выплачена несколькими ведущими арабскими странами — экспортёрами нефти в американских долларах, Советский Союз пустил эти деньги в рост на европейском рынке, причём ставка достигала 10 или ещё больше процентов³⁷.

США посредством межнациональных компаний и других орудий агрессии контролируют экономику и политику многих стран. Подобная же деятельность Советского Союза ныне ведётся главным образом в рамках так называемого «социалистического содружества». Под предлогом «международного разделения труда», «координирования планов», «многосторонней интеграции», «структурной интеграции» и т. п. он держит в своих руках жизненные артерии экономики ряда стран и по своему произволу грабит и контролирует эти страны в отношении сырья, рынков, внешнеторговых цен, производственных планов, капиталовложений и даже рабочей силы в капитальном строительстве, причём он всячески старается перевести экономику и «ограниченный» суверенитет этих стран на свои рельсы, то есть осуществить так называемую «международную социалистическую собственность» «содружества»³⁸.

США для извлечения баснословной прибыли и установления контроля над другими странами широко развернули торговлю оружием во всём мире и с 1966 по 1976 год экспортировали оружия общей стоимостью в 34,9 миллиарда долларов. Преследуя ту же цель, что и США, Советский Союз за тот же период продал оружие общей стоимостью в 20,2 миллиарда долларов³⁹. Согласно подсчётам американского Управления по контролированию вооружений и по вопросам разоружения, уже в 1974 году Советский Союз экспортировал оружия на 5,5 миллиарда долларов, что составило 37,5 процента общего количества экспортируемого в то время во всём мире оружия и сделало Советский Союз вторым после США крупнейшим торговцем оружием. Кроме того, Советский Союз с помощью таких приёмов, как прекращение поставки запасных частей и деталей оружия и принуждение к погашению задолженности, всячески стремится взять под контроль страны, покупающие советское оружие.

США в целях устранения преград на своём пути к осуществлению гегемонии свергли посредством подрывной деятельности законные правительства целого ряда стран Латинской Америки, Азии и Африки. Такими же неблаговидными делами занимается и Советский Союз в некоторых странах Африки и Восточной Европы.

США расквартировали на чужих территориях вооружённые силы численностью около 400 тысяч человек. Численность же войск Советского Союза, размещённых в чужих странах, составляет примерно 700 тысяч человек, причём он целиком и полностью поставил под свою длительную (фактически бессрочную) военную оккупацию общепризнанное суверенное государство — Чехословакию.

США путём заключения военных договоров превратили территории многих стран в свои военные базы. Советский Союз завладел доступными для него военными базами или сооружениями в Восточной Европе, МНР и на Кубе, а также в Африке, на побережьях Средиземного моря и Индийского океана, необоснованно претендует на вечную оккупацию северных территорий и территориальных вод Японии и даже пытается прибрать к своим рукам принадлежащий Норвегии архипелаг Шпицберген. В дипломатических кругах Запада иронизируют: «Что моё, то моё, о твоём же можно вести переговоры». А что касается вопроса «не моё ли твоё», то Советский Союз отнюдь не всегда считает необходимым утруждать себя переговорами для его разрешения.

США в своё время создали себе дурную славу тем, что организовали вторжение наёмных войск на Кубу. Советский Союз послал наёмные войска для вооружённой интервенции в Анголу и вторжения в Заир, причём продолжает расширять сферу своей агрессии.

Словом, и Советский Союз и Соединённые Штаты — империалистические сверхдержавы, обе эти страны являются крупнейшими международными эксплуататорами и угнетателями, обе они представляют собой крупнейшие силы агрессии и войны, обе они являются общими врагами народов всего мира. Ленин говорил: «Не может быть социалистическим пролетариат, мирящийся с малейшим насилием „его“ нации над другими нациями»⁴⁰. Судя по поведению Советского Союза в международных делах, он давно уже до последней крошки утратил дух социалистического пролетариата и целиком и полностью стал типичным империалистическим государством и гегемоном. Более того, из двух сверхдержав Советский Союз представляет собой империализм более злостный, более авантюристический и более коварный, является самым опасным очагом мировой войны.

Почему мы так говорим? Не потому ли, что Советский Союз, нарушая договоры, захватил китайскую территорию в пограничных районах на Северо-Востоке и Северо-Западе и угрожает безопасности Китая? Нет. Ведь и Соединённые Штаты продолжают оккупировать китайский остров Тайвань, они также угрожают безопасности Китая. Вне всякого сомнения, народ того или иного отдельно взятого района может в зависимости от конкретных условий определить, какая из сверхдержав или империалистических стран представляет для него более непосредственную угрозу. Однако здесь мы говорим не о специфическом вопросе отдельно взятого района, а об общем вопросе, вытекающем из международной обстановки в целом. То, что Советский Союз стал в мировом масштабе более опасной из двух сверхдержав, определено не какими-то случайными, временными и частичными причинами, а всей совокупностью исторических условий, в силу которых Советский Союз превратился в империалистическую сверхдержаву.

Во-первых, советский социал-империализм представляет собой империалистическую державу, появившуюся позднее Соединённых Штатов, и поэтому он отличается ещё большей агрессивностью и авантюризмом. Ленин давно уже говорил, что появившиеся позднее империалистические страны стремятся к переделу мира, но они «пришли ко столу капиталистических яств, когда места были заняты», и поэтому неизбежно становятся «ещё более хищническими, ещё более разбойничьими»⁴¹, «…ибо без насильственного передела колоний новые империалистские страны не могут получить тех привилегий, которыми пользуются более старые (и менее сильные) империалистские державы»⁴². Чтобы стать сегодня мировым гегемоном, советский социал-империализм не может не захватывать у США занятые ими позиции, как в своё время не могли не захватывать позиции Великобритании и других старых империалистических держав Германия Вильгельма Ⅱ и Германия Гитлера, а также Соединённые Штаты Америки после второй мировой войны. Таков закон истории, независящий от воли людей. Поэтому в одной из бесед в феврале 1976 года Председатель Мао Цзэдун указал: «У Соединённых Штатов есть в мире интересы, которые они стремятся отстоять, а Советский Союз рвётся к экспансии, и этого ничем не изменить». Американский империализм несомненно продолжает добиваться владычества над миром, но его фронт настолько растянут, что теперь он вынужден всеми силами охранять свои ранее приобретённые интересы и потому в общем стратегическом плане не может не обороняться. Иначе обстоит дело у советского социал-империализма. Брежнев под флагом «мира» открыто заявляет, что «укрепление экономической и оборонной мощи позволило Советскому Союзу успешно развернуть активное „наступление“ на международной арене»⁴³ и что «нет теперь, наверное, такого уголка на земле, положение дел в котором так или иначе не приходилось бы учитывать при формировании нашей внешней политики»⁴⁴. Фактически это означает, что Советский Союз решил прибегнуть к наступательной стратегии в целях посягательства на суверенитет всех других стран мира, а также в целях ослабления и вытеснения сил США из различных районов мира и установления своей гегемонии во всём мире.

Во-вторых, ввиду относительной недостаточности экономических сил советский социал-империализм в осуществлении своей экспансии не может не опираться главным образом на военную мощь и угрозу войной. Хотя Советский Союз уже значительно перегнал империалистические страны второго разряда в области экономических сил, однако эти силы ещё несоразмерны с силами его могучего конкурента и недостаточны для удовлетворения его нужд в борьбе за мировую гегемонию. Поэтому Советский Союз ведёт бешеную гонку вооружений и подготовку войны в попытках приобрести военное превосходство, чтобы прибрать к своим рукам ресурсы, богатства и рабочую силу других стран и тем самым компенсировать свою экономическую слабость. Это значит, что он идёт путём, проторённым в прошлом царской Россией и фашистскими Германией, Италией и Японией. В настоящее время вооружённые силы Советского Союза по численности в два раза превосходят американские, средств доставки стратегического ядерного оружия у него на 400 с лишним больше⁴⁵ танков, бронированных машин, пушек и других видов обычного оружия тоже намного больше, чем у США. Он располагает «военно-морским флотом наступательного характера». Общий тоннаж военных кораблей Советского Союза почти такой же, как у США. По предположениям Запада, в последние годы военные расходы Советского Союза в среднем увеличиваются ежегодно на 4—5 процентов и составляют примерно 12—15 процентов валового национального продукта (военные расходы США равняются примерно 6 процентам валового национального продукта). Военные расходы СССР за 1976 год исчислялись приблизительно в 127 миллиардов долларов, что почти на 24 процента превысило военные расходы США, составившие 102,7 миллиарда долларов⁴⁶. Всё это свидетельствует о неизбежности применения Советским Союзом не только наступательной стратегии, но и военной силы или угрозы ею как главных средств в борьбе с США за мировую гегемонию.

В-третьих, советская бюрократически-монополистическая группировка превратила высокоцентрализованную социалистическую государственную экономику в государственно-монополистическую капиталистическую экономику, более концентрированную, чем в любой другой империалистической стране, а власть диктатуры пролетариата — во власть диктатуры фашизма. Всё это ещё более облегчило советскому социал-империализму военизацию всего народного хозяйства и милитаризацию всей государственной машины. Брежневская группировка отводит 20 процентов национального дохода на военные расходы и, более того, во всеуслышание заявляет, что она «в любую минуту готова к перестройке экономики на военную программу»⁴⁷. Брежневская группировка не перестаёт усиливать свою государственную машину и всячески стремится крепко привязать к своей военной колеснице советский народ. Орган советской разведки КГБ стал мечом, висящим над советским народом и над многими странами мира. Используя печать и пропаганду, литературу и искусство, просвещение и другие каналы, советские власти всячески отравляют сознание народных масс ядом милитаризма и разжигают великорусский шовинизм. Они систематически превозносят царских военачальников, сановников и авантюристов, имевших «заслуги» в агрессии против других государств, цинично трубят о необходимости продолжить экспансионистские «традиции» старых царей и готовы в любой момент отдать приказ и заставить многомиллионный народ служить им пушечным мясом в новой агрессивной войне.

В-четвёртых, советский социал-империализм, возникший в результате перерождения первого социалистического государства, имеет возможность использовать престиж Ленина и знамя «социализма» для того, чтобы везде и всюду заниматься аферами. Агрессивная и гегемонистская политика американского империализма, имеющая продолжительную историю, уже бесчисленное множество раз наталкивалась на сопротивление, подвергалась разоблачению и осуждению со стороны пролетариата, угнетённых народов и угнетённых наций всего мира, а также со стороны справедливых людей различных стран, в том числе и США. Вся прогрессивная общественность мира уже распознала сущность американского империализма и впредь будет решительно бороться с ним. Советский же социал-империализм — империализм новый, причём в маске «социализма», и сопротивление ему, разоблачение и осуждение его представляет собой борьбу куда более серьёзную. Для того чтобы народы всего мира распознали его истинное обличье, необходимо прилагать величайшие усилия. Хотя подлинная сущность советской политики агрессии и гегемонизма всё более обнажается, а вывеска «социализма», которой прикрывается СССР, с каждым днём становится всё более ободранной, тем не менее нельзя полагать, что он уже совсем утратил способность обманывать. Он осуществляет агрессию, вмешательство, подрывную деятельность и экспансию неизменно под флагом «выполнения интернационального долга», «поддержки движения за национальное освобождение», «борьбы против нового и старого империализма», «защиты интересов мира и демократии» и т. д. и т. п. Для распознания его сущности, как правило, нужно время. В этом отношении у нас в Китае имеется собственный опыт. Нельзя отрицать, что присущая Советскому Союзу обманчивость усугубляет ту особую опасность, которая исходит от него как от империалистической сверхдержавы.

Все эти объективно сложившиеся исторические особенности Советского Союза бесспорно делают его более опасным, чем США, очагом мировой войны.

Агрессивная политика американского империализма и его гегемонизм вовсе не изменились, не ослабли также его эксплуатация и гнёт в отношении американского народа и других народов мира. Поэтому оба гегемона — СССР и США — являются общими врагами всех народов мира. Это не подлежит никакому сомнению. Однако если, зная всё вышеизложенное, мы всё же будем замазывать различия между двумя сверхдержавами, ставить их на одну доску и не указывать на то, что Советский Союз является более опасным поджигателем мировой войны, то усыпим революционную бдительность народов всех стран и подменим главный объект борьбы против гегемонизма. Поэтому ни в коем случае нельзя в угоду Советскому Союзу помогать ему обманывать людей и осуществлять тёмные замыслы, открывая зелёную улицу его военным приготовлениям и агрессивным планам.

Страны и народы третьего мира составляют основную силу в общей мировой борьбе против гегемонизма двух сверхдержав — СССР и США, против империализма и колониализма. В телеграмме от 25 октября 1966 года Председатель Мао Цзэдун указал: «Революционная буря в Азии, Африке и Латинской Америке несомненно нанесёт решающий и сокрушительный удар по всему старому миру». Таковы научное предвидение Председателя Мао Цзэдуна и его высокая оценка роли народов Азии, Африки и Латинской Америки как основной силы в мировой антиимпериалистической революционной борьбе.

На каком основании так говорится? После окончания второй мировой войны революционные народы Азии, Африки, Латинской Америки и других районов, находясь на самой передовой линии борьбы против империализма и колониализма и не прекращая революционную вооружённую борьбу, одержали целый ряд великих побед, изменивших облик послевоенного мира, и в огромной степени воодушевили и поддержали антиимпериалистическую революционную борьбу международного пролетариата и народов мира. Победа китайской революции в 1949 году, победа КНДР в отечественной войне против американской агрессии в 1953 году, созыв Бандунгской азиатско-африканской конференции в 1955 году, победа египетского народа в суэцкой войне в 1956 году, победы национально-демократического движения в ряде латиноамериканских стран, начиная с победы кубинской революционной войны в 1959 году и кончая победой демократической борьбы Чили в начале 70-х годов, победа Алжира в национально-освободительной войне в 1962 году, потрясшая весь мир героическая борьба народов многих стран Азии и Африки за завоевание и отстаивание своей независимости в 60-х годах, восстановление законного места КНР в ООН в 1971 году, победа народов Вьетнама, Кампучии и Лаоса в войне против американской агрессии, за национальное спасение в 1975 году, победа Гвинеи-Бисау и Мозамбика в войне за независимость и дальнейшее развёртывание войн за независимость в других странах в 70-х годах, тяжёлые удары, нанесённые Египтом, Суданом и другими странами Советскому Союзу, пытавшемуся установить там свой контроль и вести подрывную деятельность, победа заирского народа в войне против вторжения советских наёмных войск в 1977 году, упорно продолжающаяся вот уже свыше 20 лет война и борьба арабских стран и народа Палестины против агрессии, непрерывное нарастание сопротивления народов Африки расизму белых и неуклонное развитие вглубь национально-демократического движения народов стран Юго-Восточной Азии на протяжении 30 с лишним лет, достижение независимости за этот же период более чем 80 странами Азии, Африки, Латинской Америки и других регионов — все эти победы в великой борьбе слились в ту могучую движущую силу, которая привела к революционным переменам в послевоенном мире. Колониальная система распалась. Первая сверхдержава — американский империализм — потерпела историческое поражение. Появившаяся вслед за ней другая сверхдержава — советский социал-империализм — идёт по стопам США.

Выступление третьего мира в качестве основной силы в мировой борьбе против империализма, колониализма и гегемонизма создало новую, небывалую в истории человечества обстановку. Как же надо понимать появление этой новой обстановки?

Прежде всего, около 3 миллиардов рабов, составляющих подавляющее большинство населения земного шара, освободились или освобождаются от оков колониализма. Это говорит о коренном, исторически важном изменении в соотношении классовых сил в мире.

С появлением национального угнетения возникло и сопротивление угнетённых наций. Однако в прошлом, на протяжении долгого времени, их сопротивление в подавляющем большинстве случаев было изолированным и разрозненным. Со времени же Октябрьской революции стали происходить огромные изменения. Во многих странах были созданы коммунистические партии, развернулась широкая антиимпериалистическая революционная борьба, которой руководил пролетариат и в которой основной силой являлся союз рабочих и крестьян. В этой борьбе были одержаны великие победы, накоплен ценный опыт. Но, говоря в общем, она ещё не вылилась тогда в единое мировое движение. Вторая мировая война намного ускорила ход революционизирования истории. Сегодня население третьего мира, состоящего из угнетённых наций, угнетённых стран и социалистических стран, также превышает 70 процентов населения мира, но положение уже совсем не то, которое видел Ленин в 1920 году. Эти нации и страны влились в поток мировой революционной борьбы как антиимпериалистическая армия мирового масштаба, что позволило как по размаху и глубине борьбы, так и по достигнутым успехам и накопленному опыту далеко превзойти прежний уровень. Многие страны третьего мира создали свои собственные вооружённые силы и в той или иной степени избавились от влияния колониализма. Китай с одной пятой мирового населения превратился из полуколониальной и полуфеодальной страны в великую социалистическую страну. Он и другие социалистические страны, ведущие решительную борьбу против империализма и гегемонизма, твёрдо стоят в рядах третьего мира как его непоколебимая сила.

Далее, страны и народы третьего мира подвергались в прошлом самому тяжёлому угнетению, они оказывали и оказывают самое решительное сопротивление. Ленин говорил, что «колонии завоёваны огнём и мечом»⁴⁸. Народы колоний могут завоевать себе полное освобождение тоже не иначе, как огнём и мечом. Без ограбления колоний, полуколоний, угнетённых наций и угнетённых стран мировой империализм не может развиваться, не может существовать. Освободительная борьба народов колоний уже расшатала и в конечном счёте разрушит ту основу, на которой зиждется империализм. Поэтому империализм непременно будет делать отчаянные потуги.

В первое время после второй мировой войны среди стран третьего мира большинство ещё не завоевало независимости, а некоторые находились на полунезависимом положении. Тогда они боролись за государственную независимость и национальное освобождение, и главной формой их борьбы была революционная вооружённая борьба. Их роль как главной силы в борьбе против империализма в послевоенный период общепризнана. Ныне народы в некоторых районах третьего мира продолжают вооружённую борьбу за независимость и освобождение и по-прежнему стоят на самой передовой линии всемирной борьбы против империализма и колониализма. Решительная поддержка их борьбы является общим священным долгом международного пролетариата и революционных народов всего мира.

В настоящее время возникает новый вопрос: останутся ли страны Азии, Африки и Латинской Америки, которые уже добились независимости, главной силой в борьбе против империализма и впредь на довольно длительный исторический период? Наш ответ утвердительный. Надо иметь в виду, что хотя эти страны и провозгласили свою независимость, перед ними всё ещё стоит серьёзная задача — добиться полной политической и экономической независимости. Ибо империалисты, которые в большинстве своём вынуждены были под напором бурного национально-освободительного движения «уйти» из своих бывших колоний и заявили о своём признании их новыми независимыми государствами, при всяком удобном случае стараются с помощью новых форм и приёмов сохранить там свои силы, либо же на их место приходят новые империалисты, гегемонисты. В экономическом плане империализм, в частности сверхдержавы, не только безудержно занимается сегодня проникновением в страны третьего мира, но и, используя своё монопольное положение на международном рынке, контролирует продукцию монокультурного или одноотраслевого хозяйства целого ряда развивающихся стран, занижает цены на первичную продукцию, повышает цены на промышленную продукцию и тем самым жестоко эксплуатирует третий мир. В политическом плане они всевозможными средствами осуществляют контроль, подрыв и вмешательство в отношении новых независимых стран, нагло попирая их независимость, ущемляя их суверенитет, всячески стараясь насадить там своих покорных марионеток. В военном плане в целях подчинения себе стран третьего мира, в целях захвата в свои руки стратегических ресурсов, стратегически важных районов и стратегических проходов они всеми средствами подчиняют эти страны своему контролю в смысле оснащения, обучения и командования их вооружёнными силами, открыто угрожают им военной силой, осуществляют вооружённое вторжение и даже развязывают агрессивные войны. Странам третьего мира и их народам, чтобы быть независимыми, существовать и развиваться, необходимо развернуть против агрессивной и экспансионистской деятельности империализма и в особенности сверхдержав продолжительную и ожесточённую борьбу, борьбу не на жизнь, а на смерть. Следовательно, новые национально-освободительные войны неизбежно будут вспыхивать и впредь. Все эти неминуемые противоречия и борьба и определили долговременность роли третьего мира как основной силы в борьбе против империализма и гегемонизма.

В-третьих, страны и народы третьего мира в ходе борьбы значительно повысили свою сознательность и укрепили свою сплочённость. За 30 с лишним послевоенных лет в ходе длительной и тяжёлой борьбы с империализмом многие страны Азии, Африки, Латинской Америки и других регионов постепенно поняли ту великую истину, что слабая страна может победить сильную, а малая — большую. Это явилось для всего третьего мира великим духовным раскрепощением и политическим скачком. Председатель Мао Цзэдун в своём известном заявлении от 20 мая 1970 года указал: «Бесчисленные факты доказывают, что тот, на чьей стороне справедливость, пользуется широкой поддержкой, а тот, кто совершает несправедливость, лишает себя поддержки. Слабая страна может победить сильную страну, и малая страна может победить большую страну. Народ малой страны, безусловно, может разгромить агрессию большой страны, если он смело поднимается на борьбу, смело берётся за оружие, берёт в свои руки судьбу своей страны. Таков закон истории». Эти слова Председателя Мао Цзэдуна, являющиеся научным обобщением главного опыта, приобретённого угнетёнными нациями за несколько десятков лет борьбы против империализма, в огромной мере воодушевляют все народы третьего мира. С точки зрения коренной тенденции мировой истории, сегодня уже не страны и народы третьего мира боятся империализма и гегемонизма, а империализм и гегемонизм боятся стран и народов третьего мира.

До второй мировой войны антиимпериалистическая борьба угнетённых наций зачастую не получала продолжительной и действенной поддержки мирового масштаба. Сегодня обстановка не та. Взаимная поддержка стран третьего мира, включая социалистические страны, взаимная поддержка разных антиагрессивных сил, включая международный пролетариат, даёт странам и народам третьего мира возможность ещё эффективнее выявлять свою роль как основной силы в борьбе против империализма и гегемонизма. Уже добившиеся независимости страны третьего мира, используя свою государственную власть, стали располагать новыми средствами борьбы, расширили её арену и получили возможность постепенно усилить сотрудничество и предпринять совместные действия в общей борьбе. Страны третьего мира превратили многие важные международные форумы в суровые судилища, где выдвигают обвинения против империалистических сверхдержав. Они создали многочисленные региональные или специализированные международные организации, чтобы объединёнными усилиями вести борьбу в защиту общих прав и интересов. Движение неприсоединения, охватившее большое количество стран, стало с точки зрения координации интересов разных стран и совместной борьбы против гегемонизма важной мировой силой, заслуживающей серьёзного внимания. Непрерывное укрепление боевой сплочённости стран третьего мира обеспечивает их борьбе против гегемонизма ещё больший размах, более высокий уровень и ещё большую эффективность. Например, борьба против морского гегемонизма сверхдержав, развернувшаяся по инициативе латиноамериканских стран, борьба арабских и других нефтеэкспортирующих стран третьего мира в защиту своих прав и интересов, касающихся нефти, и борьба других стран — производительниц сырья нанесли империализму и гегемонизму неожиданное для них серьёзное поражение. То, что всегда подвергавшиеся презрению страны Азии, Африки и Латинской Америки с такой дерзновенностью взяли собственную судьбу в свои руки и вернули себе свои права, было немыслимо до второй мировой войны.

В-четвертых, свыше 120 стран третьего мира занимают чрезвычайно обширные пространства в Азии, Африке, Латинской Америке и Океании, а империалистические страны, говоря в целом, располагают здесь ограниченными силами репрессии, причём их интересы постоянно сталкиваются. Это является благоприятным условием для продолжительного развития и роста антиимпериалистических революционных сил третьего мира. Европа, как центр тяжести борьбы двух гегемонов, СССР и США, оттянула и сковала их основные силы. Они не в состоянии установить строжайший контроль над многими странами третьего мира и зачастую, ухватившись за одно, теряют другое. Страны и народы третьего мира, повысившие свою сознательность и усилившие сплочённость в ходе длительной борьбы в послевоенный период, уже начали сознательно использовать эту слабую сторону врага, использовать противоречия между обоими гегемонами и странами второго мира, а также противоречия между самими двумя гегемонами и, опираясь на свои преимущества и преодолевая всякие преграды, непрерывно продвигают вперёд революционное движение против империализма и гегемонизма.

Рабочее движение стран первого и второго миров и антиимпериалистическая борьба третьего мира поддерживают друг друга. Рабочий класс и революционные массы развитых капиталистических стран в ходе своей героической борьбы не раз одерживали блестящие победы, нанося серьёзный удар империализму и социал-империализму и оказывая мощную поддержку борьбе народов мира против империализма и гегемонизма. В дальнейшем, по мере развития обстановки, рабочий класс этих стран, отражая наступление монополистического капитала, завоёвывая себе и другим слоям народа экономические и политические права, выступая против агрессивной политики господствующего класса и оказывая поддержку третьему миру в его борьбе против империализма и гегемонизма, добьётся нового подъёма революционного движения и будет продолжать умножать свои силы. Однако из-за предательства правящей группировки Советского Союза, широкого распространения ревизионистского идейного течения и раскола в рядах рабочего класса революционное рабочее движение в развитых капиталистических странах, вообще говоря, пока не может не переживать период переформирования рядов и собирания сил, в этих странах пока ещё отсутствует революционная ситуация для непосредственного захвата власти. При этих обстоятельствах чем активнее страны и народы третьего мира будут играть роль основной силы в борьбе против империализма и гегемонизма, тем большее значение будут приобретать их поддержка и содействие рабочему движению в развитых странах.

Означает ли признание третьего мира основной силой в борьбе против империализма и гегемонизма умаление ответственности и роли международного пролетариата в этой борьбе? Борьба против двух гегемонов — СССР и США, как важная составная часть мирового пролетарского, социалистического движения, отличается исключительной трудностью и сложностью. Пролетариат всех стран должен усердно изучать и пропагандировать марксизм-ленинизм, играть авангардную роль и служить примером в этой борьбе, выполнять свой интернациональный долг, всемерно поддерживать и помогать народам разных стран в борьбе против империализма и гегемонизма, с тем чтобы обеспечить развитие этой борьбы по правильному пути и её окончательную победу. Поэтому то, что третий мир выступает как основная сила в борьбе против империализма и гегемонизма, нисколько не умаляет ответственности и роли международного пролетариата в этой борьбе. При создании Лениным Рабоче-крестьянской Красной армии бедное крестьянство было её основной силой, но разве это умаляло ответственность русского пролетариата по отношению к Красной армии? Когда Сталин указывал, что основу и суть национального вопроса составляет вопрос крестьянский и что «крестьянство представляет основную армию национального движения»⁴⁹, разве он предавал забвению место пролетариата в этом движении? Равным образом, когда Председатель Мао Цзэдун отмечал, что широкие массы китайских крестьян-бедняков — «естественный и самый надёжный союзник пролетариата, основная сила армии китайской революции»⁵⁰, разве он в то же время не подчёркивал роль пролетариата Китая в деле революции в целом? Если в нынешних исторических условиях, ссылаясь на руководящее положение международного пролетариата, пытаться организовать некий командный центр, который бы отдавал приказы и распоряжался в антиимпериалистической революционной борьбе народов разных стран или даже подчинял эту борьбу корыстным интересам той или иной страны, то этим, как не раз уже показывала практика, можно лишь повредить, подорвать борьбу народов мира и нанести ущерб интересам международного пролетариата. А когда социал-империализм называет организацию им вооружённой интервенции и вторжения наёмных войск в другие страны «выполнением долга пролетарского интернационализма», то это ещё более наглое мошенничество и обман, которые кончатся не иначе, как позорным провалом.

Равносильно ли признание третьего мира основной силой в борьбе против империализма и гегемонизма отрицанию каких бы то ни было различий между странами третьего мира в их социально-политическом положении и поведении в международной борьбе? В силу различий в социальном и политическом строе и уровне экономического развития стран третьего мира, а также в силу непрерывных изменений в их политической обстановке зачастую наблюдаются те или иные различия в отношении властей этих стран к империализму и сверхдержавам, а также к своему народу. В силу исторических причин, особенно из-за того, что империализм и социал-империализм сеют семена раздора, между некоторыми странами третьего мира имеются те или иные споры, а иногда даже происходят вооружённые столкновения. Но, говоря в целом, эти страны в большинстве своём стремятся к борьбе против империализма и гегемонизма. Разумеется, внутри стран третьего мира существует борьба между различными политическими силами. Среди этих сил имеются и революционеры, решительно стоящие за доведение до конца национально-демократической революции, и различные прогрессивные и промежуточные элементы, а также небольшое число реакционеров и даже отдельные агенты империализма или социал-империализма. Такое явление неизбежно, пока существуют классы, существуют пролетариат, крестьянство и мелкая буржуазия, существуют разного рода буржуазия, помещичий класс и другие эксплуататорские классы. Однако сложное переплетение всех этих обстоятельств отнюдь не изменяет тот существенный факт, что третий мир является основной силой в борьбе против империализма и гегемонизма. При рассмотрении вопросов мы должны прежде всего видеть их сущность и главную сторону, видеть фактические результаты в общем балансе борьбы. И какое бы различие ни имелось в политической обстановке стран третьего мира, оно не может изменить основное противоречие между империализмом и гегемонизмом, с одной стороны, и странами и народами третьего мира, с другой, не может изменить неудержимое историческое течение, выражающееся в стремлении стран к независимости, наций к освобождению, народов к революции. Объективные результаты и общая тенденция деятельности угнетённых наций Азии, Африки и Латинской Америки в международной политической борьбе за последние 30 с лишним лет свидетельствуют о том, что эти нации, если подходить к делу с точки зрения сущности и главной стороны, являются революционными, прогрессивными, и их роль как основной силы во всемирной борьбе против империализма и гегемонизма неоспорима.

Социалистический Китай является составной частью третьего мира. Председатель Мао Цзэдун отметил: «Китай принадлежит к третьему миру. Ибо в политической, экономической и других областях Китай не может сравниться с богатыми и могучими странами, он может стоять только в одном ряду с бедными странами»⁵¹. Китай, который в прошлом долгое время подвергался империалистическому гнёту, имеет длительную историю борьбы против империализма; сегодня Китай, хотя в нём и установлен социалистический строй, всё ещё является, как и другие страны третьего мира, развивающейся страной и перед ним стоит задача длительной и решительной борьбы с империалистическими сверхдержавами. Общность пережитого, общность борьбы и общность интересов на протяжении длительного времени в прошлом, настоящем и будущем и обуславливают принадлежность Китая к третьему миру.

Заявление Китая о своей принадлежности к третьему миру свидетельствует именно о том, что Китай решительно идёт по социалистическому пути и твёрдо отстаивает принципы ленинизма. Разве, причисляя Россию вместе с колониями и угнетёнными нациями к одной группе стран, Ленин забыл, что тогдашняя Россия была уже социалистической страной? Разве можно утверждать, что, поступая так, Ленин пошатнул социалистическую направленность развития России? Как раз наоборот, ленинская позиция целиком и полностью отвечает интересам дела международного пролетариата и действительно отстаивает социалистическую направленность развития России. То, что Китай и другие социалистические страны стоят сегодня в одном ряду с остальными странами третьего мира, оказывают взаимную поддержку и помощь в ходе борьбы против империализма и гегемонизма и вместе идут вперёд, и есть верное наследование и развитие великих идей Ленина.

Председатель Мао Цзэдун вновь и вновь напоминал нам: «Мы, китайцы, в области международных сношений должны решительно, окончательно, начисто и полностью покончить с великодержавным шовинизмом»⁵², «ко всем без исключения малым странам относиться как к равным и не задирать нос»⁵³, «не претендовать на гегемонию»⁵⁴. Таково категорическое требование, диктуемое социалистическим строем Китая, таково и категорическое требование, диктуемое пролетарской революционной линией Председателя Мао Цзэдуна. Ныне Китай, являясь развивающейся страной, принадлежит к третьему миру и стоит вместе с угнетёнными нациями, и в будущем, когда Китай будет иметь развитую экономику и станет могучим социалистическим государством, он по-прежнему будет принадлежать к третьему миру и стоять вместе с угнетёнными нациями. Выступая 10 апреля 1974 года на специальной сессии Генеральной Ассамблеи ООН, товарищ Дэн Сяопин от имени Правительства КНР и китайского народа торжественно заявил: «Если настанет день, когда Китай переменит свой цвет, превратится в сверхдержаву и тоже будет вести себя во всём мире как неограниченный властелин, везде и всюду третировать других, совершать агрессию против других и эксплуатировать других, то народы всего мира должны будут назвать его социал-империализмом, должны будут его разоблачить, бороться против него и вместе с китайским народом свергнуть его». Спрашивается, разве сегодня в мире найдутся другие державы, которые посмели бы выступить с таким же честным и прямым заявлением?

Однако группировка советских ревизионистов-ренегатов вопреки всему обвиняет Китай в том, что он-де «претендует на гегемонию» в третьем мире. Эта бесстыдная ложь и клевета просто смехотворна. Разве можно найти в длительном общении Китая с другими странами третьего мира и в ходе оказания Китаем посильной помощи этим странам хоть какой-нибудь факт, который свидетельствовал бы о претензии Китая на гегемонию? Разве Китай посылал хоть одного солдата для захвата чужой территории? Разве он добивался какой-либо военной базы в какой бы то ни было стране? Разве он вымогал у какой-нибудь страны хоть грош? Разве при оказании помощи какому-либо государству он хоть когда-нибудь требовал делать для Китая то-то и так-то? Председатель Мао Цзэдун неизменно считал, что народы всего мира всегда поддерживают друг друга своей справедливой борьбой⁵⁵. В мире не бывает, чтобы один лишь оказывал помощь, а другой лишь получал её. В области общения с другими странами третьего мира Китай выдвинул и строго соблюдает известные пять принципов мирного сосуществования и восемь принципов оказания зарубежным странам экономической помощи, и это очевидный факт. Гнусные попытки группировки советских ревизионистов-ренегатов подорвать дружественные связи китайского народа с другими народами третьего мира только лишний раз раскрывают её реакционное обличье. Вот уж действительно, в глазах гегемонистов не было и нет в мире никого, кроме гегемонов и им подчиняющихся. Как жалки и ничтожны эти недостойные наследники Ленина! Их пониманию недоступен тот простой факт, что великую, скреплённую кровью в совместной борьбе и потом в общем труде сплочённость между китайским народом и другими народами третьего мира никаким изменникам не подорвать.

В последние годы, останавливаясь на мировой политической обстановке, Председатель Мао Цзэдун всегда рассматривал страны второго мира как силу, с которой можно объединиться в борьбе против двух гегемонов — СССР и США. Председатель Мао Цзэдун отмечал: «Нужно привлечь на нашу сторону такие страны, как Англия, Франция, Западная Германия и др.»⁵⁶.

Почему же страны второго мира представляют собой силу, с которой можно объединиться в борьбе против гегемонизма? Потому, что за последние 30 лет положение, которое эти страны занимают в международных политических и экономических отношениях, сильно изменилось.

Ведя в течение 20—30 лет борьбу против американского контроля и используя серьёзные поражения агрессивной политики США в мировом масштабе, страны Западной Европы покончили с вынужденным подчинением распоряжениям США в начальный период после второй мировой войны. Нечто аналогичное произошло и с Японией. Создание западноевропейского Общего рынка, проведение де Голлем во Франции самостоятельной политики, пассивное и критическое отношение стран Западной Европы к агрессивной войне США против Вьетнама, Кампучии и Лаоса, развал основанной на долларе валютной системы капиталистического мира, всё большее обострение торговой и валютной войны между Западной Европой и Японией, с одной стороны, и США, с другой,— все эти факты служат доказательством тому, что прежний империалистический лагерь во главе с США раскололся. Правда, монополистический капитал Западной Европы, Японии и других стран ещё тысячами нитей связан с США, и, кроме того, перед лицом угрозы со стороны советского социал-империализма эти страны не могут не полагаться на «защитный зонт» США. Но если США будут продолжать проводить политику контроля, то эти страны не прекратят свою борьбу против такой политики, за равноправное партнёрство.

Однако сегодня самая большая опасность для Западной Европы явно исходит от советского социал-империализма, поскольку Европа является стратегическим центром тяжести борьбы Советского Союза за мировую гегемонию. Советский Союз расположил огромные военные силы в восточной части Европы и на водных пространствах к югу и северу от Европы, собираясь взять Западную Европу в кольцо окружения; он прилагает интенсивные усилия к захвату важных стратегических пунктов по линии, идущей от Красного моря и Индийского океана, через мыс Доброй Надежды вплоть до восточного берега южного Атлантического океана, чтобы охватить Европу с фланга и создать серьёзную угрозу жизненно важной для Западной Европы магистрали. Всё это серьёзно угрожает безопасности стран Западной Европы, и поэтому они не могут не укреплять свою собственную оборону и координировать взаимные отношения, сохранять и усиливать объединение в экономическом, политическом и оборонном отношениях. Перед Японией на Дальнем Востоке стоит не меньшая угроза. Огромные военные силы Советского Союза на Дальнем Востоке нацелены, конечно, против Китая, но в ещё большей степени против США и Японии. Советский Союз насильственно оккупировал северные территории и территориальные воды Японии, создаёт всё большую угрозу для Японии и усиливает своё проникновение в неё, что вызывает глубокое возмущение и сопротивление всех патриотических сил Японии. Равным образом, Австралия, Новая Зеландия и Канада тоже повысили свою бдительность против экспансии и проникновения Советского Союза.

Во взаимоотношениях между Западной Европой, Японией и другими странами, с одной стороны, и третьим миром, с другой, в последние годы тоже произошли некоторые новые перемены. Англия, Франция, Западная Германия, Япония и другие страны хотя по-прежнему и прибегают к политическим и экономическим средствам, чтобы продолжать контролировать и эксплуатировать многие страны третьего мира в новых условиях и новых формах, но, говоря в целом, уже не могут быть главной силой, контролирующей и угнетающей третий мир. При некоторых обстоятельствах они, исходя из собственных интересов, бывают вынуждены пойти на кое-какие уступки странам третьего мира и оказывают известную поддержку или занимают нейтральную позицию по отношению к борьбе стран третьего мира против гегемонизма. Например, после нефтяной борьбы 1973 года страны западноевропейского Общего рынка выступили за диалог, а не за конфронтацию со странами — производительницами нефти и выдвинули некоторые разумные соображения относительно разрешения средневосточного вопроса. В нынешнем году, когда Заир вёл борьбу против спровоцированного Советским Союзом вооружённого вторжения, Франция оказала Заиру некоторую поддержку в смысле материально-технического обеспечения.

Борьба восточноевропейских стран против контроля со стороны Советского Союза никогда не прекращалась. В Чехословакии, после её оккупации, сопротивление народа продолжает развиваться. В Польше в 1976 году сначала развернулось широкое народное движение протеста против включения в новую конституцию статьи о союзе Польши с Советским Союзом, а затем последовали волны рабочих забастовок и демонстраций, проходивших и под такими лозунгами, как «Хотим свободы!», «Не хотим русских!». Определённое развитие получила также тенденция правительств ряда восточноевропейских стран к избавлению от советского контроля. В печати этих стран содержатся открытые жалобы с заявлениями о «некотором частичном нарушении отдельных принципов… взаимной выгоды»⁵⁷ и указывается, что отношения стран Восточной Европы с Советским Союзом «не могут зиждиться на основе постоянного принесения жертв одной социалистической страной в пользу другой»⁵⁸ и что «стремление „координировать всё“ на практике приводит лишь к тому, что „ничего не координируется“»⁵⁹, а также содержатся требования «учитывать специфические интересы стран — участниц СЭВ»⁶⁰ и отстаивать «независимую национальную экономику»⁶¹. Вследствие усиления Советским Союзом борьбы за мировую гегемонию Восточная Европа стала передней позицией, с которой Советский Союз готовится ринуться в войну против Западной Европы и США. Контроль и вмешательство, осуществляемые Советским Союзом в отношении стран Восточной Европы посредством организации Варшавского договора, становятся изо дня в день всё нестерпимее. Это вызывает всё большую тревогу восточноевропейских народов и активизирует их борьбу в защиту своей независимости, безопасности и равноправия.

Правда, необходимо указать, что эксплуатация и контроль некоторых стран второго мира в отношении многих стран третьего мира настолько укоренились, что эти страны второго мира легко от них не откажутся. Третьему миру по-прежнему предстоит ещё длительная и суровая борьба за установление равноправных и взаимовыгодных отношений со вторым миром. Однако, как сказано выше, второй мир подвергается вмешательству, контролю и третированию двумя гегемонами — Советским Союзом и Соединёнными Штатами, а также угрозе войны с их стороны, в особенности со стороны Советского Союза, и это ещё более суровая действительность, серьёзность которой усугубляется с каждым днём. Председатель Мао Цзэдун, освещая политику Коммунистической партии Китая в отношении империализма в период войны Сопротивления японским захватчикам, говорил: «Хотя Коммунистическая партия борется против всех империалистов, однако нужно проводить различие между японскими империалистами, предпринявшими агрессию против Китая, и империалистами других стран, в настоящее время не осуществляющими агрессии; нужно также проводить различие между германскими и итальянскими империалистами, заключившими союз с Японией и признавшими „Маньчжоуго“, и английскими и американскими империалистами, противостоящими Японии; нужно также проводить различие между Англией и Америкой того периода, когда они осуществляли политику дальневосточного Мюнхена и вредили делу борьбы Китая против японских захватчиков, и Англией и Америкой настоящего времени, когда они отказались от этой политики и заняли позицию поддержки этой борьбы Китая»⁶². Точно так же, проводить различие между нынешними главными врагами, то есть двумя гегемонами — СССР и США, с одной стороны, и странами второго мира, с другой,— тоже важная проблема, на которую странам и народам третьего мира следует обратить серьёзное внимание в ходе своей борьбы. Объединиться при определённых условиях со вторым миром в совместной борьбе против двух гегемонов — СССР и США — не только необходимо, но и возможно.

В связи с тем, что Советский Союз превратил Европу в стратегический центр тяжести своей борьбы, страны как Восточной, так и Западной Европы первыми окажутся под ударом. Следовательно, перед этими странами стоит серьёзная проблема защиты своей национальной независимости.

Правильно ли в принципе выдвигать сегодня лозунг защиты национальной независимости в развитых странах второго мира, в особенности Европы?

В различные периоды новой истории Европы классики марксизма-ленинизма доказывали, что и для развитых европейских стран война в защиту национальной независимости в определённых условиях не только допустима, но и необходима и революционна даже тогда, когда шла борьба против лозунга «защиты отечества», которым оппортунисты прикрывали свою измену пролетарскому интернационализму.

В 1891 году, когда Германии непосредственно грозила агрессия со стороны России, Энгельс писал: «Русский царизм — враг всех западных народов, даже буржуазии этих народов»⁶³. «В случае усиления угрозы войны мы можем заявить правительству, что готовы были бы поддержать его против внешнего врага,— если нам дадут такую возможность, достойно обращаясь с нами,— при условии, что правительство будет вести беспощадную войну всеми, в том числе и революционными, средствами… Речь будет идти о национальном существовании, а для нас также о сохранении тех позиций и тех шансов на будущее, которые мы себе завоевали»⁶⁴.

В 1916 году, выступая против поддержки оппортунистами Ⅱ Интернационала любой из воюющих сторон в империалистической войне, Ленин подчеркнул полную правильность вышеуказанного положения Энгельса⁶⁵, указал на возможность возникновения в тогдашней Европе национальных войн против империализма и отметил, что «даже в Европе нельзя считать национальные войны в эпоху империализма невозможными… эта „эпоха“ нисколько не исключает национальных войн, напр., со стороны маленьких (допустим, аннектированных или национально-угнетённых) государств против империалистских держав, как не исключает она и национальных движений в большом масштабе на востоке Европы». «Национальные войны против империалистских держав не только возможны и вероятны, они неизбежны и прогрессивны, революционны…»⁶⁶. Ленин также указал: «Для империализма характерно как раз стремление к аннектированию не только аграрных областей, а даже самых промышленных»⁶⁷. Ленин кроме того говорил: «Если во время войны речь идёт о защите демократии или о борьбе против ига, угнетающего нацию, я нисколько не против такой войны и не боюсь слов „защита отечества“, когда они относятся к этого рода войне или восстанию»⁶⁸.

Эти высказывания учителей революции показывают, что когда та или иная страна, будь она развитая или неразвитая, становится объектом аннексии и оккупации империалистической державой, то её национальная война против этой аннексии и оккупации является справедливой, и международный пролетариат должен её одобрять и поддерживать.

В 30-х годах ⅩⅩ века, когда всё более свирепствовали силы мирового фашизма и угроза агрессивной войны стремительно нарастала, но война ещё не началась, Коминтерн призывал рабочий класс всех стран к созданию широкого единого фронта против фашизма и войны. Когда же агрессивная война разразилась, рабочий класс разных стран активно включился в антифашистскую войну во имя зашиты национальной независимости и, мужественно борясь, внёс свой вклад в дело завоевания победы в этой войне.

Сегодня страны Европы находятся под серьёзной угрозой аннексии и оккупации со стороны советского социал-империализма. Председатель Мао Цзэдун не раз говорил политическим деятелям западноевропейских стран: «Алчность у Советского Союза велика. Он хочет прибрать к своим рукам всю Европу, Азию и Африку»⁶⁹. Если бы страны Западной Европы оказались под железной пятой новых, советских царей, то они превратились бы в их вассалов, граждане этих стран — во второразрядных граждан и подверглись бы двойному гнёту — гнёту чужеземных завоевателей и национальных предателей. Энгельс в своё время отметил, что если Германия, где рабочее движение сравнительно развито, будет побеждена царской Россией, «тогда социалистическое движение в Европе замрёт на 20 лет»⁷⁰. Как отрезвляюще действует это серьёзное предупреждение Энгельса и в наше время! С какой неумолимостью заставляют нас и сегодня извлекать аналогичные уроки слова Энгельса и Ленина о национальной войне, сказанные десятки лет тому назад! Ныне перед многими европейскими странами снова стоит вопрос о защите национальной независимости, а перед рабочим классом Европы — вопрос о сохранении тех позиций и тех шансов на будущее, которые он себе завоевал. Сегодня в Европе национальные войны против крупномасштабной агрессии, порабощения и истребления со стороны сверхдержав являются по-прежнему не только возможными и вероятными, но и неизбежными, прогрессивными и революционными. Следовательно, пролетариат стран второго мира, сплачивая широкие народные массы на серьёзную борьбу против гнёта и эксплуатации со стороны своей монополистической буржуазии, в защиту демократических прав и за повышение жизненного уровня, должен высоко держать знамя национальной независимости, стоять в первых рядах борьбы против угрозы агрессии со стороны двух сверхдержав, в особенности советского социал-империализма, объединяться при известных условиях со всеми, кто не желает подчиниться произволу и быть порабощённым двумя сверхдержавами, активно руководить этой борьбой или принимать в ней участие. Это будет содействовать и развитию революционной ситуации в этих странах.

Марксизм-ленинизм всегда придавал большое значение завоеванию на свою сторону промежуточных сил в ходе борьбы против врагов. Объединение третьего мира в той или иной степени со странами второго мира является непосредственным ударом по политике агрессии, экспансии и войны двух гегемонов, в особенности советского социал-империализма. Называя антигегемонистические силы второго мира «воинствующими элементами», «антиинтернационалистическими» «националистами», советский социал-империализм хочет замутить воду и скрыть свою подлинную физиономию, физиономию самого опасного поджигателя мировой войны,— разве это не ясно?

Само собой разумеется, когда мы говорим, что второй мир является силой, с которой можно объединиться в борьбе против гегемонизма, это вовсе не означает, что можно замазывать противоречия между странами второго мира и странами третьего мира и классовые противоречия внутри этих стран, вовсе не означает, что можно отменить борьбу угнетённых стран и угнетённых народов против гнёта и эксплуатации. Мир может идти вперёд только в борьбе, лишь в борьбе осуществляется и объединение. Если добиваться сплочения путём борьбы — оно будет существовать; если добиваться его ценой уступок — оно погибнет. Такое объединение и сплочённость могут постепенно осуществляться и укрепляться лишь в борьбе против национального предательства, умиротворенчества и неоколониализма, против наступления реакционных сил на силы прогрессивные.

Перед лицом усугубляющейся угрозы войны со стороны сверхдержав странам второго мира необходимо укреплять объединение между собой, укреплять объединение с третьим миром, укреплять объединение с возможными союзниками, чтобы продвигаться вперёд в борьбе против общих врагов. Объединение на борьбу — это единственно правильный путь для защиты своей национальной независимости и существования, хотя этот путь, возможно, усеян не розами, а терниями.

Нынешнее сопротивление народов всего мира гегемонизму двух сверхдержав — СССР и США — и их сопротивление проводимой этими сверхдержавами политике войны представляют собой две стороны одной и той же борьбы. Гегемонизм является как средством подготовки двумя сверхдержавами войны, так и целью войны, которую они собираются развязать. Создавшаяся вследствие схватки СССР и США за гегемонию опасность войны всё серьёзнее угрожает народам всего мира. Как же мы должны подходить к этому вопросу?

Китайский народ и все другие народы решительно требуют мира и выступают против новой мировой войны. Перед нашим народом стоит грандиозная задача усиленного строительства социализма, осуществления модернизации сельского хозяйства, промышленности, обороны, науки и техники, и поэтому ему насущно необходима долговременная мирная обстановка. Подавляющее большинство стран мира так же, как и мы, против войны. Новая война, несомненно, принесёт человечеству огромные бедствия, она никому не нужна, за исключением ничтожной кучки маньяков войны, которые тщетно пытаются установить своё безраздельное господство над миром. Председатель Мао Цзэдун всегда подчёркивал, что наш подход к мировой войне таков: во-первых, мы выступаем против; во-вторых, не боимся⁷¹. Мы говорим «не боимся» не потому, что нам нравится война, и не потому, что разрушения, вызываемые ею, кажутся нам несерьёзными, а потому, что боязнью делу никак не поможешь, к тому же мы твёрдо уверены в том, что не война уничтожит человечество, а человечество уничтожит войну.

В чём же тогда состоит наша задача?

Прежде всего нам надо сказать народам об опасности войны. Две сверхдержавы ведут бешеную мобилизацию всех своих сил на подготовку войны. Почему они так делают? Ленин уже давно дал ответ: война вытекает из сущности империализма. «„Мировое господство“ есть, говоря кратко, содержание империалистской политики, продолжением которой является империалистская война»⁷². В 1974 году во время беседы с руководителем одной из стран третьего мира Председатель Мао Цзэдун отметил: «В мире существует империализм. На наш взгляд, Россия является социал-империализмом, и этот общественный строй чреват войной. Ни вы, ни мы не хотим мировой войны, её не хочет третий мир, мировой войны не хотят и народы богатых стран, но она не зависит от воли людей»⁷³. Мы не фаталисты, однако мы верим, что развитие истории имеет свои законы. Раз современная война есть порождение империализма, то мировую войну может уничтожить только революция, призванная свергнуть империалистическую систему. Следовательно, если в обеих сверхдержавах произойдёт социальная революция, в результате которой они превратятся в две социалистические страны, то тогда несомненно можно будет уничтожить мировую войну. Эта революция рано или поздно произойдёт, но раз она ещё не произошла, у нас нет никаких оснований ослаблять бдительность в отношении мировой войны.

Ввиду того, что схватка между двумя гегемонами — Советским Союзом и Соединёнными Штатами — становится всё более ожесточённой, и в особенности ввиду того, что в этой схватке советский социал-империализм наступает, конфликт между ними нельзя окончательно разрешить мирным путём. В ходе ожесточённой схватки две сверхдержавы ради определённой цели могут порой достичь кое-какой договорённости. Председатель Мао Цзэдун говорил: «Договорённость, возможно, имеется, но она, на мой взгляд, не столь прочна. Она временна и вместе с тем рассчитана на обман людей. По сути дела, главным всё же остаётся схватка»⁷⁴. А схватка эта неизбежно приведёт к войне. В настоящее время факторы войны явно нарастают. Оба гегемона — СССР и США — тянут старые песни о «разрядке» и «разоружении» и в то же время усиленно готовят войну. Спрашивается, не лучше ли им без лишних слов пойти на полное уничтожение своих громадных вооружений, чем перепевать старые песни? Но нет, они всё ещё вкладывают колоссальные средства в дальнейшую разработку и производство новых видов ядерного оружия и ракет, в развитие химического и биологического, а также других видов более эффективного оружия массового истребления. Их вооружённые силы находятся в состоянии боевой готовности и беспрестанно проводят различные военные манёвры. Каждая из сторон разместила в Центральной Европе сотни тысяч войск. В океанах военно-морской флот каждой стороны не спускает глаз с противника. Непрерывно засылая новых агентов и шпионов на суше, непрерывно направляя новые подводные лодки в глубины морей и океанов и запуская новые спутники военного назначения в космическое пространство, каждая сторона выведывает военные тайны противника и готова в любое время сокрушить его военную мощь. Всё это в полной мере доказывает, что обе сверхдержавы — СССР и США — активно готовятся к всеобщей войне. В нынешних исторических условиях прочный мир невозможен, новая мировая война неизбежна.

Далее, мы должны всемерно усиливать борьбу против гегемонизма, то есть борьбу за отсрочку войны, и в этой борьбе добиваться роста оборонных сил народов.

Оба гегемона — Советский Союз и США — активно готовят новую войну и борются за мировое господство. От этого курса они никогда не откажутся, и никто не должен питать иллюзии на этот счёт. Однако им нелегко добиться своей цели. Они не могут не сталкиваться с серьёзными трудностями и препятствиями. По сравнению с прошлыми войнами современная крупная война тем более не может быть обособленным, чисто военным вопросом, а её подготовка тем более не может не переплетаться теснейшим образом с такими факторами, как внутренняя политика, финансы, экономика, внешние сношения и т. д. Бешеное расширение Советским Союзом и Соединёнными Штатами дорогостоящей военной машины с неизбежностью усугубляет гнёт и эксплуатацию народов обеих этих стран, обостряет противоречия в их экономике, а также их внутренние классовые и национальные противоречия. Совершая агрессию и экспансию везде и всюду и форсируя свою глобальную стратегическую подготовку, они неизбежно попирают суверенитет и интересы других стран и тем самым обостряют свои противоречия с этими странами и их народами. Следовательно, внутренние и внешние кризисы СССР и США не могут не обостряться изо дня в день в процессе подготовки воины. Всё это, несомненно, нарушает их график подготовки к развязыванию войны.

Председатель Мао Цзэдун говорил: «США — бумажный тигр. Не верьте ему, ведь его ткнёшь и продырявишь. Ревизионистский Советский Союз — тоже бумажный тигр»⁷⁵. Политика американского империализма, направленная на установление мирового господства, давно наталкивается на героическое сопротивление народов мира. Ныне США по-прежнему всемерно стараются сохранить приобретённые ими интересы во всех частях света. Они хотят сохранить слишком много, а поэтому их фронт оказался чрезмерно растянутым, иначе говоря, они, как отмечал Председатель Мао Цзэдун, «десятью пальцами прижали десять блох»⁷⁶ и стратегически лишили себя инициативы. Хотя в настоящее время советский социал-империализм наступает, но «в самом его наступлении кроется поражение»⁷⁷. Там, где он долго орудует своими агрессивными лапами, там с него неизбежно срывают маску и поднимаются на борьбу против него. С целью охвата Европы с фланга он в последние годы бросил крупные силы на Средиземное море, Средний Восток, в район Красного моря, на восточные и западные берега Африки и в бассейн Индийского океана. Но во всех этих районах он потерпел позорное поражение. Его ничем не прикрытая политика силы и дипломатия канонерок встречают всё более широкое противодействие народов мира. Советский Союз интенсивно ведёт гонку вооружений и военные приготовления, но его алчность настолько велика, что «ему не хватит сил справиться с Европой, Средним Востоком, Южной Азией, Китаем и странами бассейна Тихого океана»⁷⁸.

Трудности и неудачи двух гегемонов — СССР и США — говорят о том, что в условиях весьма благоприятной международной обстановки отсрочка войны путём усиления борьбы против этих двух гегемонов и срыва каждого шага их военных приготовлений представляет собой не только общее чаяние народов всего мира, но и реальную возможность. Мировой войны не избежать, но её можно отсрочить. В целях предотвращения внезапного нападения поджигателей войны, мы в своей оборонной работе не можем не исходить из возможности возникновения войны в скором времени, причём в крупных масштабах. Но это не значит, что война разразится завтра. Ключ к отсрочке войны не в воспеваемых кое-кем переговорах и соглашениях, а в антигегемонистической борьбе сплочённых воедино народов.

История неоднократно подтверждала, что объединённая борьба народов является главной силой, обрекающей поджигателей войны на поражение. Если народы мира всемерно усилят материальную и организационную подготовку к отражению агрессивной войны, будут зорко следить за агрессивной и экспансионистской деятельностью двух гегемонов — СССР и США — и решительно срывать её, если только они не дадут двум гегемонам посягать на суверенитет своей и других стран, захватывать территории, территориальные воды, стратегические пункты и стратегические проходы своей и других стран, вмешиваться во внутренние дела своей и других стран путём применения силы, угрозы её применения или другими средствами, если только они будут бдительно остерегаться подрывных заговоров двух гегемонов и их попыток под прикрытием «помощи» осуществить свои неблаговидные военные, политические и экономические цели, не позволять им создавать, расширять и делить между собой сферы влияния где бы то ни было или вести борьбу за них,— при этих условиях народы мира несомненно смогут отсрочить мировую войну, которую готовят два гегемона, а в случае её вспышки окажутся более или менее подготовленными и будут находиться в сравнительно выгодном положении. Для этого все страны и народы третьего и второго миров, которым угрожают два гегемона, прежде всего должны проникнуться великим бесстрашием, твёрдо верить в победу над любой мнящей себя непобедимой сверхдержавой, не поддаваться запугиванию и обману, решительно защищать свою независимость, интересы и безопасность, опираться главным образом на свои собственные силы и вместе с тем всемерно усиливать взаимную поддержку на основе равноправия и объединяться со всеми силами, с которыми можно объединиться, с тем чтобы довести до конца борьбу против гегемонизма.

В-третьих, необходимо усилить борьбу против политики умиротворения, ибо эта политика может лишь приблизить войну. Есть на Западе люди, которые проводят умиротворенческую политику в отношении Советского Союза. Некоторые из них перед лицом советской экспансии и угрозы стараются найти «идеальный» вариант компромиссов и уступок и подсовывают «доктрину Сонненфелда» или нечто подобное, мечтая таким образом удовлетворить алчный аппетит агрессора и добиться хоть минутного покоя; некоторые же думают путём предоставления крупных кредитов, расширения торговли, совместного освоения ресурсов, технического обмена и т. д. создать «материальную базу» для установления так называемого мирного сотрудничества во избежание войны; находятся и такие, которые надеются повернуть Советский Союз, это зло, на Восток, чтобы уберечь себя от опасности, принеся в жертву безопасность других стран. Но разве все эти хитроумные планы не являются переизданием тех, которые осуществлялись в истории войн и потерпели полный крах? В своё время Чемберлен, Даладье и К^о состряпали Мюнхенское соглашение, принёсшее в жертву Чехословакию, но разве им удалось этим воспрепятствовать или хоть немного замедлить агрессивное шествие ненасытного Гитлера? Правда, Гитлер направил свои стопы на восток и захватил Польшу, но разве вслед за этим он не повернул на запад и не оккупировал Францию? США, Великобритания, Франция и другие страны подкармливали Германию и Японию помощью, кредитами и продажей военных материалов, но разве им удалось спасти себя всем этим? Конечно, нынешние переговоры по разоружению между США и СССР, переговоры по разоружению в Центральной Европе, Совещание по безопасности и сотрудничеству в Европе и т. п. ведутся гораздо оживлённее по сравнению с тем, что было до второй мировой войны. Но разве по мере интенсификации всей этой деятельности на совещаниях и в сделках угроза войны в Европе ослабевает, а не усугубляется? Разве уменьшилось, а не прибавилось всякого рода оружия, накопленного по обе стороны европейского фронта? Чем слаще песни о разрядке, чем напряжённее деятельность по умиротворению, тем больше опасность войны,— это отнюдь не чьё-то сенсационное заявление, сделанное для устрашения, а истина, подтверждённая историей множество раз. Пора умиротворенцам отрезвиться!

Если война вспыхнет, результатом её будет определённо не то, к чему стремятся поджигатели войны, а совершенно обратное. В настоящее время оба гегемона, как СССР, так и США, намереваются внезапным нападением разом уничтожить военные силы друг друга. Однако этого очень трудно достигнуть, поскольку обе стороны проводят интенсивную подготовку в целях предотвращения такого удара. В дальнейшем ходе войны в различных частях мира непременно возникнет множество перемен, неожиданных и неодолимых для двух гегемонов — СССР и США, а народы разных стран получат широкие возможности организовать войны против агрессии. Эти бурно развёртывающиеся антиагрессивные войны никому не потушить, и народы мира после длительных объединённых усилий окончательно уничтожат поджигателей войны. Председатель Мао Цзэдун указывал: «Если империалисты всё же развяжут третью мировую войну, то её результатом, несомненно, будет переход новых сотен миллионов людей на сторону социализма, сохранение за империализмом лишь небольшой территории и, возможно, даже полный развал всей империалистической системы»⁷⁹. Словом, если кто-либо осмелится развязать мировую войну, то он непременно встретит самое решительное сопротивление и удар со стороны народов мира и своей страны и неминуемо обречёт себя на полный крах.

Председатель Мао Цзэдун в 1968 году указал, что советский ревизионизм и американский империализм «натворили так много гнусных и подлых дел, что революционные народы всего мира не пощадят их. Поднимаются народы различных стран мира. Начался новый исторический период — период борьбы против американского империализма и советского ревизионизма»⁸⁰. Сегодня в мире непрерывно растут силы, выступающие против гегемонизма двух сверхдержав — СССР и США, причём они объединяются в широчайший международный единый фронт борьбы против гегемонизма. На передней линии борьбы этого единого фронта стоят социалистические страны и международный пролетариат. Они решительно разоблачают и выступают против политики агрессии и войны, проводимой двумя гегемонами — СССР и США, а также поддерживают солидарные действия всех стран и народов, подвергающихся агрессии и угрозе со стороны двух сверхдержав. Страны и народы обширного третьего мира ведут непримиримую борьбу со сверхдержавами в защиту своей независимости, суверенитета и безопасности. С каждым днём пробуждаются и народы первого и второго миров, которые ведут в многообразных формах борьбу против двух гегемонов — СССР и США. Нарастает борьба стран второго мира против контроля со стороны двух гегемонов — СССР и США, в особенности против угрозы войны со стороны Советского Союза, всё более усиливается их тенденция к объединению друг с другом и с третьим миром. Всё это говорит о том, что объединение всех сил в мире, выступающих против двух гегемонов — СССР и США, и усиление их борьбы являются главной тенденцией в развитии нынешней международной обстановки. Эта главная тенденция всё убедительнее доказывает правильность теории Председателя Мао Цзэдуна о делении на три мира и демонстрирует мощь этой теории как руководящей идеи международного пролетариата и народов всего мира в деле образования широчайшего международного антигегемонистического единого фронта.

Образование в ходе всемирной революционной борьбы широчайшего единого фронта для нанесения удара по главному врагу есть неизменная революционная политика международного пролетариата. Ленин учил: «Победить более могущественного противника можно только при величайшем напряжении сил и при обязательном, самом тщательном, заботливом, осторожном, умелом использовании как всякой, хотя бы малейшей, „трещины“ между врагами, всякой противоположности интересов между буржуазией разных стран, между разными группами или видами буржуазии внутри отдельных стран,— так и всякой, хотя бы малейшей, возможности получить себе массового союзника, пусть даже временного, шаткого, непрочного, ненадёжного, условного. Кто этого не понял, тот не понял ни грана в марксизме и в научном, современном, социализме вообще»⁸¹. Опыт революции пролетариата и угнетённых наций вновь и вновь доказывает, что правильное применение этой политики позволяет привести в движение огромную, многомиллионную революционную армию, сосредоточить силы для нанесения удара по главному врагу и одержать победу в революции. А когда отходят от этой политики, то гонят на сторону врага силы, которые можно было бы привлечь к себе, умножают его ряды, изолируют самих себя и, в конечном счёте, обрекают революцию на поражение.

Группировка советских ревизионистов-ренегатов злобно проклинает создание международного единого фронта борьбы против двух гегемонов — СССР и США, называя его «созданием военно-политических блоков и союзов с империалистической и всякой иной реакцией»⁸². Такого рода проклятия являются свидетельством с её стороны о правильности этой политики. Группировка советских ревизионистов-ренегатов ужасно боится, как бы народы всего мира не использовали для борьбы против неё единый фронт, являющийся чудодейственным революционным средством. Она тщится лжереволюционной фразеологией завлечь революционные народы в болото сектантства. Коммунистической партии Китая и китайскому народу хорошо известно, что за товар сектантство, отталкивающее союзников. Ещё накануне войны Сопротивления японским захватчикам Председатель Мао Цзэдун подверг этот хлам глубокой критике. Он указал: «Тактика же сектантской замкнутости — это тактика самоизоляции. Сектантство, как говорится, „гонит рыбу в речную глубь, а птиц — в лесную чащу“, оно гонит на сторону врага многомиллионные массы, огромную армию, и это вызывает лишь восторженное одобрение врага»⁸³. Критика, которой Председатель Мао Цзэдун в то время подверг сектантство, встретила горячую поддержку всего китайского народа. Но тут высунулись троцкисты и обрушились с нападками на Коммунистическую партию Китая, клеветнически утверждая, будто её политика единого антияпонского национального фронта есть «требование создать „объединённый фронт“ с бюрократами, политиканами, милитаристами и даже с палачами народа», «отказ от классовой позиции» и т. д. и т. п. Великий мыслитель Лу Синь, бичуя их, метко сказал: «Ваша „теория“ действительно намного превосходит теорию господина Мао Цзэдуна и других, причём не просто намного, разница здесь буквально такая, как между небом и землёй. Хотя превосходство вашей теории весьма восхитительно, но оно, к сожалению, как раз по душе японским захватчикам. А потому ей суждено шлёпнуться с неба на землю, да ещё в самую грязь… Мне хотелось бы лишь почтительно сказать вам, что ваша превосходная теория не будет с одобрением встречена широкими массами Китая, и ваши поступки противоречат ныне принятым китайцами моральным требованиям к человеку»⁸⁴. Сегодня, когда мы вновь читаем эти чеканные строки Ленина, Председателя Мао Цзэдуна и Лу Синя, не напоминают ли они нам острый клинок, разящий советских ревизионистов-ренегатов в самое сердце?

Теорию Председателя Мао Цзэдуна о делении на три мира высоко ценят все силы в мире, выступающие против сверхдержав. Чем это объясняется? Тем, что, во-первых, она вселяет огромную уверенность в международный пролетариат и народы социалистических стран и позволяет им ясно видеть коренные отношения между тремя силами современного мира — между врагами, друзьями и ими самими, а также светлую перспективу, торжество антиимпериалистической и антигегемонистической борьбы и дела коммунизма. Во-вторых, эта теория вселяет огромную уверенность в широкие народные массы и многочисленные страны третьего мира и позволяет им почувствовать свою колоссальную силу и понять, что в своей борьбе они не только пользуются надёжной поддержкой социалистических стран и международного пролетариата, а также солидарностью народов первого и второго миров, но и могут установить некоторое сотрудничество со странами второго мира и использовать противоречия между двумя сверхдержавами. В-третьих, эта теория не только вселяет большую надежду в широкие народные массы стран первого и второго миров, но и указывает выход всем тем политическим силам стран второго мира, которые перед угрозой агрессии со стороны двух сверхдержав стремятся отстоять свой государственный суверенитет и национальное существование. Одним словом, эта теория сильна тем, что она соответствует объективной действительности мировой политики и озаряет путь к прекрасному будущему человечества.

Председатель Мао Цзэдун всегда возлагал безграничные надежды на народы всех стран мира. Он говорил: «Широкие народные массы, широкие массы коммунистов и кадров Советского Союза являются хорошими людьми и хотят революции, господство ревизионизма не будет там долговременным»⁸⁵. Председатель Мао Цзэдун также говорил: «Возлагаю большие надежды на американский народ»⁸⁶. О японском народе Председатель Мао Цзэдун сказал: «У японского народа светлое будущее, хотя путь его борьбы извилист»⁸⁷. Председатель Мао Цзэдун в беседе с деятелями из Африки и Латинской Америки говорил: «Все мы находимся на одном фронте и должны сплачиваться друг с другом, поддерживать друг друга». «Народы всего мира, в том числе и американский народ, являются нашими друзьями»⁸⁸. Вполне очевидно, что под народами всего мира Председатель Мао Цзэдун подразумевал здесь прежде всего международный пролетариат.

Более ста лет назад великие учители мировой пролетарской революции К. Маркс и Ф. Энгельс в «Манифесте Коммунистической партии» отметили, что буржуазия «производит прежде всего своих собственных могильщиков»⁸⁹. Чтобы выполнить свою великую историческую миссию — похоронить капиталистический строй, порождающий мировые войны, международный пролетариат сегодня должен приложить максимум усилий к созданию, укреплению и расширению международного единого фронта борьбы против двух гегемонов — СССР и США — и всемерно развивать внутри этого фронта свою роль как ядра. Маркс и Энгельс говорили: «Коммунисты борются во имя ближайших целей и интересов рабочего класса, но в то же время в движении сегодняшнего дня они отстаивают и будущность движения»⁹⁰. Коренные интересы победы народов мира в борьбе против гегемонизма совпадают с коренными интересами победы международного пролетариата в борьбе за социализм и коммунизм. Капитализм, став умирающим и загнивающим, вступил в стадию империализма, а две кровавые сверхдержавы, СССР и США, уже крепко запутались в широко расставленных ими самими во всем мире сетях. Недалёк тот день, когда международный пролетариат, являющийся могильщиком буржуазии, и его ближайшие союзники — угнетённые народы и угнетённые нации — освободятся от своих цепей и приобретут весь мир.

Пролетарии всех стран и угнетённые народы, соединяйтесь!
Все страны, подвергающиеся агрессии, вмешательству, контролю, подрыву и третированию со стороны двух гегемонов — СССР и США, соединяйтесь!
Победа будет за народами всех стран мира, борющимися против двух гегемонов — СССР и США!

В пояснительном тексте автор фильма говорит, что он «не намерен комментировать Китай, а только хочет начать наблюдать его различные облики, манеры и обычаи». Это сплошной обман. Каждый кадр этого так называемого «документального фильма» сопровождается комментарием — крайне ядовитым комментарием политического характера, посредством реакционных технических приёмов чернящим и уродующим Китай и открыто, разнузданно выступающим против Китая, против коммунизма и против революции.

Фильм начинается с кадра Тяньаньмэня в Пекине. На первый взгляд это кажется вполне естественным. На самом деле такой порядок поставлен на службу реакционной теме всего «документального фильма». В тексте к фильму говорится: «Пекин — политический и революционный центр Китая», «Народная Республика была провозглашена на Тяньаньмэне» и «здесь зародилась красногвардейская волна в культурной революции». Затем фильм уводит зрителя «от Тяньаньмэня» «обозревать» Китай, то есть берётся показать людям, что же в конце концов принесла китайская революция китайскому народу. Вслед за этим идёт целая серия реакционных кадров, до неузнаваемости искажающая новый Китай. Всё построение фильма, вся его развёрстка нацеливают остриё нападок на революцию, руководимую Коммунистической партией Китая. Хула революции, отрицание революции, выступление против неё — вот в чём зло этого фильма.

Реакционный фильм «Китай» огульно отрицает и полностью зачёркивает великие успехи нашей страны на всех фронтах социалистического строительства, пытается убедить зрителя в том, что сегодняшний социалистический новый Китай почти ничем не отличается от полуфеодального, полуколониального старого Китая, который ушёл в прошлое.

Представляя зрителю Шанхай как «крупный индустриализированный город», Антониони ставит себе целью опорочить социалистическую промышленность нашей страны. В Шанхае, как всем известно, есть много крупных современных предприятий, но автор фильма не замечает их и нарочито набирает беспорядочные кадры, в которых показывает примитивное оборудование и кустарные способы производства. На берегах реки Хуанпуцзян бросаются в глаза судоверфи, строящие 10 000-тонные суда, а на реке — стоящие на якоре океанские лайнеры отечественного производства. Но в кадрах, снятых Антониони, всё преподносится так, будто все большие торговые суда — иностранные, а деревянные джонки — китайские. Явно стоя на позициях империализма, автор фильма говорит, что промышленность в Шанхае «родилась не сегодня», что «Шанхай, как город, был целиком создан иностранным капиталом в прошедшем веке», что «наспех созданные» после освобождения страны «промышленные предприятия немножко лучше больших мастерских», что «даже самый крупный в Шанхае нефтеперерабатывающий завод представляет собой лишь жалкое предприятие, построенное почти из лома». Разве это не явное восхваление «заслуг» агрессии империалистов против Китая в ⅩⅨ веке, не нарочитое принижение великих успехов нашего народа в развитии промышленности в опоре на собственные силы? Кроме того, в этом фильме использованы для искажения трудового народа снятые подлыми приёмами кадры. Автор злонамеренно старается намекнуть, что если уж, мол, главный промышленный город Китая Шанхай таков, то нетрудно себе представить, каковы другие районы страны!

Антониони знакомит зрителя с уездом Линьсянь как с «первым социалистическим горным районом Китая», но со скрытым умыслом — очернить социалистическую деревню нашей страны. В фильме знаменитый как в нашей стране, так и за её пределами канал «Хунци» показан лишь мельком, не видно ни величия этого «созданного человеком Млечного пути», ни расцвета уезда Линьсянь, где горы и реки послушны воле человека. На экран с надоедливостью всплывают унылые клочки полей, одинокие старики и старухи, усталая скотина, ветхие домишки… Антониони, вовсю расписывая «бедность крестьян» уезда Линьсянь, говорит об одном горном селе как о «пустынном и заброшенном месте», всячески старается исказить одну сельскую начальную школу. Он зло заявляет, что в сегодняшнем Китае «пытаться обнаружить сельский „рай“ — просто наивность». Разве это не отъявленная клевета, что, мол, освобождённая более 20 лет китайская деревня — ад на земле?

В этом фильме злословие и клевета в отношении дела социалистического строительства нашей страны всеобъемлющи, не упускается ничего, от городского строительства до жизни народа, от культуры и просвещения до физкультуры и спорта, от медицины и здравоохранения до планового деторождения, и даже детские сады.

Фильм абсолютно игнорирует огромные перемены в городах нашей страны. О Пекине говорится, что это «всё тот же древний город», где жилые дома «очень примитивны» и «план застройки города разочаровывает людей», о городе Сучжоу — что «разница с его древним обликом совсем небольшая», а перемены в облике Шанхая сводятся лишь к тому, что дома, построенные в былые времена «западными экономическими империями» в их сеттльментах, «сегодня стали служебными помещениями».

В фильме старательно отрицается заметное улучшение жизненных условий нашего народа, говорится, что, дескать, «пекинцы бедны, но не печальны». Всё-таки этот господин режиссёр соблаговолил быть снисходительным, сказав, что нас нельзя считать печальными,— что ж и на том спасибо. Но истинный-то смысл его слов — насмешка над нашей «бедностью». Разве он не старался вовсю и в городах и в сёлах выуживать кадры, бьющие на то, что люди одеты в «старую рвань», что «труд тяжёл», клевещущие, что в Китае всюду встречаешь людей «бедных». Всё это — ни дать, ни взять песня господина империалиста!

Антониони для того описывает освобождённый Китай как беспросветную, кромешную тьму, где нет ничего хорошего, чтобы подтолкнуть людей к реакционному выводу, что Китай не должен был вести революцию. Антониони нападает на народную коммуну, говоря, что она пережила «разочарование». Он чернит Великую пролетарскую культурную революцию, говоря, что она якобы «нарушила систему производства», что в результате этой революции осталось «очень мало» памятников старины, доставшихся в наследие от предков. Дело доходит до того, что, показывая китайскую гимнастику «тайцзицюань», он распускает ложь о том, якобы «новые руководители» хотят «упразднить» эту «древнюю традицию». Одним словом, по мнению Антониони, этого реакционера, социалистический строй Китая плох, революция в Китае проведена скверно, а путь назад, возврат к старому — единственный выход. Этим полностью обнажается подлинное контрреволюционное обличье Антониони, прикрывающегося вывеской «левого».

Чтобы оклеветать китайскую революцию и обрушиться с нападками на социалистический строй нашей страны, Антониони в своём фильме до невыносимости искажает образ и духовный облик китайского народа. Он пытается посредством фильма создать ложное представление, будто китайская революция отнюдь не изменила положение китайского народа, не освободила его духовно, будто у китайского народа нет энтузиазма к социалистическому строю.

Весь мир видит, что в духовном облике распрямившегося китайского народа произошли огромные перемены. «Остался ли у трудящихся Китая прежний облик рабов? Нет, не остался. Они стали хозяевами»¹. В нашей стране «у народных масс никогда не было такого подъёма духа, такого боевого задора и высокого дерзания, как сейчас»². Однако Антониони изображает китайский народ как невежественную, изолированную от внешнего мира, мрачную, вялую, нечистоплотную, прожорливую и бессознательную массу. Стремясь изуродовать китайский народ, он немало поломал голову над тем, чтобы заснять мимику людей, сидящих в чайных и ресторанах, тянущих повозки и гуляющих по улицам. Он не пропустил даже женщин с забинтованными ножками и не нашёл ничего лучшего, как создать безобразные кадры, где люди сморкаются или ходят в отхожее место. В уезде Линьсянь Антониони неожиданно ворвался в одно горное село и навёл кинокамеру на местных жителей. А когда те запротестовали, он клеветнически сказал, что они среагировали «кто с испугом, кто со страхом», «обычно бесчувственно, безо всякого выражения». Афишируя свою «гордость европейца», Антониони из кожи лезет вон, чтобы очернить китайский народ. Какое это оскорбление для вставшего во весь рост китайского народа!

Ещё зловреднее то, что Антониони обиняками и намёками злонамеренно старается дать зрителю понять, что дух китайского народа подавлен, что нелегко у него на сердце, что он недоволен действительностью. Показывая шанхайскую чайную в Чэнхуанмяо, он произносит недобрую реплику «в сторону»: «Атмосфера здесь странная», «люди тоскуют о прошлом и верны настоящему». Под словами «верны настоящему» он подразумевает обратное. Он фактически клевещет на китайский народ, который якобы принуждённо, а отнюдь не искренне поддерживает новое общество. Антониони же ведь без устали твердит о том, что китайский народ не знает свободы. Он даже открыто высмеивает обсуждения, которые ведут рабочие, называя их «повторными и монотонными», «не настоящими обсуждениями». Он клевещет, говоря, что славящие Председателя Мао Цзэдуна и Коммунистическую партию «политические» песни, которые поют китайские дети, не соответствуют их милой детской наивности и поэтому идут не от сердца. Он ещё мелет вздор о том, что из-за «осторожности» людей «почти не обнаруживаешь их чувства и горечь». В глазах Антониони китайский народ, недовольный действительностью, испытывает сильную «горечь», но он не смеет её выразить. Всё это сплошной вздор. В нашем социалистическом государстве, государстве диктатуры пролетариата, народ — хозяин своей страны, политическая обстановка у нас живая и кипучая, широкие народные массы пользуются подлинной демократией и испытывают беспредельную радость. Тщетна попытка Антониони найти трещину, вызвать в китайском народе недовольство новым Китаем и социалистическим строем. Испытывает «горечь» лишь горстка реакционеров, которые понапрасну мечтают о реставрации в Китае диктатуры помещиков и компрадорской буржуазии. Что же касается того, что китайский народ якобы «тоскует о прошлом», то это тем более клевета. Кто же «тоскует о прошлом»? Китайский народ люто ненавидит «прошлое», то «прошлое», когда в Китае веками царствовали и своевольничали черти и дьяволы. Только империалисты и их агенты в Китае не забывают об утраченном ими «рае» и денно и нощно мечтают как бы заставить Китай пойти вспять к полуфеодальному и полуколониальному строю. Но колесо истории не повернуть вспять. Могучее колесо истории разотрёт в порошок всех, кто попытается повернуть его назад!

Микельанджело Антониони и Лучано Товоли на съёмках фильма «Китай»

В выборе и трактовке кадров для съёмок он обходил совсем или же снимал в незначительном количестве всё хорошее, новое и прогрессивное или же снимал всё это для виду, а потом вырезал. А всё плохое, старое и отсталое он постарался запечатлеть всюду. Во всем фильме не увидишь ни одного нового станка, ни одного трактора, ни одного приличного учебного заведения, ни одной стройки, где бы кипела работа, ни одной картины богатого урожая… Зато при съёмке того, что Антониони считает пригодным для клеветы на Китай и на китайский народ, он использует и панораму, и крупный план, не боясь, что фильм надоест своей нудностью. Снимая Большой Нанкинский мост через реку Янцзы, Антониони умышленно выбирал самые плохие ракурсы, представив этот величественный современный мост изломанным и шатким, причём заснял брюки, вывешенные под мостом для сушки, чем и изуродовал его ещё больше. Ещё возмутительнее в этом фильме кадры площади Тяньаньмэнь. Фильм не показывает всю панораму во всей её величественной красоте, а сам Тяньаньмэнь, который так дорог нашему народу, лишает присущего ему величия. Много ленты истрачено на людей на площади. Кинокамера то приближается к ним, то отходит, то вдруг заходит спереди, то сзади, то мелькают человеческие головы, то ноги, словом, площадь Тяньаньмэнь умышленно заснята так, чтобы создать впечатление беспорядочной базарной площади. Разве это не умышленное оскорбление нашей великой Родины?!

Что касается монтажа фильма, то разрозненные кадры беспорядочно следуют один за другим, словно ничем не связанные между собой. В действительности же кадры смонтированы с коварной целью. Например, фильм сначала показывает зрителю скульптуры из глины в павильоне Шисаньлинского подземного дворца, говорящие об угнетении трудящихся при династии Мин и об их сопротивлении, рассказывает, как тяжело жилось в те времена крестьянам. И вдруг в объективе появляется учащаяся молодёжь, которая с лопатами на плечах идёт в деревню трудиться. Затем в объектив попадает народная коммуна имени Китайско-Албанской дружбы, где коммунарка, работая, вытирает пот, этим показывается, что «повседневные полевые работы утомительны и тяжелы», пропагандируется, что в китайских деревнях нет «рая»! Этим трюком автор фильма явно намекает на то, что судьба сегодняшних китайских крестьян ненамного лучше, чем во времена феодализма несколько сот лет назад.

Во зло использованы и освещение и краски в фильме. Почти весь фильм снят в сумрачном свете, в мрачных, холодных тонах. Реку Хуанпуцзян будто застилает мутный туман, пекинские улицы скрыты в серой мгле, а горные деревни уезда Линьсянь утопают во мраке. Одним словом, многие кадры оставляют у людей тоскливое, зябкое, мрачное, удручающее впечатление. Особенно отвратительно то, что автор фильма использовал музыку в качестве орудия клеветы. В фильме нет ни одной сцены из наших революционных образцовых опер, но с наглой издёвкой использованы некоторые отрывки из их арий. Так, например, раздаётся ария Цзян Шуйин «Поднимем головы, расправим грудь» из оперы «Песнь о Лунцзяне»³ — и на экране показываются свиньи, мотающие головой. Компетентные лица разоблачают это как чистейшую подтасовку. Это — намеренное очернивание наших революционных образцовых опер, выпад против нашей революции в области литературы и искусства. Вот уж высшей степени зловредство!

Враждебность Антониони к китайскому народу видна и из его поведения во время съёмок в Китае. В своём пояснительном тексте он открыто хвастается тем, что многие кадры были засняты тайком, по-шпионски. Он самодовольно говорит, как на реке Хуанпуцзян он, «нарушив запрет, украдкой заснял» китайский военный корабль, как в Пекине на улице Ванфуцзиндацзе «прикрыл киноаппарат» и «врасплох заснял здесь кадры из жизни». Он жалуется, что «появляться с киноаппаратом на улице Цяньмэньдацзе очень уж неудобно». Что неудобно? — Быть вором неудобно! Более того, чтобы состряпать кадры, клевещущие на китайский народ, он в народной коммуне имени Китайско-Албанской дружбы в Пекине упрямо настаивал на том, чтобы инсценировать драку между коммунарами, дабы он мог заснять её. В другом месте он потребовал, чтобы люди переоделись по его вкусу, иначе он отказывался снимать. Сам по себе факт снятия тайком, силком и подтасовки кадров является с его стороны величайшим неуважением и презрением к китайскому народу.

Появление на экранах мира антикитайского фильма «Китай» — событие, отнюдь не случайное и не изолированное. Здесь имеется своя международная подоплёка.

За последние годы обстановка как в стране, так и за рубежом делается для нас всё более и более благоприятной, революционная линия Председателя Мао Цзэдуна в области внешней политики одерживает новые, ещё бо́льшие победы, всё растёт наш международный престиж. Заговоры империализма и социал-империализма, направленные на изолирование и подрыв Китая, потерпели позорный провал. Но наши враги не хотят смириться со своим поражением в Китае. Нападки на китайскую революцию, клевета на социалистический новый Китай и есть подготовка общественного мнения к их попыткам осуществить в Китае контрреволюционную реставрацию с целью снова превратить Китай в колонию и полуколонию.

Все знают, что ренегатская клика советских ревизионистов — рьяный застрельщик и главный закулисный хозяин в международной антикитайской кампании. Все они, от Хрущёва до Брежнева, не щадят силы в клевете и нападках на китайский народ. Они говорят, что китайцы до того бедны, что хлебают пустые щи из общей миски, даже брюк у них нет; что Великая пролетарская культурная революция принесла «новые разрушения» производительных сил Китая; что китайский народ «изнурён», переживает «тяжёлые испытания», ведёт «казарменный образ жизни» и т. д. и т. п. Однако вся эта глупая клевета лишь обнажает отвратительное обличье советских ревизионистов-ренегатов и не даёт им ничего. В сегодняшнем мире антикитайскую ложь советского ревизионизма мало кто «покупает». Именно при таких обстоятельствах Антониони решил обмануть мир своим реакционным фильмом, преподнеся его под шапкой «объективности», «реальности» и снова вытащив на свет всю клевету советского ревизионизма, чтобы сыграть роль, которую не смогла сыграть антикитайская пропаганда этого последнего. Фактически Антониони всего лишь взял на себя роль подпевалы антикитайской пропаганде советского ревизионизма, потерпевшей крах.

После выхода в свет антикитайского фильма «Китай» Антониони американская радиовещательная компания «Нейшнл бродкастинг компани», купив его за огромную сумму — двести пятьдесят тысяч долларов, выпустила его на экраны страны, и даже нашлись люди, которые подпевали, заявляя, что этот реакционный фильм «захватывает». Видимо, дух Даллеса по-прежнему здравствует в телах некоторых американских империалистов, и появление антикитайского фильма Антониони отвечает также и потребностям этих реакционных сил.

Антониони — итальянец. Но он решительно не может представлять многомиллионный итальянский народ, который дружески относится к китайскому народу. Выступать против Китая — этого ни в коем случае не одобрят широкие народные массы Италии. То, что Антониони заснял такой антикитайский фильм, явно идёт вразрез с чаяниями итальянского народа, требующего укрепления дружественных отношений с китайским народом.

Китайский народ всегда стоял и стоит за развитие дружественных сношений и взаимопонимания с народами других стран. В контактах с другими народами мы никогда не навязываем своих взглядов. Мы неоднократно заявляли, что Китай всё ещё является развивающейся социалистической страной. Хотя мы добились огромных успехов в социалистической революции и социалистическом строительстве, но мы никогда не скрывали того, что у нас всё ещё есть недостатки в поступательном движении, всё ещё есть отсталое и реакционное; нам нужно продолжать революцию. Председатель Мао Цзэдун часто напоминает нам, что нужно выступать против великодержавного шовинизма. Мы приветствуем критические замечания наших друзей из различных стран по отношению к нашей работе. Но если кто-нибудь под видом «друга» будет заниматься гнусными антикитайскими делишками, вызывая овацию у империалистов и социал-империалистов, относящихся к Китаю с крайней враждебностью, то мы окончательно разоблачим его и лишим средств заниматься аферами. Только поступая так, мы благоприятствуем взаимопониманию и дружественным связям между народами.

Антикитайский фильм Антониони говорит нам о том, что при нынешней благоприятной обстановке внутри страны и вне её необходимо продолжать сохранять трезвость, никогда не забывать, что в мире всё ещё существуют враждебные китайскому народу силы, всё ещё существует острая и сложная борьба. Это не зависит от воли людей. Но в антикитайской кампании нет ничего страшного. Все антикитайские мастера, крупные или мелкие, подняв камень, себе же отшибут ноги, каким бы оружием они ни пользовались, какие бы методы они ни применяли. Китайский народ твёрдо и смело идёт вперёд по пути социализма. Наш великий вождь Председатель Мао Цзэдун давно уже говорил: «Пусть реакционеры внутри страны и за границей трепещут перед нами. Пусть они утверждают, что у нас имеются те или иные недостатки. Неуклонными усилиями китайский народ последовательно будет добиваться своей цели»⁴.